Книга 1 Серия "Сексуальные шалости"
![]()
|
Глава 10 В три часа дня Керри и Рейф сели в ее подержанный синий автомобиль и, вклинившись в поток машин, поехали обратно в Любовное гнездышко. Она едва различала встречные машины, полностью погрузившись в свои мысли. Все эти усилия в никуда. Она много недель разрабатывала план похищения Рейфа, что в принципе было вызовом для ее внутреннего я. Господи боже! Она выдернула незнакомого человека из его привычной жизни, привязала к кровати, намереваясь заставить помочь ее брату. Она нарушила закон и, вероятно, испортила все его планы. Все впустую. Было бы удивительно, если Рейф не обижался на нее за все, что она с ним сделала. Она не могла больше плакать. Она занималась этим весь день. Теперь девушка колебалась между сильным страхом за брата и оцепенением. Но еще хуже, чем с Доусоном, она поступила с Марком - она его подвела. Ее брат оставался так же далек от свободы сегодня, как и на прошлой неделе. Она всем сердцем и душой верила, что Рейф может помочь ей спасти брата от ужасной судьбы. Оказалось, что нет. Кроме того, она не представляла, как перестать испытывать столь сильные чувства к мужчине, собирающемуся ее покинуть. Горячие слезы снова начали обжигать глаза. Кровь пульсировала в висках так сильно, как будто у нее в голове работал отбойный молоток. Смущение окрасило румянцем ее щеки. Казалось, ничто не может быть хуже…пока она не вспомнила, что это их последний вечер с Рейфом. Утром он должен был уйти из ее жизни. Навсегда. Когда они приехали в Любовное гнездышко, Керри судорожно вздохнула и вылезла из машины. Любовник молча следовал за ней, но, казалось, что мысленно он находился в другом месте. Конечно, он же не дурак. Он привык, что красивые женщины никогда не нагружают его своими проблемами, не нарушают закон и не плачут каждые две секунды. Он, вероятно, желал вернуться обратно в Нью-Йорк и пойти на свидание с женщиной, которая носит черное платье в обтяжку и остроумно шутит. Кто может винить его за это? Они вошли в коттедж Доминанта Дэйва. Все казалось здесь таким знакомым, таким интимным. Керри посмотрела на красное кожаное кресло, в котором Рейф часто сидел без рубашки, на кухонный стол, который они использовали самым непристойным образом. Столько воспоминаний за такой короткий промежуток времени. Как же это произошло? Тоска и сожаление сжали ее горло, когда она столкнулась с Доусоном в маленькой гостиной. - Я извиняюсь. Очень извиняюсь. За все. Он молча на нее смотрел. - Ты выглядишь усталой. Садись. Керри хмуро наблюдала за тем, как он пошел на кухню, открыл холодильник и налил ей бокал вина. - Пей, - приказал он и, пройдя через комнату, сунул стакан ей в руку. Она послушно сделала глоток, потом еще… пока полностью не осушила бокал. К сожалению, даже опустошив бутылку, ей не станет лучше, особенно когда на нее еще и накатила тошнота. Чувство вины причиняло ей невыносимую боль, как будто ее ужалил рой пчел-убийц. Она посмотрела на Рейфа и увидела, что он стоит рядом и на его лице застыло выражение беспокойства… Почему? Ведь он понимал последствия их звонка в ФБР. Ее грандиозный план, ради которого она лишила совершенно замечательного мужчину свободы и права выбора, исчерпал свои возможности. Марка, скорее всего, посадят в тюрьму, а ее затея с треском провалилась. И ей придется жить с этим всю оставшуюся жизнь. Керри сердито на него посмотрела. - У тебя есть полное право злиться на меня за то, что я втянула тебя в эти неприятности. Я надеялась, что ФБР прислушается к тебе, ты легко сможешь найти безупречные улики, и они освободят Марка, но это была лишь мечта. А теперь Смайкинс угрожает, что не заплатит тебе, и ты не сможешь достичь целей, к которым шел в течение многих лет. Я все испортила. Ее пронзило отвращение, пока она боролась со слезами. О, она была такой жалкой. Рейф опустился перед ней на колени и убрал прядь волос с ее щеки. - Ты слишком строга к себе. Ты сделала то, что считала нужным, чтобы помочь Марку. Я не обвиняю тебя за это. Смайкинс заплатит мне, даже если мне придется свернуть его тощую шею. Керри грустно улыбнулась. - Но то, что я сделала с тобой… это так неправильно. А правильно будет, если я позволю тебе уйти. Я-я буду рада приготовить тебе ужин, если ты голоден; помогу собрать твои вещи и отвезу обратно в отель. Ты вернешься к своей прежней жизни и забудешь (обо всем), что я когда-то все испортила. Он замер. Эмоции исчезли с его лица быстрее, чем правительственные учреждения закрываются в праздник. Терпение и доброта исчезли, уступив место сурово сдвинутым черным бровям. Казалось, в воздухе между ними сверкают молнии. Керри показалось, что ее желудок ухнул от страха вниз и оказался где-то в районе коленей. Ой-ой-ой. Губы Рейфа были сжаты, ноздри раздувались, он опустил руку и встал, нависая над ней. - Значит, когда я выполнил свою часть сделки, ты хочешь, чтобы я ушел? Как удобно для тебя. Разве она это имела в виду? - Я просто подумала… - Что? Что можешь не выполнять свою часть сделки? - он подошел ближе, глядя на нее с выражением, которое можно было назвать угрожающим. - Малышка, ты обещала мне гребаных сорок восемь часов. По моим подсчетам они еще не истекли. Мы запутались в другом дерьме, и ты целый день держала меня на расстоянии. Запутались в другом дерьме? О, просто пытались спасти Марка. И сейчас это стало так называться? Он думает, что она выберет секс вместо брата? Он зол из-за того, что она предпочла брата? Если это так, он, видимо, решил, что у нее куриные мозги и она не умеет принимать решения. - Я не хочу больше слышать от тебя «нет», - прорычал он. - Независимо от того, как и где я хочу тебя, твой ответ должен быть «да». Удивительно, но за какие-то три секунды он из хорошего парня превратился в ублюдка. - Может, «Да, хозяин» было бы лучше? – Керри вскочила, скрестив руки на груди. - Ты говоришь так, будто я обычная подстилка для траха. На его лице появилось какое-то отталкивающее выражение. - Ну, ты видишь во мне лишь средство достижения цели с мозгами гениального хакера, поэтому, полагаю, мы квиты. Раздевайся. - Что? - Керри почувствовала, как ее сердце бешено заколотилось от изумления, борющегося с гневом. - Ты слышала меня. Снимай одежду. Всю. Я сегодня был невероятно твердым весь день, ожидая увидеть то, что находится под этой свободной блузкой. И хочу рассмотреть все прямо сейчас. - Ты как ребенок со сливочным мороженым – совершенно не умеешь терпеть. Я думаю, что нам нужно поговорить. Не знаю, почему ты злишься… - Я не злюсь, я возбужден. Я хочу, мать твою, чтобы ты сняла уже эту гребаную одежду. И, подтверждая свои слова, Рейф обхватил одной рукой ее за талию, второй сжал ее затылок и смял губы требовательным неожиданным поцелуем. Керри была слишком зла и смущена его натиском, чтобы ответить. Она попыталась вырваться из его хватки. В ее голове крутились разные вопросы. Ведь она пыталась сделать все правильно и вернуть ему его жизнь. Так почему он сердится? Затем он нежно обхватил ее лицо своими ладонями и провел языком по ее губам, заставляя раскрыть рот, и застонал. Возбуждение сжало ее живот, хотя она старалась этого не замечать. Она отклонилась от него и открыла рот, чтобы поинтересоваться, неужели за последние три минуты он успел потерять голову или все это время успешно притворялся нормальным? Прежде чем она успела вымолвить хоть слово, он снова накрыл ее губы своими, глубоко проникая внутрь языком, пробуждая все дремавшие в ней чувства. Первое прикосновение его языка сказало Керри, что он полон решимости добиться от нее ответной страсти. Второе доказало, что он это уже сделал. Ее негодование и гнев начали таять под натиском его губ. Собственническим. Жадным. Решительным. Он хотел ее. И ему не нужен был ее ответ «нет». В этой борьбе между желанием и гневом…гнев быстро проиграл. Она не могла бороться со страстью, которую вызывал в ней Рейф. Только не тогда, когда он злится, проявляет к ней нежность и завоевывает – и все это в одном немыслимом коктейле событий и обстоятельств. Она привязалась к нему, и это была очень опасная зависимость. Даже когда он был зол, мысль о его возвращении в Нью-Йорк и их расставании навсегда вызывала у нее панику и уныние. Она не хотела знать почему. Вопреки всему это будет их последняя ночь вместе. Несмотря на то, что Рейф был в странном игривом настроении, часть ее кричала, что она должна ответить на его порыв. Разум же говорил, что ее душевная боль будет только глубже и сильнее. Не способная остановить свое безрассудное сердце, Керри обвила руками его шею и крепко прижалась к его губам, вложив в этот поцелуй весь свой гнев, все смятение, всю страсть… вместе с болью, которой так боялась. Руки Рейфа блуждали по ее телу: стиснули плечи, сжали грудь, прошлись по плавному изгибу ее талии. Когда она прижалась своими бедрами к его и потерлась о твердый член, он сжал в кулаки полы ее блузки и застонал. Разорвав их поцелуй, Доусон уставился на нее. Его серебристые глаза были полны сексуального голода. - Разденься, - снова потребовал он. Нежный парень исчез, перед ней снова стоял альфа-самец. Она никогда не видела его в таком состоянии. Его игривость сменилась стальной решимостью. Его глаза пылали страстью, из них исчезла нежность. Это горящий взгляд обжигал ее кожу, заставляя кипеть ее кровь и давая понять, что, если она уступит, он сделает все возможное, чтобы исполнить ее желания. Эта мысль вызвала слабость в коленях, в животе…и голове. И это ее беспокоило. - Может, нам все-таки нужно поговорить? - спросила она, переводя дух. - Поговорим позже. Раздевайся немедленно. Керри могла его послать куда подальше, но это его оскорбит, и она знала, что не вынесет его обиды от собственных действий. Вместо этого она призналась себе, что желание обволакивает ее сердце и возбуждает тело. Она постаралась заглушить боль, которую будет чувствовать завтра, после ухода Рейфа, сейчас внутри нее смешались гнев и волнение по отношению к нему, но она решила сосредоточиться на удовольствии, которые ей подарят его прикосновения. Девушка расстегнула верхнюю пуговицу блузки. Затем Керри опустила руки по швам и окинула его знойным взглядом. - Ты это имел в виду? Он покачал головой. - Больше голого тела. Быстрее. - Зачем же спешить? - спросила она с томным видом, подняв руки ко второй пуговице. Рейф сглотнул, когда она расстегнула пуговицу на груди и раздвинула полы полосатой блузки, открыв ему вид на соблазнительную ложбинку груди. - Спешить? - он взглянул на часы, прежде чем перевести агрессивный и бескомпромиссный взгляд на ее лицо. – Прошло уже пятнадцать часов и сорок три минуты с тех пор, как я был внутри тебя. А это третья часть нашего времени вместе. Я был очень терпелив. Что-то в жестком угле его челюсти, и стальном блеске его серебристых глаз сказало Керри, что Рейф не намерен больше ждать ни секунды. Время разговоров тоже ушло. Все отошло на задний план, кроме секса. Мгновение спустя он подтвердил ее подозрения, быстро сжав ее в своих объятиях и подхватив на руки. Он с такой легкостью ее поднял, будто она была такой же легкой, как ребенок, и прижал к своей груди. Но теория о сравнении быстро разбилась вдребезги, когда она почувствовала его мощную эрекцию, прижимающуюся к ее попке. - Обхвати меня ногами за талию, - хрипло произнес он и пошел по холлу в сторону спальни. Она автоматически повиновалась. Его твердый член при ходьбе терся о влажные складочки ее плоти, заставляя стоны вырываться из ее горла. Прежде чем первый звук удовольствия успел сорваться с губ Керри, Рейф смял их своим поцелуем. Он двигал языком внутри ее рта, похищая ее дыхание, ее рассудок. Однако он не просто мародерствовал, забирая у нее все, что мог…взамен он дарил ей ожидание наслаждения, которое заставило ее голову кружиться, а тело слабеть. Войдя в спальню, мужчина прошел к кровати и опустил любовницу на холодные простыни. Прежде чем она успела сказать хоть слово, он снял с нее сандалии, расстегнул пуговицу на ее шортах цвета хаки и стянул их с бедер, а затем бросил их через всю комнату. С негромким шелестом они приземлились на деревянный пол. Он даже не глянул, куда упала ее одежда, и старался не смотреть на белые хлопковые стринги, едва прикрывающие ее киску. Вместо этого он сосредоточил все свое внимание на наполовину расстегнутой блузке Керри. Стиснув зубы, Рейф продолжил начатое ей занятие, начав с нижних пуговиц и двигаясь вверх. Его глаза сужались с каждым сантиметром ее обнажающейся кожи, предстающей перед его взором. Сначала ее пупок и гладкая кожа живота, затем ребра и нижняя часть полушарий ее груди. Он не останавливался, стараясь не смотреть и не касаться ее нежной плоти. Нет. Все его внимание было сосредоточено на последней застегнутой пуговице блузки. Он долго смотрел, не отрывая взгляда. Керри ждала, ее тело трепетало. Фраза «задыхаться от предвкушения» обрела смысл. Она возжелала его. Эпицентр жажды сосредоточился где-то в нижней части ее живота, между бедрами, безжалостно сжимая все внутри в тугую пружину. На мгновение она представила все те невероятные вещи, которые он хочет с ней сотворить. Фантазии одна за другой крутились у нее в голове, и каждая была эротичнее, чем предыдущая, посылая новые волны жара прямо в ее влагалище. Она почувствовала, как ее трусики намокли. Рейф сделал глубокий вдох, Керри была уверена, что он мог почувствовать аромат ее желания. Она вздрогнула. Их взгляды встретились. Он внимательно наблюдал за ней, у него в глазах тлел огонь, зажигающий энергией все его подтянутое тело. - Расстегни, - он бросил пристальный взгляд на последнюю застегнутую пуговицу на ее блузке, - покажи мне. Мысль об этом возбуждала меня весь день. Керри мгновенно почувствовала свою власть над ним. Она могла лежать под этим сильным мужчиной, наполовину раздетая, исполняя его приказы…но внешность обманчива. Что-то в лице Рейфа сказало, что он едва сдерживается, чтобы не потерять над собой контроль. Она улыбнулась. - А что ты дашь мне взамен, если я это сделаю? Действуя, как настоящий хищник, Доусон лег на нее. Волна тепла пробежала по местам соединения их тел: бедрам, животу, груди. У Керри перехватило дыхание от этих невероятных ощущений. О, Боже, какое наслаждение. Она хочет его, черт побери. Жаждет удовольствия и обжигающей привязанности, которые Рейф ей подарит. Ее власть растворилась в тумане желания, когда она поняла, что ее самообладание также висит на волоске. Не способная связно мыслить, она выгнула бедра ему навстречу, прижавшись ноющими складочками своей плоти к его жесткой эрекции, подтвердившей, что он настоящий мужчина и более чем готов. - Я дам тебе все, что ты хочешь, - безжалостно прошептал он ей на ухо. - То, чего так жаждет твое тело. Расстегни эту треклятую пуговицу, и я заставлю тебя потерять голову от наслаждения, буду дарить оргазм за оргазмом всю ночь напролет. Его слова вызвали водоворот наслаждения в ее животе. Ничто на свете не могло ей доставить большего удовольствия. Она с трудом могла вспомнить, почему еще сопротивляется. Да кто его знает? Не все ли равно? - Да. Он приподнялся на несколько сантиметров от ее груди. - Я хочу увидеть, как ты расстегнешь последнюю пуговицу. Сделай это. Керри просунула руки между их телами. Дрожащими пальцами она медленно протолкнула пуговку через петельку и распахнула полы блузки, полностью обнажая грудь… Он застыл - ее напряженные соски нежно сжимали маленькие золотые колечки. - Оу, да. Я умер и попал на небеса. Он вжал ее в кровать, широко разводя своими бедрами ее ноги. Доусон склонился над ней, и его губы оказались на уровне ее груди. Керри почувствовала, как беспорядочно забилось ее сердце, когда он облизнул губы и пронзил ее взглядом, полным обещания жаркого секса. Рейф наклонил голову и жадно втянул ее сосок в знойную глубину своего рта. Кончик его языка играл с ее нежной вершинкой, ставшей гиперчувствительной после ношения золотых колечек в течение всего дня. Казалась, вся кровь прилила к ее соскам, и Керри могла поклясться, что все ее существо было сосредоточено там, полностью в плену у удовольствия, которое дарил ей Рейф. Она застонала и выгнулась под его губами, раздвинув шире ноги в молчаливой мольбе. Он проигнорировал ее глухие просьбы и продолжил ласкать ее грудь, играя с маленьким золотым обручем на соске, нежно прикусывая зубами твердую горошинку. Боль от укуса в сочетании с острым удовольствием заставили ее умолять. - Рейф. Сейчас. Пожалуйста, сейчас. - Ты носила их весь день, верно? - прошептал он, обжигая своим дыханием ее кожу. - Да. - Они возбуждают тебя? - Да. - Делают твои соски очень чувствительными? - Да. - Неужели ты мечтала о том, как я прикоснусь к ним губами, буду сосать их и облизывать? – каждое свое слово он подкреплял действием, сжимая губами, покусывая ее плоть. - Боже, да, - она не могла больше вымолвить ни слова, ласки его губ туманили голову. - Я весь день был возбужден, мечтая о том, как ты оседлаешь меня, как глубоко примешь мой член, пока мой язык будет одновременно ласкать маленькие колечки, сжимающие эти сосочки. - Так чего же мы ждем? – спросила Керри, тяжело дыша. Рейф хрипло рассмеялся. - Я хочу, чтобы ты потеряла голову. Я подарю тебе ночь, которую ты никогда не забудешь. Забыть? Это невозможно. Она всегда будет помнить, как растущая внутри нее боль, увеличиваясь до колоссальных размеров, сжимала ее сердце. Ей стало трудно дышать. Удовольствие затуманило ее голову, проникло в кровь, она желала чего-то недостижимого. - Я уже ее потеряла, - она царапнула его плечи и обвила ногами его тело, доказывая это. - Пока нет, не до конца. Но у меня есть идеи… Керри не понимала, что он имел в виду. В следующую секунду его рот жадно втянул второй сосок, даря тому такое же наслаждение, какое до этого дарил другой вершинке. Зная, что Рейф не остановится, пока не добьется своего, она запустила пальцы в чернильного цвета волосы и сжала их. Это длилось по крайней мере, до тех пор, пока дьявол внутри нее не убедил ее согласиться. Глубоко вдохнув и стараясь собраться с мыслями, Керри пробормотала: - Ты думал о моих сосках весь день? - Блять, да, - пробормотал он и лизнул чувствительную горошинку ее груди. Она зашипела от удовольствия, стараясь подавить стон. - Неужели тебя так сильно возбуждают фантазии о моей груди? Он смог только кивнуть, так как его губы крепко сжимали ее твердую вершинку. - А ты не думал, что я тоже была слегка возбуждена весь день из-за украшений на них? - Да, – его пристальный взгляд обжигал ее, возбуждая сверх меры, - была? Она игриво улыбнулась ему и кивнула. - Ты меня убиваешь. Ты слишком сексуальна, чтобы отказаться, слишком выводишь меня из себя, чтобы игнорировать, слишком изумляешь меня, чтобы забыть. Блять. Ты не уйдешь, пока я не буду готов тебя отпустить. Прежде чем Керри смогла понять эти загадочные слова, она почувствовала, как что-то сжимает ее запястье. Он завел ее закованную руку к изголовью кровати, но, переплетя их пальцы, придавил своим весом девушку вниз. Рейф прильнул к ее рту страстным, одурманивающим поцелуем. Ее тело затрепетало. Что-то глубоко внутри нее ожило. Пока они целовались, Керри могла поклясться, что чувствовала не только охватившую его страсть, но его одиночество и безумное отчаяние, которых пока не понимала. Рейф выпустил ее руку. Мгновение спустя она почувствовала, как что-то прохладное и металлическое сжало ее запястье. Одного взгляда было достаточно, чтобы она поняла, что он нацепил на нее наручник, как в первый раз, когда они оказались в Любовном гнездышке. Он закрепил ее руку к углу кровати. Цепь была натянута, и рука зафиксирована неподвижно над головой. Пока она лежала, как громом пораженная, он то же самое проделал со вторым запястьем. Она не могла двигать руками. - Что ты делаешь? – спросила Керри. - Показываю, что сегодня ты всецело моя. Моя, - дыхание с шумом вырывалось из его груди. - Я умираю от желания взять тебя в этом положении. Такую сладкую и покорную. Его слова придавили ее так, будто на нее упал многотонный груз и похоронил под собой любое сопротивление. - Рейф... - Больше ни слова. Доверься мне. - А если я попрошу тебя отпустить меня, ты ведь сделаешь это, не так ли? Он лизнул подушечку большого пальца и провел им по ее чувствительному соску. - Я сделаю все, чтобы не услышать твоих просьб об этом. Я просто хочу, чтобы сейчас ты лежала, связанная, подо мной. Прежде чем она успела вздохнуть, он прикрепил ее лодыжки к кровати, полностью ее обездвижив. Она лежала перед ним, голая, не считая золотых обручей на сосках и белых стрингов, распростертая перед ним, как девственная жертва. В его полной власти. На всю ночь. От этой мысли ее тело затрепетало. Хищно улыбнувшись, Рейф поднялся с кровати и стал быстро скидывать с себя одежду. Обувь полетела в одну сторону, брюки - в другую. Керри не видела, куда приземлилась его рубашка, так как была слишком занята, не спуская глаз с его мускулистого пресса, с того, как он снимает свои трусы-боксеры, и того, что скрывалось под ними. Его твердый, толстый член, покрытый дорожками вен, почти касался головкой пупка. Его нельзя было назвать просто «возбужденным», он вожделел ее, как мужчина, который слишком сильно ее хочет и не потерпит отказа. Мужчина, который продержится всю ночь. Из верхнего ящика тумбочки он достал горсть презервативов и положил сверху на поверхность из красного дерева. Керри присмотрелась - там лежало семь или восемь пакетиков. - Не много ли? Он покачал головой. - Я сорвусь, если не войду в тебя в течение следующих трех секунд. Рейф сорвал стринги с ее тела и бросил их через плечо, туда, где лежала его одежда. Однако презерватив к использованию он готовить не стал. - Утолить твою боль? – его голос надломился, и Керри поняла, что еще немного - и он потеряет над собой контроль. Она закивала головой, хотя это причиняло ей дискомфорт. Рейф понял, что она дает ему зеленый свет, и прошелся парой пальцев вниз по ее телу, медленно коснулся твердого узелка клитора и погрузил их во влажный жар ее тела. Все ее нервные окончания тут же ожили от его прикосновения. Керри умоляюще выгнула бедра ему навстречу, ведь в данную минуту это была единственная часть тела, которой она могла двигать. - Тебе приятно? Тяжело дыша, она кивнула. - Сейчас я войду в тебя тремя пальцами. - Да, еще. Рейф погрузил три пальца глубоко в жар ее тела и принялся нежно дразнить сладкое местечко внутри нее, медленно сводя ее с ума. Керри застонала. Испарина выступила на ее лбу и между грудей. Девушка захныкала, удовольствие разлилось в животе. Желание сосредоточилось между ее ногами. Как ему удается так легко довести ее до грани безумия? Но этот вопрос, как и всякие связные мысли, улетучился из ее головы, когда он наклонился и принялся сосать ее клитор. На нее нахлынуло удовольствие. Его искусный язык и длинные умелые пальцы лишали ее здравомыслия. Он почти вознес ее на вершину экстаза и внезапно отодвинулся, покрывая поцелуями ее живот, бедра. Когда она медленно пришла в себя и смогла отдышаться, он снова начал ласкать языком ее клитор, а затем сжал напряженный узелок губами и стал сосать. Он застонал, почти…вознеся ее вибрацией своего голоса на вершину удовольствия. Она задыхалась, с трудом втягивая воздух, каждый вздох требовал слишком много усилий. Керри была близка… так близка. Но Рейф убрал губы от ее клитора и вынул из нее свои волшебные пальцы, дарившие ей столько удовольствия, давая ей успокоиться, хотя внутри нее кипел вулкан, готовый взорваться в любую секунду. Девушка застонала: - Позволь мне кончить. - Всему свое время, - пробормотал он у ее киски. Раздвинув пальцами складочки, он проник в лоно языком. Пленница выгнулась дугой, насколько позволяли ее оковы. Но настойчивые губы Рейфа продолжали дарить ей наслаждение, затуманивая голову и вновь почти вознося ее на вершину блаженства. Оргазм снова накатил на нее с невероятной скоростью. В этот раз ему достаточно было нежного прикосновения языком к ее клитору, быстрого проникновения в нее одним или двумя пальцами. - Сегодня вечером ты моя. Не кончать без моего разрешения, не спать и не отказывать мне ни в чем. - Да. Ее бедра дрожали от напряжения. Керри желала только одного - оргазма, к которому ее вел этот темноволосый дьявол. Между ногами было мокро, ее соки текли по бедрам. Она чувствовала, что складочки ее киски набухли от прилившей к ним крови, как затвердели ее напряженные соски. Но так только он снова отодвинулся от нее, Керри стиснула зубы, осознав, что Рейф знает, как держать ее на острие ножа. - Нет! - запротестовала она. - Что ты делаешь со мной? Почему? - Убеждаюсь, что ты знаешь, кто владеет твоим телом. Прежде чем она успела вымолвить хоть слово, ее остановил собственнический огонь желания его серебристых глаз. Наслаждение узлом скрутило ее живот, когда он снова погрузил в нее палец. Керри почти воспарила над кроватью, когда он возобновил дразнящую игру своим языком с ее клитором. Когда он заменил указательный палец в ней на большой, а покрытым ее влагой пальцем скользнул вниз и погрузил его в ее анус, она застонала. Он начал решительно входить в нее ими одновременно с двух сторон. Невероятные, незнакомые ощущения нахлынули на нее, возбуждая все нервные окончания. Рейф сосал напряженный эпицентр ее удовольствия, продолжая двигать пальцами, наполняя ее до отказа. О, Боже, он сводил ее с ума от наслаждения, которое угрожало похитить ее душу. Оно, как сильнейший шторм, бушевало внутри нее, погружая ее в бездонные глубины желания. Его прикосновения обжигали ее, подобно молнии - вниз по рукам и ногам, до живота и ее болезненно твердых сосков. Ее накрыл незамутненный, чистый экстаз. Взгляд широко распахнутых глаз Керри встретился с неумолимым взглядом Рейфа. Широкие бронзовые плечи, порочные умелые руки, завораживающие глаза. «Сегодня вечером все только для тебя», - словно говорил его взгляд. Сдерживаемое удовольствие вырвалось на свободу, будто бурный поток, прорвавший плотину. У нее кружилась голова, она не могла дышать, волны блаженства обволакивали тело. Бедра напряженно дрожали, внутренности пульсировали, а перед глазами вспыхнули мириады звезд, и она закричала. Пронзительно. Громко. Она не сомневалась, что не забудет этого наслаждения, даже если доживет до ста лет. Несколько минут спустя уставшая и измученная наслаждением, Керри лежала с закрытыми глазами, мечтая проспать неделю. Ее насторожил звук разрываемой упаковки. Она наблюдала за тем, как Рейф раскатывает презерватив по всей длине члена, а затем протягивает руки по бокам кровати рядом с ее лодыжками. Раздался металлический щелчок у каждой ноги, и он развел ее ноги шире. Мысль свести бедра вместе даже не пришла ей в голову. Но даже если бы это и случилось, Рейф все равно согнул ее колени и, широко раздвинув их, протиснулся между ними. Он скользнул к развилке между ее ногами, головка его члена коснулся ее влажного входа. Она ждала, что он немедленно войдет в нее, утоляя свое желание. Вместо этого он приник к ее губам и завладел ими в обжигающем поцелуе. Он раздвинул ее губы своими и проник языком, смакуя сладость ее рта. Она ощутила в этом слиянии губ вкус своих соков вместе с его решимостью доставить им наслаждение. Он сильно ошибается, если думает, что она способна так быстро достигнуть еще одного оргазма в десять баллов по шкале Рихтера. Тем не менее, Керри не могла отрицать, что своим поцелуем он заставляет пробуждаться ее гормоны. - Прими меня в себя, - хрипло взмолился он, - скажи, что сможешь. Не способная вымолвить ни слова, она кивнула. Издав звук, похожий на рычание зверя, Рейф стальными пальцами сжал ее бедра и с силой вонзился в нее. Керри закричала. Чувствительная и еще не отошедшая от предыдущего крышесносного экстаза, она считала, что уже не среагирует так на решительное вторжение Рейфа, однако она ощутила каждое малейшее трение плоти о плоть на пути его проникновения в ее припухшую и влажную киску. Казалось, он наполняет всецело каждый уголок ее тела. Господи, кого интересует существование шоколада, когда такой мужчина может дать ей что-то невероятно лучшее? - Да, - застонал он, погружаясь в нее до отказа. – Дьявол, да. Ты со мной? Скажи мне, что хочешь этого. Керри переполняли эмоции, ее жаждущая плоть приятно растягивалась, подстраиваясь под его размер, сжимая его по всей длине… что еще она могла сказать? - Я хочу тебя. - Я чувствую, как твоя киска стиснула мой член, твое тело буквально затягивает меня. Ты сводишь меня с ума, - прохрипел он сквозь сжатые зубы. Керри сильнее обхватила его своими бедрами. Это была энергичная скачка, каждый необузданный удар его плоти доводил ее до грани. Она снова почувствовала приближение оргазма невиданной силы. - Ты моя. - Толчок. - Моя. - Толчок. - Вся. – Толчок. - Блять. - Толчок. - Моя. Прежде чем Керри смогла застонать в ответ, Рейф подхватил ее под колени, руками заставляя раскрыться шире, чтобы она сумела глубже принять его в себя. Она была готова поклясться, что чувствует, как он касается шейки матки. - Не могу дождаться, - сказал он, врезаясь в нее в жестком темпе. – Кончай. Со мной. Сейчас. Словно по команде, Керри почувствовала, как член Рейфа скользил по чувствительному комочку нервов внутри нее, дрожь наслаждения пронзила ее лоно. Еще один, два, три скольжения, подобных этому, и… - Рейф! Она взорвалась, подобно вулкану - мощно и неконтролируемо. Желание, связавшее ее живот в тугой узел, переросло в неописуемый экстаз. Оно захлестнуло ее с силой и ловкостью разъяренного быка. Ее тело сжало его, доило его член, заставляя любовника кричать в ответном наслаждении. Его голос звенел в ее ушах, она наблюдала, как удовольствие преображает его лицо - жесткое выражение сменяется мягким, почти умиротворенным. Он вздохнул раз, еще раз, его движения замедлились, он замер внутри нее. Все еще тяжело дыша, Рейф прижался лбом к ее лбу. - Невероятно. Каждый раз все сильнее меня поражает. - Меня тоже, - призналась она. К чему лгать? - Почему? – он спрашивал скорее себя, чем ее. Нахмурившись, она должна была признать, что если бы у нее был значительный опыт, возможно, она смогла бы легко ответить на этот вопрос. С другой стороны, вопрос Рейфа казался таким же необычным, как продажи с семидесяти пяти процентной скидкой в престижном универмаге. Возможно, какая-то химия - или чувство - между ними вызывало то буйное желание каждый раз, когда они касались друг друга. Керри хотела верить, что это пройдет и со временем она встретит другого мужчину, способного также волшебно зажечь каждую частичку ее тела. Она боялась другого. Так или иначе, ее тело знало, что никакой мужчина, кроме Доусона, не сможет доставить ей удовольствия, и ее отговорки, что для секса еще не пришло время, излишнее смущение... сейчас не казались такими непреодолимыми, как раньше. Керри было обеспокоена тем, что ее тело навсегда запомнит Рейфа и что никто и никогда не сможет занять его место. Может, потому, что между ними было нечто большее, чем просто химия? Неожиданно звонок сотового телефона Рейфа разорвал тишину комнаты, нарушаемую лишь их хриплыми вздохами. Любовник неохотно вышел из ее тела, поднимаясь с кровати. Прислушавшись, Керри быстро поняла, что он разговаривает с клиентом из Калифорнии, который случайно стер патчи безопасности и теперь боится электронной атаки. Пока Рейф решал рабочие проблемы, у нее появилось время все обдумать. Почему каждый раз, когда они вместе, кажется, что у них обоих сносит крышу и они взлетают на небеса? У девушки было единственное предположение… и вряд ли оно понравится Рейфу настолько же, насколько и ей. В конце концов, какой здравомыслящий мужчина захочет услышать, что женщина, которую он знает всего несколько дней, думает, что любит его? Скоро им придется расстаться, и лучше успеть это сделать прежде, чем натворить подобную глупость - умолять остаться его с ней навсегда. Глава 11 |