ааа. Законодательная техника учебное пособие москва 2010 Чухвичев Д. В
![]()
|
часть (которую не следует путать с частью как структурной составляющей закона). Деление статьи на части служит для выражения в ней элементов различных норм права, фрагментов нескольких различных предписаний, посвящённых регламентации близких по смыслу, но не совпадающих полностью вопросов. Например (как это очень часто можно встретить в тексте действующего Уголовного кодекса России), части статьи могут служить для выражения простого и квалифицированного состава юридического предписания. Возможно так же выражение в первой части статьи сути основного предписания, а во второй – исключения из неё (в одной статье их целесообразнее выразить, дабы не отрывать их друг от друга, не вызывать разрыва в восприятии сознанием адресата предписания). Части статей закона обозначаются арабской цифрой и точкой. Собственного названия части статей не имеют. Впрочем, деление статьи закона на части не является обязательным требованием к её структуре – нередко, статьи сразу, минуя деление на части, делится сразу на более мелкие составляющие. Более мелкой структурной составляющей статьи закона является пункт. Пункты в статье обозначаются арабскими цифрами с закрывающей круглой скобкой. Это позволяет отличать их по тексту от статей, выделяя как менее крупные структурные составляющие. Пункты служат для формулирования логически обособленных положений, входящих в состав элемента юридической нормы. Эти положения едины по содержанию и, дополняя друг друга логически, составляют единое по смыслу предписание. Поэтому, при формулировании и компиляции пунктов особенно важно соблюдение правил логики закона. Пункт может выступать как составная часть статьи закона, но может входить в состав части статьи. Пункты подразделяются на подпункты, обозначаемые строчными буквами русского алфавита с закрывающей круглой скобкой и не имеющие номера. Подпункты служат для дробления большого по объёму и сложного по смыслу положения пункта, которое, не будучи разделённым, будет трудным для осознания и усвоения. В исключительных случаях части, пункты и подпункты статьи закона могут подразделяться на абзацы (в статье закона их может быть не более пяти). Абзацы обычно используются для перечисления однородных положений, формулирования перечня элементов предписания (например, участников правоотношений, прав, обязанностей, объектов этих прав и обязанностей и т. д.). Для идентификации абзацев возможно использование как букв русского языка, так и цифр. Возможно использование для этого знака параграфа. Так же возможно формулирование абзацев без каких бы то ни было идентификационных признаков. Ограничение количества возможных абзацев не распространяется на статьи, содержащие перечни основных понятий, используемых в законопроекте. Деление пунктов в частях статьи либо в разных статьях одного нормативно – правового акта и на подпункты, и на абзацы, которые в тексте пункта будут следовать после двоеточия, не допускается. В подзаконных нормативных правовых актах пункт выступает главной по смыслу структурной составляющей – аналогом статьи. Более крупных структурных единиц в подзаконных актах не используется. 2. На основании относительной общности предмета правового регулирования, статьи законов могут объединяться в главы. Глава служит для более крупного структурирования закона. Она объединяет статьи, структурно соответствуя развитию логики, смысла предписаний. В главах объединяются нормативно – правовые предписания, составляющие небольшие по объёму, несложные по структуре и второстепенные по значению институты права, а так же подинституты (субинституты) права). Элементы норм права могут объединяться в главы на основании как предметного, так и функционального критерия. То есть, главы могут составляться как из норм, объединенных общим предметом правового регулирования, так и из норм, имеющих одинаковое функциональное назначение в механизме такого регулирования (выражение конкретных предписаний непосредственно к поведению субъекта или же законодательное изложение и закрепление общих положений для правильного толкования конкретных предписаний). Глава представляет собой не только структурную единицу закона, но и относительно автономное смысловое образование в его составе. Глава (как и прочие объединения статей в составе закона) представляет собой с одной стороны сложную смысловую и структурную систему, а с другой стороны – элемент более крупной системы. Формирование глав и их положение в структуре закона должно определяться логикой этого закона, смысловым развитием содержащихся в нем предписаний. В отечественной юридической науке97 признается необходимым нумеровать главы арабскими цифрами, хотя на практике нередко использование для нумерации глав римских цифр. Глава имеет собственное наименование (пишется в именительном падеже). Наименование главы печатается с прописной буквы полужирным шрифтом в одну строку с обозначением номера главы, после которого ставится точка. Обозначение главы печатается с прописной буквы и на практике обычно - по центру страницы (хотя среди специалистов98 бытует мнение о необходимости размещать название главы с абзацного отступа). Нельзя не отметить, что этот вопрос нуждается в четком нормативном определении, которое закрепило бы единообразие в обозначении. 3. В наиболее крупных (по объему и по значению в системе правового регулирования) законах главы могут объединяться в разделы. Раздел используется для комплексного и логически единого выражения юридических норм, составляющих подотрасли, а так же крупные по объёму, сложные структурно и играющие большую роль в функционировании правового механизма институты права. Таким образом, в разделах законов объёдиняются для системного изложения достаточно крупных комплексов правовых норм, объединённых общностью предмета правового регулирования, относительно обособленного в рамках регламентируемого определенной отраслью права комплекса общественных отношений. Этот вид структурных составляющих закона представляет собой законодательное образование, обладающее особыми целями, особой ролью в механизме законодательного воздействия на социальную жизнь. Структурирование на разделы возможно в отношении больших по объёму законах, имеющих общеотраслевое или межинституциональное значение. Использование этой структурной единицы возможно при создании актов законодательства, играющих определяющую роль в целой отрасли или подотрасли права, или же объединяющих в себе несколько институтов права (впрочем, последний вариант нежелателен). Например, нередко разделы служат наиболее крупной структурной составляющей кодекса, комплексно выражая основные институты, входящие в кодифицируемую отрасль права. Такая методика структурирования характерна для кодексов, являющихся законодательным выражением норм сравнительно небольших, несложных структурно и пока не получивших глубокой научной разработки отраслей права. Кодексы, состоящие из разделов, создаются в тех случаях, когда законодатель использует при проведении кодификации так называемую французскую методику, предполагающую, что главный упор делается на нормы непосредственного правового регулирования при отсутствии большого системного массива общих положений. Кроме того, как крупнейшая структурная составляющая, раздел встречается в больших по объёму и сложных по содержанию законах, являющихся основополагающими источниками для отдельных крупных комплексов институтов, подотраслей, а так же нескольких тесно взаимосвязанных между собой институтов права, входящих в одну отрасль. При формировании разделов закона возможно использование как предметного, так и функционального критерия. В отечественной законотворческой практике при создании состоящих из разделов кодексов обычно первый раздел посвящается выражению и формальному закреплению общих положений (применяется функциональный критерий), а остальные разделы посвящены регламентации отдельных обособленных комплексов общественных отношений и отражают целые институты права (созданы на основе предметного критерия). В качестве примера можно привести действующие Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Таможенный кодекс Российской Федерации, Семейный кодекс российской Федерации и ещё целый ряд важнейших законодательных актов. Использование такой структурной составляющей, как подраздел нежелательно и допустимо только если это необходимо для обеспечения структурной стройности закона (например, для особой регламентации небольшого, но отличающегося существенными особенностями вопроса, который не может быть урегулирован другими разделами по причине своей специфичности). Наименования разделов и подразделов пишутся в именительном падеже, обозначаются полужирным шрифтом по центру страницы и нумеруются римскими цифрами. Вводить такую структурную единицу закона, как раздел (подраздел), не следует, если в законе нет глав. 4. Наиболее крупной (и наиболее редко встречающейся) структурной составляющей нормативных правовых актов является часть. Подразделение на части возможно только для такой специфической формы законов, как кодекс. Части предназначены для раздельного выражения различных по регулятивному назначению юридических предписаний, для отделения в тексте кодификационного нормативного правового акта общих положений, направленных на систематизацию и обеспечение единства толкования законодательных велений от основанных на этих общих положениях предписаний, направленных непосредственно на регулирование строго определённых общественных отношений, содержащих в себе законченные модели поведения субъектов правоотношений в определённых условиях. Такое выделение в тексте кодексов общих и конкретных юридических предписаний способствует достижению большей системности в их изложении, облегчает их комплексное восприятие, а так же правильное, точное и единое их толкование. Именно эта основная цель применения такой структурной составляющей закона, как часть предопределяет тот факт, что деление на части применяется только в отношении кодексов. Этот вид законов используется как основа законодательного выражения и закрепления (а иногда и единственный источник) самых крупных систем юридических норм, объединённых общностью предмета и целей правового воздействия – отраслей права. (в порядке исключения кодекс может служить для системного выражения и наиболее крупных и обособленных институтов права, однако, в этом случае создаваемый кодекс на части не делится). В связи с этим, в кодексах присутствует как непосредственные, конкретные предписания, так и общие положения, причём, последних оказывается очень много – они и составляют основу, базовую часть отрасли права, для системного и комплексного изложения положений которых и осуществляется кодификация, создаётся кодекс. В иных законах (а тем более, подзаконных актах), которые выражают только определённую часть входящих в отрасль права норм, таких общих положений либо нет вовсе, либо их очень мало, нет необходимости в специальной структурной составляющей для их выражения. Следует отметить, что даже не каждый кодекс имеет в своей структуре части. Наличие двух частей – общей и особенной – свойственно так называемой пандектной структуре кодекса, использование которой характерно для германской методики кодификации (об этом подробнее будет сказано ниже). Применение этой методики предполагающей включение в структуру кодекса общей и особенной частей, целесообразно при проведении кодификации отраслей права, которые велики по объёму, сложны и хорошо научно проработаны. Только в таких условиях общие положения становятся настолько многочисленными, объёмными и сложными, что разделение кодекса по функциональному принципу на части становится целесообразным. Классическая пандектная структура кодекса предполагает органическое сочетание двух частей – общей и особенной. Общая часть, как это ясно из названия, объединяет в себя общие положения, особенная – непосредственные предписания, имеющие целью прямое воздействие на поведение субъектов правоотношений. В отечественном законодательстве примером использования такой структуры кодекса является действующий Уголовный кодекс Российской Федерации. Этот важнейший нормативный правовой акт современной России наглядно демонстрирует преимущества разделения текста кодекса, огромного по объёму и обладающего сложной структурой с огромным количеством сложных и хорошо проработанных научно общих положений. В действующем Уголовном кодексе Российской Федерации достигнуто очень удачное соотношение между общими и специальными положениями, логическая взаимосвязь и взаимодействие. А вот нарушение этой схемы при составлении и дополнении действующего Гражданского кодекса Российской Федерации не послужило усилению регулятивной эффективности этого не менее важного закона. Фактически, принятие третьей части Гражданского кодекса России, а затем и четвёртой части, созданных не по функциональному принципу, а по предметному критерию (когда части создаются с целью раздельного выражения и закрепления норм различных институтов или подотраслей права) сильно дезорганизовало гражданско – правовое регулирование. Неоправданное усложнение структуры (особенно, введение четвёртой главы, посвящённой регламентации очень специфичного блока общественных отношений, для комплексной регламентации которых в структуре гражданского права целесообразнее было бы использование специального тематического федерального закона) исключило возможность достижения идеальной гармонии между общими положениями, сформулированными в первой части и предписаниями, регламентирующими непосредственно отношения, связанные с конкретными гражданско – правовыми обязательствами. В четвертой и пятой частях Гражданского кодекса Российской Федерации есть общие положения, и соотношение положений этих частей (как общих, так и особенных) с положениями первой части не вполне понятно, логической связи между ними не просматривается. Можно сделать вывод, что часть как структурная составляющая кодекса может создаваться только на основе функционального принципа, когда в них сосредотачиваются нормы, имеющие строго определённое назначение в механизме правового регулирования – либо особенные, непосредственно определяющие поведение участников правоотношений, либо общие, обеспечивающие правильное, единообразное и системное толкование норм особенных. Практика существования и функционирования кодексов показывает, что нецелесообразно компановать статьи по предметному критерию, сосредотачивая в частях положения, объединённые общим предметом правового регулирования. И, тем более, недопустимо смешивание этих оснований для объединения положений закона в части, формируя, как это можно встретить в некоторых действующих российских кодексах, одну из этих структурных составляющих из общих норм права и ещё несколько – из положений различных институтов или подотраслей права. Наиболее удачной, если есть необходимость разделения положений кодекса на части, является именно двузвенная структура кодекса, включающая в себя общую и особенную части. Нарушение такой структуры не позволяет достичь необходимой для кодекса системности изложения законодательных предписаний, а ведь такая системность – цель проведения кодификации. 5. Подзаконные нормативные правовые акты по сравнению с законами занимают вторичное положение не только по юридической силе, но и по смыслу. Главная логическая цель издания органами исполнительной власти подзаконных нормативных правовых актов – толкование и конкретизация положений, выраженных и закреплённых в законах. Помимо прочего, это предопределяет упрощенную структуру подзаконных актов. В подзаконных нормативных правовых актах, как уже упоминалось, пункт выступает главной по смыслу структурной составляющей – аналогом статьи. Более крупных структурных единиц в подзаконных актах не используется. Единая система обозначений структурных составляющих нормативно – правовых актов необходима как для системного единства законодательства, так и для облегчения ссылок. К сожалению, законотворческая практика России довольно противоречива в этом отношении. В разных нормативно – правовых актов различного уровня применяются различные способы нумерации. В некоторых актах отсутствует нумерация составных частей статей99, в некоторых актах нумеруются пункты и абзацы только некоторых статей100, в большинстве же актов пронумерованы все структурные составляющие статей. Еще больший беспорядок в этом вопросе царит среди нормативно – правовых актов субъектов РФ. Такая практика создает большие проблемы, дезориентируя исполнителей и затрудняя связь между нормативно – правовыми актами через ссылки. 6. Из общей системы структурных единиц, используемых при создании нормативных правовых актов, выделяются несколько особых составляющих, применяемых в исключительных случаях и имеющих специальное функциональное назначение. Особое место среди структурных составляющих нормативных правовых актов занимают примечания (к статьям, главам, разделам, частям или акту в целом), призванным особо выделить и специфицировать определенные составляющие части нормативного правового акта. Примечание представляет собой структурную составляющую нормативного правового акта, предназначенную для специального текстового подчёркивания. Главная характерная черта примечания – сопроводительный, комментирующий характер обязательных предписаний, содержащихся в нём. Примечания нормативных актов могут быть предназначены для того, чтобы: расширить или сузить сферу действия определенных положений закона (подзаконного акта); предусмотреть исключения из общего правила, установленного законодательным актом; уточнить смысл того или иного термина или всей статьи (дефиниции по тексту акта); определить пределы действия изложенной в нормативном правовом акте нормы; определить условия применения положения статьи; уточнить содержащиеся в нормативном правовом акте оценочные понятия или стоимостные критерии; определить орган государственной власти, который будет осуществлять правоприменение в регулируемой сфере или решить иные вопросы о компетенции; закрепить самостоятельные по смыслу нормы, выделяющиеся из общей логической системы акта. Примечания позволяют добиться более высокой степени конкретности и понятности сложных и неоднозначных предписаний, изложенных в нормативном правовом акте. Они могут выступить весьма ценным инструментом обеспечения логической связи между общими и особенными положениями. Однако, использование примечаний не должно быть обычной практикой в ходе создания и изменения актов законодательства. Частое использование примечаний при создании нормативных правовых актов недопустимо. Они засоряют и загромождают законодательство, ухудшают структуру нормативных актов, отвлекают внимание исполнителей и затрудняют ссылку и цитирование норм права. Примечания деструктурируют акт, рассеивают внимание субъектов правового предписаний, затрудняют формулирование норм, создавая впечатление неравноценности, второстепенности изложенных в примечаниях положений, так же являющихся выражением норм права. По этой причине, использование в тексте законодательства примечаний нежелательно. Такого рода положения лучше формулировать в качестве самостоятельных статей или включать непосредственно в текст той структурной единицы, к которой они относятся. И уже совершенно недопустимо сопровождение одной статьи закона несколькими примечаниями. Поскольку примечания затрудняют восприятие законов и пользование ими, следовательно, в законодательстве их нужно использовать только в исключительных случаях. Только в особых случаях, когда нормативное положение носит дополнительный, толковательный характер, выделяется по смыслу из общей канвы акта, закрепление его в нормативном акте в качестве примечания к статье теоретически возможно. Использование примечаний оправдано в случаях, если: 1) в нормативном акте не разрешается тот или иной конкретный вопрос и для разрешения этого вопроса делается ссылка на другую статью или на другой нормативный акт, где он решается, или же приводится тот орган, который может решить этот вопрос; 2) в примечании нормативного акта законодатель объясняет смысл выражений и терминов, используемых в двух или более статьях. Это относится в первую очередь к понятиям узконаправленных технических терминов, которые необязательно закреплять в самостоятельных статьях; 3) в статьях есть перечисление, один из пунктов которых нуждается в особом пояснении; 4) правотворческий орган считает необходимым толковать помещенный в приложении нормативного акта материал - таблицы, диаграммы и прочее. Но даже в вышеуказанных случаях использования примечаний в целях сохранения ясности и логической целостности акта следует по возможности избегать. По той же причине нежелательно использовать и подстрочные примечания (сноски). Помещение подстрочных примечаний возможно только в процессе систематизации законодательства, при подготовке официальных сборников нормативного материала, когда возникает необходимость прокомментировать текст101. Использование приложений возможно для формулирования положений, по смыслу отличающихся от основного нормативно – правового массива, автономных от них. Например, в приложениях можно приводить таблицы, расчеты, графики, перечни, тарифы, графические изображения, образцы документов, бланков и т. д. Кроме того, в приложении может быть приведена программа мероприятий по реализации акта законодательства. Нормативные предписания включать в текст приложений не следует. Использование в тексте нормативного правового акта курсивов, петитов и других способов выделения части текста представляется нецелесообразным. Все составляющие законодательного акта, все слова, словосочетания, предложения, пункты, статьи и т. д. по своему значению равны. Нет ни необходимости, ни смысла в дополнительном выделении какой – либо части текста акта, это может только дезориентировать субъектов правовых предписаний, создав у них впечатление об исключительном положении этой части, о ее приоритете над остальным текстом. В петитах и курсивах, при условии соблюдения правил логики и стиля закона, необходимость не возникает. |