Annotation
![]()
|
Глава 5. Слишком много ФлегмыГарри и Дамблдор подошли к черному ходу «Норы», возле которого, как всегда, валялись в диком беспорядке старые резиновые сапоги и ржавые котлы. Было слышно, как в курятнике сонно квохчут куры. Дамблдор трижды постучал в дверь, и Гарри увидел какое-то движение за кухонным окном. — Кто там? — тревожно спросили из-за двери. Гарри узнал голос миссис Уизли. — Назовитесь! — Это я, Дамблдор, привел Гарри. Дверь сразу же распахнулась. На пороге стояла миссис Уизли, невысокая, полненькая, в старом зеленом халатике. — Гарри, милый! Господи, Альбус, как же ты меня напугал, ведь сказал не ждать вас раньше утра! — Нам повезло, — улыбнулся Дамблдор, пропуская Гарри впереди себя в дом. — Слизнорта оказалось не так тяжело уговорить, как я ожидал. Это, конечно, заслуга Гарри. О, здравствуй, Нимфадора! Гарри оглянулся и увидел, что миссис Уизли в кухне не одна, несмотря на поздний час. Молодая волшебница с бледным лицом в форме сердечка и мышиного цвета волосами сидела за столом, держа обеими руками кружку. — Здравствуйте, профессор, — сказала она. — Здорово, Гарри. — Привет, Тонкс! Она показалась Гарри утомленной, прямо-таки больной, и улыбка у нее была какая-то вымученная. И весь ее облик был не такой эффектный, как всегда, без привычных ярко-розовых, наподобие жевательной резинки, волос. — Мне, наверное, пора, — быстро сказала она, встала и принялась натягивать плащ. — Спасибо за чай и за сочувствие, Молли. — Прошу вас, не беспокойтесь из-за меня, — учтиво произнес Дамблдор. — Я все равно не могу остаться. Мне необходимо обсудить кое-какие срочные вопросы с Руфусом Скримджером. — Нет-нет, мне правда нужно идти, — сказала Тонкс, не глядя Дамблдору в глаза. — Спокойной ночи... — Деточка, а ты приходи обедать в субботу или в воскресенье, Римус и Грозный Глаз тоже придут... — Нет, Молли, никак не получится... Но все равно спасибо... Всем спокойной ночи... Тонкс выскочила за дверь, протиснувшись мимо Гарри и Дамблдора. Отойдя на несколько шагов от порога, она повернулась на каблуке и растаяла в воздухе. Гарри заметил, что у миссис Уизли расстроенный вид. — Итак, встретимся в Хогвартсе, Гарри, — сказал Дамблдор. — Береги себя. Молли, твой слуга. Он отвесил поклон миссис Уизли, вышел во двор и исчез точно на том же месте, что и Тонкс. Миссис Уизли закрыла дверь, взяла Гарри за плечи, подвела поближе к лампе, стоявшей на столе, и внимательно осмотрела с головы до ног. — Ты совсем как Рон, — вздохнула она. — Вас обоих точно сглазил кто на растяжение. Честное слово, Рон вырос на четыре дюйма с тех пор, как я в прошлый раз покупала ему школьную мантию. Ты голодный, Гарри? — Да, — ответил Гарри, неожиданно поняв, что ему жутко хочется есть. — Садись, милый, я тебе сейчас что-нибудь соображу. Гарри сел. Тут же на колени к нему запрыгнул пушистый рыжий кот с приплюснутой мордой, свернулся клубком и замурлыкал. — Значит, Гермиона тоже здесь? — обрадовался Гарри, почесывая Живоглота за ухом. — О да, она появилась позавчера. Миссис Уизли отрывисто постучала волшебной палочкой по большому чугунному горшку. Горшок с громким звоном вскочил на плиту и сразу начал кипеть и булькать. — Сейчас-то все спят, мы тебя еще долго не ждали. Ну вот, угощайся. Она снова коснулась палочкой чугунка, тот поднялся в воздух, подлетел к Гарри и накренился; миссис Уизли едва успела подставить миску под струю густого лукового супа, от которого валил пар. — Хлебушка, милый? — Спасибо, миссис Уизли. Она махнула через плечо волшебной палочкой — батон хлеба и ножик плавно перелетели на стол. После того как батон нарезался, а чугунок с супом снова плюхнулся на плиту, миссис Уизли села за стол напротив Гарри. — Значит, ты таки уговорил Горация Слизнорта вернуться на работу? Гарри кивнул. Говорить он не мог — набрал полный рот горячего супа. — Слизнорт был учителем еще у нас с Артуром, — сказала миссис Уизли. — Он сто лет преподавал в Хогвартсе. Начал примерно в одно время с Дамблдором, по-моему. Как он тебе понравился? Теперь у Гарри рот был набит хлебом. Он пожал плечами и неопределенно мотнул головой. — Я понимаю, что ты хочешь сказать. — Миссис Уизли глубокомысленно закивала. — Конечно, он умеет быть обаятельным, когда хочет, но Артур всегда его недолюбливал. В Министерстве на каждом шагу его бывшие любимчики. Слизнорт — мастер проталкивать своих людей, но на Артура он не стал тратить времени — должно быть, считал, что это птица невысокого полета. Вот и видно, что Слизнорт тоже может ошибаться. Не знаю, успел ли Рон тебе написать, это случилось совсем недавно — Артур получил повышение! Было совершенно ясно, что миссис Уизли с самого начала не терпелось рассказать об этом. Гарри проглотил обжигающий суп и прямо-таки почувствовал, как горло изнутри покрывается волдырями. — Здорово! — задыхаясь, выговорил он. — Спасибо тебе, дорогой, — лучезарно улыбнулась миссис Уизли. Видимо, она вообразила, будто у Гарри слезы на глазах оттого, что новость так его растрогала. — Да, Руфус Скримджер в связи с последними событиями создал несколько новых отделов, и Артура назначили начальником Сектора выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов. Это очень ответственная работа, у него теперь под началом десять человек! — А чем они там... — Понимаешь, сейчас все так напуганы Сам-Знаешь-Кем, и вот то тут, то там предлагают на продажу всякую всячину, которая якобы может защитить от Сам-Знаешь-Кого и от Пожирателей смерти. Ну, ты и сам можешь представить: так называемые охранные зелья, которые на самом деле состоят из старой подливки с добавлением гноя бубонтюбера, инструкции к защитным заклятиям, от которых у творящего заклятие отваливаются уши... Чаще всего этим занимаются люди вроде Наземникуса Флетчера, которые не привыкли жить честным трудом и просто пользуются всеобщей паникой. Но иногда попадаются и очень нехорошие вещи. На днях Артур конфисковал коробку проклятых вредноскопов, их почти наверняка подсунул кто-то из Пожирателей смерти. Видишь, какая это важная работа, я ему все время повторяю: глупо жалеть о дурацкой возне с какими-то свечами зажигания, тостерами и прочей магловской ерундой, — закончила свою речь миссис Уизли с таким строгим видом, как будто Гарри утверждал, что это вполне естественно — тосковать по свечам зажигания. — Мистер Уизли еще не вернулся с работы? — спросил Гарри. — Нет пока. Сказать по правде, он немного задерживается... Обещал быть дома около полуночи... Она обернулась посмотреть на большие часы, пристроенные в неустойчивом равновесии на стопке выстиранных простынь в корзине для белья, стоявшей на другом конце стола. Гарри сразу узнал эти часы с девятью стрелками, на каждой из стрелок было написано имя кого-нибудь из семьи Уизли. Обычно часы висели на стене в гостиной, но, как видно, миссис Уизли завела привычку таскать их с собой по всему дому. Сейчас все стрелки указывали на смертельную опасность. — Это с ними уже довольно давно, — сказала миссис Уизли деланно бодрым голосом, — с тех пор, как Сам-Знаешь-Кто снова объявился в открытую. Наверное, все теперь в смертельной опасности, не только мы... Правда, я не могу проверить — ни у кого из наших знакомых нет таких часов. О! Вскрикнув, она указала на циферблат. Стрелка мистера Уизли перескочила на деление в пути. — Сейчас будет! И точно, в следующее мгновение кто-то постучал в дверь. Миссис Уизли вскочила и бросилась открывать; взявшись за дверную ручку, она прижалась щекой к деревянной двери и тихонько окликнула: — Артур, это ты? — Да, — послышался усталый голос мистера Уизли. — Но будь на моем месте Пожиратель смерти, он сказал бы то же самое, дорогая. Задай условный вопрос. — Ах, да что уж там... — Молли! — Ладно, ладно... Какая твоя главная мечта? — Узнать, как у самолетов получается висеть в воздухе и не падать. Миссис Уизли кивнула и повернула дверную ручку, но мистер Уизли, видимо, придерживал ее с другой стороны — дверь не открылась. — Молли! Сначала я должен задать тебе вопрос. — Артур, честное слово, что за глупость... — Как ты любишь, чтобы я тебя называл наедине? Даже при слабом свете настольной лампы было видно, что миссис Уизли густо покраснела. Гарри вдруг почувствовал, что у него горят уши, и принялся торопливо хлебать суп, стараясь погромче греметь ложкой. — Моллипусенька, — чуть не плача от унижения, прошептала миссис Уизли в щелочку. — Правильно, — сказал мистер Уизли. — Вот теперь можешь меня впустить. Миссис Уизли открыла дверь. На пороге показался ее муж, худой, лысеющий рыжеволосый волшебник в очках в роговой оправе и длинном запыленном дорожном плаще. — Все-таки я не понимаю, почему мы обязательно должны повторять всю эту чепуху каждый раз, когда ты возвращаешься домой? — сказала все еще розовая миссис Уизли, помогая мужу снять плащ. — Ведь если бы это какой-нибудь Пожиратель смерти притворился тобой, он вполне мог заранее силой вырвать у тебя пароль! — Я знаю, дорогая, но процедура одобрена Министерством, и я должен подавать пример. Как вкусно пахнет! Луковый суп? — Мистер Уизли с надеждой обернулся к столу. — Гарри! Мы ждали тебя только утром! Они пожали друг другу руки, и мистер Уизли повалился в кресло рядом с Гарри. Миссис Уизли поставила перед ним полную миску супа. — Спасибо, Молли. Тяжелая ночка выдалась. Какой-то идиот пустил в продажу метаморф-медали. Стоит повесить такую медаль на шею, и сможешь менять свою внешность по желанию. Сто тысяч обличий всего за десять галеонов! — А на самом деле что происходит, если ее наденешь? — Чаще всего человек просто приобретает неприятный оранжевый оттенок, но некоторые вдобавок еще и обрастают щупальцами. Как будто в больнице святого Мунго без того мало забот! — Как раз такую штуку Фред и Джордж могли бы посчитать веселым розыгрышем, — нерешительно сказала миссис Уизли. — Ты уверен... — Конечно, я уверен! — сказал мистер Уизли. — Мальчики не стали бы ничего подобного устраивать в такое время, когда отчаявшиеся люди ищут защиты! — Так вот почему ты задержался, из-за этих метаморф-медалей? — Нет, мы получили сведения об одном скверном случае сглаза с побочным действием в Элефант-энд-Касле, но, к счастью, пока мы туда добрались, волшебники из Отдела обеспечения магического правопорядка уже справились с ситуацией. Гарри зевнул, прикрывшись рукой, но миссис Уизли тотчас это заметила. — В постель! — скомандовала она. — Я приготовила тебе комнату Фреда и Джорджа, располагайся. — А они где? — Они теперь в Косом переулке, у них маленькая квартирка над магазином волшебных фокусов и трюков, там и ночуют — так бойко идет торговля, — сказала миссис Уизли. — Хоть я сперва не очень одобряла эту затею с магазином, но, надо признаться, у них есть деловое чутье! Иди, милый, твой чемодан уже наверху. — Спокойной ночи, мистер Уизли, — попрощался Гарри, вставая. Живоглот мягко спрыгнул у него с колен и, вихляя задом, вышел из комнаты. — Спокойной ночи, Гарри, — сказал мистер Уизли. Гарри заметил, что, выходя из кухни, миссис Уизли бросила взгляд на часы в корзине с бельем. Все стрелки снова дружно показывали на смертельную опасность. Комната Фреда и Джорджа была на третьем этаже. Миссис Уизли махнула волшебной палочкой в сторону ночника на тумбочке у кровати, и он тут же зажегся, заливая комнату приятным мягким золотистым светом. На письменном столе у окошка стояла большая ваза с цветами, но их аромат не мог заглушить застоявшегося запаха, похожего на запах пороха. Значительная часть комнаты была заставлена запечатанными картонными коробками без всяких надписей или этикеток. Рядом с ними приткнулся чемодан Гарри. Видимо, комната временно использовалась как склад. Букля при виде Гарри радостно заухала с верхушки большого платяного шкафа, затем снялась с места и вылетела в окно. Гарри понял, что она дожидалась его, прежде чем отправиться на охоту. Он пожелал миссис Уизли спокойной ночи, переоделся в пижаму и забрался в одну из двух кроватей. В наволочке прощупывалось что-то жесткое. Гарри по-шарил рукой и вытащил липучую красно-оранжевую конфету, в которой тут же узнал Блевальный батончик. Улыбаясь про себя, он повернулся на бок и мгновенно заснул. Ему показалось, что прошло всего несколько секунд, как его разбудил звук пушечного выстрела — это распахнулась дверь комнаты. Гарри рывком сел на постели и услышал, как отдернулись занавески на окнах. Ослепительный солнечный свет ударил ему в глаза. Прикрывшись ладонью, он другой рукой принялся вслепую нашаривать очки. — Вчмдело? — А мы и не знали, что ты уже здесь! — послышался громкий веселый голос, и кто-то сильно стукнул его по затылку. — Рон, не бей его! — воскликнул с укором девчачий голос. Гарри нащупал наконец очки и нацепил их на нос, хотя из-за яркого света все равно толком не мог ничего разобрать. Прямо перед глазами расплывалась, мерцая, чья-то длинная тень; он моргнул, и перед ним сфокусировался Рон Уизли с широкой улыбкой на лице. — Как жизнь? — Лучше некуда! — сказал Гарри, потирая затылок, и снова плюхнулся на подушку. — А ты как? — Ничего себе. — Рон придвинул картонную коробку и уселся на нее. — Ты когда приехал? Мама только сейчас нам сказала! — В час ночи примерно. — Как твои маглы? Нормально с тобой обращались? — Как всегда, — ответил Гарри. Тем временем Гермиона присела на краешек кровати. — Они со мной почти не разговаривают, но мне так даже больше нравится. Ты как, Гермиона? — Я-то хорошо, — ответила Гермиона, придирчиво разглядывая Гарри, словно больного. Гарри догадывался, что это означает, и, поскольку ему сейчас совершенно не хотелось говорить о смерти Сириуса или еще о каких-нибудь несчастьях, он сказал: — Который час? Я пропустил завтрак? — Не волнуйся, мама принесет тебе еду на подносе. Она считает, что у тебя недокормленный вид, — фыркнул Рон, закатив глаза. — Ну, рассказывай, что происходит? — Да ничего особенного. Вы же знаете, я все это время просидел у дяди с тетей. — Ты это брось! — сказал Рон. — Вы где-то были с Дамблдором! — Ничего такого интересного. Просто Дамблдор хотел, чтобы я помог ему уговорить одного бывшего преподавателя снова выйти на работу. Его зовут Гораций Слизнорт. — А-а, — разочарованно протянул Рон. — А мы то думали... Гермиона предостерегающе взглянула на Рона, и он быстро поправился: — Мы так и думали. — Да ну? — усмехнулся Гарри. — Ага. Ну, в смысле, Амбридж теперь ушла, значит, школе нужен новый преподаватель по защите от Темных искусств, правильно? Ну, и какой он из себя? — Немножко похож на моржа, и еще он раньше был деканом Слизерина, — сказал Гарри. — В чем дело, Гермиона? Она смотрела на него так, словно ожидала в любой момент появления каких-то непонятных симптомов, но тут же поспешила изобразить не очень правдоподобную улыбку. — Что ты, ни в чем! М-м, так что, этот Слизнорт, по-твоему, хороший учитель? — Не знаю, — ответил Гарри. — Вряд ли он может быть хуже Амбридж, как вы думаете? — Я знаю, кто может быть хуже Амбридж, — послышался голос от двери. Младшая сестра Рона вошла в комнату, ссутулившись, с недовольным видом. — Привет, Гарри. — Что с тобой? — спросил Рон. — Всё она, — буркнула Джинни, шлепнувшись на кровать Гарри. — Я от нее скоро совсем спячу. — Что она еще сделала? — сочувственно спросила Гермиона. — Да просто не могу слышать, как она со мной разговаривает — как с трехлетней! — Я тебя понимаю, — сказала Гермиона, понизив голос. — Она только о себе и думает. Гарри страшно удивился, что Гермиона так говорит о миссис Уизли, и был вполне готов поддержать Рона, когда тот сказал со злостью: — Слушайте, да оставьте вы ее в покое хоть на пять секунд! — Да-да, правильно, заступайся за нее, — огрызнулась Джинни. — Всем известно, что ты на нее запал. Такой комментарий по поводу отношения Рона к собственной матери звучал как-то уж слишком странно. Гарри начал догадываться, что он чего-то недопонимает. — Вы о ком сейчас... Но его вопрос получил ответ раньше, чем он успел произнести его до конца. Дверь снова распахнулась, и Гарри машинально рывком натянул одеяло до подбородка, так что Гермиона и Джинни свалились с кровати на пол. В дверях стояла девушка такой невероятной красоты, что дух захватывало. Высокая, стройная, гибкая, с длинными белокурыми волосами, она словно светилась чуть заметным серебристым сиянием. И вдобавок это чудное видение держало в руках тяжело нагруженный поднос с завтраком. — 'Арри, — произнесла она с придыханием, — как давно мы не виделись! Она поплыла к нему с подносом, и только тогда стало видно, что за нею семенит миссис Уизли и лицо у нее довольно сердитое. — Совсем не нужно было хвататься за поднос, я как раз собиралась сама его отнести! — Мне это ничуть не трудно. — Флер Делакур поставила поднос на колени Гарри, наклонилась и расцеловала его в обе щеки. Он почувствовал, как горит лицо в тех местах, где прикасались ее губы. — Я так мечтала снова увидеть его! Ты помнишь мою сест'гичку Габ'гиэль? Она без конца вспоминает 'Арри Поттера. Она будет рада увидеть тебя снова. — А... она тоже здесь? — просипел Гарри. — Нет, нет, глупый мальчик! — воскликнула Флер с серебристым смехом. — Я говорю п'го будущее лето, когда мы... но 'азве ты не знал? Ее огромные голубые глаза еще больше расширились. Она с упреком посмотрела на миссис Уизли. Та ответила только: — Мы пока не успели ему рассказать. — Мы с Биллом решили пожениться! — О, — тупо сказал Гарри. Он не мог не заметить, что миссис Уизли, Гермиона и Джинни подчеркнуто стараются не смотреть друг на друга. — Надо же. Э-э... Поздравляю! Она склонилась над ним и снова его расцеловала. — Билл сейчас очень занят, у него много работы, а я работаю в банке «Гринготтс» неполный рабочий день, чтобы совершенствовать мой англесский, поэтому он п'гивьез менья сюда на несколько дней — познакомиться с его родными. Мне было так п'гиятно узнать, что ты п'гиедешь — здесь совсем нечего делать, только кухня и куры! Ну, п'гиятного аппетита, Арри! С этими словами она сделала изящный пируэт и словно по воздуху выплыла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь. Миссис Уизли издала какой-то неразборчивый звук, что-то вроде «Фу!». — Мама ее ненавидит, — тихо сказала Джинни. — При чем тут «ненавидит»? — сердитым шепотом возразила миссис Уизли. — Просто я считаю, что они поторопились с помолвкой, вот и все! — Они уже целый год знакомы, — сказал Рон. Он таращился на закрытую дверь с несколько обалделым видом. — Год — это не так уж много! Я понимаю, отчего так получилось. Все потому, что Сами-Знаете-Кто вернулся, теперь люди не знают, доживут ли до завтра, вот и принимают поспешные решения, которые при нормальной жизни следовало бы еще десять раз обдумать. Точно так же было, когда он в прошлый раз пришел к власти, молодые люди сплошь и рядом убегали из дому, женились без согласия родителей... — Например, вы с папой, — ехидно ввернула Джинни. — Ну, мы с папой были созданы друг для друга, так чего же нам было ждать? — отмахнулась миссис Уизли. — А Билл и Флер... Да что у них на самом деле общего? Билл простой, работящий парень, а она... — Корова, — кивнула Джинни. — Но вообще-то Билл не такой уж простой. Он же Ликвидатор заклятий, он любит приключения, красивую жизнь... Наверное, поэтому и клюнул на эту Флегму. Гарри и Гермиона засмеялись, а миссис Уизли строго одернула дочь: — Перестань так ее называть, Джинни. Ладно, я, пожалуй, пойду. Кушай яишенку, Гарри, пока не остыла. Она с озабоченным видом вышла из комнаты. Рон все еще был словно оглушенный; он осторожно потряс головой, как собака, вылезающая из воды. Гарри спросил: — Разве не привыкаешь, когда постоянно живешь с ней в одном доме? — Вообще-то привыкаешь, — ответил Рон, — но когда она вдруг выскочит на тебя вот так, неожиданно... — Жалкое зрелище, — со злостью сказала Гермиона, отодвинувшись от Рона подальше и скрестив руки на груди. — Ты же не хочешь, чтобы она все время тут торчала? — изумленно спросила его Джинни. Рон только пожал плечами. — Все равно, спорим на что угодно, мама уж постарается все это прекратить. — А что она может сделать? — спросил Гарри. — Мама без конца приглашает Тонкс на обед. По-моему, она надеется, что Билл влюбится в Тонкс вместо этой... Я надеюсь, что так и будет. Тонкс гораздо симпатичнее. — Ага, щас, — сказал Рон с сарказмом. — Слушайте, ни один нормальный парень даже не посмотрит на Тонкс, когда рядом Флер. Ну, то есть Тонкс, конечно, тоже ничего, когда не уродует себе нос и волосы, но... — Да она в сто раз лучше Флегмы! — выпалила Джинни. — И умнее, она ведь мракоборец! — поддержала ее Гермиона из угла. — Флер совсем не глупая, не зря все-таки ее тогда взяли на Турнир Трех Волшебников, — сказал Гарри. — И ты туда же! — с горечью воскликнула Гермиона. — Наверное, ему нравится, как Флегма говорит «Арри», да? — презрительно спросила Джинни. — Нет, — ответил Гарри, жалея, что вообще раскрыл рот. — Я просто говорю, что Флегма... тьфу ты, Флер... — По-моему, Тонкс гораздо симпатичнее, — упрямо твердила Джинни. — По крайней мере, с ней весело. — В последнее время она не очень-то веселая, — сказал Рон. — Как ни посмотришь на нее, она больше похожа на Плаксу Миртл. — Так нечестно! — возмутилась Гермиона. — Она еще не пришла в себя после того, что произошло... Ну, вы понимаете... Она ведь приходилась ему двоюродной племянницей! Сердце у Гарри сжалось. Опять они про Сириуса! Он взял вилку и принялся запихивать в рот яичницу, надеясь, что это избавит его от участия в разговоре. — Они с Сириусом почти и не знали друг друга, — сказал Рон. — Половину ее жизни Сириус просидел в Азкабане, а до этого их семьи совсем не общались... — Не в этом дело, — сказала Гермиона. — Тонкс уверена, что он погиб по ее вине! — Это еще почему? — не удержался Гарри. — Ну, она же сражалась с Беллатрисой Лестрейндж, помните? По-моему, Тонкс думает, что, если бы она прикончила Беллатрису та не смогла бы убить Сириуса. — Глупость какая, — пробормотал Рон. — Обычное явление: тот, кто остался в живых, всегда чувствует себя виноватым, — сказала Гермиона. — Я знаю, Люпин пытался ее разговорить, но она все равно горюет. У нее даже начались проблемы с метаморфством! — Чего, чего? — Она больше не может изменять свою внешность, — объяснила Гермиона. — Видимо, ее волшебные способности пострадали от переживаний, что-то в таком духе. — Я не знал, что так бывает, — сказал Гарри. — Я тоже не знала, — отозвалась Гермиона. — Наверное, при сильной депрессии... Дверь снова отворилась, и миссис Уизли просунула голову в комнату. — Джинни, — шепотом позвала она, — спустись вниз, помоги мне приготовить обед. — Я разговариваю с ребятами! — вскинулась Джинни. — Сейчас же! — сказала миссис Уизли и исчезла. — Она просто не хочет сидеть там наедине с Флегмой, — бросила Джинни сердито. Она очень похоже передразнила Флер, перебросив за спину свои длинные рыжие волосы, и сделала пируэт, подняв руки над головой, словно балерина. — Вы давайте тоже поскорее спускайтесь, — сказала она, уходя. Гарри воспользовался паузой, чтобы доесть завтрак. Гермиона ходила по комнате, заглядывая в коробки Фреда и Джорджа и время от времени искоса посматривая в сторону Гарри. Рон взял с тарелки Гарри гренок и принялся жевать, мечтательно глядя на дверь. — Что это такое? — спросила вдруг Гермиона, подняв повыше какой-то предмет, похожий на маленький телескоп. — Не знаю, — буркнул Рон, — но если это Фреда и Джорджа, то, скорее всего, они его еще не доработали, так что ты поосторожнее. — Твоя мама сказала, что торговля у них идет хорошо, — заметил Гарри. — Говорит, у Фреда и Джорджа есть деловое чутье. — Не то слово! — воскликнул Рон. — Они галеоны гребут лопатой! Так хочется увидеть их магазинчик! Мы еще не были в Косом переулке. Мама говорит, без папы нельзя, из-за безопасности, а он все время занят на работе, но, по рассказам, у них там классно. — А насчет Перси что слышно? — спросил Гарри (третий по старшинству из братьев Уизли рассорился с семьей). — Он так и не общается с твоими родителями? — Не-а, — ответил Рон. — Но ведь он же теперь знает, что твой папа с самого начала был прав, раз Волан-де-Морт вернулся... — Дамблдор говорит, люди легче прощают чужую неправоту, чем правоту, — сказала Гермиона. — Я слышала, Рон, как он говорил это твоей маме. — На него похоже, Дамблдор всегда говорит какие-нибудь сумасшедшие штуки, — проворчал Рон. — Он будет в этом году заниматься со мной индивидуально, — обронил Гарри как бы между прочим. Рон поперхнулся гренком. Гермиона ахнула. — И ты молчал! — возмутился Рон. — Я только сейчас вспомнил, — честно признался Гарри. — Он мне сказал вчера ночью, у вас в сарае, где метлы. — Ни фига себе! Индивидуальные уроки с Дамблдором! — сказал потрясенный Рон. — Интересно, почему это он... Рон вдруг умолк. Гарри заметил, как они переглянулись с Гермионой. Гарри положил нож и вилку, сердце у него вдруг заколотилось очень быстро, учитывая, что он сидел в кровати и не совершал никаких усилий. Дамблдор велел рассказать им... Почему бы не теперь? Гарри сказал, сосредоточенно рассматривая вилку, блестевшую в солнечных лучах: — Я точно не знаю, почему он хочет давать мне уроки, но, может быть, это из-за пророчества. Рон и Гермиона молчали. Они словно оцепенели. Гарри продолжал, по-прежнему обращаясь к своей вилке: — Ну, того самого, которое тогда хотели украсть из Министерства. — Никто не знает, о чем там шла речь, — быстро проговорила Гермиона. — Оно же разбилось. — Хотя в «Пророке» пишут... — начал Рон, но Гермиона шикнула на него. — В «Пророке» правду пишут, — сказал Гарри, с огромным трудом заставив себя поднять глаза и посмотреть на своих друзей. У Гермионы вид был испуганный, а у Рона — изумленный. — В том стеклянном шаре, который разбился, была не единственная запись о пророчестве. Я его услышал все целиком в кабинете у Дамблдора, он сам слышал, как произ-носилось это пророчество, и поэтому мог рассказать мне. Там говорится... — Гарри сделал глубокий вдох, — вроде как я — тот человек, который должен прикончить Волан-де-Морта... Во всяком случае, там сказано, что ни один из нас не сможет жить спокойно, пока жив другой. Все трое довольно долго смотрели друг на друга и молчали. Внезапно раздался громкий треск, и Гермиона исчезла в облаке черного дыма. — Гермиона! — заорали Гарри и Рон. Поднос из-под завтрака с грохотом свалился на пол. Гермиона вынырнула из клубов дыма, сжимая в руке телескоп и со здоровенным лиловым синяком под глазом. — Я его сдавила, а он... дал мне в глаз! — задохнулась она. И правда, на конце телескопа болтался крошечный кулачок на пружине. — Не переживай, — сказал Рон, с трудом сдерживая смех, — мама тебя мигом приведет в порядок, она здорово умеет исцелять мелкие травмы. — Да ладно, это все сейчас неважно! — быстро сказала Гермиона. — Гарри, ох, Гарри... — Она снова присела к нему на край кровати. — Мы всё думали, как вернулись из Министерства... Мы не хотели тебе говорить, но из того, что тогда сказал Люциус Малфой, ну, что пророчество касается тебя и Волан-де-Морта, было ясно, что это что-то в таком духе... Ох, Гарри... — Она пристально посмотрела на него и прошептала: — Тебе страшно? — Сейчас уже не очень, — ответил Гарри. — Когда я в первый раз это услышал, здорово перетрусил... А сейчас у меня такое чувство, как будто я всегда знал, что рано или поздно должен буду встретиться с ним лицом к лицу. — Когда мы узнали, что Дамблдор забрал тебя с собой, мы подумали — может быть, он что-то такое тебе расскажет или покажет, связанное с этим пророчеством, — взволнованно сказал Рон. — Выходит, мы угадали? Но если бы он думал, что у тебя нет шансов, вряд ли он захотел бы давать тебе уроки, правда? Не стал бы тратить зря время. Похоже, он считает, что ты можешь победить! — А ведь верно! — сказала Гермиона. — Интересно, чему он будет тебя учить, Гарри? Наверное, какой-нибудь жутко сложной защитной магии... Мощные контрзаклятия... Противосглаз... Гарри почти не слушал. По всему телу у него разливалось тепло, и солнечные лучи тут были ни при чем. Тугой комок в груди понемногу растаял. Он знал, что Рон и Гермиона стараются не показывать, насколько они на самом деле потрясены, но главное — они были здесь, рядом, они утешали его, а не шарахались, как от заразного, и этот простой факт так много для него значил, что не высказать словами. — ...и всевозможные маскирующие чары, — закончила Гермиона. — Ну, по крайней мере ты знаешь хоть один предмет, которым будешь заниматься в будущем учебном году. Нам с Роном даже и это неизвестно. Интересно, когда нам пришлют результаты СОВ? — Наверное, скоро, уже целый месяц прошел, — сказал Рон. — Погодите! — Гарри вспомнил кое-что еще из вчерашнего разговора. — По-моему, Дамблдор говорил, что результаты СОВ должны прийти сегодня! — Сегодня! — взвизгнула Гермиона. — Сегодня?! Да что же ты... Боже мой! Хоть бы сказал! — Она вскочила на ноги. — Пойду посмотрю, может, уже... Но через десять минут, когда Гарри спустился на кухню, полностью одетый и с пустым подносом в руках, он увидел, что Гермиона в страшном волнении сидит за столом, а миссис Уизли хлопочет вокруг нее, стараясь ликвидировать синяк, делавший ее похожей на половину панды. — Ну никак не сходит! — пожаловалась миссис Уизли, стоя над Гермионой с волшебной палочкой в одной руке и «Домашним справочником целителя» в другой. Справочник был открыт на странице «Синяки, порезы и ссадины». — Раньше всегда по-могало. Ничего не понимаю! — Шуточка в стиле Фреда и Джорджа, они небось нарочно эту гадость заговорили, чтобы синяк не сходил, — сказала Джинни. — Но он должен сойти! — завопила Гермиона. — Я же не могу вечно ходить в таком виде! — И не будешь, дорогая, успокойся, мы обязательно найдем какое-нибудь средство, — утешила ее миссис Уизли. — Билл мне говориль, Фред и Жорж ошьень смешные! — сказала Флер с безоблачной улыбкой. — О да, я просто задыхаюсь от смеха, — огрызнулась Гермиона. Она вскочила и забегала по кухне, ломая руки. — Миссис Уизли, вы точно уверены, что совы еще не прилетали? — Да, дорогая, я бы заметила, — терпеливо ответила миссис Уизли. — Еще нет девяти часов, впереди масса времени... — Знаю, я провалила древние руны, — лихорадочно бормотала Гермиона. — Я определенно сделала серьезную ошибку в переводе. А устный экзамен по защите от Темных искусств вообще сдавала через пень-колоду. Мне тогда казалось, что трансфигурация прошла более-менее нормально, но сейчас... — Гермиона, заткнись, пожалуйста, не ты одна нервничаешь! — не выдержал Рон. — А когда получишь свои одиннадцать «превосходно»... — Перестань, перестань, перестань! — замахала руками Гермиона в истерике. — Я знаю: я провалилась по всем предметам! — А что будет с теми, кто провалится? — спросил Гарри, ни к кому в особенности не обращаясь, но ответила ему опять-таки Гермиона: — Будем разговаривать с деканом своего факультета. Я спрашивала профессора МакГонагалл в конце прошлого года. У Гарри засосало под ложечкой. Он пожалел, что так много съел за завтраком. — У нас в Шармбатон, — свысока заметила Флер, — совсем д'гугая система. Я думаю, она лучше. Мы сдаем экзамьены на шестом году обушения, не на пятом, и к'гоме того... Слова Флер заглушил пронзительный вопль. Гермиона показывала пальцем в окно. На фоне синего неба виднелись три черные точки. Они быстро росли. — Точно, это совы, — хрипло сказал Рон и вскочил с места, чтобы вместе с Гермионой припасть к окну. — Три штуки, — сказал Гарри, встав рядом с Гермионой с другой стороны. — По одной на каждого, — прошептала она дрожащим голосом. — Ой, не могу... Ой, не могу... Ой, не могу... Она изо всех сил ухватила Гарри и Рона за локти. Совы летели прямо к «Норе» — три красивые неясыти, и, когда они пошли на снижение, стало видно, что каждая несет большой квадратный конверт. — Ой, не могу! — пропищала Гермиона. Миссис Уизли протиснулась мимо них к окну и отворила раму. Совы одна за другой спланировали в комнату и рядком приземлились на кухонном столе. Все три разом подняли правую лапку. Гарри шагнул вперед. Послание, адресованное ему, было привязано к лапке средней совы. Он принялся отвязывать письмо неловкими пальцами. Слева от него Рон пытался отцепить конверт со своими результатами. Справа возилась Гермиона; у нее так дрожали руки, что вся сова тряслась. В кухне стояла мертвая тишина. Наконец Гарри кое-как отвязал конверт, поскорее разорвал его и развернул пергамент, лежавший внутри. СТАНДАРТЫ ОБУЧЕНИЯ ВОЛШЕБСТВУ РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКЗАМЕНОВ Проходные баллы: превосходно (П) выше ожидаемого (В) удовлетворительно (У) Непроходные баллы: слабо (С) отвратительно (О) тролль (Т) ГАРРИ ДЖЕЙМС ПОТТЕР ПОЛУЧИЛ СЛЕДУЮЩИЕ ОЦЕНКИ: Астрономия.......................У Уход за магическими существами...В Заклинания.......................В Защита от Темных искусств........П Прорицания.......................С Травология.......................В История магии....................О Зелъеварение.....................В Трансфигурация...................В Гарри несколько раз перечитал пергамент, и с каждым разом дыхание его постепенно выравнивалось. Все нормально; он всегда знал, что завалит прорицания, а сдать историю магии у него просто не было возможности, поскольку он потерял сознание в середине экзамена, зато по всем остальным предметам он получил проходные баллы! Гарри провел пальцем по столбику оценок Трансфигурацию и травологию он сдал неплохо, и даже по зельеварению получил «выше ожидаемого»! А главное, ему поставили «превосходно» по защите от Темных искусств! Он осмотрелся по сторонам. Гермиона сидела к нему спиной, низко опустив голову, зато Рон сиял от восторга. — Провалился только по прорицаниям и по истории магии, да кому они нужны? — весело сказал он. — Давай показывай свои, махнемся. Гарри проглядел оценки Рона: ни одной «превосходно» здесь не было. — Так и знал, что ты будешь отличником по защите от Темных искусств, — сказал Рон, изо всех сил хлопнув Гарри по плечу. — Ну что, мы молодцы? — Молодцы! — с гордостью воскликнула миссис Уизли и взъерошила Рону волосы. — По семь СОВ сдали, это больше, чем у Фреда и Джорджа вместе взятых! — Гермиона! — осторожно позвала Джинни, так как Гермиона по-прежнему не оборачивалась. — У тебя как? — Н-неплохо, — ответила Гермиона слабым голосом. — Да ну тебя! — Рон большими шагами подошел к ней и выхватил листок с результатами. — Ого! Десять «превосходно» и одна «выше ожидаемого» — по защите от Темных искусств. — Он посмотрел на нее не то насмешливо, не то с досадой. — Ты что, ни-как расстроилась? Гермиона покачала головой, а Гарри засмеялся. — Ну что, теперь идем на ЖАБА! — Рон улыбался до ушей. — Мам, там сосисок не осталось? Гарри снова посмотрел на свои оценки. На лучшее он не мог и рассчитывать. Только чуть-чуть кольнуло сожаление... С мечтой поступить в мракоборцы было покончено. Он не получил необходимого высокого балла по зельеварению. Заранее знал, что не получит, и все-таки у него засосало под ложечкой, когда он еще раз взглянул на маленькую черную буковку «В». Даже странно, если вспомнить: человек, который первым сказал Гарри, что из него вышел бы хороший мракоборец, на самом деле был переодетым Пожирателем смерти. Но эта мысль почему-то захватила Гарри, и теперь он просто не мог придумать, чем еще ему хотелось бы заниматься в жизни. А уж после того, как он услышал пророчество, вообще стало казаться, что это его судьба. «Ни один из них не сможет жить спокойно, пока жив дру-гой...» Наверное, было бы вполне в духе пророчества и к тому же оптимально в смысле шансов на выживание поступить на работу к этим высококвалифицированным волшебникам, чья профессиональная задача состояла в том, чтобы отыскать и убить Волан-де-Морта. |