римское право. Литература по гуманитарным и социальным дисциплинам для высшей школы и средних специальных
![]()
|
62 Решение обеих задач Смит связывал с трудом — отсюда, возможно, убеждение в их общности. Между тем сам труд в каждом случае трактовался по-разному. Соизмеримость меновых стоимостей. В условиях рыночного обмена задача соизмерения меновых стоимостей решается в некотором смысле самим рынком. Уже простой обмен двух товаров устанавливает между ними количественное соотношение: единица одного товара приравнивается к определенному количеству другого. Совокупность таких соотношений между всеми товарами составляет систему относительных цен, которая делает все товары взаимно соизмеримыми. На практике система таких цен формируется путем приравнивания всех товаров к единому эквиваленту — деньгам. У Смита идея относительных цен вводится косвенным образом — через понятие располагаемого труда {labour commanded): «...стоимость всякого товара для лица, которое... имеет в виду... обменять [его] на другие предметы, равна количеству труда, которое он может купить на него или получить в свое распоряжение». Аналогичным образом для покупателя «действительная цена всякого предмета» — это «труд и усилия, необходимые для его приобретения». К этому следует добавить, что для Смита не обязательно, чтобы это был труд самого покупателя: то, «что покупается за деньги... приобретается трудом в такой же мере, как и предметы, приобретаемые нашим собственным трудом-» (с. 103). Говоря|о действительных ценах товаров, Смит предполагал соотнесение всех товаров с единицей (порцией) труда: А'товара А = Fтовара В = = единице труда. Л/товара N = Но, получив общую меру в труде, все товары становятся соизмеримыми. Это и означает, что речь идет о системе меновых пропорций, или относительных цен. В такой системе единица труда взаимо-именяема с единицами любого другого товара, и считать труд лучшим мерилом меновой стоимости, чем любой другой товар, нет никаких оснований. Неявным образом это признал и сам Смит, указав на эквивалентность «действительных» (трудовых) и номинальных (денежных) цен всех товаров. Соизмерение богатства во времени. Казалось бы, рассуждения Смита свелись к неизбежной тавтологии: меновые стоимости соизмеряются так, как они соизмеряются - через рыночные цены! Однако именно в этом пункте своих рассуждений Смит нащупывает реальную проблему. Действительные и номинальные цены эквивалент- 63 ![]() ны, но с одной важной оговоркой: «...в определенное время и в определенном месте деньги представляют собою тонное мерило действительной меновой стоимости товаров, но только в определенное время и в определенном месте» (с. 109, выделено мной. — О.А.). Если же это условие не выполнено, то «[в]виду колебаний стоимости золота и серебра одна и та же номинальная цена может иметь весьма различные стоимости» (с. 106). Тем самым Смит подошел к пониманию того, что относительные цены — это «одновременные» цены. Если учесть, что с течением времени может меняться не только стоимость денег, но и стоимость любого товара, а значит, и вся система относительных цен, то неизбежен вывод, что ценовые пропорции, относящиеся к разным периодам времени, несоизмеримы, а сама пробле ма соизмерения меновых стоимостей во времени — нетривиальна. Смиту теперь и в самом деле понадобилось мерило — некий неиз-менный во времени стандарт стоимости, не зависящий от преходящих обменных пропорций: «подобно тому как естественные меры, вроде ступни, локтя или горсти, постоянно меняющиеся в своих размерах, никогда не могут служить точным мерилом количества других пред-метов, так и товар, который сам постоянно подвергается колебаниям в своей стоимости, никоим образом не может быть точным мерилом стоимости других товаров» (с. 105). Смит вновь обратился к труду — правда, на этот раз в центре вни-мания оказались другие его качества,« Можно сказать, —пишет он, — что во все времена и во всех местах одинаковые количества труда имели всегда одинаковую ценность для рабочего. При обычном состоянии своего здоровья, силы и способностей, при обычной степени искусства и ловкости, он всегда должен пожертвовать той же самой долей своего досуга, своей свободы и спокойствия. Цена, которую он уплачивает, всегда остается неизменной, каково бы ни было количество товаров, которое он получает в обмен за свой труд» (с. 105). Труд выступает в данном случае как затрата человеческих усилий и в этом качестве имеет собственную меру, независимую от стоимости других товаров. Труд противопоставлен досугу: чем больше времени человек вынужден отводить труду, тем меньше остается в его свободном распоряжении2. Десять часов труда имеют сходный смысл для 2 ![]() 64 разных эпох и обстоятельств. Именно в этом отношении труд у Смита пыступает «единственным всеобщим, равно как и единственным точным, мерилом стоимости» (с. 109). Правда, это было чисто теоретическое решение: оно отвлекалось от реальной неоднородности труда и потому для практического соизмерения стоимостных величин было мало пригодным. Для практических целей Смит допускал использование косвенных методов, основанных на принципе относительных цен. Речь шла о том, чтобы найти меновую пропорцию, наиболее тесно привязанную к уровню трудовых затрат как эталону стоимости. Гипотеза Смита состояла в том, что для продолжительных периодов времени такой пропорцией должна служить «хлебная (зерновая)» заработная плата («...равные количества зерна скорее сохранят в отдаленные друг от друга эпохи одну и ту же действительную стоимость или будут давать возможность его обладателю купить или получить в свое распоряжение приблизительно то же самое количество труда других людей» [с. 107]); для коротких периодов времени - денежная заработная плата {«...от одного года к другому серебро представляется лучшим мерилом, чем хлеб, потому что одинаковые количества сецебра скорее могут быть обменены на одинаковое количество труда» [с. 109]). Для эпохи Смита гипотеза была вполне разумной, так как, во-первых, хлеб оставался основным продуктом питания, а оплата труда тяготела к прожиточному минимуму и, во-вторых, сохранялась привязка цен к стоимости денежных металлов, что препятствовало резким изменениям общего уровня цен. Что определяет уровень относительных цен? Главный вопрос, волновавший классиков политической экономии, — что лежит в основе естественных (равновесных) цен? Предполагалось, что механизм согласования спроса и предложения объясняет, как экономика достигает состояния равновесия, но не само это состояние. Как и в других случаях, решение задачи Смит первоначально связывает с трудом. При этом, однако, он разграничивает два состояния общества: « В обществе первобытном и малоразвитом, предшествовавшем накоплению капиталов и обращению земли в частную собственность, соотношение между количествами труда, необходимыми для приобретения разных предметов, было, по-видимому, единственным основанием, которое могло служить руководством для обмена их друг на друга. Так, например, если у охотничьего народа обычно приходится затратить вдвое больше труда для того, чтобыубить бобра, чем на то, чтобы убить 3 История экономических учений ■ £5 ![]() Только при этих особых предпосылках естественные цены товаров пропорциональны труду, непосредственно затраченному на их про-изводство, или, в терминах самого Смита, труд, затраченный на производство товара, равен труду, располагаемому этим товаром. Иначе обстоит дело в более развитых обществах, где труд — не единственный фактор производства, где активная роль принадлежит также капиталу, принимающему на себя часть функций по обеспечению производственного процесса, например снабжение работников материалами и средствами существования. «При таком положении вещей, — констатирует Смит, - работнику не всегда принадлежит весь продукт его труда. В большинстве случаев он должен делить его с владельцем капитала, который нанимает его. В таком случае количество труда, обычно затрачиваемого на приобретение или производство какого-либо товара, не является единственным условием для определения количества труда, которое может быть куплено или получено в обмен за него». Наконец, в отношении земельной ренты Смит высказался еще решительнее: «С тех пор, как вся земля... превратилась в частную собственность, землевладельцы, подобно всем другим людям, хотят пожинать там, где не сеяли, и начинают требовать ренту даже за естественные плоды земли» (с. 120). П ![]() Для А. Смита и Д. Рикардо главным (первичным) доходом с капитала была прибыль. Согласно Смиту, «доход, получаемый с капитала лицом, которое лично употребляет его в дело, называется прибылью, доход, получаемый с него лицом, которое не употребляет его в дело, а ссужает его другому, называется процентом или денежным ростом... Ссудный процент всегда представляет собой доход производный...» (с. 122—123). Напротив, в современной микроэкономике базовый доход на капитал — это процент, тогда как прибыль — доход дополнительный, непостоянный, исчезающий по мере приближения экономики к состоянию общего равновесия (о теориях прибыли см. гл. 18). Немного упрощая, можно сказать: то, что «классики» называли прибылью, теперь именуют процентом. 6 ![]() Итак, Смит четко фиксирует тот факт, что при развитом состоянии общества ценовые пропорции не совпадают с пропорциями прямых затрат труда на производство товаров и что такие затраты не могут служить основой цены. Главным препятствием на пути к позитивному решению проблемы оказался вопрос о капитале — о том, как этот фактор производства влияет на уровень естественных цен. Речь шла, во-первых, о доходе на капитал (прибыли) как факторе естественной цены; во-вторых, о затратах капитала как факторе естественной цены; и, в-третьих, 0 динамике естественных цен при изменении факторных доходов. Ведущие представители классической политической экономии А. Смит и Д. Рикардо отвечал и на эти вопросы по- раз ному. Позицию Смита можно реконструировать следующим образом: а) меновые стоимости создаются производительным трудом, втом числе при развитом состоянии общества; доходы владельцев капита ла и земли суть вычеты из продукта труда; б) естественная цена товара — распределительная категория; она формируется как сумма доходов основных факторов производства: заработной платы, прибыли и ренты; естественные нормы этих до ходов складываются на соответствующих факторных рынках, неза висимо друг от друга; в) затраты капитала не являются самостоятельной частью естест венной цены товара. «Может показаться, - указывал Смит, - что не обходима еще четвертая часть для возмещения капитала... Но надо иметь в виду, что цена любого хозяйственного орудия, хотя бы рабочей лошади, в свою очередь состоит из таких же трех частей... И потому, хотя в цену хлеба должна входить оплата цены и содержания лошади, в целом цена все же сводится — непосредственно или в конечном счете — к трем со ставным частям: к ренте, заработной плате и прибыли» (с. 121); г) изменение естественных норм факторов производства влечет соответствующие изменения естественной цены товара (например, повышение естественной заработной платы должно вызывать рост цен товаров). Позиция Смита логична, если предположить, что в естественной цене всех товаров прибыль составляет одну и ту же долю. Только в ■JTOM случае цены могут быть пропорциональны затратам и труда и капитала одновременно. Стоит, однако, сделать шаг к реальности, допустив, что в разных отраслях соотношение труда и капитала и соответственно заработной платы и прибыли неодинаково, и тут же величина продукта, измеренного через создавшие его затраты труда, с одной стороны, и величина того же продукта, полученная путем суммирования распределенных из него факторных доходов — с дру- 1 ой, станут несопоставимыми. 67 ![]() ![]() Смитовская формула цены товара (Q) как суммы доходов Q = = W+ Р+ Л(где W- заработная плата, Р— прибыль и R- рента) включает в себя не только доходы непосредственных участников производства данного товара (Wo; Pn; /у, но и доходы, ранее полученные производителями тех средств производства, которые в данном производственном процессе нашли применение в составе капитала (СЛ: ![]() Так, если Q — естественная цена зерна, то, следуя Смиту, Со можно представить как издержки на покупку и содержание лошади, применяемой при обработке земли, С( — издержки при выращивании фуража для лошади и т.д. Поскольку величина издержек (С) при переходе от Со к Сннеуклонно уменьшается и — в пределе — стремится к нулю, постольку полную цену товара можно представить как: Q = (lVa+Wl+ ... + W) + (Р0 + />, +...+ />„) + (R.+ R, +...+ Л). С ![]() Позиция Рикардо сводилась к следующим основным моментам: а) «подавляющее большинство всех благ, являющихся предметом желаний, доставляется трудом»"1; б) «стоимость товара... зависит от относительного количества труда, которое необходимо для его производства» (с. 402); в) труд, создающий стоимость, включает «не только труд, применя емый непосредственно... но и труд, затраченный на орудия, инструменты 3 ![]() 68 и здания, способствующие этому труду» (с. 410). Иными словами, затраты капитала, или гипотетическую четвертую компоненту цены товара, которая у Смита сводилась к ранее полученным доходам, Рикардо трак-|ует как ранее затраченный, или воплощенный (embodied), труд; г) естественная цена покрывает не только издержки капитала, но и среднюю норму прибыли, его доход. Поскольку норма прибыли пропорциональна величине капитала, а не затратам труда, постольку лот тезис не вписывался в общую логику трудовой теории стоимос ти. Признавая отступление от своего основного принципа, Рикардо оправдывался незначительностью влияния этого фактора. По его оценке, колебания прибыли, не связанные с величиной затрат труда, могли изменить величину естественной цены товара не более чем на 6—7%. Именно в этом смысле теория Рикардо — это «93%-я трудовая теория стоимости», как ее определил известный американский эко номист Дж. Стиплер4; д) изменение естественной цены фактора производства — это не что иное, как изменение доли фактора в общем доходе; на естествен ную цену товара оно при прочих равных условиях не влияет. В этом пункте расхождение Рикардо со Смитом проявилось наиболее резко. Согласно «факторной логике» Смита, «...естественная цена изменяется вместе с естественной нормой каждой из ее составных частей» (с. 132). Такой взгляд не противоречил здравому смыслу при условии, что речь шла о номинальных ценах.^Однако экономический мир «классиков» — это прежде всего мир «реальной» экономики, поэтому в глазах Рикардо суждение Смита выглядело поверхностным. Что значит «естественная цена изменяется»? Естественная цена — это относительная цена: в отношении к чему она изменяется? Особенно если учесть, что заработная плата и прибыль входят в состав практически каждой цены. Рикардо сознательно абстрагировался от изменения общего уровня цен, или - что то же самое —стоимости денег, поясняя, что «повышение заработной платы вследствие изменения стоимости денег оказывает общее воздействие на все цены и по этой причине не оказывает никакого реального действия на прибыль» (с. 429). Естественная норма заработной платы - это доля труда в общественном доходе, и ее реальное повышение может произойти только ценой снижения другой доли такого дохода — прибыли. Подобное перераспределение доходов не меняет величину созданного общественного продукта и потому на естественной цене товаров, при прочих равных условиях, сказываться не должно. 4 ![]() 63 Однако если принять во внимание межотраслевые различия в капиталоемкости производства {«долговечность капитала» в терминологии Рикардо), то вывод получится и вовсе парадоксальным, по крайней мере для относительно капиталоемких отраслей: в таких отраслях «относительные цены товаров... будут падать с повышением заработной платы и подниматься с падением ее». И только в отраслях с капиталоемкостью ниже среднего уровня события должны развиваться по Смиту: товары «будут повышаться в цене вместе с повышением заработной платы и падать с ее падением» (с. 425). На самом деле эффект, выявленный Рикардо, закономерен. Если в экономике действует единая норма прибыли и единый уровень заработной платы, то перераспределение доходов при неизменных затратах труда и капитала (например, вследствие снижения средней нормы прибыли) равносильно снижению относительных цен капиталоемких отраслей, где доля прибыли в цене высока, за счет повышения относительных цен трудоемких отраслей, где эта доля низка. Чтобы тот же эффект проявился в «мире» факторных цен и номинальных доходов, нужно было бы проследить всю цепь взаимосвязей товарных и факторных рынков, возникающих на пути к состоянию общего экономического равновесия. Необходимый для такого анализа математический инструментарий Смиту и Рикардо был недоступен. Пионером такого анализа стал Л. Вальрас, работавший век спустя после А. Смита (см. гл. 13). Тем поразительнее успех Рикардо, добившегося аналогичного результата с помощью одной лишь системы строго выверенных научных абстракций. 3. Давид Рикардо о ренте и будущем капитализма После публикации «Богатства народов» развитие экономической науки шло в режиме диалога со Смитом: его идеи пропагандировали, толковали, критиковали, оправдывали. Так продолжалось до тех пор, пока не вышел в свет основной труд Давида Рикардо (1772—1823) «Принципы политической экономии и налогообложения» (1817). В дал ь-нейшем, практически до конца века главным собеседником и оппонентом экономистов-теоретиков был уже именно Рикардо — безусловный лидер классической политэкономии. По сравнению со Смитом труд Рикардо уже по тематике и суше по стилю. Он фокусирует внимание на том, что составляло собственно научную компоненту классической традиции. 70 Рикардо отправлялся от Смита, смещая акценты и фокусируя внимание на неясных и противоречивых сторонах смитовской концепции. Он был озабочен прежде всего проблемами распределения доходов. Особое место в теории Рикардо занимает земельная рента. Классическая теория земельной ренты В основе теории лежала идея падающей отдачи от дополнительных вложений капитала. В разных вариантах она встречается в литературе второй половины XVIII в. Так, Джеймс Стюарт в своем «Исследовании принципов политической экономии» (1767) развивал мысль о том, что с ростом населения потребность в продовольствии заставляет обрабатывать все менее плодородные почвы, поэтому со временем одни и те же вложения в обработку земли приносят все меньшие урожаи. Почти одновременно Ж. Тюрго в своих «Размышлениях о создании и распределении богатств» (1766) обратил внимание на другой случай: если к одному участку земли последовательно применять дополнительные равные порции капитала, то поначалу отдача от последующих порций будет возрастать, а затем, достигнув определенного уровня, начнет неуклонно снижаться. В начале XIX в. в Англии развернулась борьба вокруг так называемых хлебных законов, по которым импорт зерна облагался пошлинами. В тот же период цены на зерно быстро росли (с 45 шиллингов в среднем за 1770-1789 гг. до 106 шиллингов-в 1810-1813 гг.). Этопри-илекло внимание к ценообразованию в сельском хозяйстве, и в 1815 г. is работах сразу нескольких авторов идеи Дж. Стюарта и Тюрго были переоткрыты и использованы для объяснения и критики сложившейся ситуации: ограничения на импорт зерна вынуждают обрабатывать плохие земли, а это повышает издержки производства и цены зерна. Теория ренты Рикардо представляла собой обобщение этой позшлли: а) рента у Рикардо — это дифференциальная рента, т.е. доход, пре вышающий среднюю прибыль вследствие относительно лучших ус ловий приложения капитала (прежде всего дополнительные доходы, получаемые владельцами относительно лучших земель); б) земли, не обладающие такими достоинствами (худшие из ис пользуемых), ренты не дают. Рикардо предполагал ограниченность плодородныхземель (земель лучшего качества), но не земель вообще и, соответственно, не предусматривал абсолютной ренты, т.е. дохода с земли безотносительно к ее качеству; в) дифференциальная рента может возникать двумя путями: во- первых, когда капитал вкладывается в участки разного качества, так что рента соответствует дополнительному доходу с лучших участков 71 по сравнению с худшими (экстенсивная форма, или дифференциальная рента I, в терминах К. Маркса); во-вторых, когда последовательные порции капитала вкладываются в одну и ту же землю при падающей отдаче, так что рента соответствует дополнительному доходу, получаемому от более доходных порций капитала сравнительно с последней, наименее доходной порцией (интенсивная форма, или дифференциальная рента II). Для самого Рикардо и его современников более важной была первая форма, однако в дальнейшем более значимой оказалась вторая, положенная 13 основу теории предельной производительности факторов производства (см. гл. 10); г) в отличие от заработной платы и прибыли рента не является ценообразующим доходом, поскольку цена на сельскохозяйственную продукцию формируется на худших (из числа используемых) участках земли. Модель распределения доходов В отличие от Смита Рикардо был пессимистом и опасался, что перекос в распределении доходов может вызвать остановку экономического роста. Поводом для тревоги была ограниченность земли: Рикардо полагал, что с ростом производства обострится нехватка земли, а с ней претензии земельных собственников: доля ренты в продукте вырастет, а доля прибыли — уменьшится, вместе с желанием инвестировать. Аргументацию Рикардо можно представить следующим образом (рис. 2). Допустим для упрощения, что общественный продукт состоит целиком из зерна - главного источника продовольствия. Предположим также, что этот продукт создается за счет приложения к земле капитала, который используется главным образом для найма работников, так что «порция» капитала — это одновременно «порция» труда, и наоборот. Капиталовооруженность труда предполагается одинаковой для всех порций такого «капитала-труда». Рикардо далее исходил из того, что приложение одного и того же количества «капитала-труда» к землям разного качества дает разную отдачу. На рис. 2 предполагается, что все участки земли (как объекты приложения капитала) ранжированы по качеству в порядке убывания. Поэтому каждая последующая порция «капитала-труда» вкладывается, соответственно, в менее качественную землю и дает меньшую отдачу, чем предыдущая (Fka > Fkl > Fk2). Примем, наконец, что минимальная заработная плата работников равна доле произведенного продукта, соответствующей отрезку (0-W), а средняя (нормальная для данной экономики) прибыль соответствует отрезку (/*с — W). 72 ![]() Рис. 3. Модель распределения доходов Д. Рикардо Теперь обратимся к рис. 3. Точка А соответствует вложениям «капитала-труда» в такой участок земли, который дает отдачу (урожай зерна), позволяющую фермеру выплатить минимальную заработную плату нанятым работникам и получить среднюю прибыль. Заметим, что после этого у фермера не останется продукта для выплаты ренты землевладельцу. Напротив, порция «кап и тал а-труда», соответствующая точке кп — Avвкладывается в землю, которая дает отдачу, превышающую сумму минимальной зарплаты и нормальной прибыли. Это значит, что фермер, работающий на данном участке, может реализовать свой продукт на рынке по естественной цене (равной зарплате плюс прибыль) и выплатить ренту собственнику, не ущемляя собственного интереса. Обратимся теперь к точке В. Она соответствует такому участку земли, продукт которого достаточен для оплаты работника, но не достаточен даже для получения средней прибыли, не говоря уже о рен-IC. Иными словами, никакой капитал не будет заинтересован в во-[(лечении такой земли в хозяйственный оборот. Напомним, что увеличить прибыль за счет снижения заработной платы в этом случае также невозможно ввиду того, что заработная плата установлена на минимальном уровне. По той же причине не решит проблему и повышение цены продукта, ибо речь идет о зерне, а рост его цены немедленно скажется на уровне заработной платы. Рассмотренная модель проясняет два характерных вывода, вытекающих из теоретической системы Рикардо. Первый вывод относится к теории стоимости. Еще Смит отмечал, что «рента входит в состав цены продукта иным образом, чем за- 73 работная плата и прибыль. Высокая или низкая заработная плата и прибыль на капитал являются причиной высокой или низкой цены продукта; больший или меньший размер ренты является результатом последней» (с. 206). Рикардо согласился с этим выводом и пояснил: «Не потому хлеб дорог, что платится рента, а рента платится потому, что хлеб дорог» (с. 437). На первый взгляд эти суждения могут показаться парадоксами, однако из рис. 4.2 видно, что естественная цена зерна действительно определяется в теории Рикардо независимо от ренты. Второй вывод имеет более общий характер. Из анализа Рикардо вытекает, что чем капитала в стране больше, тем менее плодородные земли становятся объектом его приложения. Экстраполируя эту тенденцию, он пришел к пессимистическому прогнозу, что с развитием капитализма и вовлечением в оборот все менее плодородных земель приближается момент, когда дополнительные вложения капитала станут невыгодными и стимулы экономического роста окажутся подорванными. Рекомендуемая литература Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М., 1961 (см.: Антология экономической классики: Петти, Смит, Рикардо. М.: Эконов-Ключ, 1993). Рикардо Д. Начала политической экономии и налогового обложения // Избр. соч. T.I. M., 194] (см.: Антология экономической классики: Петти, Смит, Рикардо. М.: Эконов-Ключ, 1993). Аникин А.В. Юность науки. М.: Политиздат, 1971. Гл. 9—12. НегишиТ. История экономической теории. М.: Аспект-пресс, 1995. Гл. 1,3-4. |