Вельяминов Г.М., Международное экономическое право и процесс (Академический курс) Учебник. - Волтерс Клувер, 2004 г. Вельяминов Г.М., Международное экономическое право и процесс (Ак. Международное экономическое право и процесс
![]()
|
4. Глобализм§ 28. Глобализм в понимании его в качестве объективного социально-экономического явления можно определить как планетарно (глобально) ориентированную экспансию отдельных индивидов, коллективов, государств и межгосударственных объединений в сферах торговли, коммуникаций, информатики, промышленности, науки, техники, культуры, религии и т.д. с конвергенционным эффектом. Глобализм (или глобализация - как процесс) не нов. "Глобализация ни в коем случае не совершенно новое или внезапное развитие" (П.Маланчук, глава Департамента международного права Университета Эразма, Роттердам, Нидерланды). Уже в древнем мире Римская империя претендовала именно на "глобальное" владычество во всей тогда реально освоенной ойкумене греко-римской цивилизации, включая и ее периферию, понимавшихся как Pax Romana - Римский Мир. И нужно сказать, успехи этого глобализма (конечно, так не называвшегося в то время, ибо мир не мыслился еще как шар - globus) были гораздо значительнее, чем в наше время: создано было единое торгово-экономическое, правовое и отчасти культурное пространство. § 29. Особой моделью глобализма был глобализм периода колониального освоения мира прежде всего европейскими государствами, начиная с эпохи Великих географических открытий, т.е. с XV в., и до середины XX в. Это была система "мозаичной" глобализации, составлявшейся из отдельных фрагментарных подсистем по модели "метрополия - колонии". Отличительной чертой глобальной колониальной экспансии служил метод монопольной торгово-экономической эксплуатации отдельных колоний, причем и в планетарных масштабах. Колонии добывались в борьбе, во-первых, с покоряемыми народами и, во-вторых, между самими колонизаторами. Движущей силой этого процесса было не просто завоевание, но эксплуатация завоеванных территорий и населения, прежде всего посредством неэквивалентной торговли. В огромных масштабах продавались и рабы из Африки в Америку. Встречаются суждения, что именно рабский труд и заложил во многом основы богатств США. Вся геополитическая история эпохи капитализма - есть история борьбы за рынки товаров и приложения капиталов в форме захвата и эксплуатации все новых территорий и земель силами и средствами метрополии без свободного допуска конкурентов из других государств. Это и было главным стимулом так называемых Великих географических открытий. Географически масштабы общемировых, прежде всего торговых связей стали уже к концу XIX в. фактически глобальными. Метрополии, монополизируя рынки своих колоний (монополистический колониализм), налаживают их всестороннюю торгово-экономическую эксплуатацию, превращая колонии в свои сырьевые придатки, вкладывая капиталы не только в торговые, но и в аграрные, горнодобывающие и т.п. секторы экономики колоний. Эта структура сохраняется в основе и до сих пор. § 30. Крушение колониализма в середине XX в. происходило во многих случаях не только в результате борьбы колоний за независимость (борьбы далеко не везде активной и действенной), но и под воздействием ряда мощных индустриальных стран (в первую очередь США), которые либо опоздали к колониальному разделу, либо после мировых войн лишились своих колоний и зависимых территорий (Германия, Италия, Япония), либо, наконец, были уже не в состоянии на прежних основах сохранять свои колонии (Великобритания, Франция, Нидерланды, Бельгия, Испания, Португалия). Но все эти страны оставались заинтересованы в продлении если не индивидуальной, то коллективной эксплуатации всего массива бывших колониальных территорий и их населения. Обращает на себя внимание то, что именно эти страны и составляют, в основном, костяк индустриально развитых стран сегодня. § 31. Всемирные связи в эпоху колониализма, однако, практически ограничивались скромными техническими транспортными и коммуникационными возможностями. И только во второй половине XX в. успехи авиации и телекоммуникаций делают планету действительно общей. Две великие планетарного масштаба революции - научно-техническая и антиколониальная - придали современной модели глобализма (точнее - неоглобализма) реальную геополитическую и техническую базу и императив. Именно это и предопределяет в принципе необратимость процесса глобализации. Принципиальными особенностями неоглобализма являются, во-первых, замена метода монополистического освоения рынка методом обеспечения свободы конкуренции. Известно, что наиболее прибыльна торговля - в широком ее понимании - на основах монополии или на основах наибольшей свободы конкуренции для самого мощного производителя и торговца. Если монополистический колониальный глобализм был доступен фактически сильнейшим в военном отношении государствам, то неоглобализм отвечает интересам и проводится в жизнь наиболее конкурентоспособными, экономически могущественными игроками на мировом рынке, сильнейшим из которых, не имевшим себе равных после окончания Второй мировой войны оказались США. Именно они поставили во главу всей своей внешнеэкономической политики первоначально экстравертную либерализацию, а затем - и неоглобализм. Во-вторых, неоглобализм протекает в условиях научно-технической, коммуникационной революции, происходящей со второй половины XX в., которая придала невиданные ранее размах и темпы развитию мировых торгово-экономических связей. § 32. Концептуально и в западной экономической и правовой доктрине оценки и понимание объективного феномена глобализации весьма различны. Умеренно-взвешенный подход (С.М. Шмиттхофф, Дж. Томпсон, П. Маланчук, О. Шахтер и др.), на наш взгляд, правильно оценивает глобализацию как сегодняшнее выражение традиционного исторического процесса интернационализации, как фазу этого процесса, характеризующуюся усилением международного взаимодействия. А ее экономической основой считают беспрецедентное развитие науки и техники, потребностей современного производства в крупных рамках, в расширении торговли и движения капиталов. При этом не упускается из виду и роль противостояния - сотрудничества Севера и Юга. Другая концепция во многом ориентируется не столько на объективное сегодняшнее общепланетарное состояние, сколько на однозначно предполагаемую непреложную перспективу развития. Это концепция, которую можно назвать концепцией самодовлеющей торгово-финансовой глобализации (П.Кеннеди, Л.А.Кан, А.Слотер, С.Хантингтон и др.). Для нее характерны следующие мировоззренческие идеи. На смену национальному капиталу приходит капитал стран Триады (США, ЕС, Япония), не имеющий национальной основы, свободно проницающий мешающие ему национальные границы в поисках дешевого сырья, дешевой рабочей силы, мест эффективного приложения капиталов. Основной фактор развития - свободный и неконтролируемый рынок, главные действующие силы на котором - транснациональные корпорации. Роль государства при этом снижается и сводится к организации сотрудничества, в частности, в рамках ВТО. Именно эта политико-стратегическая концепция фактически лежит в основе современного управляемого процесса неоглобализации. § 33. К 80-м гг. XX в. в результате осуществления экстравертной либерализационной политики свободы торговой конкуренции в рамках Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ) Соединенным Штатам и другим промышленно развитым странам удалось практически обеспечить максимум свободы торговой экспансии для промышленных товаров, причем по существу уже почти в глобальных масштабах, ибо к 80-м гг. XX . вне системы ГАТТ оставалось сугубое меньшинство торговых государств мира. На повестку дня встал вопрос о дальнейшем пространственном и предметном расширении свободы торговли на мировом рынке, распространении этой свободы не только на рынок товаров, но и услуг, инвестиций, интеллектуальной собственности и т.д. Эти проблемы и явились предметом согласования в рамках Уругвайского раунда ГАТТ в 1986-1994 гг. (см. § 285, 286). § 34. Именно в это время администрацией президента Рейгана неоглобализм был провозглашен в качестве внешнеэкономического курса США*(3). А уже в 90-е гг. глобализация стала "прожужжавшим уши" словечком*(4). Однако концептуально инициированный США курс на неоглобализм отнюдь не совпадает с объективно-исторически эволюционирующим и наблюдаемым феноменом глобализма в вышеприведенном широком его понимании. От всего многообразия этого феномена, во-первых, в инициированной США концепции глобализма выделенной оказалась лишь его торговая составляющая. Во-вторых, обозначилось централизованное регулирование этой составляющей, в частности, в рамках ВТО, МВФ и МБРР. Кратко соответствующая неоглобалистская концепция может быть выражена как формирование общего делового и информационного глобального пространства. В этом и только в этом направлении и наблюдаются реальные успехи неоглобализации. Мировой торговый оборот растет темпами, опережающими темпы роста производства. При этом не следует упускать из виду, что и информационный, и культурный (наиболее часто - субкультурный) международный обмен, хотя имеют специфическое, включая идеологическое, значение, в экономическом смысле - суть разновидности торговли товарами, услугами, интеллектуальной собственностью и т.п. Неоглобализм в современном исполнении - есть торжествующая политика экстравертного либерализма (иначе - экстравертного протекционизма) ведущих государств мира. |