Переводчик Ольга Перова (до 21й гл.), Елена Кылосова Редактор Анна Бродова, Сарик (2231 гл.)
![]()
|
ГЛАВА 8Те дни, что девушки провели в Перте, они наслаждались этим прекрасным, волшебным городом, и только Монце никак не удавалось расслабиться. Она никак не могла перестать думать о произошедшем и о необычности всей ситуации. Ей перестали сниться сны с тем мужчиной, но сама не зная почему, она никак не могла перестать думать о нем. Девушки посетили замки Хантингтауэр и Скон, но в Элчо больше не возвращались. Потому что не захотела Монце. Это место каким-то странным образом ее пугало, и она сама не знала почему. Через несколько дней они вернулись в Эдинбург, где остановились в комфортабельном отеле «Нью Стайл Инн». Пока девушки устраивались и разбирали вещи, принимавшая в это время душ Хуана спросила: — В котором часу начнется наш средневековый ужин? — Автобус, который должен нас отвезти, отъезжает от гостиницы в половину шестого. Ужин начинается в семь в ресторане, расположенном где-то на берегу реки Лит. — Все это означает, что нас не сдует ветром и не промочит насквозь дождем. Думаю, все пройдет замечательно, — сказала Монце, глядя в окно и при этом теребя амулет. — Вы видели, как сегодня дует? В этот момент из ванной комнаты вышла Хуана и, рассмешив девушек, сказала: — Вы же помните, что Эдинбург еще называют Городом Ветров. Ладно, надевайте уже ваши средневековые наряды и поедем повеселимся. Если нам хоть чуточку повезет, возможно, нам удастся задрать юбку какому-нибудь волынщику и посмотреть, носит он под ней трусики-танга или нет. Все трое надели купленные специально для этого вечера платья, подобрали свои длинные юбки и спустились к выходу, где их уже ждал переполненный автобус, который и доставил их, как и несколько сотен других «безлошадных» гостей, в порт Лит. Девушки хотели хорошо провести время. Ужин оказался весьма любопытным. Все были одеты соответственно случаю, и казалось, будто они очутились в настоящем Средневековье. Подруги сидели за столами и под звон мечей одетых в доспехи мужчин, воссоздававших средневековые битвы, наслаждались местной кухней. После представления все вышли на улицу, на маленький рыночек, где помимо разных безделушек можно было купить сыр, виски или ароматное мыло. У Монце зазвонил лежащий в кармане юбки телефон. Как и следовало ожидать, это был Джеффри. Вздохнув, Монце ответила. — Привет, детка, как там твое путешествие? — Великолепно, — коротко бросила она. — Чего ты хочешь? Заметив, что он колеблется, девушка насторожилась. Она слишком хорошо его знала, и знала, что сомневаться было не в его привычке. — Джеффри, чего ты хочешь? — Я тут ужинаю с Мартой и Константино, и вдруг вспомнил о тебе. Ты ведь возвращаешься завтра? Давай я встречу тебя с поезда? «Нет, ради бога… снова здорово», — в отчаянии подумала Монце. — Послушай, Джеффри, я не знаю, когда приеду обратно и… — солгала она, но бывший жених оборвал ее на полуслове. — Детка, когда ты вернешься, нам надо поговорить. Я хочу сообщить тебе кое-что лично. Пожалуйста, ну пожалуйста, когда будешь в Лондоне, позвони мне. Интонации в его голосе встревожили Монце, и поэтому она спросила: — Джеффри, что происходит? — Поговорим, когда вернешься. — Нет… — прошептала она. — Скажи сейчас. По твоему тону понятно, что это что-то важное. Монце услышала в трубке тяжелый вздох, а потом ее бывший объявил: — Монце, я кое с кем встречаюсь, и она мне очень нравится. Я только хотел тебе сказать, что между нами совершенно точно все кончено и… — Но это же замечательно! — услышав его, рассмеялась девушка, хотя в это время при воспоминании о том, как она получила подвеску, ее сердце пропустило удар. Старушка ведь сказала ей, что она может загадать желание. И она попросила именно об этом. — Детка, я очень тебя любил, но в моей жизни появилась Ханна и… Почувствовав в его голосе напряжение, Монце от счастья, что так все обернулось, повторила: — Ты не должен мне ничего объяснять. Я думаю, что ты правильно сделал, что начал встречаться с другими женщинами и влюбляться в них. Наши отношения закончились, и ты об этом знаешь, ведь так, Джеффри? — Да, знаю. Но я хотел быть искренним с тобой и рассказать все это лично. Поболтав еще немного со своим бывшим женихом, Монце с улыбкой до ушей повесила трубку. — Что случилось? — спросила Хуана. — Девчонки, Джеффри влюбился! Он позвонил мне, чтобы сообщить, что познакомился с некоей Ханной, и я ему больше не нужна! Услышав такие новости, ее подруги удивленно переглянулись и радостно захлопали в ладоши. Десять минут спустя, узнав всю историю до конца, Хулия прошептала: — Ну…. Ты перелистнула еще одну страницу своей жизни. — Ай, девочка моя, как я рада, — с нежностью прошептала Хулия, глядя на преисполненную от таких новостей счастьем подругу. Пока они гуляли, обсуждая произошедшее, Хуана указала: — Смотрите, там яхта королевы Елизаветы. Все повернули головы. — Это «Британия»! Потрясающе! Как красиво! — Великолепно. Настоящая роскошь. Жаль, что мой Пепе этого не видит, — заметила Хулия. Монце взглянула на небо и не разглядела там ни одной звезды, а судя по тому, как быстро пролетали облака, то закрывая, то вновь открывая роскошную полную луну, она предположила, что скоро пойдет дождь. — Думаю, нам надо вернуться в гостиницу, пока мы не промокли до нитки. Но Хулия уже заметила что-то интересное и взволнованно закричала: — Смотрите… там цыганка, которая гадает на картах таро! Ну, быстрее же! И не дожидаясь ответа, она побежала к маленькому желтенькому магазинчику, и ее подруги за ней. Начал накрапывать дождик. Цыганка велела им сесть. Хоть она и глядела с любопытством на Монце, сначала она погадала по руке Хулии, а после и Хуане. Когда же подошла очередь третьей подруги, та лишь покачала головой. — Нет, спасибо, сеньора. Я ничего не хочу об этом знать. Женщина улыбнулась. Это была она! И взяв девушку за руку, цыганка спросила: — Ты все так же не веришь в такие вещи, принцесса? Услышав эти слова, Монце впервые обратила внимание на лицо цыганки. Оно постарело и покрылось морщинами, волосы поседели, но эти проницательные фиалковые глаза подсказали девушке ее имя, и она закричала: — Шотландка-Эрика! — Да, солнышко, это я. Тронутая искренней радостью, написанной у Монце на лице, цыганка встала и обняла ее. Их крепкие объятия были полны любви и душевного тепла. Любви, которую в течение многих лет цыганка великодушно дарила Монце за спиной ее отца на каждый ее день рождения, на каждое Рождество и каждый раз, когда у нее выпадал очередной молочный зуб. — Вы знакомы? — удивленно поинтересовалась Хулия. Обе согласно кивнули, и Монце взволнованно прошептала: — Когда я была маленькой, Эрика была моим ангелом-хранителем. Именно она научила меня, что пение помогает забыть о собственных бедах и горестях. Цыганка была очень тронута словами своей бывшей подопечной, но будучи по природе скромным человеком, она просто рассмеялась и, не отрывая глаз от подвески Монце, сказала: — Не слушайте ее. Она выросла отважной необыкновенной женщиной. А я просто была рядом, чтобы приласкать ее. Обрадованная такой встречей Монце посмотрела на женщину и, все еще не веря, что это правда, ответила: — Но… но, что ты тут делаешь? Сев на стул, цыганка поглядела на нее и сказала: — Видишь ли… я вернулась домой, в Шотландию. А ты? Ты-то что тут делаешь? Последний раз, когда я про тебя слышала, говорили, что ты живешь в Лондоне. — Да… да, я живу там. Работаю в сети магазинов одежды молодых дизайнеров, а здесь я на каникулах вместе со своими подругами. Цыганка удовлетворенно кивнула и прошептала: — Вижу, ты превратилась в красавицу, такую, как модели из модных журналов. При воспоминании об этом Монце улыбнулась. — Тебе нравится твоя работа? — Да… Но я до сих пор не живу в замке, — пошутила она. — Хорошо, солнышко. Два желания из трех — это совсем не плохо, верно? И, кто знает, может, и третье тоже исполнится. Рассмеявшись Монце обняла ее, и цыганка сказала: — Пойдемте. Заходите в мой фургон. Больше часа девушки разговаривали с Эрикой в ее жилище. Они рассказали все о своей жизни вплоть до сегодняшнего дня, и это могло долго продолжаться, пока их внимание не привлекли завывания ветра снаружи. — Уфф… ну и буря поднялась, — сказала Хуана, увидев, как раскачивается фургон. — Не волнуйся, — рассмеялась цыганка. — Это вполне обычный ветер. На мгновение погас и снова зажегся свет. Не хватало только, чтобы отключилось электропитание. — Ай, боже, Эрика! — неожиданно закричала Монце. — Только не говори мне, что это тот же самый хрустальный шар, что был в моем детстве. Цыганка кивнула, и Монце, поднявшись, подошла к ней. Рядом с цыганкой стоял тот самый прозрачный хрустальный шар, перед которым девушка столько лет испытывала настоящий трепет. И конечно, Монце не могла не прикоснуться к нему. Она улыбнулась, а в это время, пока сидя на маленьком диванчике, болтали Хуана и Хулия, цыганка подошла к ней и спросила: — Хочешь загадать три желания? Тебе всегда это нравилось. Монце улыбнулась, и тогда женщина, взяв в руки шар, отнесла его на столик так, чтобы его было всем видно. Когда женщины наконец расселись вокруг него, Эрика еще раз настойчиво задала вопрос: — Хочешь загадать три желания, солнышко? Подумай, ведь два из трех когда-то загаданных тобой уже исполнились, и я продолжаю считать, девочка моя, что «твое будущее в прошлом». Не отрицай. — …если это означает, что я должна дать Джеффри еще один шанс, то… — пошутила Монце. — Даже не думай, детка! — воскликнула Хуана. Положив руки на шар, Монце насмешливо прошептала: — Эрика, ты же знаешь, что я во все это не верю. — Знаю, принцесса. Но ты в Шотландии — земле сказок и легенд. И здесь невозможное становится возможным, — прошептала женщина, глядя на амулет. — Давай же, не будь занудой, — бросила Хулия. — Попроси для нас всех настоящее приключение. Что-нибудь невообразимое. — И чтобы там обязательно были потрясающие мужчины, разврат и страсть, — уточнила Хуана. — Невообразимое приключение с потрясающими мужчинами, страстью и развратом? — со смехом повторила Монце, и обе ее подруги дружно кивнули. Придя от их пожеланий в бодрое расположение духа, девушка посмотрела на цыганку и спросила: — Я могу загадать общее желание на всех? — Да, — улыбнулась та. — Никогда не знаешь, что может из этого выйти. В это мгновение вздрогнул от раската грома потолок, и Монце, сама удивляясь тому, что за этим последовало, закрыла глаза и произнесла: — Я хочу познакомиться с мужчиной из моих снов. — М-м-м… Как романтично? Ты не могла бы попросить еще одного для меня? — забавляясь, спросила Хуана. — Ладно… и пусть в комплекте идет мужчина и для Хуаны, — смеясь, добавила она. — Второе желание? — сверкая глазами, спросила цыганка. В это время дождь уже яростно стучал по крыше фургона. — Чтобы это приключение длилось несколько месяцев, и чтобы в нем приняли участие не только я, но и мои подруги. — О, да… Здорово! — сказала Хулия. — Твое третье желание? — снова задала вопрос цыганка. Но прежде чем Монце успела ответить, раздался какой-то адский грохот, погас свет. Женщины одновременно испуганно выскочили из фургона. Оказалось, что прямо рядом с машиной ударила молния, расколов пополам огромный старый дуб, ну и, кроме того, став причиной отключения электричества во всем Эдинбурге. Оценив ситуацию, Монце посмотрела на цыганку и произнесла: — Думаю, мы лучше пойдем. Завтра ты еще будешь здесь? — Не волнуйся, солнышко, ты меня найдешь. — Отлично! Завтра, перед тем как отправиться в аэропорт, я заеду попрощаться. Сказав это, Монце обняла женщину и вместе с подругами направилась к автобусу, который должен был отвезти их обратно в отель. Умирая от смеха, погруженные в темноту девушки, подобрали свои длинные, хитро скроенные юбки и побежали по набережной. Вдруг Монце обо что-то запнулась, и, стараясь сохранить равновесие, уцепилась за подруг, но не удержалась, и все трое упали в темные воды реки Лит. |