Принцесса-лебедь. Принцессалебедь
![]()
|
Принцесса-лебедьЖил в королевской столице бедняк, вязал он метлы. Навяжет целый воз и везет на рынок продавать. Вот узнал он, что какой-то барин нанимает работников и платит по сто золотых в месяц. Говорит бедняк сыну: – Это, парень, работа стоящая! Не пойти ли тебе? Сто золотых в месяц! Ну, наш Тонда сейчас же собрался, пошел и нанялся. Целый месяц никуда не ходил, не ездил, кормил пару коней. Первый месяц кончился, он и думает: «Что ж, сто золотых получил, пойду-ка в трактир пива выпить». Только пришел, за ним сейчас же прибегает служанка. Беги, дескать, скорее домой, повезешь барина на прогулку. – Что, – говорит, – за черт, целый месяц дома просидел, а как только захотел кружку пива выпить – вези барина! Однако пошел домой. Барин приказывает ему запрягать. Покатили они через зеленый луг, приезжают к морю. Барин слез, хлестнул по воде прутиком, вода сейчас же расступилась, получилась в море сухая тропинка, и они пошли по ней, идут хоть бы что. Шли, шли, вдруг Тонда заупрямился – не пойду, дескать, дальше, и повернул обратно. Но позади них опять было море, так что, хочешь не хочешь, пришлось идти дальше. Барин привел его к черному замку и приставил к стене лесенку. – Лезь,– говорит, – Тонда, в то вон окно, там куча денег, сбрасывай их мне. Тонда влез в окно. И вдруг окно начинает сжиматься, делается все уже и уже, а барин снизу кричит: – Тонда, кидай! – А как мне кидать? Вот окно разойдется, станет таким же, как было, когда я залез, тогда и буду кидать. А окно вдруг и вовсе сошлось, закрылось, и даже щелочки не осталось. Остался наш Тонда, как в мешке. Темно, точно в погребе. Вдруг раздался страшный грохот, подкатилась ему под ноги черная бочка, и стало светло, как на пожаре. Бочка рассыпалась, и из нее выскочил какой-то пан – весь черный, будто в саже искупался. – Что ты здесь ищешь, Тонда? – закричал он. А голос у него будто из-под земли доносится. Тонда трясется, как студень. – Я, барин, ни крейцера не выбросил! А тот опять: – Что ты здесь делаешь? – Я, барин, ни крейцера не выбросил! – А что же ты здесь делаешь? – Я, барин, ни крейцера не выбросил! – Ну, раз ты ни крейцера не выбросил, пойди пригляди, сколько твой хозяин работников загубил. Их было тут девяносто девять. Погляди на них: а ты был бы сотый, если бы хоть к грошу притронулся! Но раз ты его не послушал и ничего не взял, можешь остаться у меня работать. Будешь Получать сто золотых в месяц. А тамошний месяц был – наш год. О еде, питье Тонде заботиться не приходилось, всегда все готовенькое на столе стояло. Поправился Тонда за этот год, Стал круглый, как пончик. Отслужил первый месяц. Тут черный пан говорит ему: – Тонда, я на месяц отлучусь. Оставайся здесь, будешь ходить за парой коней и козой. Смотри, чтобы все было в порядке. Проходит месяц. Вдруг опять пошел страшный грохот по всему замку, подкатывается черная бочка, обручи лопаются, появляется черный пан. – Ну, у тебя здесь все в порядке, это мне нравится. А ты как живешь? – Да как! Мне скучно. – А чего бы тебе хотелось? – Карты, время коротать. – Что одному с картами делать! Не выиграешь, не проиграешь. Ну, да вот тебе карты. Через месяц пан приходит пешком, все осматривает. – Вижу, Тонда, что у тебя все в порядке, люблю за это. А ты как поживаешь? – Да мне бы что-нибудь веселое, чтобы время коротать. – А что? – Жену. – Хм, жену! Вот слушай: пойдешь на один день вон на тот пруд. Там ракитовые кусты. Залезь в куст и сиди. Прилетят купаться три лебедки. Которая опоздает, ту поймай и вырви у нее из-под крыла три перышка. Она будет бегать за тобой, клянчить, но ты ни за что их не отдавай. Прилетели лебеди, поплескались вволю и улетели. Но одна лебедка испугалась, замешкалась, Тонда схватил ее и вырвал из-под крыла три перышка. В тот же миг превратилась она в прекрасную принцессу и просит-молит его: отдай, зачем ты это сделал. Но Тонда и разговаривать не стал. Пошел своей дорогой, а та прибежала следом за ним к черному пану. – Вот видишь, Тонда, теперь у тебя есть жена. Больше не будет у тебя на столе появляться не сваренная еда, теперь тебе будет хозяйка готовить. Хозяин запер перышки в старый сундук в седьмой комнате, ключ отдал Тонде, а сам опять уехал. Тонда стал целоваться с принцессой, и ему это очень понравилось. Играли они вдвоем в карты и все время придумывали всякие развлечения. Не одно, так другое. Трудно им, что ли, придумать? Но какое нам до этого дело. Через месяц пан возвращается. Весь побелел, только на шее осталось два черных пятнышка. __ Как живешь? – Хорошо, хозяин! Только по родителям соскучился, охота с ними повидаться. – Ой, не делай этого! Станешь несчастным. – Все равно пойду. Они уже старые. Я обещал вспомнить их хоть грошиком, а теперь сколько времени прошло, а я им ни разу ничего не посылал. – Ну, ждет тебя там несчастье. Но Тонда стоял на своем, и пан дал ему ключ: – На, возьми ключ, бери коней и поезжай. Козу оставь здесь, я с ней побуду. Тонда поехал домой. Приехал, вышел на барский луг, воткнул ключ в землю и повернул его влево. Сейчас же на этом месте появился черный замок, такой же, как и тот. Тонда поставил коней в конюшню и пошел в замок. Отцов домик стоял на отшибе, прямо против этого замка. В городе в тот день был престольный праздник. Тонда говорит своей принцессе: – Пойдем повидаемся с родителями. Заперли дом и пошли. Мать мешала шкубанки, батя стоял у окна. – Гляди-ка, жена, – говорит, – гляди, кого это к нам несет? Какие-то господа идут сюда на храмовый праздник. – Молчи, балда! Кто к нам пойдет? У самих ничего нет, и парень сколько лет где-то пропадает. – Да ну тебя! Сказано, идут сюда. Тут Тонда открывает дверь, здоровается и сразу к ним: – Были у вас дети? – А как же! Был у нас сын, да уж сколько лет где-то пропадает. Даже весточки ни разу не прислал. Должно быть, и в живых нет. – А вы его узнали бы? – Как не узнать! У него слева подмышкой черное родимое пятно. Тонда скинул пиджак и показывает им эту примету. Мать тут же в обморок упала. Привели ее в чувство, и после обеда Тонда повел их в свой замок. Было чем похвастать! Провел по всем палатам. Приходят к седьмой, где был старый сундук, а в нем три перышка. Мать говорит: – А сюда почему не пускаешь? Известное дело, разбогател и не хочешь с нами знаться. – Э, да там ничего нет. – Вижу, вижу, что не хочешь с нами знаться. Пришлось отпереть. – А что у тебя в этом сундуке? – Что? Ничего у меня там нет, ничего! – Ну да, просто не хочешь с нами знаться. Тонда не утерпел, отпер сундук, лебедь сейчас же схватила свои перышки и улетела. А у Тонды ничего не осталось, сидит на зеленом лугу и горько плачет. Когда выплакался, пошел пешком обратно к морю, в черный замок. Хозяин спрашивает: – Ну, как съездил? – Эх, барин, плохо! Жена у меня пропала, не знаю, куда девалась. – Вот видишь, говорил я тебе. Я тоже не знаю. Остается одно – спроси нашу козу, может она что знает. Приходит заплаканный Тонда к козе. Коза спрашивает: – Что с тобой? – Ах, не знаешь ли чего о моей хозяйке, – улетела, и неизвестно, где ее искать. – Да она, милый, золотой, за триста миль отсюда. Отпросись у хозяина на три дня, поедем за ней. Тонда говорит черному, тот стал чесать затылок: – За три дня не справишься, где там! На это дело потребуется тебе не меньше девяти дней. Вот сел Тонда на козу и поехал. Коза шаг шагнет – сразу миля. Примчались в какой-то городишко. Там пруд, возле пруда корчма. А вдова шинкарка была ведьма. Как увидела Тонду, сразу решила сбыть ему свою дочь Амальку. А в этом пруду каждый вечер купались те три лебедки, и Тонда тотчас понял, что приехал куда надо. Вечером пошел на пруд подстерегать их. Амалька – с ним, показать ему место, а шинкарка дала ей два яблока: – На, будешь есть, когда придете на запруду. А второе яблоко дашь этому невеже, посмотришь, что будет. Ладно. Приходят на запруду, девчонка принимается за яблоко. – Мм, какое душистое яблочко! Дай и мне отведать. – На, вот тебе целое. Тонда съел яблоко и тотчас заснул как убитый. Тут прилетают три лебедки. Одна только окунулась и сейчас же к нему. Будит его, трясет, а Тонда все спит. Вынимает она из кармана белый вышитый платочек и говорит Амальке: – Если он пришел сюда выспаться, то скажите ему, барышня, чтобы в другой раз оставался дома и меня не огорчал. Как только Тонда проснулся, Амалька сейчас все ему рассказала. У Тонды слезы из глаз брызнули, и он обещал себе быть умнее. На следующий вечер опять собрался на пруд подстерегать лебедей. Тут шинкарка дала дочери две груши: – Как придете на запруду, дай ему одну! Амалька проводила его, сели вместе у пруда. Девка начинает грызть грушу. – Какие хорошие груши! Дай и мне отведать. – На, возьми себе целую. Тонда съел грушу и опять заснул как пень. Прилетели три лебедки, а он спит, хоть дрова на нем коли. Одна лебедка только ноги ополоснула и сейчас же к нему. Будит его, щекочет, чего только не делает. Тонда и не пошевельнется. Тогда она снимает с своего пальца кольцо, надевает ему и говорит: – Если он ходит сюда только спать, то скажите ему, барышня, пусть лучше остается дома и не причиняет мне огорчений. Лебеди поднялись в воздух, фррр – и улетели. Когда Тонда проснулся, Амалька все ему рассказала. Тонда и говорит: – Ну, все равно, теперь буду умнее. На третий день шинкарка дала дочери два букета и сказала: – Ты к ним не наклоняйся, а дай ему, пусть понюхает. Амалька опять проводила его к пруду. Уселись на берегу. Она положила эти букетики на колени и все поигрывает ими. Тонда говорит: – Какие красивые букеты! Что это за цветы? – На, понюхай. Тонда понюхал, сейчас же свалился и заснул и спит так крепко, будто сто лет не спал. Прилетели лебеди, сели в камышах у омута. Одна лебедка только лапки чуть-чуть смочила и летит к нему. Будит его, бьет крыльями, клюет, но все напрасно – Тонда не просыпается. Тогда она пристегнула к его поясу шпагу с королевским именем и фамилией и говорит: – Барышня, передайте ему: если хотел выспаться, оставался бы дома, а меня он больше не увидит. Все лебедки поднялись в воздух, взвились за облака и исчезли. Тонда проснулся, протирает глаза. Амалька тотчас ему все рассказала. Он и голову повесил. Плачет, как маленький ребенок. Вдруг слышит – в хлеву коза блеет: «Ме-е, ме-е». – Видишь, говорила я тебе, чтоб про меня не забывал. Теперь они еще на триста миль дальше улетели. Тонда все бросил, в корчму даже и не зашел, помчался дальше. Что ни прыжок, то-миля. Приехали в замок этой, принцессы. Она уже расколдована, вернулась к своим родителям. Объявила, что будет бросать из верхнего окна кольцо: кто поймает это кольцо на шпагу, тот будет ее мужем. Коза и говорит: – Тонда, как поймаешь кольцо, кинь его ей обратно и уезжай прочь, больше ни на что внимания не обращай! Рыцарей туда съехалось – тьма. Всякому хочется ее заполучить. Но, кому она ни бросит, у всех кольцо только звякает о шпагу, а поймать ни один не поймал. Вот является еще один рыцарь, последний. Это был наш Тонда. Коза дала ему вороного коня, черный камзол, а серебряные доспехи так и блестят на солнце. Принцесса бросила кольцо. Тонда сразу поймал, но тут же кинул его обратно, повернул коня и был таков. Тут все загалдели, что чужеземный рыцарь пренебрег принцессой, а ей-то как досадно было! Объявила, что завтра снова будет бросать кольцо. Тонда нарядился еще лучше: весь в алмазах. Когда всем рыцарям пришлось с позором отъехать в сторону, последним подъезжает он. Опять поймал кольцо, но бросил его обратно и ускакал. Все хлопают в ладоши и говорят, что этот неведомый рыцарь не больно-то за принцессой гонится. На третий день коза привела ему белого коня, дала белый камзол, весь в золоте. Всем уж не терпелось увидеть, чем это дело кончится. Тонда опять бросил кольцо обратно и поворачивает коня, чтобы сразу ускакать. А принцесса приказала страже стрелять по нем,– не убить, а только пятку легонько ранить. Тонда глядит – ворота высокие, коню не перепрыгнуть, но все же поскакал. И тут прострелили ему задник сапога. Однако уехал, дома коза замазала ему рану, и нога зажила. Опять улизнул от принцессы! Тогда она дает приказ: все, у кого квартируют чужеземцы, должны заявить королю. Сейчас же притащился старый шинкарь: – У меня, – мол, – ночует такой-то пан, и коза с ним. Она сейчас же запрягла карету четверней, поехала за ним и забрала его в свой замок. Тут перестали они друг перед дружкой петушиться и сейчас же стали готовиться к свадьбе. Потом поехали в черный замок, а замок-то уж переменился, стал красивый, и черный пан поженил их во второй раз. Но с Тонды взял слово, что тот срубит головы и ему и козе. Принес меч, Тонда срубил обоим головы, и упало с них заклятие: черный-то пан был король, а коза – королева! Веселья и радости было столько – ну, никто такого не упомнит. |