Введение

Что такое насилие и экстремизм? Как эти термины связаны с политикой и какую роль в политике они играют? Эти понятия давно известны человечеству. Насилие существовало всегда – это неотъемлемая часть жизни общества, способ самовыражения. В толковом словаре, слово насилие трактуется так:
Насилие – общественное отношение, в ходе которого одни индивиды (группы людей) с помощью внешнего принуждения, представляющего угрозу жизни вплоть до ее разрушения, подчиняют себе других, их способности, производительные силы, собственность; узурпация свободной воли в ее наличном бытии (Г.В. Ф. Гегель). "Насиловать – значит делать то, чего не хочет тот, над которым совершается насилие" (Л.Н. Толстой). Насилие можно интерпретировать как разновидность отношений власти, поскольку последняя представляет собой господство одной воли над другой, принятие решения за другого.
Экстремизм же является крайней формой самовыражения.
Экстремизм (от фр. extremisme, от лат. extremus – крайний) – приверженность к крайним взглядам и, в особенности, мерам (обычно в политике). Среди таких мер можно отметить провокацию беспорядков, террористические акции, методы партизанской войны. Наиболее радикально настроенные экстремисты часто отрицают в принципе какие-либо компромиссы, переговоры, соглашения.
Росту экстремизма обычно способствуют: социально-экономические кризисы, резкое падение жизненного уровня основной массы населения, тоталитарный политический режим с подавлением властями оппозиции, преследованием инакомыслия.
В таких ситуациях крайние меры могут стать для некоторых лиц и организаций единственной возможностью реально повлиять на ситуацию, особенно если складывается революционная ситуация или государство охвачено длительной гражданской войной – можно говорить о "вынужденном экстремизме".

1. Понятие и историческая роль насилия

Политика издавна связывается или даже отождествляется с насилием. Как уже отмечалось, ее важнейшим отличительным признаком является применение организованного насилия. Легальное политическое насилие на своей территории осуществляет лишь государство, хотя его могут применять и другие субъекты политики: партии, террористические организации, группы или отдельные личности.
Насилие представляет собой преднамеренное действие, направленное на уничтожение человека (или других живых существ) или нанесение ему ущерба и осуществляемое вопреки его воле. Насилие может быть физическим, экономическим, психологическим и др. Применительно к политике, говоря о насилии, обычно имеют в виду физическое насилие (или ненасилие) как средство ее осуществления.
Политическое насилие отличается от других форм не только физическим принуждением и возможностью быстро лишить человека свободы, жизни или нанести ему непоправимые телесные повреждения, но также организованностью, широтой, систематичностью и эффективностью применения. В относительно спокойные, мирные времена его осуществляют специально подготовленные для этого люди, обладающие оружием и другими средствами принуждения, объединенные жесткой организационной дисциплиной и централизованным управлением, хотя в периоды восстаний и гражданских войн круг субъектов насилия значительно расширяется за счет непрофессионалов.
Насилие – неотъемлемая сторона всей человеческой истории. В политической и общественной мысли встречаются самые различные, в том числе прямо противоположные оценки роли насилия в истории. Некоторые ученые, например Евгений Дюринг, приписывали ему решающую роль в общественном развитии, сломе старого и утверждении нового.
Близкую к такой оценке насилия позицию занимает марксизм. Он рассматривает насилие как "повивальную бабку истории" (К. Маркс), как неотъемлемый атрибут классового общества. Согласно марксизму, на протяжении всего существования частнособственнического общества движущей силой истории является классовая борьба, высшим проявлением которой выступает политическое насилие. С ликвидацией классов из жизни общества постепенно исчезнет и социальное насилие. Попытки на практике реализовать марксистские идеи обернулись для человечества эскалацией социального насилия, огромными людскими потерями и страданиями, но так и не привели к без насильственному миру.
Негативную оценку социальной роли всякого насилия дают пацифисты и сторонники ненасильственных действий. В целом же в общественном сознании, в том числе среди ученых и политиков, преобладает отношение к насилию как к неизбежному злу, вытекающему либо из природного несовершенства человека (или его "первородного греха"), либо из несовершенства социальных отношений.

2. Насилие, мораль и эффективность политики

Неразрывно связанное с политикой организованное насилие издавна считается средством, наиболее трудно совместимым с нравственностью, связанным с "дьявольскими силами" (Макс Вебер). "Не убий" – одна из важнейших библейских заповедей. В число нравственных образцов христианского поведения входят также непротивление злу насилием и любовь к врагу своему, хотя эти принципы носят характер скорее нравственных идеалов святой жизни, чем требований, предъявляемых к обычным людям.
Оцениваемое в целом, в общей форме насилие – антипод гуманизма и нравственности, ибо означает действия, направленные против человека или его достоинства. Систематическое применение насилия разрушает нравственные основы общества, совместной жизни людей – солидарность, доверие, правовые отношения и т.п. В то же время вследствие несовершенства прежде всего самого человека, а также форм его коллективной жизни общество не может полностью устранить из своей жизни всякое насилие и вынуждено в целях его ограничения и пресечения использовать силу.
Проявление насилия и его масштабы определяются многими причинами: экономическим и социальным устройством, остротой общественных конфликтов и традициями их разрешения, политической и нравственной культурой населения и т.д. На протяжении многих веков насилие выступало важнейшим способом разрешения острых социальных противоречий, их оборотной стороной, особенно в отношениях между народами. Политикам, не обладающим нравственной культурой, гуманными убеждениями, оно кажется наиболее эффективным и соблазнительным методом достижения своих целей, поскольку способно физически устранить противника. Как говорил Сталин, отдавая распоряжения об уничтожении неугодных ему людей, "есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы".
Однако эффективность политического насилия чаще всего является иллюзией. Насилие, применяемое одной стороной, как правило, вызывает адекватное противодействие, ужесточает сопротивление противника, масштабы и ожесточенность конфликта, ведет к эскалации насилия и в конечном счете приводит к неожиданно высоким для его инициаторов людским потерям и материальным затратам. Победа же, если она достигается, как правило, имеет слишком высокую цену.
В истории широкое применение насилия оказывало губительное воздействие не только на отдельных людей, но и на целые нации. Многие народы (например проживавшие на территории нынешней Прибалтики пруссы) прекратили свое существование в результате жестоких войн и физического истребления. Насилие оказывает и косвенное разрушительное влияние на общество, уничтожая его лучших представителей и подрывая генофонд нации. Как отмечал еще в 1922 г. известный русский социолог Питирим Сорокин, "судьба любого общества зависит прежде всего от свойств его членов. Общество, состоящее из идиотов или бездарных людей, никогда не будет обществом преуспевающим. Дайте группе дьяволов великолепную конституцию, и все же этим не создадите из нее прекрасное общество". Оценивая ущерб России от недавних мировой и гражданской войн, он продолжал: войны "всегда были орудием отрицательной селекции, производящей отбор "шиворот-навыворот", т.е. убивающей лучшие элементы населения и оставляющей жить и плодиться худшие, т.е. людей второго и третьего сорта. И в данном случае у нас погибли преимущественно элементы: а) наиболее здоровые биологически, б) трудоспособные энергетически, в) более волевые, одаренные, морально и умственно развитые психологический" .
Еще более тяжелый урон генофонду русской нации нанесли сталинские репрессии и вторая мировая война. Новая мировая война, если она будет развязана, может привести к уничтожению или деградации всего человеческого рода. Все это свидетельствует о том, что в целом насилие не только безнравственно, но и губительно для общества. И все же обойтись без него пока еще человечеству не удается.

3. Право на насилие

Важнейшим фактором, непосредственно влияющим на размеры, формы проявления и общественную оценку социального насилия как внутри отдельных стран, так и в отношениях между ними, является характер политического строя: авторитарный, тоталитарный или демократический. Первые два типа государств – авторитарные и тоталитарные – наделяют власть, высшее руководство неограниченным правом на государственное принуждение, демократия же признает источником законного принуждения лишь народ и его представителей. Учитывая социальные реальности, гуманизм (и мораль) допускает применение насилия лишь в качестве ответной или превентивной меры по отношению к уголовным преступникам, террористам, злостным нарушителям законов и т.п.
С глубокой древности виднейшие мыслители-гуманисты считали неотъемлемым право народа на ответное насилие – оборонительные, справедливые войны и восстания против тиранов. "Во всех положениях и состояниях, – писал родоначальник либерализма Джон Локк, – лучшее средство против силы произвола – это противодействовать ей силой же. Применение силы без полномочий всегда ставит того, кто ее применяет, в состояние войны как агрессора и дает право поступать с ним соответствующим образом".
Обращение к силе Локк, а также другие либеральные мыслители считали правомерным и нравственным в том случае, если монарх или избранное правительство не оправдывают доверия народа, нарушают естественные, присущие человеку от рождения права на жизнь, свободу, собственность и др., узурпируют власть и порабощают граждан, жестоко расправляясь с непослушными. В этом случае власть сама ставит себя в состояние войны с народом и узаконивает тем самым его естественное право на восстание против тирании.
В соответствии с этими идеями конституции демократических государств обычно признают законным и нравственным право народа на применение силы, сопротивление против тех, кто пытается насильственно устранить демократический порядок. Однако в конституционном государстве это право действует лишь тогда, когда государственные органы оказываются неспособными противостоять попытке переворота законными средствами.
Демократический строй создает важнейшие предпосылки для ограничения насилия, разрешения конфликтов мирными, ненасильственными средствами. Это достигается, прежде всего, в результате признания равенства прав всех граждан на управление государством, выражение и защиту своих интересов. В условиях демократии каждая общественная группа имеет возможность свободно выражать и отстаивать свое мнение, добиваться признания его справедливым и принятия парламентом или правительством.
В демократическом правовом государстве само насилие должно быть легитимным, признанным народом и ограниченным правом. Так, в статье 20 (пункт 2) Основного Закона ФРГ говорится: "Всякое государственное насилие исходит от народа. Оно осуществляется с выражаемого на выборах согласия народа особыми органами законодательной и исполнительной власти и правосудия" и в пределах закона.
В конце XX в. с распространением ядерного и других видов оружия массового уничтожения не только обострилась антигуманная сущность социального насилия, но и появились благоприятные условия для его дальнейшего ограничения. Это связано с распространением идеалов гуманизма: мира, свободы, демократии, прав человека и др. в современном мире, а также с крахом большинства авторитарных и тоталитарных режимов, непосредственно опирающихся на насилие.

4. Психологические характеристики сущности политического насилия

Насилие в политике использовалось всегда, и вряд ли когда-нибудь от него удастся отказаться полностью. Правда, в двадцатом веке приемлемость насилия как универсального способа регуляции общественной жизни все чаще подвергается сомнению и зоны использования насилия все больше сужаются.
Есть несколько причин такой динамики отношения к насилию. Во-первых, четко просматривается тенденция сужения зоны императивного регулирования человеческого поведения. Большинство государств и обществ становятся все более терпимыми к тем действиям граждан, которые не затрагивают непосредственно интересы других людей. В результате этой общей либерализации сокращается число тех случаев, в которых государство стремится добиться от граждан определенных ограничений, а соответственно, сокращается и необходимость в насилии как в средстве принуждения.
Во-вторых, все большему числу людей становится ясно, что волну насилия, будь то война или репрессии против внутренних врагов, крайне трудно остановить. Насилие, запланированное как временное и локальное, легко перехлестывает через любые заранее определенные барьеры. А это значит, что акты насилия в современном мире, оснащенном ядерными ракетами и атомными станциями, могут привести к катастрофическим последствиям.
В-третьих, за последние десятилетия изменилась моральная атмосфера. Для граждан развитых стран насилие стало неприемлемым по моральным соображениям. Ценность человеческой жизни и суверенность каждой из деклараций превращаются если не в императивы, то, по крайней мере, в нормы, с которыми уже не могут не считаться политики.
Насилие, тем не менее, существует. Рассмотрим ряд проблем, связанных с феноменом политического насилия. Прежде всего, постараемся ответить на вопрос, при каких условиях насилие становится жестоким фактором политики и превращается в геноцид.
Отношение общества и государства к насилию определяется многими причинами: историей и культурными традициями данного народа, конкретной политической и экономической ситуацией, личными качествами носителей власти, степенью развитости или неразвитости структур гражданского общества. Но и абстрагируясь от этих конкретных особенностей той или иной страны, можно выделить несколько факторов, способствующих тому, что насилие становится не экстраординарным и вынужденным действием, а нормой, частью официальной политической идеологии государства.
Первый фактор носит не столько политический, сколько мировоззренческий характер. Речь идет об определенных представлениях, о человеческой природе. Демократические режимы исходят из презумпции изначальной разумности и конструктивности человека: люди способны договариваться между собой, им не свойственны разрушительные тенденции, они склонны подчиняться правилам, существующим в обществе, поскольку понимают их разумность и необходимость. С таким взглядом на человека связано и отношение демократических систем к насилию – оно допускается лишь как исключительная мера по отношению к меньшинству населения. Массовое же политическое насилие демократическая идеология отвергает в принципе.
Вторым фактором, способствующим тому, чтобы насилие становилось системообразующим стержнем политической идеологии, является определенное представление об историческом процессе. Если этот процесс видится хаотичным, случайным, в ходе которого постоянно возрастает энтропия, то для регулирования этого процесса, для введения его в какие-то рамки, нужен великий человек, который сможет этот процесс структурировать.
Третий фактор – это представление политика или политической элиты о миссии – своей, своего народа, своей партии или любой другой группы, с которой идентифицируют себя субъекты политического процесса. Если "мы", белые люди, или "мы", коммунисты, или "мы", патриоты, призваны осуществлять некую миссию, некие принципиальные изменения в обществе, привести его к правде, к истине, осуществить свое предназначение, то вопрос о допустимости насилия не вызывает никаких сомнений. Его вполне можно использовать хотя бы для того, чтобы быстрее достичь высшей цели, которая, безусловно, оправдывает средства.
Четвертый фактор – ориентация в политике не столько на решение повседневных проблем, сколько на некий идеальный мир. Такая ориентация при­водит к представлению о малой ценности настоящего момента. То же самое происходит и на уровне идеологии. Если сегодняшний день не самоценен, а является лишь переходным периодом на пути к дню завтрашнему, то нет моральных преград для того, чтобы ради скорейшего достижения цели использовать в политической практике любые формы насилия.
Насилие в политике имеет место как ее закономерное проявление, когда в достижении политических целей другие формы политической активности становятся малоэффективными. Оно разнообразно, проявляется и применяется всеми социальными институтами, производится обществом и встроено в его политическую систему. Поэтому важно понимать его сущность, закономерности и условия применения в политике.
Особую актуальность проблема насилия имеет для политической жизни России, где оно всегда играло определенную роль: и на этапе самодержавного абсолютизма, и в период тоталитаризма, и в условиях построения демократического государства. Кроме того, в связи с появлением оружия массового уничтожения проблема политического насилия приобрела в настоящее время особую значимость, так как во внешней и во внутренней политике угрожает глобальной катастрофой. Широкая распространенность, угрожающие последствия его применения делают необходимым осмысление ряда проблем, относящихся к практике насилия.
Насилие, имея социобиологические истоки, механизмы и условия появления, на протяжении всей истории развития политических отношений неизменно в них присутствует. Агрессивность со времен раннего человека так же, как и его социальность, служит средством борьбы за выживание. Она в процессе эволюции человека не затухает, а приобретает характер насилия в целях удовлетворения, прежде всего над биологических, социальных потребностей: в статусе, престиже, самоутверждении.
Специфику насилия нельзя выявить без анализа его взаимосвязи с властными отношениями, поскольку власть – это центральная категория политической науки. Власть представляет собой способность и возможность субъекта осуществлять свою волю, в случае необходимости навязывать ее тем, кто является объектом властного воздействия. Е.П. Теплов отмечает: "Политическая власть, как правило, рассматривается прежде всего как волевая деятельность субъекта, преследующего свои цели". В распоряжении субъекта властвования находятся различные средства для осуществления своих намерений, в том числе средства принудительного воздействия на объект.
Как отмечают авторы англо-американского энциклопедического словаря, "принуждение – это форма влияния, характеризующаяся высоким уровнем оказываемого давления". Главным мотивом выполнения распоряжения субъекта власти в данном случае является страх перед санкциями, которые могут быть применены в случае неповиновения.
Можно определить идеологическое и психологическое давление как духовное принуждение. Такое определение позволило бы включить в него все приемы, способы и методы воздействия на сознание с помощью духовных ценностей и деятельности. Понимаемое таким образом духовное принуждение включает в себя не только идеологическую обработку, психологическое запугивание, но и воздействие общественного мнения, морали, заставляющие объект власти вести себя определенным образом. М. Вебер подчеркивал необходимость включения моральных средств воздействия в арсенал средств властного принуждения: "Сюда относится даже братское предупреждение, принятое в ряде сект в качестве первичной меры мягкого воздействия на грешников, при условии, что оно основано на определенном правиле и совершается специальной группой людей. То же можно сказать и о порицании, высказанном цензорами, если оно служит средством гарантировать "нравственные" нормы поведения, а тем более о моральном принуждении, которое осуществляет церковь"
Виды политического насилия.
Различные виды политического насилия можно классифицировать по разным основаниям – по степени жестокости, по способу обоснования, по отношению к этим актам общества и т. д. Все эти классификации, безусловно, имеют право на существование. Будем использовать типологию, основанную на использовании двух координат. Первая координата – это тип субъекта насилия – коллективный или индивидуальный. В одном случае насилие осуществляется некоей группой или институтом, в другой – одним человеком. Вторая координата – степень структурированности акта насилия.
Структурированное насилие – политическое насилие, которое осуществляется по достаточно определенным правилам. Неструктурированное насилие – политическое насилие, которое не имеет четко установленных правил, спонтанно и непредсказуемо по своему проявлению. В этом случае, конечно, существуют неписаные правила, но они могут по-разному интерпретироваться разными членами общества и вовлеченными в акт политического насилия индивидуальными или коллективными субъектами.
Использование этих двух координат позволяет выделить четыре типа политического насилия: коллективное структурированное насилие, коллективное неструктурированное насилие, индивидуальное структурированное и индивидуальное неструктурированное насилие. Рассмотрим примеры этих типов политического насилия и примеры институтов, созданных для осуществления насилия в каждом из этих четырех вариантов.
Коллективное структурированное насилие.
Примерами институтов, призванных осуществлять коллективное структурированное насилие, могут служить армия и полиция. Они представляют собой социальные институты, осуществляющие насилие во имя интересов страны. Насилие, в данном случае, легитимизируется государством, что символизируется, в частности, униформой с использованием национальных символов. Национальная символика присутствует на униформе солдат, ставится на военную технику и т. д. Существует и обратная тенденция – военная тематика включается в национальные символы в виде, например, скрещенных мечей или хищных птиц и животных на гербе страны. Львы, орлы или сабли в этом случае символизируют и силу, и готовность ее использовать.
Институты структурированного политического насилия организованы по иерархическому принципу.
Младшие по званию подчиняются приказам вышестоящих начальников, которые и несут всю полноту ответственности за свои распоряжения. Феномен снижения чувства индивидуальной ответственности в той или иной мере присущ всем социальным институтам такого типа. В максимальной степени чувство индивидуальной ответственности снижается в армиях или органах правопорядка диктаторских режимов, где это чувство вообще всячески подавляется. Взамен гражданам предлагается полное спокойствие и возможность не думать о последствиях своих поступков. Гитлер сказал: "Я избавляю немецкую молодежь от химеры совести". Аятолла Хомейни обещал всем солдатам, воюющим с Ираком, прощение всех грехов и вечное блаженство. Однако и во вполне цивилизованных странах признается, что, например, за действия, совершенные солдатом, ответственность несет не только и не столько он сам, сколько его командир.
Коллективное неструктурированное насилие.
Если коллективное структурированное насилие призвано поддерживать стабильность государственных институтов, то коллективное неструктурированное насилие, наоборот, направлено против них. Примерами неструктурированного коллективного насилия могут быть восстания, бунты и тому подобные массовые действия. Если солдаты или полицейские представляют государство и в той или иной степени идентифицируются с ним, то для участников бунтов или восстаний характерна идентификация не с государством, а с народом или с какой-то частью народа. Чувство индивидуальной ответственности у участников актов коллективного неструктурированного насилия значительно выше, чем у тех, кто вовлечен в насилие структурированное. Поэтому большую роль для них играет идеология.
Акты коллективного неструктурированного насилия лежат в основе многих политических систем, возникших в ходе революций и народных восстаний или других массовых неструктурированных насильственных действий. Однако спонтанными и хаотичными массовые выступления бывают лишь в самом начале движения.
Процесс структуризации затрагивает все стороны социальной практики – институты общества и государства, их функции и взаимоотношения. Процесс структуризации институтов насилия, отделяя солдат и работников органов правопорядка от остальной массы народа, подрывает это ощущение легитимности и порождает серьезные проблемы в отношениях между народом и новой властью. Осознавая это, многие режимы стремятся каким-то образом сгладить процесс структуризации институтов насилия. Например, лидеры сохраняют форму или стиль одежды времен революции, т. е. того периода, когда они были представителями не государства, а всего народа.
Индивидуальное структурированное насилие.
Примером структурированного индивидуального насилия могут служить феодальные отношения между вассалом и сюзереном. Эти отношения предполагают личную лояльность и право сюзерена на насилие по отношению к своему вассалу.
По всей вероятности механизмы структурированного индивидуального насилия являются необходимой составляющей реализации коллективного структурированного насилия, т. е. личная лояльность, допустим, телохранителей по отношению к охраняемому ими лицу, по-видимому, является необходимой составляющей для того, чтобы создавались соответствующие социальные институты, например, армия. Не случайно в любой армии мира считается особым подвигом, когда солдат жертвует жизнью, спасая командира. Фактически при этом он защищает не Родину в целом, а другого человека, но этот другой человек важнее, ценнее, чем он сам.
Участие в структурированном индивидуальном насилии, так же, как и участие в коллективном струк­турированном насилии, позволяет не чувствовать ответственности за последствия своих действий, отделять себя от той роли, которую ты в данный момент исполняешь.
Индивидуальное неструктурированное насилие.
Неструктурированное индивидуальное насилие охватывает очень широкий круг явлений – от бытового хулиганства до издевательства начальника над подчиненным. Оно существует и в виде спонтанных актов, таких, как пьяная драка, и в виде продуманных преступных действий, например, разбойных нападений, и, наконец, в виде сверхнормативной жестокости в рамках актов структурированного насилия, коллективного или индивидуального. Примером могут служить жестокость сержанта по отношению к солдату или издевательства солдат оккупационной армии над мирными жителями.
Хотя акты индивидуального неструктурированного насилия не имеют, как правило, никаких идеологических оправданий и в той или иной степени осуждаются обществом, участие в них совсем не обязательно порождает чувство вины. Во-первых, человек может атрибутировать всю ответственность за свое поведение внешним условиям, например, обществу. Так, в письмах преступников, отбывающих наказание за тяжкие преступления против личности, практически никогда не присутствует ощущение вины и индивидуальной ответственности. В том, что они совершили, виновато несправедливое общество, которое поставило их в столь ужасные условия, что они вынуждены были пойти на преступления.
Во-вторых, он может создавать для себя свой собственный моральный кодекс, считая, что ему в силу определенных обстоятельств – выдающихся заслуг, необыкновенных способностей или особого предназначения – позволено то, что не позволено никому другому.
Индивидуальное неструктурированное насилие является наиболее личностно детерминированным из всех рассмотренных нами видов насилия.

5. Понятие, сущность, формы и виды политического экстремизма

Политический экстремизм – сложнейший социально-политический феномен, сопровождающий человечество на протяжении веков. В современных условиях в связи с усилением противоречий в обществе, кризисным состоянием общественных отношений происходит резкая активизация политического противоборства, использование в практике разрешения политических конфликтов, наряду с цивилизованными, правовыми методами, антиконституционных форм политической борьбы. Политический экстремизм сегодня переходит в ряд явлений, представляющих реальную угрозу национальной безопасности России, жизненно важным интересам личности, общества и государства. В настоящее время системный характер приобретают такие его действия, как террористические акты, призывы к насильственному захвату власти, угрозы государственным и общественным деятелям, политическим лидерам и активистам, захваты заложников, блокирование административных зданий и учреждений, пикетирование и обстрел иностранных представительств, массовые беспорядки и другие акты насилия.
Большую опасность политический экстремизм таит в сфере межнациональных и религиозных отношений. Вооруженные конфликты, военные действия, возникающие на южном участке границ России, влияние исламского фундаментализма дают мощный импульс развитию политического экстремизма, совершаемого на этноконфессиональной основе, создают угрозу территориальной целостности России, ее конституционному строю. экстремизм насилие политика угроза
Политический экстремизм – это явление международного масштаба. Среди известных своей активностью экстремистских организаций левой ориентации за рубежом имеются такие, как "Красные бригады" (Италия), "Фракция Красной армии" – РАФ (ФРГ), "Аксьон директ" (Франция), ЭТА (Испания) и другие. К правым относятся "Национал-социалистический фронт действий (ФРГ), "Группа Пайпера" (Италия), "Партия новых сил" (Франция), "Международная лига победы над коммунизмом" (Япония) и др. Несмотря на различие их идейных платформ, формы и методы экстремистской деятельности этих организаций схожи.
Вышедший за рамки государственных границ и поддерживаемый системой широких организационных связей, политический экстремизм содержит опасность для субъектов международных отношений, политики мирного сотрудничества государств, международной безопасности в целом. Поэтому борьба с ними является не только государственной, но и международной проблемой.
Активно осуществляемый в сфере политических отношений, экстремизм проникает во все области общественной жизни: межэтнические, религиозные, экономические, духовные, экологические отношения. По направленности выделяют:
В сфере экономических отношений – экономический экстремизм – направлен на уничтожение многообразия и установление какой-либо одной формы собственности, единых методов ведения хозяйства, резкое установление социальных расходов, наступление на социальные завоевания трудящихся, устранение конкуренции в предпринимательской деятельности и др. Он находит отражение в деятельности преступных групп, сорганизовавшихся на базе акционерных обществ, коммерческих предприятий; бандитских нападениях на конкурентов, криминальных насильственных действиях работников кооперативов и товариществ; оказании давления, устрашении руководителей государственных предприятий ч др.
В сфере межнациональных отношений – националистический экстремизм – находит выражение в разжигании вражды и ненависти между нациями и народностями, в региональных войнах, вооруженных конфликтах и столкновениях, в актах геноцида по отношению, к так называемому, некоренному населению, представителям других этнических образований, выступает с позиции защиты "своей нации", ее прав и интересов, ее культуры" и языка. При этом отвергаются подобные же права для других национальных и этнических групп. Националистический экстремизм органически связан с сепаратизмом (фр. separatisme – отдельный), т.е. со стремлением к отделению, обособлению. Он направлен на развал многонациональных государств, утверждение господства коренной нации, отражает стремление титульных наций в национальных республиках получить преимущества перед некоренными жителями в политической и социальных сфера. Подобный экстремизм ведет к обострению межнациональных отношений и является источником вражды и конфликтов между народами.
В области культуры – ориентирован на изоляционизм, отвержение опыта, достижения других культур, проявляется в пропаганде насилия, жестокости, уничтожении исторических памятников, являющихся национальным достоянием и других крайних действиях, которые отрицательно сказываются на процессе воспитания, уровне культуры российских граждан.
В области религии – религиозный экстремизм – проявляется в нетерпимости к представителям различных конфессий либо жестоком противоборстве в рамках одной конфессии. Зачастую он используется в политических целях, в борьбе религиозных организаций против светского государства или за утверждение власти представителей одной из конфессий.
В области экологических отношений – экологический экстремизм – выступает против не только эффективной природоохранительной политики, но и научно-технического прогресса вообще, считая, что ликвидация неблагоприятных в экологическом отношении производств – единственно возможный путь улучшения качества окружающей среды.
Как и любое социальное явление, политический экстремизм имеет характерные устойчивые признаки, к которым относятся,
- политическая направленность экстремистской деятельности, осуществление ее в целях борьбы за власть. Политический характер целей указывает, что, не отличаясь от других подсистем политической борьбы постановкой основной цели – приходу к власти, политический экстремизм расходится с ними по способам ее достижения. Если его политические противники стремятся прийти к власти легитимным путем, то политический экстремизм пытается ее захватить, используя свой основной метод – насилие;
- использование насилия или угрозы его применения по отношению к объектам своих политических интересов путем агрессивного физического и морально-психологического воздействия, стремление добиться поставленных целей любыми средствами, что усиливает антагонизм политического экстремизма с противостоящими ему подсистемами политической борьбы;
- организованный характер деятельности, наличие системы различных по своей структуре, идейно-политической направленности и материально-технической обеспеченности политических образований, составляющих субъект политического экстремизма, что способствует широкомасштабное и целенаправленности экстремистской деятельности;
- отказ субъектов политического экстремизма от компромиссов, принятия договоренностей с политическими противниками, что объясняется, во-первых, решительностью в достижении поставленных целей, во-вторых, использованием насилия в качестве основного метода в своей стратегии и, в-третьих, отсутствием веры в возможность достижения политических целей иными путями.
По мнению большинства исследователей, политический экстремизм является исторически и социально обусловленным явлением, его появление и воспроизводство вызвано совокупностью объективных и субъективных причин социального, экономического, национального, идеологического, психологического характера. Применительно к российской ситуации наиболее существенными называют следующие причины: распад единого государства и усиление сепаратизма и национализма; глубокий системный кризис, охвативший все сферы жизни и как следствие – ухудшение социально-экономического положения населения, увеличение доли маргинализированных и люмпенизированных слоев общества, нарастание социального напряжения в обществе; борьба за власть политических партий и движений; криминализация общества и политизация уголовной преступности; правовой нигилизм граждан.
Всестороннее исследование проблемы политического экстремизма предполагает классификацию всех его проявлений, выделение в нем конкретных видов и форм. определение выдвигаемых целей и объектов, что имеет значение для организации противодействия ему со стороны государственных органов, наделенных соответствующими правами и функциями. В большинстве научно-теоретических исследований российских ученых в основу типологии экстремизма положен учет субъектов экстремистской деятельности, в соответствии с позициями которых проявления политического экстремизма можно разделить на следующие типы:
- международный экстремизм, осуществляемый на территории нескольких государств;
- государственный экстремизм – проводимый с участием государственных органов на международном и внутригосударственном уровнях;
– внутренний экстремизм – совершаемый государственными органами и оппозиционными политическими структурами внутри страны.

Заключение

В качестве вывода могу привести собственное заключение того, что политическое насилие и политический экстремизм – есть вещи разные и одинаковые одновременно.
Разные в том, что политическое насилие законное, лигитимное. Экстремизм же действие правомерное иногда даже террористическое.
Но порой политическое насилие выходит за рамки закона и идет вопреки общества, не соблюдая морали, в попытках достижения своих целей. Экстремизм может быть ответом не только на законное насилие, но и не на законное.
Экстремизм-это ответ на политическое насилие. Но в нашем современном мире, все бывает и на оборот, иногда экстремисты своими террористическими действиями провоцируют правительство на насилие, либо же правительство прикрывается, в качестве оправданий, их действиями для совершения своих злодеяний.