Экономическая теория Видяпин. экономическая теория видяпин. Учебник для вузов Третье издание, дополненное и исправленное Под редакцией заслуженного деятеля науки рф, д э. н., проф. А. И. Добрынина, д э. н., проф
![]()
|
19.4. Основы математического моделирования цикличности Многие математические модели цикла построены на идее колебания инвестиций в основной капитал, другие теории подчеркивают роль инвестиции в оборотные фонды. Теории инвестиций в основной капитал. В 1939 г. П. Самуэльсон издал небольшую статью, в которой попытался объяснить теорию цикла на основе простой кейнсианской модели мультипликатора-акселератора (Samuelson P.A. Interactoins between the Mtltiplier Analysis and the Principle ofAcceleration//Reeview of Economics and Statistics. 1939. Vol. 21. N 2. P. 75-78). Базовая модель Самуэльсона состоит из трех уравнений: С,=С7,-„ (19.1) I,=V(Y,_,-Y„,), (19.2) C,+/,+G,=7,. (19.3) Уравнение 19.1 свидетельствует о том, что потребление С в период времени t равно доходу предыдущего периода Y^, умноженному (мультиплицированному) на константу предельной склонности к потреблению С . Из уравнения 19.2 следует, что инвестиции в основной капитал / равны разнице доходов двух предшествующих периодов, умноженной на акселератор V. Наконец, уравнение19.3 свидетельствует о том, что совокупный продукт (доход) У равен сумме потребления С, инвестиций / и государственных расходов G. Главная идея этой модели основана на предположении колебаний инвестирования в основной капитал. Однако едва ли инвестиции в основной капитал являются причинным фактором цикличности на временных отрезках менее 12 лет. Теории инвестиций в оборотные фонды. В последние годы увеличивается количество математических мрделей, посвященных инвестициям в оборотные фонды, которые лучше объясняют цикличность на кратких временных отрезках, чем модели инвестиций в основной капитал. В серии работ, опубликованных в 40-е годы XX в., английский экономист Л. А. Метцлер попытался проанализировать движение оборотных фондов в рамках теории мультипликатора-акселератора. Основу теории Метцлера можно выразить в виде следующих трех уравнений. y-(t)=u(t)+s(t)+Vy • (19.4) u(t)=by (t-1), (19.5) s(t)=by(t-l)-by(t-2). (19.6) Из уравнения 19.4 следует, что в период времени ^производство^?) равно производству потребительских благ, предназначенных для продажи u(t), плюс производству оборотных фондов s(t), плюс неиндуцированным чистым инвестициям Vy Уравнение 19.5 показывает, что производство потребительских благ u(t) равно потреблению в предыдущем периоде. Оно предполагает, что потребители в каждом периоде тратят постоянную долю b дохода, полученного в этот период; оно предполагает также, что не существует никакого лага между получением дохода и его потреблением. Наконец, уравнение 19.6 показывает, что производство оборотных фондов равно разнице между потреблением в двух предшествующих периодах. В этой упрощенной модели Метцлер предполагает, что производители намерены поддерживать запасы оборотных фондов 5, на определенном уровне. 19.5. Особенности экономического кризиса России (конец 80-х- 90-е годы). Стабилизационные программы Большинство отечественных экономистов солидарны в том, что экономический кризис в России «не вписывается» в обычные теории цикла. Замедление темпов роста в СССР наблюдалось уже со второй половины 70-х годов, так как руководство страны продолжало придерживаться политики ускоренного развития мате-рналоемкой, энергоемкой и добывающей промышленности, в то время как передовые индустриальные страны после мирового нефтяного кризиса 1973 г. взяли курс на форсирование ресурсе- и энергосберегающих отраслей и высокоточных технологий. Существенную роль в замедлении экономического развития нашей страны сыграло подавление рыночных отношений и приверженность к монополии государственной формы собственности. Однако настоящий «обвал» национального производства произошел после 1991 г. в результате избрания стратегии «шоковой терапии». Аналитики из Института народнохозяйственного прогнозирования РАН в результате проведенных исследований пришли к мнению, что вхождение экономики СССР в депрессию в начале 80-х годов предопределило объективную необходимость глубокого реформирования экономической системы. Однако эта необходимость вовсе не означала ни неизбежности скорой экономической катастрофы при выборе варианта сравнительно протяженных преобразований, ни бе-зальтернативности «шоковой терапии». Даже при отсутствии глубоких реформаторских изменений в хозяйственном механизме можно было бы рассчитывать на относительно незначительный спад производства в первой половине 90-х годов (табл. 19.3). Таблица 19.3 Сравнительная динамика фактического и потенциального конечного продукта материального производства в 1987—1994 гг. 1987 198 8 198 9 199 0 199 1 1992 199 3 199 4 Фактические темпы 2,8 6,0 1,5 - 3.2 - 10,8 -20,7 - 11,0 - 22,1 Потенциальные темпы 0,4 0,9 2,7 1.4 -3,2 -0,3 -1.4 -4,1 С учетом же вероятного положительного эффекта развития частного сектора в стабильной экономической среде, отмечают далее вышеупомянутые аналитики, равно как и целенаправленного стимулирования ключевых отраслей, при проведении разумной экономической политики были бы основания ожидать продолжения депрессии с «нулевым ростом» в 1995-1996 гг. и выхода на устойчивый рост с ежегодным темпом до 7 % с 1997 г. К сожалению, сценарий экономического развития России пошел по иному пути. К 1995 г. экономический спад, поразивший экономику России, стал сравнимым с американской «великой депрессией» 1929-1933 гг. и продолжал углубляться в последующие годы. Каков же выход из этой драматической ситуации? Если отвлечься от частностей, то отечественных экономистов по данному вопросу можно разделить на два больших лагеря: радикальных либералов и градуали-стов. Радикальные либералы (сторонники курса «шоковой терапии») выступают за быстрые и решительные системные, институциональные преобразования как экономики, так и всего общества, за ломку многих государственных структур командно-распределительной системы. При этом радикалы опираются на монетаристскую концепцию, выдвигают на первый план освобождение цен, требуют жесткого регулирования денежной массы, государственных кредитов и субсидий, ликвидации бюджетного дефицита. Для радикалов финансовая стабильность первична по отношению к антикризисной политике. Пропагандисты «шоковой» модели в качестве ее преимуществ выдвигали два соображения. Во-первых, быстрота в проведении преобразований (вряд ли кто-либо согласился бы на «многолетний» шок). Поэтому длительность «шока», как обещали российскому населению в начале 1992 г., ограничивалась одним полугодием. Во-вторых, радикалы пообещали при начале проведения реформы, что суммарная плата (потери) от «шоковой терапии» дилжны быть значительно меньше, чем это было бы в случае осуществления эволюционной модели реформирования экономики. Недаром в конце 80-х годов сторонники «шоковой» модели любили часто прибегать к публицистическому приему, задаваясь вопросом — что лучше: рубить коту хвост по частям или разом? Либералы считают, что причины затянувшейся депрессии в России вызваны недостаточной радикальностью реформ. Так, по мнению А. Илларионова, экономический рост в стране связан с так называемым индексом экономической свободы. Составляющие этого индекса следующие: • повышение темпов прироста денежной массы над темпами прироста ре- ального ВВП; • темпы инфляции; • объемы производства на государственных предприятиях в процентах к ВВП; • удельный вес государственного потребления в процентах к ВВП; • уровень налогового обложения импорта и экспорта к внешнеторговому обороту. Значения составляющих индекса определяются как обратные отношения значений соответствующих показателей каждой страны. Тогда 100% — показатель абсолютно либеральной политики, а 0 % — абсолютно антилиберальной. По расчетам А. Илларионова, уровень 83-86 % имеют в настоящее время Гватемала, Гонконг, Нидерланды, Парагвай, США, Япония, Сингапур, Швейцария. Менее 50 % у Египта, Заира, Сомали, Израиля, Никарагуа. Россия же стоит на последнем месте — 33-34 %, что якобы и объясняет затянувшуюся депрессию в нашей стране (по утверждению Илларионова, при индексе свободы в 50-60 % страна переживает нулевые темпы роста, при 80 % — 2,4 % в год). Экономисты данного направления считают, что наиболее важной проблемой России является избавление от значительной части (от 1/3 до 2/3) ее индустриального потенциала, которая либо «вообще не нужна», либо «нежизнеспособна» в рыночных условиях. В данном случае начало стабилизации якобы следует ожидать, когда народное хозяйство избавится от 60 % машиностроения, 70. легкой и химической промышленности, 50 угольной, 65 деревообрабатывающей, 36 металлургии, а ВНП сократится до 30-35 % к уровню 1990 г. (в 1996 г. он несколько превышал 40 %). По словам одного из радикальных либералов Н. Шмелева: «Наше общество, видимо, уже пришло к пониманию того факта, что падение производства отнюдь не всегда и не во всех отраслях есть зло, оно может быть и благом. И в этом смысле продолжающееся снижение объемов производства в ряде отживающих отраслей будет и дальше служить признаком не упадка, а, наоборот, «выздоровления» нашей экономики». Другое направление отечественной экономической мысли, градуалисты, придерживаются прямо противоположных позиций. Они являются сторонниками длительного, постепенного и осторожного перехода к рынку с сохранением многих старых структур (gradual — постепенный), по примеру Китая или Вьетнама. Градуалисты, зачастую опираясь на кейнсианскую концепцию, требуют серьезного и подчас прямого государственного вмешательства в экономику, поддержки государственного сектора и планирования. Они рассматривают сокращение ВНП как национальную катастрофу. В ответ на упоминавшуюся уже притчу о «коте» градуалисты обвиняют радикалов в том, что последние объявили хвостом кота гораздо более половины его тела, что вместо хвоста отсекается голова. Градуали- сты утверждают, что чисто монетаристскими методами действительно можно довести инфляцию до 2-3 % в месяц, но если ничего существенно не менять в нынешней российской экономике, это окажется лишь очередным кратковременным эпизодом. Глубокая болезнь российской экономики, считают градуалисты, заключается в ее обвальном спаде производства и сырьевой переориентации, утрате внутреннего рынка для многих отечественных товаров, падении уровня жизни населения. Глава 20. ТЕОРИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА. ТРУД, ЗАНЯТОСТЬ, БЕЗРАБОТИЦА 20.1. Роль человека в современной экономике В современной рыночной экономике человек выполняет многообразные экономические функции. В качестве живого носителя производительных сил человек обладает множеством атрибутивных качеств и свойств, совокупностью разнообразных потребностей и способностей. Как активный творческий субъект отношений в системе современной экономики человек играет полифункциональную роль. Человеческая личность обладает совокупностью атрибутивных качеств и свойств, которые представляют собой производительные силы человека. В структуре последних необходимо различать две стороны: рабочую силу или способность к труду и потребительную силу или способность к потреблению. Труд есть функция рабочей силы, потребление — функция потребительной силы. Необходимо заниматься формированием и развитием у человека как способности к труду, так и способности к потреблению. При характеристике роли человека в системе современной экономики используется целый ряд понятий: экономический человек, рабочая сила, личный фактор производства, трудовые ресурсы, человеческие ресурсы, человеческий капитал, предприниматель. Экономический человек— это главный творческий субъект рыночной экономики, который обладает свободой выбора и принимает экономически рациональные и оптимальные решения с учетом всех имеющихся условий, возможностей и информации в соответствии со своими индивидуальными предпочтениями, интересами и целями. Рабочая сила — это индивидуальная способность к труду, которая слита с живой личностью человека и выступает его важнейшим атрибутивным свойством. Данная способность к труду является производительной способностью лишь в потенции. Реальной производительной силой она становится в процессе непосредственного соединения с конкретными средствами производства, будучи включенной в совокупную рабочую силу на конкретном предприятии. Личным фактором производства является производительная сила совместного труда, определенная кооперация индивидуальных рабочих сил, т. е. совокупная рабочая сила в определенной общественно комбинированной форме. Структура личного фактора определяется структурой и степенью концентрации производства, уровнем разделения кооперации, специализации труда. Каждая из индивидуальных рабочих сил развита до общественно необходимого уровня в процессе профессионально-квалификационной подготовки и функционирует в составе совокупной как единичная рабочая сила, как общественная средняя рабочая сила. По сути индивидуальная рабочая сила является неотъемлемым элементом общественной совокупной рабочей силы, а индивидуальный труд человека — неотъемлемой частицей интегрированного труда общества. Трудовые ресурсы — часть населения страны трудоспособного возраста, обладающая необходимыми физическими и умственными способностями, определенным уровнем образования и квалификации для работы в народном хозяйстве. Численность трудовых ресурсов характеризует потенциальную массу живого труда, которой в данный момент располагает общество для производства товаров и услуг. Человеческие ресурсы — это ресурс труда, который в рыночной экономике является важнейшим фактором производства. Трудовые услуги, предлагаемые людьми на рынке, рассматриваются в качестве человеческих ресурсов обычно тогда, когда речь идет о их взаимозависимости и взаимозаменимости с другими видами ресурсов (природными, материальными, финансовыми) и их использовании на конкурентном рынке факторов производства. Человеческий капитал — сформированный в результате инвестиций и накопленный человеком определенный запас здоровья, знаний, навыков, способностей, мотиваций, которые целесообразно используются в той или иной сфере общественного воспроизводства, содействуют росту производительности труда и эффективности производства и тем самым ведут к росту заработков данного человека. Предприниматель—это активный субъект рыночной экономики, обладающий всеми необходимыми качествами для осуществления новых комбинаций ресурсов и факторов производства с целью создания новых товаров и получения прибыли, действующий в условиях неопределенности и риска и несущий ответственность за самостоятельно принимаемые решения. 20.2. Концепции занятости населения Теория занятости прошла долгий путь эволюционного развития и характеризуется многообразием концептуальных подходов, методов и инструментария исследований. Теоретические взгляды на данную проблему характеризуются множеством направлений и школ в структуре мировой экономической мысли. Неоклассическая школа представлена трудами Д. Гилдера, А. Лаффера, М. Фелдстайна, Р. Холла и др. За основу ее взяты положения классической теории А. Смита. Эти авторы рассматривают рынок труда как внутренне неоднородную и динамичную систему связей, подчиняющуюся рыночным законам. Регулятором ее служит рыночный меха- низм. Цена труда (уровень заработной платы) воздействует на спрос и предложение рабочей силы, регулирует их соотношение и поддерживает необходимое равновесие между ними. Цена на рабочую силу быстро и гибко реагирует на конъюнктуру рынка, увеличивается или уменьшается в зависимости от реальной его потребности. Посредством повышения или понижения заработной платы регулируется спрос на труд и его предложение. Если в результате превышения предложения труда над спросом возникает безработица, то она воздействует на цены в сторону их понижения, а следовательно, и снижения заработной платы до тех пор, пока не установится равновесие на рынке труда. Классическая модель основывается на принципе саморегулирования рынка труда. Кейнсианское направление рассматривает рынок труда как инертную систему, где цена рабочей силы достаточно жестко фиксирована. Основные параметры занятости — уровень занятости и безработицы, спрос на труд, уровень реальной зарплаты — устанавливаются не на рынке труда, а определяются размером эффективного спроса на рынке потребительских и инвестиционных товаров и услуг. На рынке труда формируется лишь уровень заработной платы и зависящая от него величина предложения труда. Однако предложение труда не играет ведущей роли в формировании фактической занятости, а характеризует только ее максимально возможный уровень при данном размере заработной платы. Спрос на рабочую силу регулируется совокупным спросом, объемами инвестиций и производства. Наличие вынужденной безработицы обусловлено недостатком совокупного эффективного спроса, ликвидировать который могут экспансионистские меры бюджетного и кредитно-денежного регулирования. Государство, воздействуя на совокупный спрос в сторону его увеличения, способствует увеличению спроса на труд, что ведет к увеличению занятости и снижению безработицы. В рамках кейнсианской концепции на занятость влияет не только совокупный спрос, но и то, как распределяется увеличение общего спроса между разными отраслями, т. е. структура совокупного спроса. Эффективное средство обеспечения достаточного уровня занятости — это расширение инвестиционной деятельности государства, обеспечение им оптимальных размеров инвестиций с учетом конкретных условий экономического развития. Кейнсианская модель основывается на государственном вмешательстве в управление макроэкономическими процессами, а механизм ее реализации базируется на закономерностях и явлениях психологического характера (склонность к потреблению, склонность к сбережению, побуждение к инвестициям), а также на мультипликативной связи между главными экономическими показателями. Представители монетаристской школы (М. Фридмен, Э. Фелпс и др.) обосновывают положение о том, что рыночная экономика представляет собой самонастраивающуюся систему, ценовой механизм, которой сам определяет рациональный уровень занятости. При такой системе вмешательство государства приводит к сбою механизма саморегуляции рынка, а денежное воздействие на совокупный спрос со стороны государства в конечном счете приведет к раскручиванию инфляционной спирали. Монетаристы полагают, что в любой момент времени имеется некий уровень безработицы, обладающий свойством совместимости с равновесием в структуре ставок реальной заработной платы. Этот уровень получил название «естественная норма безработицы», которая отражает действительные структурные характеристики рынков труда и товаров, включая рыночные несовершенства, стохастические колебания спроса и предложения, стоимость информации о вакантных рабочих местах и имеющейся рабочей силе, издержки мобильности и др. Отклонения занятости от своего «естественного уровня» могут быть только краткосрочными. Если уровень занятости больше равновесного, то это приводит к ускоряющейся инфляции, если меньше, то к ускоряющейся дефляции. Политика по стабилизации занятости должна быть направлена на борьбу с отклонениями уровня безработицы от ее естественной нормы, с колебаниями объемов производства и численности занятых. Для уравновешивания рынка труда монетаристы предлагают в основном использовать рычаги денежно-кредитной политики. Институционально-социологическая школа, представленная такими экономистами, как Т. Веблен, Дж. Данлоп, Дж. Гэлбрейт, Л. Ульман, основывается на положении о том, что проблемы в области занятости могут быть решены с помощью разного рода институциональных реформ. Для них характерен отход от концентрации внимания только на макроэкономическом анализе и осуществлена попытка объяснить имеющиеся на рынке труда несоответствия особенностями социальных, профессиональных, отраслевых, половозрастных, этнических и других различий в структуре рабочей силы и соответствующих им уровней заработной платы. Контрактная теория занятости (М. Бейли, Д. Гордон, К. Азариадис) пред- ставляет собой концепцию, основанную на синтезе неоклассических представлений с кейнсианскими. С одной стороны, авторы принимают кейнсианский тезис о жесткости денежной заработной платы и полагают, что приспособление на рынке труда происходит за счет изменений физических объемов производства и занятости, а не цен. С другой стороны, сама эта жесткость выводится из оптимизирующего поведения индивидуумов, действующих в собственных экономических интересах. В основе данной теории лежит положение о том, что предприниматели и рабочие вступают между собой в долгосрочные договорные отношения. Между работниками и предпринимателями возникает соглашение — «имплицитный контракт», который соблюдается ими не потому, что этого требует юридический договор, а потому, что это экономически обоюдовыгодно. Фирма в период спада производства не снижает оплату труда, а в период подъема резко не повышает оплату труда квалифицированным работникам. Динамика денежной заработной платы оказывается сглаженной. Во время падения производства она не опускается, а во время подъема не слишком поднимается, возрастает плавно и равномерно. Уровень заработной платы изменяется в определенных прогнозируемых границах. Концепция гибкого рынка (Р. Буае, Г. Стэндинг) получила распространение в конце 70-х годов, когда в наиболее развитых странах Запада происходила структурная перестройка экономики. За ее основу взято положение о необходимости дерегламентации рынка труда, перевода к более гибким, функционально индивидуализированным и нестандартным формам занятости (частичная занятость, неполный рабочий день или неделя, краткосрочные контракты, паломничество). Такой подход призван обеспечить уменьшение издержек структурной перестройки экономики и достигается за счет: • многообразия гибкости форм найма (увольнения) и форм занятости; • гибкости регулирования рабочего времени, установления более подвижного режима работы с ненормируемым рабочим днем; • гибкости в регулировании заработной платы на основе более дифференцированного подхода; • гибкости методов и форм социальной защиты работников, а также адаптации объема, структуры, качества и цены рабочей силы к колебаниям спроса и предложения на рынке труда. В целом концепция гибкого рынка труда предполагает формирование многообразных форм взаимоотношений предпринимателей и работников и направлена на рационализацию совокупных затрат, повышение прибыльности и поддержание высокого динамизма рынка труда. |