мотив. Ева Осипова 1гл. Причины и условия преступности в современной России
![]()
|
Глава 1 ПРЕСТУПНОСТЬ: ПОНЯТИЕ И СОДЕРЖАНИЕ1.1 Понятие и признаки преступностиПонятие «преступность» употребляется в отношении множественности преступлений, их определенной статистической совокупности. Преступность – это сложное социально-правовое явление, исторически изменчивое, негативное, представляющее систему преступлений, совершенных на определенной территории за определенный период времени. Признаками преступности являются: 1. Социальный характер. Преступление связано с конкретными действиями, совершенными против общественных интересов. И преступники, и жертвы являются членами общества. Преступность связана с процессами, происходящими в обществе, и связана главным образом с социальными условиями, а не с биологической природой человека. Последствия совершенных преступлений затрагивают интересы общества и его нормальное функционирование. 2. Правовой характер. Преступление как явление имеет уголовно-правовую природу, так как объединяет отдельные социально опасные деяния, которые в уголовном праве признаются преступлениями. Понятие и виды преступлений определяются уголовным законодательством. Это позволяет отличать преступность от других видов преступлений и аморальных действий. 3. Историческая изменчивость. С момента своего создания преступность постоянно менялась из-за изменений в обществе, его социально-экономических, идеологических, политических, организационных и управленческих и других факторов. Состояние преступности не одинаково в разных социально-экономических группах. Изменения в законодательстве также напрямую влияют на качественные и количественные характеристики преступности. 4. Негативные проявления. Преступные действия причиняют невосполнимый вред как охраняемым законодательством общественным отношениям, так и экономическим (в силу того, что преступность влечет затраты общества на борьбу с этим явлением и на достижение целей наказания. 5. Массовый характер. Преступность – это совокупность множества индивидуальных противоправных актов, событий и лиц, их совершивших, на определенной территории за определенный период времени. Она обладает специфическими признаками, которые могут отсутствовать в единичных преступлениях. 6. Системность. Преступность – это не простая совокупность преступлений. Она включает в себя взаимосвязанные элементы, обладает относительной самостоятельностью и системными свойствами, устойчивыми взаимозависимостями как внутри системы, так и с внешними социальными явлениями. Все вышеназванные признаки преступности диалектически взаимосвязаны. Причины преступности - такие явления общественной жизни, порождающие преступность и способствующие ее существованию. Причинами преступности называется совокупность социальных явлений и процессов, играющих роль условий в определенных обстоятельствах, которые определяют существование преступности как социального явления, наличие в ее составе частей, а на индивидуальном уровне - совершение конкретных преступлений. Субъективные причины преступности в своей основе базируются на учениях социальной психологии, которые включают искажение нравственных ценностей и правосознания личности, совершающей правонарушения. Объективные причины преступности, наоборот, не зависят от конкретного субъекта, социальной преступности, противоречий и экономических колебаний, политических волнений в обществе, которые образуют трудности и недостатки для людей, порождая, таким образом, антиобщественную мотивацию и преступное поведение. К условиям преступности относится совокупность явлений, не способных породить сами по себе преступность, но которые служат обстоятельствами, которые подталкивают к ее возникновению и существованию. Условия преступности подразделяются на три основные группы: 1) сопутствующие условия - образуют общий фон событий и явлений, обстоятельства места и времени; 2) необходимые условия - без которых событие не наступило бы; 3) достаточные условия - комплекс всех необходимых условий. К объективным условиям преступности относятся недостатки организационного, правового, технического порядка, поддерживающие действие субъективных и объективных причин преступлений. К субъективным условиям преступности относятся социально-ролевые, демографические и психологические особенности населения. Причины и условия взаимодействуют друг с другом и являются важным фактором при появлении преступности. Факторы, которые выступают в качестве причин, без необходимых условий не смогут являться достаточными для появления преступности. Связь причин и условий называют детерминизмом. Опасность российской организованной преступности заключается в том, что наибольшую угрозу она представляет не западным государствам, а прежде всего России. Кроме того, в нашей стране не достаточно подготовленный уровень борьбы с преступностью. Уровень борьбы с организованной преступностью зависит от надежной правовой базы, уровня технической оснащенности правоохранительных органов, возможностей проследить в потоки «грязных» денег. Чем больше стран, способных и имеющих возможность на высоком уровне проводить борьбу с организованной преступностью, тем больше перспектив у мирового сообщества в противостоянии мафиозным структурам. С указанной позиции в России открыты широкие возможности для организованной преступности всего мира, поскольку нет жесткого налогового, валютного, финансового, банковского, экономического контроля. Несомненно, возникновение и укрепление организованной преступности в России в своей основе имеет рост всей преступности, монополизации, концентрации различных форм преступной деятельности. Общая преступность в СССР и в России пошла в рост с конца 80-х и в начале 90-х годов прошлого столетия. По видам и группам преступлений этот рост был неравномерным, преобладали групповые и корыстные, а также корыстно-групповые деяния. Рост учтенной и латентной корыстной преступности и ее организованных форм связан был, в первую очередь, с бурным социально-психологическим процессом экономизации всех общественных отношений. Поскольку параллельно шла деформация нравственной сферы, распространение получили правовой нигилизм и идеология обогащения любым способом. В такой социально-психологической обстановке запрет под угрозой уголовным наказанием становился все менее действительным, поэтому многие формы организованной преступности обществом стали оцениваться как обычная деловая активность. Некоторые сведения о числе преступных групп, имеющих признаки организованности, по СССР стали собираться с 1986 г. За период с 1986-198г.г. выявили 2607 таких групп, совершивших около 20 тыс. преступлений, в том числе 218 убийств и 285 разбойных нападений. Из них 50 групп были глубоко законспирированы и действовали т на протяжении приблизительно 5 лет. Системные сведения об организованной преступности в России появляются с 1989 г. Число выявленных организованных групп в 90-ые годы прошлого века увеличилось с 485 до 8800 или 18 раз. Преступная среда накапливала свой ресурсный и функциональный потенциал, что позволило в относительно короткий период криминальному миру пройти достаточно сложный путь - от разрозненных бандитских групп до интеллектуально и технически обеспеченных, тщательно законспирированных преступных сообществ. В последние десятилетия экономическая преступность вышла на уровень, который создает угрозу национальной безопасности России, особенно в сфере кредитно-финансовой, где наблюдается хищение денежных средств при помощи использования подложных платежных документов, не целевое использование льготных кредитов, перелив капиталов в неконтролируемую или теневую экономику, отмыванием криминальных денег. На этом фоне усугубляется положение граждан России: низкие среднедушевой денежный доход населения и среднемесячная номинальная заработная плата на одного работника в регионах, высокий уровень безработицы приводят к тому, что в обществе продолжает расти разочарование и пренебрежение к нормам и законопослушному поведению. Таким образом, связь опасных тенденций развития преступности в России, и прежде всего организованной, с процессами политического, экономического, идеологического, культурно-нравственного характера несомненна. Велика доля деяний, совершенных в составе преступного сообщества, относящихся к преступлениям в сфере незаконного оборота наркотических и психотропных средств. Существенную роль играет географическое положение регионов, которое в определенной мере способствует установлению международных и межрегиональных преступных связей, что благотворно сказывается на развитии преступного бизнеса за пределами субъектов Федерации, а также и на территории зарубежных государств. На сегодняшний день региональная организованная преступность прогрессирует, используя новые социально-экономические и политические условия, а также внедряется в наиболее прибыльные сферы криминальной деятельности, структуры власти и отрасли экономики, применяя для этого свои коррупционные связи. 1.2 Виды преступности и статистическая характеристика преступности в РоссииТакой социальный феномен как преступность существует в любом государстве, однако в каждой стране она обладает определенными криминологическими характеристиками, имеющими существенные различия. Тем не менее, последнее двадцатилетие характеризуется общемировой тенденцией на снижение преступности, которое получило наименование «great crime drop» (великое снижение преступности). Количество зарегистрированных преступлений снижается различными темпами, но во всём мире. Уже к началу 2000-х как регистрируемая правоохранителями, так и фиксируемая виктимологическими опросами преступность снизилась более чем на 70 %. Поначалу феномен считался сугубо американским, но уже к середине нулевых стало понятно, что тренд на снижение преступности затрагивает все развитые страны [1]. На фоне таких мировых тенденций представляется интересным криминологический анализ состояния и структуры преступности в России. Исследуемый период 2014-2020 гг. во многом связан с воздействием на развитие страны внешних факторов (санкций), отражающихся на экономике России и, естественно, влияющих на состояние преступности. В указанный период численность населения с доходами ниже установленного прожиточного минимума возросла на 1,4% [2] (см. табл.1). Таблица 1 Уровень доходов населения в 2014-2020 гг.
Следует обратить внимание на то, что в 2015, 2016, 2020 гг., характеризующихся повышением уровня финансового неблагополучия аселения, также повышаются и показатели преступности в стране [3] (см. рис. 1). ![]() Гистограмма 1 Количество преступлений, зарегистрированных в РФ в 2014-2020 гг. Аналогичная тенденция прослеживается и в показателях динамики экономической преступности (см. гист. 2). ![]() Гистограмма 2 Динамика преступлений экономической направленности в 2014-2020 гг. Анализируя статистические данные о криминальной активности в стране в 2014-2020 гг., необходимо обратить внимание на то, что значительная часть преступлений регистрируется в городах и поселках городского типа и только лишь пятая часть от всего объема совершенных деяний – в сельской местности (см. табл. 2). Таблица 2 Данные о местах совершения преступлений в 2014-2020 гг.
Мы видим относительное постоянство в соотношении мест совершения преступлений, с трендом на постепенное сокращение количества общественно опасных деяний в сельских поселениях. Важным показателем преступности является количество погибших в результате совершения преступлений и лиц, которым причинен вред здоровью. Эти данные продемонстрированы в гистограмме 3. ![]() Гистограмма 3 Количество погибших и лиц, которым причинен тяжкий вред здоровью в результате преступлений в 2014-2020 гг. (в тыс. человек) Представленные данные характеризуют наметившуюся тенденцию на сокращение насильственной преступности с тяжкими последствиями в виде смерти человека или причинения ему тяжкого вреда здоровью. Любое преступление причиняет вред. Основным статистическим показателем такого вреда является материальный ущерб, оцениваемый в денежной сумме. Ущерб от преступлений, совершенных в исследуемый промежуток времени, составил огромную сумму в 58 трл. 648 млрд. рублей (см. гист. 4). ![]() Гистограмма 4 Ущерб, причиненный преступлениями в 2014-2020 гг. (в млрд. руб.) Следует обратить внимание на соотношение количества регистрируемых преступлений и причиняемого ими ущерба. Оно обратно пропорционально. Чем ниже преступность (в количественном измерении) тем выше ущерб, причиняемый ею. Вывод, который напрашивается из этой диспропорции один: общественно опасные деяния, причиняющие максимальный экономический урон: хищения, взяточничество, налоговые преступления, контрабанда совершаются в последнее время не так часто как раньше, однако их размеры (в смысле причиняемого ущерба) стали значительно больше. Кроме того, свою роль играют и инфляционные процессы, благодаря которым суммы ущерба увеличиваются из года в год. Важным статистическим показателем является удельный вес тяжких и особо тяжких деяний в числе зарегистрированных преступлений. Анализ данных позволил представить картину этих видов преступности в гистограмме 5. ![]() Гистограмма 5 Соотношение тяжких, особо тяжких и иных преступлений, совершенных в период 2014-2020 гг. Среди качественных характеристик преступности особое место занимает ее структура. Ни диаграмме 1 представлена структура преступности в 2014 г. ![]() Диаграмма 1 Структура преступности в 2014 г Почти половину всех зарегистрированных в 2014 г. преступлений (45,3%) составляют хищения чужого имущества, совершенные путем: кражи – 891,9 тыс. (-3,3%), грабежа – 76,2 тыс. (-17,3%), разбоя – 14,2 тыс. (-13,7%). Каждая четвёртая кража (25,6%), каждый двадцать второй грабеж(4,5%), и каждое тринадцатое разбойное нападение (7,6%) были сопряжены с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище. Каждое двадцать восьмое (3,6%) зарегистрированное преступление – квартирная кража [4]. По прошествии пяти лет структура преступности несколько изменилась. Это связано с развитием научно-технического прогресса появлением новых видов преступности. На диаграмме 2 представлена структура преступности по итогам 2020 г. ![]() Диаграмма 2 Структура преступности в 2020 г. К 2020 году заметно снижение в структуре преступности доли таких видов преступлений как кража (-3%), грабеж и разбой (-1,6%), убийства, тяжкий вред здоровью, изнасилования (0,6 %), хулиганство (-0,1%). Заметно выросла доля мошенничества (5,3 %). Выделились такие виды преступлений как взяточничество и преступные нарушения ПДД. Впервые в статистическом учете преступности в 2019 году появился новый объект – преступления, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационных технологий. Распространение этого вида преступности в стране получило колоссальный размах. В 2020 г. было зарегистрировано 510396 таких преступлений, что на 73,4% больше чем в 2019 году [5]. Их наибольшее количество связано с хищением чужого имущества (см. диаг. 3). Как видно из представленной диаграммы среди преступлений с использованием информационно-телекоммуникационных технологий преобладают мошеннические хищения, кражи денежных средств, наркопреступления (сбыт наркотиков через Интернет). ![]() Диаграмма 3 Структура преступлений совершенных с использованием ИТТ в 2020 г. Подводя итог, необходимо заметить, что анализ состояния, динамики и структуры преступности в 2014-2020 гг. приводит к выводу об определенных ее изменениях в этот период. Несмотря на общее снижение преступности, растет удельный вес тяжких и особо тяжких преступлений. Ущерб от совершения преступлений также имеет тенденцию к увеличению. Из года в год сокращается число погибших в результате совершения преступлений и лиц, которым причиняется тяжкий вред здоровью. Наблюдаются изменения в структуре преступности: снижение количества совершаемых краж, грабежей и разбоев и существенное увеличение количества мошенничеств, за счет их совершения с использованием информационно-коммуникационных технологий. Преступность семимильными шагами «уходит» в виртуальное пространство. 1. Великое снижение преступности // Открытая полиция: проект Комитета гражданских инициатив. – URL: https://openpolice.ru/news/velikoesnizhenie-prestupnosti/ (дата обращения: 14.02.2021). 2. Федеральная служба государственной статистики / Офиц. сайт Росстата. [Электронный ресурс]. – URL: https://www.gks.ru/ (дата обращения 20.02.2021). кража 38,2% мошенничество 12,7% мошенничество с платежными картами 6,00% мошенничество в сфере комп. информации 0,26% организация азартных игр 0,31% призывы к осущ. терроризма 0,8% нарко преступления 9,18% распространение порнографии 0,71% призывы к экстремизму 0,10% компьютерные преступления 1,98% 3. Портал правовой статистики / Офиц. сайт Генеральной Прокуратуры Российской Федерации. [Электронный ресурс]. ̶ URL: http://crimestat.ru/offenses_table (дата обращения 03.02.2021). 4. Состояние преступности в России за январь-декабрь 2014 г. – Москва: ГИАЦ МВД России, 2015. – С. 4. 5. Состояние преступности России за январь-декабрь 2020 г. – Москва: ГИАЦ МВД России, 2021. – С. 42. 1.3. Латентная преступностьДовольно важным сегодня является вопрос латентности насильственных преступлений, а проблема снижения латентной преступности, соответственно, является актуальной, сложной и острой как для науки, так и для практики. Разделение латентной преступности на естест- венную и искусственную является общепризнанным. Кроме того, следует выделить латентность пограничных ситуаций, когда определенные латентные преступления содержат в себе черты естественной и искусственной латентности. Искусственная латентность, как правило, имеет место в ситуации нарушения законодательства и подзаконных актов непосредственно правоохранительных органов. Вышеуказанная латентность выражается в сокрытии преступлений представителями государства. Естественная латентность обусловлена естественным стремлением лиц, совершивших преступление, утаить совершенное преступление с целью не быть подвергнутыми уголовной ответственности. Также естественная латентность свойственна преступлениям, о которых потерпевшие не заявили в правоохранительные органы, несмотря на то, что данными преступлениями был причинен им ущерб. Вышеуказанная ситуация объясняется прежде всего неверием в успешную работу правоохранительных органов по раскрытию преступлений и изобличению преступников. Также потерпевшие могут опасаться мести преступников и сомневаться в способности правоохранительных органов их защитить. Обоснованно мнение, что «сегодня организованные преступные группировки прибегают к угрозам и реальному уничтожению имущества лиц, соперничающих с ними за сферы влияния, а также в целях запугивания лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью и отказывающихся платить соответствующие поборы» [1, с. 104]. Выявить преступления, ставшие латентными по причине отсутствия внутреннего единства и согласованности действий органов, и как следствие должностных лиц, осуществляющих учет преступлений, можно путем применения различных методов. Например, эффективным методом является метод сравнительного анализа информации, фиксируемой различными ведомствами. Отметим, что «в измерении деяний, оказавшихся вне системы регистрации в силу несовершенства законодательства, регламентирующего процесс учета преступлений, наиболее эффективен метод анализа документов (в том числе постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел, а также самих материалов уголовных дел)» [2]. При этом требуют отдельного внимания конкретные случаи, когда в правомерном требовании (заявлении) лица о возбуждении уголовного дела сотрудники правоохранительных органов отказывают ввиду отсутствия достаточной информации о преступном посягательстве во время вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Выявить и измерить латентность преступлений в данных случаях можно путем проведения плановых анализов документов в рамках как межведомственного, так и внутриведомственного контроля (речь идет о методах выявления). Установить уровень объективно-латентной преступности можно также путем применения методов выявления, применяемых специально уполномоченными органами. Напомним, что скрываемую часть преступности (латентную преступность), как правило, формируют деяния, оказавшиеся вне системы государственного регистрационного и статистического учета преступлений, ввиду наличия субъективной заинтересованности органа (а также должностных лиц данного органа), уполномоченного осуществлять регистрацию преступлений. Преступление становится латентным, во-первых, в результате отказа органа регистрационного учета преступлений принять заявление о совершенном противоправном деянии (данный факт необходимо рассматривать как нарушение правил фиксации повода к возбуждению уголовного дела, с применением соответствующих мер ответственности к лицу, допустившему данное нарушение); во-вторых, отсутствия надлежащей фиксации повода к возбуждению уголовного дела в отказных формулярах в принятии заявления о совершенном преступлении или не регистрации заявления о преступлении даже в случае его принятия. Выявление и измерение вышеуказанного типа скрываемой преступности осуществляются с помощью следующих методов, таких как опрос населения и анализ различного рода документов. Также может быть полезна процедура сопоставления данных виктимологического опроса населения, анализируемых в соответствии с населением региона и числа зарегистрированных заявлений о преступлениях за исследуемый период. Исследования показывают, что «нередко сотрудники полиции проводят по фактам, указанным в заявлении, первоначальные оперативнорозыскные действия, направленные на раскрытие преступления, но, не установив по горячим следам лицо, совершившее преступление, с тем, чтобы не «портить статистику в районе» по раскрываемости преступлений, убеждают потерпевшего не подавать заявление о преступлении» [3, с. 147]. Также рассмотрим ситуации, связанные с преступлениями без потерпевших, которыми затронуты государственные и общественные интересы. Например, справедливо утверждение, что «отсутствие реальной возможности в момент принятия процессуального решения дознавателями органов ГПН ФПС достоверно зафиксировать такой признак объективной стороны преступления, как повреждение лесных насаждений, приводит к неправомерному отказу в возбуждении уголовных дел и повышению уровня латентности преступлений, связанных с пожарами в лесах» [4, с. 119]. Во-вторых, преступные деяния становятся латентными вследствие незаконного отказа в возбуждении уголовного дела. Метод выявления представляет собой тщательное изучение документов, на основании которых было вынесено решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Данный метод является важным для выявления указанных деяний. По оценкам экспертов, «деяния, сокрытые от учета, таким образом, занимают наибольший удельный вес в структуре субъективно-латентной преступности» [5]. К сожалению, судебная практика изобилует примерами незаконного отказа в возбуждении уголовного дела. Но данный незаконный отказ можно обжаловать в установленном порядке. Особое внимание следует обратить на изучение описательно-мотивировочной части постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, так как в ней указаны фактические обстоятельства и нормативная база, которой обосновывается данное решение. Так, житель Пермского края обратился в суд с жалобой. Гражданин просил суд признать незаконным постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. В жалобе гражданин утверждает, что должностные лица МВД России и Прокуроры не соблюли процедуру проведения доследственной проверки1. Жительница Смоленской области утверждает, что следователь незаконно отказал в возбуждении уголовного дела, не принял мер по собиранию доказательств и иных материалов для изобличения противоправных действий2. Житель республики Крым считает решение об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным, поскольку оно вынесено без оценки доказательств, без проведения необходимых проверок3. Житель Смоленской области утвержда-ет, что проверка по его заявлению о возбуждении уголовного дела вовсе не была произведена. Мужчина утверждает, что его заявления в полицию и территориальный орган Следственного комитета четыре раза перенаправлялись из полиции в Следственный комитет и обратно, а на шесть жалоб в прокуратуру поступили стандартные ответы, не относящиеся к его заявлению, содержащие выписки из текстов нормативных актов4. К сожалению, нередки случаи откровенной халатности сотрудников правоохранительных органов. Так, жительница Ивановской области (потерпевшая по уголовному делу) утверждает, что во время проведения доследственной проверки, закончившейся постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, ее так и не опросили5. Житель Красногорска утверждает, что в производстве у правоохранительных органов более девяти месяцев находятся материалы проверки по его заявлению, ознакомиться с ними он не может, вследствие чего обращается в суд6. Вызывают вопросы у граждан и процедура обжалования незаконных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, а также деятельность суда. Так, житель Московской области считает, что суд, отказывая в удовлетворении поданной жалобы, формально подошел к ее рассмотрению. Суд не проверил, имелись ли у следователя основания для отказа в возбуждении уголовного дела, законно ли вынесено данное постановление, при этом не истребовал из следственного отдела копию его сообщения о преступлении и копию материала проверки по данному сообщению, которые он просил приобщить к материалам дела7. Еще один житель Московской области утверждает, что судом при рассмотрении его жалобы было принято неверное решение, так как суд рассмотрел его жалобу по требованиям, которые не были заявлены8. Необходимо понять обоснованность отказа сотрудников правоохранительных органов в возбуждении уголовного дела. Отметим, чтопроцедура обжалования незаконных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела имеет большое значение, поскольку служит защите прав и законных интересов граждан. В-третьих, одним из используемых способов нарушения правил учета преступлений является регистрация определенных групп преступлений по отдельным эпизодам, где вероятно быстрое изобличение преступников. Остальные эпизоды уходят в тень. Метод экспертных оценок позволяет установить примерную картину указанных деяний. В-четвертых, преступные деяния становятся латентными вследствие незаконного прекращения уголовного дела. В-пятых, латентные преступления могут появляться в процессе судебного разбирательства. Например, судом неправомерно выносится оправдательный приговор по реабилитирующим основаниям. С помощью изучения материалов уголовных дел следует изучать подобный вид латентной преступности. Рассмотрим методы измерения скрытой преступности. Скрытая, или естественно-латентная преступность представляет собой ситуацию, когда о факте совершения преступлений неизвестно правоохранительным органам. Как показывает анализ криминологической литературы, «одними из наиболее эффективных при установлении уровня рассматриваемых видов скрытой преступности являются методы опроса и анкетирования» [3, с. 149]. Для исследований должностных преступлений и преступлений в сфере экономики требуется проведение специальных исследований определенных видов преступлений. Кроме того, необходимо установить круг лиц, которые имеют информацию о преступлении в рамках собственной деятельности. Необходимо обозначить количество вышеуказанных информаторов. Отметим, что методы и способы установления уровня латентности отдельных видов преступлений выбираются в зависимости от видов и особенностей анализируемых преступлений. Таким образом, при выявлении уровня и основных показателей латентной преступности необходимо использовать прямые и косвенные методы в совокупности. Однако большинство из них, к сожалению, не имеют широкого практического применения. Данный факт обусловлен рядом объективных причин, с опорой на которые должна быть проведена масштабная работа по выработке таких методов, которые можно было бы внедрить в минимально короткие сроки, без потери эффек-тивности. Одним из таких методов может стать метод аналогии, заключающийся в сравнительном анализе показателей зарегистрированной преступности в схожих по социально-экономическим показателям регионах России. Данные, полученные в результате применения какого-либо метода, не следует принимать как абсолютную истину, без последующей проверки путем использования другого метода, что позволит говорить о достаточно достоверном установлении уровня латентной преступности. В окончании настоящей статьи отметим, что изучение латентной преступности не является неразрешимой задачей. Недостаточная проработка данной проблемы – есть результат того, что государство не готово выделять необходимое количество ресурсов для решения данного вопроса, а общество не испытывает в этом острой необходимости. Косякова Н.С. Составы преступлений подследственных органам дознания МЧС России: вопросы квалификации. СПб., 2017. 122 с. 2. Сазонова Н.В. Несовершенство нормативного регулирования регистрации как причина латентности преступлений // Сибирский юридический вестник. 2002. № 2. С. 61-63. 3. Муслов Б.В. Латентная преступность: некоторые вопросы теории и практики производства. М., 2008. 4. Малько А.В., Немченко С.Б., Смирнова А.А. Правовая политика в сфере обеспечения пожарной безопасности, гражданской обороны, чрезвычайных ситуаций и ликвидации последствий стихийных бедствий (обзор материалов «круглого стола») // Государство и право. 2015. № 5. С. 118-125. 5. Гаврилов Б.Я. Латентная преступность и обеспечение конституционного права граждан на доступ к правосудию. М., 2004. 92 с. 1.4. Понятие и значение виктимологических факторов конкретного преступления в причинной детерминации преступностиВиктимология занимается исследованием различных аспектов психологии поведения жертвы. Термин «виктимология» в буквальном смысле означает «учение о жертве» (от лат. victima – жертва и греч. logos – учение). Эта наука возникла в результате изучения жертв преступлений и изначально развивалась в рамках криминологии. Однако на данном этапе развития виктимологии существуют два направления. Первое направление объектом своих исследований считает только жертву преступления; второе рассматривает понятие жертвы шире – это не только жертва преступления, но и любая другая жертва (несчастного случая, стихийного бедствия и т. п.). Однако, несмотря на то, что виктимология естественно представляет из себя учение о жертве преступления, центральное место среди ее концепций занимает понятие виктимность [2]. Также виктимностъ или виктимогенностъ – физические, психические и социальные черты и признаки, которые создают предрасположенность к превращению человека в жертву (преступления, несчастного случая, деструктивного культа и т.д.). Виктимизация – процесс приобретения виктимности, или, другими словами, – это процесс превращения человека в жертву и его последствия. Виктимизация, таким образом, объединяет в себе и динамику (реализацию виктимности) и статику (реализованную виктимность) [4]. Однако вопросы виктимологии стали объектом научных, в первую очередь – криминологических, исследований лишь со времен Второй мировой войны. Сегодня в отечественной науке еще нет виктимологии, всеобъемлющей по своему предмету, но в перспективе, она превратится в самостоятельную область, синтезирующую знания о жертвах любого происхождения. Виктимология – одна из наук о человеке, которая изучает поведение, отклоняющееся от нормы безопасности. Однако со временем представления о ней претерпели изменения и определились различные позиции относительно предмета виктимологии и ее научного статуса. Эти позиции сводятся к следующим положениям: В общих чертах, виктимология – это отрасль криминологии или частная криминологическая теория и, следовательно, развивается в ее рамках [3]. С одной стороны, виктимология – это вспомогательная – для уголовного права, уголовного процесса, криминалистики – междисциплинарная наука о жертве пре- ступления. Она существует и функционирует параллельно с криминологией. С другой стороны, виктимология – это общая теория, учение о жертве, имеющее предметом исследования жертву любого происхождения, как криминального, так и не связанного с преступлениями (жертву несчастных случаев, природных и техногенных катастроф, эпидемий, войн и иных вооруженных конфликтов, политических противостояний, а также различных видов насилия и аддиктивного поведения). Таким образом, виктимология – самостоятельная наука, принадлежность которой к юридической сфере можно признать лишь отчасти. В настоящее время уже не вызывает сомнений тот факт, что виктимологическая характеристика преступлений, связанных с причинением вреда физическому лицу, является неотъемлемой частью криминалистической характеристики таких преступлений. То, что криминологи рассматривают изучение виктимологической характеристики, например, тяжкой насильственной преступности как направление криминологического исследования, «объектом которого являются убийства и умышленные причинения тяжкого вреда здоровью под углом зрения обусловленности их особенностями личности потерпевшего, взаимоотношением его с преступником в предкриминальной и криминальной ситуации совершения преступления» [4, с. 20], только подтверждает криминалистическое значение виктимологической составляющей преступления. В механизме преступного причинения вреда человеку виктимизация потенциальной жертвы совпадает во времени и пространстве с криминализацией лица, общественная опасность которого достигла максимальной степени – готовности к совершению преступления. Таким образом, криминогенные и виктимогенные детерминанты в их объективной части (время и место, обстановка совершения преступления) идеально совмещаются, разнятся только их субъективные – биологические и социальные элементы, относящиеся к личностным особенностям обоих участников системы «преступник – жертва». Это обстоятельство имеет важное значение как для решения тактических вопросов расследования, так и для методических, поскольку при изучении закономерностей преступной деятельности, формировании версий и планировании расследования по делам о преступлениях, причиняющих вред человеку в условиях неочевидности, и ученый-исследователь, и практический работник отталкиваются от того, что именно известно следователю на момент обнаружения преступления. Если речь идет о преступлениях против личности, то помимо объективных элементов криминалистической характеристики данного вида преступлений, выступающей «фундаментом построения любой частной методики расследования и раскрытия преступления» [5, с. 339], которые нашли отражение в обстоятельствах конкретного деяния, – у следователя появляется возможность выявить и оценить субъективные элементы, связанные с личностными характеристиками жертвы. Говоря образно, к моменту появления следователя на месте нераскрытого преступления там отсутствует преступник, но присутствует жертва, и первоначальный комплекс информации, поступающей к следователю, относится в основном к жертве. Установив личность жертвы, детально изучив данные о ее личности и привычках, следователь может и должен обратиться к той части криминалистической характеристики преступления, которая, собственно, содержит обобщенные данные о жертвах именно таких преступлений, то есть к виктимологической характеристике. Система виктимологических детерминант оказывает влияние не только на состояние преступности, но и на состояние безопасности в обществе. Виктимологические детерминанты конкретного преступления представляют собой совокупность обстоятельств (факторов), связанных с личностью и поведением жертвы, которые во взаимодействии с личностными свойствами преступника причинно детерминируют совершение преступления в рамках конкретной криминологической ситуации. Говоря о виктимологической детерминации в рамках конкретной криминологической ситуации необходимо учитывать следующее: а) взаимоотношения между будущей жертвой и преступником причинно детерминируют формирование личности преступника и даже на возникновение мысли о преступлении, т.е. виктимологический аспект начального этапа криминологической ситуации (в некотором смысле жертва создает преступника»); б) являясь элементом конкретной жизненной ситуации, жертва, вступая во взаимодействие с будущим преступником, причинно детерминирует формирование решимости совершить преступление (мотивация и принятие решения) – виктимологический аспект конкретной жизненной ситуации; в) взаимоотношения между будущими жертвой и преступником причинно детерминируют процесс реализации преступного намерения и достижения преступного результата – виктимологический аспект обстановки совершения преступления. Виктимологические условия – это процессы, которые сами по себе не определяют формирование потенциальной повышенной виктимности, но, сопровождая причины виктимизации во времени способствуют возникновения ситуации совершения преступления. Виктимологические условия можно разделить на две группы: а) провоцирующие виктимность, ситуацию преступления (например, неумеренное потребление спиртных напитков, болтливость, неразборчивость в связях, приставание к незнакомым людям); б) непосредственно предшествующие совершению преступления и проявляющиеся в процессе совершения преступления Знание особенностей и закономерностей влияния различных виктимологических детерминант (факторов) на конкретное преступление и преступность в целом важно не только само по себе, сколько для уяснения конкретных направлений профилактического воздействия па потенциальных и реально состоявшихся жертв преступлений. Если аккумулировать различные точки зрения ученых на детерминанты виктимизации, то вероятность стать жертвой преступного посягательства зависит от совокупности причин и условий (факторов), которые условно можно разделить на несколько групп: 1. Виктимогенные личностные характеристики и типы поведения будущей жертвы преступления. 2. Образ жизни, социальные роли и степень защищенности жертвы преступного посягательства. 3. Обстоятельства личносто-социального взаимодействия жертвы и преступника. 4. Факторы, связанные с особенностями времени и места, в которых развивается преступное посягательство. 5. Криминогенные качества личности и образа жизни преступника. 6. Объективные экономические, социально-культурные, правовые характеристики внешней среды (социальной системы), а также поведение третьих лиц. Среди форм виктимного поведения, предшествующего например насильственным преступлениям следует особо выделить провокацию, т.е. действия потерпевшего в виде угроз, насилия, оскорбления. Виктимное поведение потерпевшего может быть виновным и невиновным. Невиновной предрасположенностью становиться жертвой преступления следует считать виктимную способность отдельных людей, связанную не с отрицательным поведением, а со свойствами их личности, избранной профессией. Формой виктимного поведения потерпевшего является его неосторожность. Различают два вида неосторожности: случайная неосторожность и постоянная. Случайная неосторожность имеет место тогда, когда жертва однажды и случайно создает ситуацию, опасную для ее жизни, здоровья и т.д. Несмотря на глубокие научные разработки криминальной виктимологии стройной концепции виктимологической профилактики преступлений с учетом ее организационного и правового аспектов до сих пор не создано. Это осложняет ее осуществление и зачастую оставляет невостребованными теоретические положения криминальной виктимологии. Виктимологическое исследование осуществляется на двух основных уровнях, которые соотносятся между собой как преступление (особенное) и преступность (общее). Изучение на особенном уровне позволяет расценивать поведение жертвы преступления как фактор, могущий повлиять на зарождение и развитие у преступника намерений противоправного характера. Изучение на общем уровне позволяет установить закономерности виктимного поведения, выявить его причины. Конечной целью виктимологического изучения является повышение эффективности предупреждения конкретных преступлений и профилактика преступности в целом путем воздействия непосредственно на потерпевших, а также организация правового воспитания, ориентированного как на потенциальных потерпевших, так и на возможных преступников. Полученную в ходе виктимологического анализа информацию следователь может успешно использовать по следующим направлениям: 1) выдвижение версий о преступнике и установление круга лиц, среди которых его следует искать (так, например, если выясняется, что убит «вор в законе», лидер преступной группировки, то возможны такие версии: организатором преступления может быть а) лидер конкурирующей преступной группировки (по мотивам устранения конкурента, мести за убийство лидера или члена группировки и пр.); б) руководитель предприятия, фирмы, предприниматель (по мотивам мести за невозврат кредита, устранения лица, вымогающего деньги, имущество и т.д.); в) член группировки (мотивы: месть за обвинение в преступлении, устранение препятствий в лице жертвы на занятие лидирующего положения в группе и др.)); 2) выяснение причин преступления и условий, способствовавших его совершению (напомним, что согласно ч. 2 ст. 73 УПК РФ по любому уголовному делу подлежат выявлению обстоятельства, способствовавшие совершению преступления), принятие мер к их устранению; 3) прогнозирование поведения потерпевшего на предварительном следствиии в суде (это направление тесно взаимосвязано с разработанной криминалистической виктимологией классификацией потерпевших); 4) использование данных о потерпевшем в процессе планирования и проведения следственных действий и оперативных мероприятий, а также привлечение потерпевшего к участию в указанных действиях; 5) выбор и осуществление мер, направленных на обеспечение безопасности потерпевшего на всех стадиях уголовного процесса, а также на его психологическую, социально-правовую реабилитации, мер виктимологической профилактики. Виктимологический анализ предполагает разрешение следующих конкретных вопросов: 1) интересы какого круга лиц затрагивали служебная и общественная деятельность потерпевшего (это в большей степени характерно для убийств, причинения вреда здоровью); 2) есть ли данные, свидетельствующие о знакомстве преступника и потерпевшего; 3) кто мог знать о наличии у потерпевшего определенных ценностей; 4) каков круг общения потерпевшего, каковы родственные связи; 5) какие черты личности потерпевшего, обстоятельства образа жизни, занятия могли привести к совершению против него преступления (т.е. что обусловило виктимность); 6) были ли у потерпевшего с кем-либо конфликтные отношения; 7) кому выгодно совершение преступления; 8) какие отношения складывались между потерпевшим и лицом, совершившим преступление, и другие вопросы. Если обратиться к официальной государственной отчетности МВД РФ, то можно заметить, что перечень отражаемых в ней данных неполный. Показатели уголовно-правовой статистики как одного из двух разделов судебной статистики характеризуют, с одной стороны, деятельность органов предварительного расследования, судов, исправительных учреждений, а с другой стороны, дают более или менее истинную картину совершенного преступления и преступности в целом. Но в современной уголовной статистике почти забыты потерпевшие от преступления. Есть необходимость отслеживать и статистические показатели, характеризующие поведение потерпевшего в период, непосредственно предшествовавший событию преступления, и в период самого события преступления (а также его посткриминальное поведение), и связь этого поведения с поведением преступника (например, интенсивность нападения в связи с интенсивностью обороны, бегство от потерпевшего). Это так называемая “динамическая область” виктимологических показателей. Виктимологическая статистика (или статистика потерпевших) необходима для практической деятельности правоохранительных органов, для дальнейшего развития криминологии и уголовно-правовых наук в целом. Получаемая информация должна иметь форму не точечных исследований, а комплекса мероприятий, направленных на получение количественной характеристики личности потерпевших и их поведения. На организацию работы по предупреждению и раскрытию преступлений сказывается наличие возможно более полной и разносторонней информации о всех обстоятельствах подготовки или совершения преступлений, включая данные о преступниках, их жертвах, мотивах, целях действий всех участников криминальных событий. Криминология: Учебник для вузов / А.Ф. Агапов, Л.В. Баринова, В.Г. Гриб и др.; под ред. В.Д. Малкова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юстицинформ, 2016. - 528 с. 2. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации /отв. ред. А.А. Чекалин; под ред. В.Т. Томина, В.В.Сверчкова. М.: Юрайт-Издат, 2016. - 718 с. 3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова, Г.А. Есаков и др.; отв. ред. А.И. Рарог. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2017. - 824 с. 4. Васильчикова Н.В., Кухарук В.В. Криминология: конспект лекций. - Издательство: Юрайт-Издат; 2016. - 144 с. Низамов В.Ю. К вопросу о криминалистической характеристике преступления и криминалистической характеристике расследования / В.Ю. Низамов // Научная школа уголовного процесса и криминалистики СанктПетербургского государственного университета: Уголовная юстиция XXI века (к 15-летию практики применения УПК РФ) : материалы Междунар. науч.- практ. конф., Санкт-Петербург, 23-24 июня 2017 г. / под ред. Н.П. Кирилловой, Н.Г. Стойко. – Санкт-Петербург, 2018. – С. 338–342. |