Изард К.Э. - Психология эмоций. Изард К. Э. Психология эмоций
![]()
|
Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru вызывающих у пациента страх. С помощью пациента эти ситуации ранжируются по степени убывания устрашающего эффекта. Затем, когда пациент находится в состоянии полного мышечного расслабления, терапевт просит его представить наименее пугающую ситуацию. Данная процедура длится до тех пор, пока человек не научится оставаться полностью расслабленным в момент мысленного <проживания> пугающей ситуации, после чего эта же процедура повторяется для следующей, более страшной ситуации. Отдельные модификации данной техники предполагают когнитивную инструкцию и градуированную практику переживания страха вне терапевтической ситуации. Имплозивная терапия, или терапия <взрыва>. При использовании этой техники пациента просят представить наиболее травмирующие события из его жизни. Круг этих событий выявляется с помощью специальных диагностических опросов. В сообщениях об использовании этой техники отмечается, что пациенты в ходе терапии переживают экстремальный страх или сильнейшую тревогу, отсюда и происходит название метода - имплозивная (взрывная) терапия. Согласно этим же сообщениям, данная техника оказывается достаточно эффективной для некоторых пациентов. Однако механизмы ее действия пока не исследованы. Моделирование. Эта техника предполагает наблюдение за опытом чужого переживания и его имитацию. Терапевт, друг пациента или кто-то из близких ему людей демонстрируют модель бесстрашного поведения в ситуациях, которые пугают пациента, моделируют способы взаимодействия с пугающим объектом. Именно этой техникой пользуются родители, когда показывают ребенку пример бесстрашия, демонстрируют ему, каким образом следует реагировать на опасность и противостоять ей. Техники взаиморегуляции эмоций. Как и любая другая эмоция, страх может ослабнуть или даже отступить под воздействием иной эмоции. Если пугающий объект или ситуация способны вызвать у вас злость, то вы скорее всего не испытаете сильного страха. Вероятно, не последнюю роль здесь играет гневная экспрессия (lzard, 1990). Когда на Джулию напал грабитель, она разозлилась, и эта злость сделала ее бесстрашной, по крайней мере, в момент нападения. Для того чтобы научиться контролировать страх, нужно тренировать в себе способность к переживанию и выражению эмоций, противостоящих страху. Такая тренировка оказывается эффективной, если производится в ситуациях, аналогичных той, которая пугает человека (Gellhorn, 1970; lzard, 1971). Все вышеописанные техники управления страхом в равной степени применимы и к состоянию тревоги, поскольку ключевой эмоцией в данном состоянии является страх. ТРЕВОГА Прошло примерно десять лет после взрыва атомной бомбы в Хиросиме, когда Уистен Хью Оден изрек, что наша эра - это <век тревоги>. Любопытно было бы подсчитать, сколько раз за историю человечества проницательные созерцатели человеческих судеб делали подобные заявления. Вполне возможно, что эти же слова произносились десятки тысяч лет тому назад, когда проблема выживания стояла перед человеком гораздо острее, чем сейчас. Во всяком случае, очевидно, что человек весьма часто пользуется понятием <тревога> для описания своего эмоционального состояния. Возможно также, что большинство людей, используя термин <тревога>, даже не задумываются о том, что он в действительности обозначает. Очень многие люди, если их попросить вспомнить, что именно они чувствовали в состоянии тревоги, скажут, что были мучимы недобрыми.предчувствиями, испытывали волнение, беспокойство, а возможно, Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru даже дрожали. Все эти описания свидетельствуют о том, что в основе феноменологии тревоги лежит переживание страха. Страх, как любая базовая эмоция, может варьировать в своей интенсивности, соответственно и в тревоге он может быть выражен слабо, умеренно или сильно. Философ XIX столетия Серен Кьеркегор отмечал, что эмоции интереса и страха соперничают друг с другом за наше внимание и поведение. Это замечание хорошо иллюстрируется наблюдениями этолога Конрада Лоренца (Lorenz, 1966). Вкратце перескажем суть его наблюдения. Ворон, заметив на земле некий объект (труп ягненка), взлетает на верхушку высокого дерева, затем перемещается на нижнюю ветку и, быстро рассмотрев объект, взлетает обратно. Спустя некоторое время он снова решается покинуть свой пункт наблюдения, но на этот раз спускается еще ниже. Он повторяет свои опыты приближения и отступления до тех пор, пока не убеждается в том, что объект не представляет опасности, а наоборот, может принести ему наслаждение; лишь после этого он решается спуститься на землю, чтобы исследовать объект в деталях. Наверное, каждый из нас может припомнить похожие случаи из собственной жизни. Подобное поведение чаще всего наблюдается в ситуациях неудовлетворенного и жгучего любопытства. Исследователи-первопроходцы, скалолазы, парашютисты и любители спуска по горным рекам, пожалуй, лучше всех умеют контролировать конфликт между интересом и страхом. Поскольку эмоция интереса-возбуждения имеет позитивное значение, побуждая индивида к приближению к объекту и облегчая конструктивное взаимодействие с ним, она играет наиважнейшую роль в регуляции страха. Может быть, оттого что переживание страха иногда влечет за собой чувство изоляции и одиночества, некоторые люди включают в эмоциональный паттерн тревоги и эмоцию печали. Мы не исключаем, что в отдельных случаях печаль сама по себе может определять картину тревоги, но чаще все же ее роль в эмоциональном паттерне тревоги обусловлена ее взаимодействием с эмоцией страха. Комбинация страха и печали вызывает к жизни совершенно иные стратегии поведения, чем комбинация страха и возбуждения. Описывая состояние тревоги, некоторые люди упоминают о переживании стыда или вины. В нашем обществе взрослые приучают детей, особенно мальчиков, не выказывать страха. Таким образом, переживание страха и боязнь обнаружить свой страх могут вызывать у человека чувство вины и стыда. Комбинация страха со стыдом в эмоциональном паттерне тревоги особенно вредна для психического здоровья человека, так как ни одну из этих эмоций нельзя считать хоть сколько-нибудь благоприятным фоном для социального взаимодействия. Важно понимать, что в состоянии тревоги мы, как правило, переживаем не одну эмоцию, а некую комбинацию или паттерн различных эмоций, каждая из которых оказывает влияние на наши социальные взаимоотношения, на наше соматическое состояние, на наше восприятие, мысли и поведение. Тревога как эмоциональный паттерн. Эмпирические исследования Серия исследований с использованием шкалы дифференциальных эмоций (ШДЭ) показала, что тревогу можно определить как эмоциональный паттерн, состоящий из нескольких относительно независимых аффективных факторов (lzard, 1972). Ниже приводится краткий обзор этих исследований. Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Первое исследование заключалось в факторном анализе данных, полученных с помощью ШДЭ и шкалы тревоги и тревожности (STAI) (Spielberger, Gorsuch, Lu-shene, 1972). Составная методика (ШДЭ+Т) была предъявлена 339 студентам колледжа. При заполнении опросника их просили вспоминать или представлять ситуации, в которых они обычно испытывают тревогу. Факторный анализ показал, что тревога, в том виде, как она определена STAI, в действительности представляет собой комплекс аффективных факторов. Большинство характеристик тревоги, выявленных с помощью STAI, вместе со всеми компонентами, выявленными с помощью ШДЭ, оказались объединенными в фактор страха. Некоторые из вопросов STAI вошли в фактор, сочетающий компоненты печали и вины из ШДЭ. Пункты, не связанные с тревогой (например, удовлетворенность, безопасность, уверенность), попали в основном в фактор радости, который включал в себя все компоненты радости из ШДЭ. Таким образом, совместный факторный анализ STAI с компонентами ШДЭ, представляющими некоторые из дискретных эмоций, подтвердил нашу гипотезу о том, что тревога является комплексным эмоциональным переживанием, а не неким отдельным монолитным феноменом. ШДЭ была предъявлена большой группе студентов африканского происхождения сразу после того, как их городок был захвачен вооруженными представителями национальной гвардии и местной полицией. Во время происшествия полицейские открыли огонь по толпе студентов и по общежитию, в результате чего несколько студентов было ранено и двое убито. Студентов попросили вспомнить это происшествие и его последствия и описать свои чувства, заполнив ШДЭ. Как и предполагалось, показатели страха, печали, стыда, гнева и интереса у этих студентов оказались очень высокими, что свидетельствует о том, что данные эмоции входят в феноменологический паттерн тревоги. В другом исследовании (Bartlett, lzard, 1972) 160 студентов колледжа по результатам опросника5ГЛ/были разделены на две группы - высокотревожныхи низко-тревожных испытуемых. Затем обе группы дважды заполнили ШДЭ. Сначала их попросили заполнить опросник в общежитии, представляя себе какую-нибудь тревожную ситуацию, а затем - непосредственно перед экзаменом (реальное условие, вызывающее тревогу). На рис. 13-4 представлены профили средних показателей по ШДЭ для высоко-и низкотревожных испытуемых в реальных и воображаемых ситуациях тревоги. Профили высокотревожных испытуемых вполне соответствуют предположениям, основанным на теории дифференциальных эмоций. Наиболее высокими значениями в их профилях характеризуются показатели страха, интереса, печали, вины, гнева и стыда/смущения. Значительное сходство профилей, полученных в реальных и воображаемых ситуациях тревоги, еще раз подтверждает правомерность использования метода воображаемых ситуаций для исследования эмоций. Аналогичные исследования, посвященные изучению феноменологии тревоги у детей, были проведены Бламбергом и Изардом (Blurnberg, lzard, 1985). Для измерения уровня тревоги авторы воспользовались детским вариантом шкалы тревоги и тревожности (STAIC) (Spielberger, Edwards, Lushene, Montuori, Platzek, 1973). Кроме того, при помощи опросника детской депрессии (CD!) (Kovacs, Beck, 1977) авторы измеряли у своих испытуемых уровень депрессии. Эмоциональные переживания измерялись при помощи шкалы дифференциальных эмоций. Исследователи обнаружили значительную связь между тревогой, с одной стороны, и страхом, виной, печалью и стыдом - с другой. С помощью регрессионного анализа исследователи определили, какой вклад в картину тревоги вносит каждая из этих эмоций, при этом анализировали три показателя тревоги: исходная тревога; тревога, связанная с депрессией (CDI), и показатель тревоги, Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru выявленный с помощью пунктов STAIC, не имеющих очевидного аффективного содержания. Результаты анализа представлены в табл. 13-2. Таблица 13-2 Результаты регрессионного анализа данных, полученных по шкале дифференциальных эмоций (ШДЭ) во взаимосвязи с детским вариантом Опросника тревоги и тревожности (STAIC), с опросником детской депрессии (CDI) и с вопросами STAIC, лишенными аффективного содержания Иерархия по ШДЭ; Изменения, вызванные взаимосвязью с: STAIC; STAIC - CDI; STAIC без аффективного содержания. Страх; 42,1%; 22,78%; 38,05%; Интерес; -; 1,09*; -; Вина; 6,9; 1,75; 5,6; Печаль; 13,9; 6,02; 8,89; Стыд; 3,3; 2,33; 4,81; Гнев; -; -; -; Отвращение; -; -; -; Презрение; -; -; -; Смущение; -; - ; -; Самовраждебность; -; -; -; Радость; -; -; -; Удивление; -; -; -; *Эти изменения следует понимать скорее как статистический артефакт, вызванный эффектом подавления, поэтому следует проявлять осторожность при его интерпретации. Как видно из табл. 13-2, Страх-самая значимая эмоция в паттерне тревоги. Эмоции печали, вины и стыда в данном исследовании разделили второе, третье и четвертое места. Результаты этого исследования еще раз показывают, что нельзя рассматривать тревогу как некий отдельный, самостоятельный феномен. Для того чтобы понять и успешно лечить состояния тревоги у взрослых и детей, необходимо понимать, какие дискретные эмоции участвуют в нем. Состояние тревоги у разных людей может быть вызвано разными эмоциями, поэтому представляется полезным построение эмоционального профиля в каждом конкретном случае тревоги. РЕЗЮМЕ Несмотря на то что страх, особенно в его крайних проявлениях, переживается нами довольно редко, большинство людей боится этой эмоции. Переживание страха ощущается и воспринимается людьми как угроза личной безопасности. Страх побуждает людей предпринимать усилия, направленные на избежание угрозы, на устранение опасности. Страх может быть вызван как физической, так и психологической угрозой. Существует ряд стимулов и ситуаций, на которые мы биологически предрасположены реагировать страхом. К таким <естественным сигналам> опасности относятся боль, одиночество и внезапное изменение стимуляции. Но по мере приобретения опыта человек научается бояться самых разных ситуаций, явлений и объектов. Большинство условных активаторов страха так или иначе связаны с естественными сигналами опасности. Если родители постоянно реагируют на определенные стимулы страхом, то велика вероятность того, что эти стимулы будут вызывать страх и у их ребенка. Кросс-культуральные исследования выявили, что развернутое мимическое выражение страха едино для всех представителей человеческого рода. Однако мы достаточно редко наблюдаем его в повседневной жизни, так как большинство людей научается сдерживать, подавлять выражение страха. Переживание страха сопровождается чувством неуверенности, незащищенности, Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru невозможности контролировать ситуацию. Первичной функцией страха является мотивация специфических когнитивных и поведенческих актов, способствующих укреплению безопасности и чувству уверенности. Страх вызывает эффект <туннельного восприятия> и существенно сужает выбор стратегий поведения. Однако страх несет в себе и адаптивную функцию, ибо заставляет человека искать способы защиты от возможного вреда. Предчувствие страха может стать импульсом для укрепления <Я>, может побуждать индивида к самосовершенствованию с целью снижения собственной уязвимости. Процесс социализации страха у ребенка в значительной мере обусловлен родителями. Разные родители применяют различные техники социализации страха. Разумный подход должен включать в себя воспитание некоторой доли толерантности к страху, обучение приемам противостояния страху, а также развитие навыков избегания опасных стимулов или снижения их интенсивности. Позитивный пример родителей - это самый эффективный способ обучения ребенка конструктивным взаимоотношениям с эмоцией страха. Результаты ряда исследований убеждают нас в необходимости различения страха и тревоги. На уровне субъективного переживания, состояние тревоги правильнее всего определить как комбинацию нескольких дискретных эмоций. Ключевой эмоцией в субъективном перживании тревоги является страх, но и другие эмоции, например печаль, стыд и вина, могут быть задействованы в тревожном переживании. ДЛЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ЧТЕНИЯ Bauer D. Н. An exploratory study of developmental changes in children's fears. - Journal of Child Psychology and Psychiatry, 1976, 17, 69-74. Обсуждение характерных особенностей проявления детского страха в различном возрасте. Lanzetta J. Т., Orr S. P. Excitatory strength of expressive faces: Effects of happy and fear expressions and context on the extinction of a conditioned fear response. - Journal of Personality and Social Psychology, 1986, 50(1), 190-194. Изучена роль внешнего проявления страха как стимула при возникновении и угасании страха. MinekaS., DavidsonM., CookM., Keir R. Observational conditioning of snake fear in rhesus monkeys. - Journal of Abnormal Psychology, 1984, 93(4), 355-372. Показана важность поведения взрослых, особенно матерей, как образца при формировании реакции страха у молодых особей. Sorce J. F., Ernde R. N., Campos ]., Klinnert M. D. Maternal emotional signaling: Its effect on the visual cliff behavior of I-year-olds. - Developmental Psychology, 1981,21(1), 195-200. Исследовано развитие страха падения с высоты у младенцев. Глава 14 СМУЩЕНИЕ Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru Четырехмесячной девочке уютно на руках отца. Она не спит и с любопытством смотрит вокруг. К ним подходит знакомый, он приветствует отца и восхищается ребенком. Но вот он наклоняется и обращается непосредственно к девочке, и та улыбается ему, но тут же отворачивается и прячет голову на груди отца. Приятель отца восклицает: <О, малышка, кажется, смутилась!> Очевидно, что мужчина расценил мимику младенца, его попытку спрятать взгляд и отвернуть голову как признак смущения. Большинство детей, а быть может, и все дети начинают обнаруживать мимическую реакцию смущения примерно с 4- месячного возраста, и эта реакция сохраняется практически неизменной и в раннем детстве, особенно наглядно проявляясь на втором году жизни. В этом возрасте застенчивый ребенок при приближении постороннего человека, как правило, прячется за мать или утыкается лицом в ее юбку. Вышеописанный поведенческий комплекс не был объектом систематических исследований, и хотя общая логика его разрозненных описаний свидетельствует о том, что он действительно связан с эмоцией смущения, приходится признать, что мы пока мало знаем об этой эмоции и ее развитии. Дети очень по-разному проявляют смущение, с разной частотой и с разной интенсивностью. Обычно считается нормальным, если смущение проявляется в виде легкой и скоропреходящей реакции, такие реакции не вызывают тревоги у родителей или вовсе остаются незамеченными ими. Ребенок быстро оправляется от смущения, перестает прятать лицо, вновь смотрит на человека, вызвавшего в нем эту эмоцию, и нормальное социальное взаимодействие восстанавливается. Однако некоторые дети - они, вероятно, составляют очень небольшой процент от общего числа - реагируют на незнакомого человека чрезвычайно интенсивной эмоцией смущения, они не только прячут лицо и отводят взгляд, но и крепко-накрепко вцепляются в родителя. Такому ребенку нужно гораздо больше времени, чтобы оправиться от смущения, и его очень трудно вовлечь в социальное взаимодействие. Мне вспоминаются две девочки- двойняшки, участвовавшие в нашем исследовании по изучению эмоционального развития детей. Девочки были прелестны, им только-только исполнилось два года. Внешне они были очень похожи, но их реакции на экспериментатора оказались совершенно разными. Одна из сестер, когда экспериментатор подошел к ней и склонился, чтобы заглянуть ей в лицо, быстро отвернулась, пробежала несколько шагов, отделявших ее от матери и, не глядя на экспериментатора, обхватила ногу матери и спрятала лицо в ее юбке. Ее сестра, игравшая с куклой в сторонке, увидев эту сцену, быстро поднялась и, решительно приблизившись к экспериментатору, сказала: <Она стесняется. Хочешь поиграть с моей куклой?> Контраст в поведении двух сестер кажется особенно поразительным, если учесть, что они двойняшки. По словам матери, ее дочери всегда были разными по характеру, хотя сама она старалась одинаково вовлекать их в социальные взаимодействия. Чем объяснить разницу в поведении сестер? Можно предположить, что эта разница в какой-то мере предопределена генетически. Гены у гетерозиготных (или неидентичных) близнецов не идентичны, и поэтому сестры могли унаследовать разные поведенческие тенденции. Так, например, одно из исследований, на котором мы подробно остановимся ниже, показало возможность существования гена смущения или генетической предрасположенности к смущению. СОМАТИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ ПРИ СМУЩЕНИИ Басе (Buss, 1979) попытался провести различие между эмоциями смущения и стыда на поведенческом и физиологическом уровнях. Полученные им данные позволяют |