Отечественная литература (Экзамен) Все вопросы. 1. к основным предпосылкам возникновения древнерусской литературы
![]()
|
ЖИТИЕ БОРИСА И ГЛЕБА. Борис и Глеб — одни из первых святых, канонизированных русской православной церковью, младшие сыновья Владимира Святославича. Вскоре после смерти их отца в 1015 г. они оба были убиты своим старшим братом Святополком. Борис погиб на р. Альте 24 июля, а Глеб 5 сентября близ Смоленска. В результате четырехлетней войны Святополк был побежден сыном Владимира—Ярославом Мудрым. Очевидно, при Ярославе и была предпринята первая попытка канонизации святых братьев. Тогда же начали складываться первые повествования об их гибели. Ко временам Ярослава относится возникновение местного культа Бориса и Глеба в Вышгороде, где они были похоронены. Перенесение мощей Бориса и Глеба в новый храм сыновьями Ярослава 20 мая 1072 г. считается моментом их окончательной канонизации. Даты их памяти, 24 июля, а позднее и 2 мая (день второго перенесения мощей в 1115 г.), становятся общерусскими праздниками. Первоначально их почитали как целителей, но очень скоро Борис и Глеб становятся покровителями всех русских князей как их святые сродники. Они — помощники в битвах, их именем призывают к единству Руси, прекращению междоусобных войн. Жизни и мученической кончине Бориса и Глеба посвящен ряд древнерусских памятников. Это так называемая “Летописная повесть” — рассказ о гибели князей, читающийся в составе “Повести временных лет” (статья 1015 г.), “Чтение о житии и о погублении блаженную страстотерпцю Бориса и Глеба” Нестора и анонимное “Сказание и страсть и похвала святую мученику Бориса и Глеба”. О взаимоотношениях этих текстов в науке существуют различные суждения. В литературном отношении наиболее совершенным является “Сказание” Оно открывается краткой исторической экспозицией, повествующей о киевском князе Владимире и его сыновьях. Перед смертью Владимир посылает “блаженного и скоропослушливого” сына своего Бориса против печенегов. Возвращавшегося в Киев Бориса встречает вестник, сообщающий о смерти отца Агиограф приводит пространный плач Бориса, исполненный самых высоких похвал умершему и горестных сетований о его кончине И тут же Борис, как бы предугадывая свою участь, с одной стороны, изъявляет готовность “горькую печаль” свою “прострети” к брату Святополку, с другой — констатирует, что он “о биении моемь помышляеть” Так создается типично агиографическая коллизия не обманываясь в коварных намерениях Святополка, Борис оплакивает свою грядущую гибель, но ни в коей мере не помышляет о сопротивлении старшему брату. Побуждаемый дьяволом, Святополк посылает убийц к Борису, а тот в предвестии своей гибели вспоминает аналогии из житийной литературы, когда праведник бывал убит своими близкими Бориса одолевают тяжелые предчувствия, он страстно молится, поет псалмы и, уже слыша шепот убийц, подошедших к шатру, лишь благодарит Бога, что он сподобил его принять смерть от брата. Аналогично описано и убийство Глеба Но здесь агиограф вносит новый оттенок Глеб изображен им как совсем юный, едва ли не отрок, молящий убийц “Не губите меня, в жизни юного, не пожинайте колоса, еще не созревшего, соком беззлобия налитого”. Далее в “Сказании” повествуется о битве на Альте со Святополком Ярослава, о победе последнего и злой смерти Святополка “в пустыни межю Чехы и Ляхы”. Завершает “Сказание” похвала святым. В старшем из известных списков — в Успенском сборнике XII—XIII вв—“Сказание” соединено со “Сказанием чудес” святых Оно содержит также историю строительства посвященных им храмов. Так как оба памятника — собственно “Сказание” и “Сказание о чудесах” — обычно переписывались вместе, то некоторые исследователи (например, Н Н Воронин) считали, что они написаны одновременно, и датировали время создания “Сказания” периодом после 1115 г. Этому выводу противоречат стилистические различия между памятниками,композиционная законченность как самого Ж., так и “Сказания чудес”. Последнее имеет собственное предисловие и не имеет заключительной части, очевидно, потому, что текст мыслился как открытая структура: к нему могли присоединяться новые рассказы о чудесах. Поэтому большинство исследователей считают,, что “Сказание чудес” было составлено независимо от Ж., возможно, на основе записей, ведшихся при Вышегородской церкви. Из всех произведений Борисо-Глебского цикла “Сказанию”” наиболее близок рассказ об убиении братьев в “Повести временных лет”, который, очевидно, возник раньше “Сказания” и “Чтения”. Само “Сказание” было, скорее всего, приурочено к торжественному перенесению мощей в 1072 г. “Чтение”, написанное Нестором, внешне более соответствует агиографическому канону (например, оно открывается пространным рассуждением о вечной борьбе добра со злом, что и является, по мысли агиографа, содержанием всемирной истории; изображение князей-мучеников более традиционно, лишено живых, естественных оттенков, присутствующих в “Сказании”). По словам Д. С. Лихачева, “Чтение” — публицистическое произведение, проникнутое стремлением “убедить князей прекратить губительные для русского народа усобицы” (Русские летописи и их культурно-историческое значение.—М.; Л., 1947.—С. 149). “Чтение” не получило в книжности широкого распространения, “Сказание” же, напротив, сохранилось почти в двух сотнях списков. И “Сказание”, и “Чтение” отличает необычайная для агиографии коллизия: по типу своему это жития-мартирии, но если в подобных житиях убийца обычно представитель иного вероисповедания или язычник, то Святополк — христианин, и конфликт приобретает совершенно иной, политический оттенок. “Поведением Бориса и Глеба, не поднявших руки на старшего брата даже в защиту своей жизни, освящалась идея родового старшинства в системе княжеской иерархии: князья, не нарушившие своей заповеди, стали святыми” (Дмитриев Л. А. Комментарий//ПЛДР: Начало русской литературы: XI— начало XII века.—Л., 1978.—С. 452). Житие Феодосия Печерского 11 век. Первое раннее русское преподобническое житие. Героем является монах. Один из основателей Киево-Печерского монастыря, посвятил жизнь утроению обителей. Житие имеет характерную трёхчастную композицию. Центральная часть – повесть о деяниях монаха, Начало – самоуничижение, Последняя – заключение. Цель жития – восхваление героя. В соответствии с этим Нестор летописец набирает факты способствующие прославлению монаха подвижника. Автор подчёркивает, что все эти факты истинные, потому всегда ссылается на факты, на источники. Ссылается на рассказы Келаря (монах – завхоз), повозника и других живых свидетелей и даже участников событий, связанных с жизнью Феодосия Печерского. Собранный материал автор излагает по порядку. Придаёт ему строгую временную последовательность, принимая отступление от своего ряда. Большинство эпизодов жития имеет завершённый сюжет. Описание отроческих лет Феодосия, о его конфликте с Матерью. Мать чинила препятствия отроку стать монахом. Аскетический христианский идеал сталкивается с враждебным отношением общества и неразумной материнской любовью. Гиперболически автор изображает гнев матери. Мать смиряется с поступком сына, в конце концов, и сама становится монахиней. Житие Феодосия Печерского содержит богатый материал, позволяющий судить о характере взаимоотношений, о быте. Следуя традициям жития, Нестор Летописец в своём произведении использует символичные тропы. Он называет Феодосия Земным ангелом и пастырем словесного стада. По мненью Кускова и Прокофьева, житие Феодосия Печерского относится к житийной повести, состоящей из отдельных эпизодов, объединённых героем и автором. Отличие от Византийской литературы в его историзме, патриотическом пафосе. В дальнейшем развитии русской агиографии образцы – жития Авраамия Смоленского и Сергия Радонежского 7. Формирование жанра хождения в литературе Древней Руси. Типы хождений. Паломнические хождения (Хождение Игумена Даниила). Древнерусская литература имела широкую и хорошо разработанную систему эпических повествовательных жанров. Одно из центральных мест отводилось такому жанру как хождение (хожение). Хождение – это рассказ о реально совершенном путешествии, созданное с познавательно-назидательной целью. По подсчетам ученых записки о путешествиях составляют значительную часть произведений XII-XVII веков. Известно более 70 сочинений, среди которых примерно 50 оригинально-исторических и свыше 20 переводных и апокрифических (текст народа). Академик Сперанский, Н.И. Прокофьев, Д.С. Лихачев, В.В. Данилов выделяют 5 типов хождений: Документально-художественное произведение очеркового плана, которые были составлены на основе личных впечатлений. (Хождение Игумена Даниила, Хождение Добрыни Едрейковича). Статейные списки, отчеты русских послов о поездке за границу с дипломатической миссией. Путники. Записи устных рассказов русских людей, побывавших и давших краткие практические указатели маршрутов (Сказание Епифания монаха на пути к Иерусалиму). Скаски. Устные рассказы людей, которые побывали в чуждых странах, или это рассказы иноземцев (Хождение Арсения Салунского). Рассказы о путешествиях, связанных с назидательной целью (Хождение Апостола Андрея по Руси). Хожение Игумена Даниила было написано в XI веке. Героем этого оригинального произведения древнерусской агиографической литературы является монах, один из основателей Киево-Печерского монастыря. Человек, посвятивший свою жизнь устроению обители и служению Богу, братьям, мирянам. Житие имеет характерную трехчастную композиционную структуру. Самоуничижение, центральная часть (деяния героя), заключение (чудо). Главная повествовательная часть распадается на ряд завершенных эпизодов, которые связаны не только центральным героем – Феодосием, но и его сподвижниками. Цель жития – «Похваление героя», в соответствии с этим, Нестор, летописец подбирает факты, которые способствуют прославлению монаха подвижника. Автор жития постоянно подчеркивает, что все эти факты истинны, достоверны, поэтому постоянно ссылается на источник тех сведений, которые их сообщает. Это прежде всего устные рассказы Келаря, повозчика и др. живых свидетелей и даже участников событий, связанных с жизнью Феодосия Печерского. Собранный материал автор излагает по порядку, то есть придает ему строгую временную последовательность, постоянно оговаривая свои отступления от принятого ряда. Большинство эпизодов жития имеет абсолютно завершенный сюжет. Таково, например, описание отроческих лет Феодосия, повествующего о его конфликте с матерью. Мать чинит всевозможные препятствия отроку, чтобы помешать осуществить его намерение – стать монахом. Аскетический христианский идеал сталкивается с враждебным отношением общества и неразумной материнской любовью к сыну. Гиперболически изображает автор гнев и ярость матери, жестоко избивающей непокорного отрока, накладывающей на его ноги железные оковы. Многочисленные столкновения с матерью заканчиваются победой Феодосия. Мать смиряется с поступками сына и сама становится монахиней. Житие Феодосия Печерского содержит богатый материал, позволяющий судить о монастырском быте, о хозяйстве, о характере взаимоотношений игумена с монахами, с великими князьями и простыми людьми. Следуя традициям Византийского преподобнического жития Нестор-летописец в своем произведении использует символические тропы, называет его светильником, светом, зарей, земным ангелом и небесным человеком, пастырем словесного стада. По мнению исследователей В.В. Кускова и Н.И. Прокофьева житие «Ф.П» относится к житийной повести, состоящей из отдельных эпизодов, объединенным главным героем и автором повествователем; оно отличается от Византийских произведений своим историзмом, патриотическим пафосом и отражением особенностей русской монастырской жизни XI века. В дальнейшем развитие русской агиографии житие служило образцом для создания преподобнических житий Авраамия Смоленского и Сергия Радонежского. Хождения. Заключительная часть хождения обычно очень простая: сводилась либо к благодарственной молитве Богу сподобившего паломника осмотреть и описать святую землю, либо к религиозно нравственному наставлению, обращенному читателю. Жанр средневековых хождений не был малоподвижным и однообразным. В XII-XIII веках в русской путевой литературе преобладали паломнические хождения, где главным было описание достопримечательностей. С XIV века среди русских путешественников кроме благочестивых паломников появляются также типы: купец, гость, торговый, посол по гос. и церковным делам. Резко расширяется география путешествий – это и мусульманский восток, и сказочно богатый мир Индии. Путевые очерки писатели посвящают не только памятникам культового искусства, но и экономике, торговле, быту чужих стран и народов. Происходит постепенное и неуклонное обмерщение жанра (секуляризация), которая сказывается и на содержании путевых записок и на форме традиционных хождений. В XVI-XVII веках формируется новая жанровая разновидность – землепроходческие хождения, авторы которых, как правило, представители социальных низов, одержимые жаждой неизвестного. (Хождение Трифона Карабейникова). Эти люди с пытливым умом и широкой свободолюбивой душой, они предпринимают рискованные путешествия на Урал и в Сибирь, на Дальний Восток и в Китай. Древнерусские хождения, обогатившись новыми жанровыми разновидностями, органично вошли в состав русской литературы XVIII века и оказали влияние на формирование жанра литературных путешествий. (Радищев). В дальнейшем появился мотив дороги и образ странника. Путевой сюжет лежит в основе лермонтовского «Героя нашего времени», «Мертвые души». По Руси с целью самопознания и народопознания совершают путешествия героя Лескова, Достоевского, Л.Н. Толстого, Горького и многих других. 8. Слово о полку Игореве: историческая основа, проблема датировки и авторства. Система образов и художественное своеобразие. Написанное в конце XVII века, «Слово» нашло своего читателя лишь спустя шестьсот лет. «Слово о полку Игореве» было открыто в 1795 году. Эта заслуга принадлежит графу А. И Мусину-Пушкину, известному и удачливому коллекционеру памятников русской старины. "Слово" было написано по поводу неудачного похода на половцев северского князя Игоря Святославича в союзе с его братом Всеволодом из Трубчевска, сыном Владимиром из Путивля и племянником Святославом Ольговичем из Рыльска. Поход состоялся в конце апреля и в начале мая 1185 г. Князь Игорь, попавший в плен к половцам, бежал из плена осенью того же года. Побывав в Новгороде-Северском и затем в Чернигове, он направляется в Киев к князю Святославу, где и застает его заключительная часть "Слова". Автор «Слова» с гордостью вспоминает те времена, когда Русь была едина, отчаянно призывает к объединению русичей, которые только совместно могут дать отпор половцам. Он рассуждает о событиях, дает им оценку. Еще Владимир Мономах, известный мудрец, говорил: «Если мы не прекратим междоусобий... то погибнет земля Русская и враги наши, половцы, возьмут землю Русскую ». Богатство образно-символических элементов - отличительная черта "Слова". Поэтическое олицетворение, сравнение, параллелизмы - все это в изобилии находим мы в нем. Важнейшей его особенностью, обусловившей богатство его поэтических красок, является неразрывная связь в нем мира природы и мира человека. Природа принимает здесь самое активное - дружеское или враждебное - участие во всех происходящих событиях; животные и растения, земные и небесные стихии очень живо отзываются как на горе, так и на радость Игоря, его войска и всех тех, о ком упоминается в "Слове". Мрачными предзнаменованиями природа сопровождает сборы Игоря в поход и самый поход, и с радостным возбуждением она помогает ему во время его бегства из плена. Природа в "Слове" - не немая, бессловесная, а звучащая и говорящая: галки говорят своей речью, Донец разговаривает с Игорем; звуками, звоном, пением переполнено вообще все "Слово": звенит слава, звон идет от битвы, поют копья, кричат телеги, говорят боевые знамена, Игорь и Всеволод выступают в нем в качестве воинов, для которых честь и слава являются главными двигателями их поведения. Игорь обращается к своей дружине со словами: "Братья и дружила! Лучше пасть в бою, чем быть в плену. Я хочу сломить копье в конце поля половецкого, хочу с вами, русские, либо голову сложить, либо напиться шлемом из Дона". По словам Святослава киевского, сердца обоих братьев "скованы из крепкого булата и в отваге закалены". Рыцарская храбрость, воинская доблесть отличают Игоря, еще больше - его брата буй-тура Всеволода, который, стоя в передовом отряде, прыщет на врагов стрелами, гремит о шлемы мечами булатными. Рыцарями-храбрецами выступают в "Слове" также князь Борис Вячеславович, Всеслав полоцкий, Роман владимиро-волынский. Княжеская дружина тоже помышляет о том, чтобы добыть себе честь и князю славу. О своей дружине Всеволод отзывается так: "мои куряне - испытанные воины; они под трубами повиты, под шлемами взлелеяны, с конца копья вскормлены. Пути им ведомы, овраги им знакомы, луки у них напряжены, колчаны отворены, сабли заострены; сами скачут, как серые волки, ища себе чести, а князю - славы". Обращаясь к князьям Рюрику и Давиду, Святослав говорит: "Не у вас ли храбрая дружина рыкает, как туры, раненные саблями закаленными в поле незнаемом?" В "Слове" присутствует один из замечательнейших в мировой литературе образов - тоскующей жены Игоря Ярославны, кукушкой причитающей на стенах Путивля по своем ладе, заклинающей стихии природы вернуть ее мужа и силою все преодолевающей и побеждающей любви помогающей ему счастливо бежать из плена на родину. Мимоходом, но с большим лирическим подъемом изображает "Слово" и горе матери, плачущей по своем утонувшем сыне Ростиславе и заражающей своей скорбью цветы и деревья. 9. Литература периода феодальной раздробленности. Анализ «Жития Александра Невского». 1. ЛИТЕРАТУРА ПЕРИОДА ФЕОДАЛЬНОЙ РАЗДРОБЛЕННОСТИ (XIII—XIV вв.) С половины XII в. под влиянием княжеских междоусобиц, нападений кочевников, усиления феодальной раздробленности начинается оскудение древнерусского государства. Киевское княжество теряет свое общегосударственное значение. В 1240 г. Киев пал под ударом татар; культурный центр переходит из Киева на северо-восток, во Владимиро-Суздальскую землю, а затем в Москву. Княжеские междоусобицы, не прекращавшиеся первое время и под гнетом татар, усиливали замкнутость отдельных «уделов». Литературное развитие в XIII—XIV вв. носит поэтому областной характер. Но в лучших литературных памятниках по-прежнему ставятся проблемы общерусского значения и отражаются события важные для судеб всей Руси. Татаро-монгольское нашествие было воспринято на Руси как мировая катастрофа, искусственно затормозившая развитие культуры. Однако, культура русского народа, его свободолюбивый дух не были уничтожены. В литературных памятниках периода татаро-монгольского нашествия вновь прозвучали идеи единства Руси. В таких произведениях, как «Слово о погибели Русской земли», «Житие Александра Невского» и в ряде летописных повестей, мы встречаем идеи, которые восторжествуют в литературе конца XIV — начала XVI вв., периода объединения русской земли. Из литературных памятников, связанных с татарским нашествием, наибольший интерес представляют повести. «Повесть о битве на реке Калке», «Повесть о приходе Батыя на Рязань» созданы как предполагают исследователи, не позднее середины XIV в. и являются по своим художественным достоинствам незаурядным произведением. Главная идея, пронизывающая литературные памятники периода татарского нашествия, — борьба с поработителями русской земли, защита родины от татарского ига. Как и литературным памятникам периода Киевской Руси, памятникам, отражающим нашествие татар, присуща тема общенародного единства. Анализируя «Повесть о приходе Батыя на Рязань», основанную на эпических сказаниях, возникших в среде дружинников, необходимо обратить внимание на описание переживаний русского народа, вызванных нападением кочевников. Публицистическая направленность повести заключается в осуждении автором братоубийственных раздоров князей. Он понимает, что княжеские междоусобицы являются причиной разорения и ослабления Руси. Это несомненно облегчило победу Батыя. Следует ознакомиться и со «Словом о погибели Русской земли», где воспоминания о былом могуществе и богатствах являются как бы залогом освобождения Руси от татарского владычества. В повести присутствуют элементы воинской повести, жития и следы влияния библейской письменности, которые заключает в себе этот прекрасный памятник героического прошлого нашей Родины. |