пОКАЗАНИЕ ОБВИНЯЕМОГО И ПОДСУДИМОГО. Курсовая- показания обвиняемого, подозреваемого как виды доказат. Курсовая работа на тему Показания обвиняемого, подозреваемого как виды доказательств в уголовном процессе
![]()
|
1 Теоретические основы показаний участников уголовного судопроизводства как доказывание и доказательства1.1 Понятие и цель доказывания в уголовном судопроизводствеС общетеоретических положений доказательственного права, доказывание возможно представить как определенный процесс исследования и познания произошедшего преступного события и удостоверения тех элементов материального и нематериального характера, которые отражают и подтверждают события произошедшие во внешнем мире. Любые заявление или сообщение о преступлении требуют определенных действий со стороны правоохранительных органов по месту их поступления по проверке, исследования всех обстоятельств и фактов, восстановление и выяснения достоверных данных события, которое имело место, принятие законных и обоснованных решений. Установление этих фактов и достижение истины происходят благодаря и с помощью уголовнопроцессуального доказывания. В процессуальной литературе понятие доказывания определяется по-разному. При этом, как отмечается в учебной литературе, в основе процесса доказывания находятся принципы диалектического познания и отражения происходящих событий в материальном мире, т.е. общие принципы диалектики и материализма являются основой для развития специальных методов процесса доказывания1. Познание произошедшего преступного события следует расценивать, по утверждению К. В. Скоблик, в качестве сущности процесса доказывания2. Вместе с тем, следует учитывать, что процесс доказывания имеет не философскую и общепознавательную ценность, а юридическую, правовую значимость. В связи с этим, принципиально важным является познание именно юридически значимых фактов, которые и позволят восстановить и подтвердить (либо опровергнуть) совершение конкретного преступления. Таким образом, логика изложения приводит нас к утверждению, что процесс доказывания состоит из фактической стороны процесса, в рамках которой непосредственно устанавливаются факты, и юридической стороны – удостоверительной. Сложность процесса доказывания, его многосторонний характер и наличие фактической и юридической сторон, предопределяют широкую и узкую трактовки рассматриваемого процесса. С позиции узкого понимания процесс доказывания представляет собой логически последовательную деятельность, включающую в себя поиск и собирание доказательств, их непосредственное исследование, затем оценку и в итоге представление результатов проделанной работы третьим лицам. По мнению Ю.М. Макарцовой, «доказывание всегда коммуникативно, оно обеспечивает переход знания от одного к другому, обращено к третьим лицам»3. Исследователь Ю.Г. Торбин трактует доказывание как деятельность участников уголовного процесса по сбору и исследованию доказательств или самих предметов непосредственного познания как искомых фактов, которая своим назначением имеет установление истины и происходит в соответствии с предусмотренными законом правилами4. С точки зрения широкого понимания указанного института Е. А. Лаврова считает, что доказывание это сложная деятельность, которая осуществляется в специальной форме субъектами, наделенных уголовнопроцессуальным законодательством полномочием осуществлять сбор и оценку доказательства, а также привлеченных или допущенных ими других участников (субъектов) уголовного процесса, которая заключается в исследовании фактов для познания истины о совершенном (или готовящемся) преступлении и связанных с ним обстоятельств с целью достижения определенных законом задач уголовного судопроизводства5. По мнению Д. А. Гордиенкова, доказыванием является процессуальная деятельность указанных в законе органов и лиц, заключающаяся в определении возможных следственных версий, собирании, проверке и оценке доказательств и их источников по этим версиями, а также в обосновании достоверных выводов для установления объективной истины по делу6. А. М. Лютынский отмечает, что доказывание - это вид юридической деятельности, осуществляемой субъектами уголовного процесса по сбору (формированию), проверки и оценки доказательств и их процессуальных источников, а также формулирование на этой основе определенных тезисов и наведения аргументов для их обоснования7. В целом, данная позиция является приемлемой. В то же время, следует согласиться с замечаниями относительно нее. Термин «формирование определенных тезисов» является не вполне удачным, и предлагает уточнить его, заменив на более конкретный по содержанию термин «принятие процессуальных решений». В предложенном им определении не хватает важного признака - указанная деятельность должна осуществляться строго в рамках закона. Важность выделения признака осуществления доказательственной деятельности в рамках действующего законодательства, а более конкретно – в рамках уголовно-процессуального законодательства, позволяет разделить общий процесс доказывания, который может происходить и в обыденной жизни (когда всем все ясно, уже назначен виновный и определены уже вид и мера наказания), от специального процесса – доказывания, осуществляемого на основании норм УПК РФ, а, значит, осуществляемого субъектами в рамках уголовно-процессуальных правоотношений. Особенностью уголовно-процессуальных правоотношений является то, что они не могут возникать и существовать между любыми участниками уголовного процесса (в том числе уголовно-процессуального доказательствования) непосредственно (как, например, гражданско-процессуальные, гражданские, уголовные, трудовые и т.д.). Обязательной стороной этих правоотношений всегда должен быть управомоченный государством орган или должностное лицо (суд, судья, следователь, орган дознания, лицо, производящее дознание). Именно они и определяют своими действиями и решениями наличие допустимости доказательств, их принадлежность (относимость), достаточность и т.д., приходят к выводу о доказанности определенных факта, события и тому подобное. В рассматриваемом аспекте необходимо также детальное рассмотрение взглядов ученых-процессуалистов относительно определения понятия субъектов уголовного процесса, в частности субъектов доказывания и их классификации. К субъектам доказывания Н. Б. Ходжаева относит должностных лиц и органы, на которые возложены сбор, проверка, оценка доказательств и обоснования решений, принимаемых ими в ходе уголовнопроцессуального доказывания, а также других лиц, участвующих в этой деятельности8. В.А. Лазарева, в своём издании, посвященном проблемам доказывания, рассматривает субъектов доказывания как органы и лиц, которые играют в доказывании не единичную или эпизодическую, а постоянную, длительную роль (хотя и в пределах одной стадии процесса), а именно: осуществляют доказывание (сбор, проверку, исследование, оценку доказательств) и ответственны за него; имеют право на активную и длительное участие в процессе доказывания для отстаивания своих интересов, защищенных законом, или интересов лиц, которых они представляют9. Достаточно различны и иные подходы к классификации субъектов доказывания. Встречается деление субъектов доказывания на три группы: лица, на которых возложена обязанность всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела; участники процесса, которые лично заинтересованы в решении дела, и их представители; адвокаты, в уголовном процессе являющиеся защитниками обвиняемых, представителями потерпевших, гражданских истцов и гражданских ответчиков. Отдавая должное взглядам тех процессуалистов, критерием классификации субъектов доказывания определяют отдельные элементы, составляющие процесс доказывания, считаем, что главным фактором при этом должно быть различие полномочий, которыми они наделены в уголовном судопроизводстве, в том числе и на досудебном производстве. Процессуальные правоотношения, возникающие в ходе уголовнопроцессуальной деятельности, продолжаются от ее начала до конца, то есть имеют место и при осуществлении субъектами и другими участниками процесса уголовно-процессуального доказывания как важной составляющей уголовного процесса, главным принципом которого является осуществление исключительно той деятельности и так, как это указано в законе. Обязательным условием уголовно-процессуальных правоотношений, в частности сферы доказывания, является их процессуальная форма, определенная УПК РФ. Именно соблюдение этой формы является обязательным условием законности действий органов предварительного расследования и судебно-процессуальных органов и обоснованности решений, которые ими принимаются в течение всего уголовного судопроизводства, в том числе на досудебном производстве, в ходе исследования всех обстоятельств и фактов, имеющих значение для достижения истины по уголовному делу. Относительно установления истины по уголовному делу, как цели процесса доказывания, в современной научной литературе имеет место дискуссия, в рамках которой подвергается сомнению тот факт, что именно истина должна рассматриваться как цель доказывания. В советский период развития отечественного уголовного судопроизводства цель процесса, как установление истины практически не подвергалась сомнению, так как находила отражения в действующих на тот момент нормах уголовнопроцессуального законодательства. Например, в ст. 243 УПК РСФСР 1960 года непосредственно предписывалось: «Председательствующий руководит судебным заседанием, принимая все предусмотренные настоящим Кодексом меры к всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела и установлению истины …»10. В трудах известного процессуалиста М.С. Строговича, в том числе в работе, опубликованной в 1955 году под названием «Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе» истина формулировалась как непосредственная цель уголовного процесса11. В настоящее время исследователи придерживаются различных взглядов на цель всего уголовного процесса и непосредственно на доказывание. Многие исследователи остаются на традиционных позициях. Так, Н. С. Манова придерживается точки зрения достижения истины как цели уголовно-процессуального доказывания12. В то же время встречаются и достаточно специфический взгляд на целеполагание. Например, Н. М. Букаев и Е. В. Демченко вообще считают, что цель доказывания и в итоге всего уголовного процесса состоит в борьбе с преступностью13. Такая трактовка представляется достаточно спорной. По мнению А. П. Божко и Т. А. Калентьевой, говорить о достижении истины в уголовном процессе не представляется возможным, так как данная категория носит философский характер и нет тех критериев, которые могли бы свидетельствовать о том, что истина достигнута и нет никаких сомнений в её установлении14. Как представляется, следует в части согласиться с их мнением утверждающих, что логичнее в качестве всего уголовного процесса и процесса доказывания, в частности, обозначить «установление фактических обстоятельств, которые имели место быть в действительности». В отношении итоговой цели уголовного судопроизводства все же следует согласиться с более распространенным и ранее сложившимся в научном сообществе видением цели, как установление объективной истины по делу15, но с принятием УПК РФ, вступившего в законную силу с 1 июля 2002 года произошло существенное перемещение центра в процессе доказывания и конечной его цели. Так, в ч. 1 ст. 243 Кодекса говорится: «Председательствующий руководит судебным заседанием, принимает все предусмотренные настоящим Кодексом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон»16. Данное законодательное положение позволило отдельным представителям утверждать, что установление истины не является и не должно являться целью доказывания в уголовном судопроизводстве. Например, Е.Б. Мизулина считает, что современный уголовный процесс — это «технологически устроенное образование, главным для которого является не цель, а результат и способы его достижения»17. Такое высказывание обосновано тем, что законодатель не говорит о достижении истины при рассмотрении уголовного дела, а обеспечивает равноправную состязательность сторон, реализуя при этом охрану прав и свобод личности и неуклонное соблюдение установленной процедуры, утверждая при этом: «Истинным должен быть способ, а не результат уголовно-процессуальной деятельности». Поддерживая указанную позицию, Е.В. Семеняко говорит, что «правосудное решение – это не обязательно решение, в котором во что бы то ни стало должна быть зафиксирована объективная или материальная истина. Мы привыкли к тому, что поиск истины – это и есть наддача, на достижение которой якобы направлен уголовный процесс. Задача же заключается в обеспечении правосудного решения. И в силу этого оно будет истинным. Само по себе правосудие, его цели выше поиска истины, и тем более принесения в жертву этому поиску интересов и прав личности»18. С данными высказываниями в чем-то может и следует согласиться, ибо полной истины по делу установить не всегда представляется возможным, а иногда в этом и необходимости нет (например, всегда ли надо устанавливать количество пуговиц на куртке, в которую было одето лицо, совершившее преступление), но достижение абсолютной истины в виновности совершившего преступление лица – бесспорно. Таким образом, под уголовно-процессуальным доказыванием следует понимать предусмотренную законом деятельность уполномоченных государством органов и должностных лиц (органов дознания, досудебного следствия, суда), а также юридических и физических лиц, вовлеченных в данное производство или принимающих в нем участие по сбору (установлению, формированию), проверки и оценки доказательств и их процессуальных источников, принятие на этой основе законных процессуальных решений с указанием аргументов для их обоснования (мотивации), осуществляемую ими с целью познания и установления фактических обстоятельств дела в рамках уголовно-процессуальных правоотношений, обусловленных такой деятельностью. |