Андреева Т.В. - Семейная психология. Книга будет интересна как специалистампсихологам, педагогам, так и широкому кругу читателей. Оглавление введение 7
![]()
|
Близнецы У близнецов существует определенное своеобразие в развитии и отношениях с другими людьми. Близнецы, если в семье нет других детей, объединяют в себе характеристики младших и старших детей своего пола. В семьях, где родители подчеркивают, что один ребенок родился раньше другого (на несколько часов) или в семьях с гетерозиготными близнецами один может принять на себя роль старшего. При этом могут сформироваться очень разные черты характера: «старший» близнец может быть очень серьезным, «заорганизованным» и в дальнейшем одиноким, а «младший» — легкомысленным, активным, беспечным. Все близнецы, как правило, необычайно близки друг к другу и, если они одного пола, часто действуют как один. По словам Ричардсона, они слишком во многом являются отдельной маленькой командой. Братья, сестры или одноклассники мало способны влиять на них. Им бывает трудно покинуть друг друга для устройства своей личной жизни. Даже близнецы разного пола разделяются с большим трудом, хотя у них есть то преимущество, что они привычны к близким отношениям с противоположным полом. Близнецы же одного пола разделяются с наибольшими трудностями. Они могут любить одного человека или поддерживать общую дружбу без всяких конфликтов, поскольку мыслят о себе как об одном человеке. Так, в различных жизненных ситуациях в общении с другом, если уходит один из близнецов, то уходит и второй. Близнецы проявляют свойства тех детей по порядку рождения в семье, к позициям которых они наиболее близки. Например, мальчики-близнецы в семье, состоящей преимущественно из девочек, будут во многом походить на младшего брата сестер. Девочки-близнецы, имеющие старшую сестру, ведут себя как младшие сестры — могут быть несколько капризны и у них нет опыта заботы о младших, что очень заметно в общении с младшими детьми. Считается, что близнецы показывают самые низкие результаты по сравнению с детьми, занимающими другую позицию по порядку рождения. Это, возможно, объясняется тем, что они постоянно оказывают влияние друг на друга и на каждом этапе жизни показывают сходные результаты. Они меньше других детей стремятся учиться у старших детей, учителей или родителей. Следует заметить, что и индивидуального внимания от старших близнецам может быть оказано как минимум в два раза меньше, чем, например, единственным детям. Влияние интервалов между рождением детей Необходимо подчеркнуть, что большое значение имеет длительность интервалов между рождениями детей. Так, если в семье растут двое де- тей-погодков (с разницей до двух лет), то у них особенности старшего и младшего детей будут выражены очень слабо, они не успели осознать разницу в отношении родителей. Старшему ребенку в этом случае не приходилось играть роль «опекуна» младшего, заботиться о нем. Если при этом дети разного пола, то в психологическом смысле и младший ребенок для родителей — «первенец», первый психологический ребенок, например первый сын. В этом случае часть закономерностей, относящихся к первенцу (а именно то, что его развитие — снова для матери и отца открытие нового), касается и второго ребенка другого пола (так как развитие и воспитание младенца-мальчика после опыта воспитания девочки — новое для родителей). Те же закономерности возможны и в семье с несколькими детьми, где дети растут «парами» (мальчик—девочка). Пример этому — семья4 Ульяновых, в которой было как бы три пары: старшие дети: Аня и Саша средние: Володя (будущий вождь революции в России) и младшие — Митя и Маняша (Мария), которых вся семья воспринимала как маленьких до старости. Разница между детьми в 4-5 лет по-своему сложна, поскольку к старшему ребенку в этом случае уже предъявляются следующие тре-' бования: «Ты старше, уступи», «Как тебе не стыдно, ты же большая»;'* в то время как этот ребенок сам еще мал. У старшего в этом случае формируется своеобразная «усталость» от младших детей — ему нередко! приходится оставаться с маленьким дома или забирать его из детских учреждений, и первенец с детства очень рано взрослеет. Часто в этом случае у старшего может проявляться ревность, зависть к младшему или внутренняя агрессивность по отношению к нему. В особенности так происходит при неумелом подходе родственников: «Ей конфетку, она маленькая». Старшего, особенно если это сын, могут наказывать при конфликтах с младшим ребенком, не разбираясь, в чем дело. Младший ребенок, видя свою безнаказанность, может становиться провокатором. При разнице между сиблингами около 10 лет возможны два варианта развития отношений между ними и формирования их личности. Следует помнить, что в этом случае первенец долгое время воспитывается как единственный ребенок (в его развитие вкладывается очень много материальных и духовных сил семьи, часто нескольких поколений, он является средоточием внимания нескольких взрослых — не только матери и отца, но и бабушек с дедушками). По выражению западных психологов, он долгое время не бывает травмирован появлением младшего ребенка, находит свою «нишу» в среде сверстников и друзей. При появлении младшего у старшего есть уже свои интересы и он оказывается в некоторых случаях абсолютно индифферентен к младшему. В нашей стране распространен и другой вариант становления детей в семье при разнице в возрасте около десяти лет. При занятости матери на работе (особенно если нет отца) на старшего сиблинга ложится вся тяжесть забот о младшем — посещение детских садов, школ и т. п. «Она выросла на моих руках», — говорит, уже будучи взрослой, старшая сестра о младшей. Матери таких детей обычно оправдывают такую ситуацию словами: «А что было делать?» (ссылаясь на свою загруженность работой). В этом случае у первенца (особенно девочки) формируются черты старшего в резкой, даже чрезмерной форме — это во взрослом состоянии очень ответственный, серьезный, нормативный, несколько скучный человек, может выглядеть (из-за своего поведения) старше своих паспортных лет. Как ни странно, при такой фактической личностной зрелости, старшей дочери в этом случае оказывается сложнее устроить свою личную жизнь, вступить в брак. У женщин, бывших старшими в родительской семье, иногда отмечаются случаи позднего рождения детей (осознанно из-за накопившейся с детства усталости от забот о младших сиблингах или даже в форме временного бесплодия). При существенной разнице (15-20 лет между сиблингами) старший ребенок фактически вырастает как единственный. В многодетных се- мьях, особенно раньше (до революции и в советские десятилетия) старший ребенок часто играл родительскую роль из-за большой загруженности матери уже чисто хозяйственными обязанностями. В современных условиях такая разница между детьми в семье бывает часто в двухдетных семьях, обычно дети бывают от разных браков. Старший может быть уже «в эшелоне родителей», играть роль дяди (тети) — дарить подарки, баловать, но взаимодействие между сиблингами незначительное, редкое. У старшего брата (сестры) может быть уже своя жизнь (например, старшему — двадцать, а младшему — три года), свои интересы вне дома. Если дети родились от одного отца, рождение позднего ребенка может играть роль стабилизатора брака, придать отношениям между супругами новый смысл. То же может быть справедливо и при повтор ном браке. При этом поздний ребенок снова растет фактически как единственный, уже при пожилых родителях (40 и более лет, так что к моменту окончания им школы мать может быть уже пенсионного возраста). Воспитание такого ребенка — особая тема исследований, но несомненно то, что в этом случае присутствует большая осознанность, осмысленность в уходе за ребенком у родителей на базе уже имеющегося опыта в воспитании первенца, родители больше стараются. Однако сил у родителей (матери) уже гораздо меньше, чем при воспитании старшего (в молодости многое делается играючи, между работой, учебой и другими занятиями, да и, как правило, помогают родственники старшего возраста). Поэтому воспитание младшего позднего peбенка дается с большим трудом, с большими переживаниями. Современные психологи оценивают влияние статуса сиблинга на развитие личности каждого ребенка несколько более скептически, чем предыдущие поколения психологов. Крайг отмечает, что фактически не существует таких индивидуальных особенностей, которые зависели бы только от порядка рождения (2002). Какая-то часть личного опыта связана с порядком рождения, в то время как другая его часть, связанная с болезнью, изменением финансового положения семьи, переменами в отношениях со сверстниками в школе, не имеет никакого отношения к порядку рождения (Bower, 1991). Различия в величине интеллекта, в основе которых лежит порядок рождения, выражены лишь в виде слабой тенденции. У первенцев IQ (коэффициент интеллектуального развития) выше, чем у вторых детей; у вторых IQ выше, чем у третьих, и т. д. (Zajonc, Markus, 1975). Различия невелики, но выглядят убедительно, считают Хьелл и Зиг-лер. Зайонц создал для объяснения этой закономерности так называв- мую «модель слияния», согласно которой интеллектуальное развитие каждого человека зависит от количества интеллектуальной стимуляции, полученной в детстве. Первенцы выигрывают, так как они живут первоначально в «обогащенной» интеллектуальной среде из двух взрослых, каждый из следующих по порядку рождения детей получают все меньше внимания. Крайг замечает, что гораздо большие и стойкие различия проявляются при учете размера семьи. Чем больше детей в семье, тем ниже коэффициент их интеллекта и тем реже они заканчивают высшие учебные заведения. Отмечается, что такое соотношение сохраняется даже при контроле таких факторов, как структура семьи (полная семьи или нет) и ее доход (Blake, 1989). Другие исследователи утверждают, что структура семьи и ее доход в значительной степени влияют на коэффициент интеллекта и достижения детей — даже в большей степени, чем порядок рождения и число детей (Ernst, Angst, 1983). Роль социализаторов в развитии детей Мы полагаем, что наиболее важной составляющей, касающейся величины семьи и числадетей, является соотношение детей и тех взрослых, которые заботятся о них, развивают и воспитывают. Если вспомнить исторически недавнее прошлое — XIX век, то можно заметить, что в привилегированных слоях общества (дворянства и высшей аристократии) многодетность не мешала высокому уровню образования выходцев из этих семей. Каждый ребенок обогащался интеллектуальным, эмоциональным и, прежде всего, нравственным опытом нескольких взрослых из разных слоев населения — родителей и прародителей, гувернеров и учителей, дядек (воспитателей) и няни (не считая обслуживания быта — повара, горничных, конюхов, дворников и т. д., а также материального обеспечения трудом крепостных). Так, проведенный контент-анализ произведения С. Аксакова «Детские годы Багрова-внука» показывает, что, хотя в рассматриваемой семье было четверо детей (к концу повествования), это не являлось каким-то препятствием для развития главного героя (будущего писателя), так как только на отрезке жизни с 5 до 12 лет в его судьбе принимали участие не менее восьми близких родственников (кроме матери и отца — еще два холостых дяди со стороны матери, бабушка и дедушка по отцу, незамужняя тетка — сестра отца, дальняя богатая бездетная родственни- ца — «благодетельница»), а также более пяти близких воспитателей-социализаторов: дядька, постоянно находившийся при мальчике, няня, горничная, два учителя, один из которых на лето приехал гостить в имение. Это не считая гимназических учителей и большого числа обслуживающего в чисто бытовом отношении персонала. Сходная ситуация наблюдалась и в отношении его сестры, хотя здесь сказывался «гендерный аспект» — число воспителей-социализаторов было несколько меньше. В результате общее число взрослых-опекунов и воспитателей превышало число детей более чем вчетверо (17 взрослых, занятых только воспитанием и уходом за детьми и 4 детей). В современной же городской нуклеарной семье число взрослых-«опекунов» также превышает число детей (иногда вчетверо), но уже засчет однодетности. (Кстати, современные семьи бессознательно и пытаются копировать стандарты социализации привилегированных слоев общества с большими затратами «персоналом» на ребенка.) Если же в семье растут четверо детей, индекс соотношения взрослых и детей едва составляет единицу, при этом энергетическая, фи маисовая, временная нагрузка на взрослых оказывается очень большой. В последние десятилетия в российских публикациях научного и популярного жанра подчеркиваются негативные аспекты социализации детей в многодетных семьях. К таким моментам относят зан ижен-ную самооценку детей из многодетных семей: так, преимущественно хорошую оценку себе дают 21% девочек и 23% мальчиком и i многодетных семей (свыше 5 детей) по сравнению с31%и32%в контрольной группе. Авторы пишут о том, что дети из многодетных семей болеют немного чаще, чем в контрольной группе, среди них чуть больше пьющих и иногда пробующих спиртное, при этом делается им иод о повышенном риске ухудшения здоровья для детей из семей с несколькими детьми. Отмечаются жилищные и материальные трудности — всего 23% девочек и 28% мальчиков из многодетных семей имеют свою комнату, тогда как в контрольном массиве (1—3-детных семей) чти цифры составляют 31% и 50%, соответственно (Семья в кризисном обществе, 1993). Авторы делают вывод о том, что подростки из многодетных семей практически не имеют материальных и жилищных преимуществ, связанныхе жизнью в семье этого типа. Правильнее было бы говорить о дискриминации семей с несколькими детьми в аспектах: наличия жилья (существование стардартных малокомнатных квартир, рассчитанных на семью с одним ребенком и отменой каких-либо льгот на получение жилья), финансовом (содержание семьи из нескольких человек — с большой ижди- венческой нагрузкой по существу одним кормильцем-отцом и отменой материальных пособий и льгот), медицинском (в связи с фактическим переходом на платное медицинское обслуживание, так как врачей-специалистов, процедуры приходится оплачивать, а также отсутствию преимуществ в очередях для многодетных матерей. При этом не учитывается, что матери пяти детей при прочих равных условиях необходимо тратить на получение номерков, ожидание приема в поликлинике в пять раз больше времени, чем матери, родившей одного ребенка). К факторам, препятствующим развитию (взрослению) X. Ремшмидт наряду с другим (оскорбление взрослыми чувства собственного достоинства молодых людей) относит социально-экономические трудности, такие как недостаток питания, плохие жилищные условия, бедность, расовая дискриминация и целый ряд факторов того же порядка, которые отрицательно влияют на развитие как в детстве, так и в период взросления (Ремшмидт X., 1994; с.166). В то же время подчеркиваются и положительные стороны социализации в семьях с несколькими детьми: раннее включение в их работу по дому, причем подростки не считают, что это мешает их учебе или развлечениям (Семья в кризисном обществе); привязанность между братьями и сестрами; обогащение жизненного опыта ребенка благодаря примеру старших братьев (сестер) и заботе о младших (Макаренко А. С, 1980; Крайг Г., 2002), опыт повседневного общения на равных (в том числе необходимость делить с другими родительскую любовь), который невозможно полностью заменить общением в школе (Ричардсон Р., 1994); воспитание в семейном коллективе (Антонов А. И.); семейная социализация в условиях, более близких (чем существование единственного ребенка в семье) к дальнейшей взрослой жизни с ее необходимостью учитывать интересы других людей, взаимодействовать на равных, заботиться о слабых. Заметим, что в отношении детности поведенческие аспекты репродуктивного поведения как бы следуют за состоянием сознания общества. Если в 1970-е годы в печати подчеркивались позитивные стороны рождения нескольких детей как для здоровья матери, так и для воспитания детей, например взаимопомощь, коллективизм и отрицательные — в воспитании единственного ребенка, то и трех-четырех-детная семья не была редкостью, а скорее один ребенок воспринимал- ся с иронией: «Она у вас одна?» В последние тридцать с лишним лет многодетная семья в печати и в научной литературе рассматривается исключительно как отклонение от нормы, безответственность («Если родили, надо думать и о том, как прокормить»); и к настоящему времени становится редкостью уже семья с двумя детьми. Крайг указывает, что на процесс социального научения в дошкольные годы указывают влияние множество семейного факторов: стили родительского поведения, число детей в семье и возрастная разница между ними, характер детских взаимоотношений, применяемые меры дисциплинарного воздействия и др. Кроме того, на процесс социального научения дошкольников влияют структура и условия жизни семьи: полная семья или нет; работают ли все члены семьи; проживают ли вместе с семьей бабушка, дедушка или кто-то из родственников; живет ли семья в роскошном загородном доме или в перенаселенной городской квартире (Крайг Г., 2002). ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ НА РЕБЕНКА В СЕМЬЕ Применительно к социализации обычно говорят о стилях воспитания. В отечественной психологической литературе значительное внимание уделялось неадекватным методам воспитания и их влиянию на ребенка. Типология детских характеров Крупнейший русский педагог XIX века П. Ф. Лесгафт создал, по существу, типологию детских характеров, сопоставленных с формированием личности ребенка в семье, с предложениями по коррекции личности ребенка и с описанием дальнейшею развития личности в период юности и молодости. Сам автор наливает представленные им типы личности ребенка «школьными типами». «Прежде всего посмотрим, в каком виде ребенок является в школу и какая связь существует между его прежней жизнью и тем типом, к которому его можно отнести, наблюдая его при появлении в школе» (Лесгафт П. Ф., 1991, с. 10). Лесгафт выделяет следующие типы: I. С деятельно-повышенными проявлениями: 1) лицемерный тип — отраженно (рефлекторно)-опытный с повышенной деятельностью, без нравственных проявлений; 2) честолюбий тип — подражательно-рассудочный с повышающимся чувствованием первенства и с внешнеусвоенными нравственными основаниями и 3) добродушный тип — разумно-самостоятельный с преобладани- ем умственной деятельности и с твердо установленными нравственными основаниями. П. С инертно-угнетенными проявлениями: 4) мягко-забитый тип — рефлекторно-опытный с инертными дей- ствиями, без нравственных оснований; злостно-забитый тип — подражательно-рассудочный, угнетенный преследованиями и несправедливыми мерами, с внешне-усвоенными нравствеными основаниями и угнетенный тип — разумно-исполнительный с преобладанием физической деятельности и твердо выработанными нравственными основаниями. Ребенок лицемерного типа повторяет то, что видит, всегда старается более легким способом достигнуть личных выгод и избегнуть деятельности более трудной, то есть связанной с трудом и усердием. Легко усваивает только то, что сильнее на него влияет, и в особенности все внешние проявления окружающих. Способ его деятельности всегда бывает практически-опытный: такие дети стараются хитростью и лаской обойти все затруднения, не особенно огорчаясь и неудачей. Отношение к истине только внешнее, заучены одни общие нравственные правила и шаблоны. На учителей производит впечатление хорошего, скромного ребенка. Товарищи его не любят, мало-помалу этот ребенок все более отдаляется от своего класса, оставаясь чаще всего любимцем учителя. В школе часто случаются пропажи мелких вещей, которые также часто находятся у этого любимца. Ни к кому и ни к чему не привязан и даже охотно меняет свои связи и условия жизни, так как в новой обстановке и среди новых людей опять пользуется новыми выгодами и делается на время любимым ребенком. Развитию такого типа более всего способствуют: ложь и лицемерие со стороны старших, окружающих ребенка, чисто практическое направление домашней жизни, постоянный мелкий расчет и стремление к легкой наживе, частое оставление детей без всякого призора и внима- ния; всякая ложь и лицемерие, требуемые от детей, а также соблюдение различных внешних обрядов, значение которых не объяснено ребенку или даже недоступно его пониманию; отсутствие условий, возбуждающих внимание ребенка и вызывающих его на размышление, или даже старание окружающих устранить такие рассуждения; удовлетворение тех желаний ребенка, исполнения которых он стремится достичь лаской, смиренным видом и выпрашиванием; участие ребенка во всевозможных расчетах и развлечениях взрослых вообще, то есть все те случаи, когда ничто не возбуждает ребенка к мышлению, когда он окружен ложью и лицемерием, в каком бы то ни было виде. Можно охарактеризовать становление этого типа как авторитарное? воспитание, при котором интересы и потребности взрослых превали-i руют над интересами детей. При этом ценности самих взрослых в семье, достаточно прозаичны, а развитие невысокое; у родителей не выражены ни познавательные интересы, ни потребность в творчестве, вследствие этого — полное непонимание познавательных способностей де-; тей. Лесгафт замечает, что оставленный без внимания ребенок не получает никакого разрешения тех вопросов, на которые натыкается, и поэтому не приучается задумываться и рассуждать о них. Первоначально ребенок плачем пытается достичь удовлетворения своих потребностей, но, когда видит, что это приводит только к неприятным ощущение ям и что ему удается достичь своих целей лаской или выпрашиванием, он вскоре начинает прибегать к таким действиям постоянно. При взрослении такие люди оказываются очень уверенными в своих действиях и очень довольны собой. «Так проходит вся жизнь, исключительно животная и всегда вредная для человеческою общества» (Лесгафт П. Ф., с. 18). Горе, пишет автор, если взрослый установившегося лицемерного типа займется школьным делом или воспитанием детей. В святое дело вводится ложь, показная внешность, безграничная самоуверенность и нахальство. В настоящее время дети лицемерного типа (в той или иной степени выраженности) постоянно встречаются, поскольку существует среда, продуцирующая их (семьи с авторитарным стилем воспитания, с низким интеллектуально-познавательным потенциалом родителей, в которых детям уделяют мало внимания). Честолюбивый тип отличается умением усваивать все, базируясь на памяти; при этом не только то, что непосредственно (или реально) воспринимается, но и вся умственная деятельность у него направлена исключительно на усвоение и воспроизведение как простых формул и идей, так и самых сложных философских учений. Аналогично могут быть заучены и нравственные положения, которые, однако же, остаются без влияния на действия честолюбивого типа, находящиеся главным образом в зависимости от сильно развитых ощущений. Сильно развитое ощущение превосходства — главный момент, под влиянием которого совершаются все его действия. Отсюда гордость, самоуверенность и постоянное стремление первенствовать и властвовать над другими. Скромные занятия, не ведущие к отличиям, не привлекают молодых людей этого типа. Для них деятельность возможна лишь при надежде на внешний успех. Дети и юноши, принадлежащие к честолюбивому типу, решительны, чувствуют сильно и легко увлекаются всем, что содействует их прославлению или унижению противников, не признающих их достоинств и преимуществ. Их идеал — сила, могущество и власть. Мало-помалу они сосредоточивают все свои усилия только на том деле, с помощью которого думают отличиться, забывают все и всех вокруг себя и, развившись в полный тип, уже не останавливаются ни перед какими средствами для достижения своей цели. Автор указывает, что условия для развития честолюбивого типа могут быть различны, но нетрудно заметить в них и общие черты — это постоянное стремление ребенка к соревнованиям либо словесным или материальным поощрениям. В современном воспитании единственных детей, при котором возможны большие материальные и временные возможности нескольких взрослых, много ожидающих от ребенка, детей и взрослых людей такого типа также достаточно много и в перспективе их число должно увеличиться. Добродушный тип характеризуется аналитической деятельностью: ребенок привык рассуждать над каждым новым явлением и, постепенно развиваясь, приучается мыслить более отвлеченным образом. При недостатке знаний мыслительная деятельность принимает характер фантазии. Лицам, принадлежащихкданномутипу, прежде всего интересна личность человека, анализ собственных проявлений и отношение этих проявлений к своим действиям и ко всему окружающему. Поэтому их деятельность всегда отличается большой самостоятельностью и правдивостью. Деятельность поддерживается, пока есть умственный интерес или взятое на себя обязательство. Недостаток добродушного типа — несоответствие между умственным и физическим трудом, то есть преобладание первого; отсюда недостаток возбуждений, или стимулов, от мышечных органов тела и как следствие — некоторая степень апатии или лень. Это может зависеть и от односто- ронней деятельности, выражающейся главным образом стремлением заниматься философскими рассуждениями, и от непривычки справляться с техническими приемами или физической работой. Всякое принуждение к занятиям и несправедливость или произвол неминуемо отталкивают ребенка этого типа от дела и содействуют апатичному и безучастному отношению к работе. Любовь к ближнему, защита слабого, простое и правдивое отношение к окружающим — отличительные качества лиц добродушного типа. Условия, при которых развивается подобный тип, следующие: тихая, спокойная, в особенности деревенская, жизнь с самого рождения; любящая, добрая мать или другое близкое ребенку лицо, отсутствие всякой похвалы и мер наказания или преследования ребенка. Ребенок пользуется полной свободой, ко всем его нуждам и требованиям относятся с пониманием и удовлетворяют их, насколько это возможно, в противном случае всегда объясняют причину отказа. Все это делается не по шаблону, а потому, что взрослые живут жизнью ребенка и из участия к нему стремятся выяснить все причины своих действий. Обычно такие дети очень привязаны к матери, к няне, к людям, с которыми он вырос, и даже к месту, где провели свое детство. Главные характеристики этого типа: наблюдательность, привычка размышлять над явлениями окружающей среды, чтобы выяснить их причинную связь, их значение, внутренний смысл; мягкость, правдивость, прямота и простота в действиях и отношениях к окружающим. Автор отмечает, что при неблагоприятных школьных условиях такой ребенок может ожесточиться, однако и в этом случае он в глубине души останется правдивым и добрым. Лесгафт указывал, что один из учителей народной деревенской школы (XIX века) утверждал, что большинство его учеников составляют дети добродушного типа. В наше время это достаточно редкий тип, так как условия микросреды (семья, школа) в основном способствуют либо развитию самомнения ребенка вследствие его единственности и честолюбивых надежд родителей, выражающихся в его усиленном раннем развитии, либо безнадзорности и неразвитости детей. Во взрослом состоянии, подчеркивал Лесгафт, недостаток настойчивости, мягкость и уступчивость у лиц этого типа приводят к тому, что они недостаточно противодействуют злу. Однако если затрагиваются интересы общества или другого лица, они сбрасывают с себя свою лень и становятся энергичными и сильными борцами за правду. У ребенка мягко-забитого типа нет условий, постепенно и последовательно возбуждающих его и тем содействующих его развитию, поэтому в крайней своей степени он представляет собой слабоумного. Он отличается отрицательными качествами как в умственном, так и в нравственном отношении. Он способен выполнять указания, однако при этом плохо повторяет (имитирует) то, что видит и слышит. У него нет ни наблюдательности, ни знаний, ни нравственных понятий. Без руководства он теряется и совершенно не в состоянии действовать. Появляющееся у него упрямство имеет более характер инертного, пассивного состояния, из которого он не решается выйти. Дети мягко-забитого типа труднее всего поддаются обучению, с возрастом у них развивается только узкая, эгоистическая практичность и расчетливость, и они совершенно безучастно и даже бездушно относятся ко всему окружающему. Среди причин, содействующих развитию данного типа, автор указывает: на предупреждение всякой самостоятельной деятельности ребенка, уничтожение любой инициативы со стороны ребенка, отсутствие и заботливое устранение условий для развития умственной деятельности. Такой ребенок никогда ничего не делал сам, ему говорили, что делать, куда идти, когда гулять, когда спать, поэтому у него полностью отсутствует самостоятельность. Умственную деятельность ничем не поддерживали, на его вопросы ему чаще всего отвечали, чтобы он не шумел и не рассуждал, был умником и вел себя прилично. Ему остается только подражать тому, кто на него влияет. Лица мягко-забитого типа совершенно негодны к какой-либо серьезной деятельности и могут прожить всю жизнь, не став взрослыми. Автор отмечает, что этит тип в особенности распространен в женских учебных заведениях, даже в высших. От себя добавим, что, вероятно, в этом типе сказывается женская педагогика— обычно влияние бабушек и матери. Тип злостно-забитый, отличается ожесточенностью и подозрительностью, самолюбием и резкими рефлекторными проявлениями. Сознательная деятельность более всего сосредоточена на личной защите. Ребенок данного типа приучен к сильным впечатлениям мерами, связанными с оскорблением личности, поэтому постоянно стремится к перемене впечатлений и сильным возбуждениям. Эти возбуждения выводят его из той апатии, в которую он попал под влиянием принудительных мер. Правдивость его условная, поскольку он не постесняется сказать и поступить не согласно с правдой, если это будет иметь отношение к ненавистному для него человеку, атакже подозрительно- му, а таким может быть для него каждое новое лицо. С товарищами то сдержан, то агрессивен. К занятиям совершенно равнодушен, подчиняется только самым необходимым требованиям. После наказаний может истязать животных, наносить прямой вред воспитателям, после продолжительного спокойного напряжения (на уроке) такие дети с криками выскакивают из класса, бросаясь на все, что встречается на пути. «Выходя же на волю из школы, подобные молодые люди накидываются на всех и на все; в особенности они падки на всякие сильные впечатления: большое количество разнообразной пищи с примесью пряных веществ, крепкие напитки, шумные оргии, драки... Они обыкновенно имитируют самые крайние и грубые образцы, которые им приходилось встречать, как в отношении своей речи, одежды, так и в отношении всех своих потребностей. Проявления этого типа совершенно одинаковы как у мальчика, так и у девочки; цинизм их выступает в одинаковой степени» (Лесгафт П. Ф., 1991, с. 57). «В жизни злостно-забитый тип является в одном случае, признаваемом обыкновенно за лучший, в виде подозрительного заскорузлого служаки, не допускающего никакого рассуждения и твердо исполняющего нее данные ему поручения» (там же, с. 58). Лица такого типа недостаточно приучаются к отвлеченному мышлению и отличаются, скорее, своей наблюдательностью и опытностью. Причины, содействующие проявлению и развитию данного типа в семье: запрещение рассуждать, применение различных насильственных мер для принуждения ребенка, распространенность несправедливых и произвольных требований, связанных с угнетением и оскорблением человеческого достоинства ребенка. Автор упоминает злую и раздражительную мачеху, которая с малолетства пресекает рассуждения ребенка, безотчетно и произвольно останавливает его и понукает, постоянно ограничивает все его действия, считая их неверными и даже безобразными. Человек, воспитывающий такого ребенка, обычно считает, что его не следует баловать, а главное, не оставлять те или иные проступки без наказания. От себя добавим, что наблюдения Лесгафта над лицами данного типа не устарели, подобных детей достаточно много и в наши дни среди безнадзорных детей и подростков, попадающих в приюты. Та же подозрительность, звериная наблюдательность, стремление к постоянным сверхстимулам (видеофильмам-боевикам, компьютерным играм, перемене мест, азартным играм и т. д.). Наиболее явный пример — подросток 11 лет, живущий на улице, никогда не учившийся грамоте, от которого отказалась мать («Не могу с ним справиться»). Подросток не в состоянии долго разговаривать со взрослым (дольше 10 минут), ему все время «некогда», надо куда-то бежать, хотя никакое дело его не ждет. Доминируют интересы материального характера: «Тетя (на улице) обещала подарить велосипед» (вероятно, чтобы привести его в приют, поскольку иначе бы не подчинился взрослому человеку). Такие подростки по-своему прекрасно адаптированы к асоциальной среде. В приюте они начинают верховодить, подавляя или забивая более слабых и менее агрессивных. Подобный тип личности — результат не только отсутствия семейной заботы, но и безусловной материнской любви или доброго отношения другого человека (никто не заместил мать). Часть повторных незарегистрированных браков приводит к становлению личности подобных детей. Угнетенный тип отличается от добродушного преобладанием в силу необходимости физического труда над умственной деятельностью и в особенности недостаточным стремлением к отвлеченному мышлению и философским рассуждениям. Лица этого типа настолько привыкли к труду и лишениям, что сами очень мало ценят свой труд и всегда отличаются большой скромностью, терпением и терпимостью ко всему окружающему. Им свойственны правдивость, простота проявлений и скромность. Нам кажется, что в настоящее время, то есть в начале XXI века, такой тип неактуален, это скорее подросток послевоенных лет (а также тип дореволюционного крестьянского ребенка, воспитанного в христианских понятиях). Исторически такой тип личности сформировался благодаря более чем трехсотлетнему крепостному праву (от «Юрьева дня» до его отмены при Александре II), когда труд миллионов людей являлся как бы бесплатным. В настоящее время даже при крайне трудном материальном положении (например, смерти отца в многодетной семье и отсутствии кормильца) люди очень ценят свой труд и рассчитывают сразу на вознаграждение «как у всех», то есть как за квалифицированную работу. Вместо скромности мы скорее наблюдаем зависть, вместо трудолюбия — ожидание помощи от всех и агрессивность, если ее нет. Нормальный тип (представляемый в идеале) должен отличаться полной гармонией между умственным и физическим развитием. Сохраняя полную восприимчивость ко всему окружающему, ребенок нормального типа приучается рассуждать над полученными впечатлениями, постепенно и последовательно развивает свои умственные и физические способности, привыкает достигать всего необходимого собственными силами и по возможности участием в деятельности той среды, в которой он растет. Он активен, присматривается к нуждам окружающих, не ставит свои требования выше требований других и в особенности товарищей. Не прибегает к насильственным мерам. Разумные воздействия, направленные к нему, достигают цели. Нормальный тип соединяет в себе все хорошие качества добродушного и угнетенного типов. |