Коты-воители. Сила Трёх - 5. Длинные тени. Эрин Хантер Длинные тени
![]()
|
Глава XXIВоробушек раскладывал свежую порцию пижмы на плоском камне перед Заброшенным гнездом, когда почуял запах Львиносвета, доносившийся со стороны туннелей. Забыв обо всем на свете, он бросился к входу в подземелье. Вскоре послышался громкий шорох из‑за зарослей колючек. Запах Львиносвета стал еще сильнее, но теперь к нему примешивался сильный аромат кошачьей мяты! – Ты нашел ее! – завопил Воробушек, когда брат выскочил наружу. – Воины Ветра тебя заметили? Львиносвет замялся, и Воробушек шкурой почувствовал исходившую от него волну гнева и страха. – К чему эти глупые вопросы? – огрызнулся Львиносвет. – Разве я добрался бы сюда, если бы они меня поймали? Ты чувствуешь запах крови и ран? Воробушек сердито махнул хвостом. Хочет играть в прятки – на здоровье! Сейчас не время выяснять, почему Львиносвет ведет себя так, будто у него муравьи завелись под шкурой! – Лучше поправь поскорее колючки перед входом, – буркнул он. – От них за три хвоста несет твоим запахом. Не хватало только, чтобы кто‑нибудь узнал о том, что мы сделали! Львиносвет беспрекословно вернулся к выходу и принялся шуршать колючками, а Воробушек, подобрав мяту, помчался к гнезду Двуногих. * * *– Где ты это достал?! Голос Листвички заставил его оцепенеть. Воробушек не успел придумать, как объяснит наставнице чудесное появление мяты, и надеялся успеть раздать лекарство больным до ее появления. – Небесные предки, это же настоящая кошачья мята! – ахнула Листвичка, зарываясь носом в охапку душистой травы. – Да какая свежая, какая сочная! Это ведь не те росточки, что остались возле Заброшенного гнезда, верно? Где ты достал ее? – Ну… – промямлил Воробушек, не разжимая зубов. – Вот там! – он неопределенно махнул хвостом в глубь территории Грозового племени. – Слава Звездному племени! – прошептала Листвичка. – Это ведь небесные предки указали тебе, где ее искать? – Ну… в общем‑то, да, – ответил Воробушек. Честно говоря, это была почти правда. Не было бы у них никакой мяты, если бы Светлая не указала ему путь на территорию племени Ветра! – Только это все, – поспешно прибавил он. – Больше там ничего нет. – Да тут даже больше, чем нам нужно! – воскликнула Листвичка. Она была так счастлива, что и не думала приставать к Воробушку с дальнейшими Расспросами. – Идем же скорее, раздадим лекарство больным! Когда они пересекли пограничные метки вокруг гнезда, Листвичка вдруг остановилась и сказала: – Сегодня половина луны. Думаю, на этот раз мы пойдем к Лунному Озеру вместе. Воробушек молча кивнул. Интересно, что‑то скажет ему Звездное племя? Поблагодарит ли за спасение племени Теней? Хорошо было бы заглянуть в сны Перышка и узнать, как он объяснит своим предкам то, что его племя едва не отреклось от них ради Сола! Но больше всего Воробушку хотелось поскорее очутиться на тропе к Лунному озеру, пройти по отпечаткам лап древних котов и вновь почувствовать себя Воробьиным Крылышком. * * *Воробушек не мог видеть, но он отлично представлял себе, как призрачный свет месяца серебрит его шерсть и освещает лапы, осторожно ступающие по зигзагам тропинки, протоптанной древними котами. «Интересно, приходил ли я сюда, когда был Воробьиным Крылышком? Есть ли здесь мои собственные отпечатки?» В эту ночь все целители были в сборе, и это было почему‑то очень приятно. Даже Мотылинка явилась вместе с Ивушкой. «Наверное, боится, что остальные заподозрят неладное, если она повадится каждую луну отлеживаться дома на подстилке!» – с усмешкой подумал Воробушек. Подойдя к краю озера, он уже приготовился лизнуть ледяную воду, но Листвичка неожиданно остановила его. – Подожди. Воробушек изумленно сел и ему передалось радостное волнение наставницы. – Прежде чем мы откроем свои сны Звездному племени, – начала Листвичка, и ее голос эхом прилетел к Воробушку от другого берега озера, где шумел водопад, – я хочу исполнить свой долг. Звездное племя сказало мне, что мой ученик готов стать настоящим целителем. Это было настолько неожиданно, что Воробушек не сумел скрыть своего изумления. Наверное, Листвичка решила наградить его за кошачью мяту! На миг Воробушку стало совестно. Простодушная Листвичка даже не подозревала, что он использовал Пустельгу и Львиносвета для того, чтобы раздобыть мяту, а потом солгал целительнице о том, где он ее нашел. «Зато Грозовое племя не умрет от зеленого кашля!» – напомнил себе Воробушек. Какая разница, каким способом он раздобыл это спасение! Тепло разлилось по его телу при воспоминании о том, как обрадовались больные коты, когда они с Листвичкой принесли им драгоценное лекарство. Приняв мяту, они сразу же спокойно уснули, и даже кашлять стали меньше. А ведь у них еще полно лекарства, на всех хватит! – Что же ты молчишь, Воробушек? – пряча усмешку, спросила Листвичка. – Барсук откусил тебе язык? – Я… нет… То есть, спасибо! – выпалил Воробушек. – Подойди ко мне. Воробушек медленно двинулся вдоль берега, стараясь не поскользнуться на мокрой глине. Не хватало только плюхнуться в Лунное Озеро перед началом церемонии! Когда он проходил мимо Корявого, старый целитель одобрительно крякнул: «Молодец!» , а Пустельга легонько погладил его хвостом. Наконец, Воробушек остановился перед Листвичкой и даже растерялся, оглушенный силой ее любви, гордости и счастья. Ее чувства были даже сильнее чувств Половинки Луны. Неужели он, действительно, так много для нее значит? – Я, Листвичка, целительница Грозового племени, призываю моих предков‑воителей посмотреть на этого оруженосца. Он старательно учился, постигая мудрость целителя, и с вашей помощью будет много‑много лун верой и правдой служить своему племени. Шерсть Воробушка встала дыбом и задрожала от радостного волнения. Он позабыл о других целителях, сейчас ему казалось, будто вокруг нет никого, кроме них с Листвичкой и неумолчного рокота водопада. – Воробушек, – продолжала Листвичка, – обещаешь ли ты строго следовать законам целителей, стоять выше соперничества племен и помогать всем котам, даже ценою своей жизни? – Обещаю! – громко и уверенно ответил Воробушек. На мгновение ему почудилось какое‑то движение сзади, и усов его коснулся нежный запах, не принадлежавший Грозовому племени. «Половинка Луны!» Неужели она пришла взглянуть на церемонию его посвящения в целители? Воробушек надеялся, что белая кошка поймет значение этого события и смирится с тем, что он все равно не мог бы принадлежать ей так, как ей бы этого хотелось. Вернее, как бы им обоим этого хотелось… – Тогда, властью, данной мне Звездным племенем, я даю тебе имя целителя. У Воробушка испуганно заурчало в животе. «Только не называй меня Воробьиным Крылышком, пожалуйста!» – взмолился он про себя. Он смирился с тем, что открылось ему недавно во сне, но не хотел бы прожить остаток жизни с именем своего двойника из глубокого прошлого. – Воробушек, отныне ты будешь зваться Воробьем, – просто сказала Листвичка. – Звездное племя гордится твоим искусством и жаждой знаний. Ты еще молод, но уже спас жизни многих котов! Воробей почувствовал, как сердце его тает от гордости и счастья. Хорошо, что Листвичка не стала подробно объяснять, чем он заслужил сегодняшнюю церемонию! В последнее время отношения между племенами оставляли желать много лучшего, так что безопаснее будет не посвящать соседей в свои проблемы… Впрочем, если бы не вражда между племенами, Листвичка могла бы просто попросить кошачьей мяты у Корявого! Листвичка положила подбородок на макушку Воробейника, а он лизнул ее в плечо. – Воробей! Воробей! – первым воскликнул Перышко, и все остальные радостно подхватили его крик. Даже Ивушка не отмолчалась. «Больше не будешь задирать нос!» – мстительно подумал Воробей. – А теперь побеседуй с предками, как настоящий целитель, – ласково проурчала Листвичка. – Пусть пошлют тебе хороший сон, – напутствовал его Корявый. * * *Слегка нервничая, Воробей вернулся к озеру и улегся на камнях. Он немного опасался, что звездные воины спустят с него шкуру за нечестный способ, которым он заслужил себе настоящее имя целителя. Щербатая уж точно не отмолчится! «Да пусть шипят, какое мне до них дело? – раздраженно подумал Воробей. – Я спас свое племя, и это самое главное!» Он вытянул шею, лизнул холодную воду и закрыл глаза, накрыв нос пушистым хвостом. Миг спустя он зажмурился от незнакомого света. В первый миг Воробью показалось, будто он стоит на вершине холма, где недавно встретил Утеса. Но, приглядевшись повнимательнее, он узнал зеленую полянку, где когда‑то к нему пришла Светлая. Теплый душистый ветерок ласково перебирал шерсть на спине Воробья, и все его тревоги растаяли, как лед в пору Юных Листьев. На поляне никого не было, но когда ветерок всколыхнул кроны деревьев, Воробей увидел двух котов, сидевших на ветке. Храбрая и Смелый смотрели на него сияющими звездными глазами. Еще через миг заросли папоротника‑орляка расступились, и на поляну вышла Светлая. Прекрасная серебристая кошка подошла к Воробью и дотронулась носом до его носа. Воробейник зажмурился, с наслаждением вдохнув ее нежный запах, смешанный с ароматом трав. – Здравствуй, Воробей, – промурлыкала Светлая, и он увидел радость в ее глазах. – Теперь ты стал настоящим целителем! – Этим я обязан тебе, – честно ответил Воробей. – Ты подсказала мне, где искать кошачью мяту и спасла мое племя. – Я была рада помочь вам, – зеленые глаза Светлой засверкали от любви и счастья. – Когда‑то я тоже хотела избрать дорогу целительницы, но Звездное племя уготовило мне иную участь. Теперь я помогаю всем котам, которым нужна моя помощь, какому бы племени или клану они не принадлежали. Воробей с глубоким уважением поклонился ей. – Благодарю тебя. Спасибо, что прошла такой долгий путь ради нас. Светлая снова коснулась носом его носа и тихонько рассмеялась. – Мне кажется, ты забрался еще дальше, друг мой. Воробей вздрогнул от неожиданности, а потом нерешительно спросил: – Я еще увижу тебя? – Все в лапах звезд, – ответила Светлая. Ее теплое дыхание согрело серую шерсть Воробья, сияние ослепило его, и ему показалось, будто серебряная кошка подняла его в небо, чтобы сделать звездой. А потом все закончилось. – До свидания, Воробей! – донесся издалека нежный шепот Светлой. Воробей открыл глаза – и его обступила тьма. Он лежал на холодной гальке перед Лунным Озером, и остальные целители, позевывая, просыпались вокруг него. * * *Когда они с Листвичкой вернулись в лагерь, их встретили возбужденные крики на поляне. Затем раздался зычный голос Ежевики: – Успокойтесь немедленно! Сейчас я все улажу. – Все стали очень раздражительны, – вздохнула Листвичка. – И неудивительно, коты валятся с лап от усталости. Ах, скорее бы закончился этот ужасный зеленый кашель! Пойду, соберу укрепляющих трав для воителей, – пробормотала она, скрываясь в своей палатке. – Воробушек, можно мне поговорить с тобой? – крикнул Ежевика. – Конечно, только я теперь Воробей, – с важностью ответил целитель. К его глубокому разочарованию, никто из собравшихся даже внимания не обратил на его слова. Подавив раздраженное шипение, Воробей резко спросил: – Что стряслось? – Бурый доложил, что рассветный патруль заметил лису на территории племени Ветра, неподалеку от нашей границы, – ответил Ежевика. – Вы с Листвичкой ничего не видели по пути? – Я ничего не видел, – буркнул Воробей. – Запах лисы был, но готов поклясться хвостом, что он исходил не с нашей территории. – Если она поселилась возле границы, то в любой момент может прийти сюда! – встревожено затараторила Ромашка. – Наши котята в опасности! – Как и коты, оставшиеся в Заброшенном гнезде, – взволнованно пробасил Крутобок. – Что если лиса доберется до них? – Ладно, будь по‑вашему. Крутобок и Бурый, проверьте все следы, – приказал Ежевика. – Если найдете место, где лиса перешла границу, выследите ее и выясните, не устроила ли она нору на нашей территории. – Отлично, – с явным облегчением кивнул Крутобок. Они с Бурым уже готовы были выскочить из лагеря, но Воробей остановил их. – Листвичка хочет дать вам укрепляющих трав. – Спасибо, Воробей, – ответил Бурый, и они с Крутобоком помчались в пещеру целительницы. – Так, теперь охотничьи патрули, – устало вздохнул Ежевика. – Уголек, ты не мог бы возглавить один? Возьми с собой Медуницу и Березовика. И еще… – А кто мне подстилку сменит? – перебила его Кисточка. – Вот уже несколько дней я сплю на старой! Все коты заняты, даже попросить‑то некого. Никакого почтения старикам, где же это видано? Воробей отчетливо услышал, как Ежевика подавил вздох. – Конечно, Кисточка. Оруженосцы немедленно сменят тебе подстилку. – Вот так‑то! – довольно фыркнула старуха. – С какой стати мы должны заниматься этим? – возмущенно прошептала Лисенок на ухо сестре. – Кисточка злющая, как барсук с раненой лапой, – шепнула в ответ Ледышка. – От нее никогда слова доброго не дождешься! – Вот именно! Только и слышишь: «Мох сырой!» да «Папоротник колючий!» , – закивал Лисенок. Воробей обернулся к оруженосцам и сердито отчеканил: – Ваш долг заботиться о старейшинах! Постарайтесь выказывать больше почтения к старости. Интересно, вам бы понравилось спать на грязной подстилке? – Ты нам не наставник! – огрызнулся Лисенок. – И не указывай, что нам делать! Воробей вытянул шею, так что почти уткнулся носом в нос дерзкого оруженосца. – Немедленно займитесь Кисточкиной подстилкой! Или я пойду к Ромашке и расскажу, что ты задумал накормить Прыгушу кроличьим пометом, выдав его за вкусные ягодки! Он почувствовал, как Лисенок похолодел от страха. – Откуда ты знаешь? – пролепетал он. – Не скажу, – ответил Воробей. – Но лучше тебе со мной не шутить. – Ничего ты Ромашке не расскажешь! – прошипел Лисенок. – Хочешь проверить? – оскалился Воробей. – Ладно, мы уже идем. Пошли, Ледышка. Что встала? Лисенок подтолкнул сестру в сторону палатки старейшин, но Воробей услышал, как Ледышка возмущенно шипит на брата: – Кроличий помет? Это еще что такое? – Да так, неважно, – пробурчал Лисенок. – Бежим за мхом! Воробей довольно расправил усы и по резкому запаху целебных трав догадался, то Листвичка уже раздает воинам укрепляющее снадобье. – Спасибо, Листвичка, – прогудел Ежевика. – Только не трать на нас все свои запасы! У тебя хватит лекарств для больных? – С запасом! – весело ответила целительница. – Сейчас пошлю Воробья к Заброшенному гнезду, пусть отнесет травы больным. Послушай, Ежевика, у меня к тебе большая просьба. Ты не мог бы попросить охотников поискать молодую дичь? Больным и выздоравливающим она гораздо полезнее старой. После того, как мы начали лечить котов кошачьей мятой, у них разыгрался просто барсучий аппетит! – Будет сделано, – ответил Ежевика. – Все слышали? Песчаная Буря, сегодня твоя очередь охотиться для больных? Возьми с собой Ягодника, Уголька… – Ты не обратил внимания, – едко спросил Ягодник, – что уже поручил Угольку возглавить охотников? Не может же он разорваться пополам! – Ох, мышиный помет! – смущенно воскликнул Ежевика. – Извини, Уголек. Конечно, я ошибся. Ты… – Уголек, тебе барсук язык откусил? – неожиданно набросилась на серого воина Белка. Воробей невольно сморщился, пораженный ее совершенно необъяснимой яростью. – Мог бы и сам напомнить, а не стоять, как пень! – Извини, я просто… – растерянно пролепетал Уголек. – Извинениями животы не набьешь! – не унималась Белка. – Почему ты промолчал? Неужели не понимаешь, сколько забот свалилось на Ежевику? Он же вообще не отдыхает! Не может же он один все делать и все помнить! – Постой, Белка… – смущенно прогудел Ежевика, не меньше других озадаченный такой яростной защитой. Но Белка даже ухом не повела в его сторону. Воробей чувствовал, что к ее гневу примешивается отчаяние. Его мать никак не могла смириться с тем, что сидит в лагере, когда все остальные трудятся, не покладая лап. – Если с Ежевикой что‑нибудь случится, вы все захотите стать глашатаями вместо него! – рычала она. – Вы всегда готовы упрекать его за малейшие ошибки, но кто из вас захотел бы сейчас стать на его место? – Белка, уймись! – уже строже прикрикнул Ежевика. – Зачем поднимать такой шум из‑за пустяка? Белка возмущенно зашипела, и бросилась прочь. Воробей с невольной гордостью посмотрел ей вслед. Да, его мать всегда прямо говорила то, что думала! Отцом он тоже гордился, ведь Ежевика взвалил на себя такую огромную ответственность, заменяя больного Огнезвезда. – Еще раз извини, Уголек, – продолжал Ежевика. – Ты возглавишь тех, кто охотится для лагеря. Песчаная Буря, возьми Мышеуса вместо Уголька. – Замечательно, – холодно ответил Уголек и направился к выходу. «Великое Звездное племя, да все совсем не замечательно!» – подумал про себя Воробей. – «Ежевика обманывает сам себя, если думает, что все улажено!» * * *По дороге в свою палатку он думал о том, что же означала эта неожиданная перебранка. Почему Белка кричала с такой неподдельной злобой, почему Ежевика с такой готовностью поспешил извиниться, и почему Уголек так и не простил его? Что же происходит между тремя этими котами? Воробей потряс головой, отгоняя эти мысли. Что бы там ни было, пусть взрослые сами разбираются! Его это точно не касается! |