Биоэтика история на русском. Биоэтика снова на русском. Медицина как одна из древнейших и важнейших сфер практической деятельности человека является специфической областью разделения труда
![]()
|
Медицина как одна из древнейших и важнейших сфер практической деятельности человека является специфической областью разделения труда. Она тесно взаимосвязана с социально-историческими традициями и формами организации общества. В рамках данного пособия нас прежде всего интересуют история развития этических аспектов медицины и исторические этапы оформления биоэтической концепции. В связи с этим вначале обратимся к древнегреческой мифологеме морального врачевания, где главным действующим лицом является Асклепий (в римской традиции - Эскулап), в политеистическом пантеоне древних греков занимавший место бога врачевания. Рассматривая древнегреческий миф об Асклепии, мы, бесспорно, понимаем глубокую условность, по сути мифологему эллинского пантеона богов. Вместе с тем мы приводим его как крайне важный культурологический феномен, в котором в полной мере отразилось образное мышление образованного эллина доплатоновской эпохи. История Асклепия - первый значимый пример установления морального кодекса врачевания, «первая ласточка» этики и деонтологии. Гиппократ, чья «Клятва» на века стала кодексом чести врача, в мифах древних греков фигурировал как ученик Асклепия. Таким образом осуществлялась сакрализация медицинской профессии и её этических принципов. Согласно легендам, Асклепий жил примерно во 2-м тысячелетии до нашей эры. Гомер в своей «Илиаде» даже посвящает несколько строк его сыновьям, которые пошли по стопам отца. Асклепий был сыном Аполлона, который представляется в летописях как бог гармонии, духовной силы и искусств. Мать его была очень красива, но, к сожалению, не отличалась добродетелью и верностью своему супругу, за что и была наказана. Мальчик получил прекрасное образование, но был лишён внимания со стороны своего отца, который, впрочем, время от времени следил за успехами сына. Именно от отца и своего воспитателя - кентавра Хиро-на - молодой Асклепий перенял искусство врачевания и достиг высокого мастерства в хирургии и использовании лекарственных средств. Вместе с тем, согласно легенде, Асклепий вырос достаточно амбициозной личностью. Это выражалось, к примеру, в оживлении умерших (с древних времён этим имели право заниматься только бессмертные боги). В числе оживлённых Асклепием молва называла с десяток известнейших личностей того времени. Эти успешные опыты врача не остались незамеченными. Бог царства мёртвых Аид пожаловался Зевсу, что Асклепий не безвозмездно, а за щедрые подношения возвращает именитых людей к жизни. Реакция Зевса была мгновенной и беспощадной. Он карающим ударом молнии лишил Асклепия жизни. Аполлон - сын Зевса - не смирился с тяжёлой утратой и ценой собственных мытарств и смирением добился воскрешения Асклепия. Далее легенда описывает переосмысление молодым врачом своих жизненных принципов (наказание Зевса стало для него серьёзным уроком). Отныне, наравне с высокопоставленными пациентами, Асклепий стал лечить и простых людей, не взимая с них платы за свои услуги. Таким образом, новое поведение Асклепия по отношению к больным людям положило начало моральному врачеванию (morale - франц. «нравоучение, правило для воли, совести человека»), которое было перенято его учениками, прежде всего Гиппократом (ок. 460-377 гг. до н.э.), считающимся основателем практической медицины. В отличие от Асклепия - героя мифа, - Гиппократ признаётся в историографической традиции реальным историческим лицом. Дискуссия о реальном авторстве трактатов, приписываемых ему, безусловно, продолжается. Однако из-за скудости источниковой базы и древности описываемого времени вряд ли когда-либо удастся найти компромисс. Как бы то ни было, ниже мы будем говорить о Гиппократе как историческом лице, считая его автором как знаменитой «Клятвы», так и трудов, приписываемых ему традицией. В конце концов, с точки зрения истории биоэтики нам важен сам факт существования таких трудов в Древней Греции.
Своё отношение к делу и пациентам Гиппократ определял так: «Любовь к нашей науке нераздельна с любовью к человечеству». После смерти благодарные афиняне разных сословий собрали пожертвования и воздвигли железную статую с надписью: «Гиппократу, нашему спасителю и благодетелю». Самым выдающимся памятником гуманизма и морального врачевания является «Клятва» Гиппократа. Приведём только некоторые выдержки из неё: «Клянусь Аполлоном, врачом Асклепием... и всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство: считать научившего меня врачебному искусству наравне с моими родителями, делиться с ним своими достатком и в случае надобности помогать ему в его нуждах; его потомство считать своими братьями, и это искусство, если они захотят его изучать, преподавать им безвозмездно и без всякого договора... Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости... Чисто и непорочно буду я проводить свою жизнь и свое искусство...». В 1525-1526 гг. клятва Гиппократа была опубликована на латинском и греческом языках, а медицинские факультеты университетов включили в программу преподавания гиппократовы моральные принципы, закрепляя на практике отождествление медицинского долга с принятием на себя обязательств перед больным. Важно выявить обстоятельства, повлиявшие на социальные действия Гиппократа и его последователей, приведшие к так называемым смысловым сдвигам, которые Макс Вебер считал «атомами общественной жизни». Для понимания этого сложного многовекового процесса прежде всего необходимо последовательно проанализировать исторические этапы накопления интеллектуального базиса биоэтики.
Отметим, что осмысление идей бытия находит своё место ещё в поэмах врача и философа Эмпедокла «О природе» и «Очищение». В них излагается учение об ощущениях как следствиях материальных «истечений» от вещей, воздействующих на органы чувств. С другой стороны, учение Демокрита об этических ценностях, о «добром расположении духа» также во многом, определило развитие древнегреческой медицины. Оно подчёркивало почётную и ответственную роль врача, определяло синтетический характер медицинских знаний и специальных навыков. Отражение этих и иных идей мы находим в известных афоризмах Гиппократа: «Врач - философ; ведь нет большой разницы между мудростью и медициной»; «Лечит болезни врач, но излечивает природа». В V в. до н.э. Протагор - основоположник софистики - определяет человека как венец природы, меру всех вещей, а Георгий подробно рассуждает о понятиях добра и зла. Важнейшим событием в истории естествознания стали работы Платона и Аристотеля. Первый предложил концепцию мироздания, которая предусматривает наличие великого Демиурга, управляющего развитием Вселенной. Многие историки философии считают, что под Демиургом Платон понимал Творца Вселенной. Позднее католическая богослов- ская мысль охарактеризовала Платона и Аристотеля как «стихийных» или «инстинктивных» христиан. Именно такими они изображены на знаменитой фреске «Философы» в музее Ватикана, по соседству с Сикстинской капеллой. Историки науки по-разному объясняют этот феномен. Кто-то говорит о гениальном прозрении Платона, кто-то (вслед за Св. Климентом Александрийским) убеждён, что в своих путешествиях по Востоку тот познакомился с текстом Пятикнижия Моисея. Для историков медицины важно, что развитие биоэтики, прямо определившее впоследствии европейскую средневековую традицию в медицине, было непосредственно связано с принятием идеи сотворения мира и провозглашением ответственности в отношениях человека и Творца. Это обусловило возникновение понятий справедливости и ответственности, близких к современным. Собственно говоря, современные понятия этики онтологически исходят из того базиса древнегреческой традиции, который и был заложен работами Платона и Аристотеля.
Платон формирует этическую концепцию, даёт определение справедливости действий врача как честного и квалифицированного исполнения своих обязанностей. Он говорит о необходимости определённых систем обучения, воспитания для представителей разных сословий. Аристотель проповедует знания во имя творчества, формирует формальную логику, науку о природе. Он же создаёт классификацию добродетелей, пишет сочинения «Евдемова этика», «Никомахова этика», определяет идею добродетелей разумной деятельности. В период поздней античности Хрисипп, Зенон, Клеапф развивают учение о природе, душе и долге. В средние века Св. Августин Блаженный в своей «Исповеди» касается проблем соотношения божественной и индивидуальной воли, создаёт учение о творении мира Богом и о материи. В этот период религия и вера находятся в центре духовного опыта, трансформируются ценности жизни и универсалии культуры, отмечается глубокое влияние христианства на медицинскую практику. В XIII в. в западноевропейской философии происходит так называемая антиаверроистская полемика, имевшая огромное значение для истории науки. Речь о полемике двух философских школ, образовавшихся на Факультете искусств и Теологическом факультете Парижского университета. Формальным поводом для полемики стала оценка основных философских идей Аристотеля, осмысленных философами и врачами арабского Востока - Авиценной, Аверроэсом, Альоараби и др. в значительной мере в неоплатоническом стиле. На самом деле речь шла о выработке всеобъемлющей на тот момент системы философских взглядов на взаимоотношения человека и Бога, некоторые частные философские вопросы (теории абстрагирования и сверхъестественного созерцания), вопросы этики и, главное, оценок отношения веры и разума. В конечном счёте происходил важнейший поворот в истории науки: оценка правильного пути к научному познанию человека и мира.
Точку зрения так называемых аверроистов представляли такие учёные, как Боэций Дакийский и Сигур Брабантский. Позиция классических «аристотеликов», развивавшая гносеологические представления Св. Августина Блаженного, была наиболее полно отражена Фомой Ак-винским, представителем доминиканского ордена. Победа в этом научном споре оказалась на стороне Фомы Аквинского. Данный факт имеет огромное значение для истории медицины, поскольку доминирующей стала новая методология. В её основе лежала так называемая теория абстрагирования, в соответствии с которой научное знание обретается человеком не только в рамках сверхъестественных озарений («божественной иллюминации»), но и в результате абстрагирования от чувственно воспринимаемых вещей. Этот процесс, естественно, начинается с непосредственно воспринимаемого и осмысливаемого первичного чувственного опыта. Такая методология, во-первых, закладывала первый камень в фундамент здания, ставшего впоследствии декартовой системой оценки чувственного опыта, что привело к появлению в натурфилософских системах Р. Декарта идеи экспериментального познания в медицине. Во-вторых, она снимала противоречие между верой и разумом, религией и научным познанием, что не могло положительно не отразиться на развитии науки. Обстоятельства диспута с «аверроистами» занимали европейских философов почти столетие и обозначили ещё одну важнейшую научную и методологическую проблему - так называемую «бритву Оккама». Уильям Оккам, францисканский монах, жил в XIV в. и преподавал философию в Оксфорде. Суть его новеллы формулируется так: «Не существует основания для того, чтобы объяснять с помощью многих (допущений) то, что может быть объяснено с помощью меньшего числа (допущений)». Нетрудно заметить, что система доказательств в естественных науках - от математики до медицины - сегодня стоит на этом методологическом фундаменте.
Его важным вкладом в теорию этики, оказавшим серьёзное влияние на развитие биоэтической концепции, была постановка проблемы ответственного выбора. Конечно, для него было очевидно, что главной этической нормой является воля Бога, которая есть абсолютное благо. Человек делает позитивный ответственный выбор, поступая по воле Божьей. Однако обоснование факта наличия у человека свободной воли и возможности действовать в соответствии с ней окончательно освободило этику от греческого и арабского детерминизма. В плане развития биоэтической концепции работы У. Оккама дали возможность ставить вопрос о полноте индивидуальной ответственности врача за его (собственные, по его личному выбору осуществляемые) действия. Выделим ещё одно важное событие в истории философии, оказавшее влияние на становление биоэтической концепции: дискуссию о бедности Христа и святых апостолов, потрясшую Европу в XIV в. Суть её заключалась в следующем. Представители францисканского ордена во главе с Михаилом Че-зенским (генералом ордена), Уильямом Оккамом и др. утверждали, что Иисус Христос и святые апостолы не обладали в земной жизни никаким личным имуществом. Поэтому они предъявляли очень жёсткие этические требования как к католической церкви в целом, так и к отдельным её членам. Этот тезис жёстко опровергался Папой Римским Иоанном XXII и его сторонниками. Данная дискуссия обусловила важнейший для становления биоэтики вопрос: если Бог и апостолы, проповедуя абсолютную Истину в вероучительном плане, призывали к абсолютному служению людям, спасению души через добрые дела в плане этическом, в чём же тогда состоял долг каждого христианина по отношению к ближним? Очевидно, что эта глобальная философия и теологическая дискуссия в религиозно-философском плане позволили развить и обосновать принципы медицинской деонтологии.
В этот же период определяются три главные направления древнекитайской мысли: конфуцианство, даосизм и буддизм. Идёт сложная борьба шести основных направлений (конфуцианство, даосизм, моизм, легизм, школа имён и школа инь-ян), в которой в конечном итоге побеждают конфуцианство и даосизм. Подчеркнём в связи с вышесказанным, что одним из главных положений конфуцианства является концепция жизни, основанной на человеколюбии и гуманности. Идея гуманности является центральной в конфуцианской культуре. Сущность категории «жизнь» заключается в любви к другим людям. Это философское учение призывает людей к сопереживанию и добру, сердечному отношению друг к другу. Всё это оказало глубокое влияние на развитие традиционной китайской медицины, которая, в свою очередь, способствовала дальнейшему обогащению конфуцианской философии. Одним из выдающихся представителей конфуцианской культуры является Хуа То (дата рождения неизвестна, умер в 208 г. н.э.), известный также как Небесный врач и Творящий чудеса. На воротах воздвигнутого в его честь храма имеет- ся следующая парная надпись: «Основанное на гуманности врачевание идёт только от Жёлтого императора и Ци Бо; чудеса медицина начала творить во времена Хуа То». Древнекитайские мыслители полагали, что «...врач низшей категории лечит болезнь, врач средней категории исцеляет человека, врач высшей категории исцеляет страну». В традиционной китайской медицине и сегодня большое значение придаётся личной нравственности в профессиональной практике врача. В этой древней культуре всегда считалось, что лечебной практикой достойны заниматься только те люди, которые обладают высокими моральными качествами и незаурядными способностями. Концепция морального врачевания в буддийской культуре учит следующему:
■ милосердие врача всегда должно быть нацелено на стимулирование у пациента спасительной жизненной энергии (когда опасность развития болезни уже созрела, а пациент проявляет пассивность при лечении, то устранить её последствия чрезвычайно трудно); ■ главное для врача, действующего милосердно, - это своевременность оказания квалифицированной помощи; ■ нравственный врач обязан проявлять почтительность к старшим коллегам и своим пациентам, быть сообразительным в экстренных случаях, демонстрировать блестящие навыки при ведении сложных больных; ■ милосердный врач, творя благо, зачастую теряет покой, но обретает разносторонность в подходах к лечению. В древней индийской культуре врачевания отмечалось постепенное становление религиозно-философских школ, которые формировались под влиянием гимнов Ригведы, диалогов Упанишад, Санкхья, Вайшещи-ка, Веданта, Джайнизма и т.д. Во времена Ашоки (268- 231 гг. до н.э.) - самого выдающего правителя древней Индии - при буддийских храмах строили богадельни и помещения для больных - дхарма-шала (лечебницы). Таким образом, в Индии они появились на несколько веков раньше, чем в Европе. Гораздо позже, в период империи Гупт (IV-VI вв. н.э.), который считается золотым веком индийской истории, в стране стали сооружать специальные дома для калек, увечных, больных, вдов и сирот. Вместе с тем следует отметить, что традиционному индийскому обществу всегда было присуще разделение на касты (да и в наши дни это продолжает оставаться социальной доминантой). Такая структура общества предопределяет различные социальные права представителей разных каст, вплоть до фактического бесправия и официального законодательного признания ничтожности огромных, многомиллионных социальных групп. Яркий пример - каста неприкасаемых. Естественно, что идея равных прав граждан на доступ к медицинской помощи в кастовом обществе существовать не могла. Сама идея благотворительности может быть реализована в атмосфере понимания имманентного равенства людей, которую впервые привнесла религиозно-философская система христианства. Поэтому времена Ашоки в индийской истории - скорее эпизод, чем закономерность.
Последователи иудаизма всегда соблюдали моральные принципы врачевания. Среди широко известных моралистов медицины значатся имена Асаф А-Рофе, А. Закуто, Маймонида, Йосефа Каро - составителя кодекса «Шулхан Арух» («Накрытый стол», XVII в.). В этом труде в главах, посвящённых медицине, основное внимание уделяется готовности по первому зову больного прийти на помощь. Вклад евреев в медицину признавался Роджером Бэконом (Roger Bacon) - прославленным христианским философом, который подчёркивал, что знание иврита позволяет больше узнать о таинствах врачебной профессии. Иудеи полагают, что молитва - это путь к духовному и физическому здоровью. Она предполагает непосредственное искреннее раскаяние, личное обращение к Богу за помощью в болезни, что придаёт этому действу особую силу. По мнению Маймонида, врачевание воспитывает в человеке скромность, богобоязненность, совершенствует его нравственность во имя Творца. Рассмотрим для примера вопрос трансплантации органов. По законам иудаизма человек, даже находящийся в состоянии агонии, пользуется полной защитой со стороны Закона, а сокращение его жизни даже на мгновения является человекоубийством. Иудейская традиция не поддерживает стремление готовить донора к трансплантации, если эти действия могут приблизить его смерть. Исходя из этих воззрений, запрещается удаление любого органа в интересах спасения другого человека. Тора на этот счёт прямо указывает «не брать часть от живого, пока оно ещё живо». Извлечение органа для нужд трансплантации, согласно данной духовной традиции, может быть осуществлено только от вполне здорового донора и только после подробной консультации с религиозными и медицинскими авторитетами или от уже умершего человека. При этом иудейская традиция определяет факт смерти по остановке дыхательных и обменных процессов на длительный период времени, которые не восстанавливаются с помощью осуществления реанимационных мероприятий.
Касаясь проблемы аборта, отметим, что в иудейской традиции вопрос об аборте рассматривается сугубо индивидуально и требует консультации с раввином, который обладает компетенциями именно в этом вопросе. В целом же, по общепринятому мнению, иудаизм не сравнивает аборт с убийством. Здесь уместно привести такое правило Торы: «Когда дерутся люди и ударят беременную женщину и она выкинет. то следует взять с виновного штраф, который передадут мужу той женщины» (Шмот/Исход 21:22). Иными словами, в этом случае обосновывается выплата денежной компенсации, а не судебный процесс, как это имеет место в случае убийства человека. Следует отметить, что такая трактовка аборта (в приведённом примере самопроизвольный выкидыш не считается убийством) резко контрастирует с мнением сторонников международных движений за отмену абортов. Отметим в связи с этим, что на практике иудаизм выступает против абортов (если речь не идёт об особых случаях, когда требуется спасение жизни женщины). Таким образом, Закон всегда выступает на стороне матери, если есть угроза для её жизни. Он гласит: «Если женщина страдает от затяжных патологических, осложнённых родов, которые угрожают самой её жизни, следует рассечь плод. Если же ребёнок большей частью уже появился на свет, нельзя причинять ему вреда, ибо нет у нас права жертвовать одной жизнью ради спасения другой» (Вавилонский Талмуд). Иудейский Закон содержит следующее правило: «Если существует угроза физическому и психическому состоянию здоровья женщины, то аборт оправдан». По современным этическим проблемам высокотехнологичной медицины раввинистические определения официально на сегодняшний день не сформулированы, однако среди врачей, исповедующих традицию иудаизма, ныне наиболее широко обсуждаются следующие вопросы: особенности еврейского подхода к ультрасовременной медицинской этике (Н.Э. Дорфф / N.E. Dorft); трактовка еврейского закона по проблемам супружеских отношений, регулирования рождаемости и выкидышей (Д.М. Фельдман / D.M. Feldman); еврейская медицинская этика об ответственности за жизнь и уходе из жизни (М. Маибаум / M. Maibaum); альтернативы в еврейской биоэтике (Дж.Н. Зохар / J.N. Zohar); консервативное иудейство и проблемы биоэтики (Рознер / Rosner).
На основные направления арабо-мусульманской мысли в Средние века серьёзное влияние оказали религия и культура древнего Востока и европейской античности. Основные направления арабо-мусульманских учений включали исследование проблем первоначала, учение о человеке, о познании человека как плода Природы. Особую роль в этом периоде развития арабо-мусульманской культуры сыграл Авиценна (Ибн Сина, 980-1037 гг. н.э.). Его труды «Канон врачебной науки», «Книга исцеления», «Указания и наставления» являются настоящими шедеврами той эпохи. Он внёс заметный вклад в медицину. Можно также отметить и его коллегу Аверроэса (Ибн Рушд), который создал учение о разуме и теорию двойственной истины. Одновременно отметим, что в более поздних произведениях - «Книгах путешествий» Эвлии Челеби (XVII в.) и т.д. - даётся описание первой мусульманской больницы Фатих: «...лекарства раздаются бесплатно, это условие в своё время поставил сам Фатих - султан. Делается это во имя Аллаха. Главное качество врача-мусульманина - честность! Он знает, что в судный день придётся держать ответ не только за прожитую жизнь, но и за свою врачебную деятельность. Цель медицинской деятельности мусульманина - не нажива, а служение людям во имя Аллаха». Подобные взгляды - органическая часть исламского вероучения. Будучи исторически самой молодой из монотеистических религий, ислам привнёс очень важный позитивный импульс в исторический процесс развития этики и деонтологии врачевания. Напомним, что в соответствии с исламским вероучением правоверный должен проявлять перед лицом Аллаха ряд добродетелей: пятикратная ежедневная молитва, ходж, закат (благотворительность). Постулирование духовного равенства правоверных перед Аллахом, возможность духовного спасения бедного и духовной гибели богатого сформулировало теологические основы понимания равенства людей с точки зрения врача. А возведение благотворительности в ранг обязательной добродетели правоверного обусловило возникновение таких лечебниц, как вышеописанная больница Фитих.
Интересны рассуждения об исламской биоэтике З.М. Мухамедовой из Ташкентской медицинской академии. По её мнению, наряду с развитием медицины и эволюцией медицинской этики в кодексе и принципах Гиппократа, Парацельса, деонтологической и биоэтических моделях идёт непрерывная дискуссия о проблемах биоэтики религиозных деятелей и специалистов медицины исламского мира. Главным предметом этой дискуссии являются вопросы жизни и смерти: до каких пор следует проводить жизнеподдерживающее лечение и при каких условиях его можно приостанавливать; допустимы ли эксперименты на человеческих эмбрионах (и если да, то какого рода); может ли умерший использоваться в качестве источника органов и тканей для улучшения здоровья или спасения жизни людей; допустимо ли человеку самому брать на себя решение о том, чтобы подвести черту под собственной жизнью, и т.д. Отметим, что учение Корана и Сунны трансформированы применительно к деликатным сложным медико-биологическим проблемам. Так, действует исламский медицинский кодекс, развивается исламская биоэтика, соотносящая свои статьи и положения с вероучением ислама: Корана, Шариата, Хадисов. Эти кодексы практикуются, например, в Кувейте, Египте, Саудовской Аравии, Иране, Пакистане и других странах, исповедующих ислам, а также странах, где проживают мусульманские общины (в Канаде, США и др.). Продолжается исследование общественных, юридических, экономических, этических аспектов ключевых проблем биоэтики в области здравоохранения, медицины и биомедицинских технологий в контексте исламского вероучения. Указанные документы основываются также на Нюрнбергском кодексе (1947), Хель-синской декларации (1963, 1975), принципах CIOMS (1982), Каирской декларации (1991) для мусульманских стран и других международных документах.
Подчеркнём, что в истории развития исламской биоэтики как новой формы знания большую роль сыграла первая конференция Исламской организации медицинских наук (IOMS) в Кувейте (1981 г.), на которой был принят проект кодекса Исламской медицинской этики. В нём отражены такие этические вопросы, как искренность, честность в профессии врача, врачебная тайна, милосердие и сочувствие, обязанности и отношение врача к пациентам, коллегам, проведение экспериментов на людях и др. Создан Исламский совет международных организаций медицинских наук (CIOMS). В последние пять лет в повестку дня были включены и рассмотрены такие вопросы биоэтики, как пересадка органов или тканей, смерть головного мозга, принцип помощи, технологии в отделении интенсивной терапии. Прошли II (Кувейт, 1982), III (Стамбул, 1984) и IV (Карачи, 1986) международные конференции исламской медицины (OIMS), на которых были рассмотрены права ребёнка в контексте ислама. Были приняты рекомендации по защите молодёжи от употребления наркотиков, алкоголя, табака. Особое внимание было уделено духовному развитию, нравственной компоненте медицинских образовательных программ, с помощью которых можно подготовить мусульманского врача. З.М. Мухамедова также указывает на то, что исламские правоведы регулярно собираются для обсуждения новых этических проблем биомедицинских технологий. Так, проблемы трансплантации органов и/или тканей рассматривались исламскими юристами на III Симпозиуме по медицинскому праву (апрель 1987 г.), V Международной конференции исламской медицины, которая прошла в Каире в расширенном соста- ве с медицинской ассоциацией (1988 г.). На VIII конференции исламской организации медицинских наук (декабрь 2004 г., islamOnline.net) был принят проект первой международной этической директивы медицинских наук, исходящей из позиций ислама. Было решено, что «Международный исламский свод законов для медицинской этики и этики здоровья» будет рассмотрен, отредактирован и затем выпущен в свет Исламской организацией медицинских наук (ИОМН). Создание свода законов началось в 1981 г., когда ИОМН взяла на себя инициативу принятия документа, основанного на законах ислама, для медицинской этики на конференции в Кувейте. Приоритетом является призыв к министрам образования, деканам медицинских школ арабского и всего мусульманского мира внедрять одобренный свод законов в их программы. Глава ИОМН, доктор Абд Аль-Рахман Эл-Авади предложил создать исламский фонд для поддержки медицинских исследований в мусульманском мире. На конференции обсуждались отношения между врачом и пациентом, обязательства и обязанности, а также вопросы биомедицинских исследований, актуальные вопросы в контексте исламской религии. Врачи и учёные также рассмотрели различные деликатные вопросы, включая суррогатное материнство, определение пола будущего ребенка и проблемы эвтаназии.
Кроме того, на Международном конгрессе по биоэтике (Тегеран, март 2005 г.) говорилось о том, что решения по ключевым проблемам биоэтики должны приниматься с учётом существующих религиозных норм морали, культурных традиций. Биоэтика рассматривалась как мост в будущее, с помощью которого человечество может и должно научиться защищать свои права и достоинство. Подчеркнём, что особое значение для развития интеллектуального базиса биоэтики имеют эпоха Возрождения и Новое время. Следует прежде всего отметить, что медицина эпохи Возрождения являет собой интегральное единство культуры, искусства и науки. Примером тому может служить жизнь и деятельность Леонардо да Винчи (1452-1519) - «универсального человека» (анатома, естествоиспытателя, математика, физика, художника, литератора, инженера), идеала итальянского Ренессанса. Именно в этот период возникает и формируется гуманизм, воспеваемый Данте, Петраркой. К итальянским гуманистам также можно отнести Манетти, Валла, Бруни Салютати и Пико дела Мирандола с его «Речью о достоинстве человека». Однако в истории XVI в. имеется весьма примечательный факт. Когда французский король Генрих II на турнире получил удар копьём в глаз, придворные врачи, прежде чем приступить к лечению своего монарха, подвергли такому же ранению четырёх приговорённых преступников. Тем самым они пытались изучить аналогичные раны и выработать приёмы оказания помощи коронованной особе. Ведь жизнь простого смертного в те далёкие времена считалась ничтожной по сравнению с королями и их кровными родственниками. Такое же отношение наблюдалось во всей феодальной Европе. 300 лет спустя в знаменитых «Лекциях по экспериментальной физиологии» основоположник современной экспериментальной физиологии Клод Бернар писал: «В наше время этика справедливо осудила бы самым решительным образом всякий опыт на человеке... »
Продолжая историографию интеллектуального базиса биоэтики, отметим интересные рассуждения Парацельса о теле и душе, а также о роли врача во врачевании души и тела. Характерны также рассуждения М. Монтеня об идеале «естественного человека». В историческом промежутке между Античностью и Новым временем история тела занимает весьма существенную роль. Однако, по мнению современных учёных Жака Ле Гоффа (Jacques Le Goff) и Николя Трюона (Nicolas Truong), история тела ещё не написана, и это одно из упущений, в том числе в историческом медицинском знании. Нам же представляется, что это относится и к биоэтическим аспектам данной темы. В любом случае восполнение этого пробела - немаловажная задача для историков медицины и биоэтики. В прошлых и нынешних исторических медицинских источниках оценка любой знаковой личности сводится лишь к внешней стороне (она представляется словно лишённой плоти), превращая личность в символический образ. Ситуацию не изменило даже произведение врача О. Браше «Психическая патология французских королей» (1903 г.), которое было посвящено наследственности. В связи с этим в среде историков витает идея обращать особое внимание как на материальную, так и на духовную жизнь людей, их чувства. Как говорит М. Блок, история не должна быть лишена тела с его плотью и внутренностями, утехами и страданиями. Ведь в обществе разных эпох отношение к телу было неоднозначным. Однако данная тема требует отдельного анализа, и мы не будем касаться её в нашей работе. Мораль и этика Нового времени привносят понятия долга, категорического императива, а также, что очень важно с точки зрения тематики нашего учебно-методического пособия, сущности механицизма, который рассматривает человека как некую машину. При этом органы человека представляются механизмами. Такое понимание человека, его сущности, природы имело определённое воздействие на представителей медицинской профессии.
Основополагающая роль в создании этой концепции принадлежит Р. Декарту. Он видел человека как сочетание двух составляющих - души и тела. С одной стороны, они нераздельны с момента рождения человека и до его смерти. Вместе с тем в функциональном плане они разделяются. Душа прежде всего проявляется в высшем даре человека - его разумной деятельности. Отсюда знаменитый афоризм: «Мыслю - следовательно, существую». Более того, способность человека к мыслительной деятельности, абстракциям, эмоциональным восприятиям и речи Декарт считал важнейшим доказательством существования Бога. Осмысление человеческого организма как машины, механизма, созданного богом по определенному плану, произвело настоящую революцию в естествознании в целом и медицине в частности. Во-первых, была обоснована принципиальная познаваемость человеческого организма. Во-вторых, как писал Р. Декарт, смерть «никогда не наступает по вине души, но исключительно потому, что разрушается какая-нибудь из главных частей тела» и «душа удаляется после смерти только по той причине, что это тело прекращается и разрушаются те органы, которые служат для движения тела». Эти представления и обусловили развитие физиологии и медицины в XVII и XVIII вв. Немаловажную роль также сыграли работы Гегеля, Канта, Лейбница. Собственно, с них и начинаются исследование проблем и методов познания, борьба рационализма и эмпиризма, формируется отношение медицины к науке, осуществляется построение научного метода в медицине. Здесь следует отметить видную роль Ф. Бэкона, его учение о природе, а также результатах всеобъемлющих «естественных» поисков, рассуждения о познании и методе познания и, конечно же, этические и нравственные идеи этого незаурядного учёного, сформулированные в «Новой Атлантиде». Отметим и учения Гоббса, Локка, Лейбница о человеческом познании и их понимание человеческой природы. Их последователь Д. Юм (1711-1776) определил положение науки о человеке как центральное в системе человеческого знания и разработал моральную теорию. Этой темы также касались П. Гольбах, К. Гельвеций, Д. Дидро, Ж. Руссо.
Закономерно, что первые специальные труды по медицинской этике в Новое время появились в Англии в конце XVIII в. К ним прежде всего относятся работы Дж. Грегори, например «Лекции по обязанностям и квалификации врача» (1772). Мы видим, что именно западноевропейская религиозно-философская традиция заложила основы научного метода и этики в целом и научной медицины и биоэтики в частности. Свою лепту в переосмысление и обогащение нового европейского гуманизма внесли немецкие классики. Отметим в первую очередь И. Канта (1724-1804) и его работу «Мысли об истинной оценке живых сил», а также произведение «Долг», внёсшее заметный вклад в развитие медицинской этики. Напомним ещё раз едва ли не самое знаменитое высказывание этого мыслителя: «Две вещи приводят меня в изумление: звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас». Сочинения И. Фихте (1762-1814), Ф. Шеллинга (1775-1854), Г. Гегеля (1770-1831), Л. Фейербаха (1804-1872) о человеке и нравственности, системе нравственности, понимании природы, человеческой чувственности также нельзя сбрасывать со счетов, говоря о становлении биоэтической концепции. Касаясь русской мысли и её влияния на формирование интеллектуального базиса биоэтики, обязательно отметим работы А.Н. Радищева (1749-1802), В.С. Соловьёва (1853-1900), Н.А. Бердяева (1874-1948), П.А. Флоренского (1882-1937). Речь идёт об их трудах, посвящённых проблемам смертности и бессмертия человека, рассуждениям о человеке, его сущности и месте в мире, природе человека, «этике творчества», развитию естествознания. Вообще вопросы изучения проблем морали (авторитарная мораль, мораль ассоциаций и мораль принципов) были центральными на всех этапах развития общества. Постепенно и в медицине начали меняться уровни моральной аргументации (индивидуальные суждения, правила, принципы), что в конечном итоге привело к формированию этической теории.
|