Вельяминов Г.М., Международное экономическое право и процесс (Академический курс) Учебник. - Волтерс Клувер, 2004 г. Вельяминов Г.М., Международное экономическое право и процесс (Ак. Международное экономическое право и процесс
![]()
|
Многосторонние международные торгово-экономические договоры§ 157. В современном мире центр тяжести постепенно смещается в сторону многостороннего экономического сотрудничества. Это относится и к его договорному оформлению. Наиболее впечатляющим примером многостороннего договорного урегулирования международных торгово-экономических отношений стал первый в истории многосторонний универсальной направленности торговый договор - Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ) 1947 г. Соглашение это, действующее в основе своей и до сего дня, получило широкое эволюционное развитие как по количеству участников (ratione personae), так и по содержанию (ratione matеriae). С 1994 г. оно вместе с рядом дополнений в преобразованном виде (ГАТТ-1994) вошло в так называемый Марракешский пакет соглашений 1994 г. под эгидой ВТО и служит в настоящее время своего рода кодексом международной торговли товарами для стран-участниц. С ГАТТ увязаны и такие многосторонние документы Марракешского пакета разного наименования, как: Протокол к статье VI ГАТТ ("Антидемпинговый кодекс"), Соглашение по сельскому хозяйству, Соглашение по текстильным изделиям и одежде. Аналогичный характер имеют и другие многосторонние акты Марракешского пакета (как и соглашения, заключенные под эгидой ВТО уже впоследствии), которые в целом составляют правовую систему ВТО ("право ВТО"), в том числе: Соглашение о торговле услугами (ГАТС), Взаимопонимание (Understanding) о правилах и процедурах, регулирующих разрешение споров, Соглашение о торговых аспектах интеллектуальной собственности (ТРИПС), Соглашение о торговых аспектах инвестиционных мероприятий (ТРИМС), Соглашение (Четвертый Протокол к ГАТС) о либерализации торговли основными услугами в области дальней связи (телекоммуникаций); Соглашение о либерализации торговли финансовыми услугами (четыре приложения к ГАТС, а также Пятый протокол к ГАТС 1997 г.), Договоренности о либерализации электронной торговли, достигнутые после подписания Марракешских документов, и др. Именно этот комплекс документов практически представляет собой свод правовых норм, регулирующих экономические, торговые взаимоотношения не только стран-членов ВТО, но косвенно и неучаствующих стран (см. § 289). § 158. Особую и обширную категорию договоров, нормы которых входят в состав международного экономического права, представляют собой учредительные документы (уставы и т.п.) межправительственных экономических и других организаций, в частности: Устав ООН (особенно его гл. IX "Международное экономическое и социальное сотрудничество" и гл. X "Экономический и Социальный Совет"), Соглашения о создании ВТО, МВФ, МБРР, ИКАО и т.д. Сюда же примыкают и учредительные документы региональных, в том числе интеграционных экономических объединений государств: Римский договор 1957 г. о создании ЕЭС, Маастрихтский договор 1993 г. о Евросоюзе; Соглашение 1991 г. и Устав 1993 г. Содружества Независимых Государств, Соглашение 1992 г. о Северо-Американской ассоциации свободной торговли (НАФТА) и др. (см. гл. VI). § 159. Довольно распространенным видом многосторонних торгово-экономического характера соглашений являют собой соглашения о торговле сырьевыми и отдельными другими товарами, обычно предусматривающие и образование специальных организаций, в частности по торговле нефтью, какао, зерновыми, кофе, оловом, натуральным каучуком, джутом, отдельными цветными металлами, вооружениями и товарами двойного использования и т.п. (см. гл. VIII.3). § 160. Особое место занимают многосторонние договоры, конвенции и иные акты, посвященные международно-правовому обеспечению трансграничных частноправовых интересов, как в сфере торгового оборота, так и в части защиты прав собственности. К первой группе таких договоров (сфера торгового оборота) прежде всего относятся так называемые (в научной литературе) "конвенции международного частного права" (точнее: "конвенции о частном праве", см. § 532), которые обычно имеют целью унификацию для государств-участников их национального частноправового регулирования и которые входят в состав международного торгового права. Здесь должны быть упомянуты: Венская конвенция ООН 1980 г. о договорах международной купли-продажи товаров; Гаагская конвенция 1986 г. о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров (так называемая "Конвенция о международном частном праве"); Оттавские конвенции 1988 г. "О международном финансовом лизинге" и "О международном финансовом факторинге", а также уже ранее названное соглашение системы ВТО - ТРИПС; Конвенция ООН 1974 г. о морской перевозке грузов ("Гамбургские правила"); Конвенция 1956 г. о договоре о международной дорожной перевозке грузов; Венская конвенция 1991 г. об ответственности операторов транспортных терминалов в международной торговле и т.п. (см. далее подробнее). Ко второй группе (защита прав собственности) могут быть отнесены: Парижская конвенция 1883 г. по охране промышленной собственности; Бернская конвенция 1886 г. по охране литературных и художественных произведений, Всемирная (Женевская) конвенция 1952 г. об авторском праве; Мадридская конвенция 1891 г. об охране товарных знаков; Вашингтонский договор о патентной кооперации 1970 г.; Женевская конвенция 1971 г. об охране производителей фонограмм от незаконного воспроизведения их фонограмм и ряд других подобных договоров. На региональном уровне введен был единый Евразийский патент в ряде стран СНГ (1993 г.) и создается единый патент в Евросоюзе (1975 г.) (см. § 647-648). В области защиты интересов иностранных инвесторов следует отметить, в частности, Вашингтонскую конвенцию 1965 г. о порядке разрешения инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами; Сеульскую конвенцию 1985 г. об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций; многостороннее Соглашение стран СНГ 1994 г. о сотрудничестве в области инвестиционной деятельности, Соглашение ТРИМС в рамках ВТО. Специальную категорию представляют собой многосторонние договоры и конвенции международного процессуального права, направленные на обеспечение урегулирования арбитражным или иным путем международных частноправовых споров. Особое значение здесь имеет Нью-Йоркская конвенция ООН 1958 г. о признании и приведении в исполнение арбитражных решений. Что касается судебных решений, такое же значение имеют, в частности, условия многосторонних соглашений о правовой помощи. Отметим и многостороннюю Конвенцию 1972 г. о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества (между странами СЭВ), которая касалась, по идее, рассмотрения споров между государственными хозяйственными организациями (см. § 810). Наконец, своеобразную форму обеспечения, в частности, международных частных интересов, имеют так называемые модельные (единообразные) законы, принимаемые в форме международных многосторонних соглашений. Например, разработанные в рамках ЮНСИТРАЛ Единообразный закон 1985 г. о международном торговом арбитраже, Единообразный закон 1994 г. о закупках товаров (услуг) в кредит, Единообразный закон 1995 г. о правовых аспектах обмена электронными данными и др. По существу, в этих случаях на международном уровне принимается факультативного характера типовой законодательный акт, который любое государство может воспроизвести целиком или с модификациями в виде национального закона (см. § 542). § 161. Большое количество разнообразных многосторонних (и двусторонних) договоров касается регулирования экономических вопросов, часто в сочетании с техническими и эксплуатационными, особенно, к примеру, в области международного сотрудничества в сфере транспорта и связи, охраны окружающей среды, миграции населения и т.д. Во многих случаях регулирование экономических интересов государств занимает при этом лишь побочное, подспудное место, поэтому такие соглашения обычно классификационно и не относятся к торгово-экономическим. Например, Европейское соглашение 1975 г. о международных автомагистралях относимо, по идее, к соглашениям технически-транспортного характера, но экономическое значение его, разумеется, несомненно. Или, к примеру, давно ведущиеся переговоры пяти прибрежных стран Каспийского моря о разделении его дна и акватории. Экономические интересы сторон, связанные с добычей нефти, при этом самоочевидны. Формально же эвентуальный общий договор по этому вопросу к соглашению строго экономического характера целиком не отнесешь. Грани между различными международными договорами под углом зрения их классификации по предмету регулирования, таким образом, довольно условны. |