znakka4estva.ru - Социология (3936). Социальная работа с молодежью Введение
![]()
|
2.3. Социальная работа общественных объединений с молодежью В законе «О государственной молодежной политике», дано следующее определение молодежной политики: «Государственная молодежная политика является деятельностью государства, направленной на создание правовых, экономических и организационных условий и гарантий для самореализации личности молодого человека и развития общественных молодежных объединений, движений и инициатив». Государственная молодежная политика осуществляется: 1. государственными органами РБ и их должностными лицами; 2. молодежными объединениями и их ассоциациями; 3. молодыми гражданами. Реализация молодежной политики проявляется в социальной, экономической сферах, в сфере образования, воспитания и др. Современная молодежная политика получила развитие и корректировку с учетом состояния общества, положения в нем молодежи, возможностей и способностей государства. Вместе с тем, молодежная политика инертна, консервативна, недостаточно эффективна. В федеральном законе «Об общественных объединениях» в ст.5 раскрывается понятие общественного объединения – это «добровольное, самоуправляемое, некоммерческое формирование, созданное по инициативе граждан, объединившихся на основе общности интересов для реализации общих целей, указанных в уставе общественного объединения». Общественные молодежные организации отличают добровольность, самоорганизация и самоопределение. Наиболее активными создателями и участниками организаций являются лица, имеющие высшее образование, гуманитарные профессии и в той или иной форме работающие с населением. Все организации, официально зарегистрированные на территории РФ, обязаны предоставлять ежеквартальные отчеты в налоговые органы. Наиболее общие позитивные черты молодежных организаций: а) сильная мотивация людей, работающих в организациях. б) личная заинтересованность. в) возможность действовать оперативно и без распыления средств, ввиду отсутствия между проблемой и людьми длинной бюрократической цепочки. г) творческая инициатива. Рассмотрим, как осуществляется работа с молодежью различными общественными организациями. Политические организации могут действовать в пространстве социальной работы с молодежью в ряде аспектов. Во-первых, политическая деятельность – это, в существенной степени, борьба за власть, и ею определяются решения властных структур. Прямое влияние этой деятельности на выработку непосредственно молодежной политики не очевидно. Однако, молодежная политика представляет собой неотъемлемую часть политической жизни вообще, в которой все взаимосвязано. Поэтому нельзя утверждать, будто рост влияния той или иной партии и ее молодежной организации не имеет к социальной защите молодежи никакого отношения. Во-вторых, политические движения и партии участвуют в реализации социальной защиты населения, в том числе, молодежи, в качестве организаций, осуществляя различного рода благотворительность. Разумеется, делается это ради имиджа, завоевания электората; но осуществляются при этом довольно масштабные программы, с привлечением негосударственных средств. В-третьих, политическая сфера неизбежно рождает экстремизм, выступающий одной из крайних форм деструктивной активности, в том числе, молодежи. Большинство боевиков различных экстремистских группировок – люди не старше 30 лет. В то же время, включение в законные формы политической активности может канализировать инициативу молодежи, предохраняя ее от антиобщественных действий. Поэтому с точки зрения интересов социальной работы с молодежью палитра политических движений и партий, борющихся за ее поддержку, далеко не безразлична. Разумеется, социальные работники не могут своими силами устранить с политической арены экстремизм или обеспечить доминирование позитивно влияющих на молодежь сил. Однако, знать политическую ситуацию, предпочтения и симпатии молодежи, влиять на них, сотрудничать с руководством политических партий и движений они могут и обязаны. Принципиально важным представляется вопрос о степени развития политических представлений молодежи. В нем принято выделять этапы ориентированного на значимых других восприятия, персонализации, формирования эмоциональных представлений о политике и институционализации представлений. При этом первые три этапа характеризуют уровень первичной политической социализации, на котором молодые люди лишь адаптируются к системе, а четвертый – уровень вторичной социализации, на котором личность вырабатывает собственные политические суждения. История дает слишком много примеров вовлечения в политическое действие молодых людей, ступивших лишь на второй или третий этапы политического развития. Именно они и становились материалом для реализации силовых акций, диктуемых теми или иными, скрытыми от самих исполнителей, целями. К сожалению, рефлективность, способность непременного осмысления последствий предполагаемого действия, также приходит с жизненным опытом и молодежи не всегда свойственна. По данным НИЦ Института молодежи (массовые опросы по репрезентативной выборке), для значительной части молодежи характерно романтизированное представление о сущности демократии, связывающее ее, прежде всего, со свободой (33 % в целом по выборке и 38 % в региональных столицах). На втором месте – «законность, порядок»: 32 %, но в столицах субъектов федерации лишь 28 %. Тенденция, таким образом, просматривается не к обретению зрелости, но, напротив, романтизации представлений. Это говорит о том, что их первоначальное содержание, рудиментарно фиксируемое «глубинкой», основывается просто на восприятии внешних установок. Юношам и девушкам известно, что в общественном мнении принято связывать демократическое устройство с устойчивым правопорядком, и они некритически принимают это суждение именно потому, что не выработали своих собственных. Естественно, смещение взглядов начинается в столичных городах, но идет оно не в сторону формирования целостных убеждений, а именно к высвобождению персонифицированного, эмоционального восприятия политики. Гендерная специфика в этой сфере сводится к доминированию установок, обосновывающих практики исключения женщин из политической деятельности. Доминирующие в большинстве социальных групп представления предлагают модель женщины-политика, либо приближающуюся к образу «деловой леди», исключающему женственность, либо создающую портрет своеобразно романтизированной участницы экстремистской группировки. Разумеется, молодежь не воспринимает свои политические установки в качестве требующих коррекции, напротив, склонна к их нормализации. По данным тех же опросов НИЦ ИМ, считает себя гражданами России 62 % (нет – 14,4 %, затруднились с ответом 23 %), но при этом состоявшейся российскую государственность полагает только 9,7 %, в то время как не состоявшейся – 58,3 %. Закономерен вопрос, принадлежность к чему именно заявляет большинство? При этом «не до гражданской активности» 42,3 % респондентов, полагающих, что важнее завершить учебу, найти работу, в то время как только 21,2 % полагают такую активность неуместной в силу отчужденности государства от молодежи. Трезвый взгляд на вещи можно только приветствовать; однако, сумма этих взглядов дает нам картину, не слишком обещающую в отношении формирования гражданского общества. Неудивительно, что 64,9 % ставят порядок, как ценность, выше демократии (в то время как только 27 % связывают установление в стране порядка и законности с объединением граждан на демократической основе). Приходится констатировать высокий уровень отчуждения молодежи от государства, как такового, и приватизации жизнедеятельности. Декларировать готовность к проявлению политической активности склонна довольно значительная группа молодежи: участвовать в забастовках полагают возможным для себя 23,4 %, в несанкционированных демонстрациях и митингах – 16,6 %, распространять декларации, манифесты, продукцию самиздата – 15,9 %. Однако, между намерениями и поступками существенная, и меняющаяся, в зависимости от ситуации, дистанция. Опыт последнего десятилетия показывает, что общая напряженность политической обстановки интенсивнее всего провоцирует экзальтированность именно молодежи: в акциях 1991 года молодое поколение участвовало достаточно интенсивно. В то же время, не следует ожидать от юношей и девушек действий, переструктурирующих контекст политической ситуации, хотя не реализуемая установка не перестает быть установкой, порождая состояния, аналогичные феномену «внутренней эмиграции». Вывод можно сформулировать следующим образом: молодежь не выступит в роли инициатора и организатора радикалистских, экстремистских движений, но вполне может составить значительную часть их базы, если такие движения приобретут популярность. Учет этих соображений в социальной работе предполагает безусловное наличие в социальных службах информации о политической ситуации в регионе и учет этой информации в прогнозировании поведения молодых людей. Сотрудничество социальных служб и политических организаций в молодежной работе наиболее институционализовано в странах с развитой демократической традицией. Наша страна имеет традиции молодежного политического движения. В 1909 году была создана первая скаутская дружина, и в последующие годы скаутские организации, а также поддерживаемые различными партиями объединения, приобретали существенное влияние на молодежь. На рубеже 20-х – 30-х годов все некоммунистические организации были ликвидированы. Результатом монополии одной государственной идеологии стало снижение реальной политической активности молодежи, ставшее особенно очевидным к середине 90-х годов. Сегодня большая часть молодых людей связывает возможности участия в политической жизни только с ажитацией предвыборных кампаний, причем 8,32% готовы подобную активность проявлять лишь на платной основе (а среди студентов 11,54%, что связано с их реальным знакомством с такого рода практикой). В партиях, движениях готовы участвовать только 6,75%. Здесь наивысший показатель тоже среди студентов, 12,64%, в то время как у школьников втрое ниже, 3,09%. Зато противоположное соотношение мнений в отношении участия в митингах и демонстрациях. Студенты позитивно относятся к этой форме политической активности в наименьшей степени: 3,02%, по школам – 4,58%, колледжам – 6,51%. И здесь студенты апеллируют к своему опыту различных вузовских акций протеста, мнения других групп учащейся молодежи прожективны. Парадигма демократического общества, основанного на экономической свободе, плюрализме, многопартийности, для значительной части населения распадается на не связанные между собой элементы. Предлагаемый образ свободы просто не воспринимается в качестве такового. Государственная политика в России давно не являлась полем открытой борьбы частных и групповых интересов, реализовывавшихся вне ее пространства. При этом отчуждение политики от общества столь глубоко, что без поддержки остаются даже добросовестные попытки изменить ситуацию. Вес политизированных молодежных организаций в современной России незначителен. Общая численность сторонников крупнейших не превышает 90 тысяч человек. При этом, всеми ими активно эксплуатируются аффилиативные стремления молодежи. Особенно показательна в этом плане сеть «Идущие вместе», где организация оказывается самоцелью: сколачивая «пятерки» и «десятки», функционеры поднимаются во внутренней иерархии, получая и подкрепление в виде оплаты труда. Это реальное положение вещей маскируется активностью политической элиты. В середине девяностых годов в России фунуционировало 70 международных, федеральных, межрегиональных молодежных объединений, 5 молодежных организаций при политических партиях. Но, по самым завышенным данным, охватывала эта разветвленная сеть лишь 0,5-2% молодежи. По точной оценке Ю. Л. Качанова, российская политика не выражает ничего, кроме самой себя… политическая реальность предстает сегодня не в качестве чего-то объективного… но как отражения отражений, отражения отражений отражений… которые, в свою очередь, ничего не выражают, не имеют действительного значения. И можно было бы лишь приветствовать деполитизацию социализационных процессов, если бы за эфемерностью политической реальности не стоял, с жесткой определенностью, вопрос о власти. В наибольшей степени артикулированы проблемы социальной защиты молодежи в деятельности прокоммунистических организаций. Их пропаганда может искажать картину общественного мнения по этим вопросам. В обращении к молодежи страны, принятом 20 февраля 1999 года Учредительным Съездом Союза Коммунистической Молодежи, заявлено: «Приветствуя, как и все молодые люди, идеалы свободной личности, развитие инициативы, свободу слова, печати, собраний, демократизацию властных институтов, мы не можем спокойно взирать на опасное развитие в молодежной среде таких асоциальных явлений, как преступность, проституция, наркомания и алкоголизм... выступаем за полноценную реализацию права каждого молодого соотечественника на гарантированные государством равные стартовые условия в жизни». Обращение ставит ряд задач в пространстве социальной работы с молодежью: добиться, чтобы студент, учащийся техникума или ПТУ мог спокойно учиться и полноценно отдыхать, не беспокоясь о дополнительном заработке, работающая молодежь регулярно получала достойную заработную плату, имела полноценные условия труда и отдыха, безработные как можно быстрее находили хорошо оплачиваемую работу, молодые мамы вовремя получали детские пособия, качественное медицинское обслуживание и всестороннюю поддержку государства в воспитании детей, демобилизованные из армии молодые военнослужащие не оставались без жилья и работы. Однако, решение этих проблем рассматривается исключительно в контексте радикальной смены политического устройства страны, более того, глобальных изменений в международном балансе сил. Используя патриотические лозунги, абсолютное большинство прокоммунистических движений, в той или иной степени, артикулирует в своих программах «антизападничество», антиамериканизм, в сочетании с требованиями немедленной, использующей непарламентские средства, борьбы за власть, что создает почву для экстремистских настроений. В качестве доказательства способности комсомола к осуществлению этой роли приводятся эпизоды поддержки руководством ВЛКСМ некоторых инициатив «снизу». Объектом ностальгии оказывается и система воспитания молодежи, существовавшая в советскую эпоху. Альтернативой ей видится представленная в самом неприглядном свете картина полного пренебрежения к юношеству сегодня. В конфигурируемом таким образом пространстве «выразителями интересов» молодежи оказываются организации типа «Партизанского движения», выступающие с призывами типа: «Из тебя сделали маргинала. Из тебя сделают в лучшем случае приставку к тому или иному конвейеру, в худшем – выбросят на свалку как некачественный товар... Они называют нас экстремистами. Это не экстремизм – это нормальная реакция живых людей на происходящее, просто живых осталось немного». В качестве единственного решения социальных проблем рассматриваются политические выступления молодежи, типа имевших место в апреле 1994, 1995 годов. Какая-либо позитивная активность отрицается, как не способная изменить положение вещей. Примечательно, что молодежные прокоммунистические организации обращаются не к пролетариату, а к учащейся молодежи. Как утверждает А. Тарасов, «СССР до «перестройки» оставался последним оплотом европейской классической цивилизации. Сегодня настала его очередь. Предполагается, что именно молодежь, культурно и социально еще не укорененная, должна выполнить роль «человеческого тарана» в деле разрушения европейской классической цивилизации в России и замены ее цивилизацией американской «масс-культуры». Для этого, разумеется, необходимо предварительно изменить ценностную ориентацию молодежи – идеал творца, высокий статус интеллигента должен был заменен идеалом обывателя, высоким статусом денежного мешка». Перспектив у такого рода идеологических конструкций в современной России мало. Однако, радикалистские организации, конкурирующие друг с другом за авторитет у студенчества, оказывают свое деструктивное воздействие, в том числе, и на возможности использования потенциала части молодой интеллигенции в социальных проектах. Семь десятилетий государственного атеизма обусловили господство представлений о роли религии в российском обществе, как далекой от реального участия в решении его актуальных проблем. Определяющее влияние церкви в деле воспитания юношества в начале ХХ столетия и наличие мощных религиозных молодежных организаций еще в 20-е годы (кстати, доминировали тогда объединения протестантской ориентации; например, Христомол объединял в 1928 году более 2 миллионов юношей и девушек), принимаются сегодня как просто исторические факты. Социальные работники склонны дистанцироваться и от зарубежного опыта сотрудничества социальных служб с религиозными организациями. Между тем, ситуация в России существенным образом изменилась за последнее десятилетие. Формально безрелигиозное общество стало формально религиозным. Если бы конфессиональные организации поставили перед собой задачу стопроцентного «охвата» молодежи (как в советское время комсомол), то они могли бы ее решить. Общей характеристикой религиозности современного молодого поколения может служить ее не церковный и пассивный характер. Примерно половина посещает церковь 1-2 раза в год, но и это, скорее, реализация причастности к праздничной обстановке Пасхи или другого из двунадесятых праздников, а не систематическое подтверждение принадлежности к общине верующих. В то же время, фиксируемая система установок молодежи в отношении конфессий, принадлежность к которым юноши и девушки прокламируют, явно ориентирует социальные службы на установление и развитие контактов с конфессиями прежде всего, в пространстве их социальной деятельности. Среди организаций, с которыми социальные службы должны взаимодействовать в работе с молодежью, особое место занимает Православная церковь, к которой себя относит большинство российской молодежи. В этой деятельности, не ставя прямой задачи обращения всех в православие в качестве условия сотрудничества, церковь готова ко взаимодействию с государственными и общественными организациями. Основные области такого взаимодействия определены Архиерейским собором. В их числе забота о сохранении нравственности; духовное, культурное, нравственное и патриотическое воспитание; милосердие и благотворительность, развитие социальных программ; профилактика правонарушений; культура и творческая деятельность; поддержка института семьи, материнства и детства. По ряду позиций эта программа приходит в соприкосновение с задачами социальной работы с молодежью. Поэтому вполне естественно, что именно состоявшийся в августе 2000 года Собор принял и решение о создании Синодального отдела по делам молодежи. В мае 2001 года в Москве прошел Съезд православной молодежи, в работе которого приняли участие представители 89 епархий, представители зарубежных православных церквей, представители общественных организаций, а также лица, ответственные за проведение молодежной политики в субъектах Российской Федерации. Съезд получил приветствия в свой адрес от высших органов государственной власти: Президента РФ В. В. Путина, обеих палат Федерального Собрания. Таким образом, есть основания полагать сделанными первые шаги к реализации идеи соработничества церкви и государства в деле формирования молодого поколения. Анализ правительственных документов, подготовленных в связи со съездом православной молодежи, позволяет отчетливо определить содержание позиции государственной власти в отношении сотрудничества с церковью. И в приветствиях от руководителей высших органов власти, и в докладе министра образования, артикулировались, в качестве областей молодежной политики, открытых для сотрудничества, патриотическое и нравственное воспитание, образование, обеспечение социальных гарантий. Государство ожидает от церкви помощи в создании заслона бездуховности, бесцельному времяпрепровождению, религиозному экстремизму. Церковь рассматривается как один из ведущих институтов, обеспечивающих сохранение духовных ценностей. Поэтому именно участие молодежи в делах благотворительности рассматривается церковью как самое действенное средство спасения души. «Стоит только один раз сделать доброе дело: посетить детский дом, принять участие в восстановлении порушенной святыни, бесплатно поделиться своими знаниями и умением – и в жизни молодого человека что-то изменится». Синодальным отделом по делам молодежи выделены следующие основные направления работы. Особенно важным признается создание широкого общественного объединения православной молодежи для совместной деятельности тех, кто вошел в церковную ограду, и тех, кто находится на пути к храму. Приоритетными для него рассматриваются программы социального служения молодежи, организация добровольного участия в социальной работе братств и сестричеств, реабилитации наркозависимых, волонтерских проектах, экологических программах, туристических лагерях, благотворительных акциях. Вторым принципиально важным направлением деятельности признается возвращение православия в сферу образования. В связи с этим для самой церкви признается важным создать школу духовных наставников, вооружить их эффективными методиками. В организационном плане ставится задача создания епархиальных советов по делам молодежи. Деятельность православной церкви в области работы с молодежью сегодня не лежит, исключительно, в сфере проектов. Существует достаточно богатый опыт практической реализации ее идей. С середины 90-х годов действует программа детских летних православных лагерей. В них детям предоставляются условия для отдыха и развлечений, вместе с тем, осуществляется христианское воспитание: ведется профилактика дурных привычек (курение, сквернословие); изучение Святого Писания; дети приобщаются к молитве и исповеди. Под окормлением протоиерея Аркадия Шатова осуществляется деятельность православных сестричеств, лежащая чисто в области социальной работы. В России, как и в большинстве христианских стран, церковные организации традиционно направляли активность женщин в области благотворительности, помощи медицинским учреждениям. Прерванная переворотом 1917 года, эта традиция имеет шансы к возрождению. Достаточно активно работают православные общины в ряде высших учебных заведений, особенно Петербурга. Наиболее интенсивную деятельность проводит община Московского государственного университета, возглавляемая протоиереем Максимом Козловым. Ряд лет существует на Патриаршем Крутицком подворье организация «Реставрос». Объединяемые ею юноши и девушки выезжают, в свободные дни, для участия в восстановлении архитектурных памятников – церквей и монастырей. На Крутицком подворье создана и футбольная команда «Пересвет», по мысли Синодального отдела по делам молодежи, ее опыт может быть использован в существенном расширении православного воспитания в сфере спорта. Церковь выпускает ряд популярных молодежных изданий. Это журнал Московской духовной академии «Встреча», православная юношеская газета Новоспасского монастыря, газета «Татьянин день», выпускаемая в МГУ. С лета 2001 года начался выпуск журнала «Сретенье». Отделом по делам молодежи курируется и Интернет-проект «Невод». По мысли его организаторов, у провайдеров и веб-мастеров может быть свой святой покровитель, как святитель Феофан-Затворник, а всемирная сеть может не только создавать угрозы духовному воспитанию, но и помогать ему. В настоящее время церковью уже ведется ряд сайтов, пока, однако, не в полной мере учитывающих особенности молодежного восприятия. Но в этом отношении церковь, в последнее время, демонстрирует высокую степень гибкости. Разумеется, не только православная церковь ведет активную деятельность в пространстве социальной работы с молодежью. Соответствующие программы реализуются исламскими организациями, христианскими, буддистскими конфессиями. Показательна и программа Food for life, реализуемая организациями Общества сознания Кришны. Однако, влияние православной церкви остается наиболее масштабным. Сегодня в России становится популярным добровольческое движение как форма работы с молодежью. Добровольчество или волонтерство принимает множество форм от традиционной взаимопомощи до целенаправленных усилий по разрешению мировых катаклизмов и кризисов. Многие подобные кампании во многом зависят от участия добровольцев. Следует отметить, что по проведенному Межрегиональным общественным фондом «Сибирский центр поддержки общественных инициатив» (г. Новосибирск) исследованию, более 50% всех добровольцев - это молодежь и преимущественно учащаяся молодежь, т.е. школьники и студенты. Опираясь на федеральный закон РФ «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях», можно сказать, что доброволец - это человек, занимающийся на безвозмездной основе (без какого-либо принуждения) деятельностью по разрешению социально-значимых проблем. Добровольческая деятельность является одним из основных средств, позволяющих людям участвовать в процессе социального развития общества, а это профилактика социальных болезней, разработка и участие в социальных и экологических проектах и другое. Таким образом, любую социально-значимую деятельность, осуществляемую добровольцем можно назвать участием в социальном развитии. Участие в жизни общества - есть лучшее средство положительного воздействия на мировоззрение молодежи. И этого следует, что добровольчество является одной из эффективнейших форм и методов работы с молодым поколением, что дает им шанс самим поучаствовать в развитии своей страны. В последние годы добровольчество, в нынешнем понятии, охватывает огромное количество молодых людей в разных странах мира, а это такие организации как: Армия спасения, Волонтеры ООН, Красный Крест и красный Полумесяц, SCI и другие. Проблемами добровольческой деятельности и подготовки добровольцев занимаются такие исследователи как: Бодренкова Г.П. «Программа подготовки специалистов управления добровольческими ресурсами», Кобякова Т.Г., Котляков В.Ю. «В помощь добровольцу», «Равный обучает равного». Слабжанин Н.Ю. «Менеджмент добровольческих программ», Тепфер Й., Маслич Б. «Технология работы с добровольцами» и другие, также эти вопросы освещены в методических пособиях и периодических изданиях российских и региональных некоммерческих организаций: «Разомкнутое пространство», «Добровольчество в России и в мире в контексте социального партнерства», «Добрая воля», «Вестник НКО», «Благотворительный сезон» и т.д. Следует подчеркнуть, что законодательной базы как таковой у добровольчества на данный момент нет, есть федеральный закон «О благотворительных организациях», в котором только и дано что определение добровольца. Поэтому организациям, работающим с добровольцами, а среди них часто встречаются несовершеннолетние, приходится штудировать семейный, трудовой, уголовный кодексы РФ, Конвенции ООН, чтобы ни коим образом не нарушить права человека, решившего стать добровольцем. Добровольчество - это реальная возможность человеку почувствовать себя гражданином, принять, как уже было сказано, участие в социальном развитии. Поступок добровольца влечет за собой не только конкретное действие, но и положительный пример, который могут повторить окружающие. Добровольчество - это хороший способ социализации молодежи, ее вовлечения в социально-полезную деятельность. Добровольческие программы могут занять не только внеклассные часы в школе, но и организовать различного рода практику для студентов. Такая деятельность не только дает прямую пользу получателю данной услуги и добровольцу, но и оставляет у молодых людей опыт социально полезной деятельности. Благодаря наличию этого опыта социальной востребованности, доброволец получает некую модель собственной профессиональной социально-ориентированной деятельности. Можно выделить три наиболее распространенные причины, почему молодые люди, занимаются добровольческой деятельностью: 1. получение необходимого опыта работы, знаний, навыков; 2. реализация своих целей, проектов; 3. налаживание новых контактов, общение с интересными людьми, друзьями, единомышленниками. Добровольческая деятельность в различных организациях может также послужить хорошим способом поддержки профессиональной квалификации во время поиска оплачиваемой работы через центры занятости населения. Таким образом, можно сделать вывод, что добровольчество - это участие, как отдельных граждан, так и различных групп людей, объединенных по какому - либо признаку, в общественно полезной деятельности в форме безвозмездного труда или труд за заведомо значительно заниженную оплату, имея при этом реальную возможность за свои услуги получить более высокий заработок. Использование механизма привлечения молодежи к добровольческой деятельности в условиях переходной экономики становиться актуальным, т.к. данная технология не требует больших денежных и трудовых ресурсов, а также помимо конкретного результата волонтеров, формирует мировоззрение молодого поколения и делает их социализацию в обществе более успешной. Развитие добровольчества в самых разных сферах жизни, и особенно среди молодежи, является важным не только потому, что труд добровольцев - весомая поддержка и сила в решении важных проблем, направленных на социальное развитие. Оно оказывает существенное благотворное воздействие на общество и помогает создавать и сохранять более многогранную социальную структуру, укреплять чувство взаимного доверия и сплоченности. Добровольчество - это еще и формирование навыков и умений, необходимых молодому человеку в жизни, воспитание лучших человеческих качеств, профилактика девиантного поведения, например, пропагандируя здоровый образ жизни, ребенку будет стыдно при этом самому курить или пить в подъезде пиво. Ведь принципы, мотивы добровольчества и собственно добровольческая деятельность способствует формированию у добровольцев таких важных качеств как милосердие, ответственность за себя, порученное дело, повышают чувство самоуважения и гуманного и толерантного отношения к другим, способствуют занятости молодежи полезным делом, формируют качества и навыки, важные для взрослой, в том числе профессиональной жизни. Самое главное, чтобы молодежь поверила, что их усилия и они сами кому-то нужны. Этим молодежь учиться быть неравнодушной, а это уже не потерянное поколение. И в заключении хотелось бы сказать словами Карла Манхейма, что молодежь не прогрессивна, не консервативна по своей природе, она - потенция, готовая к любому начинанию. Поэтому очень важно помочь становлению молодого человека, создать условия для того, чтобы у него была возможность получать знания, умения и навыки, необходимые ему для дальнейшей жизни, а затем предоставить самостоятельность при определении целей, задач и форм его участия социальном развитии общества. Вывод: Таким образом, сегодня источниками развития молодежного общественного движения являются: интерес молодежи к общению со сверстниками, потребность взаимодействия в группе; заинтересованность педагогов во взаимодействии с молодежным коллективом с целью воспитательного влияния на его членов; общественный заказ на гармоничную социализацию подрастающего поколения, которая проходит более успешно с помощью развитой системы «общественной практики» молодежи в общественных организациях. Незрелость личности школьника, что вполне естественно для этого этапа жизни человека, и в то же время стремление к более высокой оценке значимости их индивидуальности требуют корректного воспитательного влияния и адекватных его форм. Целесообразными формами развития личности школьника и укрепления в нём положительных тенденций личностного роста и способности к социальному творчеству выступают ДМОО как лаборатория жизненного опыта. Молодежное движение может развиваться на основе различных видов деятельности, полезных как для общества, так и для личности молодого человека: охрана окружающей среды, милосердие, спорт и «здоровьесбережение», участие в общественных акциях, проводимых по инициативе муниципальных структур. Школьники имеют потребность участия социально значимой деятельности, выдают свой «социальный заказ» на её организацию. Откликнуться на этот заказ, помочь детям в их «самоорганизации» - дело взрослого поколения. Одним из существенных «тормозов» в становлении детско-молодежных общественных объединений (ДМОО) и развитии молодежного общественного движения является социальное отчуждение подростков, которое достаточно обнаруживает себя уже в возрасте 13 -14 лет. Социальное отчуждение подростков - это не врождённое, а приобретённое качество. Оно формируется на основе негативного опыта общения со старшим поколением, неудачного опыта взаимодействия с различными социальными институтами в современных условиях кризисного социума. В подростковой среде проявляется и закрепляется «социальный инфантилизм», социальная безответственность в условиях, когда отсутствует развитая сеть активно действующих ДМОО, которые могут быть мощным социализирующим фактором, структурами, предоставляющими молодому человеку возможности проявить себя субъектом социальных взаимодействий в конструктивной социально значимой деятельности. Существуют большие резервы для более эффективного развития молодежного общественного движения: корректировка молодёжной политики, изменение системы информационной деятельности в сфере работы с ДМОО, корректировка воспитательных систем учреждений образования, реформирование системы работы по месту жительства и др. |