толкование уголовного права. Сущность толкования права 3 Понятие толкования права 4
![]()
|
Глава 2. Сущность и проблемы толкования уголовного закона2.1. Понятие толкования уголовного законаЛаконичность языка уголовного закона, а также наличие уголовно-правовых норм с использованием оценочных понятий (признаков) имеет своим следствием то, что зачастую сложно понять, что же имел в виду законодатель, когда вводил ту или иную норму. И поскольку решение по делу выносит суд, обоснованность, законность и справедливость этого решения зависит во многом от того, сможет ли он разобраться во всех тонкостях уголовного закона. Все более актуальным становится вопрос о значении и роли судебного толкования в применении уголовного закона. Данные акты настолько прочно вошли в российскую правовую систему, что уже являются неотъемлемой частью правового регулирования. Значение толкования в правоприменительной деятельности очень велико и значимо. Особое значение имеет судебное толкование, даваемое высшими судебными органами. Остановимся на руководящих Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ (далее ВС РФ)7. В науке традиционно считается, что нормы, разъясненные в постановлениях ВС РФ, воспринимаются нижестоящими судами в силу обоснованности и убедительности, но не в силу обязательности. Зачастую, только решение ВС РФ может ответить на вопрос о конкретном содержании уголовно-правовой нормы. Особенно отчетливо это проявляется при определении оценочных понятий. Ранее в ст. 56 Закона РСФСР от 8 июля 1981 г. «О судоустройстве РСФСР» было закреплено, что руководящие разъяснения Пленума ВС обязательны для судов, других органов и должностных лиц, применяющих закон, по которому дано разъяснение. Таким образом, судьи в своей деятельности широко и официально могли ссылаться на Разъяснения ВС. Ныне в судебной практике реально сложилась ситуация, когда правоприменители ориентируются на понимание уголовного закона Верховным Судом, но при этом в действующем российском законодательстве нет нормы, предписывающей точно исполнять судебное толкование, содержащееся в решениях ВС РФ. Однако, решение судей, игнорирующих сформулированное Пленумом правило может быть отменено вышестоящим судом, и, в результате, дело должно рассматриваться в соответствии с указанием высшей судебной инстанции. Мнения ученых по этому вопросу разделились. Одни считают, что Постановления Пленума ВС РФ являются нормативными по своему содержанию и должны быть признаны источником уголовного права в той мере, в которой они развивают положения уголовного закона и не противоречат ему. Сторонниками данного подхода являются Н.Н. Вопленко, А.П. Рожнов, В.М. Жуйков. Другие считают, что таким образом ВС РФ подменяет собой законодательные органы. Ряд авторов (В.С. Нерсесянц, Е.А. Прохорова, А.И. Рарог и др.) отрицают обязательность постановлений Пленума, основываясь на том, что в статье 120 Конституции РФ закреплено, что «судьи независимы и подчиняются только Конституции и федеральному закону». В.С Нерсесянц отмечает, что главный недостаток Постановлений ВС - выход иногда за рамки судебного толкования и тем самым попытки подменить законодателя. В свою очередь следует выделить мнение С.А. Иванова, который отметил специфические моменты, связанные с признанием постановлений ВС в качестве источника права: только постановления высшей судебной инстанции могут рассматриваться в качестве источников права; указанные постановления не обладают приоритетом по отношению к закону. При этом сделано очень важное замечание: судебное постановление остается источником права, пока законодатель либо подтвердит данное постановление посредством принятия соответствующей нормы, либо примет иное решение. Как мне кажется, такое положение не противоречит конституционно закрепленному принципу разделения властей и отражает реальную ситуацию, которая сложилась на практике. Подводя итог сказанному, следует отметить, что толкование как уяснение содержания норм права является важнейшей функцией судов. И, несмотря на некоторые минусы в действующих Постановлениях ВС, нельзя не подчеркнуть их позитивной роли8. Как справедливо отмечает Е.А. Абросимова: «было бы ошибочно рассматривать в качестве источника права только то, что признано в качестве такового законом, так как это не только не соответствует жизненным реалиям, но и не влияет на правовую природу соответствующего явления». Сегодня юридическая наука во многом оказывается на острие перемен, происходящих в нашем обществе, определяя правовые условия проводимых в стране социальных и экономических ре форм. Это налагает особую ответственность на правоприменителей за выносимые ими решения, их существо и обоснование, что особенно актуально в сфере уголовного судопроизводства. Действующий Уголовный закон РФ характеризуется высокой степенью абстрактности правовых норм, наличием бланкетных и отсылочных норм, правовых предписаний, содержащих оценочные признаки, норм, которые предлагают несколько вариантов поведения, спецификой терминов и понятий. В связи, с чем в правоприменительной деятельности возникает много вопросов, касающихся толкования отдельных норм уголовного закона и их правильного применения. Так по официальным данным Генеральной прокуратуры РФ, за январь-ноябрь 2018 г. на досудебной стадии уголовного судопроизводства было выявлено 1 283 222 нарушения закона при производстве следствия и дознания. Значительная часть из них связана с ошибкой квалификации деяния. На необходимость толкования закона в процессе его применения указывали основоположники марксизма-ленинизма. Так, К. Маркс отмечал, что проблема толкования закона состоит в том, чтобы определить смысл последнего в качестве юридического основания для вынесения правильного решения по конкретному случаю. Толкование — это совокупность значений (смыслов), придаваемых тем или иным способом элементам (выражениям, формулам, символам) какой-либо теории. Результат толкования каких-то правовых актов также представляет собой совокупность значений (смыслов), которые придаются предложениям правового текста и его отдельным словам и терминам. В УК РФ содержится ряд норм, где законодатель использует слова и выражения, которые в языке права приобретают иной смысл, нежели в обиходном, а также использует термины других отраслей знания — медицины, экономики, различных областей техники и т. п. Наличие противоречий между словесной формой юридической нормы и ее буквальным содержанием, а также отсутствие легального определения некоторых понятий (экстремизм, критическая информационная инфраструктура, угон), используемых в нормах УК РФ, и употребление идентичных формулировок, содержащиеся в разных статьях УК РФ (неоднократно, значительный ущерб), налагает запрет на придание разных значений этим формулировкам в рамках одного и того же нормативного акта при отсутствии специальной оговорки об этом в самом акте. Полагаем, при конструировании правовых норм и введении новых терминов в УК РФ необходимо обращаться к толковым словарям, что позволит довести совокупность суждений, раскрывающих смысл нормы до сознания правоприменителя. Так, например, законодатель в диспозиции ч. 1 ст. 110.1 УК РФ употребляет слово «предложения» («предложений к совершению самоубийства»). Такие предложения могут быть выражены в различных формах, обстановке и с различным умыслом. Возникает вопрос, как при определении состава преступления правоприменителю интерпретировать данное слово. Согласно Толковому словарю Д. Н. Ушакова, «предложение — то, что предлагается выбору, вниманию, что предложено на обсуждение, рассмотрение кого-нибудь или для исполнения кому-нибудь». Таким образом, при «предложении к совершению самоубийства» у лица есть альтернатива поведения, и установить в данном деяния совершение умышленного преступления очень проблематично. Словам и выражениям закона следует придавать то значение, которое они имеют в соответствующем литературном языке, если нет оснований для иной их интерпретации9. В процессе толкования норм УК РФ необходимо учитывать законы логики. А. Ф. Черданцев отмечал, что логический способ толкования предполагает такой мыслительный процесс, направленный на установление содержания нормы права или извлечение из нормы права ответа на вопрос юридического характера, поставленный практикой, в ходе которого правоприменитель с помощью различных логических приемов оперирует материалом только самой нормы или статьи закона, не обращаясь к другим средствам толкования. Идентичным формулировкам в рамках одного и того же акта нельзя придавать разные значения, если из этого акта не следует иное. Значение сложных выражений в нормах УК РФ следует устанавливать в соответствии с синтаксическими правилами языка, на котором сформулирована интерпретируемая норма. Большое количество уголовно-правовых норм УК РФ сконструированы так, что их содержание не имеют абсолютно императивного характера. Некоторые из них изложены с оговорками, другие отсылают к каким- то иным правилам или источникам. В отечественной уголовно-правовой науке высказывалось предложение о дополнении Общей части УК РФ специальной главой 2.1 «Толкование уголовного закона, в статьях которой пояснялись бы условия и порядок реализации принципа строгого толкования при интерпретации уголовного закона, однако данное предложение не нашло отражения в действующем УК РФ. В настоящее время уделяется большое внимание совершенствованию уголовного законодательства как важнейшего условия упрочнения законности и правопорядка, создания прочных основ нормальной жизнедеятельности. Толкование норм уголовного закона в процессе уголовно-правовой квалификации является одной из наиболее сложных проблем, стоящих перед правоприменителем. ЕСПЧ констатировал, что «норма не может считаться “законом”, если она не сформулирована с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину сообразовывать с ней свое поведение: он должен иметь возможность — пользуясь при необходимости советами — предвидеть, в разумной применительно к обстоятельствам степени, последствия, которые может повлечь за собой данное действие». На аналогичных позициях стоит Конституционный Суд РФ: «Правовая определенность как элемент нормативного содержания принципа правового государства означает, что из сферы правового регулирования необходимо устранять двойственные, амбивалентные нормы с неопределенным юридическим смыслом»; равенство граждан может быть обеспечено лишь при условии единообразного понимания толкования правовой нормы всеми правоприменителями. Следует отметить, что принцип строгого толкования нашел законодательное закрепление и в ч. 2 ст. 3 УК Республики Беларусь: «Нормы Кодекса подлежат строгому толкованию». |