Главная страница

История. 1)Одна в тёмном-WPS Office. 1 Одна в тёмном нетопленом доме, Ольга Ивановна, как обычно, коротала бесконечно длинную декабрьскую ночь на турецком диване в мастерской, завернувшись в старый вытертый плед


Скачать 22 Kb.
Название1 Одна в тёмном нетопленом доме, Ольга Ивановна, как обычно, коротала бесконечно длинную декабрьскую ночь на турецком диване в мастерской, завернувшись в старый вытертый плед
АнкорИстория
Дата16.12.2022
Размер22 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файла1)Одна в тёмном-WPS Office.doc
ТипДокументы
#848765

1)Одна в тёмном нетопленом доме, Ольга Ивановна, как обычно, коротала бесконечно длинную декабрьскую ночь на турецком диване в мастерской, завернувшись в старый вытертый плед. (2)Перед рассветом она забылась, и вдруг её разбудила стрельба под окном. (З)Когда рассвело, Ольга Ивановна, дрожа от холода и страха, выглянула из дома. (4)Буря вырвала из её рук трясущуюся дверь и распахнула настежь.

(5)Штормовой прибой волок по обледеневшему берегу разбитую десантную шлюпку. (6)Множество тяжёлых следов, пробивших ледяную корку пляжа, виднелось на изуродованном песке. (7)Следы вели в сад и дальше. (8)Но в саду уже никого не было. (9)Лишь поломанные кусты тамариска показывали направление, в котором действовал десант. (10)Теперь уже бой шёл в деревне, откуда моряки выбивали немецкий гарнизон.

(11)В саду свистели шальные пули. (12)Шторм неистовствовал. (13)Горы стонали. (14)Это горел дальний город. (15)Норд-ост приносил оттуда грохот взрывов, потрясавших окрестности.

(16)Ольга Ивановна бросилась обратно в дом, с трудом заперла за собой дверь, прислушиваясь к звукам боя, которые то приближались, то удалялись, то надолго смолкали, то вдруг начинались с новой силой. (17)А шторм продолжал бушевать ещё злее. (18)Брызги, замерзая на лету, как крупная дробь, секли стены дома и выбивали стёкла.

(19)На вторую или третью ночь Ольга Ивановна вдруг почувствовала, что в ходе боя произошёл какой-то зловещий перелом: с гор по деревне ударили немецкие пулемёты, а затем ручные гранаты стали рваться в саду. (20)И всё повторилось, как в первую ночь, но только в обратном порядке. (21)Когда автоматы застрочили на пляже, Ольга Ивановна поняла, что моряки отступают. (22)Видимо, их осталось совсем мало. (23)Их огонь становился всё слабее и реже.

(24)Внезапно раздался резкий стук в дверь. (25)Стучали прикладом. (26)Тогда она, повинуясь непреодолимому чувству, более сильному, чем страх, открыла наружную дверь и увидела моряка в расстёгнутом бушлате. (27)Вдруг он пошатнулся, но сделал усилие, удержался на ногах и, еле шевеля побелевшими губами, проговорил:

— Надо перевязаться.

(28)Он был ранен в грудь навылет, под левую ключицу. (29)Пуля пробила плечевой сустав. (30)Помятая осколками каска свалилась с его стриженной под машинку головы, и на лбу блестел холодный пот, хотя всё его по-юношески худощавое тело дрожало и пылало, как печка. (31)Но едва Ольга Ивановна окончила перевязку, он вскочил на ноги. (32)Моряк левой рукой поправил на втянутом животе пряжку с якорем и подобрал с пола автомат.

(33)—Всех побили, один я остался, — сказал он голосом, осипшим от боли. (34)—У вас тут музей, что же вы меня не предупредили? (35)А я было тут огневую точку наметил. (З6)Могли бы в бою что-нибудь покарябать. (37)Извините. (38)Пойду.

(39)И он пошёл, с трудом передвигая ноги в резиновых сапогах. (40)В дверях он остановился, словно в последний раз в жизни желая посмотреть на мир, из которого уходил.

(41)Ольга Ивановна бросилась к нему, стала уговаривать остаться. (42)Она хотела его спасти. (43)Она обещала спрятать его в погреб, выходить, вылечить, выкормить. (44)Она клялась, что никто ничего не узнает. (45)Она шептала, что идти «туда* бесполезно, что всё уже кончено и он только напрасно погибнет. (46)Наконец, она требовала как врач, чтобы он остался.

(47)Моряк осторожно освободился от её объятий, поправил левой рукой каску. (48)С неодобрительной, строгой и вместе с тем насмешливо-ласковой улыбкой он сказал:

— Эх, мамаша, разве от войны спрячешься? (49)Нам это не положено.

(50)3атем он вышел из дома — она слышала его тяжёлые шаги в резиновых сапогах по звенящей гальке, — лёг за пулемёт только что убитого товарища, исправил перекос ленты и через несколько минут сам был убит — последний из двадцати пяти моряков десанта.

...(51)Рассказывая это, Ольга Ивановна смотрела на меня широко открытыми синими глазами, из которых катились слёзы. (52)Под нами с шорохом раскачивались ветви розовой акации, покрытые одновременно и цветами, и витыми стручками семян. (53)На дорожке звенела галька под ногами бегающих детей. (54)Раздавались редкие удары теннисного мяча.

Виталий Апевалов, вчера в 19:28

(55)Покрытый пылью автобус вёз курортников с пляжа.

...(56)Памятник погибшим морякам представляет собой обычного типа цементный обелиск. (57)Он окружён якорной цепью, повешенной между четырьмя корпусами мин, распиленных пополам. (58)На обелиске, стоящем на берегу моря, надпись: «Вечная слава героям — 25-ти морякам Ч.Ф., павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины».

(59)К подножию этого памятника вечной славы свободные и независимые люди приносят пучки бессмертников или же венки, свитые из колосьев пшеницы, веток душистой полыни, дикой мальвы.

(По В.П. Катаеву*)

* Валентин Петрович Катаев (1897-1986) — русский советский прозаик, поэт и драматург, киносценарист, журналист, военный корреспондент.

Из рассказа "Вечная слава".


написать администратору сайта