аэлита. Аэли́та. Алексея Николаевича Толстого о путешествии
![]()
|
«Аэли́та» — фантастический роман Алексея Николаевича Толстого о путешествии землян на Марс. Текст написан в основном в эмиграции, первое издание вышло в Петрограде в 1923 году и неоднократно перепечатывалось. В 1935—1938 годах автор глубоко переработал текст для Детгиза и Гослитиздата, сделав его более эстетически выверенным и сняв много мистических эпизодов и элементов, в жанровом отношении он превратился в повесть. Таким образом, «Аэлита» входит в ряд произведений А. Толстого, существующих в двух сильно отличающихся вариантах при неизменности фабулы. Основой сюжета является полёт инженера Мстислава Сергеевича Лося и солдата Алексея Ивановича Гусева на Марс, где они обнаруживают высокоразвитую цивилизацию. Правители марсиан являются потомками древних атлантов, перелетевших двадцать тысяч лет назад на красную планету. Инженер Лось влюбляется в дочь «властелина над всеми странами Тумы» (Марса) Аэлиту; Гусев, подружившись с племянницей управляющего Ихой, намеревается устроить революцию на планете с целью последующего присоединения Марса к РСФСР. Однако эти мечты оказались несбыточными: Тускуб, отец Аэлиты, повелел убить пришельцев, революция захлебнулась в крови. Путешественникам удаётся спастись от преследований армии Тускуба и вернуться на Землю. В финале Лось принимает на радиостанции таинственные сигналы из космоса, в которых узнаёт голос Аэлиты[1]. Первоначально эмигрантские и советские критики (не исключая И. Бунина, К. Чуковского, В. Шкловского и Ю. Тынянова) негативно восприняли роман, считая его подражательным и «легковесным». Более позитивно восприняли произведение Максим Горький и Лев Карсавин (особенно последний). Со временем «Аэлита» была оценена как органическая часть творчества А. Толстого, воплощавшая его характерные стилистические и идеологические мотивы, выражавшая творческую свободу и возможность жанрово-стилистических экспериментов. После 1939 года повесть постоянно переиздаётся и превратилась в классику детско-юношеской литературы. В странах бывшего СССР «Аэлита» сделалось популярным женским именем, также используемым для разнообразных учреждений сферы обслуживания. Этим именем названы фестиваль и награда в области фантастической литературы[2]. Примечание: Детали сюжета и цитаты приводятся по первоначальной редакции романа. Четырнадцатого августа «21 года» корреспондент американской газеты Скайльс замечает на улице Красных Зорь в Петербурге странное объявление, написанное чернильным карандашом. Некий инженер Мстислав Сергеевич Лось приглашает желающих в экспедицию на Марс. Инженер демонстрирует Скайльсу летательный аппарат в виде огромного стального яйца и заявляет, что достигнет Марса за девять или десять часов. Уже несколько лет крупные радиостанции Земли принимают непонятные сигналы. Лось уверен, что они идут с Марса, и на планете есть разумная жизнь. Вечером того же дня к Лосю заходит солдат Алексей Иванович Гусев, читавший объявление, и соглашается лететь. Он женат, но бездетен, всю жизнь занимается войной и революцией («Четыре республики учредил, в Сибири да на Кавказе, и городов-то сейчас этих не запомню»). В ночь перед полётом Лось не спит, вспоминает умершую жену Катю, которую очень любил. Покинуть Землю инженер хочет из-за тоски по любимой женщине, но понимает, что не сможет бежать от самого себя. Гусев тоже прощается с женой Машей, которую любит по-своему, но не в состоянии долго усидеть на одном месте[3]. После перелёта через космическое пространство (миновав осколок разбитой планеты «с развалинами уступчатых башен»), Лось и Гусев садятся на поверхности Марса. Воздух оказался годен для жизни, вокруг простиралась «оранжево-апельсиновая плоская равнина», поросшая высокими кактусами, которые оказываются живыми растениями. Вскоре выясняется, что кактусы растут рядами — это возделанное поле. Немного спустя путешественники увидели первого марсианина — краснокожего, очень похожего на земного человека, — на летающем устройстве с крыльями. Накричав на путешественников за поваленные кактусы, марсианин бросает им мешок с провизией и улетает. Далее Лось и Гусев отправляются исследовать окрестности и натыкаются на развалины, Гусев определяет, что строения взорваны — видимо, здесь была война. В одном из брошенных домов Лось находит библиотеку и странные статуи и мозаики, а Гусев — экран, который демонстрирует картины большого города. На закате путешественники успели вернуться к своему аппарату, подвергшись нападению гигантских пауков; Лосю не спится, и он предаётся тяжёлым думам. Утром пришельцев будит шум винтов — прибыл большой летающий корабль. Начальник марсиан — с голубым лицом, в чёрных одеждах, — оставляет охрану и везёт Лося и Гусева за горный хребет Лизиазира, через равнину под названием Азора, «цыплячьи, весенние луга, которые вспоминаются во сне в далёком детстве», усеянные огромными водохранилищами и каналами. В столице Азоры, городе Соацере, путников встречает изумлённая толпа во главе с чернобородым марсианином. Он распоряжается отправить землян в поместье, окружённое рощей с лазоревой листвой. Несмотря на комфорт и изысканную пищу, Гусев недоволен. Он жаждет действия и «документика о присоединении Марса» к Советской Республике. Лось же считает, что с Марса они должны вывезти мудрость этого мира[3]. Обучением пришельцев занялась Аэлита — дочь чернобородого марсианина. Имя её означает «Видимый в последний раз свет звезды». Она описана как нежная девушка с чуть удлинённым бело-голубым лицом и «огромными зрачками пепельных глаз». Контакт начинается с демонстрации туманного шара, отражающего воспоминания. За семь дней путешественники в совершенстве овладевают марсианским языком[3]. Горы Лизиазиры и священный гейзер Соам. Фантастическое изображение Димитра Найденова Аэлита рассказывает историю Марса. Двадцать тысячелетий назад планету Марс (туземное её название Тума) населяла оранжевая раса Аолов. Среди Аолов объявился сын пастуха, который пророчествовал о Сынах Неба и проповедовал непротивление злу («закопай несовершенство под порогом…, стань тенью зла») и омовение в горном гейзере Соам. Старейшины сговорились и убили его. Но вскоре начался конец света: звезда Талцетл (Земля) «сияла, как злой глаз», а с небес сорок дней и сорок ночей падали бронзовые яйцевидные аппараты, откуда вышли свирепые Сыны Неба — Магацитлы. Они поработили равнинных марсиан, принуждая их пахать землю, рыть каналы и строить водохранилища. Началась война племён с пришельцами. Марсиане снова вспомнили учение сына пастуха, ушли в горы Лизиазиры, построили там Священный Порог, под которым похоронили зло и очистились, пройдя через огонь. Магацитлы подавили сопротивление, но к Священному Порогу приблизиться не посмели и не трогали верующих в пастуха. У Сынов Неба не было женщин, и тогда они послали к Аолам прекрасного лицом вестника, просившего отдать дочерей марсиан в жёны сыновьям Земли. От этого союза произошло голубое племя Гор, была построена столица Соацера (Солнечное селенье) и Марс начал процветать. Но когда умер последний пришелец с Земли, с ним ушло и знание. Спустя много тысяч лет потомки племени Гор снова прочли тайные книги землян[3]. Пока Лось общался с Аэлитой, Гусев познакомился с её служанкой, племянницей управляющего, — смешливой смугло-синеватой, полненькой Ихой (прозвав её «Ихошка»). От неё Гусев узнаёт, что чернобородый марсианин Тускуб — глава Марса. Она показывает землянину систему видеосвязи: Алексей наблюдает за толпой, вдыхающей наркотический дым хавры, а потом случайно переключается на заседание правительства. Из выступления Тускуба Гусев понимает, что землян хотят убить[3]. Тем временем, Аэлита рассказывает Лосю, что удалось прочитать в книгах Магацитлов. Они были последними атлантами. Атлантиду покоряли тысячи племён и растворялись в ней, делая страну богаче и могущественнее. Однако когда наступила эпоха мира, атланты овладели древней магией мгновенного высвобождения жизненной силы и раскололись на два ордена — светлых и чёрных, между которыми началась война. Чёрные назвали себя Магацитлами, что означает «беспощадные». Погубив материк, утонувший в водах океана, главы ордена улетели на Марс в яйцеобразных аппаратах[3]. Гусев продолжил исследование Соацеры, и заметил первые признаки народных волнений — назревала борьба между Тускубом и вождём рабочих, инженером Гором. Чтобы прекратить борьбу и предотвратить революцию, Тускуб решает разрушить город — гнездо порока, и дать миру «умереть спокойно и торжественно». Гор против, надеясь на помощь землян. Гусев решает вмешаться в революцию и зовёт Лося с собой, но тот влюблён в Аэлиту, и не присоединяется к товарищу. Тускуб передаёт Аэлите яд для пришельцев, но она увозит возлюбленного на воздушной лодке в горы — в пещеры Священного Порога. Там она совершает старинный ритуал и становится женой Лося, хотя была посвящена древней царице Магр и под страхом смерти должна оставаться девой[3]. Пробудившись от любовного наваждения, Лось возвращается в сожжённое поместье Тускуба. Умирающий марсианин передаёт ему записку Гусева, инженер садится на летающую лодку Тускуба и отправляется в эпицентр революции. Гусев и инженер Гор к тому времени захватили арсенал, вооружили рабочих и уничтожили эскадрилью военных кораблей. Однако войска Тускуба отступили в огромный подземный лабиринт, соединяющий почти все города Марса. Ночью его армия атакует город, взрывает арсенал и уничтожает воздушный флот повстанцев. В последний момент Лось вытаскивает Алексея Гусева, герои, простившись с умирающим Гором, спускаются в лабиринт. Герои блуждают во тьме, находят провал, заполненный пауками, и выходят недалеко от поместья Тускуба. Слуга отвозит их к Священному Порогу. Лось, проведя ночь с Аэлитой, хочет взять её с собой на Землю, но прибывший Тускуб забирает Аэлиту, его солдаты тяжело ранят Лося (в последний момент он выпивает яд, хранившийся у марсианки). Гусев находит Лося и вместе с ним летит к «яйцу». Прогнав марсиан, уже разрушающих аппарат, Гусев поднимает космический корабль. В космосе Лось приходит в сознание и обнаруживает провалы в памяти. Ему кажется, что Марс и Аэлита — только сон. Вскоре «яйцо» попадает в хвост кометы, которая направляет аппарат к Земле. Лось и Гусев приземлились на берегу озера Мичиган третьего июня «25 года». Для путешественников экспедиция заняла несколько месяцев, а на Земле прошло четыре года[3]. Вернувшиеся с Марса люди становятся знаменитыми. Скайльс заплатил большую сумму за путевые заметки Лося. Инженер пытается построить на одном из заводов Петербурга двигатель марсианского типа («Предполагалось, что его двигатель перевернёт все устои механики, все несовершенства мировой экономики. Лось… мало верил в то, что какая бы то ни было комбинация машин способна разрешить трагедию всеобщего счастья»)[4]. Он вспоминает Аэлиту и тоскует по любимой. Гусев объехал весь мир с рассказами о марсианских приключениях, «изолгался вконец», и основал в России «Ограниченное Капиталом Акционерное Общество для Переброски Воинской Части на Планету Марс в Целях Спасения Остатков его Трудового Населения»[5]. В финале романа, в бурный зимний вечер за Лосем заезжает Гусев. Уже неделю радиостанция Марсова поля ловит неизвестные сигналы «чрезвычайной силы»[3]: Словно тихая молния пронзил его неистовое сердце далекий голос, повторявший печально на неземном языке: — Где ты, где ты, где ты? Голос замолк. Лось глядел перед собой побелевшими, расширенными глазами… Голос Аэлиты, любви, вечности, голос тоски, летит по всей вселенной, зовя, призывая, клича, — где ты, где ты, любовь?[6] История создания и публикации Замысел и идейный посыл А. Н. Толстой начал писать роман о Марсе в 1921 году, находясь в Берлине. Вероятно, исходный мотив был сугубо коммерческим: нужно было успеть к великому противостоянию красной планеты, которое проходило в 1924 году[7]. Однако, по мнению Е. Толстой, основные импульсы к написанию «Аэлиты» и обращению к теме космической фантастики вообще, коренились в творчестве и влиянии на Алексея Николаевича двух несхожих писателей — Андрея Белого и Валерия Брюсова. Вполне вероятно, что Толстой присутствовал на лекции А. Белого 14 декабря 1921 года в честь открытия берлинского «Дома искусств», организацией которого занимались они оба. Лекция была вводной для целой серии «Культура в современной России», и содержательно была построена на контрасте между ужасами голода и разрухи и одновременного невероятного духовного взлёта. 5 марта 1922 года в газете «Голос России» вышла статья А. Белого «О духе России и о „духе“ в России», в которой речь шла о «космическом сознании России»; соположении России и космической темы, отождествление России с Марсом и его каналами[8]. В июне 1922 года семейство А. Н. Толстого обосновалось в Миздрое, откуда он сообщал К. Чуковскому: «В сентябре кончаю новый роман „Аэлита“, — это сплошь из жизни носорогов, — место действия на Марсе. Вот волюшка-то для фантазии!»[9]. Многие критики, включая западных[10], отмечали, что ключевой для марсианских глав «Аэлиты» конфликт между Тускубом, желавшим достойно и спокойно встретить неминуемую гибель своей вырождающейся планеты, которому вождь восставших Гор противопоставляет надежду на вливание юной земной крови, явно восходит к утопической драме Брюсова «Земля» 1904 года. Судя по переписке писателей 1910 года, Алексей Толстой высоко оценивал «Землю», и 22 октября сообщал Валерию Яковлевичу, что «фантастика — коренная и мало применённая область театра». Е. Толстая высказывала предположение, что во время краткого сотрудничества Толстого и Брюсова в Наркомпросе 1918 года, Алексей Николаевич мог узнать о замысле научно-фантастического романа о путешествии на Марс[11]. К 1918—1919 годам относился неоконченный научно-фантастический рассказ Брюсова «Экспедиция на Марс»[12]. Тематикой космических полётов Толстой увлекался в Париже, и в «Хождении по мукам» появился анархист Жиров с его в буквальном смысле космическими прожектами[13]. В условиях сменовеховского поворота А. Толстого в Берлине и принятого им решения вернуться на родину, обращение его к фантастике было совершенно естественным. Текст о полёте на Марс, совершённом из Советской России, позволял проводить неполитическую апологетику России. По словам Е. Толстой: «Страна с такой высотой утопических мечтаний заслуживала к себе нового, более серьёзного отношения»[14]. Издания. Текстовые варианты Печатание романа началось в «Красной нови» (с шестого номера 1922 по второй — 1923 года)[15], и в 1923 году последовало два книжных издания: в Москве и в Берлине (в старой орфографии). Судя по тому, что разрезаны страницы журнального номера, «Аэлиту» читал И. В. Сталин[16]. Е. Толстая отмечала, что эти три варианта — журнальный и книжные — составляют единый текст, разночтения были минимальны. Важным отличием советского журнального и книжного изданий был подзаголовок «Закат Марса», который отсутствовал в эмигрантском издании, и впоследствии был снят окончательно. В таком виде роман перепечатывался вплоть до конца 1920-х годов, хотя в него вносились автором мелкие правки[17]. Между 1935—1938 годами А. Н. Толстой провёл глубокую переработку текста, этот вариант стал каноническим, воспроизводился в полном собрании сочинений и с тех пор стал одним из самых популярных фантастических произведений в Советском Союзе[18]. Правки носили как стилистический, так и политико-идеологический характер. В первоначальной редакции причины бегства инженера Лося с Земли были почти исключительно политическими: «Земля отравлена ненавистью, залита кровью. Недолго ждать, пока пошатнётся даже разум, единственные цепи на этом чудовище»[19]. В рассуждении Лося о счастье сразу после прибытия на Марс, убраны намёки на то, что творилось в оставленной им России, «земли, политой кровью»[20]. По мнению Е. Толстой, во фрагменте о построении нового мира «на иных, новых законах справедливости, милосердия и законности желания счастья» содержалась прямая цитата из второго параграфа американской Декларации независимости. «Ядро мужественных и суровых людей» из того же фрагмента в 1930-е годы, скорее, ассоциировалось с фашистами[21]. В последующих редакциях причины отчаяния Лося сводились исключительно к смерти любимой. Из книжных изданий 1923 года была убрана дважды повторённая фраза журнальной версии «На земле нет пощады». Из описания религии Пастуха во фразе «Закопай свою ненависть под порогом хижины»[22] было заменено слово: «Закопай своё несовершенство», поскольку в Советской России культивировалась ненависть к классовым врагам. В немногочисленных упоминаниях советского быта удалялись проявления крайней нищеты: в сцене запуска аппарата разговор между оборванными зрителями шёл о том, будут ли выдавать ситец и по сколько вершков — а то рубаха истлела, ходят голые; шли разговоры о продаже валюты. Убрали и упоминание слуха в толпе о «двух пудах» кокаина, который путешественники якобы везут на Марс[23]. В ранней версии вместо Петрограда был нэповский Петербург. Новый Петербург «25 года» охарактеризован совершенно в марсианском духе, с многолюдным Невским, залитым светом, с тысячами «окон, огненных букв, стрел, крутящихся колёс под крышами»; упоминается и постройка «голубых городов»[24]. Е. Толстая приводила пример тонкой текстовой правки в контексте: в ранней версии Лось перед отлётом говорил корреспонденту Скайльсу: «До Марса ближе, чем до Стокгольма»[25]. «Из наглухо закрытой Советской России до наступления НЭПа действительно легче было податься на Марс, чем выехать в Стокгольм и вообще на Запад. В поздней версии это изменено на туманное „пешком, например, до Стокгольма“. Возможно, текст намекал, что покинуть Россию было возможно в то время, только бежав из неё пешком, по льду — в Финляндию и далее»[26]. Причины, побудившие Лося присоединиться к марсианской революции, в первоиздании 1923 года были сугубо личными. Главный жизненный стимул инженера — устремлённость к счастью любви (как некоему всепоглощающему чувству). В самый острый момент у него «в ушах пело: к тебе, к тебе, через огонь и борьбу, мимо звёзд, мимо смерти, к тебе, любовь!»[27]. В этих линиях А. Н. Толстой последовательно убирал все упоминания Бога, Духа и даже креста на могиле жены Лося. Мстислав Сергеевич уважительно упоминал Хозяина вселенной, чьё отражение — человек, а свой побег понимал как духовное заболевание и осмысливал его как отрыв от Духа. Сидя у люка своего аппарата в первый вечер прибытия на Марс, он похож на «унылого беса». Иными словами, Лось взбунтовался против цивилизации, как Фауст, возмутился против Бога. В последующих редакциях «бес» превратился во «пса», «Дух» — в «Родину», а Лось-богоборец — в бездомного эмигранта[21]. Смягчался образ Гусева — на Марсе он первым делом тащил в карман золотые вещи и драгоценные камни («Эти вещи в Петербурге продать — десять вагонов денег. Вот дурёха-то моя обрадуется»)[28], а в финале стал авантюристом. После приземления он «завёл себе собаку, сундук для одёжи, мотоциклет», полгода «разъезжал с импресарио по Америке и Европе», рассказывал о драках с марсианами и «молол чепуху, изолгался, вконец заскучав», и вернулся в Россию[5][29]. Во время редактуры последовательно искоренялся или смягчался мистицизм. Магацитлы изначально пользовались для движения своих летательных аппаратов «растительной силой семян» и могли управлять стихиями с помощью заклинаний[30], что в каноническом варианте превратилось в метафору: «свирепы, как буря» и т. д. Второй династией Атлантиды были иерофанты, но в дальнейших редакциях были оставлены только «сыны Аама» (то есть Авраама), из среды которых иерофанты происходили[31]. При возвращении на Землю Лось и Гусев видят не серп Венеры, а серп Люцифера[32]. Подытоживая, С. Слободнюк утверждал: …Несмотря на политизированность отдельных изменений, внесённых Толстым…, основной замысел автора остался без изменений и даже приобрёл более изящную, нежели ранее, форму[33]. |