Криминология_Под ред Долговой А.И_Учебник_2001 -784с. Учебник для вузов Рекомендован Министерством общего и профессионального образования
![]()
|
§ 4. Изучение общества во взаимодействии егохарактеристик и вдинамикеВлияние каждой из подструктур общества осуществляется только во взаимодействии с другими. Поэтому специальное внимание уделялось самим процессам и условиям взаимодействия, причем применительно и к преступному поведению, и к преступности в целом, отдельным ее видам. Ряд получивших широкое признание частных криминологических теорий как раз отражает разные моменты взаимодействия характеристик, элементов общественной системы. В свое время Э. Дюркгейм писал о разрушении социальных норм поведения – аномии, или безнормативности. В том числе в результате их недостаточности и противоречивости1. Р. Мертон пишет об аномии в связи с анализом причин преступности и других видов негативных социальных отклонений. При этом он отмечает, что такие явления возникают в связи с противоречиями между целями, которые преследуют социальные группы, и употребляемыми средствами2. Антисоциальное поведение возрастает, когда в обществе превозносятся определенные символы успеха в качестве общих для всех (деньги, власть и т. п. ) в условиях, когда общество не обеспечивает для значительной части населения законные пути достижения этого. То есть налицо трактовка преступности как результата взаимодействия широко провозглашаемых символов успеха с невозможностью их правомерного получения в условиях определенной социальной структуры общества. Социокультурная теория Т. Селлина основывается на признании факта влияния на преступность конфликта норм. Человек формируется в рамках одних норм, а действовать ему приходится в рамках иных. Либо одновременно он принимает решение в условиях взаимодействия прямо противоположных норм поведения3. Э. Сатерленд трактовал преступное поведение как результат обучения лица, восприятия им соответствующего стиля поведения во взаимодействии с иными лицами, уже усвоившими преступные ценности (теория "дифференциальной ассоциации")4. Другой американский автор Гласер обосновал концепцию "дифференцированной идентификации", в которой важным пунктом было взаимодействие различных факторов в этиологии преступного поведения, анализ поведения человека в разных ситуациях. Ситуация – это самостоятельная категория, имеющая существенное значение в криминологии. Польский криминолог Ежи Бафия выделяет криминогенную ситуацию, которую определяет как "составляющую новое качество динамическую систему взаимодействующих факторов различного вида, направленную на совершение преступлений". Он подчеркивает, что это вид синтеза воздействующих при совершении преступления сил1. В данной ситуации значимо состояние социальной среды и личности, характер их взаимодействия. Почему все-таки надо выделять личность и нельзя ограничиться только взаимодействием объективных факторов среды с субъективным – духовной сферой? Во-первых, для человека, как уже отмечалось, духовная сфера – такая же объективная реальность, как и экономические, социальные, политические условия. Во-вторых, в определенной социальной среде могут действовать люди, которые сформировались в другой среде. Это бывает при резком изменении общественного строя либо когда речь идет о мигрантах. В-третьих, в своем воздействии на разные личности социальная среда выступает по-разному. Существует тройной механизм социальной детерминации преступности: во-первых, путем определенного социального формирования личности; во-вторых, путем дачи ей предписаний противоправного либо противоречивого характера; в-третьих, путем постановки личности в ситуации, вынуждающие и облегчающие выбор преступного варианта поведения. Социальная среда всегда проявляется в преступности во взаимодействии с личностью, преломляясь через ее характеристики либо меняя и подавляя ранее сформировавшиеся характеристики и формируя новые, обеспечивающие достижение целей в новых ситуациях, уже существующих либо прогнозируемых. Иногда понять истоки новых явлений в преступности можно только путем выяснения того, на что будет ориентироваться человек в будущем, какого развития социальной среды он ожидает. Личность здесь рассматривается как относительно самостоятельный и устойчивый к внешним воздействиям продукт социальной среды. Это когда речь идет об индивидуальном преступном поведении. А когда речь идет о преступности как о массовом явлении, имеют в виду уже не отдельную личность, а население во всем многообразии его социальных групп, слоев, социальных типов личности. Криминологически значимое взаимодействие социальная среда – человек (личность) может быть многоаспектным: 1. Среда – человек, совершающий преступление (преступник). 2. Среда – потерпевший от преступления. 3. Среда – свидетель преступления. 4. Среда – официальный участник борьбы с преступностью (следователь, прокурор и др. ). 5. Среда – человек, не являющийся непосредственным участником криминального конфликта или его свидетелем, но участвующий в формировании общественного мнения, и т. п. Анализ каждого из этих видов взаимодействия дает важную, но разную информацию. Например, какие именно люди, типы личности в соответствующих ситуациях чаще становятся потерпевшими. И если нельзя быстро наладить охрану общественного порядка, то принимаются ли меры по предостережению людей от совершения определенных поступков, непредусмотрительных в конкретных условиях. Взаимодействие среда – официальный участник борьбы с преступностью позволяет понять, какие характеристики таких участников являются оптимальными в соответствующих условиях, в том числе во 'взаимодействии с характеристиками существующей преступности. С учетом двустороннего характера данного процесса при изучении социального взаимодействия применяется такой прием, как вычленение преступности в качестве относительно самостоятельного явления и анализ взаимодействия общество – преступность. Его можно было бы трактовать прежде всего как взаимодействие общество – преступники, определяющее новое состояние общества и преступности. Следовательно, рабочая схема анализа генезиса преступности при использовании указанного методического приема выглядит таким образом: ![]() Игнорирование этого механизма социальной самодетерминации преступности ведет к ее развитию и наступлению на общество. Иллюстрацией может служить ситуация в России периода реформ. К середине 90-х годов, как уже отмечалось, криминальная ситуация резко обострилась, произошло наращивание масштабов теневой экономики в России и в других странах Восточной Европы. По оценкам экономистов, ее доля увеличилась от 11–12% до 50%. Одновременно речь идет о следующем: нигде в мире не было именно такой, как в России, практики, выдачи ваучеров на предъявителя; широкой рекламы создания и деятельности инвестиционных фондов без их надлежащего оформления; многие статьи законов о кооперации, предпринимательской деятельности, акционерных обществах были на руку деятелям теневой экономики и теневым преступникам. По информации профессора Американского университета Луис Шелли в начале 1996 года, эксперты изучили более ста тысяч норм действующего законодательства в России, из них более сотни тысяч признаны такими, которые дают лазейки для теневой экономической и прямо преступной деятельности. Это преподносится нередко как недосмотр политиков, юристов, даже как побочный, но естественный продукт реформ. На самом деле, по оценкам криминологов, это логические последствия полного игнорирования закономерностей развития преступности, которые должны учитываться так же, как законы экономики. Отсутствовал системный подход к социальным реформам, и акцент делался на экономике, даже, точнее, на некоторых экономических моментах. Влияние экономики на другие сферы жизни трактовалось односторонне и механистически. Главной, первоочередной целью реформаторов было не улучшение жизни существующих групп и слоев населения, в том числе способных к творческому и интенсивному добросовестному труду, а создание в короткий срок и любой ценой слоя собственников как социальной опоры реформ, новых социально-экономических отношений и охраняющего их государства. Идеологами реформ ставка была сделана на уже готовых собственников – владельцев теневых, в том числе криминальных капиталов, на бывшую номенклатуру, получившую собственность в обмен на власть. По существу, пришедшие к власти старались не давать их в обиду, хотя формально действовал прежний Уголовный кодекс РСФСР, и от правоохранительных органов требовали бороться со всеми преступлениями. Авторы Программы перехода к рынку в 1990 году писали: "Масштабы теневой экономики в контексте настоящей Программы имеют особое значение, так как логика перехода на рынок предусматривает использование теневых капиталов в интересах всего населения страны. Это один из важных факторов ресурсного обеспечения реформы"1. "Сегодня мы можем подвести предварительный итог социально-экономическим переменам последних лет. Если постараться обобщить их в виде формулы, то ее можно представить как обмен власти на собственность... Россию у номенклатуры нельзя, да и не нужно отнимать силой, ее можно "выкупить". Если собственность отделяется от власти, если возникает свободный рынок, где собственность все равно будет постоянно перемещаться, подчиняться закону конкуренции, это и есть оптимальное решение", – писал в 1995 году Е. Т. Гайдар2. Реально выдавались не именные приватизационные чеки, а ваучеры на предъявителя, которые оказались в руках лопнувших затем многочисленных инвестиционных организаций, контролировавшихся, в частности, криминальной средой. Такого рода акция значительно обогатила организованных преступников. Рынок в России был монополизирован прежде всего преступной средой. Происходила дальнейшая концентрация криминального и иного теневого капитала, в том числе за счет криминальной деятельности. Что же делать? Е. Т. Гайдар пишет: "Капиталы, в том числе вышедшие из золотой пены инфляции и финансовых спекуляций, не могут долго мирно лежать в сейфах. Естественно, что для российского капитала сфера приложения все-таки не Швейцария, а Россия. Капитал постоянно в поиске, он ищет сферу приложения, роста. Для того, чтобы созданные и вновь образующиеся состояния работали в России, стали ферментом роста ее экономики, необходимы два важнейших условия стабильности: устойчивая валюта и надежные гарантии неприкосновенности частной собственности безотносительно к властным или криминально-силовым возможностям ее владельца. Необходимо отделение собственности от власти – что еще сложнее – власти, бюрократии от собственности"1. Режим законности, обеспечение национальной безопасности здесь в расчет не принимаются. Тогда на чем же строится уверенность в том, что криминальные капиталы наконец-то начнут работать в интересах общества и России? Напомним, что до этого авторами и их сторонниками выражалось стремление ввести мораторий на борьбу с экономической преступностью до перехода к рынку с тем, чтобы капиталы оказались в руках "золотых" голов и начали работать в интересах общества. Но эти надежды не сбылись. Криминологи предупреждали, что капиталы сосредоточены в криминальном секторе теневой экономики, поэтому, зная психологию преступников и учитывая их крайний эгоизм, устоявшиеся стереотипы поведения, навыки решения возникающих перед ними проблем, следует ожидать, что капиталы будут использоваться только в узкоэгоистических целях. Капиталы в основном вывозятся и используются для окончательного завладения бывшим государственным и общественным имуществом, а где собственность, там и власть. Феномен "новых русских" – это в значительной мере феномен обогатившегося преступника, откровенно потребляющего, отмывающего, приумножающего и демонстрирующего свои криминальные доходы. В заключение важно подчеркнуть: преступность порождается отнюдь не комплексом только негативных обстоятельств2. В этом комплексе самые позитивные факторы могут взаимодействовать с рядом негативных и в итоге давать криминальный эффект. Например, ничего плохого нет в богатстве и даже сверхбогатстве, но сочетание их с правовым нигилизмом и безнаказанностью владельцев криминальных состояний создает высокую вероятность широкого круга субъектов преступного поведения в разных вариантах и ситуациях. Дело не в том, чтобы отказаться от политики реформ, ликвидировать слой богатых людей, а в том, чтобы создать такую социальную ситуацию, когда соответствующие явления сочетались бы с торжеством закона и контролем народа. В соответствии с Конституцией России "носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ". Этот политический фактор должен постоянно взаимодействовать с экономическим, социальным, духовным, ибо он не менее криминологически значим, чем они. § 5. Социальный контрольВо взаимодействии как определенном системном факторе, порождающем конкретную преступность, значимы характеристики не только его сторон, но и условий их взаимодействия. В частности, социального контроля. Социальный контроль в литературе определяется как совокупность норм, институтов и отношений, направленных на обеспечение поведения людей в соответствии с охраняемыми обществом, государством, социальными группами нормами поведения, выражающими их интересы1.. Выделяются официальный и неофициальный социальный контроль. Первый осуществляется государством, институтами гражданского общества и отдельными лицами на основе специальных полномочий, которыми они наделяются в соответствии с Конституцией, законами и подзаконными актами, либо такими актами общественных организаций, которые зарегистрированы в предусмотренном законом порядке (напри-^Р» уставами различных общественных организаций). Неофициальный контроль осуществляется в многообразных формах со стороны семьи, коллективов сослуживцев, бытовой среды. Одно из наиболее ярких его проявлений – общественное мнение. Нередко на практике переплетаются формы официального и неофициального контроля. В системе официального социального контроля особое криминологическое значение имеют: контрольная и правоохранительная деятельность. Контрольные или контролирующие функции выполняются на вневедомственной и ведомственной основе. В первом случае конрольные органы находятся в подчинении высших органов государственной власти. Например, Счетная палата, которая формируется Государственной Думой и Советом Федерации Федерального Собрания Российской Федерации. Существует Контрольное управление в Администрации Президента. Кроме, того контрольно-ревизионные подразделения создаются в ведомствах, различных организациях. В процессе контрольной деятельности могут выявляться разного рода нарушения: поведение, не соответствующее технологическим стандартам поведения, профессиональной этике и т. п.; правонарушения дисциплинарные, гражданско-правовые, административные, уголовно-правовые (преступления). При осуществлении правоохранительной деятельности специально уполномоченными органами, должностными лицами выявляются нарушения законодательства и осуществляется предусмотренное законом реагирование на них. Правоохранительную деятельность профессор К. Ф. Гуценко определяет как "такую государственную деятельность, которая осуществляется с целью охраны права специально уполномоченными органами путем применения юридических мер воздействия в строгом соответствии с законом и при неуклонном соблюдении установленного им порядка'1. Рост уличной преступности, как правило, происходит в условиях ослабления контроля за состоянием правопорядка в общественных местах (отсутствия налаженного патрулирования и т. п.), пассивного отношения окружающих к фактам его нарушения. Рост рецидивной преступности является в значительной мере следствием ослабленного контроля за поведением лиц, освобождаемых из мест лишения свободы; рост преступности несовершеннолетних бывает связан с плохим контролем за их поведением со стороны семьи. Последнее особенно четко проявляется при совершении подростками преступлений в вечернее и ночное время, когда они вообще не должны находиться вне дома. Таким образом, криминологически значимы разные аспекты социального контроля. Они подлежат выделению в процессе исследований с учетом его задач, предмета, объекта. При изучении причин территориальных различий преступности, например, особое внимание было обращено на: 1) состояние охраны различных объектов от корыстных посягательств; 2) охрану правопорядка в общественных местах; 3) защиту ряда рабочих мест, должностей от использования занимаемыми их лицами в целях личного обогащения; 4) состояние социального контроля за поведением лиц, требующих повышенного внимания; 5) состояние общественного мнения о преступности, борьбе с ней. При анализе состояния охраны различных объектов от преступных посягательств учитывались: а) численность имущественных посягательств на конкретных объектах; б) предметы корыстных посягательств; в) состояние охраны соответствующих объектов и предметов: отсутствие охраны, наличие ведомственной, частной или иной охраны; использование электронной сигнализации; г) криминалистические характеристики имущественных посягательств: использование навыков криминального профессионализма (подбор ключей, применение специальных отмычек и т. п.) либо грубый взлом замков. М.В. Королева отмечает, что такого рода анализ подводит к решению вопроса о причинах преступности. В одном из регионов рост краж связывали с неохраняемостью дачных садовых домиков и озорством несовершеннолетних. Однако анализ, проведенный по данной методике, показал, что нарастание числа краж на охраняемых объектах было связано с увеличением числа фактов совершения преступлений, предполагавших использование профессиональных криминальных навыков. Возник вопрос о несоответствии систем охраны характеристикам имущественных преступлений и их субъектов2. Таким образом, криминологически значимо не только само по себе состояние социального контроля (например, использование новейших электронных средств при охране объектов), но и его соответствие характеристикам преступности, тенденциям ее развития. Криминологическая характеристика защиты рабочих мест, государственных должностей включает многие составляющие. Например, соответствие характеристик принимаемого на работу лица предъявляемым к соответствующему работнику требованиям. Это существенно при приеме работников на материально-ответственные должности, государственную службу. Практикуется также введение системы превентивных мер. Для государственных служащих – ежегодное представление деклараций о доходах и недвижимом, ценном движимом имуществе, с тем чтобы осуществлять контроль за доходами и расходами в целях недопущения или своевременного выявления фактов коррупции, хищений. В условиях такого жесткого контроля трудно взять крупную взятку и использовать ее в личных целях. Или вводится жесткая регламентация выполнения определенных государственных функций, с тем чтобы сузить область личного произвола соответствующих сотрудников и, следовательно, зависимость непосредственно от них клиентов. Последние в таких условиях могут не задабривать государственных служащих. Что касается специального социального контроля за поведением некоторых категорий лиц, то в обществе важно выделение социальных групп, требующих повышенного внимания в силу более высокой вероятности совершения ими преступлений. Это может вытекать и из личностных характеристик, нашедших объективное проявление в поведении, и из характеристик социальной среды личности, и из особенностей взаимодействия личности со средой. Например, выделяются группы лиц: 1) допускающие грубые нарушения моральных норм, правонарушения непреступного характера и совершавшие преступления; 2) не допускающие таких деяний, но находящиеся в среде, где подобные деяния совершаются, имеющие контакты с деморализованной и криминальной средой; 3) пока не допускающие данных нарушений и не имеющие указанных контактов, но ориентирующиеся на них, стремящиеся к ним. Специального криминологического внимания заслуживают мигранты, особенно вынужденные, у которых очень быстро происходит смена социальной среды. В новых условиях им трудно ориентироваться, обеспечивать самые необходимые свои потребности и интересы. Эти вопросы подробно рассматриваются в главе о преступности мигрантов. Социальный контроль отнюдь не сводится только к надзору и фиксации чего-то, он включает и реагирование, в том числе в форме оказания необходимой и своевременной социальной помощи указанным и другим социальным группам. При этом недопустимо ограничение прав и законных интересов представителей таких групп "в превентивных целях". Как уже отмечалось, характер принудительных мер должен соответствовать характеру уже фактически содеянного. В функции социального контроля входит также восстановление порядка, основанного на праве и нарушенного противоправным поведением; обеспечение установленной законом ответственности виновных лиц. Многое зависит в том числе от функционирования правоохранительной системы в широком смысле слова или системы уголовной юстиции: суды, прокуратура, органы внутренних дел и другие правоохранительные органы. При ее четкой работе полнее реализуется принцип неотвратимости наказания, возрастает раскрываемость преступлений. Это является условием сдерживания реализации преступного замысла для многих лиц. Крылатое латинское изречение "Exempla decent" означает: примеры поучают. В то же время, безнаказанность многих преступников, возможность свободно и открыто пользоваться результатами криминальной деятельности выступает для таких субъектов условием расширения этой деятельности, а для части иных граждан – обстоятельством причинного характера по принципу "почему бы и мне так не жить?". Социальный контроль – что очень важно, это система не только социальных институтов, но также отношений и норм. В' том числе норм, устанавливающих определенные правила поведения, запреты, ответственность за их нарушение. С криминологическими аспектами социального контроля связаны острые дискуссии о совершенствовании уголовного и иного законодательства, касающегося борьбы с преступностью, о введении эффективной системы мер борьбы с легализацией (отмыванием) преступных доходов. Из дискуссий о смертной казни видно, как в реальной жизни взаимодействуют официальный и неофициальный контроль. Например, одними из аргументов противников смертной казни являются: во-первых, указание на отсутствие у общества права казнить человека во имя того, чтобы Другие члены общества не совершили убийства, во-вторых, то, что смертная казнь не обладает таким общепревентивным свойством. Еще Ч. Диккенс писал: "Любая казнь в лондонском Олд-Бейли привлекает (и всегда привлекала) множество воров – для одних это приятное развлечение, вроде собачьих боев или каких-либо других столь же зверских забав, других же приводит туда чисто профессиональный интерес, и они вмешиваются в толпу только для того, чтобы очищать карманы'"1. Сторонники сохранения смертной казни отмечают, что исключение этой официальной меры противоречит общественному мнению и на практике приведет к неофициальным расправам с убийцами по типу суда Линча2. В последние годы все большее число авторов отмечает необходимость усиления в социальном контроле роли поощрительных мер и недопустимость ограничиваться только запретительными и карающими мерами3. Такой подход имеет свою историю. Пожалуй, наиболее ярко отразил его Д. Свифт в "Путешествиях Лемюэля Гулливера": "Когда я рассказал лилипутам, что у нас соблюдение гражданами законов обеспечивается только страхом наказания, а о наградах за их неуклонное исполнение не может быть и речи, – лилипуты сочли это огромным недостатком нашего управления. Вот почему в здешних судебных учреждениях правосудие изображается в виде женщины с шестью глазами – два спереди, два сзади и по одному с боков, что означает ее бдительность. В правой руке она держит открытый мешок золота, а в левой – меч в ножнах в знак того, что она готова скорее награждать, чем карать". То есть этот образ иронически противопоставляется образу слепой Фемиды, держащей в руках весы справедливости и обнаженный меч. Проводившиеся в России в годы перестройки и реформ (1988–1993 гг. ) судебные реформы шли преимущественно в направлении все большего приближения правосудия к образу такой Фемиды. При этом объявлялось, что суд не является правоохранительным органом и не решает задачи борьбы с преступностью. Такой подход вызывал критику многих юристов, которые правосудие считают видом правоохранительной деятельности (Ю.И. Скуратов, А.Я. Сухарев и др.). В зарубежной криминологии выделяются так называемые теории контроля, нашедшие свое наиболее полное оформление в 50–70-е годы XX века в работах криминологов Альберта Рейсса, Ф. Айвена Наема, Мартина Гоулда. Как пишет Шнайдер, "социальный контроль и социализация – это процессы, идущие в рамках общества и направленные на то, чтобы обеспечить и поддержать конформное социальное поведение людей... социальный контроль играет решающую роль в выработке поведения"1. При этом разграничиваются контроль внешний и самоконтроль. При всем уважении к этим теориям надо отметить, что криминологически недостаточно только обеспечивать конформное социальное поведение людей. Валено также формировать и поддерживать их социально-правовую активность. Как в плане совершенствования правовых и иных норм, институтов, так и в аспекте активного противостояния нарушениям законов. Криминологически важна готовность граждан государства, членов общества реагировать на факты преступного поведения, а также конкретное их реагирование, причем инициативное и, разумеется, в рамках закона. Это бывает либо в силу только гражданской позиции человека, либо одновременно и по специальному полномочию: в качестве присяжного, народного заседателя, народного дружинника и т. п. Интересно, что еще в начале III века до н. э. в республике Херсонес существовала "Присяга граждан Херсонеса", в которой есть такие слова: "Я не буду замышлять никакого несправедливого дела против кого-либо из граждан не отпавших, и не дозволю этого и не утаю, но доведу до сведения и на суде подам голос по законам". Если в общественном мнении распространены именно такие взгляды, если оно осуждает факты пассивного отношения к противодействию преступному поведению, то совершенно понятно, что полнее выявляются факты преступлений, они своевременно пресекаются и раскрываются. То есть создается обстановка, затрудняющая реализацию преступных намерений, даже если они сформировались. Длительность такой обстановки влияет на изменение мотивации поведения и стойкий отказ от преступления как способа решения частью населения своих проблем. Но криминологически благоприятное общественное мнение формируется и функционирует только в благоприятных экономических, политических, социальных и духовных условиях жизни общества. Функционирование системы социального контроля в обществе, ее совершенствование – самостоятельный важный фактор в детерминации и причинности преступности, но нельзя забывать о том, что он произведен от базовых характеристик социальной среды и населения. |