Книга 2 Серия "Темный дуэт" Автор С. Дж. Робертс
![]()
|
Глава 25 День 1: Едва я закончила застегивать пуговицы своей блузы, когда произошло это - раздался громкий хлопок, и что-то ударило меня в лицо. Я подняла руку, чтобы прикоснуться к своей щеке, и мое дыхание, буквально, на долю секунды, оборвалось. Калеб, оказался на мне и что-то кричал, но я не слышала его слов. Я не слышала никого и ничего. Я ударилась головой об пол как раз в тот момент, когда Калеб меня схватил, и она раскалывалась от боли. Повсюду летали осколки. - Ливви! - заорал Калеб и встряхнул меня, прорываясь в мое сознание сквозь образовавшуюся тишину. БУМ! На нас полетел еще один стремительный поток обломков. Калеб лег на меня сверху, закрывая мое лицо руками и пряча свою голову возле моего плеча. Кто-то, мать их, стрелял в нас. Мои глаза устремились на дверь, и я увидела огромные сквозные дыры в тех местах, где когда-то было дерево. Мы перекатились за кровать. Все мое тело дрожало, и я не понимала, что происходит. Калеб пихнул меня, заставив взвизгнуть от боли. - Лезь в ванну! - крикнул он и толкнул меня снова. Мне удалось подняться на четвереньки. Проползя несколько метров, я забралась в ванну, но тут же осознала, что Калеба со мной не было. - Калеб! - завопила я. Дверь в ванную с шумом закрылась. Я была слишком напугана, чтобы даже пошевелиться. - Да он же там погибнет, ты, тупая сука! Сделай что-нибудь! - визжала Безжалостная Я. Я не могла сдвинуться с места. Я не могла, нахрен, сдвинуться. Окружающий меня мир воспроизводился в замедленном режиме, и я ничего не могла поделать, чтобы ускорить его течение. Почувствовав что-то влажное на своем лице, я прикоснулась к нему рукой, тут же испачкав ее в крови. - Калеб! - снова завопила я. В дверь комнаты послышался громкий стук, и я спешно спряталась в ванне. Я не могла перестать плакать и кричать. - Ты долбаная трусиха, Ливви! Я тебя никогда не прощу, - упрекала Безжалостная Я. Я закрыла уши ладонями, желая, чтобы этот голос исчез, но все еще слышала ее вопли, умоляющие меня сделать хоть что-нибудь. Из-за двери до меня донеслись пронзительные крики - звуки борьбы. Дверь постоянно дрожала, словно в нее что-то швыряли. - Помоги ему! - Что ты хочешь, чтобы я сделала? - заорала я. - Оставайся на месте! - послышался рык Калеба. - Да помоги же ему! Голос Калеба, и понимание того, что всего в нескольких шагах от меня он сражался за свою жизнь, видимо несколько утихомирили мою панику. - Револьвер, Ливви. Револьвер. Где он? - допытывалась Безжалостная Я. Я сделала несколько глубоких, судорожных вдохов, пытаясь вспомнить. Где был револьвер? Ну, где же он был? В сумке! - Хорошо, Ливви. Теперь, где сумка? Я громко всхлипнула, - Я не знаю. Через дверь послышались пронзительные, гневные крики. Я ничего не поняла, но знала, что прозвучавшее было на арабском. Они пришли за нами. Рафик оказался здесь, чтобы убить нас. - Сумка! - взвизгнула Безжалостная Я. Картинки. Они пронеслись в моей голове в быстрой последовательности: Я внесла сумку. Поставила ее на стол. Калеб взял ее и перенес в ванную комнату. И когда я принимала душ, она все еще находилась здесь. Я осмотрела комнату, но сумки не было. Когда я была в кровати, она оказалась рядом. Мы с Калебом занимались сексом, а после ему потребовалось надеть чистое белье, поэтому, она осталась возле кровати с его стороны. - Иди туда, Ливви. Достань эту пушку, - произнесла Безжалостная Я. Рыдая, я замотала головой из стороны в сторону. Ведь я и понятия не имела, что там происходит, и если я открою дверь... - Они уже знают, что ты здесь! Ты погибнешь. Калеб погибнет. Прошу тебя! Я выбралась из ванны. Эта комната была крошечной; и даже когда я положила руку на дверь, мои ноги все еще касались края ванны. С той стороны до меня все еще доносились звуки борьбы. - Я выхожу! - крикнула я. - Нет! - заорал Калеб, за чем последовал оглушительный грохот. Схватившись за ручку двери, я все же ее распахнула. Вешалка для одежды находилась прямо напротив ванной, образовывая в этой стороне комнаты небольшое прямоугольное углубление. Я увидела Калеба, лежащего на полу, сцепившись с каким-то мужчиной. - Беги, Ливви! Устояв на ногах, я попыталась пробежать мимо них, и добраться до кровати, но внезапно, чья-то рука схватила меня за лодыжку. Грохнувшись лицом на пол, и совершенно не почувствовав боли, я стала отбиваться ногами, не зная, кому сопротивлялась. Рука меня отпустила. Оглянувшись назад, я увидела кровь. Голова Калеба была опущенной, но тут раздался душераздирающий, панический вопль, и мужчина, лежащий под ним, вцепился ему в волосы, чтобы дернуть его голову назад. Калеб открыл рот для крика, но оттуда хлынула только кровь. Крики не унимались, продолжая один за другим сотрясать пространство. Я застыла. Крики. Я не могла их выносить. Внезапно, тело Калеба отлетело к углублению комнаты. Я не узнала нашего противника. Его лицо было забрызгано кровью, а с его щеки свисал кусок кожи. Я завопила. Не переставая орать, мужчина кинулся на Калеба и стал бить его головой об пол. Заставив себя действовать, я поползла в сторону кровати, лихорадочно шаря руками по вещам, и... почувствовала сумку. Она была здесь! Потянув за ручки, я свалила ее на пол. Револьвер оказался сверху, и я схватилась за наше спасение. Оно самопроизвольно выстрелило, отчего, не справившись с отдачей, я ударила себя по лицу тыльной стороной ладони. - Ливви! - закричал Калеб. Этот звук был похож на бульканье. Быстро перезарядив пушку, я взяла ее обеими руками. Подрагивая, я взвела курок, и стала целиться в мужчину, оказавшегося на Калебе. - Слезь с него! Сейчас же! Он повернулся, чтобы посмотреть на меня - из его открытой раны на разодранном лице безостановочно лилась кровью, затем он бросился ко мне, и… я нажала на курок. Меня отбросило в сторону. На пару секунд мой обзор рассеялся, и я попятилась назад на руках, в поисках револьвера, упавшего позади меня. Я пристрелила его. Наш противник лежал на полу, дергаясь и дрожа всем телом, хватаясь рукой за свою грудь. Кровь была повсюду. - Что я наделала?! - вскрикнула я. - Что я наделала?! - Что я наделала?! - Калеб, Ливви! Сконцентрируйся на Калебе. Где Калеб? - произнесла Безжалостная Я. Каким-то образом, умудрившись оценить ситуацию, я посмотрела в сторону ванной комнаты. Калеб не шевелился. Нет. Нет, нет, нет, нет, нет! Я потеряла самообладание. Просто обезумела! Отыскав револьвер, я взяла его в руки, после чего на четвереньках подползла к нашему противнику, и приставила ствол к его груди. Он пытался сопротивляться мне, пока я взводила курок, но он был слаб, а моя ярость сделала меня сильной. Истошно закричав, я нажала на курок; мне на лицо, шею, на все мое тело брызнула кровь. Спустя мгновение, открыв глаза, я уставилась прямо в его искореженную грудную клетку. - Калеб! - завопила я. Когда он не ответил, я поползла к нему, заранее испытывая ужас от того, что увижу, когда до него доберусь. Калеб не шевелился. Он был вымазан в крови, и он не шевелился! Притянув его голову на свои колени, я шлепнула его по лицу, - Калеб? Очнись, малыш. Очнись! Нам надо уходить. Никакой реакции не последовало. - Пожалуйста. Пожалуйста, Боже! Я положила руку ему на грудь - он дышал. До меня донеслись крики с улицы, а также бег людей и визг колес на стоянке. Скоро здесь появятся копы. Положив голову Калеба на пол, я схватилась за его рубашку, чтобы привести его в сидячее положение. - Очнись! Пожалуйста! Я встряхнула его. Голова Калеба завалилась вперед, и он начал откашливаться кровью, пачкая мои штаны. - Ох! Ох! Спасибо! Я притянула его к груди, блуждая по нему своими руками. - Ливви, - онемело произнес он. Затем он, действительно, очнулся, - Ливви! Отстранившись, он уставился на меня в потрясении. Отодвинув меня в сторону, он сначала посмотрел позади меня, а потом перевел взгляд на мое лицо. - Ты в порядке? - ошеломленно спросил он. Я кивнула, заливаясь слезами. - Нам надо убираться отсюда, - сказал он, - сейчас же. Вставай. Он подтолкнул меня, и я помогла ему подняться. Калеб схватил меня за руку, и наклонился, чтобы взять револьвер. Подбежав к куче вещей рядом с кроватью, и найдя ключи, я сунула их все в один большой мешок. - Иди к грузовику, Ливви, - сказал Калеб. Он казался слишком спокойным. Побежав в сторону стоянки, я с удивлением обнаружила, что на ней не было ни души. Вставив ключи в замок и открыв дверь, я забралась внутрь и закрыла ее. Услышав еще один выстрел, я резко пригнулась. В течение нескольких секунд ничего не происходило, но затем грузовик тряхнуло. Услышав громкий грохот, я крепко зажмурилась. Дверь машины распахнулась. - Это я, Ливви. Это я, - прошептал Калеб. Отыскав ключи в моих руках, он вставил их в замок зажигания. Пока мы выезжали со стоянки, я дрожала и плакала, сидя рядом с ним. Некоторое время спустя, я почувствовала пальцы Калеба в своих волосах, нежно поглаживающие мою голову. Я убила человека. И была вымазана в его крови. Я должна была это сделать. Я ни о чем не жалела. И это была правда. Я не жалела о том, что этот сукин сын сдох. Я знала, что он умрет и после первого моего выстрела - не было ни единого шанса выжить с той дырищей в груди, которую я на нем оставила. Во второй раз, я выстрелила в него, потому что... я так хотела. Он пытался убить меня, но потом я увидела неподвижное тело Калеба, и этого было достаточно, чтобы наполнить меня яростью. Калеб был моим, а я устала позволять людям забирать то, что принадлежит мне. Мы ехали несколько часов. Я понятия не имела куда, и мне было плевать. Положив голову Калебу на колени, я наслаждалась его прикосновениями. Все в моем мире приобретало значение, когда он меня касался. В конце концов, Калеб остановил грузовик, но просил меня оставаться на месте, пока он позаботится о теле в багажнике. Последний выстрел, который я услышала, Калеб произвел мужчине в лицо. Он не хотел, чтобы его личность была опознана. Неизвестным противником оказался брат Джаира - Халид. Я хотела спросить Калеба про Рафика и остальных, но вспомнив, в каком состоянии он вернулся в комнату – безжизненным и отрешенным - отодвинула эту мысль в сторону. Некоторые вещи лучше оставлять недосказанными. Главное, мы с Калебом были живы. И мы были вместе. Что до остального... Мне не обязательно было это знать. Калеб вернулся в машину быстрее, чем я ожидала. - Сделано, - сказал он. - Ты его закопал? - сомневаясь, спросила я. - Нет необходимости. Его съедят дикие звери, - ответил он. Потянувшись через сидение, он прижал свои губы к моему лбу. - Я убил того человека, Ливви. Тебе понятно? - прошептал он. - Что? Нет. - Ливви! Послушай, что я тебе говорю! Он посмотрел мне прямо в глаза. Выражение его лица было холодным и жестким. - Его убил я. Он кивал своей головой, пока я не стала повторять его действий. - Ладно, - прошептала я. - Хорошая девочка, - произнес он и поцеловал меня, скрепляя наш уговор. *** Мне следовало догадаться, что Калеб что-то планировал, ведь этому предшествовало множество знаков. Мне следовало поподробнее расспросить его о том, что так сильно травмировало его тогда, в особняке Фелипе. Мне следовало потребовать от него рассказать о наших планах, когда я продолжала видеть знаки с обозначением 'штат Техас'. И как минимум, мне следовало задать больше вопросов про клочок бумаги, цифры на которой Калеб заставил меня выучить наизусть. Он сказал, что любой, у кого окажется пароль и данные по счету, сможет получить к нему доступ, поэтому было очень важно, чтобы об этом знали только я и он. Я чувствовала себя такой особенной. Я думала, что он мне доверял. Я чувствовала себя шпионкой, сжигая эту бумажку и выбрасывая ее пепел через окно. Я не задавала вопросов. И не требовала ответов. Поэтому, я оказалась абсолютно застигнутой врасплох, когда Калеб остановил грузовик, и взорвал мой мир, сказав, что наше совместное времяпрепровождение подошло к концу. Долгое время, мы оба молчали. Я не хотела говорить первой. Я боялась, что просто не смогу. Наконец, прочистив горло, Калеб нарушил тишину, - Граница находится всего в нескольких километрах вверх по дороге. Я не могу подъехать ближе. Он показал на кровь, в которой был полностью вымазан. - Почему ты думаешь, что я могу? Я убила... - Ты никого не убивала! - крикнул он, - Тебя похитили. Ты пыталась сбежать и несколько месяцев... Я... Я держал тебя в плену. Я изнасиловал тебя, - произнес он. Его слова были как нож в сердце, и я его ударила. Сильно. - Не говори так! Я знаю, как у нас все начиналось, Калеб. Но, пожалуйста, - молила я, - Я люблю тебя. На глаза Калеба стали наворачиваться слезы, но он потер лицо и улыбнулся, - Ты меня ударила, - усмехнулся он, - снова! - Зачем ты это делаешь, Калеб? - спросила я как можно спокойнее, но мое горло уже ощущалось хриплым от рыданий, которые я еле сдерживала. Он посмотрел на меня, и я увидела мельчайшую частичку чего-то, что отражалось болью на моем собственном лице. - Потому что... так будет правильно. - Почему бы тебе не позволить решать мне, что правильно, а что нет? Я хочу остаться с тобой, - выдавила я. Мое сердце забилось чаще, и я больше не могла сдерживать слез. Он давал мне шанс вернуться домой, вернуться к моей жизни, ко всему, чего по моим же словам, я хотела - но единственное, о чем я могла думать - что ничего из этого не имело значение, если я его больше никогда не увижу. Крепко схватившись за руль, он прижался к нему своим лбом, - Ты не знаешь, чего ты хочешь, Ливви, а то, что ты думаешь, ты хочешь - навязано тебе промывкой мозгов. Я тут же вдохнула, чтобы возразить, но он поднял свою руку, останавливая меня. - Я слишком долго занимался тем, что манипулировал людьми, преследуя одну лишь цель - добиться своего. Вот почему ты думаешь, что любишь меня. Потому что я сломал тебя до основания и создал заново, чтобы ты в это поверила. Это не было случайностью. Однажды, оставив все позади... ты это поймешь. Я едва могла разглядеть его сквозь туман слез, заволакивающих мой обзор. Калеб верил во все, что он говорил. Я слышала это в его голосе - но он ошибался. Моя любовь к нему не была результатом его манипуляций. Он пытался делать все совсем наоборот. - Вот оно что. Ты считаешь, что я какая-то идиотка, которая повелась на твой бред? Знаешь, ты ошибаешься! Я влюбилась в тебя, Калеб. Я влюбилась в твое нездоровое чувство юмора. Влюбилась в то, как ты меня защищал. Ты спас мою жизнь! - Я забрал свою собственность, Ливви, - мрачно произнес он. - Я больше не Ливви! Я твоя! Разве не это ты говорил? Не то, что ты обещал? Разве не в этом мы друг другу клялись! - обливалась я слезами. - Я не хочу владеть тобою. Я хочу, чтобы ты была свободной, а пока ты со мной... я всегда буду видеть в тебе свою рабыню, - прошептал он. Мне была невыносимо наблюдать за тем, как голова Калеба пристыжено опустилась вниз. Он ведь был слишком гордым человеком. - Я никогда не была твоей рабыней, Калеб. Ты этого хотел, и я тебе это давала, но мы оба знаем, что ты принадлежишь мне так же, как и я принадлежу тебе. Если бы ты, действительно, смог сломать меня до основания, и создать заново, то никого бы из нас здесь не было. Несмотря ни на какие гребаные обстоятельства, я искренне люблю тебя... и... и... веришь ты в это или нет, но ты тоже меня любишь. - Котенок, - сказал он, - монстры не умеют любить. Он вытер свои глаза, - А теперь вылезай из грузовика. Иди в сторону границы и больше никогда не оборачивайся. Не в силах сдерживаться, я как можно крепче обняла его своими руками. - Я люблю тебя, Калеб. Я тебя люблю! Если ты хоть немного заботишься обо мне... пожалуйста, не делай этого. Пожалуйста, не оставляй меня. Я не знаю, как жить без тебя. Не заставляй меня это делать, не заставляй меня возвращаться и пытаться быть той, кем я уже никогда не буду. Его руки нежно вернули мои на место и когда наши глаза встретились, я, в конце концов, увидела эмоции, которые он так упорно старался спрятать, и решимость, с которой он произнес, - Живи для меня, Котенок. Будь такой, которой ты бы никогда со мной не стала. Пойди в школу. Встреть нормального парня, и влюбись в него. Забудь меня. Пришло твое время идти, Котенок. Время для нас обоих. - А куда поедешь ты? - Тебе лучше не знать. Мое сердце раскрошилась на мелкие осколки, но я знала, что у меня не осталось больше никаких аргументов, чтобы остановить это прощание. Мне захотелось поцеловать его - один последний поцелуй, чтобы помнить его, но я понимала, что это обернется лишь мучением. Я хотела, чтобы наш последний поцелуй был совершен в порыве единения и страсти, а не сожаления и грусти. Отпустив его, я открыла дверь. - Возьми это, - прошептал он и протянул мне свой револьвер, - пусть это будет доказательством того, как тебе удалось сбежать. Я долго смотрела на оружие. Я даже подумала о возможности взять Калеба в заложники и заставить его отвести нас куда-нибудь в другое место. Но он сделал мне больно. Его отказ терзал меня сильнее всего остального, а моя гордость больше не позволяла его умолять. Взяв револьвер, я уставилась на его идеальный профиль, когда он смотрел через лобовое стекло, не глядя в моем направлении. Он сделал свой выбор, и это была не я. Выйдя из грузовика, я хлопнула дверью и начала свой путь в сторону границы. И пока я шла, я физически ощущала на себе его взгляд так, как я всегда его чувствовала. Слезы беззастенчиво лились по моему лицу, но я их не вытирала. Я заслужила эти слезы, и оставляла их, как символ всего того, через что я прошла. Они олицетворяли боль, которую я выстрадала, любовь, которую я испытывала, и океан потери, который опустошил мою душу. Я, наконец-то, научилась подчиняться, поэтому больше не оборачивалась. Когда я добралась до границы, я была вся в синяках и крови. В потрясении от всего того, что произошло с Калебом, я не могла толком ответить пограничному патрульному офицеру, который кричал на меня с поднятым оружием. У меня было свое оружие, и я ни хрена не боялась его применить. А если бы я погибла? Кого, к чертям, это заботило? Приложив револьвер к своей голове, я потребовала пропустить меня через границу. Эти сукины дети в меня стреляли. И когда они опрокинули меня на землю и надели наручники, я надеялась, что умру от потери крови. Тогда, я еще не знала, что они стреляли в меня резиновыми пулями. |