Не ходи в школу. Роберт Кийосаки Если хочешь быть богатым и счастливым не ходи в школу
![]()
|
20. Я ЗАСЛУЖИВАЮ ПОВЫШЕНИЯ…каждое поколение тратит немного больше, с жадностью и вожделением к богатству, заимствуя у будущего… Доналд Роберт Пэручи Маркус (1927) Некоторое время назад, летя из Орегона в Аризону, я был единственным пассажиром в первом салоне и завязал разговор с одной из стюардесс. Заметив, как приятно и весело она исполняла свои обязанности, я спросил у нее, нравится ли ей работа. – Я люблю эту работу, – ответила она. Затем, поле паузы, сказала: Но я просто ненавижу компанию. Они несправедливо к нам относятся. – Что вам не нравится в компании? – спросил я. – Во-первых, у нас нет трудового контракта, – ответила она. – Они все говорят нам, чтобы мы подождали, но уже прошел целый год. Я не знаю, как долго смогу терпеть такое отношение. Она была явно рассержена. – Так что же вы хотите от этой компании? – спросил я. Она посмотрела на меня, как будто я был с Марса. – Больше денег, конечно. Больше льгот и было бы мило – большую гарантированность рабочего места. Я начал чувствовать себя настоящим директором компании, на которую она работала. Я ответил ей, что по данным, которые мне известны, ее компания имеет крупные финансовые неприятности. – Ну, это не моя вина, – заметила стюардесса. – Я просто хочу получать то, что было обещано. Симпатия между нами быстро улетучилась. – Когда я пришла работать в компанию четырнадцать лет назад, – объяснила она, – нам сказали, что у нас будут периодические повышения, если предоставить хорошие отзывы. Что ж, у меня отличные характеристики, и я довольно долго работаю в этой компании. Летчики раньше меня получили свои повышения, так почему же я не могу на это рассчитывать? Мы с мужем не бедствуем, но мы не продвигаемся вперед, как планировали. Я заслуживаю повышении! Я кивнул. Она тряхнула головой с возмущением. – Ребятам наверху платят миллионы. У них у всех есть золотые парашюты, чтобы покинуть этот тонущий бизнес, а у нас до сих пор нет контракта. Это несправедливо. Не мы управляли плохо компанией и наделали долгов. Я хотела бы бросить эту работу, но возраст… Я не хочу начинать с чего-то нового зa меньшую плату. Я чувствую себя в ловушке. Когда полет закончился, я поблагодарил ее и пожелал удачи. Я так много мог бы ей сказать, но понимал, что есть миллионы и миллионы людей таких, как она, во всем мире. Она была честным трудолюбивым человеком, который в финансовом и профессиональном отношениях стал жертвой страха, кроящегося в дезинформации школьного образования. Это заблуждение поражает не только авиакомпании. Оно поражает всех – от фермеров до производителей компьютеров. Оно поражает индустрии, появившиеся в аграрный век, и индустрии информационной эры. Те, кто ищет новую информацию и воспринимает новую реальность, обретут возможность жить очень, даже очень хорошо. Но те, кто держатся за то, чему учили в наших школах, будут дальше прозябать или сражаться за свои льготы и в конце концов погибнут в этих войнах финансово и профессионально. Идея, что «я заслуживаю повышения», устарела. Любой человек или компания, поддерживающая такую точку зрения, является динозавром. Идея, что нам должны повышать зарплату за выслугу лет, оказалась возможной во время индустриальной эры и во время экономических подъемов, когда деньги были дешевыми, а кредиты – легко доступными. Но те дни миновали. В эре 90-х мы находимся в середине трехстороннего столкновения: аграрной, индустриальной и информационной эры. И это столкновение посылает шоковые волны по всему миру. Чтобы выжить, не говоря уже о том, чтобы процветать в такой обстановке, мы должны научиться мыслить новаторски. Вряд ли мы выживем, если будем держаться устарелых идей. Мы все нуждаемся в переорганизации себя в преддверии миллениума. Это означает полную смену парадигмы образования с окончательным изгнанием старых идей, которые нас более не обслуживают и создание оперативного пространства для нового мировоззрения, рождающегося на планете Земля. Индивидуумы, организации и нации, которые сумеют сделать это быстро, со временем будут чувствовать себя хорошо профессионально и финансово. Следующая декада станет для них яркой и обеспеченной. Те, кому не удастся перестроиться, будут страдать в нищете. Это приведет к еще большему Хаосу столкновения старого и нового мировоззрений. Богатые станут еще богаче, расширяя пропасть между собой и менее удачливыми братьями и сестрами. А бедные станут не только беднее, но и злее. Как долго будет длиться этот хаос, будет зависеть от желания системы образования измениться. При идеальной экономике работник удостаивается повышения за увеличение производительности: чем больше вы даете, тем больше получаете. Но между 1900 и 1973 годами люди имели повышения не потому, что производили больше, а потому, что техника и дешевые источники энергии держали расходы на низком уровне. По мере того, как падали цены на нефть, доходы росли, работники требовали большей оплаты труда. Современные станки, которые увеличили производительность и которые работали на дешевой нефти, производились по всей стране, и все были счастливы. Но постепенно люди стали ленивыми. Они привыкли к мысли, что эта цепь дешевизны будет тянуться вечно. Образовательная система начала вести себя в этой экономической ситуации так, как будто она стала абсолютной правдой, которая никогда не изменится. Затем, в 1973 году, пришла расплата за ракеты на нефтяном топливе. Чтобы избежать повышения цен на нефть были урезаны выплаты. Бизнес стал реорганизовываться – на больший объем работы нанималось меньшее количество работников. Это был единственный способ многих отраслей бизнеса оставаться конкурентоспособными. Внезапно на улицах появились бездомные, потому что правительство сократило разного рода дотации и пособия. Работникам верхнего эшелона менеджмента и профессионалам новых технологий стали платить больше. Европейские, японские и арабские страны, видя для себя явные выгоды такого экономического климата, затопили американский рынок деньгами. С таким количеством денег, дрейфующим повсюду, молодые профессионалы, которые ничего другого не знали, начали скупать атрибуты недорогой роскоши – машины, совладения, разного рода электронные приспособления. Проблема была в том, что тогда денег повсюду было много, но не было повышения производительности. Люди постепенно привыкли к тому, что им платят больше только за то, что они делали одно и то же изо дня в день, год за годом. Цены росли, и люди вынуждены были покупать товары во избежание того, чтобы стать жертвами дефицита. Затем мыльный пузырь лопнул. Кредиторы захлопнули кредитную дверь и экономика замедлила ход. Цена одалживания денег росла и росла. Становилось труднее и труднее получить кредит. Все это время потребительская цена на нефть росла. Сегодня мы все еще не имеем более дешевой альтернативы нефти. И те люди, компании, правительства, которые не имели способности производить, вышли из игры. Скользкая гонка закончилась – наконец-то на какое-то время. В тумане экономических спадов и потрясений люди становятся напуганными. А со страхом приходит жадность, которая, как известно, разрушала целые экономические системы, оставляя миллионы людей в нищете. Жадность, как мы определяем ее в современном экономическом климате, это «брать больше, чем даешь». Чтобы процветать в 90-х годах, нам всем нужно производить больше, и именно то, что покупается, чтобы успевать за временем. Повышения зарплаты происходят все реже и с большим интервалом между ними. При условии сохранения прежних прерогатив старый порядок будет гарантировать экономический упадок для индивидуумов, компаний и целой нации. Проблема в том, что мы не обучаем людей производить больше. Насаждая этику, гласящую, что вы должны делать только то, что вам говорят, не допускать ошибок и не создавать шума, мы как раз напрашиваемся на проблемы. Если мы не научимся умениям, необходимым для нашего настоящего экономического климата, мир пройдет мимо нас. Наши современные методы обучения готовят людей быть ненужными к тридцатипятилетнему возрасту, планируя их будущее вокруг повышений, который никогда не наступят, оставляя их у порога еще больших финансовых проблем. Что является причиной этого? Почему уровень жизни многих падает? Почему число крупных компаний уменьшается вместо того, чтобы расти и расширяться? Почему так много трудолюбивых служащих увольняют? Почему Запад уступает первенство Востоку? Как так получается, что японцы покупают лучшие американские киностудии, отели и компании? Одна большая часть ответа в том, что мы хотим получить больше денег, не делая ничего по-новому, по-другому. Мы хотим стать богаче без приобретения иных новых знаний. Чтобы получать больше, мы должны отдавать больше и производить больше. Нам нужна новая информация. Эта нехватка информации привела в свое время к исчезновению целых цивилизаций, – вспомните историю человечества. Пришло время перестать отождествлять деньги с богатством и мерить богатство деньгами. В эру информации богатство – это то, что человек знает. Сегодня информация важнее материальных ресурсов таких, как золото, земля и деньги. Причина того, что персонал авиакомпании не может получить надбавки в том, что доходы компании не растут. Вы не можете удержаться на плаву, если хотите большего, но ничего не делаете по-новому. Я помню, как в пятом классе изучал американскую историю. Наш учитель ухмылялся, когда рассказывал, как Петер Минаит купил у индейцев остров Манхэттен за эквивалент 24 долларов, расплачиваясь одеждой и стеклянными бусами. Мне было 10 лет, когда я получил тест по этому разделу. Вопросы были приблизительно такими: 1. В каком году Петер Минаит купил Манхэттен? 2. Как называлась его трэйдинговая компания? 3. Сколько ом заплатил в гульденах? Что мы должны были понять из этой сделки по продаже недвижимости Минаиту, совершенной в 1626 году? Мы могли бы постичь, как учиться на своих ошибках. И могли бы исследовать внешние факторы, повлиявшие на сделку, чтобы выяснить, какие экономические явления там происходили. Мы могли бы использовать это событие в истории, чтобы иллюстрировать разницу между деньгами и богатством: что, наверное, решение индейцев было мудрым решением, соответствовавшим их системе убеждений в то время. Конечно, любой из этих пунктов был бы более ценным, чем запоминание дат и сроков, которые можно найти в учебнике по истории, если вам когда-нибудь понадобится эта информация. Вот несколько предположений, чему мы могли бы научиться из истории покупки Манхэттена у индейцев: 1. Разница между информацией и технологиями и мощи насилия. Индейцы знали, что у европейцев есть сверхмощное оружие, с помощью которого они смогут прибрать Манхэттен к рукам независимо от того, будут ли они платить за землю. Они знали, что их правлению остались считанные дни. Назовем этот способ силового улаживания коммерческих вопросов «Системой Рэмбо». Та же система применяется сегодня городскими гангстерами по отношению к игорным точкам. Те же фундаментальные принципы работают повсюду в мире. И мы должны понимать, какую мы платим цену за осознание этого факта. 2. Использование информации и технологии в бизнесе. В то время, как индейцы владели богатство в эквиваленте земли, богатство европейцев составляли информация и технологии по производству одежды и стеклянных бус. Итак, Петер Минаит взял что-то, что представляло собой очень незначительную ценность – одежду и бусы, которые его информация позволяла легко производить, и обменял это на землю, которую индейцы имели в неограниченном владении. Мы могли бы почерпнуть отсюда, что информация и технология позволяют создавать истинные богатства. Мы также могли бы понять, что деньги – не истинный источник богатства, а лишь конечный его результат. Если вы все еще хотите продолжать смеяться над индейцами, просто остановитесь н оглянитесь вокруг. Сегодня уже больше не европейцы покупают за безделушки индейские земли, а японцы и другие продают свои электронные игрушки, используя наши же деньги, чтобы контролировать наше истинное богатство. Поменялись местами игроки, но принципы остались те же. Сегодня за бумажные безделушки мы распродаем богатство наших детей. Лишь несколько из нас обогащаются за счет миллионов наших современников и будущих поколений. Это то же самое, что убить гуся, несущего золотые яйца а затем копить эти яйца. Если бы мы заботились о гусе, у нас никогда не кончались бы яйца! Источниками фундаментальных потоков нашей экономической системы являются идеи английского экономиста Томаса Мальтуса, впервые популяризованные в начале 1800 годов. Мальтус изучал количество натуральных ресурсов (уголь, железо, золото и т.д.) во всем мире и затем сравнил их с населением Земли, Эти исследования привели его к заключению о том, что скоро на слишком многочисленные население будет приходиться слишком небольшое количество природных ресурсов. Сегодня западная экономика базируется на этой статистике – но такой подход уже устарел. Экономика Японии между тем основывается на несколько других идеях. Их наибольшим достоянием является труд и информация. Сегодня природные ресурсы еще больше поднялись в цене, чем во времена Мальтуса. Америка проигрывает сегодня не потому, что ограничена ресурсами, а потому, что все еще опирается на идеи Мальтуса. Сейчас его теория доработана и усовершенствована, и продолжает приковывать к себе всеобщее внимание. Почему мы насаждаем устаревшие теории? Если вы пойдете на занятия по экономике, вы обязательно обнаружите там профессора, поклонника Мальтуса, требующего подобного поклонения и от своих студентов. Проверьте ваши собственные мысли на этот счет прямо сейчас, Как часто вы задумывались о том, что чего-то может не хватить? Вы считаете, что недостаточно денег? Вы считаете, что нет достаточно еды накормить голодных? Вы считаете, что нет достаточно любви или времени? Или, как считал Мальтус, нет достаточно природных ресурсов. Мальтус решил, что количество природных ресурсов ограничено. Но он не предвидел при этом появление неограниченной информации и технологии. С появлением последних мы добились, к примеру, прекрасной трансляционной связи между Европой и Америкой, использовав 175000 тонн меди. Kогда это было закончено, наша космическая программа сэкономила огромное количество кабеля, который по существу отпал за ненадобностью, так как устарел. Объединяя технологию и ресурсы, мы постоянно будем способны делать большее из меньшего. Японцы обходят нас в бизнесе потому, что продолжают выпускать качественную продукцию с наименьшими затратами. Они следуют принципу эфемеризации, проще говоря: принципу большего из меньшего. Выжить в сегодняшнем бизнесе могут лишь те компании, которые способны поставлять на рынок лучшую продукцию по лучшим ценам. Идея, что вы просто можете увеличить расходы, устарела. Сегодня предпочтение отдается эффективности, а не высокомерию. Сегодняшней проблемой является не дефицит, а обеспеченность. Бизнес должен сегодня производить несоизмеримо больше за меньшую цену того, что уже давно производится в большом количестве. Вы просто пойдите в магазин и посмотрите на качество и количество одежды, доступной по отличным ценам. С 1985 по 1990 наши производители автомобилей повысили цены на них на 20%. И они же удивляются отсутствию спроса. Если автодельцы хотят остаться в бизнесе, они должны опускать цены или совершенствовать автомобили или делать и то, и другое. Если этого не случится, это будет означать, что все больше рабочих будут терять работу, пока верхушка компании будет раскрывать свой парашют и спасать свои деньги. Это означает, что лидеры компании сфокусировали свое внимание на деньгах вместо того, чтобы пользоваться принципом эфемеризации. Они уморили своего гуся и покончили с яйцами. Мастер Суроу из MIT однажды описал капитализм как систему провалов. Это система, в которой эффективное большинство вытесняет неэффективное большинство. Идея лояльности качества или национальной лояльности устаревает в сегодняшней глобальной экономике. Это рынок диктует сегодня потребительский заказ на лучшую продукцию по меньшим ценам. Неважно как громко мы кричим «Прощай, Америка», реальность сегодняшнего дня такова, что выигрывает тот, кто эффективен, кто предоставляет высшее качество по минимальной цене. Уже сейчас Япония и Восток наиболее эффективны в электронике. Они продолжат продавать нам товары народного потребления, которые каждый год становятся все лучше. И именно оттого, что они все лучше с каждым годом, прошлогодние модели устаревают, и цены на них падают. Проблема в том, что они продают свои электронные безделушки, не представляющие особой ценности, в обмен на наши с трудом доставшиеся деньги. Следующее, что они собираются покупать – это истинное богатство нашей страны – нашу будущую растущую индустрию отдыха и развлечений – и для работы в ней наймут наших детей. Все эти японские покушения, естественно, не собираются решать наши проблемы. Мы ведь не страдаем неспособностью производить. Все, что угодно, только не это! Наш дефицит – новое мышление. Та же проблема, которая победила американских индейцев, маори Новой Зеландии, гавайцев, аборигенов Австралии и многие другие туземные народы – недостаток информации – начинает забивать Запад. Люди, поверившие в дефицит, становятся жадными. Наш бизнес и правительство переполнены жадными людьми. Из-за того-то люди боятся нехватки, они начинают действовать в отчаяньи и совершать отчаянные попытки. Теория Мальтуса, идея дефицита также способствует созданию менталитета «мне первому» и «выживает сильнейший», ведущему в свою очередь к империализму. Оттесняй слабого потому, что не хватит. Хватай их ресурсы и наши люди будут жить. Во имя этого социального дарвинизма мы уничтожили миллионы туземцев. Когда я во Вьетнаме оказался пойманным в сети имперской политики, я почувствовал, что это еще не все. Когда я взаимодействовал с менеджментом американской лесной промышленности, я убедился, что они все мыслят в русле дефицита. Наши вырубленные леса – тому доказательство – ресурсы, которые мы должны были выращивать годы назад, а не уничтожать ради сиюминутной выгоды. Если мы хотим эволюционировать, мы должны научиться мыслить иначе. Идея «выживает сильнейший» жестока и бесчеловечна. Она же продолжает скрываться в учебных планах нашей системы образования. Наши школы продолжают классифицировать, категоризировать, оценивать и противопоставлять одного ребенка другому в жестокой игре выживания сильнейшего, разыгрывающейся в классных аудиториях по всей стране. Наша образовательная система полностью описывается теорией Мальтуса. Недавно одна из школ Портленда в Орегоне значительно подняла плату за обучение. В некоторых случаях зарплата учителей выросла на 30%. С одной стороны я рад за них, что они теперь зарабатывают больше, а с другой они обрекли себя на отсутствие работы. Может быть, не себя лично, но учителей в целом. Им тяжело будет найти работу по профессии, которая бы оплачивалась так же и была гарантированной. Почему я могу это утверждать? Очень просто. Учителя хотят повышения оплаты без соответственного увеличения продуктивности. Истина в том, что высокооплачиваемая школа рано или поздно вынуждена будет корректировать свои расходы, что вызовет недовольство и родителей, и детей. Если учителя думают, что их работа гарантирована, и что они могут просто требовать повышения зарплаты потому, что их защищает правительство, им стоит посмотреть на то, что происходит в Американском Почтовом Сервисе. Там думают, что у них есть монополия (дефицит) потому, что они правительственная служба. Но наша жизнь ускоряется, а почтовая служба отказывается соответствовать нуждам своих потребителей. Федеральный Экспресс и другие частные почтовые службы родились только потому, что наш почтовый сервис слишком высокомерен – они думают, они единственное шоу в городе. Люди хотят платить за скорость – и за лучший сервис, чего не может предоставить им государственный департамент. Бизнесмены заполнили пустую нишу частными почтовыми услугами. Имея факсы, стоящие меньше, чем средний цветной телевизор или музыкальный центр, частные почты начали конкурировать с американским почтовым сервисом. Если последние поднимут цены без улучшения сервиса, они будут вытеснены из бизнеса. Наши почтовые служащие могут продолжать ожидать повышения зарплаты без улучшения качества обслуживания только потому, что их защищает правительство. Как долго может просуществовать такая наивная некомпетентность, посмотрим. То, что происходит с нашим почтовым сервисом, происходит сейчас и в системе общественных школ. Их дни сочтены. Образование – единственный бизнес, который в случае провала обвиняет потребителя. Недовольство населения по поводу повышения налогов на образование без мало-мальской отдачи постоянно растет. Недавно я встретил учительницу, которая сказала, что у меня нет права преподавать, так как я не имею педагогического сертификата. Она хотела бы знать, что дает мне право преподавать. Я сказал ей, что это право дает мне система свободного рынка. Если бы мои студенты не считали бы, что в обмен на свое время и деньги они получают от меня нечто ценное, они не стали бы рекомендовать свое обучение своим друзьям, и я бы оказался вне своего бизнеса. Затем она хотела знать, как я могу так много тратить. И снова я ответил, что люди готовы платить больше, если в короткое время получают больше. Далее она сказала, что это ужасно, когда люди наживаются на образовании. Она была совершенно не в состоянии увидеть, что получаемая выгода прямо зависима от уровня удовлетворения потребителя – люди будут платить за те товары, в которых есть потребность. Каждый раз, когда я слышу преподавателей, требующих большую оплату за меньшее обучение, мне хочется спросить, в каком мире они живут. Как говорят молодые пилоты в фильме «Сверхоружие», мне нужна скорость. У учителей должна быть та же потребность. Мир движется для них слишком быстро, чтобы удержаться в общем потоке. Большинство преподавателей не понимает, что частное обучение такое, например, как мое, не было бы таким прибыльным или таким успешным, если бы общественные преподаватели выполняли свою работу более эффективно. Одна из причин, по которой наши инструктора зарабатывают денег больше, чем учителя общественных школ в том, что одновременно мы обучаем от 50 до 1000 человек. Мы обучаем людей большему количеству информации за меньшее время с большим удовольствием. Классическая система образования хочет обучать только нескольких детей, предлагая за более длительное время меньшее количество информации и расходуя больше денег налогоплательщиков. Образование – одна из величайших индустрии в мире. Бизнес, самостоятельно обучая своих работников освоению новых технологий, тратит биллионы долларов. Между тем технологические преимущества и обучение им абсолютно игнорируются добродетельными преподавателями. Как недавно обнаружили швейцарцы, игнорирование технологии может влететь в копеечку. В течение 15 лет 65% швейцарских рабочих потеряли работу потому, что не придерживались LCD-технологии – технология, которую сами же разработали, надеясь на то, что мир всегда будет обращаться к ним за их бесценным умением. Сегодня единственный способ сделать швейцарские часы дороже каких-либо других, это добавить в них золото. Снова высокомерие отступило перед технологией. Преподаватели должны осознавать, что технологии могут и меняют их. Телевидение, компьютеры и обучающие видеоигры обеспечивают более эффективное обучение, предоставляя значительно больше информации, чем это может сделать учитель, в забавной и увлекательной форме даже для самых маленьких обучающихся. Между тем слишком много учителей продолжает верить в то, что их работа гарантирована из-за стажа или профсоюзов. Большое количество других учителей чувствует себя в безопасности из-за предположительной будущей нехватки учителей. Что учителя не могут еще до сих пор понять, так это то, что самые лучшие из них вышли уже на видео и другие медиа средства и в скором времени станут выдающимися сиделками для массового потребителя. Если бы я был традиционным учителем, я бы изменил свои стереотипы и постарался бы находиться в постоянном поиске новых ответов. Постоянно меняющиеся технологии будут продолжать менять будущее, подвергая безостановочному тестированию качество труда и качество наших знаний. Параллельно с этим, вопрос, заслуживаем ли мы повышения, будет находиться в постоянно меняющейся позиции. Хорошим примером здесь может служить индустрия видеопроката. С возникновением которого кинотеатры резко понизили свои доходы. Видеопрокат обеспечивал значительно большим за значительно меньшую плату и приобрел бешеную популярность. Но сегодня мы наблюдаем появление множества других технологий. Кабельное телевидение к примеру, отбирает все большую и большую часть видеобизнеса. Даже сейчас в момент написания этих строк обсуждается возможность открытия библиотек кабельного телевидения, где заказчик сможет выбирать среди сотни фильмов на удобное время. Конечно кинотеатры и видеопрокаты при этом окажутся в более суровом положении, но нет ни малейшего сомнения в том, что эта новая технология станет успешной. У нас больше не будет беспокойств из-за возврата видеокассет. Выбор будет практически неограничен и нет сомнения в том, что цена будет продолжать падать. Как факсы заменили ручную переписку, так на смену бизнес-встречам придут видеотелефоны. Они смогут обеспечить общение лицом к лицу, сидя в своих офисах или дома. В то же время это снизит доходы авиакомпаний так же, как собственно и доходы всего туристическою бизнеса в целом; отельного, мотельного, проката машин, такси, ресторанов и всего сопутствующего сервиса. Все это еще один пример того, как технологии будут обуславливать продвижение вперед и перемены на лице нашей экономики. Каждый раз, когда развивается новая технология, меняются возможности трудоустройства. Новая продукция требует новых знаний, новой информации, нового сервиса, и пока мы будем перемещаться, мы будем обнаруживать, что деятельность, которая поддерживала нас вчера, больше не существует. Рисуя такие перспективы, я бы посоветовал обслуживающему персоналу авиакомпаний, который хочет повышения оплаты то же самое, что и любому другому: Смотрите вперед и ищите новые ответы. Прошли те времена, когда люди или организации могли просто сказать: «Я заслуживаю больше денег», не предложивши ничего лучшего взамен. Бели вы хотите стать богаче, начните каждый день задавать себе вопрос: «Как я могу делать большее за меньшее?» |