уголовный кодекс 1922. 1. Начало кодификации и ее инициаторы а работы 1918 года
![]()
|
1. Начало кодификации и ее инициаторы: а) работы 1918 года; б) «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР» 1919 г.; в) споры при разработке проектов кодекса; г) принятие кодекса. 1. Разработка и принятие кодекса, его источники и структура В истории советского уголовного права уголовные кодексы советских республик 1922 - 1923 гг., в особенности первый из них - Уголовный кодекс РСФСР 1922 г., играют выдающуюся роль. Советское уголовное законодательство первоначально формировалось в условиях борьбы за власть, оно прямо или косвенно решало общегосударственные задачи. Экономический кризис, голод большинства населения, гражданская война и интервенция представляли прямую угрозу национальной безопасности и целостности советского государства. В этой обстановке жесткая репрессивная политика была призвана стать эффективным и мощным стабилизирующим фактором. Необходимость систематизации и кодификации уголовного законодательства в 1917-1922 гг. была объективно обусловлена, во-первых, сменой экономических и политических условий развития страны и произошедшей вслед за ней изменением уголовной политики, заменившей собой характерные ей ранее революционную аффектированность и гипертрофированную классовую нетерпимость, актуализированные борьбой за власть и ее удержание в экстремальных условиях; во-вторых, усилением централизации государства, требующим концентрации правотворческих функций в руках верховной власти, установлением единства карательной политики и уголовного законодательства в качестве ее инструмента; в-третьих, потребностью в единообразии судебной практики, что в свою очередь диктовало необходимость установления четких оснований и конкретизации мер уголовной ответственности; в-четвертых, концептуальным развитием социалистического уголовного права. Попытка создать новую науку уголовного права на первоначальном этапе не увенчалась успехом. Криминалисты того периода не смогли сформулировать принципиально новую социалистическую уголовно-правовую доктрину; были эклектично соединены идеи марксизма с некоторыми положениями основных предшествующих ему теорий. При этом «новизна» сводилась в основном к классовому отличию советского уголовного права от буржуазного. Советское уголовное право не создавалось на пустом месте, не было чем-то принципиально иным, но восприняло «в снятом виде» ранее существовавшие положения. Немаловажным фактором являлась идеологическая борьба среди специалистов в области уголовного права. Результатами предпринятой попытки создать принципиально новую уголовно-правовую концепцию 1917-1922 гг. стали идеологизированность, политизированность и эклектичность уголовного законодательства. С изданием УК РСФСР 1922 г. было в основном завершено построение советского социалистического уголовного права, начатое с первых же дней Великой Октябрьской социалистической революции. Основными источниками Уголовного кодекса РСФСР 1922 г. являлись советское уголовной законодательство и судебная практика революционных трибуналов и народных судов 1917 - 1921 гг. Однако Уголовный кодекс 1922 г. не был ни воспроизведением норм декретов или выводов судебной практики, ни даже простой их переработкой. Создание Уголовного кодекса было творческим процессом, в котором все предшествующее уголовное законодательство явилось только материалом. В процессе подготовки и издания Уголовного кодекса весь этот материал пересматривался и по существу и с точки зрения юридической его конструкции, причем многое отбрасывалось или вследствие непригодности, или же вследствие того, что норма была связана только с временными обстоятельствами. Герцензон А. А., Грингауз Ш.С., Дурманов Н.Д., Исаев М.М., Утевский Б.С. История советского уголовного права. По изданию 1947 г. М., 2003. С. 246 Издание Уголовного кодекса, предназначенного к тому, чтобы охватить весь круг общественно-опасных деяний, караемых по закону, если не считать применения УК в виде исключения по аналогии, предполагало и создание значительного числа новых норм, отсутствовавших ранее в законодательстве и судебной практике. Идея создания советского уголовного кодекса, предусматривающего преступные и наказуемые деяния, возникла в первые же дни Великой Октябрьской социалистической революции. В первые месяцы советской власти в Народном комиссариате юстиции РСФСР велись подготовительные работы по созданию Уголовного кодекса. При этом в тот недолгий период, когда руководство Народного комиссариата юстиции РСФСР принадлежало левым эсерам, последние попытались контрабандой протащить дореволюционное Уголовное уложение 1903 г. с незначительными модификациями. Эта попытка не удалась; несколько экземпляров «нового» Уложения осталось как доказательство совершенной невозможности рецепции дореволюционных уголовных законов - для строящегося социалистического общества. После изгнания левых эсеров из Народного комиссариата юстиции в первой половине 1918 г. велись значительные работы по подготовке к изданию Уголовного кодекса или свода советских уголовных законов. Новое социалистическое уголовное законодательство, приведенное в систему, могло быть создано только на базе грандиозных изменений общественного строя, осуществление которых началось со дня Октябрьской революции. Новый Уголовный кодекс, изданный в начале перестройки, не был бы жизненным. Таким образом, наметился несомненно правильный путь создания советских уголовных кодексов - на базе множества отдельных законодательных актов, запрещавших и каравших различные деяния, преимущественно такие, которые стали общественно-опасными, а в силу этого преступными и наказуемыми уже при советской власти. На III Всероссийском съезде деятелей советской юстиции в июне 1920 г. М. Ю. Козловский в качестве докладчика от Народного комиссариата юстиции выдвинул конкретные предложения о создании уголовного кодекса, который установил бы единообразие в определении наказуемости отдельных деяний, устранив пестроту в мерах наказаний, применяемых судами, как «например, за спекуляцию, которая считается преступлением важным, налагается в одном месте маленький штраф, который немыслим в другом месте, где применяется исключительно лишение свободы и т, д. По целому ряду дел получается невероятное разнообразие и путаница». III Всероссийский съезд деятелей юстиции по докладу М. Ю. Козловского принял принципиальное решение о необходимости издания уголовного кодекса. Сулейманов А.А. Основные этапы подготовки первого советского Уголовного кодекса / А.А. Сулейманов // Право: теория и практика. 2006. №12. с. 19 На этом же съезде началась подготовка кодекса, была предложена его система. В резолюции съезда было записано: «Съезд признает необходимость классификации уголовных норм, приветствует работу в этом направлении НКЮ и принимает за основу предложенную схему классификации деяний по проекту нового Уголовного кодекса, не предрешая вопроса об установлении кодексом карательных санкций. Съезд признает необходимым, чтобы проект кодекса был разослан на заключение губотделов юстиции». Герцензон А. А., Грингауз Ш.С., Дурманов Н.Д., Исаев М.М., Утевский Б.С. История советского уголовного права. По изданию 1947 г. М., 2003. С. 247 Помимо основной задачи - дать правовую основу для борьбы с преступностью в РСФСР, перед разработчиками кодекса стояла и дополнительная: подготовка модельного акта в области уголовного права, который мог бы взят за основу при подготовке уголовных кодексов других союзных республик, а также стал бы первым шагом на пути к общему для всех республик кодифицированному уголовному закону. Вся работа сосредоточивается вокруг подготовки Уголовного кодекса РСФСР. Это вполне понятно. Речь шла о выработке совершенно нового, не имевшего прецедента в истории, Уголовного кодекса социалистического государства. Поэтому было необходимо все силы сосредоточить на разработке норм советского кодекса одной республики, РСФСР, и этот Уголовный кодекс должен был бы стать образцом для других независимых советских республик. В подготовке проекта, в обсуждении его на IV Всероссийском съезде деятелей советской юстиции активное участие приняли представители других советских республик, в особенности УССР. В проект Уголовного кодекса РСФСР были включены и некоторые имеющие общее принципиальное значение нормы уголовного законодательства других, кроме РСФСР, независимых советских республик. Всего было разработано три проекта уголовного кодекса. Разработчиком первого из них стал общеконсультационный отдел наркомата юстиции (Общая часть - 1920 год, Особенная - 1921 год), второго - секция судебного права и криминалистики Института советского права (конец 1921 года) и, наконец, третьего - коллегия наркомата юстиции (1921 год, опубликован в 1922 году). Именно последний проект и лёг в основу уголовного кодекса. Особенностью проектов, разработанных наркомюстом в 1920 и 1921 году, являлось восприятие ими разработанной в рамках социологической школы уголовного права теории «опасного состояния» личности. Проект 1920 года устанавливал следующую норму о преступности и наказуемости деяний: «Лицо, опасное для существующего порядка общественных отношений, подлежит наказанию по настоящему Кодексу. Наказуемыми являются как действие, так и бездействие. Опасность лица обнаруживается наступлением последствий, вредных для общества, или деятельностью, хотя и не приводящей к результату, но свидетельствующей о возможности причинения вреда». В окончательной редакции кодекса разработчики частично отказались от этих положений, связав наказуемость деяния прежде всего с совершением преступления, однако отдельные элементы теории «опасного состояния» в кодексе всё же сохранились; так, содержание задач уголовного закона в УК РСФСР 1922 года определялось следующим образом: «Уголовный Кодекс Р. С. Ф. С. Р. имеет своей задачей правовую защиту государства трудящихся от преступлений и от общественно-опасных элементов и осуществляет эту защиту путем применения к нарушителям революционного правопорядка наказания или других мер социальный защиты» (ст. 5). Другой особенностью проекта, ставшего основой для будущего кодекса, стала крайняя размытость границ между преступлением и правонарушением (административным или гражданским): проект криминализовал такие деяния, как курение табака в неразрешенных для того местах, превышение предельных норм скорости езды, появление в публичном месте в состоянии опьянения, самовольное пользование чужим имуществом без намерения присвоить его, и т. д. Эти составы были позже исключены при рассмотрении кодекса ВЦИК. Проектами предлагались и другие новшества, отвергнутые в ходе дальнейшей работы над кодексом: например, предлагалось ввести систему «родовых» (приблизительных, ориентировочных) составов преступлений (позже эта идея частично воплотилась в норме об аналогии), отказаться от закреплённых в законе санкций за совершение преступлений и перейти к неопределённым приговорам (в которых суд определял минимальную и максимальную меру наказания); даже в поздних вариантах проекта допускалось варьирование санкций с увеличением их выше высшего предела наказания, предусмотренного кодексом. В целом к началу 1922 года проект кодекса ещё был далёк от совершенства, содержал множество пробелов, материал декретов не был в достаточной степени переработан. Тем не менее, в январе 1922 года состоялось его обсуждение на IV Всероссийском съезде деятелей юстиции, в котором приняло участие 5500 делегатов. В марте 1922 года проект УК был рассмотрен специальной комиссией при Малом Совнаркоме. Работа велась крайне интенсивно, было принято более 100 поправок. Нарком Наркомюста Д. И. Курский так охарактеризовал проект кодекса в том виде, в котором он был внесён на рассмотрение ВЦИК: проект представлял собой «как бы кристаллизованное правосознание работников, которые сейчас ведут дело правосудия у нас в Советской республике». Герцензон А. А., Грингауз Ш.С., Дурманов Н.Д., Исаев М.М., Утевский Б.С. История советского уголовного права. По изданию 1947 г. М., 2003. С. 248 На сессии Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета проект подвергся ряду изменений, по внесении которых был утвержден 24 мая 1922 г. и в качестве Уголовного кодекса РСФСР введен в действие с июня 1922 г. «в целях ограждения рабоче-крестьянского государства и революционного правопорядка от его нарушителей и общественно-опасных элементов и установления твердых основ революционного правосознания» (Введение закона). Таким образом, важнейшими источниками Уголовного кодекса 1922 г. являлись декреты рабоче-крестьянского правительства 1917-1922 гг., «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР» 1919 г. и свыше чем четырехлетний огромный опыт работы революционных трибуналов и народных судов. Швеков Г.В. Первый советский уголовный кодекс. М., 1970. С. 11 УК РСФСР 1922 г. явился итогом не только сложнейших работ по кодификации уголовного законодательства и обобщения судебной и следственной практики первых лет советской власти, но и научного осмысления специфики уголовной политики, ее задач, методов и средств осуществления, обусловленных сменой политического строя, системы ценностей, в охране которых было заинтересовано государство. Общая часть Кодекса в концентрированном виде отражала политику советской власти после пяти лет ее существования. УК РСФСР 1922 года состоял всего лишь из 227 статей, четверть из которых относились к общей части. Это был один из самых коротких уголовных кодексов во всей мировой истории. Кодекс состоял из Введения, Общей и Особенной частей. 2. Общая часть: а) Общее понятие преступления: - общественная опасность деяния и лица (ст. 5, 6, 7, 49), - противоправность с признанием аналогии (ст. 10), - вина (ст. 11), - наказуемость (меры социальной защиты) (ст. 32 и сл.). б) Состав преступления: - субъект (вменяемость — ст. 17, равенство перед законом — ст. 7, социальный подход — ст. 49), - субъективная сторона (ст. 11), - объективная сторона (ст. 12, 13 и др.), - объект. 2. Основные положения Общей части УК (понятие преступления, состав преступления, аналогия, обстоятельства, устраняющие или смягчающие уголовную ответственность, цели и виды наказаний) Некоторые принципиальные вопросы, как и нормы, определяющие наиболее важные институты Общей части уголовного права, получили неодинаковое решение в различных проектах Уголовного кодекса и в самом Уголовном кодексе 1922 г., при этом в процессе разработки отдельных вопросов отмечались чуждые советскому праву построения. В переработанном проекте 1922 г. центральное место занимает определение преступления (ст. 6), включенное затем в Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. Докладчик на 3-й сессии ВЦИК IX созыва Д. И. Курский при обсуждении Уголовного кодекса отметил, что ведущим понятием кодекса является понятие преступления. В соответствии с этим из проекта 1922 г. исчезают нормы, определявшие в качестве главного основания уголовной ответственности не совершение деяния, а опасность лица. Кодекс определил, что советское уголовное право учитывает опасность деяния и лица в их неразрывном единстве, не противопоставляя одно другому. Вместе с тем была изменена и формулировка основных задач Уголовного кодекса. Таким образом, УК формулирует два центральных понятия уголовного права - преступление и наказание. Герцензон А. А., Грингауз Ш.С., Дурманов Н.Д., Исаев М.М., Утевский Б.С. История советского уголовного права. По изданию 1947 г. М., 2003. С. 250 Под преступлением Кодекс понимал «всякое общественно опасное действие или бездействие, угрожающее основам советского строя и правопорядку, установленному рабоче-крестьянской властью на переходный к коммунистическому строю период времени». Исаев И.А История государства и права России. М., 2010. С. 510. Уголовный кодекс 1922 г. принял двучленное деление преступлений на а) преступления, направленные против установленных рабоче-крестьянской властью основ нового правопорядка или признаваемые наиболее опасными, по которым определен кодексом низший предел наказания, не подлежащий понижению судом, и б) все остальные преступления (ст. 27 УК РСФСР 1922 г.). Таким образом, первая группа преступлений определялась положительными признаками, вторая же определялась по методу исключения: Это деление не отражалось в структуре Особенной части, но, поскольку оно было связано с характером строения санкции, деление Особенной части на две указанные группы преступлений подразумевалось. В этом делении обращает на себя внимание соединение в общей группе двух видов преступлений: одни включаются по признаку направленности на важнейший объект - основы нового правопорядка, другие по признаку, относящемуся к любому элементу состава - «наиболее опасные». Определение в законе лишь минимального предела санкции за эти преступлений означало отнесение их по признаку опасности к первой группе. Здесь в основу деления была положена степень опасности деяния, а не тяжесть наказания, характер санкции был производным от опасности преступления. Судебная практика пошла по пути сужения круга преступлений, включаемых в первую группу, относя к ней преимущественно преступления, направленные против основ советского строя. В директивном письме №1 Уголовно-кассационной коллегии Верховного суда РСФСР за 1925 г. говорилось, что в общем все преступления можно разбить на две основные группы. Первая группа - это те преступления, которые угрожают самым основам советского строя. Сюда следует отнести преступления контрреволюционные, шпионаж, бандитизм и корыстные хозяйственные и должностные преступления с тяжелыми для государства последствиями. Вторая группа - это все остальные виды преступлений. Таким образом, Верховный суд РСФСР, во-первых, говорил о посягательствах не на основы нового правопорядка, а на основы советского строя, чем существенно уточнял понятие первой группы преступлений, а во-вторых, исключал из этой группы преступления, относимые к ней ст. 27 УК РСФСР 1922 г. по признаку особой опасности, выраженному в строении санкции по принципу указания минимального ее предела: «не ниже такого-то размера». Следует признать эту классификацию в основном правильной. УК РСФСР 1922 г. устанавливал по очень многим статьям санкцию с указанием лишь низшего предела наказания, вследствие чего нарушался принцип выделения преступлений, направленных против основ советского строя: они как бы растворялись во множестве других преступлений, за которые назначалась названная санкция. Проблема определения круга преступных деяний среди других важнейших принципиальных вопросов встала перед советскими законодательными органами при издании Уголовного кодекса РСФСР 1922 г. Законодательство 1917-1921 гг. ограничивало круг преступного только общественно опасными деяниями. Отдельные деяния, признававшиеся преступными по декретам 1917-1921 гг., например, нарушения правил учета специалистов, впоследствии, с переходом на мирную работу по восстановлению народного хозяйства, стали считаться проступками, влекущими административное или дисциплинарное взыскание. Но это произошло не потому, что до издания УК 1922 г. смешивались понятия уголовного преступления и проступка, а потому, что в условиях военного коммунизма эти деяния являлись общественно опасными и, следовательно, карались как преступления. При издании Уголовного кодекса необходимо было дать точный, в основном исчерпывающий; если не считать применения в виде исключения аналогии, перечень преступных деяний. В связи с этим встал общий вопрос - следует ли считать уголовным преступлением всякое нарушение советского правопорядка и соответственно надо ли включать в уголовные кодексы нормы, определяющие ответственность за те нарушения правопорядка, которые не имеют общественно опасного характера. Народный комиссариат юстиции сначала разрешил этот вопрос в утвердительном смысле. При рассмотрении проекта Уголовного кодекса 3-й сессией ВЦИК IX созыва статья 113 проекта была исключена, а из 43 статей главы IX сохранено только 13 статей. Вместе с тем сессия исключила предусматривавшие мелкие упущения по службе и самовольное пользование чужим имуществом. Решение сессии имело огромное принципиальное значение. Оно вытекало из принятого сессией материального определения преступления как общественно опасного действия или бездействия. Это определение, данное в статье 6, являлось краеугольным камнем кодекса. В дальнейшем некоторые из деяний, которые были исключены сессией из перечня преступлений, были признаны преступными, но не потому, что изменился принципиальный взгляд советского законодательства на понятие преступлений, а потому, что эти деяния стали в других условиях общественно опасными и, следовательно, приобрели тот материальный признак, который характеризует преступление в советском социалистическом уголовном праве. После издания Уголовного кодекса 1922 г. круг уголовно наказуемых деяний неоднократно изменялся как в ту, так и в другую сторону, что вызывалось изменениями общественной опасности тех или иных деяний в данной конкретной обстановке. Неизменным оставалось, однако, что каждое деяние, которое советский уголовный закон считает преступлением, объективно относится к числу общественно опасных. Вопрос о вине проект 1921 г. разрешал так же, как и «Руководящие начала» 1919 г., т. е. умысел или неосторожность не определялись в качестве обязательных условий преступности и наказуемости деяния. Проект 1922 г. включил принципиальное положение огромной важности, установив, что наказанию подлежат лишь те, которые действовали умышленно или неосторожно. Вместе с тем проект дал определения умысла и неосторожности, которые без изменения вошли в Уголовный кодекс 1922 г. и с незначительными изменениями в «Основные начала» 1924 г. и действующие УК союзных республик. УК 1922 г. дал прекрасную формулу умысла, значительно превосходящую формулу ст. 48 Уголовного уложения. Согласно смыслу ст. 11 УК РСФСР 1922г., субъект действовал неосторожно, когда он мог предвидеть последствия и к тому же должен был их предвидеть. «Наказанию подлежат лишь те, которые: а) действовали умышленно, т. е. предвидели последствия своего деяния и их желали или же сознательно допускали их наступление, или б) действовали неосторожно, т. е. легкомысленно надеялись предотвратить последствия своих действий или же не предвидели их, хотя и должны были их предвидеть». Хрестоматия по истории отечественного государства и права 1917- 1991 гг. / Под ред. О.И.Чистякова. М., 2005. С. 97 Проект 1921 г. включил норму об аналогии, которую не знало уголовное законодательство 1917-1921 гг. Поскольку уголовное и уголовно-процессуальное законодательство 1917-1921 гг., помимо случаев, регламентированных законом, допускало определение преступности и наказуемости деяний судом, руководившимся революционным правосознанием, не мог даже ставиться вопрос об аналогии. Уголовный кодекс 1922 г. знал точные санкции, построенные по принципу или «не ниже» или «до» такого-то срока и отбрасывал систему неопределенных приговоров. Ст. 28 определяла, что в приговоре суда должно быть указано, на какой срок осужденный приговаривается к лишению свободы и требуется ли строгая изоляция. «Наказания, налагаемые по Уголовному кодексу, суть: а) изгнание из пределов РСФСР на срок или бессрочно; б) лишение свободы со строгой изоляцией или без таковой; в) принудительные работы без содержания под стражей; г) условное осуждение; д) конфискация имущества - полная или частичная; е) штраф; ж) поражение прав; з) увольнение от должности; и) общественное порицание; к) возложение обязанности загладить вред». Хрестоматия по истории отечественного государства и права 1917- 1991 гг. / Под ред. О.И.Чистякова. М., 2005. С. 99 Лишение свободы по УК 1922 г. являлось наиболее распространенным наказанием. Минимальный шестимесячный срок лишения свободы удержался лишь около года. Законом 10 июля 1923 г. было введено краткосрочное лишение свободы. Срок принудительных работ проектами УК был определен от 7 дней до 2 лет. В этом отношении проекты отступили от декрета 21 марта 1921 г., установившего одинаковый пятилетний предельный срок и для лишения свободы и для принудительных работ. При дальнейшем обсуждении проекта предельный максимальный срок принудительных работ был установлен в один год. В Уголовном кодексе 1922 г. ответственность иностранцев, совершивших преступления за пределами РСФСР, ограничивается случаями совершения преступлений против основ государственного строя и военной мощи РСФСР (ст. 3). Специально указано, что УК не распространяется на иностранцев, пользующихся правом экстерриториальности. Уголовный кодекс (ст. 21) редакции 1 июня 1922 г. распространил давность только на преступления, караемые в качестве наиболее сурового наказания лишением свободы, и установил удвоенные сроки давности, если виновный уклонился от следствия или суда. УК включил норму о крайней необходимости, отсутствовавшую в проекте 1921 г. Ст. 13 УК РСФСР 1922 г. дала четкое определение как оконченного, так и неоконченного покушения. «Покушением на преступление считается действие, направленное на совершение преступления, когда совершающий таковое не выполнил всего того, что было необходимо для приведения его намерения в исполнение, или когда, несмотря на выполнение им всего, что он считал необходимым, преступный результат не наступил по причинам, от него не зависящим». Хрестоматия по истории отечественного государства и права 1917- 1991 гг. / Под ред. О.И.Чистякова. М., 2005. С. 99 Вместе с тем в Кодексе содержались нормы, применение которых обернулось существенными нарушениями прав граждан. Речь идет о придании закону обратной силы (ст. 23), введении института аналогии (ст. 10 гласила: «В случае отсутствия в УК прямых указаний на отдельные виды преступлений наказания или меры социальной защиты применяются согласно статьям УК, предусматривающим наиболее сходные по важности и роду преступления с соблюдением правил общей части сего Кодекса»), применении наряду с наказанием понятия других мер социальной защиты (ст. 32 и 461), допущении применения к уголовной ответственности без наличия в деяниях субъекта состава преступления, а по признакам его социальной опасности (ст. 49: «Лица, признанные судом по своей преступной деятельности или по связи с преступной средой данной местности социально опасными, могут быть лишены права пребывания в определенных местностях на срок не свыше трех лет»). История отечественного государства и права: Учебник / Под ред. доктора юрид. наук, профессора Р. С. Мулукаева. - М.: ЦОКР МВД России, 2006. С. 371 Таким образом, Общая часть предусматривала пределы действия Уголовного кодекса, общие начала применения наказания, определение меры наказания, роды и виды наказаний и других мер социальной защиты, порядок отбывания наказания. Особенности кодекса[править | править вики-текст] Преступление[править | править вики-текст] В УК РСФСР 1922 года закреплялся классовый характер советской уголовной политики. Преступлением признавалось: всякое общественно опасное действие или бездействие, угрожающее основам советского строя и правопорядку, установленному рабоче-крестьянской властью на переходный к коммунистическому строю период времени. В кодексе не просто давались формальные определения основных уголовно-правовых понятий, но и раскрывалась их социальная, классовая сущность: нормы кодекса были направлены на защиту рабоче-крестьянского правопорядка, государства и общества. Учёными отмечаются и другие достоинства этого кодекса, выгодно отличавшие его от предшествовавших нормативных актов[18]: в кодекс вновь вернулись нормы о виновном характере ответственности, о формах вины; подчёркивается гуманизм системы наказаний. В ст. 27 Кодекс выделял 2 категории преступлений: 1) направленные против установленных рабоче-крестьянской властью основ нового правопорядка или признаваемые ею наиболее опасными и 2) все остальные преступления. Для первой категории устанавливался низший предел наказания (не менее определённого срока), для второй — высший предел. В судебной практике при этом, согласно разъяснениям Верховного суда РСФСР, применялось более строгое деление: к первой категории относились лишь деяния, посягающие на основы советского строя: контрреволюционные преступления, шпионаж, бандитизм и корыстные хозяйственные идолжностные преступления с тяжелыми для государства последствиями[19]. Аналогия закона[править | править вики-текст] Ещё в процессе обсуждения кодекса многочисленные споры вызвало наличие в нём нормы об аналогии закона: ст. 10 Кодекса устанавливала, что «в случае отсутствия в Уголовном Кодексе прямых указаний на отдельные виды преступлений, наказания или меры социальной защиты применяются согласно статьям Уголовного Кодекса, предусматривающим наиболее сходные по важности и роду преступления». Председатель Малого Совнаркома (подготовившего проект УК ранее в марте 1922 г. без этой нормы) указывал, что аналогия — это отступление от принципазаконности, и её введение обуславливает существование судебного произвола. Главным же доводом сторонников аналогии было указание на то, что четыре годаСоветской власти, особенно с учетом спешки принятия УК, — срок слишком малый для правильного прогноза возможных форм преступлений при отсутствии исторических аналогов социалистического УК. И действительно, на практике в период действия этого кодекса аналогия применялась редко и в отношении реально опасных деяний, при этом она свелась к расширительному толкованию норм кодекса[20]. Этому способствовало и уголовно-процессуальное законодательство: например, пункт 3 ст. 235 УПК РСФСР говорил, что суд в распорядительном заседании рассматривает обвинительное заключение с точки зрения того, предусмотрено ли обвинение Уголовным кодексом и какой именно статьей, то есть УПК требовал прекращения уголовного преследования во всякой стадии процесса при отсутствии в действиях лица состава преступления. Поэтому, когда в УК возникали пробелы из-за появления новых общественно опасных деяний, отпадения или изменения степени их общественной опасности, то в УК РСФСР законодательно вносились соответствующие дополнения или изменения. Общее число изменений за время действия УК РСФСР 1922 года было довольно значительным. Вина[править | править вики-текст] В отличие от Руководящих начал 1919 года, в кодекс были включены положения о виновной ответственности: статья 11 кодекса устанавливала следующие положения: Наказанию подлежат лишь те, которые: а) действовали умышленно, то есть предвидели последствия своего деяния и их желали или же сознательно допускали их наступление; или б) действовали неосторожно, то есть легкомысленно надеялись предотвратить последствия своих действий или же не предвидели их, хотя и должны были их предвидеть. — Уголовный кодекс РСФСР 1922 года, ст. 11. Эти определения были в целом основаны на ст. 48 Уголовного уложения 1903 года, с некоторыми изменениями: в формулу умысла включён элемент предвиденияпреступных последствий, а возможность предвидеть общественно опасные последствия не включена в явной форме в формулу преступной небрежности, хотя и понималась как необходимая предпосылка долженствования предвидения наступления последствий[21]. Нормы УК РСФСР 1922 года о вине с незначительными изменениями вошли в последующие законодательные акты Союза ССР и РСФСР, похожие формулировки содержатся и в действующем в настоящее время Уголовном кодексе РФ. Субъект преступления[править | править вики-текст] Возраст уголовной ответственности установлен кодексом в 14 лет (ст. 18). При этом к несовершеннолетним от 14 до 16 лет могли вместо наказания применятьсямеры медико-педагогического воздействия. Достаточно широко определяется круг лиц, которые могут быть признаны невменяемыми: к их числу в ст. 17 кодекса отнесены все лица, совершившие преступление в состоянии хронической душевной болезни или временного расстройства душевной деятельности, или вообще в таком состоянии, когда они не могли отдавать отчет в своих действиях. Наказание[править | править вики-текст] В УК РСФСР 1922 года для обозначения мер воздействия, применяемых к преступнику, употребляется термин «наказание», причём наказание хотя формально и рассматривается как разновидность «мер социальной защиты», но фактически противопоставляется таким мерам, не содержащим элемента кары[22]. В ст. 8 кодекса устанавливаются цели наказания: общее предупреждение новых нарушений как со стороны нарушителя, так и со стороны других неустойчивых элементов общества; приспособление нарушителя к условиям общежития путем исправительно-трудового воздействия; лишение преступника возможности совершения дальнейших преступлений. В УК РСФСР 1922 года были предусмотрены наказания — от общественного порицания до лишения свободы: изгнание из пределов РСФСР на срок или бессрочно;лишение свободы со строгой изоляцией или без таковой; принудительные работы без содержания под стражей; условное осуждение; полная или частичнаяконфискация имущества; штраф; поражение прав; увольнение от должности; общественное порицание; возложение обязанности загладить вред. Смертная казнь в виде расстрела формально не была включена в систему наказаний кодекса, поскольку считалось, что её применение должно носить исключительный и временный характер, «вплоть до отмены Всероссийским Центральным Исполнительным Комитетом»[23][24]. Наиболее строгим видом наказания, предусмотренным УК РСФСР 1922 года, было лишение свободы, максимальный срок которого устанавливался в 10 лет; при этом лишение свободы не могло назначаться как альтернатива штрафу, который при отсутствии у осуждённого средств для его уплаты заменялся принудительными работами. Следует отметить, что первоначально планировалось установить максимальный срок лишения свободы в 5 лет, а минимальный — в 6 месяцев. Лишение свободы задумывалось разработчиками кодекса как мера исключительно исправительная: резолюция IV Всероссийского съезда деятелей советской юстиции по докладу о современной карательной политике гласила: 1)… Лишение свободы имеет своей целью перевоспитание впавших в преступление граждан и приспособление их к условиям существующего строя. 2) Краткосрочный арест как мера не перевоспитания, а так называемого юридического исправления требует помещения арестованных в одиночные камеры, что в переживаемых условиях неосуществимо. Поэтому арест не введен в систему наказаний в проект Уголовного кодекса. 3) Лишение свободы как мера исправительная может достигать желательных результатов лишь при значительных сроках, дающих возможность ознакомиться с личностью преступника и применить к нему те или иные методы воздействия. Поэтому в проекте Кодекса минимальный срок этого вида наказания установлен шесть месяцев. 4) В зависимости от тяжести преступления и степени вредности и опасности преступника для общества объём наказания лишением свободы варьирует от 6 месяцев до 5 лет и применяется по так называемой прогрессивной системе постепенным смягчением режима в зависимости от степени исправления, характеризуемой поведением и трудолюбием заключенного. — Вестник советской юстиции на Украине. 1922. № 2. С. 72—73[25]. Однако, как показала практика, установление минимального 6-месячного срока лишения свободы оказалось ошибочным: всего через год (законом от 10 июля 1923 года) было введено краткосрочное лишение свободы[26]. Лишение прав заключалось в лишении активного и пассивного избирательного права (в том числе в профессиональные организации), права занимать ответственные должности, быть народным заседателем, защитником на суде, попечителем и опекуном. Самое лёгкое наказание — общественное порицание — заключалось в публичном (на собрании, сельском сходе и т. д.) объявлении вынесенного судом осуждения данному лицу с опубликованием приговора в печати за счет осужденного либо без такового. В ст. 49 Кодекса вводилось понятие «социально опасные элементы» в виде высылки лиц, которые представляли «социальную опасность», на срок до трёх лет, к тому же с неуголовно-правовыми основаниями её применения (за «связь с преступной средой» и «прошлую деятельность», то есть, например, даже за наличие судимости). Эта норма явилась новацией по отношению к советскому законодательству 1917—1922 гг., и не раз приводила впоследствии к перегибам, подобным объявленной в 1921 году Центроугрозыском «неделе воров», когда арестовывались все лица, ранее судимые за имущественные преступления независимо от того, какую деятельность они осуществляли в настоящий момент[27]. Она обоснованно критиковалась уже в момент принятия и много позже, например, В. Д. Смирновым иМ. Д. Шаргородским [28]. 10 августа 1922 года Ф. Э. Дзержинский подписал декрет ВЦИК о применении высылки до трех лет за причастность к контрреволюционным преступлениям ирецидивистам (вопрос о такой высылке рассматривался комиссией из представителей НКВД и Наркомюста согласно утверждению ВЦИК). Административная высылка в соответствии с Декретом от 16 октября 1922 г. стала применяться к двум категориям лиц: к деятелям антисоветских политических партий (ст. 60, 61, 62 УК) и к дважды судимым по ст. 76, 85, 93, 140, 170, 171, 176, 180, 182, 184, 189—191 и 220 УК. Другие институты общей части[править | править вики-текст] Кодекс предусматривал ответственность за приготовление к преступлению (в случаях, когда преступность таких действий прямо установлена в уголовном законе — ст. 12), оконченное и неоконченное покушение на преступление (ст. 13). Покушение наказывается так же, как и оконченное преступление, однако отсутствие или незначительность фактически наступивших преступных последствий могли быть приняты во внимание судом при назначении наказания (ст. 14). Существовала и норма о добровольном отказе от совершения преступления (ст. 14). Обстоятельствами, исключающими преступность деяния, по УК РСФСР 1922 года являлись необходимая оборона и крайняя необходимость. Кодекс не содержит общего определения соучастия. В одном из проектов соучастие определялось как совершение деяния сообща группой лиц[29]. Предусматривалась ответственность исполнителей, подстрекателей и пособников преступления (ст. 16), причём мера наказания при совершении преступления в соучастии определялась как степенью участия, так и степенью опасности преступника и совершенного им преступления (ст. 15) 3. Система Особенной части УК и ее характерные черты. Классификация преступлений уголовный кодекс преступление наказание Особенная часть УК РСФСР 1922 г. в редакции 1 июня 1922 г. состояла из следующих глав: I. Государственные преступления: 1) о контрреволюционных преступлениях, 2) о преступлениях против порядка управления. II. Должностные (служебные) преступления. III. Нарушение правил об отделении церкви от государства. IV. Преступления хозяйственные. V. Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. VI. Имущественные преступления. VII. Воинские преступления. VIII. Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок. Следует заметить, что в число государственных преступлений включались все преступления против порядка управления, например, оскорбление представителя власти, самоуправство, подделка документов, побег арестованного и т. д. «57. Контрреволюционным признается всякое действие, направленное на свержение завоеванной пролетарской революцией власти рабоче-крестьянских Советов и существующего на основании Конституции РСФСР Рабоче-крестьянского Правительства, а также действия в направлении помощи той части международной буржуазии, которая не признает равноправия приходящей на смену капитализма коммунистической системы собственности и стремится к ее свержению путем интервенции или блокады, шпионажа, финансирования прессы и тому подобными средствами». Хрестоматия по истории отечественного государства и права 1917- 1991 гг. / Под ред. О.И.Чистякова. М., 2005. С. 101 «74. Преступлением против порядка управления признается всякое деяние, направленное к нарушению правильного функционирования подчиненных органов управления или народного хозяйства, сопряженное с сопротивлением или неповиновением законам советской власти, с препятствованием деятельности ее органов и иными действиями, вызывающими ослабление силы и авторитета власти». «105. Злоупотребление властью, т. е. совершение должностным лицом действий, которые оно могло совершить единственно благодаря своему служебному положению и которые, не будучи вызваны соображениями служебной необходимости, повлекли за собой нарушение правильной работы учреждения или предприятия, или общественного порядка, или частных интересов отдельных граждан,- карается лишением свободы или принудительными работами на срок до одного года или увольнением от должности. Если те же действия имели особо тяжелые последствия или были совершены должностным лицом в корыстных или иных личных видах, то караются лишением свободы на срок не ниже одного года со строгой изоляцией». «119. Использование религиозных предрассудков масс с целью свержения рабоче-крестьянской власти или для возбуждения к сопротивлению ее законам и постановлениям - карается наказаниями, предусмотренными ст. 69. 120. Совершение обманных действий с целью возбуждения суеверия в массах населения, а также с целью извлечь таким путем какие-либо выгоды - карается лишением свободы на срок до одного года или принудительными работами на тот же срок. 121. Преподавание малолетним и несовершеннолетним религиозных вероучений в государственных или частных учебных заведениях и школах - карается принудительными работами на срок до одного года». «126. Трудовое дезертирство, т. е. уклонение от учета или регистрации, установленных органами, объявляющими либо про водящими трудовые мобилизации, или от явки на работу, а равно самовольное оставление работы, выполняемой в порядке трудовой мобилизации,- карается принудительными работами на срок не ниже одной недели. Трудовое дезертирство, сопряженное с ущербом для обороны страны, - карается наказаниями, предусмотренными ч. 2 ст. 79». Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности в УК РСФСР 1922 г. были разделены на пять видов (убийство, телесные повреждения и насилие над личностью, оставление в опасности, преступления в области половых отношений, иные посягательства на личность и ее достоинство). «142. Умышленное убийство карается лишением свободы на срок не ниже восьми лет со строгой изоляцией, при условии его совершения: а) из корысти, ревности (если она не подходит под признаки ст. 144) и других низменных побуждений; б) лицом, уже отбывшим наказание за умышленное убийство или весьма тяжкое телесное повреждение; в) способом, опасным для жизни многих людей или особо мучительным для убитого; г) с целью облегчить или скрыть другое тяжкое преступление; д) лицом, на обязанности которого лежала особая забота об убитом; е) с использованием беспомощного положения убитого». Хрестоматия по истории отечественного государства и права 1917- 1991 гг. / Под ред. О.И.Чистякова. М., 2005. С. 104 В отношении многих преступлений при издании Уголовного кодекса была существенно изменена санкция. В ряде случаев это изменение выражало собою качественно иной взгляд на тяжесть данного деяния: оно из легкого преступления, стоящего на грани административного деликта, превращалось в тяжкое преступление и наоборот. Для примера остановимся на изменении санкции за контрабанду и содержание притонов разврата. По проекту 1921 г. контрабанда-преступление, караемое принудительными работами на срок до 3 месяцев или штрафом до 300 рублей (ст. 81). Проект 1922 г., сохранив эту санкцию для простой контрабанды, предусмотрел квалифицированную контрабанду (ч. 2 ст. 92), отнеся к ней контрабанду в виде промысла, вооруженную контрабанду, контрабанду определенных предметов. Вместе с тем проект отграничил контрабанду как уголовное преступление от контрабанды как административного деликта. В УК 1922 г. наказуемость контрабанды (ст. 97) была определена в общем так же, как и в проекте 1922 г. Содержание притонов разврата по проекту 1921 г. считалось весьма легким преступлением, близким к административному деликту. Статья 231, предусматривавшая это деяние, а также допущение разврата в гостиницах и меблированных комнатах, была включена в главу о нарушениях правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок, и содержала санкцию в виде штрафа до 300 рублей или принудительных работ до трех месяцев. Проект 1922 г. отнес содержание притонов разврата к числу преступлений против личности (ст. 164),.установив санкцию в виде лишения свободы до двух лет. Уголовный кодекс 1922 г., учитывая необходимость решительного пресечения всех попыток восстановить дома терпимости в Советской стране, установил санкцию в виде лишения свободы на срок не ниже трех лет с конфискацией имущества. В первые два года действия Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. подвергся значительным изменениям. Некоторые из них были вызваны недостатками и пробелами УК, вполне понятными в первом кодексе, к тому же подготовленном и изданном в крайне короткий срок. Другие изменения были вызваны общим развитием советского социалистического уголовного права или же появлением на новых этапах социалистического строительства новых общественно опасных деяний, отпадением или изменением степени общественной опасности ряда деяний. Самым крупным нововведением, фактически относящимся, к Общей части уголовного права, но законодательством 1925 г. включенным в Уголовно-процессуальный кодекс, является установление принципа отказа от уголовного преследования деяний, хотя формально и подпадающих под признаки состава какого-либо преступления, но лишенных общественно опасного характера. Большое число изменений было внесено в 1922-1925 гг. в нормы Особенной части. Многие статьи Уголовного кодекса подвергались существенному изменению, причем менялось как место данного состава преступления в кодексе, так и элементы состава преступления. Еще в большей степени менялись санкции по отдельным видам преступления. В последующие после издания Уголовного кодекса годы периода перехода на мирную работу по восстановлению народного хозяйства круг преступных деяний существенно изменяется. Рядом законодательных актов признаются преступными деяния: а) которые посягают на мероприятия социалистического государства, вытекающие из задач восстановительного периода, и б) деяния, которые становятся нетерпимыми и общественно опасными с, дальнейшими успехами социалистического строительства и ростом на их основе социалистического правосознания. Вместе с тем многие деяния, отнесенные Уголовным кодексом РСФСР 1922 г. к числу преступлений, теряют общественно опасный характер и исключаются из числа преступлений. Как видим, Особенная часть УК устанавливала виды преступлений - государственные преступления, должностные (служебные) преступления, нарушение правил об отделении церкви от государства, преступления хозяйственные, преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности, имущественные преступления, воинские преступления, нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок. |