elibrary_30768953_44662911Город Сталино (Донецк) в условиях наци. Город Сталино (Донецк) в условиях нацистской оккупации (октябрь 1941 сентябрь 1943 г.)
![]()
|
Город Сталино (Донецк) в условиях нацистской оккупации (октябрь 1941 - сентябрь 1943 г.) В статье рассматривается проблема нацистской оккупации города Сталино (Донецка) в период Великой Отечественной войны. На основе рассекреченных документов региональных архивов Донбасса автор раскрывает оккупационную политику и гуманитарные преступления гитлеровцев и коллаборационистов. Вопреки тенденциозным националистическим интерпретациям военной истории Донбасса в современной украинской историографии, в статье на основе архивных материалов показана реакционная, профашистская роль украинских националистов в период оккупации Сталино в 1941-1943 гг. С учетом слабой степени изученности военной истории Донецкого бассейна в новейшей российской историографии, настоящее исследование дополняет новыми или же малоизвестными фактами имеющиеся представления о гуманитарной политике германской оккупационной администрации в регионе Донбасса, конкретизирует инструментарии данной политики. Жизнь столицы Донбасса - Донецка (Сталино) в период гитлеровской оккупации до сих пор остается «белым пятном» региональной истории. В постсоветской украинской историографии события Великой Отечественной войны еще в 1990-е годы подвергались националистическим фальсификациям, в связи с чем возник исторический миф о «национально-освободительном подполье» бандеровцев в Донбассе. Пробандеровское изложение истории Сталино и Донбасса в 19411943 гг. представлено в работах деятеля ОУН Евгена Стахива 1, историков Петра Лаврива 2, А.М. Михненко 3, В.Н. Никольского 4, А. Добровольского 5 и др. В сочувствующем и оправдательном тоне интерпре тируется деятельность украинских коллаборационистов в Сталино в статьях И.С. Тарнавского 6 и Д.Н. Титаренко 7. Из работ последних лет по данной тематике наиболее взвешенной и объективной стала книга донецких краеведов В.П. Степкина и С.В. Третьякова (ныне покойного) 8. Издание посвящено эпохе оккупации и представляет собой альбом фотодокументов с уникальными снимками немецких, итальянских и советских военных, которые снабжены подробными историческими комментариями, без ревизионизма и политизации. В новейшей российской историографии оккупационная жизнь Сталино почти не рассматривается, за исключением фрагментарного упоминания отдельных фактов и документов в некоторых изданиях. В качестве примера можно сослаться на книгу М.А. Жирохова о сражениях на Миус-фронте с общей обзорной главой «Донбасс в годы оккупации» 9, а также на недавнюю диссертацию И.И. Грибкова на тему оккупационной прессы, в которой упоминается газета «Донецкий вестник» и некоторые факты из военной жизни Сталино 10. Отдельно стоит отметить подробное, основанное на архивных источниках исследование М.И. Ребровой о религиозной жизни города Сталино в оккупации, в котором глубоко изучена деятельность местных православных священников, сложная обстановка их служения 11. Из числа документальных публикаций следует упомянуть первый том сборника «Украинские националистические организации в годы Второй мировой войны» 12, где содержатся несколько интересных документов советских спецслужб о коллаборационистских проявлениях в г. Сталино. Так как многие аспекты оккупационной истории Донбасса и Юга России в целом до сих пор не изучены историками и краеведами, необходимо дальнейшее комплексное исследование документации региональных архивов эпохи Великой Отечественной войны. Восполняя источниковедческий и историографический пробел, автор обобщает имеющиеся архивные данные о положении города Сталино (Донецка) в условиях нацистского режима. Целью исследования является анализ оккупационной политики нацистов и коллаборационистов в Сталино за период 1941-1943 гг. Основной источниковой базой послужили документы бывшего Государственного архива Донецкой области и бывшего Партийного архива Донецкого обкома КПСС (с 2015 г. входят в единую структуру Государственного архива Донецкой народной республики). На основе архивных материалов и немногочисленной исторической литературы автор воссоздает жизнь столицы Донбасса в 1941-1943 гг. Отступление советских войск из Сталинско-Макеевской агломерации началось уже в середине октября 1941 г. Уже 20 октября первые немецкие и итальянские части вошли в Сталино и Макеевку. 21 октября оба города- спутника были уже полностью оккупированы. Вскоре город был переименован в Юзовку (дореволюционное название Донецка), хотя сам «генеральный округ» (генерал-бецирк) продолжал называться Сталинским. Немецкими властями была создана «вспомогательная полиция», возглавляемая «украинско- немецкими националистами», которая помогала «сохранять порядок» на территории 13. В ноябре 1941 г. вспомогательная «украинская полиция» Юзовки распределялась по 15 участкам города, все участки приступили к «практической работе» 14. Начался 700-дневный период оккупации Стали- но - время террора, жестокой эксплуатации и выживания. Оккупанты создали разветвленную коллаборационистскую администрацию: Юзовская городская управа, Юзовское городское управление треста электроснабжения Украины, Юзовский лагерь военнопленных, Ларинская районная управа Юзовки, Рутченковская районная управа Юзовки и другие учреждения 15. Мэром Сталино стал бывший инженер Сталинского облкоммун- хоза Петушков, его заместителем - немец Шлехтер. Городская управа, ее отделы и немецкий военный комендант города разместились в здании Дворца пионеров и других помещениях городского центра 16. С приходом немцев в Сталино из местного населения нашлось много предателей, которые выдавали оставшихся коммунистов и комсомольцев на расстрел без суда и следствия 17. По состоянию на февраль 1942 г. назначенные немцами старосты и полицейские из уголовного элемента отнимали у населения хлеб, скот и прочее, занимались притеснениями населения и расстрелами 18. В то же время городское население Сталино голодало, хлеб в размере 300 г выдавался только тем, кто работал. Но занятых на работе было очень мало и люди вынуждены были менять на хлеб последние вещи. При этом немцы и полиция забирали у населения теплую одежду, обувь, продукты питания, облагали денежными налогами и обязательными поставками молока, масла, яиц 19. Цены на продукты и бытовые товары постоянно росли. В снабжении мирного населения ощущался дефицит, поскольку большая часть продовольствия и сельскохозяйственных товаров использовалась в интересах оккупантов. На рынках процветала спекуляция, советские деньги ходили ограниченно, немецких марок и «карбованцев», печатаемых рейхскомиссариатом «Украина», хватало не всем. Поэтому в 19421943 гг. на оккупированной территории получил большое распространение натуральный обмен. В такой дискриминационной социальной ситуации выживать удавалось далеко не всем. Ко времени освобождения Сталино в сентябре 1943 г. население города сократилось почти на четверть. Кто не умирал своей смертью, ежедневно мог стать жертвой репрессий. Все гражданское население в городах и поселках Сталинской области было обязано зарегистрироваться в городских управах путем сдачи паспортов в горуправу на отметку. Переезд из одного города в другой разрешался по специальным пропускам, также выдаваемым управой за подписью мэра города и военного коменданта. Причем пропуск заполнялся на русском и немецком языках, позволял проехать только в указанном направлении и выдавался на ограниченный срок 20. В Сталино и других городах производилась слежка за всеми, кто передвигался по населенным пунктам под предлогом поиска хлеба и продовольствия, проверка паспортов и прописки. Из городов Донбасса ежедневно толпы людей отправлялись в села со своими домашними вещами для обмена на продовольствие. Передвигающихся людей задерживали на линии фронта, проверяли документы, обыскивали, при входе в Сталино и другие города по главным магистралям выставлялись патрули из немецкого солдата и местного полицейского 21. В 1942 г ., согласно агентурным донесениям советских спецслужб, в Сталино и других городах гитлеровцы начали восстанавливать промышленность для обеспечения своего фронта и тыла. Но не на полную мощность была запущена работа электростанций, причем рабочие районы Ста- лино электроэнергией не обеспечивались. На многих заводах и шахтах Донбасса немецкое командование открыло мастерские для ремонта танков и автомашин. Для организации добычи угля оккупанты начали восстано - вительные работы на шахтах в Сталино, Макеевке и других городах 22. Следует отметить, что попытки гитлеровцев запустить оставшуюся в Донбассе не разрушенную промышленность вызывали не только пассивное сопротивление местного населения, но и определенный энтузиазм коллаборационистов. Так, в период оккупации Сталино по инициативе бывшего профессора Сталинского индустриального института Петра Николаевича Иванова немецкие власти создали общество «Восток» для восстановления угольной промышленности. По предложению Иванова была организована «Ассоциация инженеров» из числа местной технической интеллигенции, согласившейся работать на немцев 23. Но запустить промышленность и добычу угля гитлеровцам так не удалось. Большая часть шахт и предприятий Донбасса все два года оккупации простаивала, в том числе благодаря саботажу оставшихся шахтеров и металлургов, враждебно настроенных к оккупантам. Гуманитарная политика германской оккупационной администрации и обслуживавших ее украинских коллаборационистов также не способствовала улучшению жизни мирного населения Сталино. Она была направлена на духовное и культурное порабощение русского народа, принудительное стимулирование политической лояльности оккупантам, строилась на массированной пропагандистской обработке в духе фашистской и украинской националистической идеологии. При этом сеть образовательных учреждений в Сталино в период оккупации резко сократилась. При немцах в городе работало 60 школ с четырьмя классами обучения, тогда как до оккупации - 113 школ 24. Главным рупором гитлеровской пропаганды в Сталино стала коллаборационистская газета «Донецкий вестник», созданная в октябре 1941 г. В газете печатались официальные военные сводки и распоряжения германских властей, информация Юзовской городской управы для местного населения, сообщения о казнях партизан и подпольщиков, пропагандистские статьи антисоветского, националистического, германофильского и профашистского характера. На последней полосе «Донецкого вестника» часто печатались антисемитские и антисоветские политические анекдоты. Приобщение читателей к подобному «юмору» должно было психологически адаптировать население к идеологии национал-социализма. В 1941-1942 гг. в редакции «Донецкого вестника» работали 11 сотрудников и главный редактор Г. Ковалевский, которым Юзовское городское управление электроснабжения предоставило право на электроосвещение 25. В 1942 г. тираж «Донецкого вестника» составлял 40 тыс. экземпляров, все номера издавались на русском и частично на украинском языке. Еще в начальный период оккупации газета писала о необходимости замены советских названий улиц и площадей Сталино: «Память о мрачном недалеком прошлом, выветривающемся из сознания людей, еще сохраняется в старых советских названиях улиц и площадей. Городская Управа г. Юзовки в согласии с военным командованием вынесла решение о пересмотре этих названий» 26. Пропагандируя украинский национализм, издание призывало к «национально-сознательному воспитанию» «истинных патриотов и патриоток украинской нации» 27. В другом номере газеты рекламировался националистический герб - трезубец как «символ благородства, отваги и борьбы», который киевские великие князья переняли у варягов - восточных норманнов, разъяснялось далее, а теперь «Германия возвратила гербу его почетное значение, и он вновь стал славным украинским гербом» 28. Особое внимание в пропагандистских статьях «Донецкого вестника» было уделено разъяснениям местному населению о необходимости «сотрудничества» с «Великой Германией» в деле построения «нового мирового порядка» и «борьбы с большевизмом». Разъяснялось, что идея национал-социализма «о новом порядке в Европе настойчиво требует цветущей Украины», и украинская интеллигенция должна охотно помогать немцам 29. Пропагандистская машина Третьего рейха, разжигая антисоветизм и национализм, стремилась завербовать идейных сторонников, склонить население к добровольному экономическому и даже идеологическому сотрудничеству с оккупантами. В документах Управления НКГБ по Сталинской области сообщается о действиях немецких властей в Донбассе по вербовке местных жителей с целью сбора сведений о коммунистах, комсомольцах, внедрения в партизанские отряды агентов, разжигании национальной розни между населением оккупированных районов. В Сталино и других городах население разделялось на категории по национальному признаку. Местные немцы имели белые нашивки с немецким гербом, им позволялось грабить население и носить оружие. Украинское население получило возможность занимать ответственные должности, свободно передвигаться из города в село на постоянное жительство, что другим национальностям не разрешалось. Евреи подвергались грабежу и издевательствам, были лишены всяких прав и облагались штрафами 30. Местное население, как отмечается в документах, к немецким властям относилось враждебно, за исключением изменников Родины, которые работали в органах власти и полиции. К таким относились мэр города Петушков, доцент индустриального института Голенищев, доцент Король, доктор технических наук, профессор Иванов (упомянутый выше). Фашистская пропаганда обещала, что Украина будет самостоятельным государством без помещиков, а землю роздадут крестьянам 31. В пропагандистских целях гитлеровцы также открывали в Сталинской области церкви, задействовав лояльных священников и проповедников различных религиозных сект, которые агитировали за борьбу с Советской властью и оказание помощи оккупантам. Сектанты и духовенство «автокефальной церкви» (раскольники) призывали «братьев и сестер» помогать немцам 32. Большое внимание оккупационные власти отводили пропагандистской работе театров. Так, еще 30 ноября 1941 г. начал свою работу «Юзовский украинский музыкально-драматический театр», развлекавший концертом немецких офицеров и солдат 33. Коллаборационисты от «культуры» в оккупационном театре Юзовки подчинялись распоряжениям военного командования и обязаны были обслуживать германскую армию 34. С декабря 1941 г. в театре Сталино ставились украинские пьесы «Запорожец за Дунаем», «Наталка Полтавка» и др., работали кинотеатры «Красный» и им. Шевченко, где шли в том числе советские кинокартины «Веселые ребята» и «Волга- Волга» 35. Активную роль в проведении гитлеровской пропаганды исполняли украинские националисты, прибывшие осенью 1941 г. в Донбасс из Западной Украины. В Сталино с конца 1941 г . обосновалась «походная группа» бандеровцев в составе 12 человек. Затем в Донбасс приезжали все новые группы националистов. Сразу же по прибытии бандеровцы поступили на службу в немецкую фельдкомендатуру как переводчики или во вспомогательную полицию, разъехались по другим городам. Часть бандеровцев репрессировало гестапо, которое было недовольно их политической активностью. Но с весны 1942 г. националисты продолжили работать при немецкой администрации. В организацию бандеровцев в Сталино был внедрен агент НКВД Роман Головатый, старавшийся ограничить их антисоветскую деятельность 36. Тем не менее, подполье украинских националистов в Донбассе активно участвовало в организации коллаборационистских учреждений, а также карательных формирований - «украинской вспомогательной полиции», отрядов «украинских добровольцев» и т. д. Так, украинская националистка Александрина, будучи в Сталино, сотрудничала с гестапо и выявляла коммунистов, советский актив и лиц, настроенных против немцев 37. При Ларинской районной управе Юзовки - Сталино было организовано снабжение семейств «добровольцев украинской армии», которые служили немцам. Эти «украинские добровольцы» снабжались через специальный «продовольственный комитет» 38. В 1943 г. националистическое подполье в Донбассе готовило оружие и кадры для вооруженного восстания в тылу Красной Армии в случае отступления немцев, вербовались «добровольцы» в качестве резерва. Однако многие бандеровцы в Сталинской области затем были арестованы НКВД, другие взяты в агентурную разработку 39. В целом же при участии «украинской полиции» в Донбассе ежедневно происходили аресты, грабежи, угон людей в Германию, расстрелы и другие гуманитарные преступления. Карательные акции гитлеровцев и полицаев в Донбассе продолжались даже в последние дни оккупации региона, а именно в первых числах сентября 1943 г. Как пишет в своих воспоминаниях фельдмаршал Манштейн, в ходе советского наступления к 31 августа 1943 г. фронт немецкой 6-й армии был прорван, что стало первым шагом к сдаче Донбасса. Вечером 31 августа Гитлер разрешил 6-й армии отступать. Тогда же было отдано распоряжение «об уничтожении всех важных в военном отношении объектов Донбасса» 40. Подрывы шахт и заводов, наряду с массовыми расстрелами военнопленных и мирных жителей, проводились гитлеровцами и «вспомогательной полицией» вплоть до освобождения Красной Армией города Сталино 8 сентября 1943 г. Согласно архивным документам, при отступлении немцев 7 сентября 1943 г. в сарае второго дома профессуры Сталинского индустриального института было сожжено живьем до 150 его жителей, среди которых находились преподаватели 41 института с малолетними детьми и внуками . За период оккупации города Сталино только в ствол шахты № 4/4-бис на Калиновке гитлеровцы сбросили более 75 тыс. мирных граждан. Причем в целях сокрытия преступления оккупанты подорвали шахтный копер и завалили ствол шахты. В лагерях на Петровке, на территории Дворца культуры и центральной поликлиники в Сталино погибло около 92 тыс. человек 41 42. В стволах шахт Сталино и других городов Донбасса были обнаружены тела десятков тысяч жертв нацизма. Всего по Сталинской области за период гитлеровской оккупации было уничтожено 174416 человек мирного населения и 149367 военнопленных. За это же время угнано в рабство в Германию 252259 человек советских граждан 43. Общий материальный ущерб от германской оккупации Сталинской области составил около 23,5 млрд рублей 44. В начале Великой Отечественной войны население Сталино составляло около полумиллиона жителей, после освобождения от оккупантов в городе осталось 175 тыс. человек. Таковы итоги нацистско-националистической оккупации Донецка в период с октября 1941 г . по сентябрь 1943 г. Подводя итоги, следует констатировать преступную и реакционную сущность оккупационной политики нацистской Германии и украинского коллаборационизма в отношении Донбасса. Гитлеровцы и обслуживавшие их интересы активисты ОУН в своей практике сочетали репрессивно-карательные и политико-пропагандистские механизмы с целью обеспечения не только военного, но и культурного доминирования в регионе, старались склонить часть местного населения к пассивным или активным формам сотрудничества с оккупантами. Преследуя прагматичные экономические и военные цели, нацистский режим в Донбассе создал изощренную систему террора, эксплуатации, пропаганды и морально- политического угнетения, применение которой стоило Донецкому бассейну более 300 тысяч погибших и огромных материальных потерь. 1 2 3 4 5 6 7Титаренко Д.М. Культурнее життя на Донбаи тд час нацистсько! окупацп // Украшський Кторичний журнал. 2015. № 2. С. 68-70. 8Степкин В., Третьяков С. Сталино глазами солдата вермахта. Донецк, 2013. 208 с. 9Жирохов М.А. Сражение за Донбасс. Миус-фронт. 1941-1943. М., 2011. С. 40-65. 10Грибков И.И. Газеты на оккупированной территории СССР на русском языке в период Великой Отечественной войны (1941-1944 гг.): источниковедческое исследование. Дис. ... канд. ист. наук. М.,2016. С. 67, 81, 173. 11Реброва М.И. Возобновление церковной жизни в Сталинской (Донецкой) области в условиях германской оккупации (1941-1943 гг.) // Вестник православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 2. История. История Русской Православной Церкви. 2016. Вып. 3. С. 55-68. 12Украинские националистические организации в годы Второй мировой войны. Документы. В 2 т. Т. 1. 1939-1943. М., 2012. С. 473, 474, 476, 477, 488, 627. 13Государственный архив Донецкой народной республики. (Гос. архив ДНР) Ф. 5000. Оп. 1. Д. 1 а. Л. 21. 14Охрана порядка в городе // Донецкий вестник. 1941. 27 ноября. С. 1. 15Гос. архив ДНР. Фонды Р-1612, Р-1579, Р-1576, Р-1577, Р-1584. 16Гос. архив ДНР. Ф. 5000. Оп. 1. Д. 20. Л. 25-26. 17Гос. архив ДНР. Ф. 5000. Оп. 1. Д. 20. Л. 28. 18Там же. Л. 74. 19Там же. Л. 76-77. 20Там же. Л. 135. 21Попов А. НКВД и партизанское движение. М., 2003. С. 261-262. 22Попов А. НКВД и партизанское движение... С. 256-257. 23Кулага И.И., Зуев В.В. Органы государственной безопасности в Донецкой области. Воспоминания. Факты. Документы. Донецк, 2002. С. 38. 24Гос. архив ДНР. Ф. 326. Оп. 2. Д. 52. Л. 13. 25Гос. архив ДНР. Ф. Р-1579. Оп. 1. Д. 15. Л. 13. 26Переименование улиц и площадей // Донецкий вестник. 1942. 29 января. С. 3. 27Семья и родина // Там же. 1942. 1 декабря. С. 1. 28Украинский герб // Там же. 1942. 29 марта. С. 4. 29Украина в новой Европе // Там же. 1942. 11 декабря. С. 1. 30Гос. архив ДНР. Ф. 5000. Оп. 1. Д. 20. Л. 137-138. 31Там же. Л. 139-140. 32Гос. архив ДНР. Ф. 326. Оп. 2. Д. 38. Л. 8-9. 33Концерт для юзовского гарнизона // Донецкий вестник. 1941. 4 декабря. С. 4. 34Гос. архив ДНР. Ф. Р-1580. Оп. 1. Д. 6, Л. 34. 35Гос. архив ДНР. Ф. 5000. Оп. 1. Д. 20. Л. 142. 36Герои невидимого фронта. Историко-документальные очерки. Донецк, 2007. С. 20-31. 37Гос. архив ДНР. Ф. 5000. Оп. 1. Д. 129. Л. 3. 38Гос. архив ДНР. Ф. Р-1577. Оп. 1. Д. 4. Л. 1-6. 39Герои невидимого фронта... С. 58-60. 40Манштейн Э. Утерянные победы. М.; СПб., 1999. С. 536. 41Гос. архив ДНР. Ф. Р-1838. Оп. 1. Д. 64. Л. 41-42. 42Донецк. Историко-экономический очерк. Донецк, 1969. С. 187. 43Гос. архив ДНР. Ф. Р-1838. Оп. 1. Д. 64. Л. 42 об. 44 |