Н. Р. Уокер Переводчик
![]()
|
Глава 7 Лола подъехала к входу в салон, и я запрыгнул на пассажирское сиденье, не дав автомобилю сзади шанса посигналить. Она гнала крошечную «хонду» восьмидесятых годов, – метко прозванную «Синди Кроуфорд» в честь любимой модели Лолы из восьмидесятых – как демона, по утренним пробкам. И стоило отдать ей должное: она проехала целых два квартала и только потом пристала с вопросами. – Как прошел ужин? – Хорошо. Она перевела взгляд с дороги на меня. – Просто хорошо? Я старался не улыбаться и лажанулся. – Ладно, лучше, чем хорошо. Лола, он играл мне на рояле. – Это эвфемизм для чего–то развратного? Я рассмеялся. – Нет. В прямом смысле играл на рояле. Просто невероятно. – Сара все еще была там? – Нет, только я. – О, неужели? – Заткнись. Все было не так. Я попросил его сыграть, он и сыграл. То есть у него в гостиной стоит огромный рояль. Не я же купил его, чтоб он мог играть. – Как купил проигрыватель? Я послал ей свой лучший взгляд из разряда «завали», который только смог изобразить. – Это иное. –Мм–мм. – Она издала одобрительный звук, вовсе не походящий на одобрение. – У всех должен быть проигрыватель и хотя бы один альбом Джеффа Бакли, – пояснил я. – Уверен, это писаное правило. Она расхохоталась. – Что он тебе сыграл? – Сказал, написанное им самим. Знаешь, типа как мы пишем эсэмэски, он пишет музыку. – Он хоть что–то не умеет? – Видимо, готовить. В этом плане у него руки из одного места. Лола рассмеялась. – О, хорошо. На секунду мне показалось, что он – само совершенство. Я закатил глаза. – Однако заказывает он отличные блюда. Вчера была паста с телятиной. Несколько раз она бросала на меня взгляд, словно пыталась прикинуть, как точнее выразиться или что–то в том же духе, и при нормальных обстоятельствах я бы велел ей выложить все начистоту. Но я абсолютно не сомневался, что не хотел слушать связанную с Эндрю речь, поэтому сменил тему. – И куда же мы направляемся? – В центр, – ответила она. – Съемка будет в метро. – Круто. До окончания дня тему Эндрю она больше не поднимала. Само собой, она занималась превращением красивых людей в необыкновенно красивых, а я занимался выполнением ее просьб. А темы наших разговоров вращались вокруг других вещей, что было просто прекрасно. Продолжалось так до тех пор, пока мы не забрались в «Синди Кроуфорд» и не двинули в сторону дома. И я решил проверить телефон. Водила она как чокнутая слепая женщина, так что иногда лучшим выходом было не смотреть не дорогу. – Ждешь сообщения от кого–то конкретного? – спросила она. – Я писал ему, – отозвался я. – Просто смотрю, вдруг он ответил. Ответа не было. – Намечается еще одно свидание за ужином? – Все не так. – Мм–мм. – Опять саркастичный звук типа «разумеется, нет». – Я интересовался, выходил ли Эли на связь, – признался я. – Мы загрузили фото на «фейсбук», а его сестра оставила коммент с местом и временем субботней встречи. Всего лишь стало любопытно, заглотил ли Эли наживку, вот и все. – Да все в порядке, Спэнс, – сказала она. – Тебе не нужно передо мной оправдываться. – Знаю. Я и не оправдывался. – Но было все с точностью до наоборот, и мы оба это понимали. Мне хотелось рассказать ей, что я испытывал трудности в работе. Мне хотелось рассказать ей обо всех прелестях и ужасах, и страхах и великолепии. Но промолчал. Суровая реальность: моя работа с Эндрю завершится через пять дней. Придет утро воскресенья, и мы выясним, хочет ли Эли вернуться. Парень будет полнейшим кретином, если нет. – Не могла бы ты смотреть на дорогу, а не на меня? Я не в настроении сегодня умирать. Лола нахмурилась, и тут мой мобильник звякнул сообщением от Эндрю. А мое сердце споткнулось о собственные ноги. Нелепица какая. «Прости, занят весь день. Только что закончил работать и увидел твое сообщение. От Эли тоже весточку получил. Что мне делать?». Мое глупое сердце больше не спотыкалось – оно замерло. Господи, какая дурость. «Что он сказал?». «Хотел поздороваться. Узнать, как я. Увидел фотку, хотел уточнить, реальная ли она». – Что там? – осведомилась Лола. Вместо дороги смотрела она на меня, в глазах застыло волнение. – Ничего, – солгал я. – Это Эндрю. Говорит, Эли выходил на связь. Он увидел фото. – Это хорошо? – медленно и явно неуверенно задала она вопрос. Я кивнул. – Да. Этого хочет Эндрю. Лола переметнулась от неуверенности к тревоге. – Спэнсер? – Нет, все хорошо. Именно поэтому я и предложил снять фотки и выложить на «фейсбук», – отчеканил я, глядя в телефон. Потом послал эсэмэс Эндрю, советуя ему сделать то, чего я больше всего боялся. «Напиши ему. Скажи, что не уверен, как со мной обстоят дела. Скажи, все зависит от того, сколько времени на отдых ему требуется. На такое он должен среагировать». Глубоко вдохнув, я вырубил телефон. Подняв глаза, я осознал, что мы стояли через дорогу от тату–салона. Черт. Я резво отстегнул ремень и открыл дверь. – Спэнсер, – начала Лола. Я вышел и наклонился, чтоб сказать через дверцу: – Увидимся завтра в семь. Я принесу кофе. – Я закрыл дверь и похлопал «Синди Кроуфорд» по крыше. Машина сзади посигналила, и Лола, вскинув «фак», с молниеносной скоростью унеслась в поток автомобилей. Я хохотнул и рискнул пересечь улицу в час–пик. *** В среду утром я забрался в «Синди Кроуфорд» ровно в семь. В руках держал лоток с кофе для Лолы и чаем для себя. Я выждал, пока мы проедем пробки, и станет безопаснее, и только потом вручил ей стаканчик. – Вчера ты не ответил на мои сообщения, – сказала она. – Извини, – пробормотал я. – Телефон был выключен. – Спэнсер, мы можем это обсудить? Я покачал головой. – Я в норме. Пожалуйста, следи за дорогой. – Не соскакивай с темы. Ты не можешь постоянно избегать подобного дерьма. – Могу. Я занимался этим годами. Работает отлично. – Тебе позволено иметь чувства, Спэнсер. – Знаю. – Знаешь? – Мне казалось, мы об этом не говорим, – произнес я, глядя в окно. – Еще один вопрос, и я оставлю тебя в покое. – Независимо от моего желания, вопрос все равно бы прозвучал, так что смысла спорить не было. – Эндрю ответил? – Без понятия. Телефон был выключен. – Ты вообще его не проверял? Все еще смотря в окно, я покачал головой. Больше она не добавила ни слова, но ее вздох на сто процентов означал «о, Спэнсер». Я помог ей дотащить коробки и сумки на колесиках с прибамбасами для макияжа до места фотосессии. Лола на пару с другими визажистами занялась моделями, а я старался не путаться под ногами. Обычно, пособничая в подобных мероприятиях, я стрелял телефончик и мутил себе «однодневку». Но сегодня симпатичные мальчики меня не интересовали, а к десяти утра мобила начала прожигать дыру в кармане. Точнее вопрос, ответил ли Эндрю, начал прожигать дыру в моем мозге. Одна фигня на самом–то деле. Я решил прогуляться по улице и включил сотовый. Высветилась куча пропущенных вызовов и текстовых сообщений. Первыми я проверил сообщения. Не читая, я увидел два от Лолы, без сомнений говорящие: «Ответь на долбаный звонок», два от Эндрю и еще одно с незнакомого номера. Я открыл сообщение от неизвестного. Оно пришло от потенциального клиента по имени Лэнс, получившего мой номер от моего старого клиента Джеррарда, он же говнистый супербогач, и интересовался, могу ли я с ним встретиться. Мысль пересечься с очередным парнем и снова проходить через фазу «давайте познакомимся поближе» казалась пыткой. Я задумался, не нажать ли «удалить», но не стал. Не то чтоб я нуждался в деньгах, но, как правило, моя работа мне нравилась. Прикинув, что через неделю вернется обычная жизнь, я решил чуть позже связаться с Лэнсом. Оставались лишь сообщения от Эндрю. Первое было отправлено вскоре после моего послания со словами написать Эли. «Окей. Сообщение отправлено», – все, что там говорилось. Час спустя отправлено еще одно. «Он звонил мне. Хотел осведомиться, что я делаю в субботу вечером. Я сказал, у меня планы, а он сознался, что уже в курсе благодаря «фейсбуку». Потом он предложил вечер пятницы. Я ответил, что сообщу позднее. Что мне делать?» О, ну, офигеть. Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Потом еще раз. Я не был в курсе, перезванивал ли он ему, согласился ли на встречу. Господи, он мог, в конце концов, перезвонить. И кто знает, может, они помирились и провели ночь в одной постели. Меня затошнило. Я уставился на экран телефона, потом глянул на него еще раз. Ощущая непреодолимый ужас, я прослушал голосовые сообщения. Получено два от Лолы именно с теми словами, что я и предполагал. Второе не было столь же приятным, как первое, и я понимал, что мне придется извиниться. Оставшиеся три – от Эндрю. Первое было довольно радостным. «Привет, это я. Эндрю. Эндрю Лэндон», – в этом месте я улыбнулся. – «Мне звонил Эли. Можешь набрать меня? Спасибо». Второе получено через сорок минут после первого. Голос звучал немного тревожно. «Это снова Эндрю. Не уверен, получил ли ты мое последнее сообщение. Я ответил Эли, что дам знать насчет пятницы, но мне хотелось сначала обсудить с тобой. Представления не имею, как лучше поступить». Третье пришло спустя два часа. Голос звучал тихо. «Это Эндрю. Я… Позвони мне». Донесшаяся неуверенность в себе отозвалась в моей груди подобно раскаленному лезвию. Бесило, что из–за меня он сомневался в себе. Уж кому–кому, а ему следовало бы излучать уверенность. Господи, он был успешен, талантлив и дьявольски сексуален. А еще был честным и веселым, но по какой–то причине не видел себя в таком свете. Я догадывался, что из–за ухода Эли его уверенность могла быть подорвана, но больше походило на забитость, он постоянно повторял, что недостаточно хорош. И мысль, что я подлил масла в его огонь, убивала меня. Я набрал его номер и поднес трубку к уху. Учитывая, что на дворе стояло утро, и он должен работать, перевод на голосовую почту был ожидаем, но все равно расстроил. – Привет, это Спэнсер. Извини, что я пропустил твои звонки и сообщения. Неважно себя чувствовал, – солгал я, – и телефон разрядился. Мне стоило ответить в любом случае. Прости, что не ответил. Он просто не представлял, насколько мне было жаль. – Хотел уточнить: ты перезвонил Эли? Планируешь встречу в пятницу? – я прокашлялся. – Позвони, когда сможешь. И опять, Эндрю, прости, что подвел тебя. Я сбросил вызов и, надувая щеки, выдохнул. Господи, полная жопа. Это ощущение… ужасное ощущение было тяжким ноющим напоминанием, для чего я выстраивал стены и держал дистанцию. А еще стало суровым напоминанием о профессиональной сделке. Он платил мне за результат, а я лоханулся. Я должен был принять его звонки и был обязан без колебаний сказать ему идти в пятницу на свидание с Эли. Черт, может, они воссоединились прошлым вечером? Может, нам не стоило ждать субботы, потому что результат уже достигнут, и Эндрю больше не являлся моим клиентом? Может, мне, мать твою, пора уже было врубить мужика и пережить случившееся? Не впервой. В общем, размышляя подобным образом, я открыл эсэмэс от потенциального клиента Лэнса и нажал «ответить». «Конечно. Понедельник подойдет?» Я вернулся обратно к месту фотосессии, где Лола творила магию над какой–то переутомленной недокормленной девушкой. Когда я вошел, один из парней–моделей кивнул мне. – Привет, – прохрипел он, рассматривая меня с головы до ног и ухмыляясь. В любой другой день я стрельнул бы у него номерок или раскрутил бы на минет. Но не сегодня. – Привет, – из вежливости ответил я и продолжил идти. Лола происходящее не пропустила, вздернула бровь и грустно покачала головой. Оставляя ее намеки без внимания, я спросил: – Что–нибудь нужно? – Нет, – красноречиво отозвалась она, добавляя немного черного цвета на веки модели. – Уже позвонил Эндрю? Я подумывал не реагировать, но припомнил обеспокоенность в ее посланиях. – Оставил сообщение. – Прекрасно, – сказала она, восторженно улыбнувшись. Типа сегодня была какая–то знаменательная дата. Не знаю, может, и так. Остаток дня я провел, разрываясь между приказами Лолы и проверкой мобилы. Ответа от Эндрю не поступало. Я не мог заявить, что осуждал его. В конце концов, именно я проигнорировал его. А к моменту погрузки в «Синди Кроуфорд» оборудования Лолы я внушил себе, что Эндрю был не в состоянии ответить, потому что провел вчерашнюю ночь в постели с Эли. Всего–то и надо – отсутствие ответных эсэмэс и яркое воображение. – Он позвонит, – выпалила Лола, должно быть, прочитав мои мысли: уже несколько часов я о нем не упоминал. – Не смотри на меня так. У тебя на лбу бегущая строка. – Дикость какая, – наконец признался я. – Сколько мы с ним знакомы? Еще даже пары недель нет. – Но он тебе нравится. – Это не было вопросом. – Он клиент, – тихо проговорил я, – который ждет, что я помогу ему заново сойтись с бывшим. – Ну, судьба – забавная сука, – заявила Лола. – Она способна расставить все на свои места. Посмотри на нас с Габом. Я кивнул. Они идеально друг другу подходили. Жизнь пыталась развести их, но, как оказалось, вмешалась судьба и исправила все неточности. Вообще–то, судьба на пару со мной, но в основном судьба. – Ты – моя лучшая история успеха. – Мы всем обязаны тебе. На некоторое время между нами повисло молчание, что случалось крайне редко. Оно не было некомфортным, оно просто было. В любом случае меня радовала возможность погрязнуть в страданиях. – Ты напишешь свою историю успеха, – в конечном итоге изрекла Лола. – Спэнсер, ты заслуживаешь счастья. Твой человек найдется. Увидишь. Я фыркнул. – Ага, точно. – Если Эндрю решит, что все–таки хочет Эли, значит, так тому и быть. Больше потеряет именно он. Но подожди, – сказала она, перестраиваясь на другую полосу, – он позвонит. Она будто обладала экстрасенсорными способностями – зазвонил мой телефон. На экране высветилось имя Эндрю. Сердце загромыхало, увидев, что звонил он, я улыбнулся, но потом в голову пришло… – А если он звонит сообщить, что они с Эли снова вместе? Лола зыркнула на меня. – Ответь на звонок. – Следи за дорогой! Она заорала: – Прими сраный звонок! Я нажал «ответить» скорее от испуга, чем из–за чего–то еще. – Привет, – пролепетал я, стараясь говорить как можно спокойнее. – Ты в порядке? – спросил он. Ни тебе «привет», ни пустячной болтовни. – Твой голос в сообщении звучал ужасно. Ты говорил, что плохо себя чувствуешь? У меня весь день были встречи, только что прослушал. – Не, все хорошо. Мне уже лучше, – брякнул я и рискнул глянуть на Лолу, поежившись, когда она пригвоздила меня взглядом за вранье. – Прости, что пропустил твои вчерашние звонки. Как дела с Эли? Я почти не хотел знать. Почти велел ему забыть вопрос, но он заговорил быстрее. – Я… еще ему не ответил. Ой. Охеренное спасибо тебе, Господи. – Ой, – выдал я, почти засмеявшись от облегчения. Лола ухмыльнулась и кивнула. Какая глупость. – Не был уверен, что именно мне стоит сделать, – сказал он. – Ты же эксперт, а я не хотел совершить неправильный поступок. – Нет, ты все сделал верно, – успокоил я, что в принципе–то не являлось правдой. – Ему не повредит подождать денек–другой. Наоборот, скорее придет осознание. – Х–м–м, возможно. – Он вроде сомневался. Я громко выдохнул. Узел тревоги в груди немного ослаб. За весь день я впервые почувствовал себя хорошо. По сути, моему глупому мозгу стоило бы приказать моим глупым губам перестать улыбаться, а Лола хихикнула. – Завали, – проворчал я, отчего она расхохоталась. Эндрю тихо произнес: – Прости, что? – О, нет, не ты! – протараторил я в трубку. – Лола – заноза в заднице. – Ой, – ответил он. – Может, перезвонить позже? – Вообще–то, давай я перезвоню минут через десять? – предложил я. – Мне нужны свободные руки, когда Лола притормозит возле моего жилища. Она сбавляет скорость только до пятидесяти километров в час, и мне, как десантнику, приходится выкатываться из машины. Она шлепнула меня по руке, а Эндрю рассмеялся мне в ухо. – Окей. Удачи, – произнес он. – И помни: поднимай руки и подбородок, чтоб обезопасить лицо. Избегай бордюра. От его подсказок я хохотнул, и он сбросил вызов. Лола широко улыбалась мне. Я не принял ее во внимание. – Мне больше по душе, если ты будешь смотреть на дорогу, – высказался я, пытаясь вести себя холодно. – Знаю, что ты собираешься ляпнуть насчет Эндрю, и мне больше по нраву этого не слышать. Она поерзала задом по сиденью, изображая танец. – Я не скажу ничего тебе неизвестного. – Я ссылаюсь на пятую поправку13. – Ты австралиец. У вас нет пятой поправки. Я рассмеялся. Настроение изменилось на сто восемьдесят градусов. И как бы ни хотелось сознаться Лоле в том, что она и без меня знала, – что Эндрю отличался от других клиентов – я не был готов. Тогда все стало бы реальностью. И по правде говоря, в тот самый момент Эндрю все еще был моим клиентом. Задача до сих пор не была выполнена. К счастью, и в некоторой степени рискуя жизнью, Лола пролетела через две полосы и притормозила, как заправский гонщик, напротив тату–салона. Я выскочил и помахал ей, а она, все еще улыбаясь, втиснула «Синди Кроуфорд» в поток машин. Не имея ни малейшего понятия, что сказать Эндрю насчет Эли, я вытащил мобильник, нашел номер и нажал «позвонить». Ответил он на первом гудке. – Привет, извини. Ивел Книвел14 только что высадил меня и метнул «Синди Кроуфорд» в несчастных законопослушных участников дорожного движения. Эндрю фыркнул. – Что? Я дождался затора в потоке машин и пересек улицу. – Лола. Она водит как маньячка. – А что произошло с Синди Кроуфорд? – О, это ее тачка. Симпатичная моделька восьмидесятых годов. Эндрю от души загоготал, и от звука его смеха в моей груди потеплело. – Эндрю, прости, что я не принял вчерашние звонки. – Все хорошо, – вроде бы искренне отозвался он. – Тебе сейчас лучше? – Да, гораздо. – Тогда, может, я приеду? – спросил он. – Я только что вышел с работы, уже в машине сижу. Продумаем, что делать насчет пятницы. – Звучит здорово. – Окей. Припаркуюсь на заднем дворе. – Сразу поднимайся ко мне. – Увидимся минут через двадцать. – И разъединил звонок. Я толкнул дверь салона, и Эмилио оторвал взгляд от клиента. Потом опять посмотрел на меня. – Господи. Прям кот, поймавший канарейку. Я прыснул. – Привет, дружище. Как прошел день? – Судя по улыбке, не так хорошо, как твой. Я закатил глаза. – Что–нибудь нужно? – Не, друг мой, я в полном порядке, – сказал Эмилио. – О, сегодня пришли новые журналы. Лежат на стойке. – Он кивнул в сторону рабочего стола. – Круто. – Эмилио всегда выписывал на несколько копий, потому что клиенты либо загибали края страниц, либо просто их вырывали. Я взял верхний экземпляр. – Позже верну. Ты здесь до позднего вечера? Эмилио склонил голову и занялся нанесением чернил на кожу клиента. – Да, дружище. У Даниэлы выходной. Последний клиент в семь. Здесь только я. – Хочешь, принесу тебе перекусить? – Было бы неплохо, спасибо. Забрав журнал, я вышел в заднюю дверь и запер ее за собой. Наверху, зная, что Эндрю не очень далеко, привел себя в порядок – умыл лицо, попрыскался дезодорантом и с трудом удержался от чистки зубов. В смысле это же абсурд. Поэтому я плюхнулся на диван и пролистывал журнал, пока не раздался стук в дверь. Когда я открыл, Эндрю показался мне лекарством от тахикардии. А, может, наоборот лишь ухудшил ее. Трудно было определиться. – Привет. Он тепло и широко улыбнулся. – Привет. Хорошо выглядишь, – произнес он и замер. – То есть выглядишь здоровым. Я рассмеялся, облегченно и вместе с тем нервно, и отступил на шаг назад, безмолвно приглашая зайти. – Мне намного лучше. – И это не было ложью. Я на самом деле чувствовал себя лучше. – Принести тебе попить? –Конечно. – Он прошел к дивану и уселся, подбирая тату–журнал и пролистывая его. – Подыскиваешь новые идеи? Я вручил ему бутылку воды и устроился рядом. – Не совсем. Украл у Эмилио, – пояснил я. – Просто нравится просматривать новинки. – Выглядит симпатично, – сказал он, склонив голову. – Прям удивительно, насколько мне нравится. – Хотел когда–нибудь? Он вытаращил глаза и залился смехом. – Нет. – Потом нахмурился. – Никогда об этом не думал. – Никогда? Он покачал головой. – Нет. – Он отхлебнул воды и продолжил переворачивать страницы. Не глядя на меня, спросил: – Когда ты сделал первую тату? – В шестнадцать. Тетя Марви отвела меня. – Ладонь автоматически легла на верхнюю часть правой руки. – Первым у меня был трайбл–крест. Теперь он часть «рукава», но да, он – моя первая тату. Он стрельнул в меня глазами. – Вау. Я пожал плечами. Он знал, что чернила – закрытая тема, независимо от того, насколько они видны. – Они вызывают привыкание. – Хотел бы еще одну? – поинтересовался он. – Раз уж «рукава» закончены, где бы ты сделал? – Возможно, на груди, – изрек я, откидываясь на спинку дивана. – Не знаю. – Цветную или черно–белую? – задал он вопрос, возвращаясь взглядом к журналу. – У тебя на руках есть и такие, и такие. – Зависит от рисунка, – ответил я. – И что он означает. – Справедливо. – Как на работе? Он посмотрел на меня и улыбнулся. – Хорошо. Как ваш день с Лолой? – Отлично. Она командирша. Улыбаясь, он продолжил разглядывать фотографии в журнале. Легко было позабыть, что он оценивал татуировки с точки зрения художника, а не клиента. – Оу, – брякнул я. – Позже нужно доставить Эмилио еды. Напомни мне. Эндрю остался до ужина. Мы купили еды на вынос и слопали ее в салоне вместе Эмилио после окончания его рабочего дня. Они с Эндрю болтали о линиях и четкости, затенении и интерпретации. Об Эли мы не вспомнили ни разу. |