Бизюк основы нейропсихологии. Бизюк - основы нейропсихологии. Бизюк А. П. Основы нейропсихологии
![]()
|
ГЛАВА II. НАРУШЕНИЯ ЭМОЦИЙ ПРИ ПОРАЖЕНИЯХ МОЗГА поражения могут приводить к появлению агрессивного состояния. (Данные исследований указывают на то, что в формировании агрессивности человека участвуют три структуры: лобная часть коры глазничной извилины, передняя часть коры поясной извилины и миндалевидное тело. Первые две обладают своеобразным сдерживающим действием, а миндалевидное тело непосредственно отвечает за страх и другие отрицательные эмоции.) Одним из результатов повреждения миндалины является утеря человеком способности адекватно оценивать эмоциональную сторону мимики собеседников, что приводит к трудностям в коммуникации. Данные позитронно-эмиссионной томографии показывают, что наиболее устойчивые изменения мозговой ткани при шизофрении, помимо прочего характеризующейся неадекватностью эмоций, найдены в гиппокампе и миндалевидном комплексе, а нарушения развития последнего связаны с эмоциональными проявлениями аутизма. Существуют доказательства, что патология этих же структур может приводить и к ощущениям нереальности себя и окружающего. Поражение диэнцефальных отделов мозга, помимо изменений эндокринной и вегетативной регуляции, сопровождается особым нейропсихологичес-ким синдромом, связанным с нарушением неспецифических активационных процессов — нестабильностью и повышенной реактивностью. В частности, это может проявляться в виде возбуждения, сонливости или бессонницы, некоторой агрессивности или монотонности. Отмечаются аффективные пароксизмы страха и тревоги, преходящие состояния невыраженной депрессии и более яркой гипоманиакальной картины, а также глубокое угнетение эмоциональных процессов. Уровень эмоционально-личностного реагирования при подобных поражениях, как правило, остается сохранным. Но в силу специфики своего расположения диэнцефальная область оказывается своеобразным посредником в регуляции корково-подкорковых взаимоотношений. Поэтому, например, ее поражение может приводить к ускорению течения мыслительных процессов, богатству ассоциаций, деятельной активности, веселому настроению и выразительной мимике — симптомам гипоманиакального состояния, обычно описываемого при поражениях лобных долей. Определенный интерес представляет и информация, касающаяся латера-лизации эмоций. Область в префронтальной коре левого полушария активируется при мании и угнетается при депрессии. Ее повреждение влияет на сложность социальных эмоций и не сказывается на первичных элементарных эмоциональных ощущениях. Интенсивность эмоционального напряжения безотносительно к его знаку связывают с активностью теменно-височных отделов правого полушария. Именно от нее зависит выход эмоционального напряжения на вегетативное реагирование, проявляясь сдвигами кожно-гальванической реакции, частоты сердечных сокращений, артериального давления, секреции некоторых гормонов. Знак эмоций зависит от соотношения активности правой и левой фронтальной коры. Положительные эмоции возникают, когда активность слева больше по сравнению с правыми отделами. Известно, что при ложных трево- 239 ОСНОВЫ НЕЙРОПСИХОЛОГИИ гах более активны передние отделы правого полушария. Взаимодействие левой лобной и правой височной долей коррелирует с субъективной оценкой эмоциональной реакции, а правой лобной и левой височной — с саморегуляцией эмоций. При поступлении неосознаваемого эмоииогенного стимула происходит односторонняя активация правого полушария. Обязательным условием ухудшения настроения является воздействие на левое полушарие, вызывающее его инактивацию, при одновременном облегчении таламокор-тикальных систем интактного (неповрежденного) правого полушария. Правополушарная депрессия характеризуется тоской и двигательной заторможенностью, а левополушарная — тревогой, растерянностью, внутренним напряжением, нетерпеливостью, поисками покоя, непоседливостью, двигательным беспокойством, иногда — раздражительностью, плаксивостью, подозрительностью, бредовой готовностью. Первичная обработка эмоционально окрашенных зрительных впечатлений связана с правой височной корой, откуда импульсы возбуждения распространяются через миндалину в лобную долю. Но в итоге в обработке эмоциональной информации принимают участие оба полушария (М. Ю. Каменсков). Эти и другие экспериментальные данные, касающиеся разных картин эмоциональных расстройств и их выраженности при поражениях левой и правой гемисфер, позволяют предположить существование двух относительно автономных эмоциональных систем — системы положительного и системы отрицательного эмоционального реагирования, по-разному связанных с работой разных полушарий головного мозга. С известной долей условности можно сказать, что левое полушарие у правшей преимущественно «отвечает» за положительные эмоции, а правое — за отрицательные. Однако существует значительное количество результатов, не соответствующих подобным представлениям. Есть исследования, в которых вообще не найдено связи повреждений полушарий с эмоциями, но обнаружена связь выраженности депрессий с близостью поражения мозга к лобным долям. Более того, результаты исследования больных людей нельзя экстраполировать на здоровых, поскольку нет оснований полагать, что в норме все участки мозга функционируют так же, как и при патологии (Е. И. Николаева). Вопросы для самостоятельной проверки знаний 1. Какие теории описывают механизмы происхождения эмоций? 2. Какие характеристики эмоций должны учитываться в нейропсихологи-ческом исследовании? 3. Поясните значение терминов, используемых при идентификации измененных эмоциональных состояний. 4. Какие анатомические компоненты являются составляющими «круга Пейпеса»? 5. Какая система считается координатором функциональных структур, обеспечивающих эмоции? "» А Г\ ГЛАВА II. НАРУШЕНИЯ ЭМОЦИЙ ПРИ ПОРАЖЕНИЯХ МОЗГА 6. Какова роль нейромедиаторов в формировании эмоций? 7. Опишите эмоциональную составляющую картины «лобного синдрома». 8. Какие эмоциональные состояния типичны для поражения височных долей? 9. Какова роль миндалевидного комплекса в формировании эмоциональных реакций? 10. При поражении каких отделов мозга можно ожидать появления нестабильности и повышенной эмоциональной реактивности? 11. Какова тенденция связи знака эмоциональных расстройств с поражениями правого и левого полушария? Основные литературные источники 1. Анохин П. К. Избранные труды. Философские аспекты теории функциональных систем. М.: Наука, 1978.400 с. 2. Вилюнас В. К. Психология эмоциональных явлений. М.: МГУ, 1976. 142 с. 3. Основы психофизиологии: Учебник / Отв. ред. Ю.А.Александров. М.: ИНФРА-М, 1997.432 с. 4. Психология эмоций: Тексты/Под ред. В. К. Вилюнаса, Ю. Б. Гиппенрейтер. М.: МГУ, 1984.288 с. 5. Симонов П. В. Высшая нервная деятельность человека. Мотивационно-эмоциональные аспекты. М.: Наука, 1975. 150 с. 6. Смирнов В. М., Трохачев А. И. О психологии, психопатологии и физиологии эмоций // Дерябин В. С. Чувства, влечения, эмоции. Л.: Наука, 1974. С. 8—51. 7. Хомская Е. Д. Нейропсихология. Учебник. М.: МГУ, 1987. 288 с. 8. Хомская Е. Д., Батова Н. Я. Мозг и эмоции (нейропсихологическое исследование). М.: Российское педагогическое агентство, 1998. 268 с. 9. Черкес В. А. Передний мозг и элементы поведения. Киев: Наукова думка, 1978. 176 с. Глава 12 ПРОБЛЕМА ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ АСИММЕТРИИ В НЕЙРОПСИХОЛОГИИ 12.1. ФИЛО- И ОНТОГЕНЕЗ МОРФО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ АСИММЕТРИЙ МОЗГА ЧЕЛОВЕКА С эволюционной точки зрения асимметрия — это общая фундаментальная закономерность организации всех биологических систем, и в частности, деятельности мозга позвоночных. Асимметрии мозга человека и животных не могут рассматриваться вне связи с общей картиной мира и всеобщими закономерностями природы. Главнейшая из них — это опосредованность пространством и временем, исполняющая фундаментальную роль в процессе приспособительной эволюции. Данное явление в своей основе имеет совершенствование форм адаптации активного живого существа к обитанию в трехмерном пространстве, гравитационном поле и временном континууме. При этом и пространство, и время сами объективно не симметричны. Асимметрия биологических объектов, по-видимому, имеет определенную историю и обусловленность, прежде всего гравитационными характеристиками пространства обитания. Необходимость роста и передвижения в условиях сил притяжения, действующих вертикально, приводит к тому, что ось тела любых организмов должна обязательно совпадать с линией, образуемой пересечением плоскостей симметрии поля тяготения, и поэтому сами организмы на ранних этапах эволюции (в условиях мирового океана) неизбежно приобретают лучевую симметрию. Усложнение способов передвижения при переходе от обитания в водной среде к наземной сопровождается переходом к более сложной форме симметрии организма — билатеральной (двухсторонней, зеркальной). Такая симметрия наблюдается практически у всех живых существ, имеющих достаточно сложную организацию. Эта закономерность действует и оправдывает себя до тех пор, пока речь идет о достаточно грубых, прямолинейных видах приспособления к внешней ">ЛТ ГЛАВА 12. ПРОБЛЕМА ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ АСИММЕТРИИ В НЕЙРОПСИХОЛОГИИ среде. Но процесс совершенствования адаптации, включающий в том числе не только пассивные, но и активные ее формы, должен сопровождаться учетом актуальных деталей, частностей, нюансов пространства, которые практически никогда не бывают симметричными. Эволюционным ответом становится постепенное нарастание конструктивных, и тем более деятельностных, асимметрий, причем чем более сложная функция реализовывается организмом, тем более асимметричными становятся органы, ее реализующие. Возникает феномен специализации, пик которой достигается в отношении высших психических функций у человека. Таким образом, принципиальная симметрия — это фон, на котором возникает вектор биологической, физиологической и психической асимметрии. Кроме того, асимметрия мозга объясняется и необходимостью экономно расходовать нервную энергию, без дублирования высших функций. В отношении живых организмов обычно рассматриваются два типа асимметрий — структурные (морфологические, а для человека — антропологические) и функциональные, которые, в свою очередь, могут быть представлены неравномерностью или неравноценностью физиологической работы симметричных органов либо несхожестью психического функционирования полушарий и периферических отделов парных анализаторов. Большинство исследователей не признают существования видовой функциональной асимметрии полушарий животных и считают, что она присуща только человеку, а у животных, включая приматов, латерализация функций индивидуальна и в значительной мере обусловлена обучением. Анатомические, экспериментальные и бытовые данные говорят о том, что кортикальная асимметрия у человека проявляется главным образом в тех функциях, которые приобретаются в течение длительного периода в детстве и имеют социальную значимость. Морфологическими и функциональными предпосылками оценки пространственно-временной структуры, как для общего отражения условий, так и для организации в них поведения, является наличие минимум двух отражающих аппаратов, обеспечивающих количественные различия в приеме одних и тех же компонентов объективной реальности. Для любой локализации как процесса и результата необходима, как известно, помимо источника раздражения, еще и фиксация начала отсчета (нулевая координата), по отношению к которой и происходит оценивание (в отношении времени точкой отсчета становятся прошлое, настоящее или будущее). Именно разница в информации от двух источников становится основой ориентации в пространстве. Для реализации этого принципа относительности в эволюции сформировались парные, специализированные, достаточно независимые, но модально однородные анализаторные системы с их периферической и центральной частями. На их базе позднее, уже под влиянием социального фактора и совершенствования материальной структуры нервной системы, у человека возникают ВПФ, фило- и онтогенетически, а также процессуально зависимые от возникших на более ранних этапах механизмов отражения. Интересно отметить, что у животных асимметрия чаще всего обнаруживается в строении зву-ковоспринимающих органов и в строении и функциях анализирующих ЗВу- 944 ОСНОВЫ НЕЙРОПСИХОЛОГИИ ковую информацию ядрах мозга. Она обычно встречается у животных с особенно тонким, изощренным слухом. Отличительной чертой собственно человеческого поведения и его морфологических предпосылок является исключительная сложность и дифферен-цированность их реализации, невозможные без учета очевидной асимметрии предметной организации пространства и, по-видимому, времени. В анатомической структуре организма и его высшего управляющего органа — мозга — подобная реальная асимметрия, сопряженная с активным и целенаправленным поведением человека, отразилась в качественно новой по сравнению с более ранними этапами эволюции форме — асимметрии самих отражающих инструментов и их центрального представительства — коры полушарий. Полный баланс между парными органами и полушариями мозга человека нецелесообразен как по филогенетической причине, так и в онтогенетическом аспекте. «Два мозга» обеспечивают возможность выбора по крайней мере из двух тактик или стратегий именно той, которая оказывается наиболее адекватной в процессе актуального отражения или адаптивного преобразования внешней среды. Регулярный успех одной или другой тактиками решения задачи ребенком в его конкретных жизненных условиях приводит к закреплению превалирующей роли тех или иных мозговых механизмов, функционально связанных с правым или левым полушариями. Важным доказательством ранней специализации полушарий мозга являются анатомические данные — измерения мозга плодов и новорожденных показали, что кора головного мозга асимметрична еще до рождения. Эти исследования дают все основания для постановки вопроса о значении структурных различий правого и левого полушарий в феноменологии функциональной асимметрии. Среди эволюционно развившихся структурных асимметрий самого мозга наиболее заметно увеличение размеров борозд и площади коры в левом полушарии. В частности, было обнаружено, что длина и ориентация сильвиевой борозды на правом и левом полушариях неодинаковы, а ее задняя часть, входящая в зону Вернике, существенно больше слева. Клеточная организация этой области, будучи весьма характерной именно для человека, латерально различается не только у взрослых людей, но и у человеческого плода. Протяженность этой области в левом полушарии взрослого индивида в несколько раз больше, чем в правом, причем у плода наблюдается ее преимущественное развитие также с левой стороны. Вместе с тем размеры угловой извилины, то есть ассоциативной зоны, больше в правом полушарии. С помощью компьютерной томографии, позволяющей реконструировать картину мозга в различных сечениях, были увидены характерные отклонения от билатеральной симметрии. У правшей правая лобная доля обычно шире, чем левая, но зато левая теменная и затылочная доли шире, чем правые. Внутренняя поверхность самого черепа сильнее вдавлена в правой лобной и левой затылочной областях в соответствии с этими выпуклостями (Д. Хьюбел [D. Hubel]). Существенные асимметрии в пользу большего размера базальных ганглиев, структур лимбической системы, промежуточного мозга были обнаружены 944 ГЛАВА 12. ПРОБЛЕМА ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ АСИММЕТРИИ В НЕЙРОПСИХОЛОГИИ в отношении правого полушария. Имеются и сведения о различиях в нейрохимическом составе полушарий, описаны морфологические асимметрии по организации афферентных входов в кору, по латерализации симпатического и парасимпатического отделов периферической нервной системы. Левое полушарие у детей значительно в большей степени заинтересовано в специализации очага поражения, а правое в этом отношении менее дифференцировано. При наличии одной и той же конечной задачи формируются различно ориентированные функциональные психофизиологические блоки ее реализации, относительно привязанные к одному из специализирующихся половин мозга. Однако наиболее адекватное и полноценное решение задачи активного приспособления осуществляется лишь при скоординированном во времени взаимодействии этих механизмов, то есть при взаимосвязанной работе обоих полушарий. Исследованиями последних лет показано, что в раннем детстве между ролями двух полушарий в обеспечении доминирующих на данном сенситивном периоде функций существуют сложные динамические, возможно конкурентные отношения, развивающиеся во времени и приводящие в итоге к тому или иному типу функциональных взаимозависимостей, которые наблюдаются у конкретного взрослого человека. Вершиной психической проекции межпо-лушарной асимметрии на ВПФ является тип личности, в котором одновременно реализуются и горизонтальные (право-левые, передне-задние), и вертикальные (корково-подкорковые) взаимодействия. Асимметрия мозга может быть представлена и как проявление его функциональной зрелости. Она нарастает в раннем онтогенезе (обеспечивая нормальное психическое развитие ребенка или нарастание асимметрии его психики), достигает максимума к зрелому возрасту (определяя предельную эффективность деятельности для данного человека) и нивелируется в позднем возрасте, когда происходит снижение психической асимметрии, в известной мере сопровождающей психическое старение. По некоторым данным, созревание правого полушария идет более быстрыми темпами, чем левого, и поэтому в ранний период развития его вклад в обеспечение психологического функционирования превышает вклад левого полушария (проявление гетерохронии). Поэтому оценка некоторыми исследователями ребенка до 9—10 лет как правополушарного существа не лишена оснований, так как соотносится с определенными особенностями психического развития детей до этого возраста: непроизвольностью, невысокой осознанностью поведения, эмоциональностью, непосредственностью, целостностью и образным характером познавательной деятельности. Большое количество исследований посвящено связи функциональной асимметрии мозга с половым диморфизмом (различиями), причем многие авторы сходятся во мнении, что латерализация функций у женщин менее выражена, возможно, вследствие различной функциональной организации полушарий. Существующие данные о половых различиях в скорости созревания полушарий мозга говорят о том, что у мальчиков к моменту рождения более зрелым является правое полушарие, а у девочек — левое (этим отчасти объяс- 245 ОСНОВЫ НЕЙРОПСИХОЛОГИИ няется и лучшее развитие речевых функций у девочек). Есть наблюдения, свидетельствующие о том, что левое полушарие девочек и развивается быстрее, чем у мальчиков (это становится заметно уже к двум годам), и тормозит специализацию правого, что неблагоприятно отражается на творческой активности личности. С указанными взглядами на половозрастные особенности межполушарной асимметрии согласны не все исследователи этой проблемы. По другим научным материалам, в среднем у мальчиков уже к 6 годам начинает устанавливаться полушарная специализация, а у девочек развитие этой особенности часто задерживается до 12 лет. Меньшая степень функциональной межполушарной асимметрии у девочек по сравнению с мальчиками обусловливает определенную пластичность мозга и больший резерв компенсаторных возможностей при поражении его систем, обеспечивающих высшую психическую деятельность. Несмотря на то что в процессе онтогенеза левое полушарие мальчиков дозревает медленнее, но у взрослых мужчин, как считает ряд авторов, сознание в большей степени «левополушарное». Считается, что тип полу-шарного доминирования у мужчин является устойчивым и сохраняется в различных жизненных ситуациях. С позиций теории пола, более асимметричный мозгу мужчин означает, что эволюция идет от симметрии к асимметрии (В. А. Геодакян). Исследование подростков достоверно подтверждает увеличение числа пра-вополушарности в период полового созревания. Особенно ярко эта зависимость проявляется у мальчиков, она сопровождается ослаблением вербальных функций и снижением успешности в обучении. Есть экспериментальные данные, что в пубертатный период вообще наблюдается инверсия (здесь: обратное соотношение) межполушарной асимметрии, максимум которой отмечается у девочек в 13, а у мальчиков в 14 лет. Асимметрия в церебральной организации мужчин и женщин в разных областях мозга неодинакова. У взрослых мужчин процентное содержание серого вещества в левом полушарии выше (за исключением центрально-теменной области), чем в правом. Разница особенно хорошо выражена в лобной и пре-центральной областях. У женщин процентное содержание белого вещества симметрично. Была найдена большая величина мозолистого тела у леворуких и амбидекстров в сравнении с праворукими, а также больший размер задней части мозолистого тела у праворуких женщин по сравнению с мужчинами, в то время как передний отдел у мужчин был больше, чем у женщин. Различия корковых структур в левом и правом полушариях мозга описаны при применении анатомического метода и магнитно-ядерного резонанса в височной области, а также в лобной и затылочной областях мозга мужчин и женщин с более сильно выраженной латерализацией у мужчин. Показано, что у мужчин значительно чаще встречаются выраженные афазии и апраксии при поражении задних, а у женщин, наоборот, передних отделов левого полушария. Если исходить из того, что относительно большее нарушение функций должно наблюдаться при локальном левополушарном 1А(л |