Книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения или оставить в личной библиотеке. Спасибо. Автор Виола Ривард
![]()
|
Глава 33 Астрид подняла рубашку и, быстро встряхнув, натянула через голову. И поежилась, когда шерстяная ткань потерла ее соски. Они казались более чувствительными, чем обычно, и она стала об этом размышлять, пока не поняла, что забыла надеть бюстгальтер. В тусклом освещении она пошарила вокруг, приподнимая лежавшие на кровати одеяла и отбрасывая в сторону сшитые шкурки в попытке найти свое отсутствующее белье. Она слышала, как Эрик и Стэн разговаривают в гостиной. Когда несколько минут назад она выглядывала, чтобы на них взглянуть, они оба сидели на диване. Астрид решила не смотреть на Стэна, в основном потому что сгорала от стыда. В тот день, когда она увидела Эрика, все о чем она думала, было как сильно она по нему скучала и как сильно его хотела. До тех пор пока немного позже, когда Эрик уснул рядом с ней, а от его семени все еще было скользко между бедер, до нее не дошло, что комната Стэна – его кровать – сейчас пропахли потом и сексом. Половина лифчика была под подушкой, а другая каким-то образом очутилась в вазе, стоявшей в углу комнаты. Она не помнила, чтобы Эрик его снимал, и теперь было понятно почему. Он разрезал его в трех местах, сзади и обе бретельки. К счастью разрезы были ровными, и она сможет их сшить. Двум другим ее бюстгальтерам так не повезло. Астрид надела штаны и засунула куски бюстгальтера в карманы. Она почти собралась в гневе выйти из комнаты и выбранить альфу, но поняла, что это не принесет никакой пользы. Даже если бы, каким-то чудом, он бы пообещал не уничтожать ее последний лифчик, он не был самим собой, когда ее раздевал. - У нас нет охотничьих угодий, которые их прокормят, - говорил Эрик, когда она вошла в комнату. – И они будут дураками, если возьмут в осаду наше логово. Мы легко сможем продержаться. После своего кошмара она заснула на груди Эрика и не была уверена, как долго проспала. В Арктике было довольно сложно отслеживать течение времени и если добавить к этому то, что они находились под землей, то, чтобы определять время суток, она могла надеяться только на внутренние ритмы своего тела. А позже ее внутренние часы похоже совершенно запутались, вероятно из-за гормонов. Она находила захватывающим и даже немного тревожным, что ее беременность уже оказывала на нее такое влияние. Астрид решила, что должно быть она немного вздремнула, потому что когда проснулась, Эрик все еще не спал, а Стэн сердито за ним наблюдал. Он бросил Эрику пару джинсов, прежде чем упасть на диван. И Эрик до сих пор носил эти джинсы. Они плотно облегали бедра и слегка расширялись к низу, и у них были поношенные штанины. Было очевидно, что они принадлежали Стэну, потому что на Эрике сидели слишком плотно. При первом взгляде из-за его мощных рук, лежавших на спинке дивана и поблескивающих мышц пресса, она могла спутать его с одним из моделей Амберкромби, у которых она брала интервью в роскошном магазине на Пятой Авеню. Но со второго взгляда - она улыбнулась этой мысли - Эрик был намного более суровый, чтобы его вообще можно было принять за одного из тех моложавых мальчиков. Со своей саркастической улыбкой, мозолистыми пальцами и поблекшими шрамами, которые пересекали его грудь, он был картинкой необузданной мужественности. Она была рада, что они были поглощены своим разговором, потому что ей потребовалась минута, чтобы взять в руки свое чрезмерно усердное либидо. Как только она была уверена, что может к ним присоединиться, не извещая всех, что была возбуждена, она подошла к дивану и села рядом с Эриком. - Я в этом не настолько уверен, Эрик. С тех пор, как ты заключил союз с Силуит, стая делала набеги на кладовую, словно мясо падало с неба. На прошлой неделе они ходили на охоту только один раз. Эрик слушал и хмурился. Его глаза все время были направлены на Стэна, но к удивлению Астрид одна из его рук упала со спинки дивана и обхватила ее за талию. Он притянул ее поближе, так что их бока прижались друг к другу. И внезапно она почувствовала словно в ее груди дико бьет крыльями птица. Она расслабилась рядом с ним, пытаясь сдержать и свое либидо, и свою радость. - Сколько осталось? – угрюмо спросил Эрик. - Даже близко недостаточно. Они пошли на охоту, потому что все вкусные части закончились. На данный момент это в основном требуха и корнеплоды. Определенно недостаточно, чтобы пережить зиму, даже если ввести нормирование. - Почему ты их не остановил? Стэн поморщился. – Я только что обнаружил, насколько все плохо. Обычно Сабина та, кто поддерживает порядок в кладовой. Ну, была тем… Он бросил на Астрид извиняющийся взгляд, и она не поняла почему, пока не почувствовала, как напряглись ее мышцы. Это случалось каждый раз, когда кто-нибудь упоминал Сабину? Она попыталась снова расслабиться, но на этот раз ее конечности остались одеревеневшими и напряженными. Эрик скрестил ноги и его большой палец начал выписывать маленькие круги на ее бедре. Она мгновенно вспомнила, когда он таким образом гладил ее в последний раз, и сжала бедра, когда ее клитор начал пульсировать. - С этого момента никто не ест то, что не добыл сам, - сказал Эрик, его жесткий тон и выражение лица полностью расходились с его успокаивающим, мучающим большим пальцем. – И половина всей добычи идет прямо в кладовую, без каких-либо исключений. - Ты действительно хочешь, чтобы я им об этом сказал? – поморщившись, спросил Стэн. - Это, и если кто-нибудь из них начнет жаловаться или их поймают на том, что они припрятывают мясо, я сброшу их в пропасть. Сейчас и Астрид поморщилась, хотя почувствовала себя не менее возбужденной. Вероятно, это должно было ее беспокоить. Вздохнув, Стэн откинулся на спинку дивана. Его плечи опустились, словно его мышцы приняли на себя какой-то груз. – Они разозлятся. Это была первая зима за много лет, которую они с нетерпением ждали. - Моя обязанность сохранить их живыми, а не счастливыми. Внезапно в голове Астрид что-то щелкнуло, и она поняла, что они говорили о чем-то важном, что несомненно повлияет и на нее. Она мысленно проверила то, что она услышала и нахмурила брови. - Погоди… - начала она. – Почему у нас не будет никакой еды? Я думала, у нас есть договоренность с Силуит. Разве Зейн передумал? Эрик впервые посмотрел на нее с тех пор, как она села рядом с ним. Выражение его лица было сдержанным и это заставило ее нервничать. Он несколько секунд только смотрел на нее, и она приготовилась к тому, что он скажет ей не спрашивать его о вещах, которые ее не касаются. Конечно, она забыла, что в последнее время он не делал ничего предсказуемого. - Силуит погибнут, - напрямую сказал он. Она попыталась сглотнуть, но во рту стало сухо. Она ждала, что он добавит подробности, ожидая что он имел в виду что-то другое, но первым заговорил Стэн. - У племен медведей нет еды. Они собираются пройти через нашу территорию и направиться на восток в сторону Силуит. - Но что заставляет вас думать, что они попытаются захватить логово Зейна? – спросила она, глядя на двух мужчин. – Территории хватает. - И они не собираются ею делиться, - сказал ей Стэн. - Почему нет? Почему все должно быть именно так? Вы не животные, вы все способны обсудить такого рода вещи, договориться о границах и... - Мы не человеческое общество, - терпеливо сказал Стэн. – И здесь даже люди не были бы столь милостивыми. Не тогда, когда ресурсы ограничены. Конечно, прямо сейчас у Силуит много еды, но как только рой медведей окажется здесь, они опустошат воды от рыбы и разгонят все стада. И когда это начнет происходить, они не будут дружелюбны к соседним стаям волков. И это при условии, что Зейн будет готов поделиться с ними территорией. Чего он не сделает, особенно учитывая то, что у него есть пара, которую он должен защищать. - Мою сестру, - сказала она, глядя Эрику прямо в глаза. – Пара Зейна - моя младшая сестра. Мы должны им помочь. Мы обещали, что поможем им. - Мы не будем им помогать, - твердо сказал Эрик. – Либо мы направим медведей к Силуит, либо они придут сюда. Охватившее ее беспокойство, заставило Астрид почувствовать тошноту. – Нет, должен быть другой выход. Это не должно быть просто - мы или они. Нам нужно об этом подумать. - Не о чем думать, - сказал Эрик. – Я уже это урегулировал. Если все пойдет гладко, они в течение месяца буду на пути к Силуит. В животе у Астрид екнуло, когда она встала. – Они не могут защитить себя. Ты видел это, больше половины стаи маленькие дети. А моя сестра либо беременна, либо уже имеет новорожденного ребенка. И что им делать? Они не могут сражаться и куда им бежать? - Это не моя забо... - Мы должны их принять, - сказала Астрид и на этот раз ей удалось его переговорить. – Если мы не можем помочь им защитить их территорию, тогда мы должны привести их сюда, где они будут в безопасности. Стэн казался обескураженным этим, но лицо Эрика оставалось совершенно непроницаемым. - Даже если бы я был расположен разделить мое логово с другим альфой, Силуит, как ты уже отметила, это ничто иное, как щенки и подростки – недомерки. Слабые и бесполезные существа, которые не в состоянии себя обеспечивать. И которые не делают ничего, кроме как поглощают ресурсы – ресурсы, которыми мы не обязаны делиться. Астрид ненавидела то, что Эрик оставался спокойным, когда чувствовала, что была готова расплакаться. - Эрик, ты должен что-нибудь сделать. Ты не можешь позволить, чтобы Джиннифер пострадала. - Я не несу ответственность за твою сестру. Она пара Зейна. - И моя сестра! - И я не могу ничего сделать… - Если бы ситуация была обратной и это были Стэн и Халли, разве... Эрик поднял палец, заставляя ее замолчать. Это сработало, хотя как только она это поняла, то рассердилась на него еще больше. - Неважно кто и что сделал бы в другой ситуации, - сказал Эрик. - Ситуация такова, какова она есть, и я не буду подвергать риску безопасность и благополучие моей стаи, потому что Зейн не может защитить то, что принадлежит ему. То, как он говорил, было ей знакомо. Это был его «я закончил обсуждать это с тобой» тон, который превратил ее раздражение в ярость. Хотя за последние два месяца Эрик давал ей достаточно поводов злиться, она никогда не была настолько зла. Она знала, что это имело мало чего общего с тем, из-за чего они враждовали – и она могла понять точку зрения Эрика, даже если не была с ней согласна. Однако большая часть этого вытекала из ее собственной незащищенности. - Ты на самом деле так думаешь, да? – спросила она, делая шаг от него. – Ты позволишь моей сестре умереть… Неужели ты ожидаешь, что я с этим соглашусь? Приму это и буду стоять рядом, когда Джиннифер в опасности? Эрик моргнул, и на долю секунды она почувствовала, словно смотрела не на пару, о которой начала заботиться – больше чем заботиться – а на решительного и беспощадного альфу, который два месяца назад чуть не оставил ее умирать в тундре. Каким-то образом она обманула себя, думая, что он изменился, но поняла, что он был тем же самым и что быть ее парой, это лишь маленький аспект этого жестокого мужчины. Как будто подтверждая ее гипотезу, он сказал: - Я ожидаю, что ты не будешь со мною спорить. Ты моя пара, но ты не имеешь права принимать решения за мою стаю. - Хорошо, - сказала она таким же спокойным голосом, хотя ее тело тряслось. – Но, если моя сестра умрет, я тебе этого никогда не прощу. Глава 34 - Куда это ты собралась? – рявкнул Эрик, когда его пара направилась к двери. Она подняла шкуру, висевшую между комнатой Стэна и насквозь продуваемым коридором. - Подальше от тебя. Эрик сразу же встал, но Стэн встал напротив, преграждая ему путь. - Она расстроена, - сказал Стэн. - Дай ей небольшую передышку. Эрик все больше уставал от людей, которые думали, что могут ему приказывать. – Я не оставлю ее одну. - Никто не попытается ее обидеть, пока ты в логове, и ты не должен беспокоиться о том, что она может заблудиться. Она в этих туннелях ориентируется лучше, чем некоторые волки твоей стаи. Кроме того, нам действительно нужно закончить наш разговор. Эрик неохотно сел. В своей голове он установил таймер: пять минут. Куда бы она ни пошла, он ее догонит, и они закончат то, что начали. Он заставит ее понять его логику, и как только она поймет, то заберет назад весь тот абсурд, который ему высказала. - Эта Елена, кем бы она ни была, она могла блефовать. Что если медведи направятся сюда? В конце концов, они должны понимать, что им понадобится большая территория, чтобы здесь выжить. Здесь не юг, где много лесов и достаточно дичи. - Мы подготовимся к такой возможности, но я думаю, что это маловероятно, - сказал Эрик. Они не могут позволить себе захват обеих территорий, по крайней мере, не сейчас. Он вспомнил, что ему сказал Зейн той ночью, когда они договорились о союзе. Что, когда медведи покончат с Силуит, они отправятся к Амарок. Он отверг эту мысль, решив, что если этот день придет, они будут готовы. - Они собираются послать разведчиков, - сообщил ему Эрик. – Было решено, что мы отведем их к Силуит, так что они сами смогут увидеть в каком состоянии стая. - И как ты собираешься это сделать? Эрик пожал плечами. - Мы скажем Зейну, что они хотят обсудить мирный договор. - Так ты собираешься ему солгать, - сказал Стэн, чувствуя неловкость. – Ты приведешь его врагов прямо в его логово, и он потеряет бдительность. У него даже не будет времени, чтобы приготовиться, когда медведи нападут. - И к чему ты клонишь? Стэн отвел взгляд. – Не знаю. Может быть год назад, я бы назвал это блестящим планом, но… тебе не кажется это неправильным? - Нет, - сказал Эрик, чувствуя, как его глаза сужаются. – Как я понимаю, это мы или они. Если у тебя есть план получше, то, пожалуйста, просвети меня. Стэн покачал головой, и Эрик почувствовал разочарование. Он этого не осознавал, но на самом деле ему хотелось, чтобы Стэн придумал план получше. Не смотря на то, что он ни в коей мере не чувствовал себя ответственным за судьбу стаи Силуит, он был расстроен, что его пара собиралась обвинить его в их гибели. - Если ты собираешься придерживаться этого плана, я думаю, что ты должен по крайней мере позволить мне пойти первым и попытаться вытащить сестру Астрид, - сказал Стэн. - Как ты собираешься это сделать? – спросил Эрик, разворачивая руки. – Зейн ее не отпустит, если ты его не предупредишь и даже тогда, он может заупрямиться. - Возможно, мы должны поставить его в известность. Он может уйти по собственной воле. Эрик не удостоил это ответом. Никакой альфа не откажется без боя от своей территории, и в меньшей степени Зейн, так как его территория передавалась в течение нескольких поколений. Если они предупредят его о том, что грядет, он сделает все, что в его силах, чтобы бороться с медведями. Но если захват Силуит займет слишком много времени, те могут обратить свои взоры куда-нибудь в сторону Амарок. Ради безопасности своей стаи Эрик надеялся, что Силуит захватят. - Ладно, - хмуро сказал Стэн. – Тогда как насчет того, если я пойду первым и предупрежу его, что представители медвежьих племен придут для переговоров. Я посоветую отвести Джиннифер к Амарок, пока все не выяснится. Я сомневаюсь, что он на это пойдет, но тогда, по крайней мере, ты приложишь усилия, чтобы защитить сестру Астрид. И тогда Астрид не сможет обвинить его, если ее сестра столкнется с несчастливым концом. Ему понравилась эта идея. - Прекрасно. Но не давай ему никакой информации о наших намерениях. Эрик встал и когда направился к двери, то почувствовал, что с его плеч свалился небольшой груз. Он стремился найти свою пару и был раздосадован, когда Стэн его остановил. - Чувствую, что ты проецируешь себя на Зейна, - нерешительно сказал Стэн. – Зейн непохож на тебя. Если давление дойдет до того, что ему придется уйти, я не думаю, что он останется защищать свою территорию. Или, по крайней мере, не позволит своей паре оставаться там, когда он это делает. Эрик на мгновение задержался в дверях, а затем, не ответив, ушел. Он был убежден, что все это не имело к нему отношения – в конце концов, с каких это пор он заботился о благосостоянии других стай? Имела значение только его собственная стая, и думать иначе, значит ставить под угрозу все, что он создал за последнее десятилетие. *** Следуя за запахом своей пары по темным, извилистым туннелям, Эрик нашел ее не в ее комнате или в главной, а в своей собственной. Он остановился перед узкой расщелиной и прислушался. Он наполовину ожидал услышать ее плачь, что даст ему хороший повод подождать снаружи. Но все, что он мог слышать, был слабый звук ее ритмичного дыхания. Он тихо вошел внутрь, так, чтобы не побеспокоить ее, если она спала. Как правило, он без всяких сомнений ее будил, но сейчас у него не было желания с ней разговаривать. Он только хотел убедиться, что она была в безопасности, и, возможно, просто взглянуть на ее лицо. Комната больше не пахла, как его собственная. На самом деле его запах почти полностью исчез. Либо так, либо ее запах перекрывал его. Она была единственной женщиной, которую он когда-либо впускал в свою комнату, так как предпочитал, чтобы его запах не смешивался с запахом другого человека. В частности запахи пота и других телесных выделений, которые шли рука об руку с тем, когда ты делишь с кем-то свою постель. Сейчас его комната была насыщена ароматом его пары, или, по крайней мере тем, как его пара пахла сейчас. Он скучал по цветочному оттенку ее запаха, который теперь перебивался сладковатым ароматом ее приближающегося материнства. - Ты спала в моей комнате, - сказал он, противореча своему плану не разговаривать с ней. Она лежала на мехах его кровати, натянув на плечи его любимую шкуру карибу. Он ожидал, что она испугается, когда его услышит, в конце концов он вошел беззвучно. Но она только вздрогнула. Ее глаза неторопливо повернулись в его сторону, и она безучастно на него посмотрела. - Не каждую ночь. Только, когда у меня были проблемы со сном. Ему не нравилось видеть ее лицо, лишенное эмоций, и на этот раз он понял, что такое быть принимающей стороной равнодушного отношения. - Почему? - Думаю, это заставляет меня чувствовать себя в безопасности. Эрик кивнул. Это имело смысл. Он выбрал эту комнату с ее узким входом и компактным пространством именно потому, что чувствовал себя отгороженным и в безопасности. В ней не было углов, в которых могли бы спрятаться враги, и только один вход, чтобы следить за незваными гостями. Он сел рядом с ней, вытянув свои длинные ноги параллельно ее. Он откинулся назад, опершись на одну руку, и посмотрел вниз на свою пару. С тех пор, как она впервые появилась в его логове, ее кожа потеряла часть бронзового глянца, получив перламутровый оттенок. Ее волосы тоже изменились, и он приписал это тому, что у нее закончились душистые химикаты, которые она использовала каждый раз, когда принимала ванну. То, что когда-то было пушистым беспорядком кудрей, сгладилось в крупные и выраженные витки с глянцевым блеском. Эрик вспомнил, что однажды подумал, задолго до того, как вообще подумал о том, чтобы взять человека своей парой, что она выглядела достаточно хорошо, чтобы ее съесть. Хотя он не нашел ее слишком хорошенькой, ее тело имело для него определенную привлекательность. Однако теперь она выглядела сияющей, даже когда ее мягкие губы морщились от раздражения. - Что ты хочешь? – спросила она. – Я тебе сказала, что хочу побыть одна. Она этого не говорила, не так недвусмысленно, но он не собирался с ней сейчас спорить. Ее гнев, который для него когда-то был источником веселья, больше не имел той привлекательности. Это было утомительно, и он хотел побыстрее с этим покончить. - Я пришел сказать, что посылаю Стэна за твоей сестрой. Его пара так быстро подскочила, что чуть не ударилась головой о его подбородок. Вместо того, чтобы поблагодарить, она обняла его и сжала с такой силой, о которой он и не подозревал. Уголки его губ растянулись, когда она положила голову в сгиб его шеи. Однако он не обнял ее в ответ. - Ты должна понимать, что я не делаю это потому, что ты мне угрожала, - сказал он ей. – И если ты попытаешься снова так сделать, я не сдамся независимо от того, о чем идет речь. Она отодвинулась от него, и он пожалел, что не подождал несколько минут, прежде чем открыл рот. - Я не угрожала тебе, я... Эрик отказался быть втянутым еще в один спор. - Я не виноват в этом. Даже без моего вмешательства медведи-оборотни двинулись бы на территорию Силуит. И с альянсом или без Зейн и я не смогли бы справиться с ними самостоятельно. - Но из-за тебя на Силуит нападут исподтишка. - Если они не знают, что грядет, тогда это их собственная вина. Я не их альфа, не пара твоей сестры и не отец ее щенка. Я альфа Амарок, и моя стая, ты и наш щенок – мои единственные приоритеты. Она открыла рот, словно собиралась продолжить, но вместо этого тихо выдохнула и отвела взгляд. А потом положила свою голову обратно на его плечо. Ее тело расслабилось, словно с этим маленьким вздохом из нее вышел весь воздух. - Я понимаю, ты делаешь то, что должен, и на самом деле я не злюсь на тебя. Я злюсь на себя, потому что не могу ничего сделать. Я не могу спасти свою сестру, не могу даже ее предупредить о том, что куча глупых медведей собирается прийти и разорвать в клочки ее жизнь. Ненавижу это… Сейчас я должна была быть по-настоящему счастлива, но вместо этого несчастна, потому что чертовски за нее переживаю. Все повторяется снова, как прошлой осенью. Ты знаешь, что за два дня до моего полета в Канаду мне наконец предложили повышение? Я столько работала, много лет ежедневно глотая свою гордость, а мне пришлось отказаться, чтобы я могла гоняться за своей сестрой по всей этой проклятой тундре. Эрик позволил ей возмущаться, его пальцы машинально играли с завитушками ее волос. Слушая ее речь – а он в кои-то веки слушал – он понял, как мало знал о ее жизни, или по крайней мере о той, что она жила до того, как его встретила. Он никогда об этом не задумывался, и даже сейчас было сложно представить, что она кем-то была или не принадлежала ему. - Твоя сестра - дура, - сказал Эрик. – Но это не ее вина. И это не вина медведей – им нужна территория и еда. И так случилось, что маленькая стая Зейна оказалась посередине единственной, которая сможет их выдержать. Ты не можешь винить ее за то, что она просто оказалась в неправильном месте, в неправильное время. Она минуту молчала, и Эрик подумал, что она возможно заснула. Но, когда он посмотрел вниз, то увидел, что ее глаза были широко раскрыты, хотя не были сфокусированы. Слабым голосом она сказала: - Знаешь, первый раз, когда я тебя увидела, это не была та ночь в лагере. Он приподнял брови. - Джиннифер сняла тебя. В течение всего нескольких секунд. Она была зачарована твоими глазами. И я тоже, когда впервые их увидела. Зейн был невероятно красив, но ты… ты был настолько ошеломляющим. Мне пришлось пересмотреть этот клип десяток раз, когда я пыталась запомнить каждую деталь твоего лица, и это было задолго до того, когда я подумала, что могу тебя встретить. Эрик пытался сконцентрировать внимание, но его ум проскользнул в темные места, когда она упомянула Зейна. Если бы заставить ее замолчать не было бы таким тяжким испытанием, он бы остановил ее прямо сейчас и приказал больше никогда не говорить о другом альфе. - Думаю, возможно поэтому я пыталась тебя найти. На карте были и другие оборотни, которые могли бы помочь, но мне было нужно, чтобы это был ты. Мне было нужно лично тебя увидеть и… Когда он снова на нее посмотрел, ее щеки покраснели. Его волк немного успокоился, и хотя он не планировал ее комментариям о Зейне остаться незамеченными, он не стал настаивать на обсуждении этого вопроса прямо сейчас. Она сделала глубокий вдох. – Эрик, я … Ты… очень важен для меня. - Конечно, важен. Я - твоя пара. - Эрик ничего не мог поделать со своим отрывистым тоном. Он был самым важным для нее человеком. - А, нет, в смысле… - она замолчала, выглядя взволнованной и что-то еще… застенчивой? – Если с тобой что-нибудь случиться, я не буду знать, что делать. Безусловно, ты не возьмешь другую пару, с горечью подумал он. Он понимал, что ничего не может поделать, чтобы это остановить. Его мозг вызывал в воображении картинки Зейна, насмехавшегося над его трупом. Одной рукой он обнимает Джиннифер, а другой Астрид. И хотя это было трудно, он отбросил мысль, зная, насколько безумно маловероятно это могло быть. Затем его мозг создал другой сценарий, который был только хуже, потому что это могло произойти на самом деле. Если он умрет, скорее всего альфой станет Стэн – и вероятно потеряет Амарок, но не раньше, чем предъявит права на пару Эрика. Из его груди раздался рык, прежде чем он мог его остановить. - Ты в порядке? – спросила она. Он проигнорировал вопрос. - Нет никакого смысла размышлять о том, что бы ты делала без меня, потому что это не имеет значения. Ты будешь мертва. Хотя он никогда не будет стремиться к тому, чтобы организовать их совместную кончину, он почувствовал себя в безопасности от идеи, что его пара умрет одновременно с ним. Безусловно он не хотел ее пережить, но он так же не хотел думать о том, что когда-нибудь к ней прикоснется другой мужчина. - Это не то, что я – погоди, что? Как ты можешь говорить об этом с таким серьезным лицом? - Потому что это правда. Без меня ты не выживешь, - сказал он, самодовольно улыбаясь. – А если ты думаешь, что другой мужчина сможет тебя защитить... Она толкнула его в грудь. – А что насчет нашего малыша? Он тоже умрет? Эрик об этом не подумал и почувствовал себя странно, словно с его лица схлынула вся кровь. Что случится с его щенком, если он умрет? Кто его защитит, будет его обеспечивать и научит навыкам, необходимым для выживания? Опять же у Эрика появилось тоже эгоистичное чувство, как и при мысли о другом мужчине с его парой, но на этот раз это было по-другому. Он не хотел думать ни о ком кроме себя, растящим его сына, но так же не мог вынести мысли о том, что его потомок умирает. Его сын должен жить. Так же как и его мать. Кто еще сможет кормить грудью их щенка? И никто не будет воспитывать его, как своего собственного. По крайней мере, таким был личный опыт Эрика, когда умерла его мать. На лице Эрика появилась гримаса, когда в его пустом желудке забурлила кислота. Все это время он смутно осознавал присутствие своей пары, которая все еще бормотала раздраженным тоном. - План на непредвиденные обстоятельства. Твой мир такой опасный! Люди с оружием, огромные полярные медведи-оборотни, росомахи, и ты никогда не знаешь, что может случиться, и я... что ты делаешь? Эрик положил руку на ее затылок и притянул к своей груди. Его пальцы массировали заднюю часть ее головы, пока он ждал, когда она успокоится. - Я не умру, - сказал он ей. - Ты этого не знаешь, - прошептала она, ее руки приподнялись, обнимая его за талию. Он больше ничего не сказал, и к его облегчению она не стала на него давить. Через несколько секунд он пришел к осознанию того, что поставило под сомнение все, что он считал истиной. Если племена медведей нападут на Амарок, Эрик не может погибнуть со своей стаей. Он уведет свою пару и сына подальше отсюда и даже не оглянется назад. |