Гражданское право - Сергеева А.П. ТОМ 2.doc. Гражданское право - Сергеева А.П. ТОМ 2. Гражданское право учебник в 3х томах Т. 2
![]()
|
§ 4. Договор финансирования под уступку денежного требованияПонятие договора. Договор финансирования под уступку денежного требования является новым для отечественного гражданского права. В его основе лежит конструкция, разработанная в первой половине прошлого столетия в странах общего права, а сегодня занимающая заметное место среди финансовых инструментов всех стран с развитой экономикой. Ее появление было обусловлено необходимостью приспособления традиционных институтов займа и кредита к условиям возросшей динамики товарного оборота. Экономическая цель финансирования под уступку требования заключается в "укорачивании" кредитной цепочки. Вместо предоставления кредита в расчете на то, что он будет погашен клиентом после реализации его права требования к третьему лицу, банк передает клиенту денежные средства (кредит) и погашает его путем получения от клиента права денежного требования к третьему лицу и последующей реализации полученного требования*(641). Экономический интерес уступающей стороны состоит в оперативном получении денежных средств, необходимых для хозяйственной деятельности, а также частичном или полном освобождении от риска неплатежеспособности должника*(642). Указанная схема взаимоотношений сторон получила наименование финансирования под уступку денежного требования. Подобная конструкция известна сегодня многим зарубежным правопорядкам и получила широкое распространение в международной торговой практике. Унифицированное правовое регулирование подобных операций обеспечивается Оттавской Конвенцией УНИДРУА о международном факторинге 1988 г. (далее - Конвенция о факторинге), а также Конвенцией ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле 2001 г. (далее - Конвенция ООН об уступке)*(643). Хотя Россия не участвует в указанных международных договорах, большинство их норм и принципов либо непосредственно восприняты отечественным правопорядком и нашли свое закрепление в рамках гл. 43 ГК, либо могут использоваться в качестве ориентира при толковании и применении соответствующих законодательных положений. Легальное определение договора финансирования под уступку денежного требования*(644) содержится в п. 1 ст. 824 ГК: по договору финансирования под уступку денежного требования одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование. Как следует из определения, данный договор может быть заключен как по модели консенсуального (когда обе стороны принимают на себя обязанности, соответственно, по передаче денежных средств и по уступке денежного требования), так и по модели реального договора. Консенсуальный договор финансирования под уступку требования является взаимным. Что касается реального договора, то он по общему правилу носит односторонний характер. Исключение составляют случаи, предусмотренные п. 2 ст. 824 ГК, когда договором на финансового агента возлагаются обязанности по оказанию клиенту дополнительных услуг. Рассматриваемый договор является возмездным, поскольку исполнение каждой из сторон своих обязанностей обусловлено встречным имущественным предоставлением контрагента. При этом в качестве вознаграждения финансового агента выступает разница ("дисконт") между номинальной стоимостью уступаемого клиентом требования и размером предоставляемого финансирования*(645). Одним из основных элементов конструкции договора финансирования под уступку является уступка права требования. Поэтому даже в отсутствие специальной нормы, правила § 1 гл. 24 ГК о цессии подлежат применению к рассматриваемому договору, если они не противоречат положениям гл. 43 ГК. В рамках рассматриваемого договора денежные требования обычно уступаются финансовому агенту в обмен на предоставление клиенту соответствующих денежных средств, выступая, по сути, в качестве способа возврата клиентом кредита (схема "покупки"). Наряду с этим, абз. 2 п. 1 ст. 824 ГК предусматривает возможность использования уступки денежного требования и в качестве способа обеспечения исполнения обязательств клиента перед финансовым агентом. Элементы договора. Сторонами договора финансирования под уступку денежного требования являются финансовый агент и клиент. Статья 825 ГК ограничивает круг лиц, способных выступать в качестве финансового агента. Эту роль могут выполнять, прежде всего, банки и иные кредитные организации. Данные субъекты вправе выступать в качестве финансовых агентов в силу самого своего статуса, без специальных разрешений (лицензий) на осуществление подобной деятельности*(646). В качестве финансового агента могут выступать и иные коммерческие организации, имеющие лицензию на осуществление деятельности такого вида. Однако до настоящего времени в законодательстве не установлены условия и порядок лицензирования данных операций. Федеральный закон от 8 августа 2001 г. "О лицензировании отдельных видов деятельности" (с изм. и доп.)*(647) (ст. 17) и вовсе не включает сделки по финансированию под уступку денежного требования в перечень видов деятельности, на осуществление которых необходимы лицензии. В связи с этим подлежит применению ст. 10 Федерального закона от 26 января 1996 г. "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" (с изм. и доп.)*(648), сохраняющая, впредь до установления условий лицензирования деятельности финансовых агентов, существующий порядок осуществления их деятельности. Поскольку на момент введения части второй ГК в действие законодательство не предусматривало никаких особых требований к деятельности финансовых агентов, функции последних в настоящее время без особого на то разрешения (лицензии) могут выполнять любые коммерческие организации, обладающие общей правоспособностью, и индивидуальные предприниматели*(649). Относительно фигуры клиента действующее законодательство не содержит никаких ограничений, и потому в подобном качестве могут выступать в принципе любые субъекты гражданского права. Однако, исходя из характера требования, уступаемого в целях получения финансирования, в подавляющем большинстве случаев в роли клиента выступают предприниматели. Предметом рассматриваемого договора являются, с одной стороны, денежные средства, передаваемые клиенту, а с другой, - денежное требование клиента к третьему лицу, которое уступается финансовому агенту. В рамках договора финансирования возможна уступка лишь денежных требований, вытекающих из договора. Возмездное отчуждение иных имущественных прав (если оно принципиально возможно с учетом их характера) опосредуется иными договорами, в частности куплей-продажей. Предметом уступки, под которую предоставляется финансирование, могут быть как существующие, так и будущие денежные требования (п. 1 ст. 826 ГК). При этом в качестве критерия разграничения указанных категорий должен использоваться момент заключения первоначального договора. Соответственно, к существующим относятся требования, вытекающие из договоров, заключенных до либо в момент уступки, даже если их исполнение поставлено в зависимость от истечения определенного срока или наступления определенного условия. Будущими в контексте ст. 826 ГК должны признаваться требования, которые возникнут из договоров, заключенных после заключения договора финансирования*(650). Предметом договора финансирования может быть не одно, а несколько денежных требований клиента*(651). Поскольку условие о предмете является существенным для всякого договора (п. 1 ст. 432 ГК), уступаемое денежное требование должно быть определено в договоре финансирования под страхом признания его незаключенным. Условие о предмете считается согласованным, если договор финансирования содержит указание на признаки уступаемого требования, достаточные для его идентификации. Существующее требование должно быть отражено в договоре с той степенью конкретности, которая позволила бы выделить его из ряда других требований уже в момент заключения договора. Будущее же требование должно соответствовать указанным в договоре характеристикам не позднее, чем в момент его возникновения. Согласование предмета рассматриваемого договора предполагает и определение размера предоставляемого финансовым агентом финансирования. Этот размер определяется сторонами по их усмотрению и зависит от особенностей уступаемого требования (срока и условий платежа, наличия обеспечений, возможных возражений должника, его личности и платежеспособности и т.п.), а также от распределения между клиентом и финансовым агентом рисков неплатежа по уступленному требованию. Предмет договора финансирования может не ограничиваться только уступаемым денежным требованием и денежной суммой, предоставляемой клиенту. Договором на финансового агента может быть возложено оказание клиенту дополнительных финансовых и коммерческих услуг (п. 2 ст. 824 ГК), например, ведение бухгалтерского учета, обработка и выставление счетов и т.п. Договор, содержащий подобные условия, следует считать смешанным, а к отношениям сторон применять, наряду с правилами гл. 43 ГК, нормы о возмездном оказании услуг (поручении, агентировании и проч.). По смыслу закона оказание дополнительных услуг является не обязательным, а лишь факультативным элементом рассматриваемого договора. Обязанности финансового агента могут ограничиваться лишь предоставлением финансирования*(652). В гл. 43 ГК не содержится специальных указаний относительно формы договора финансирования под уступку денежного требования. Однако с учетом того, что в качестве финансового агента выступает предприниматель, договор финансирования под уступку должен быть заключен в письменной форме (подп. 1 п. 1 ст. 161 ГК)*(653). Содержание договора. Основная обязанность клиента состоит в уступке финансовому агенту указанного в договоре денежного требования*(654). Эта обязанность исполняется путем совершения сделки уступки требования. На практике зачастую эта сделка совершается одновременно с заключением договора финансирования и даже оформляется одним документом. Вместе с тем, стороны договора могут предусмотреть передачу требования путем совершения отдельной сделки уступки. Если предметом договора выступает существующее требование, оно переходит к финансовому агенту в момент совершения уступки. В случае когда предметом договора финансирования является будущее требование, регулирование момента перехода права к финансовому агенту строится на иных принципах. Ведь в момент заключения договора требования еще не существует, следовательно, оно еще не может перейти к финансовому агенту. Поэтому п. 2 ст. 826 ГК предусматривает, что при уступке будущего требования последнее переходит к финансовому агенту в момент его возникновения*(655). Дополнительного оформления перехода требования после его возникновения не требуется. Указанные выше правила носят императивный характер и не могут быть изменены соглашением сторон. По договору финансирования под уступку могут быть переданы даже те требования, уступка которых запрещена или ограничена договором между клиентом и должником (п. 1 ст. 828 ГК). Данное положение является отражением подхода, принятого в мировой торговой практике*(656), и направлено на создание благоприятных условий для развития отношений по финансированию, поскольку облегчает процедуру уступки и сокращает расходы сторон на совершение этой сделки. Одновременно закон устанавливает правила, защищающие интересы должника. Пункт 2 ст. 828 ГК предусматривает, что уступка клиентом требования в обход запрета (ограничения), установленного соглашением должника с клиентом, не освобождает последнего от ответственности перед должником за нарушение данного договорного условия. Тем самым закон нивелирует для должника отрицательные последствия, являющиеся результатом уступки денежного требования финансовому агенту. Уступаемое клиентом требование должно быть действительным. Это означает, что: а) требование существует юридически и фактически; б) оно принадлежит цеденту; в) цедент управомочен на совершение уступки*(657). Клиент несет перед финансовым агентом ответственность за действительность денежного требования, являющегося предметом уступки (п. 1 ст. 827 ГК). Однако, в отличие от положений ст. 390 ГК, данное правило изложено диспозитивно, что дает сторонам возможность своим соглашением исключить или ограничить ответственность клиента за действительность уступаемого требования. Отвечая за действительность, клиент по общему правилу не отвечает за исполнение требования должником (п. 3 ст. 827 ГК). Тем самым, закон возлагает на финансового агента риск неисполнения (ненадлежащего исполнения) уступленного требования должником, лишая финансового агента права обратиться с требованием к клиенту, если должник не заплатит, закрепляя в качестве общего правила систему так называемого безоборотного факторинга. Вместе с тем данное правило носит диспозитивный характер, что дает сторонам договора финансирования возможность установить своим соглашением систему так называемого оборотного факторинга, в рамках которой клиент выступает в качестве "поручителя" за неисправного должника. Основной обязанностью финансового агента по консенсуальному договору является предоставление финансирования. В случаях, предусмотренных договором, финансовый агент также обязан оказать клиенту услуги по ведению бухгалтерского учета, а также иные финансовые и коммерческие услуги, связанные с денежными требованиями, являющимися предметом уступки (п. 2 ст. 824 ГК). Права финансового агента в отношении сумм, полученных от должника по уступленному требованию, различаются в зависимости от функции, которую выполняет уступаемое требование. При заключении договора финансирования по схеме "покупки" уступленного требования финансовый агент приобретает право на все суммы, которые он получит от должника (п. 1 ст. 831 ГК). При этом предполагается, что получаемые денежные средства полностью покрывают задолженность клиента. Риск получения от должника сумм в размере, меньшем, чем сумма финансирования, возлагается на финансового агента. Соответственно, возможность привлечения клиента к ответственности за это исключается. В договоре финансирования, в котором требование уступается в целях обеспечения обязательства клиента перед финансовым агентом, последний имеет право на суммы, полученные от должника лишь в размере задолженности клиента. При этом "размер задолженности", который финансовый агент вправе удержать в свою пользу, включает сумму невозвращенного клиентом кредита, процентов по нему, убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также расходов по взысканию задолженности клиента. Если полученные денежные суммы превышают размер задолженности клиента, финансовый агент должен возвратить ему "излишек". И, наоборот, в случае, когда указанные суммы не покрывают размера задолженности клиента, он обязан возместить финансовому агенту остаток долга (п. 2 ст. 831 ГК)*(658). Надлежащую реализацию данной конструкции обеспечивает установленная законом обязанность финансового агента предоставить клиенту отчет. Если иное не предусмотрено договором, финансовый агент не вправе производить дальнейшую переуступку права требования (ст. 829 ГК). Устанавливая подобное правило, законодатель, видимо, преследовал цель устранить отрицательные последствия неоднократных изменений обязательства на стороне кредитора, а также ограничить создание "рынка" долговых обязательств. Вместе с тем данная норма изложена диспозитивно, что предоставляет сторонам право своим соглашением решить этот вопрос положительно. В случае когда последующая уступка денежного требования допускается по условиям договора, она осуществляется по правилам гл. 43 ГК. Правовое положение должника. Взаимоотношения сторон договора с должником. Должник по уступленному требованию не является стороной договора финансирования. Однако совершаемая сторонами уступка требования, затрагивая его интересы, не должна приводить к ухудшению его правового положения. В тоже время, действия должника по исполнению влекут серьезные правовые последствия для непосредственных участников договора финансирования - финансового агента и клиента. В связи с этим гл. 43 ГК достаточно подробно регламентирует права и обязанности должника по уступленному требованию. Должник обязан произвести платеж финансовому агенту при условии, что он получил письменное уведомление об уступке. В уведомлении должны быть определены предмет уступки (денежное требование) и новый кредитор (финансовый агент). Пункт 1 ст. 830 ГК не уточняет, какая из сторон договора финансирования (клиент или финансовый агент) должна направлять письменное уведомление о состоявшейся уступке должнику, признавая легитимным уведомление любой из сторон. Уведомление, направленное клиентом (первоначальным кредитором), во всех случаях следует считать достаточным подтверждением факта уступки*(659). При направлении уведомления финансовым агентом у должника могут возникнуть сомнения в наличии и обоснованности соответствующих прав. В целях разрешения подобных вопросов п. 2 ст. 830 ГК предоставляет должнику право запросить у финансового агента надлежащие доказательства уступки. В этом качестве могут рассматриваться, в частности, сам договор финансирования или его копия, либо любое письменное подтверждение факта уступки, исходящее от первоначального кредитора (клиента). Непредоставление должнику надлежащих доказательств уступки по своим правовым последствиям приравнено к неуведомлению должника. В обоих этих случаях должник не несет никакой ответственности перед финансовым агентом, а совершение им платежа первоначальному кредитору (клиенту) считается надлежащим исполнением и погашает его обязанность. Несмотря на важное практическое значение уведомления, оно находится за пределами юридического состава цессии*(660). Действительность договора финансирования и момент его вступления в силу не зависят от направления должнику соответствующего уведомления. Таким образом, Гражданский кодекс не содержит запрета на использование широко распространенной в международной торговой практике модели "конфиденциального (скрытого) факторинга"*(661), при котором должник не уведомляется о состоявшейся уступке, а уплачиваемые им суммы передаются клиентом финансовому агенту. Обеспечивая имущественные интересы должника, п. 1 ст. 832 ГК предоставляет ему право на зачет против требований финансового агента своих денежных требований к клиенту. Однако должник не может предъявить к зачету свои требования к клиенту, вытекающие из нарушения последним договорного запрета (ограничения) на уступку. Такие требования объявлены не имеющими силы в отношении финансового агента (п. 2 ст. 832 ГК)*(662). Поскольку правовое положение должника в результате уступки должно оставаться неизменным, за должником сохраняются все варианты защиты, принадлежащие ему на случай неисполнения кредитором (клиентом) своего обязательства по передаче товаров (выполнению работ, оказанию услуг). В частности, если, уступив финансовому агенту право на получение предварительной оплаты, клиент-продавец не исполняет обязательства по передаче товара, должник вправе требовать возврата суммы предварительной оплаты (п. 3 ст. 487 ГК). Однако, к кому должник может предъявлять такое требование? Повлиять на процесс исполнения клиентом-продавцом своих договорных обязательств в подобной ситуации финансовый агент не в состоянии, а потому возложение на него риска неисправности клиента являлось бы необоснованным. В связи с этим п. 1 ст. 833 ГК устанавливает, что должник должен предъявить соответствующие требования непосредственно к самому клиенту, а не к финансовому агенту. В качестве исключения должник вправе обратиться с требованием о возврате уплаченных сумм именно к финансовому агенту, если будет доказано, что: а) финансовый агент не предоставил клиенту финансирование либо б) предоставил финансирование после того, как ему стало известно о нарушении клиентом своего обязательства перед должником по первоначальному договору (п. 2 ст. 833 ГК)*(663). Целью введения подобных исключений является, видимо, предотвращение неосновательного обогащения финансового агента или совершения им недобросовестных действий. Основанием применения указанной нормы являются противоправные и виновные действия финансового агента, а закрепленный ею механизм, создает, по сути, специальный случай солидарной ответственности финансового агента и клиента по обязательствам последнего. |