Министерство образования и науки Российской Федерации
(Минобрнауки России)

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение
высшего профессионального образования

Дипломная работа на соискание квалификации
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ КАК СУБЪЕКТЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА
Специальность 03050165 – «юриспруденция»

САРАТОВ 2012

Оглавление

Введение
1. Общие положения о международных организациях
1. 1Понятие и классификация международных организаций
1.2 История создания и эволюция международных организаций
2. Некоторые особенности, вытекающие из статуса международных организаций
2.1 Международная организация как юридическое лицо
2.2 Контракты с участием международных организаций
2.3 Вопросы вещных прав на имущество международных организаций
3. Иммунитеты международных организаций
Заключение
Список использованной литературы

Введение

Межправительственные организации системы ООН все более активно участвуют в международных гражданско-правовых отношениях: заключают различного вида сделки, выступают субъектами авторского права, участвуют в совместном предпринимательстве и т. д.
К сожалению, следует признать, что практика участия межправительственных организаций в международных отношениях цивилистического характера в российской международно-правовой литературе практически не исследовалась. В западной международно правовой доктрине работы по этой проблеме также очень немногочисленны.
Между тем участие международных межправительственных организаций в международных отношениях невластного характера имеет ряд особенностей и порождает ряд теоретических и практических проблем. К числу наиболее важных следует отнести проблему адекватного правового регулирования. Здесь возникают вопросы о том, каков характер права, регулирующего этот вид отношений, как оно связано с международным публичным и международным частным правом и т. д.? Ответы на эти вопросы может дать анализ правовых актов межправительственных организаций и результатов их участия в международных отношениях .гражданско-правового характера.
Среди признаков международных организаций в литературе по международному праву принято выделять следующие: учреждение организации на основе международного договора; наличие организационной структуры, правоспособности, привилегий и иммунитетов; суверенное равенство государств-участников. 
Межгосударственные организации необходимо отличать, с одной стороны, от международных неправительственных организаций, а с другой — от международных хозяйственных объединений, которые либо создаются на основании гражданско-правового соглашения, либо учреждаются на основании международного договора. Как правило, такие объединения преследуют коммерческие цели.
Являясь наряду с государствами основными субъектами международного публичного права, международные организации участвуют также в международных частноправовых отношениях, когда они вступают в гражданско-правовые отношения с другими субъектами. Причем иностранным элементом в составе гражданского правоотношения, позволяющим квалифицировать отношение как международное частноправовое, является именно сама международная организация.
Следует сказать о двух видах частноправовых отношений, в которых принимает участие международная организация. С одной стороны, все международные организации, независимо от размера, наличия устава и содержащихся в нем положений о правоспособности, вступают, точнее — вынуждены вступать, в гражданско-правовые отношения с государством пребывания для обеспечения своей повседневной деятельности (электро-, газо-, водоснабжение и т. п., почтовая и прочая связь, приобретение канцелярских принадлежностей и пр.). С другой стороны, организации участвуют в гражданско-правовых соглашениях, которые связаны с реализацией ими своей целевой (уставной) правоспособности. Скажем, Международный банк реконструкции и развития уполномочен в соответствии с Уставом (Статьи Соглашения о МБРР 1945 г.) оказывать содействие частным иностранным инвестициям путем предоставления гарантий или участия в займах с целью осуществления конкретных проектов реконструкции и развития (ст. 1 (II), раздел 4 (VII) ст. 2). Понятно, что характер гражданско-правовых отношений в первом и во втором случаях различен.
Особенностью международных организаций как участников гражданских правоотношений является их публично-правовая природа: подчинение иностранному правопорядку противоречит независимому международно-правовому статусу международной организации. Как следствие в Российской Федерации гражданские правоотношения с участием международных организаций регламентируются в основном международными договорами Российской Федерации. Международными договорами Российской Федерации регулируются и гражданские правоотношения должностных лиц международных организаций, которые находятся в непосредственной связи с международными организациями, выступают от их имени.
Объем гражданской правоспособности международных организаций на территории Российской Федерации (как и их международной правосубъектности) неодинаков, поскольку определяется на основании международных соглашений в каждом конкретном случае. Как отмечается в литературе, «различные международные организации, даже различные специализированные учреждения ООН, обладают неодинаковым объемом прав и обязанностей».

1. Общие положения о международных организациях

1.1 Понятие и классификация международных организаций

В современных международных отношениях международные организации играют существенную роль как форма сотрудничества государств и многосторонней дипломатии.
Возникновение международных организаций в XIX веке явилось отражением и следствием объективной тенденции к интернационализации многих сторон жизни общества. Начиная с создания в 1815 году Центральной комиссии навигации по Рейну международные организации наделяются собственной компетенцией и полномочиями. Новым этапом в их развитии явилось учреждение первых международных универсальных организаций — Всемирного телеграфного союза (1865 г.) и Всемирного почтового союза (1874 г.), которые имели постоянную структуру.
Международная организация - учрежденная международным договором организация, призванная на постоянной основе координировать действия государств-членов в соответствии с предоставленными ей полномочиями.
Аналогичные определения встречаются в международно-правовых актах Организации носят самые разные наименования: организация, фонд, банк, союз (Всемирный почтовый союз), агентство, центр. Известно, что ООН на других языках именуется "Объединенные Нации". Все это не влияет на статус организаций.
Для классификации международных организаций могут быть применены различные критерии. По характеру членства они делятся на межгосударственные и неправительственные.
По кругу участников международные межгосударственные организации подразделяются на универсальные, открытые для участия всех государств мира (ООН, ее специализированные учреждения), и региональные, членами которых могут быть государства одного региона (Организация африканского единства, Организация американских государств).
Межгосударственные организации подразделяются также на организации общей и специальной компетенции. Деятельность организаций общей компетенции затрагивает все сферы отношений между государствами-членами: политическую, экономическую, социальную, культурную и др. (например, ООН, ОАЕ, ОАГ).
Организации специальной компетенции ограничиваются сотрудничеством в одной специальной области (например, Всемирный почтовый союз, Международная организация труда и др.) и могут подразделяться на политические, экономические, социальные, культурные, научные, религиозные и т. д.
Классификация по характеру полномочий позволяет выделить межгосударственные и наднациональные или, точнее, надгосударственные организации. К первой группе относится подавляющее большинство международных организаций, целью которых является организация межгосударственного сотрудничества и решения которых адресуются государствам-членам. Целью надгосударственных организаций является интеграция. Их решения распространяются непосредственно на граждан и юридические лица государств-членов. Некоторые элементы надгосударственности в таком понимании присущи Европейскому Союзу (ЕС).
С точки зрения порядка вступления в них организации подразделяются на открытые (любое государство может стать членом по своему усмотрению) и закрытые (прием в члены производится с согласия первоначальных учредителей).
Термин «международные организации» употребляется, как правило, применительно и к межгосударственным (межправительственным), и к неправительственным организациям. Однако их юридическая природа различна.
Для межгосударственной организации характерны следующие признаки: членство государств; наличие учредительного международного договора; постоянные органы; уважение суверенитета государств-членов. С учетом этих признаков можно констатировать, что международная межправительственная организация — это объединение государств, учрежденное на основе международного договора для достижения общих целей, имеющее постоянные органы и действующее в общих интересах государств-членов при уважении их суверенитета. Такие организации являются субъектами международного права.
Главным признаком неправительственных международных организаций является то, что они созданы не на основе межгосударственного договора и объединяют физических и/или юридических лиц (например, Ассоциация международного права, Лига обществ Красного Креста, Всемирная федерация научных работников и др.).
Всем этим определяется международная правосубъектность организации, воля которой не обязательно совпадает с волей каждого из ее членов.
Международные организации являются органом сотрудничества государств, они не носят надгосударственного характера. Международный суд ООН не раз подчеркивал, что в природе международных организаций нет ничего такого, что позволило бы рассматривать их как нечто подобное сверхгосударству. Организация обладает лишь той компетенцией, которой ее наделили государства.
Вместе с тем сегодня существуют и наднациональные, надгосударственные организации. Таким организациям государствами передано осуществление некоторых суверенных полномочий. По определенным вопросам они могут принимать решения, непосредственно обязывающие физические и юридические лица. Более того, такие решения могут приниматься большинством голосов. Эти организации имеют механизм принудительного осуществления своих решений.
Наднациональными полномочиями обладает Европейский союз. При этом наднациональные полномочия ограничены определенными областями. Распространение этих полномочий на все сферы жизни государств означало бы преобразование наднациональной организации в федеративное государство. Некоторыми чертами наднациональной организации обладают специализированные организации, хотя в общем таковыми не являются. Довольно жестко обеспечивают соблюдение своих норм такие организации, как Международный союз электросвязи (МСЭ) или Международная организация гражданской авиации (ИКАО). Нарушение правил, выработанных этими организациями, практически означает невозможность ведения соответствующей деятельности в международном масштабе.
Учредительный акт организации является международным договором. В силу этого к нему применяется право международных договоров. Вместе с тем устав - это договор особого рода. Согласно Венским конвенциям о праве договоров 1969 г. и 1986 г. их положения применяются к договору, являющемуся учредительным актом организации, без ущерба для любых соответствующих правил данной организации. Под правилами организации понимается не только сам устав, но и принятые в соответствии с ним решения и резолюции, а также установившаяся практика организации.Специфика устава как договора относится прежде всего к порядку участия и прекращению участия. 
Совершенно особое положение в международном праве занимает Устав ООН, который рассматривается как своеобразная конституция мирового сообщества. Согласно Уставу в случае противоречия ему других обязательств государств-членов преимущественную силу имеют обязательства по Уставу ООН .
Рост потребности в повышении уровня управляемости международной системой определяет расширение полномочий организаций, которые в основном определены уставами. Пересмотр уставов - дело сложное. В качестве выхода используется реальное развитие их содержания. В этих целях прибегают к двум основным средствам: подразумеваемым полномочиям и динамичному толкованию уставов.
Подразумеваемые полномочия (implied powers) - дополнительные полномочия организации, которые прямо ее уставом не предусмотрены, но необходимы для достижения поставленных им целей.
Международные договоры ссылаются на такие полномочия. Они нашли подтверждение и в актах Международного суда.
В Консультативном заключении по запросу ВОЗ о законности применения государством ядерного оружия в вооруженном конфликте (1996 г.) Суд, опираясь на предшествующую международную судебную практику, определил: "Потребности международной жизни могут сделать необходимым, чтобы организации во имя достижения своих целей обладали дополнительными полномочиями, которые прямо не предусмотрены в основных актах, регулирующих их деятельность. Общепринято, что международные организации могут осуществлять такие полномочия, известные как "подразумеваемые" полномочия".
Динамичное толкование означает такое толкование устава, которое развивает его содержание в соответствии с потребностями организации в эффективном осуществлении своих функций. Шведский профессор О. Бринг пишет: "В течение последних лет мы наблюдаем, как Устав Организации Объединенных Наций толкуется гибко и динамично с тем, чтобы соответствовать остро ощущаемым потребностям мирового сообщества".
Сегодня ООН совсем не та организация, какой она была в первые годы своего существования. Перемены происходят без формального изменения устава в результате практики, признаваемой государствами-членами. Складывающиеся таким путем обычные нормы стали важной частью права каждой организации.
Конкретный пример: Резолюцией 955 (1994 г.) Совет Безопасности ООН учредил Международный уголовный суд для Руанды, ссылаясь на гл. VII Устава "Действия в отношении угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии". Но в этой главе нет и намека на возможность учреждения подобного органа. Глава V предусматривает возможность учреждения вспомогательных органов, однако к ним нельзя отнести орган с такими полномочиями, как у уголовного суда. Несмотря на все это, поддержка государствами решения Совета Безопасности или молчаливое признание его придают ему правомерный характер. В этом видится весьма важный путь развития права международных организаций.

1.2 История создания и эволюция международных организаций

Стабильность международных отношений в XXI в., их эффективное и поступательное развитие не могут быть обеспечены без постоянного и активного взаимодействия суверенных государств, их сотрудничества в самых различных областях. При этом традиционно выделяют два основных направления такого взаимодействия:
- заключение между заинтересованными странами двусторонних и многосторонних договоров и соглашений (договорно-правовой механизм сотрудничества)
- создание специализированных автономных структур - международных организаций, для урегулирования назревших и общих для государств проблем (организационно-правовой механизм сотрудничества).
Под международной межправительственной организацией понимается созданное в соответствии с международным правом для достижения определенных целей постоянно действующее объединение суверенных государств, имеющее организационное единство (систему органов) и обладающее международной правосубъектностью.
Следует отметить, что в современных условиях без деятельного участия международных организаций не обходится обсуждение и решение ни одного значимого вопроса международной жизни. Именно международные организации, дополнив традиционные договорные отношения между государствами организационными связями, стали новой, более качественной основой межгосударственного сотрудничества. Международные организации являются в наши дни неотъемлемым атрибутом цивилизованных взаимоотношений суверенных стран.
Межправительственные организации являются одним из трех важнейших институтов, с помощью которых осуществляется международное сотрудничество суверенных государств. Речь идет, помимо международных организаций, также о международных конференциях и международных комиссиях и комитетах, применительно к которым в международно-правовой литературе и практике часто используется единый термин - «международный орган».
Как отмечала по этому поводу доктор юридических наук, профессор Московского государственного университета Е.А. Шибаева, всем трем вышеуказанным разновидностям понятия «международный орган» отводится самостоятельное место в системе международных отношений, хотя нормативное содержание их правового положения в этой системе далеко не одинаково. Появившись последними, вслед за международными конференциями (середина XVII века), комиссиями и комитетами (первая половина XIX столетия), международные организации стали качественно новым явлением как в международных отношениях, так и в международном праве. По сравнению с международными конференциями, комиссиями и комитетами, международные организации представляли собой более сложную форму межгосударственного сотрудничества, посредством которой регулировались не только отношения между суверенными государствами как участниками организации, но также отношения с участием ее органов, персонала.
Прообразы современных международных межправительственных организаций (ММПО), именовавшиеся международными административными союзами, стали появляться во второй половине XIX столетия. Они представляли собой межгосударственные организации с весьма узкой компетенцией, включавшей в себя вопросы международного сотрудничества в специальных областях. В их числе Международный союз для измерения земли (1864), Всемирный телеграфный союз (1865), Международная метеорологическая организация (1873), Всемирный почтовый союз (1874), Международное бюро мер и весов (1875), Международный союз по охране промышленной собственности (1883), Международный союз по охране произведений литературы и искусства (1886), Международный союз железнодорожного транспорта (1886), Международный союз для печатания таможенных тарифов (1890) и др. В отличие от предшествовавших им институциональных форм межгосударственного общения (международные конференции, комиссии и комитеты), международные административные союзы имели действующие органы (так называемые «международные бюро»), хотя в целом их организационная структура была развита крайне слабо.
Первая международная организация политического характера появилась после окончания Первой мировой войны с целью дальнейшего закрепления на международной арене влияния стран-победительниц и предотвращения новой мировой войны. Ею стала Лига Наций, Статут которой был принят в 1919 г. и вступил в силу в 1920 г. В последующем - после окончания Второй мировой войны - на базе Лиги Наций в качестве правопреемника последней была создана Организация Объединенных Наций.
Международные организации олицетворяли собой новую форму межгосударственного сотрудничества по сравнению с такими международно-правовыми формами общения государств, как договорная практика и международные конференции, которые возникли задолго до появления первых международных организаций. Этих форм в определенный период времени оказалось недостаточно для того, чтобы в полной мере реализовать самые разнообразные устремления государств, обеспечить достижение ими своих целей на международной арене.Именно международные организации стали той формой сотрудничества, которая позволила реально сочетать уважение суверенитета государств с необходимостью их взаимодействия в определенных сферах деятельности. На первых порах это касалось лишь областей, без международно-правового регулирования которых эффективное функционирование механизма межгосударственного сотрудничества было весьма затруднено (метрология, телеграф, почта, железнодорожный транспорт, метеорология и др.). В последующем, в условиях развития научно-технического прогресса, диверсификации и усложнения мирохозяйственных связей, расширение сферы применения института международных организаций оказалось поистине неизбежным. В подтверждение этому можно привести следующие цифры: если на рубеже XIX-XX вв. насчитывалось не более двух десятков международных межправительственных организаций, то в настоящее время количество таковых уже превышает полтысячи.
- обеспечивает возможность сотрудничества между весьма значительным количеством стран (например, число государств- членов ООН на сегодняшний день составляет 192 ');
- позволяет сотрудничать самой организации с государства- ми-членами на постоянной, систематической основе;
- обеспечивает сотрудничество сразу во многих сферах деятельности (особенно наглядно это проявляется в рамках многофункциональных межправительственных организаций, например ООН);
- дает возможность организации осуществлять контроль за выполнением государствами международных соглашений, принятых в рамках (под эгидой) данной международной организации (например, в таких сферах, как права человека, разоружение, экономическое сотрудничество и др.).
Необходимо отметить, что представители международно-правовой науки, причем как западной (Г. Кельзен, JI. Гудрих, Э. Хамбро, У. Дженкс, Г. Шермерс, Д. Боуэтт и др.), так и советской (И.П. Блищенко, В.Ф. Петровский, Е.А. Шибаева, Т.Н. Нешатаева, Г.И. Морозов, Э.С. Кривчикова и др.), уделяли особое внимание изучению института межправительственных организаций. Интересные мысли и высказывания о будущей всемирной организации государств можно найти в трудах таких известных российских юристов-международников дореволюционного времени, как Ф.Ф. Мартене, JI.A. Камаровский, Н.Н. Голубев, П.Е. Казанский. Весьма значимый вклад в это дело внесла Комиссия международного права (КМП), являющаяся вспомогательным органом Генеральной Ассамблеи ООН и занимающаяся разработкой проектов важнейших универсальных международных документов (договоров, соглашений, конвенций, пактов и т.п.).
Изучение правового статуса межправительственных организаций в рамках КМП ООН берет свое начало со второй половины 50-х гг. XX в. Именно в это время ведущие юристы- международники стали обращать внимание на особенности взаимоотношений государств и международных организаций, на специфику присущих межправительственным организациям привилегий и иммунитетов. В декабре 1958 г. в ходе очередной 13-й сессии Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию 1289(ХШ), именовавшуюся «Отношения между государствами и межправительственными организациями». Проект данной резолюции был подготовлен Шестым (юридическим) комитетом Генеральной Ассамблеи ООН.
Руководствуясь данной резолюцией, КМП ООН на 11-й сессии в 1959 г. приняла решение рассматривать тему, касающуюся статуса межправительственных организаций и их взаимоотношений с государствами, в качестве составной части общей кодификационной программы. При этом работа КМП ООН по рассматриваемой проблеме осуществлялась в два этапа. В ходе первого из них (1963-1971 гг., Специальный докладчик А. Эль-Эриан) основное внимание было уделено исследованию правового статуса, привилегий и иммунитетов представительств государств при международных организациях и их персонала, деятельности постоянных миссий наблюдателей и делегаций государств в органах межправительственных организаций и на международных конференциях, дипломатическому праву международных организаций в целом. В 1971 г. КМП ООН приняла окончательный проект статей (82 статьи), посвященных рассматриваемой проблеме, и представила его Генеральной Ассамблее ООН. Одновременно была высказана рекомендация созвать международную конференцию по вопросу разработки многосторонней конвенции, регламентирующей взаимоотношения государств и международных организаций.
Такая конференция была созвана в Вене и завершилась подписанием в 1975 г. Конвенции о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера.
Что касается второго этапа работы КМП ООН (1979- 1992 гг., Специальный докладчик JI. Диас Гонсалес), то в ходе него основное внимание юристов-международников было направлено на исследование особенностей юридической природы ММПО, изучению и анализу правосубъектности межправительственных организаций, их компетенции, присущих им привилегий и иммунитетов. Рассматривались вопросы правового положения принадлежащих международным организациям собственности и активов, правовые аспекты взаимоотношений межправительственных организаций друг с другом.
Современные международные организации, учитывая их почти полуторавековую эволюцию, весьма далеко ушли от своих предшественников международных административных союзов — и существенно отличаются от них как по характеру и объему правосубъектности, компетенции, организационной структуре, функциям, так и с точки зрения их места и роли в существующей системе международных отношений. Именно в рамках ММПО наиболее наглядно проявляются современные интеграционные тенденции (как, например, в рамках ЕС, СНГ, ЕврАзЭС). Более того, некоторые важнейшие международно-правовые документы непосредственно посвящены различным аспектам деятельности межправительственных организаций (Венская конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями 1986 г., Конвенция о привилегиях и иммунитетах ООН 1946 г., Конвенция о привилегиях и иммунитетах специализированных учреждений ООН 1947 г., Конвенции о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера 1975 г. и др.).
Правовое положение современных межправительственных организаций отличается значительным разнообразием выполняемых ими функций. К числу таковых можно отнести информационную, кодификационную, оперативную, регулирующую, контрольную, нормотворческую функции. Особое значение имеет также и такая функция ММПО, как поддержание международного мира и безопасности, осуществляемая межправительственными организациями, как в универсальном масштабе (ООН), так и на региональном уровне (ОБСЕ, НАТО, ОДКБ и др.).
Существенным фактором, определяющим развитие института межправительственных организаций на современном этапе, является появление на международной арене ММПО, обладающих рядом поистине уникальных особенностей. В первую очередь, здесь необходимо отметить так называемые международные организации с элементами наднациональности (Европейский союз как самый яркий пример, ИКАО, ВОЗ), решения которых, принимаемые к тому же не единогласно, а большинством голосов, являются обязательными для государств-участников. Во-вторых, речь идет и о так называемых межправительственных организациях с коммерческой функцией (Международная организация подвижной спутниковой связи (бывшая ИНМАРСАТ), ИНТЕЛСАТ и др.), цель создания и деятельности которых состоит не только в том, чтобы обеспечивать межгосударственное сотрудничество в определенной сфере, но также в осуществлении самостоятельной хозяйственной деятельности, направленной на извлечение прибыли.
Отличительной особенностью современного этапа развития международных отношений является существенное увеличение количества и повышение роли на международной арене неправительственных международных организаций, создаваемых национальными общественными объединениями (организациями) и частными лицами разных стран. Цель их деятельности - содействие международному сотрудничеству в самых разнообразных областях (политической, экономической, социальной, культурной, научно-технической и т.д.).
Длительное время в доктрине международного права господствовала точка зрения о том, что неправительственные организации не обладают качеством международной правосубъектности и, следовательно, не могут являться полноценными участниками международного общения. Однако в настоящее время, в условиях неуклонного расширения объема предоставляемых им полномочий, причем в самых разнообразных сферах международной жизни, такая позиция, как представляется, не соответствует реальному положению дел. Многие международные неправительственные организации имеют соответствующие соглашения с межправительственными организациями о предоставлении консультативного статуса, предусматривающие наделение неправительственных организаций определенными правами и обязанностями в международном плане. Многие межправительственные организации оказывают материальную и техническую помощь неправительственным, тем самым признавая их де-факто в качестве партнеров на международной арене. Наконец, к неправительственным организациям в случае нарушения ими норм общего международного права могут применяться международно-правовые санкции. Все это свидетельствует о том, что в настоящее время наблюдается процесс постепенного становления международной правосубъектности неправительственных организаций.
Таким образом, можно сделать вывод, что в современной системе международных отношений международные организации играют чрезвычайно важную роль. Они являются одной из важнейших правовых форм межгосударственного сотрудничества, и их влияние на формирование и развитие мировых процессов с течением времени будет только возрастать.

2. Некоторые особенности, вытекающие из статуса международных организаций

2.1 Международная организация как юридическое лицо

Часто в учредительных документах международных организаций содержится норма о том, что организация является юридическим лицом. В частности, в уставах большинства межправительственных организаций системы ООН закреплено правило о том, что соответствующие организации — «юридические лица» (например, разд. 2 ст. 9 Устава Международного валютного фонда (статьи Соглашения об МВФ 1944 г.), разд. 2 ст. 7 Устава Международного банка реконструкции и развития (Статьи Соглашения о МБРР 1945 г.) и имеют право заключать договоры, приобретать имущество, возбуждать судебные дела. Так, согласно ст. 1 Конвенции ООН о привилегиях и иммунитетах Объединенных Наций от 13 февраля 1946 г. (далее — Конвенция) Объединенные Нации являются юридическим лицом и правомочны: а) заключать договоры, b) приобретать недвижимое и движимое имущество и распоряжаться им, c) возбуждать дела в суде (раздел 1). Интересно в связи с этим обратиться к анализу положений отечественного законодательства о юридических лицах. Согласно п. 1 ст. 48 ГК РФ «юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательством этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде».
Если сравнить положения Конвенции и ГК РФ, то можно заметить, что Конвенцией не установлено, на каком вещном праве международная организация владеет имуществом; в Конвенции ничего не говорится об ответственности организации своим имуществом по своим обязательствам; наконец, из Конвенции мы не можем заключить, в какой организационно-правовой форме действует организация, объявленная юридическим лицом. Это приводит нас к выводу, что международная организация на территории России (как, впрочем, и на территории других государств-участников) должна признаваться самостоятельным видом юридического лица в дополнение к существующим видам национальных юридических лиц.
Надо полагать, что положение о юридической личности международной организации не имеет определяющего характера для допуска организации в гражданский оборот и все международные (межгосударственные) организации обладают способностью участия в гражданских отношениях на территории Российской Федерации как таковые. Например, уставы некоторых организаций (Всемирного почтового союза, Международного союза электросвязи и др.) не содержат положений о том, что соответствующая организация является юридическим лицом, однако никто не ставит под сомнение возможность для этих организаций участвовать в гражданских правоотношениях на территории Российской Федерации наряду с другими субъектами гражданского права. Однако в литературе принято связывать участие международных организаций в гражданских отношениях именно с наличием у них юридической личности. Например, с точки зрения Т. Н. Нешатаевой, организации участвуют в гражданском обороте «в качестве юридических лиц».
С нашей точки зрения, наделение международной организации признаком юридического лица обусловлено необходимостью обеспечения ее участия в гражданском обороте для удовлетворения собственных потребностей и достижения уставных целей. Такое же мнение можно обнаружить и в литературе. Например, К. А. Бекяшев отмечает, что «все межправительственные организации являются юридическими лицами» и что «государства-члены наделяют их правом и дееспособностью в таком объеме, в каком это необходимо для выполнения их функций». 
Не оставляет сомнений тот факт, что наделение международной организации признаком юридического лица обусловлено необходимостью обеспечения ее участия в гражданском обороте для удовлетворения собственных потребностей и достижения уставных целей. Наличие юридической личности традиционно признается государствами необходимым условием для участия организации в гражданском обороте. В то же время следует обратить внимание на условный характер категории «юридическое лицо». Французский цивилист Мишу в свое время утверждал, что не обязательно организация, которая может быть субъектом прав и обязанностей, должна быть юридическим лицом. Думается, что именно подобные взгляды на концепцию юридической личности могут иметь наибольшее приложение для характеристики тезиса — «международная организация — юридическое лицо» (принимая во внимание дискуссионность категории «юридическое лицо» в науке гражданского права). В этом смысле не следует допускать смешения категории юридической личности с понятием правосубъектности. Так, в советской литературе признаки правосубъектности организации нередко отождествлялись с признаками юридической личности. В. П. Грибанов, например, писал: «...для того чтобы та или иная социалистическая организация могла быть участником гражданских правоотношений... она должна обладать правосубъектностью, т. е. обладать качествами юридического лица».
Итак, международная организация является правосубъектной в гражданско-правовом смысле независимо от того, объявлена она юридическим лицом или нет. Ее юридическая личность носит вторичный, производный характер. Если первые классические юридические лица — торговые компании — создавались в целях концентрации капитала для осуществления затратных проектов, а также в целях ограничения участниками таких компаний своей имущественной ответственности, то впоследствии, как справедливо замечает Е. А. Суханов, «категория юридического лица получила гораздо более широкое распространение и стала использоваться законом по отношению ко всякой самостоятельной организации, допущенной государством к участию в имущественном обороте, в том числе даже и к некоторым органам государства ("юридические лица публичного права"). Ведь создание юридического лица может преследовать не только цель получения прибыли... но и цель материального обеспечения управленческой, научно-образовательной... и иной общественной деятельности». Полагаем, что указанное утверждение целиком приложимо и к международной организации.
Технический характер категории юридического лица применительно к международной организации во многом лишает смысла конкретный анализ признаков юридической личности, которые обычно рассматриваются в литературе: самостоятельность воли, независимость существования лица от входящих в его состав участников, обособленность имущества, самостоятельность имущественной ответственности, выступление в гражданском обороте от собственного имени и т. д. Показательна в этом смысле позиция Л. А. Лунца, по мнению которого «Международная организация пользуется правами юридического лица (гражданской правоспособностью) и в меру необходимости вступает в гражданско-правовые отношения разного рода». Автор, таким образом, отождествляет юридическую личность с гражданской правоспособностью, что лишь подчеркивает условность использования категории юридического лица применительно к международной организации.
Правоспособность международной организации на территории России как самостоятельного юридического лица будет практически целиком определяться уставом организации и дополнительными соглашениями с Российской Федерацией. Отсюда можно заключить, что на такое юридическое лицо вряд ли могут быть распространены общие положения ГК РФ о юридических лицах, т. е. вопросы создания, ликвидации, правоспособности юридических лиц (ст. 48—65). Так, согласно п. 3 ст. 400 нового ГПК РФ «процессуальная правоспособность международной организации устанавливается на основе международного договора, в соответствии с которым она создана, ее учредительных документов или соглашения с компетентным органом Российской Федерации».
В связи с этим трудно согласиться с точкой зрения Л. П. Ануфриевой, согласно которой, «как правило, международные организации обладают статусом национального юридического лица страны своего местопребывания без каких-либо изъятий в ту или иную сторону (скажем, привилегий и льгот). Вместе с тем, когда имеется в виду предоставить тому или иному юридическому лицу подобного рода исключительный режим, между государством пребывания и международной организацией может быть заключен соответствующий международный договор».. Сложно представить себе ситуацию, когда организация при отсутствии дополнительного международного соглашения пользовалась бы «статусом национального юридического лица страны своего местопребывания без каких-либо изъятий». При таком положении неизбежно встают вопросы, во-первых, об организационно-правовой форме такого «юридического лица» и конкретной правоспособности по национальному законодательству, а во-вторых, о действии иммунитетов, которые всегда предоставлялись организациям на территориях государств-членов в силу учредительных документов организаций и общего международного права.
Еще большие возражения вызывает следующее утверждение Л. П. Ануфриевой: «...презюмируется, что международная организация становится правосубъектным в цивилистическом смысле образованием с момента регистрации ее устава (учреждения) либо включения в реестр юридических лиц государства местонахождения...». И далее: «правоспособность такого юридического лица определяется по закону того государства, в котором находится штаб-квартира международной межгосударственной (межправительственной) организации».
С нашей точки зрения, возникновение гражданской правосубъектности международной организации не может ставиться в зависимость от факта регистрации устава или внесения организации в реестр юридических лиц. Правоспособность международной организации также не может определяться конкретным национальным правопорядком, исходя лишь из того, что организация зарегистрирована в данном государстве. В противном случае мы неизбежно приравниваем организацию к иностранному юридическому лицу, правоспособность которого определяется, исходя из иностранного права. Если буквально принять во внимание тезис, что ООН — юридическое лицо штата Нью-Йорк, а МВФ — юридическое лицо федерального округа Колумбия (США), то правоспособность данных организаций при совершении сделок, скажем, на территории России, мы должны будем определять по законодательству соответственно штата Нью-Йорк и федерального округа Колумбия. Это противоречит природе международных организаций. В связи с этим уместно привести мнение У. Дженкса: «...статус международной организации и во многих случаях право, которому она подчиняется, не могут быть определены каким-либо критерием, аналогичным домицилю, местопребыванию или месту инкорпорации, без того, чтобы не был разрушен ее международный характер».
Международная организация на территории всех государств-участников обладает такой гражданской правоспособностью, которая необходима для достижения целей ее деятельности. Поэтому из факта места регистрации организации или внесения ее в реестр нельзя выводить признаки ее гражданской правосубъектности. Основы гражданской правосубъектности организации заложены в ее уставе, конкретизируются в дополнительных соглашениях, а также во внутренних правилах в силу того, что к ним отсылают устав и дополнительное соглашение. По нашему мнению, следует согласиться сточкой зрения Г. В. Игнатенко, что «каждая международная организация обладает совокупностью прав, свойственных юридическому лицу», причем эти права «реализуются с учетом национального законодательства (курсив наш. -В. К)...».

2.2 Контракты с участием международных организаций

Российское законодательство не содержит специальной нормы, касающейся участия международной организации в гражданских правоотношениях. Очевидно, законодатель исходит из того, что для этого достаточно положений самого устава (т. е. международного договора) организации. Так, согласно ст. 104 Устава ООН «Организация... пользуется на территории каждого из своих членов такой правоспособностью, которая может оказаться необходимой для выполнения ее функций и достижения ее целей». Аналогичные положения содержатся в уставах многих других организаций.
В некоторых соглашениях, заключенных правительством с международной организацией, правоспособность последней раскрывается через упоминание конкретных правомочий организации. Например, в ст. 14 Соглашения между Правительством РФ и ООН по вопросам образования, науки и культуры об Институте ЮНЕСКО по информационным технологиям в образовании (ИИТО) от 21 июля 1998 г. сказано: «Финансовые правила Института подчиняются финансовым правилам ЮНЕСКО. Он может свободно: а) получать, иметь в своем распоряжении и использовать фонды, золото, ценные бумаги любого рода и производить операции в любой валюте и конвертировать любую свою валюту в любую другую валюту; b) переводить свои фонды, золото, валюту из одной страны в другую или в пределах Российской Федерации... При пользовании правами... Институт считается с любыми представлениями со стороны Правительства, если такие представления могут быть приняты во внимание без ущерба для интересов ЮНЕСКО».
Несмотря на довольно широкий характер определения правоспособности, она ограничена функциями и целями конкретной организации, которые определяются в уставе. Таким образом, правоспособность международных организаций носит своего рода целевой характер аналогично общему правилу правоспособности юридических лиц, которое содержится в абз. 1 п. 1 ст. 49 ПС РФ.
Для регламентации вопросов участия международных организаций в гражданских отношениях на территории Российской Федерации (заключение ими гражданско-правовых сделок, вопросы владения, пользования и распоряжения имуществом, принадлежащим организации) значение имеют положения уставов организаций, а также дополнительно заключаемых с Российской Федерацией соглашений. Вместе с тем указанные документы не могут урегулировать все аспекты, касающиеся возникновения, изменения или прекращения конкретного гражданского отношения. Они лишь констатируют возможность для организации участвовать в таких отношениях, например, заключать сделки или приобретать имущество. Иначе говоря, в уставе организации говорится лишь то, что может делать организация, но не говорится как это должно реализоваться, при помощи каких правовых средств. Поэтому определяющее значение имеют внутренние правила самой организации, например Типовые положения о заключении контрактов ООН, и только «при наличии пробела в правилах организации возможно обращение к общим принципам права и к общепринятым правилам установления применимой правовой системы, регулирующей эти отношения», т. е. обращение к какому-либо национальному правопорядку.
Договоры (контракты) с участием международных организаций. Как отмечает Т. Н. Нешатаева, частноправовые сделки с участием международных организаций регулируются сложным правовым комплексом, состоящим из норм международных договоров (Соглашение о штаб-квартире организации), внутренних правил организации и норм национального права (чаще всего государства нахождения штаб-квартиры международной организации).
Так, местонахождение Объединенного института ядерных исследований согласно ст. 3 своего Устава 1956 г. в ред. 1992 г. — Российская Федерация. Согласно п. 2 ст. 5 Устава «Институт является юридическим лицом и пользуется на территории государств-членов правоспособностью, необходимой для осуществления его функций». Особенности правового положения Института на территории Российской Федерации регулируются «отдельным соглашением» Института с Российской Федерацией (п. 3 ст. 5 Устава). В 1995 г. было заключено Соглашение между Правительством РФ и Объединенным институтом ядерных исследований о местопребывании и об условиях деятельности Объединенного института ядерных исследований в Российской Федерации.34 В соответствии со ст. 4 Соглашения 1995 г. в пределах района Организации применяется законодательство Российской Федерации (п. 2), а на действия и сделки, совершаемые в другом районе, распространяется юрисдикция судов и других компетентных властей (п. 3). Ряд других статей Соглашения конкретизируют данные положения. Так, в ст. 13 говорится о праве Организации на издание и опубликование печатных произведений, «при этом подразумевается, что Организация будет соблюдать законодательство об авторском праве, а также международные договоры в области интеллектуальной собственности, участником которых является Российская Федерация». Согласно ст. 14 сотрудничество Организации с научными учреждениями Российской Федерации осуществляется «в соответствии с законодательством Российской Федерации и дополнительными соглашениями, которые могут быть заключены между Правительством и Организацией».
Вместе с тем согласно п. 4 ст. 5 Устава «Институт устанавливает собственные правила, регулирующие его деятельность. Указанные правила имеют своей целью исключительно обеспечение наиболее благоприятных условий для деятельности Института и имеют приоритет перед законодательством страны местонахождения». Соглашение 1995 г. конкретизирует указанное положение Устава: в соответствии со ст. 6 правила Организации (Института) действуют в пределах ее района, а законодательство Российской Федерации, противоречащее какому-либо из этих правил Организации, не применяется в части, противоречащей данным правилам. Очевидно, что указанные правила могут регулировать в том числе и заключение Институтом гражданско-правовых сделок и, следовательно, имеют приоритет перед гражданским законодательством Российской Федерации.
В соответствии с Соглашением между Правительством РФ и Межгосударственным авиационным комитетом (далее — МАК) об условиях его пребывания на территории Российской Федерации от 20 октября 1995 г. «юрисдикция Российской Федерации распространяется на действия, совершенные в помещениях МАКа, поскольку в настоящем Соглашении не предусматривается иное. МАК имеет право в целях создания условий, необходимых для выполнения им своих функций, устанавливать правила внутреннего распорядка, действующие в пределах его помещений. В помещениях МАКа не применяется законодательство Российской Федерации в той части, в которой оно противоречит таким правилам» (ст. 6).
Иногда формулировка о приоритете внутренних правил организации над законами России касается разрешения споров. Так, в ст. 14 («Разрешение споров») Соглашение между Правительством РФ и Международной Организацией Труда (далее — МОТ) о Бюро МОТ в Москве от 5 сентября 1997 г. Организация устанавливает положения для соответствующих способов разрешения: i) споров, возникающих в связи с контрактами, или других споров частного характера, в которых МОТ является стороной; ii) споров, затрагивающих любого члена персонала Бюро МОТ, который в силу своего официального положения, пользуется иммунитетом, если не было отказа от этого иммунитета...».
Несколько иные правила установлены в Соглашении между Правительством РФ и Евразийской патентной организацией о штаб-квартире Евразийской патентной организации от 4 октября 1996г.: «Организация имеет право в целях создания условий, необходимых для выполнения ею своей официальной деятельности, устанавливать правила внутреннего распорядка, действующие в пределах ее помещений. Поскольку в настоящем Соглашении не предусмотрено иное, юрисдикция судов Российской Федерации и иных соответствующих властей распространяется на действия и сделки, совершаемые в помещениях Организации». Аналогичный подход нашел отражение в ст. 4 Соглашения между Правительством РФ и ЮНЕСКО об ИИТО: «ЮНЕСКО вправе устанавливать правила внутреннего распорядка, применяемые в отношении Института и в пределах его помещений, с тем чтобы обеспечить необходимые условия для его работы. При условии соблюдения положений предыдущего пункта законы и правила Российской Федерации применяются в помещениях Института».

2.3 Вопросы вещных прав на имущество международных организаций

Подобно контрактам данные вопросы регулируются уставом организации, ее дополнительными соглашениями с государством пребывания, а также внутренними правилами организации. В то же время имеет значение и национальное законодательство, прежде всего того государства, на территории которого находится имущество международной организации.
К примеру, в соответствии со ст. 13 Устава Объединенного института ядерных исследований «Институт на правах собственности имеет здания, сооружения, научные установки... а также иное имущество...». Исходя из этого, возникает вопрос: каково содержание категории «право собственности», о которой идет речь в Уставе, и может ли данное право определяться помимо правил самой организации российским или иным законодательством? Поскольку государства имеют различные правопорядки, различаются и подходы к определению содержания категории «право собственности» (особенно если речь идет о различных гражданско-правовых традициях, например англо-американской и континентальной).
Устав лишь частично раскрывает содержание того, что обычно охватывается категорией «право собственности», в частности: а) устанавливает вопросы приобретения «права собственности» на имущество (ст. 12, п. 1 ст. 13); б) закрепляет, что «порядок распоряжения средствами и имуществом, находящимися в собственности Института, устанавливается Комитетом Полномочных Представителей» (п. 2 ст. 13); в) определяет некоторые вопросы ликвидации Института, в том числе такое специфическое право, как право государства — местонахождения Института (Российская Федерация) на «преимущественную покупку» недвижимого имущества Института (п. 2, 3 ст. 39).
Очевидно, что вопросы владения, пользования и распоряжения имуществом должны учитывать и законодательство Российской Федерации в соответствии с исходным принципом международного частного права — применением закона местонахождения вещи. Так, на Институт в полной мере должно распространяться правила п. 1 ст. 10 ГК РФ о запрете злоупотребления правом, а также п. 2 ст. 209 о праве собственника «по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц...». Это — общие требования, распространяющиеся на осуществление любой международной организацией своего права собственности на территории Российской Федерации.
Представляется, что некоторые другие статьи ГК РФ также определяют правовой режим собственности международной организации на территории Российской Федерации дополнительно к соответствующим положениям международных соглашений и правилам организации. Например, согласно ст. 210, 211 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, а также риск случайной гибели или повреждения имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Международная организация-собственник также несет бремя содержания принадлежащего ей имущества и риск случайной гибели или повреждения имущества. Как отмечает Т. Н. Нешатаева, «нормы национального права могут быть направлены лишь на урегулирование какой-то части правового статуса собственности или какого-либо вида сделок межправительственной организации», которая не нашла отражения в правилах самой организации.
В соответствии с п. 1 ст. 212 ГК РФ «в Российской Федерации признаются частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности». К числу «иных форм собственности» необходимо относить и собственность международных организаций как обладающую особым правовым режимом (причины возникновения и прекращения права собственности, владение, пользование и распоряжение), основанным на положениях соответствующих международных договоров Российской Федерации. Данная собственность не является государственной или межгосударственной, это собственность самостоятельного субъекта гражданского права Российской Федерации — международной организации.
Отсюда вытекают особенности характеристики такой собственности. Так, собственность принято рассматривать как отношение между людьми по поводу конкретного имущества (материальных благ). Собственность же международной организации, по нашему мнению, необходимо рассматривать не только как отношение между людьми, но также как отношение между государствами — членами международной организации. В зависимости от конкретной международной организации и конкретных соглашений, касающихся ее деятельности на территории Российской Федерации, содержание права собственности будет различным.
Таким образом, международные (межгосударственные) организации обладают особым гражданско-правовым статусом. Отношения с их участием регулируются в основном международными договорами Российской Федерации (соответствующими уставами и дополнительными соглашениями). С помощью норм международного договора делаются определенные изъятия в применении норм российского гражданского законодательства к отношениям с участием международной организации.
В то же время сама международная организация может использовать предусмотренные гражданским законодательством механизмы для защиты своих интересов, в том числе от публично-правовых действий со стороны государства. Так, Объединенный институт ядерных исследований обратился в арбитражный суд с иском о признании недействительными ненормативных актов налоговых органов, направленных на взимание налогов с Института. Арбитражный суд удовлетворил требования истца как организации, обладающей иммунитетом в силу Конвенции о правовом статусе, привилегиях и иммунитетах межгосударственных экономических организаций, действующих в определенных областях 1980 г. (применима к Институту в силу Протокола 1987 г.). В данном случае международный договор Российской Федерации послужил основанием для признания ненормативного акта недействительным.

3. Иммунитеты международных организаций

В международных отношениях гражданско-правового характера межправительственные организации выступают как международные юридические лица, обладающие международными иммунитетами.
Приобретая собственность на имущество, находящееся в разных странах, заключая сделки имущественного характера с гражданами различных государств, межправительственные организации не подчиняют эти свои отношения ни национальному праву, ни национальной юрисдикции какого-либо государства. Межправительственная организация не может быть привлечена к разбирательству в национальном суде в качестве ответчика; в отношении ее собственности не применяются меры принуждения по предварительному обеспечению иска, как и не применяются принудительные меры по обеспечению исполнения судебного решения. Имущество межправительственной организации, хотя бы находящееся в руках третьих лиц, не может быть предметом виндикации, на него не может быть обращено взыскание.
Иначе говоря, межправительственные организации системы ООН в международных гражданско-правовых отношениях пользуются международными иммунитетами — системой льгот, заключающейся в определенном изъятии из-под действия национального законодательства и судопроизводства.
Иммунитеты межправительственных организаций имеют договорное происхождение и закрепляются, как правило, в их учредительных документах (уставах) или в других международно-правовых соглашениях.
В системе ООН вопрос об иммунитетах межправительственных организаций впервые встал при выработке Устава Организации Объединенных Наций. При обсуждении этого вопроса в процессе создания ООН решались две задачи: а) фундаментальное теоретическое обоснование иммунитетов международной организации и б) выработка конкретной статьи Устава, определяющей иммунитеты без излишней детализации.
Участники дискуссии признали, что межправительственные организации пользуются международными иммунитетами на иной, чем государства-члены, основе. Государственные иммунитеты базируются на том основании, что их носители — суверенные образования. Международные иммунитеты государства служат правовым выражением принципа равный над равным власти не имеет" и присущи государству с момента возникновения. Международные иммунитеты межправительственной организации могут возникнуть только на договорной основе и предоставляются учреждению в силу функциональной необходимости. Межправительственные организации наделяются международными иммунитетами с целью создания такого статуса, при котором организация сможет беспрепятственно осуществлять свои полномочия международного характера, оставаясь immunis (лат.) — свободный; immunitas (лат.) — свободный от налогообложения. независимой от действия национального права и судопроизводства отдельных государств. функциональный характер иммунитетов межправительственных организаций впоследствии нашел широкое признание в международно-правовой литературе.
Многие авторы практически единогласно признают, что функциональная природа иммунитетов международных институтов базируется, во-первых, на том обстоятельстве, что только иммунитет способен защитить организацию от контроля со стороны отдельных государств-членов; во-вторых, позволяет международной организации иметь собственные материальные и денежные ресурсы, не подпадающие под действие соответствующих контрольных механизмов государств, в которых находится штаб-квартира или ее отделения; в-третьих, иммунитет позволит уберечь организацию от бремени налогов в пользу казны отдельного государства.
Идея функциональной необходимости иммунитетов нашла отражение в ст. 104 и ст. 105 Устава ООН, посвященных статусу международной организации как юридического лица и ее международным иммунитетам. Обе эти статьи были сформулированы в предельно общем виде и включали в себя следующие положения: Организация Объединенных Наций пользуется на территории каждого из своих членов такими правоспособностью, привилегиями и иммунитетами, которые необходимы для выполнения ее функций и достижения ее целей.
Последующая детализация положений об иммунитетах ООН была произведена в ряде соглашений, заключенных Организацией Объединенных Наций с государствами-членами. В первую очередь здесь следует назвать Конвенцию о привилегиях и иммунитетах ООН от 13 февраля 1946 года и Соглашение о штаб-квартире ООН от 26 июня 1947 года.
Соглашение о штаб-квартире ООН предусматривает, по сути дела, иммунитет от юрисдикции США (изъятие из-под действия национального законодательства) и судопроизводства (неподсудность гражданско-правовых споров с участием ООН национальным судам США).
В разделе 7 Соглашения предусматривается, что американское законодательство может применяться к сделкам ООН только в том случае, если оно не противоречит внутренним правилам ООН. Иными словами, в Соглашении закладывается возможность создания собственных правил международной организации в отношении сделок гражданско-правового характера. И лишь в случае отсутствия особых правил возможно обращение к американскому закону. На практике большая часть гражданско-правовых отношений международных учреждений на территории США регулируется внутренними правилами международных организаций, а законодательству США отводится вспомогательная роль, оно действует лишь в качестве дополнения к правилам международной организации и лишь постольку, поскольку те или иные вопросы не урегулированы этими правилами.
Иммунитет от судопроизводства предусмотрен в разделе 8 Соглашения о штаб-квартире ООН, определяющем, что местные суды имеют власть над всеми актами, совершенными в районе Организации Объединенных Наций, только с согласия или по требованию самой ООН. При этом применение национальной судебной процедуры возможно лишь при наличии явно выраженного согласия на это компетентного органа международного учреждения. В этом же Соглашении предусматривается изъятие собственности ООН из-под действия прямого налогообложения.
Соглашение ООН и правительства США об иммунитетах организации было одним из первых в ряду подобных международных договоров, заключенных межправительственными организациями с правительством страны пребывания. Впоследствии все межправительственные организации системы ООН заключили подобные соглашения с государствами, в которых располагались их штаб-квартиры или отделения. Подобные соглашения разрабатываются по определенной схеме и, как правило, включают следующий набор международных иммунитетов: а) изъятие из-под действия национального законодательства; 6) иммунитет от применения местного судопроизводства; в) меры по защите собственности межправительственной организации. международная организация право межправительственная
Иммунитет от применения национального законодательства
Вопрос о применении национального законодательства какого-либо государства встает перед межправительственной организацией, как правило, в трех случаях: при решении вопроса о праве, применимом 1) к сделкам, заключаемым межправительственными организациями системы ООН с юридическими и физическими лицами; 2) к контрактам о найме гражданских служащих межправительственных организаций; 3) к документам межправительственных организаций (цензура материалов ООН). Рассмотрим эти случаи.
1. В первые годы существования Организации Объединенных Наций коммерческие контракты ООН иногда содержали положения о том, что к ним применимо законодательство какого-либо государства. Специализированные учреждения ООН также включали такие положения, ссылаясь на законодательства страны местопребывания штаб-квартиры организации, или на закон места подписания контракта, или на закон, выбранный по желанию сторон (автономия воли) .
Но в последние десятилетия в системе организаций, связанных с ООН, сложилась совершенно иная практика; международные организации стремятся избежать подчинения своих коммерческих контрактов национальному законодательству отдельного государства. В административных органах международных учреждений обосновывается необходимость отказа от подчинения сделок национальному праву любой страны. Так, согласно юридическому заключению Секретариата ООН ни в Уставе Организации Объединенных Наций, ни в процедурных правилах ее органов, ни в международных договорах не содержится нормы, указывающей на конкретную правовую систему, применимую к частным сделкам ООН. В этом же документе Секретариат рекомендует всем организациям системы ООН заключать гражданско-правовые соглашения на основе внутренних правил межправительственных организаций.
2. Вопрос о праве, применимом к контрактам найма гражданских служащих организациями системы ООН, решается на основе уставов межправительственных организаций. Так, в ст. 101 Устава ООН подчеркивается, что персонал назначается генеральным секретарем согласно правилам, установленным Генеральной Ассамблеей ООН. Последнее означает, что к трудовым отношениям граждан, находящихся на службе в ООН, применяется право международных организаций. Положения уставов межправительственных организаций получают дальнейшее развитие в постановлениях органов международного учреждения. Наиболее известное из них — "Правила о персонале Организации Объединенных Наций" с многочисленными добавлениями. Положения Правил о персонале впоследствии могут включаться в международные соглашения. Характерно в этом отношении включение разделов, посвященных специалистам младшей категории, в Соглашение ЮНЕП с Ливией: в этом соглашении устанавливается, что младшие сотрудники ЮНЕП на территории Ливии будут действовать на основе права ЮНЕП и на "младших сотрудников категории специалистов на период их назначения в Программу Организации Объединенных Наций по окружающей среде в качестве гражданских служащих распространяется действие Правил и Поло-жении о персонале ООН. экземпляр этих Правил предоставляется Джамахерии..." .
Данный порядок настолько утвердился в отношениях международных организаций и государств-членов, что, по заключению Секретариата ООН, не известно ни одного случая распространения на гражданских служащих действия норм национального права какой-либо страны .
3. Все документы, вырабатываемые в рамках системы ООН, должны основываться на правилах и процедурах, принятых в межправительственных организациях. Они не должны подвергаться редактированию, цензуре, отмене и т.д. со стороны исполнительных, административных и судебных органэв государств-членов. Данное положение находит подтверждение в ряде документов. Во-первых, ст. 100 Устава ООН закрепляет положение о том, что функции генерального секрeтapя (следовательно, и возглавляемой им службы) носят международный и строго независимый характер. Далее это положение нашло развитие в разделе 4 Конвенции о привилегиях и иммунитетах ООН, а также в соответствующих статьях отдельных соглашений специализированных организаций и государств-членов. Обычно в этих статьях содержится формулировка о неприкосновенности документов ООН. В заключение можно отметить, что в материалах исполнительных органов международных учреждений системы ООН не встречается каких-либо ссылок на случаи нарушения иммунитета от цензуры.
Иммунитет от судопроизводства. Международные организации системы ООН обладают правом "искать и отвечать в суде" (ст. 104 Устава ООН). Особо наличие этого права подчеркивалось в известном консультативном заключении Международного суда ООН 1949 года о возмещении ущерба, понесенного на службе ООН (дело Бернад дота), в котором было зафиксировано, что Организация Объединенных Наций может обращаться в национальные суды с любыми исками гражданско-правового характера.
Практика межправительственных организаций системы ООН свидетельствует о том, что предпочтение отдается разрешению споров международными средствами: через обращение в международные арбитражи, третейские суды. Межправительственные организации системы ООН практически не обращаются в национальные суды. Исключения из этого правила относятся к ранним годам действия системы ООН и могут объясняться, очевидно, отсутствием собственных процедур по данному вопросу.
В тех же случаях, когда юридические и физические лица обращаются в национальный суд с иском к межправительственной организации, следует отказ в принятии иска. В данном случае в действие вступает судебный иммунитет межправительственной организации. Следует отметить, что попытки подачи иска к межправительственной организации известны судебной практике многих стран мира. Причем национальная судебная практика в этом случае достаточно единообразна; заявителю иска дается ответ, что суд не может принять иск к рассмотрению, так как межправительственная организация обладает международным иммунитетом от рассмотрения исков гражданско-правового характера в национальных судах. В качестве примеров здесь можно назвать решение гражданского суда Версаля по иску гражданина Шемидмена к Международному бюро мер и весов (1945 год); постановление Верховного суда Мексики по иску гражданина Диаса к экономической комиссии для Латинской Америки ЭКОСОС ООН (1953 год); решение Римского суда первой инстанции по иску частной корпорации к Сельскохозяйственной организации ООН — ФАО (1909 год) и т. п. Во всех этих правовых актах содержится обоснование отказа в принятии иска со ссылкой на международные иммунитеты межправительственной организации. Так, в деле по иску к ФАО фигурирует формулировка о том, что суд не "обладает юрисдикцией в отношении спора в силу иммунитета организации".
Иммунитет собственности. Современные межправительственные организации обладают многими видами собственности: зданиями, находящимся в них имуществом, морскими судами, летательными аппаратами, автомобилями, банковскими вкладами, ценными бумагами и т. д. Как правило, на это имущество не может быть наложен арест, оно не может быть конфисковано, национализировано или экспроприировано, реквизировано и т. д. Собственность международных организаций не подлежит публичной продаже или иным действиям подобного характера, предусмотренным национальным законодательством.
Иммунитет собственности предусмотрен в ряде соглашений межправительственных организаций. Так, Конвенция о привилегиях и иммунитетах ООН в разделе 3 предусматривает, что имущество и актив ООН не подлежат обыску, реквизиции, конфискации, экспроприации и какой-либо форме вмешательства путем исполнительных, административных и судебных действий.
Дальнейшее развитие эти положения получили в соглашениях о штаб-квартирах межправительственных организаций. Так, соглашение ЭКОСОС с Ираком о штаб-квартире экономической комиссии для Западной Азии предусматривает "освобождение имущества ООН от обыска, конфискации, ареста, экспроприации, свободное открытие счетов в любом банке, обладание фондами в любой валюте; свободный ввоз-вывоз валютных средств; освобождение от налогов, таможенных сборов, ограничений на экспорт-импорт аудиовидеотехники, аудиовиде-окассет и т. д.
Во всех этих соглашениях особо оговаривается освобождение собственности межправительственных организаций от налогообложения. В соглашениях о штаб-квартирах, которые подписывались организациями системы ООН в последние годы, этому вопросу уделяется особое внимание: как правило, освобождению от налогообложения посвящается отдельный раздел соглашения. Характерно в этом отношении Соглашение между Организацией Объединенных Наций и Грецией, касающееся штаб-квартиры Сектора координации для плана действий в отношении Средиземноморья. Статья 8 раздела 14 этого Соглашения предусматривает, что "активы сектора освобождаются от всех форм прямых налогов...". Кроме того, данная международная структура освобождается от части косвенных налогов, регистрационных сборов и документальных налогов, от таможенных пошлин и сборов, ограничений на экспорт-импорт. В этом же Соглашении предусматривается, что "сектор может свободно: закупать любую валюту по разрешенным каналам, держать и распоряжаться ею; производить операции по счетам в любой валюте; закупать по разрешенным каналам, держать и распоряжаться фондами, акциями и золотом; переводить свои фонды, акции, золото и валюту в Греческую республику и за ее пределы, в любую другую страну и из нее или в пределах Греческой республики". При этом правительство Греции берет на себя обязательство предоставления наиболее благоприятных условий в отношении обменных курсов, банковских комиссионных при операциях обмена и т. д.
Следует признать, что если международная практика в отношении иммунитета от применения законодательства государства-члена и иммунитета от судопроизводства на сегодня может быть признана установившейся (межправительственные организации не делают заявлений о нарушении этих иммунитетов), то в отношении иммунитета собственности такой оценки дать нельзя. Практике межправительственных организаций системы ООН известны случаи многочисленных нарушений иммунитета собственности международной организации. Наиболее распространенными из них являются: а) аресты банковских вкладов межправительственных организаций; а также б) ограничения, накладываемые таможенными службами государства-члена на товары, импортируемые межправительственными организациями. В каждом таком случае собственности межправительственная организация делала соответствующее заявление по дипломатическим каналам правительству государства-члена. Как правило, конфликт получал разрешение по взаимному согласию сторон без обращения к арбитражной или судебной процедуре.
Процедура отказа от международных иммунитетов
В некоторых ситуациях межправительственные организации системы ООН делают заявления об отказе от своих международных иммунитетов. Согласно внутренним правилам международных организаций правом отказа от иммунитетов обладают высшие должностные лица международной организации, прежде всего в лице ее генерального секретаря (директора). Последний может передать это право согласно особой доверенности своим заместителям. Как правило, иные должностные лица (руководители подразделений, особых программ и т.д.) таким правом не наделяются.
В системе ООН наиболее распространены случаи отказа от иммунитетов при страховании транспортных средств на случай причинения ущерба третьим лицам. В данном случае отказ от иммунитета основывается на резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 13 февраля 1946 года, рекомендующей всем организациям системы ООН проводить такое страхование с разрешением дальнейшей передачи гражданско-правовых споров, возникающих на основе договора страхования, в национальные суды. Отказ от международных иммунитетов обосновывается в данном случае тем, что неподчинение этой категории споров национальной юрисдикции может быть истолковано как неуважение принципов гуманизма, так как иски могут касаться возмещения ущерба, понесенного в случае увечья — результата дорожно-транспортного происшествия, связанного с автомобильными средствами межправительственной организации.
В иных случаях вопрос об отказе от международного иммунитета рассматривается и решается каждой межправительственной организацией применительно к конкретной ситуации. Предложение об отказе от международных иммунитетов может поступить в адрес международной организации со стороны третьих лиц. Например, такое предложение может сделать национальный суд, усматривающий, что применение международных иммунитетов может войти в противоречие с нормами общечеловеческой морали: последнее происходит в том случае, если к межправительственной организации предъявляется иск явно пострадавшей стороной и применение международных иммунитетов не позволяет возместить ей ущерб. Следует заметить, что и в подобных ситуациях межправительственные организации весьма обстоятельно рассматривают аргументы в пользу отказа от международных иммунитетов и далеко не всегда удовлетворяют предложение третьей стороны. Изучение практики межправительственных организаций системы ООН приводит к выводу о том, что международные учреждения достаточно последовательно отстаивают свое право пользования международными иммунитетами в гражданско-правовых отношениях международного характера .
Новые тенденции в развитии международных иммунитетов межправительственных организаций
Международные иммунитеты как группа льгот, признаваемые за определенными участниками международных отношений или их имуществом, в своем развитии претерпели значительное изменение. Первоначально важнейшие из иммунитетов — иммунитеты суверенных государств — признавались в международном общении как абсолютные: суверенное государство независимо от характера и природы действий изымалось из-под влияния закона и власти органов другого государства. Но вследствие расширения сферы деятельности государства и широкой передачи ему функций внешней торговли произошли серьезные изменения в практике применения иммунитетов государства в сторону их ограничения. Национальные суды многих стран изменили свое отношение к иммунитетам государства: в том случае, если гражданско-правовой иск касался коммерческой деятельности иностранного государства, выносилось решение о том, что на такую деятельность, носящую частный (коммерческий) характер, международные иммунитеты не распространяются.
По признанию Комиссии международного права ООН к 1983 году практика применения ограничения распространяется лишь на те действия иностранного государства, которые относятся к сфере публичного порядка) становится общепринятой и общепризнанной. В настоящее время Комиссия международного права ООН рассматривает вопросы по третьей части проекта конвенции об юрисдикционных иммунитетах государства. В своей работе Комиссия использовала идею ограниченного иммунитета государств. В ст. 12 проекта (торговля и коммерческая деятельность), а также в других положениях предусматриваются те ситуации, при которых иммунитет государства может быть ограничен. Очевидно, что список таких ситуаций будет строго конкретен и к нему не будет применяться расширительное толкование .
Несмотря на то что конвенция об юрисдикционных иммунитетах государства находится в стадии разработки, многие государства уже приняли законы, ограничивающие на их территории иммунитеты иностранных государств, занимающихся коммерческой деятельностью. Например, такие законы приняты в Соединенных Штатах Америки и в Великобритании.
В связи с принятием рядом государств законов, направленных на ограничение государственного иммунитета, в национальных судах некоторых из них был поднят вопрос о применении доктрины ограниченных международных иммунитетов и к межправительственным организациям. Впервые этот вопрос встал в апелляционном суде США (округ Колумбия) при рассмотрении иска М. Р. Броудбейта и др. к Организации американских государств от 8 января 1980 года. ОАГ выступила с позиций утверждения абсолютного иммунитета межправительственной организации. Национальный суд США поддержал эту позицию, заметив, что "международные организации утверждаются на основании международного договора и в силу этого находятся по сравнению с суверенными государствами в ином положении в том, что касается вопроса об иммунитете. Суд убежден, что международные организации обладают иммунитетом от любой формы судебного вмешательства за исключением случаев, когда этот иммунитет положительно отвергается в договоре или ясно ограничивается в акте об учреждении международной организации" .
В западно-европейской международно-правовой доктрине также достаточно широко признается необходимость строгого соблюдения действия принципа абсолютного иммунитета в отношении межправительственных организаций. В защиту этого принципа, как правило, выдвигаются два довода: во-первых, указывается, что иммунитет межправительственной организации закрепляется в международно-правовом договоре, обязывающем к соблюдению независимо от сферы деятельности организации; во-вторых, иммунитет межправительственной организации имеет функциональный характер и при его нарушении может сложиться ситуация, когда межправительственное учреждение потеряет способность к реализации своих функций .
Секретариат Организации Объединенных Наций неоднократно высказывался в том смысле, что иммунитеты межправительственных организаций могут пониматься и применяться только как абсолютные; при этом также подчеркивались их договорное происхождение и функциональный характер.
Представляется, что с этими доводами следует согласиться в силу следующих обстоятельств. Действительно, происхождение и правовое закрепление иммунитетов межправительственной организации различны: в первом случае иммунитеты имеют суверенную природу и до сих пор развивались на основе международно-правового обычая, практики государств. Во втором — иммунитеты имеют функциональный характер и закрепляются в международных договорах, достаточно четко определяющих их объем. Соблюдение договоров об иммунитете межправительственных организаций может быть только "абсолютным", ибо "ограниченное" соблюдение договора неизбежно приведет к его нарушению. Иными словами, ограничение иммунитета межправительственной организации означает нарушение межправительственного договора о нем со всеми вытекающими из этого последствиями. Другое дело, что государства могут пересмотреть свое отношение к этому вопросу и распространить на межправительственные организации концепцию ограничения международных иммунитетов.
По-видимому, последнее может произойти в том случае, если международные организации значительно расширят объем своей коммерческой деятельности. В этом случае возможна аналогия с развитием ситуации в отношении иммунитетов государств: последние пользовались абсолютными иммунитетами в тот период развития, когда государство не слишком активно участвовало в международном коммерческом обороте, который формировался в основном за счет деятельности юридических лиц разной национальной принадлежности. Расширение границ участия государства в экономической деятельности привело к тому, что в определенных ситуациях международные иммунитеты нарушали сбалансированность мировых экономических связей, так как ставили одного из их участников в привилегированное положение: по отношению к иностранному государству оказалось невозможным применять принцип неотвратимости гражданско-правовой, материальной ответственности и т. д. Это входило в противоречие с принципами функционирования рыночной экономики, что и вызвало необходимость ограничения международных иммунитетов государств применительно к их коммерческой деятельности.
В современных международных отношениях явно просматриваются перспективы расширения коммерческой деятельности межправительственных организаций. Так, ряд международных организаций системы ООН (например, Комитет по морскому дну) в уставном порядке наделяются оперативно-хозяйственной функцией. В том случае, если коммерческий оборот межправительственных организаций резко расширится и будет приближаться по своему объему к деятельности государств в этом вопросе, их привилегированное положение в области международных иммунитетов также начнет негативно сказываться на сбалансированности мировых экономических связей. В таком случае абсолютное применение международных иммунитетов вступит в противоречие с принципами развития экономических отношений.
Можно сказать, что некоторые симптомы этого явления уже наблюдаются: в том случае, когда межправительственные организации накапливают значительные средства в коммерческих банках, последние стремятся избежать соблюдения иммунитетов по отношению к этим вкладам и распространить на них те принципы обслуживания, которые применяются в отношении вкладов иных юридических лиц. Кроме того, некоторые национальные суды высказывались за применение ограничения иммунитетов коммерческих организаций в том случае, если последние участвуют в международных коммерческих связях .
Следует заметить, что в целом межправительственные организации системы ООН не занимаются широко коммерческой деятельностью: их функции в этой сфере носят прикладной характер и направлены на обслуживание основных целей организаций, которые обычно находятся в сфере международно-публичных отношений. С другой стороны, практически трудно разграничить в их деятельности вопросы публичного и частного характера. Например, неоднократно возникал вопрос о том, к какой сфере относить вопросы найма международных гражданских служащих. Национальные суды государств-членов неоднократно признавали, что найм гражданского служащего межправительственной организацией относится к сфере публично-правового характера .
Сложность выявления критериев разграничения публично-правовой и частноправовой компетенции межправительственной организации, так же как и определения сферы ее деятельности, к которой неприменимы международные иммунитеты, диктует необходимость выработки проекта конвенции об иммунитетах межправительственных организаций вслед за принятием такой конвенции по отношению к государствам.

Заключение

И в заключение подводя итоги, хотелось бы отметить, что международные организации являются, прежде всего, традиционными и типичными субъектами международного права. Объем международной правосубъектности международных организаций, естественно, меньше, чем у государств-членов; тем не менее организации входят в группу полноправных и основных субъектов международного права. Однако любая международная организация имеет и частноправовой статус и выступает субъектом международного частного права.
В международных гражданских правоотношениях международные организации выступают как юридического лица. Это закреплено в уставах многих международных организаций (ст. 39 Устава МОТ, ст. 16 Устава МАГАТЭ, ст. 9 Устава МВФ). В законодательстве многих государств (США, Великобритания, Россия) закреплено, что международные организации могут действовать на их территории в качестве юридических лиц. Юридический комитет ООН провел исследование международной и национальной судебной и арбитражной практики, результаты которого показали, что все национальные правоприменительные органы признают за международными организациями статус юридических лиц.
Международные организации представляют собой юридические лица особого рода – международные юридические лица. Поскольку международные организации возникают в рамках международного правопорядка, качество юридического лица может возникнуть у них только на основе международного публичного права. Частноправовой статус организации закреплен в ее уставе, который является международным договором. В дальнейшем статус международных организаций как международных юридических лиц закрепляется в международных соглашениях с участием этих организаций и в правовых актах, принимаемых самими международными организациями. Международные юридические лица являются носителями прав и обязанностей цивилистического характера, возникающих в международном обороте, обладают обособленным имуществом, могут от своего имени приобретать имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в качестве истцов или ответчиков по частноправовым спорам в правоприменительных органах.
Необходимо учитывать, что гражданская правоспособность международных организаций определяется не национальным, а международным правом и имеет серьезную специфику, поскольку речь идет именно о международных юридических лицах. Международная организация как субъект МЧП обладает привилегиями и иммунитетами (собственности, от национальной юрисдикции, от применения национального права. Международные организации как международные юридические лица имеют осложненный, двойственный правовой статус.
Для международных организаций существует объективная необходимость заниматься частноправовой деятельностью. Объем и виды частных сделок международных организаций чрезвычайно разнообразны: покупка и аренда недвижимости, покупка офисного оборудования, покупка услуг (эксперты, переводчики, консультанты), заключение трудовых контрактов. Все эти сделки оформляются в традиционной форме договоров подряда, купли-продажи, аренды. Для многих коммерческих фирм заключение контрактов с международными организациями считается особо престижными операциями, поэтому многие из таких контрактов заключаются на кон кур с ной и аукционной основе.
Право, применимое к сделкам с участием международных организаций, определяется на основе автономии воли сторон и права места заключения сделки. Однако эти традиционные коллизионные принципы в подобных сделках трактуются значительно шире, чем при заключении контрактов между национальными юридическими лицами. Права и обязанности международной организации как юридического лица определяются международным правом, поэтому коллизионное регулирование гражданских правоотношений с участием международных организаций подчиняется не только национальному, но и международному праву. В 1975 г. Комитет по контрактам Секретариата ООН разработал Типовые правила и образцы контрактов для всех международных организаций системы ООН. В специальном заключении Юридического отдела Секретариата ООН (2002 г.) подчеркивается, что «контрактная практика ООН по возможности стремится избежать ссылки на любое конкретное право, особенно национальное. Наиболее приемлемой является отсылка к внутреннему праву данной организации».
Право собственности международных организаций закрепляется, как правило, в международном договоре организации с государством ее места пребывания. Исходное начало коллизионного регулирования права собственности – применение права места нахождения вещи. Однако международный характер собственности международных организаций требует трансформации этой общей коллизионной привязки в специальные – место нахождения штаб-квартиры организации, место нахождения вещи в международном районе. Такая трансформация традиционных коллизионных принципов означает применение к регулированию права собственности международных организаций внутренних правил самой организации. Точно так же принято трактовать закон места заключения сделки – закон места заключения контракта в международном районе.
Принцип автономии воли всецело применим и к сделкам с участием международных организаций. Современная контрактная практика международных организаций свидетельствует об устойчивой тенденции отказа от применения национального права и подчинении сделки международному праву, общим принципам права, общим принципам международного права. 

Список литературы

Нормативно – правовые акты

1.1 Устав Организации Объединённых Наций. Сан-Франциско.1945.
1.2 СЗ РФ. 1995. № 49.
1.3 СЗ РФ. 2002. № 46.
1.4 Бюллетень международных договоров. 1994. № 12.
1.5 Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных  СССР с иностранными государствами. Вып. XV. М., 1957. 
1.6 Бюллетень международных договоров РФ. 1997. № 11.
1.7 Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1999. № 8.
1.8 Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 января 2001 г. № 58 «Обзор практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов», п. 7 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2001. № 3.
1.9 Информационно-правовая база «Консультант Плюс».

Монографии

2.1 Нешатаева Т. Н. Международные организации и право. Новые тенденции в международно-правовом регулировании. М., 1998.
2.2 Лунц Л. А. Курс международного частного права: М., 2002.
2.3 Звеков В. П. Международное частное право: Курс лекций. М., 1999.
2.4 Jenks W. The Proper Law of International Organizations. London; New York, 1962. 

Учебники и учебные пособия

3.1 Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. Г. В. Игнатенко, О. И. Тиунов. М., 1999. 
3.2 Международное публичное право: Учебник/ Под ред. К. А. Бекяшева. М.,1998.
3.3 Богуславский М. М. Международное частное право: Учебник. 3-е изд., перераб. и доп. М., 1999.
3.4 Международное частное право: Учебник / Под ред. Г. Д. Дмитриевой. М., 2000.
3.5 Международное публичное право: Сб. док. Т. 1. М., 1996. 
3.6 Гражданское право: Учебник: В 2 т. Т. 1 / Отв. ред. Е. А. Суханов. 2-е изд., перераб. и доп. М., 1998.
3.7 Ануфриева Л. П. Международное частное право. Т. 2. Особенная часть: Учебник. М., 2000.
3.8 Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. Г. В. Игнатенко, О. И. Тиунов.

Статьи

4.1 Шибаева Е. А. Правовой статус межправительственных организаций. М., 1972..
4.2 Кулагин М. И. Государственно-монополистический капитализм и юридическое лицо. М., 1997.
4.3 Вельяминов Г. М. Международные (дипломатические) привилегии и иммунитеты для межгосударственной акционерной компании 
4.4 Яркое В. В. Об иммунитете международных организаций в практике российских судов. М., 2000.

Размещено на www.allbest.ru