история педагогики 1. Происхождение воспитания и его развитие 9
![]()
|
Глава— 4 Просвещение и педагогическая мысль в Византии Византийская империя просуществовала с 395 по 1453 г. Она сложилась при распаде Римской империи в ее восточной части, охватывающей Балканский полуостров, Малую Азию, Юго-Восточное Средиземноморье. Центром новой империи, основанной римским императором Константином (ок. 285—337), стал город Константинополь на месте древнего города Византии, с чем и связано возникновение самого понятия Византийская империя или Византия, явившаяся прямой наследницей эллино-римской культуры. По уровню образованности ее население вплоть до XIII — XIV вв. значительно превосходило средневековые западноев ропейские государства. В силу своего срединного положения между Востоком и Западом Византия была как бы связую щим звеном между культурами Европы и Ближнего Востока. ^ Ориентируясь на принятую в совре- Основные этапы менном византиноведении периоди- развитмя культуры зацию, можно выделить несколько и просвещения ' в Византии этапов в развитии культуры и про- свещения Византии. Ранний этап связан с длительным процессом превращения Византии из позднеантичного, рабовладельческого общества в централизованную монархию. На самое его начало — IV в. — приходится деятельность византийских богословов, видных христианских мыслителей — Иоанна Златоуста, Василия Кесарийского (Великого), Григория Богослова и некоторых других. В их сочинениях представлена совокупность теологических, философских и политико-социальных доктрин, в которых отразилось христианское отношение к духовному наследию античности, формулировались мировоззренческие и нравственные ориентиры христианства. В этот период преодоление местного сепаратизма, подавление народных волнений и укрепление центральной власти сопровождались идейной борьбой ставшего уже господствующим ортодоксально-христианского учения с различными «ересями», в том числе с иконоборчеством — социально-религиозным движением, отрицавшим культ почитания икон. К IX в. на всей территории Византии были введены единые формы власти и управления, правовые нормы, формировалась единая система идеологических и нравственных цен- ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ностей, которые поддерживались не только всем аппаратом государства, но и авторитетом церкви. Все это находило отражение в изменении взглядов людей на цели воспитания и образования. К этому времени все более и более утверждалось объединение общества на базе ортодоксального христианства, упрочился союз церкви и государства при решающей роли в нем государства, т.е. власти императора. Глубокие перемены в экономике и социальной организации общества оказали решающее влияние на темпы и формы развития культуры и просвещения. Их расцвет в Византии приходится на IX—XII столетия. Начало этого подъема обычно связывается с деятельностью разносторонне образованного императора Константина VII Багрянородного (905—959), по указаниям и при непосредственном участии которого открывались новые учебные заведения и создавались труды энциклопедического характера по самым различным отраслям знаний — логике, философии, истории и т.д. По свидетельству современников, при Константине большое значение придавалось обучению арифметике, геометрии, стереометрии, музыке и философии. Он собрал вокруг себя выдающихся ученых, поручив им обучать тех, кто желал бы получить образование. Просветительная деятельность видных представителей византийской культуры этого периода: патриарха Фотия, Льва Математика, Михаила Пселла и др. — в духе идей Константина VII активно способствовала утверждению светской направленности образования. Взаимодействие общественно-экономических структур и культурная интеграция Византии и европейских стран стимулировались христианизацией народов Европы в эпоху средневековья. Вместе с этим усиление франкской державы Каролингов и образование так называемой «Римской империи германской нации» (VIII—X вв.) привели к консолидации и обособлению западноевропейских государств. Сплотившиеся романо-герман-ские народы при поддержке окрепшего папства решительно отвергли претензии Константинополя на руководство христианским миром, выдвинув встречные претензии. В то же время культурное и политическое влияние Византии, слабевшее на Западе, в IX—XI вв. резко возросло на значительных пространствах Восточной и Юго-Восточной Европы. Оно усилилось с принятием христианства в Болгарии, сербских княжествах, Древней Руси. В результате в XI—XII вв. в средневековой христианской Европе сложились две обширные, четко разграниченные религиозно-культурные зоны: латинско-католическая и восточно-греческая. Политическое соперничество между ними Основные этапы развития культуры и просвещения в Византии Q-| отразилось в религиозно-догматических разногласиях, которые привели к схизме — официальному разрыву двух церквей (1054) и последующему военному столкновению Византии с Западом. Крестовые походы, и особенно захват крестоносцами Константинополя в 1204 г., оказали существенное влияние на взаимоотношения между западным и восточным христианством. Особенности развития культуры и просвещения в Византии определялись особенностями ее социально-экономических связей и культурно-исторических традиций. Многое в них было обусловлено своеобразием хода ее политической истории, которая вплоть до глубокого кризиса XIII—XV вв. проходила под знаком укрепления императорской власти: длительное противостояние с персидской цивилизацией и язычниками — «варварами» у северных и восточных ее границ (готами, гуннами, аварами, печенегами, хазарами, славянскими племенами, болгарами, западными норманнами и др.) сменилось в VII в. противоборством с новым арабским миром, миром ислама, как единой социокультурной системой. На рубеже XII—XIII столетий стало реальностью столкновение с романо-германским миром. Все эти обстоятельства вынуждали христианскую церковь всячески поддерживать усиление императорской власти. При этом нужно отметить, что в Византии не столько церковная власть оказывала влияние на дела государства, сколько свете кая власть императора все больше и больше влияла на дела церкви и действовала по принципу: единый всемогущий Бог на небе — единственный полновластный Государь на земле. Следствием этого было то, что византийская церковь во главе с патриархом находилась в зависимости от светской власти и не имела монополии на образование, как в Западной Европе. Утверждавшийся в византийском обществе в IX—XII вв. культ императорской власти отражался в развитии искусства и культуры в целом. В связи с этим светское направление становилось также доминирующим в педагогической мысли и практике воспитания и образования. Специфика византийской культуры определялась и тем, что она формировалась в среде разнородного в этническом отношении населения. В византийской культуре синтезировались элементы культурных традиций многих народов — греко-римлян, населения Юго-Восточного Средиземноморья, Ближнего и Среднего Востока, Закавказья, Крыма, Балканского полуострова. За многие столетия своего развития Византия усвоила многие культурные ценности народов Востока, но доминирующую роль при этом сохранял греческий элемент, пользовавшийся поддержкой государства и церкви, культура империи оставалась в своей основе грекоязычной. ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() 93 92 Глава 4. ПРОСВЕЩЕНИЕИПЕДАГОГИЧЕСКАЯМЫСЛЬВВИЗАНТИ; Скупые на подробности источники содержат сведения с создании школ, в том числе и грамматических, т.е. повышенного типа, где обучались даже иноземцы — дети «латинян», а также «скифов», как в сочинениях древнегреческого историка и географа Страбона именовались народы Северного Причерноморья. В таких школах учителя и ученики находились на полном содержании государства, воспитанники получали общее образование. Высокий социальный статус образования и образованности — одна из примечательных особенностей Византии. На соответствующих чиновников возлагалось руководство военно-стратегической, политико-дипломатической и финансовой деятельностью, а также разнообразными областями хозяйства (торговля, флот, ирригация и т.д.). Наличие общего образования служило непременным условием для получения должности как в государственных, так и в церковных учреждениях. В середине X в. император Константин VII Багрянородный в сочинении «Об управлении империей», адресованном сыну Роману, писал, что помимо благочестия государю необходимы обширные знания. Вступивший на престол в середине XI в. Константин X Дука говорил, что предпочитает славу ученого славе правителя. Михаил Пселл, воспитатель его сына, будущего Михаила VII, углубляя эти рассуждения, отмечал, что служение благу государства требует от правителя и знаний, и учености, и помощи образованных приближенных лиц. Одну из коренных особенностей всего уклада жизни Византии составляло сочетание традиций римской государственности с устойчивыми традициями эллинского образования. В школах Византийской империи преподавание велось по учебникам, созданным еще в эллинистическую и греко-римскую эпоху, образование, как отмечалось, имело мирской уклон. Даже при некоторых церквах Константинополя существовали по своей сути светские школы. Стараясь овладеть сокровищами античной науки, византийские ученые много сделали для сохранения культурного наследия прошлого. Особое внимание уделялось переписке сочинений греко-римских мысли-' телей, их толкованию и комментированию. В связи с этим в IX—XII вв. были созданы «кодексы», сборники сочинений античных авторов, которые и позже широко использовались учеными. Идеалом образованной личности в Византии считался че-, ловек, получивший традиционное эллинистическое образова-' ние, сочетавший христианско-православное мировоззрение с греко-римской литературно-гуманистической образованностью. Воспитаниеи образованиевВизантии Византийская культура оказала очень большое влияние на последующий ход развития всемирной культуры, поскольку ученые — беглецы с Востока принесли на Запад не только сохраненное культурное наследие античного мира, но и хри- стианско-античное понимание любви к человеку и истине, которое отразилось в идеологии европейского Возрождения. и В Византийской империи высокого Воспитание и образование уров^.яР3313™1 Достигли домаш- в Византии ние Ф°РМЫ воспитания и обучения детей и молодежи, характерные еще для греко-римского мира. Если в простонародных семьях в основе лежало трудовое и начальное христианское воспитание, передача от отца сыну знания определенного ремесла, а от матери дочери навыков домоводства, то в состоятельных и знатных семьях не только мальчики, но и девочки обучались грамоте. Характерны такие поучения детям: «Читай много и узнаешь много. Если не понимаешь, не отчаивайся. Не один раз прочтя книгу, обретешь знание, от Бога поймешь ее. А чего не знаешь, спроси у знающих и не гордись... Крайне важно изучать и понимать природу вещей и поступать должным образом». Высокая культура домашнего воспитания — характерная черта византийской жизни. Конечно, о воспитании детей особенно заботились в семьях с высоким социальным статусом, но и в семьях ремесленников дети обучались письму и чтению, если грамотными были их родители. В знатных семьях мальчика 5—7 лет отдавали в руки наставника-педагога, в обязанности которого входило наблюдать за играми ребенка, развлекать его и учить грамоте. Система образования в византийском обществе была на протяжении тысячелетия наиболее передовой. Источники позволяют сделать вывод, что в Византии не существовало социальных ограничений на получение образования, и школы могли посещать все, кто хотел и имел возможность учиться. Обучение было платным, за исключением монастырских и дворцовых школ. На первой ступени обучения — в школах грамоты — дети получали элементарное образование. Число таких школ могло сокращаться или увеличиваться, но сеть их была более широкой, чем в Западной Европе. Курс обучения, как правило, длился 2—3 года, а дети начинали учиться с 5—7-летнего возраста. Византийская школа грамоты являлась как бы христианизированным продолжением эллинистической элементарной школы. Произошли лишь некоторые изменения в средствах обучения: свитки были заменены тетрадями; пергамент и па- ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() пирус с XI в. вытесняется бумагой, палочка-стиль сменилась птичьим или тростниковым пером. Однако в методике обучения грамоте сохранилась практика предшествующей эпохи: учащиеся обучались по буквослагательному методу с обязательным произношением написанного вслух, «хором». Сначала школьники запоминали буквы, затем слоги во всем их разнообразии и лишь после этого приступали к чтению целых слов и предложений. Господствовала методика заучивания текстов наизусть. Опора в обучении на память была в то время оправданной по той причине, что язык школы и книги отличался от разговорного греческого языка. В школьном обучении использо-вались традиционные учебные тексты античных школ (Гомер, басни и пр.), дополненные Псалтырью и житиями христианских святых. В обучении счету изменений практически не было: сначала счет на пальцах, затем использовались ка- . мушки, потом — счетная доска — абак. В отличие от античной и эллинистической традиции обучения в содержании начального образования отсутствовала физическая подготовка детей, а музыка и мелодекламация заменялись церковным пением. Учителя начальных школ — дидас-калы — использовали мнемонические приемы и соблюдали последовательность в обучении — от простого к сложному, от I известного к новому. Элементарные школы для большинства детей были пер^ вой и последней ступенью организованного обучения. Были и такие начальные школы, где учились исключительно по библейским книгам и сочинениям христианских писателей. Повышенное образование византийцы получали в частных, церковных и государственных грамматических школах. Почти все дети гражданской и церковной элиты проходили эту ступень обучения. В Византии считалось, что каждый образованный «ромей», как сами себя называли византийцы; должен владеть «эллинской наукой», открывающей путь к высшей философии — богословию. Большее внимание уделялось грамматике, риторике, диалектике и поэтике. «Математическую четверицу» — арифметику, геометрию, музыку,' астрономию — в Византии изучали немногие. Цель обучения в конечном счете состояла в формировании у юношества общей культуры и красноречия, развития мышления. Важным средством обучения считалось состязание школьников друг с другом в толковании текстов и риторике. Методика обучения в повышенных школах была традиционной: учитель читал, давал толкование, задавал учащимся вопросы, отвечал на вопросы учеников, организовывал ди^ Воспитаниеи образованиевВизантии 05 куссии. Школьное обучение имело своей целью научить детей активному владению речью, развить у них умение пересказывать, цитировать на память тексты, давать описания, импровизировать. Ученики составляли речи, комментарии к текстам, давали описания памятников искусства, импровизировали на произвольную тему и пр. Овладение искусством толкования требовало от учеников достаточно широких знаний в области античной и библейской истории, географии, мифологии и т.д. В итоге окончившие школу должны были достаточно хорошо знать содержание «Илиады» Гомера, произведений Эсхила, Софокла, Ев-рипида, Аристофана, Гесиода, Пиндара, Феокрита, а также Библии, сочинений «отцов церкви» — Августина, Иоанна Златоуста, Григория Богослова, Иоанна Дамаскина и др. Учебный день византийского школьника начинался с чтения молитв. Сохранилась одна из них: «Господи Иисусе Христе, раствори уши и очи сердца моего, чтобы я уразумел слово твое и научился творить волю твою». Дидаскал с помощью старшего ученика в конце учебной недели проверял знания учащихся. Неуспехи в учебе и нарушение дисциплины по эллинистической традиции наказывались розгами. Создание высшей ступени образования — характерная черта византийской цивилизации. В этом отношении Византия являлась прямой наследницей высших школ греко-римского мира. В V в. продолжали действовать высшие школы в Александрии, Афинах, Антиохии, Бейруте, Дамаске. В Константинополе высшая Школа была организована при императоре Феодосии II в 425 г. и получила наименование «Аудиториум» (от лат. «audire» — слушать). Само название говорит об основном методе преподавания — лекции и комментарии преподавателей, которых называли «консулами философии», «главами риторов». Они являлись высокого ранга государственными служащими, составляя особое замкнутое объединение, члены которого носили свою корпоративную одежду. Всего в константинопольской высшей школе учебные занятия вели более тридцати преподавателей, обучавших как на греческом, так и на латинском языке. С VII—VIII вв. языком образования всех уровней стал исключительно классический греческий. До XIV в. ни латинский, ни новые иностранные языки здесь не изучались, поскольку в то время школьная культура Византии не видела себе равных в мире. С упадком Византии и усилившимся в XV в. влиянием западноевропейской культуры изучение латинского, как и евро-юйских языков, постепенно становилось обязательным. ![]() ![]() ![]() ![]() мир вечных идей, считалось необходимым направлять внимание учащихся не столько на постижение внешнего мира, сколько на познание самого себя, собственной души, где скрыта истина. Таким образом, на первый план выступала идея воспитания человека, подготовленного к духовному самосовершенствованию и добродетельной жизни. Неоплатоники утверждали нераздельность умственного и духовного воспитания. Христианские мыслители ранневизантийского периода были людьми с эллинистическим образованием, полученным в лучших школах Малой Азии, Сирии, Афин и Константинополя. Все античные воззрения на воспитание им были хорошо известны, как и практика эллинского воспитания. В то же время они продолжили линию педагогической мысли Климента Александрийского, Оригена и других христианских мыслителей римской эпохи. Самыми известными христианскими теологами Востока того времени, высказывавшими много педагогических соображений, были Григорий Назианзин (Григорий Богослов, ок. 330 — ок. 390), Василий Кесарийский (330—379), Григорий Нисский (ок. 335 — ок. 394), Иоанн Златоуст (ок. 344 — ок. 407). Античное представление о человеке как «микрокосмосе» они дополнили идеей двойственности его внутреннего мира. Принимая ставшую уже традиционной к этому времени мысль, что человек, являясь неким «малым миром», заключает в себе все, чем наполнена Вселенная, они полагали, что это особый мир, отличный от прочих, поскольку создан по «образу Божию». Человеческому естеству свойственна склонность к добру и стремление к нему. Отсюда следовало признание необходимости целенаправленного воспитания. Христианские мыслители IV в. рассматривали человеческое тело как вместилище души. Высшее в душе, по их мысли, — ум, «душевная прозорливость», открывающие путь к познанию Бога. Душевные способности необходимо не только воспитывать, но и направлять к достижению истинных, высших целей, поскольку, по словам Василия Кесарийского (Великого), в реальной жизни способности человека становятся «благом или злом» в зависимости от их применения в конкретной ситуации. Василий Кесарийский в сочинении «О том, как молодые люди могут извлечь пользу из языческих книг» выступал как мудрый педагог, развивающий у своих учеников способность к критическому, но доброжелательному отношению к наследию прошлого. Этот свой труд виднейший христианский богослов построил по аналогии с известным трактатом Плутарха «Как юноше слушать поэтические произведения». Другое произведе- 99 Педагогическая мысльвВизантии ние Василия Кесарийского «Шестоднев», популярное и в Западной Европе, и на Руси, можно считать собственно учебной книгой, дидактически оформленным рассказом о мироздании в соответствии с библейским преданием о сотворении мира. Светскую образованность Василий Кесарийский признавал необходимой «в этом мире» и бесполезной в «ином мире». По его учению, из всех живых существ лишь человек несет в себе образ Божий, душу и ум. Отсюда следовал вывод: все внешнее, телесное — не подобно Богу, и, следовательно, те знания, что приобретены посредством ощущений, нельзя считать истинными. Поэтому общее условие правильного воспитания и обучения, по возможности, — удаление от мирских дел, погружение в молитвы и пост. Основным методом воспитания он считал развитие самопознания человека через углубление его в свой внутренний мир. Умственное развитие человека Василий Кесарийский ставил на первое место: все нужно подвергать анализу, самостоятельному осмыслению. Огромное влияние на формирование византийско-право-славной педагогической мысли оказал Иоанн Златоуст, один из наиболее известных проповедников идей восточной христианской церкви. Им пропагандировались, с учетом античного наследия, такие методы воспитания, как наставление и беседа. Почти сразу же после его смерти, в начале V в., он был назван «вселенским учителем и святителем», однако полной славы достиг в VII в. В деле воспитания, считан Иоанн Златоуст, обращаться необходимо к самому божественному в человеке, к тому, что отражает «образ Божий» — свободу воли, нравственность. Вследствие такого подхода он порицал применение в воспитании методов авторитарного давления, принуждения и отдавал предпочтение увещеванию, совету, предостережениям. Учитель не имеет права влиять на человеческую душу через принуждение: сам Бог лишь советует и предостерегает от плохих начинаний, но не принуждает. Этому правилу должен следовать и учитель-пастырь, который должен быть образцом нравственной жизни по Божьим заповедям. Нравственная цель воспитания, как и для многих других мыслителей, его современников, стояла на первом месте. Учить любви к ближнему — назначение педагога-христианина. Иоанн Златоуст показал пример того, как наставнику следует обращаться к личности каждого ученика и слушателя, а не к массе, видеть каждого учащегося в отдельности, строить свою речь образно, доходчиво, эмоционально, конкретно, наглядно раскрывая содержание изучаемого. При этом главным источником знания, по Иоанну Златоусту, является Библия. 4* ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() 101 ■J О О Глава 1- ПРОСВЕЩЕНИЕИПЕДАГОГИЧЕСКАЯМЫСЛЬВВИЗАНТИИ Максим Исповедник (ок. 580—662) продолжил линию на соединение эллинистических и христианских педагогических идей. Проблеме воспитания человека в его философско-богословском наследии уделено, пожалуй, центральное внимание. По традиции, идущей от античного мира, человека он рассматривал как микромир, как связующее звено между телесным и духовным, т.е. божественным миром. Отсюда следовал вывод, что человек должен формироваться гармонично. От достижения внутренней гармонии в человеке зависят равновесие и порядок во внешнем мире, во всей Вселенной. Этот мистический подход отводил воспитанию новую роль, видя его цель в поэтапном соединении, слиянии человека с Творцом. Содержание образования обнимало «весь мир» и находило свое выражение в Логосе — божественном Слове. По мнению Максима Исповедника, главным препятствием в достижении конечной цели воспитания являлось грехопадение человека, которое разорвало связь земного и небесного. Задача образования — восстановление этой связи, уравновешение чувственного и духовного начал, чтобы человек не опускался ниже доступного ему уровня, а развивался сообразно своей двойственной природе. Главное личностное качество, которое следует сформировать в ходе воспитания, — это воля, понимаемая как сила, влекущая к добру, к слиянию с миром Творца. Интересные педагогические мысли содержались в трудах Иоанна Дамаскина {Иоанн Мансур из Дамаска, ок. 675 — до 753), выдающегося мыслителя Византии. Он родился в арабской христианской семье, жил на территории Сирии и Палестины, одно время являлся приближенным к дамасскому халифу, но оставался в сфере эллинистическо-христиан-ских идей восточной церкви. Иоанн Дамаскин справедливо считается первым средневековым ученым-схоластом. Идеи, высказанные им в трактате «Источник знания», повлияли на западноевропейское богословие, в частности на воззрения Фомы Аквинского и еще в большей мере — на воззрения древнерусских мыслителей. Этот трактат представлял собой собрание философских, богословских и педагогических идей, в котором развивалась мысль о необходимости универсального, энциклопедического и богословского образования. Иоанн Дамаскин полагал, что главную роль в воспитании играет книжное учение, интеллектуальное развитие человека: «Ничего нет дороже знания, ибо знание есть свет разумной души; напротив, незнание — тьма. Подобно тому, как отсутствие света есть тьма, так и отсутствие знания есть тьма разума». Педагогическая мысль в Византии Естественнонаучные сведения, почерпнутые из античной литературы, относились им к светским знаниям, и усвоение их рассматривалось как начальный этап школьного образования. По его убеждению, истинные знания начинаются с ответов на вероучительные вопросы. В названном выше трактате широко рассмотрена, пользуясь современной терминологией, психолого-педагогическая проблематика — о способностях, воображении, памяти и др., а попутно давались методические рекомендации по работе с книгой, организации диспутов и пр. Большое внимание вопросам воспитания уделял византийский патриарх Фотий (ок. 810 или ок. 820—890), наставник Кирилла-Константина и Мефодия — славянских первоучителей — организатор школьного дела. Педагогические высказывания Фотия можно считать типичными для эпохи средних веков. По мнению Фотия, школа должна быть местом, где молодое поколение усваивает точно очерченный круг общечеловеческих ценностей. Фотий создал соответствовавшую его идеалам школу в Константинополе для детей местной элиты. Эта школа представляла собой нечто среднее между интеллектуальным кружком и высшей школой. Ее характерными чертами можно считать ведущую роль энциклопедически образованного учителя, чей авторитет среди учащихся был непререкаем; простоту и искренность отношений между наставником и учениками, привязанность их друг к другу и обоюдную «ревность» к знанию; универсальное содержание образования, включавшего как светские науки, так и богословие; активный метод обучения — беседу, организуемую и направляемую учителем. Для этой своей домашней школы-кружка Фотий создал специальный труд «Мириобиблион» («Многокнижис»), содержавший пересказ более 300 произведений античных и византийских авторов — философов, историков, ученых. Симеон Новый Богослов (949—1022) — византийский религиозный деятель мистического направления, философ и поэт — продолжил восточно-христианскую традицию в развитии педагогической мысли. В отличие от Фотия, он отрицательно относился к светской образованности, хотя сам получил блестящее образование в константинопольской школе, где свет-скис и духовные знания не противопоставлялись. Симеон негативно относился ко всему светскому, отрицая эллиничес-кую школу как образовательное учреждение и ратуя за монастырское обучение. Монастырь, с его точки зрения, был идеальным «миром духовного учительства и духовного учени- ![]() ![]() ![]() 103 102 Глава 4- ПРОСВЕЩЕНИЕИПЕДАГОГИЧЕСКАЯМЫСЛЬВВИЗАНТИИ чества». Симеон считал, что сам ученик должен выбрать себе учителя, духовника-старца. Цель обучения — не постижение наук, а развитие способностей проникать духовным взором в мир божественный, т.е. — мистическое просвещение. По Симеону, путь к познанию пролегает не через изучение светских наук в школе, а через постижение учеником-послушником человеческой природы, божественной в своей основе и заключающей в себе всю сущность мироздания и всю истину. Крайностям монастырских форм религиозного воспитания и обучения противостоял выдающийся государственный деятель и философ Византии Михаил Пселл (1018 — ок. 1078 или ок. 1096). Признавая учение о двух природах человека — земной и небесной, он считал, что и образование человека должно проходить два последовательных этапа: изучение наук о низшей природе, завершающееся усвоением элементов античной философии, не противоречащих христианским догмам, и постижение божественного мира через изучение теологии. Михаил Пселл — личность предвозрожденческого масштаба, ученый-эрудит, логик, учитель дворцовой школы, воспитатель наследника императорского престола, автор учебников. Он оставил большое число произведений педагогического характера: «Обзор риторических идей», «О стиле некоторых сочинений», энциклопедическое сочинение «О всяческой науке» и др. В них возрождал антично-эллинистические подходы к воспитанию, вводя их в рамки христианской педагогической культуры. В небольшом трактате «О стиле некоторых сочинений» Пселл попытался показать достижения античного риторского искусства и на этой основе обосновать искусство христианского красноречия. В содержание подготовки риторов он вводил изучение и Демосфена, и Иоанна Златоуста, и Плутарха, и Григория Богослова. Главным занятием Михаила Пселла было преподавание в высшей константинопольской школе, которую он много лет возглавлял. Именно поэтому все его книги были как бы диалогами со студентами, ответами на их самые неожиданные вопросы по риторике, истории, философии, политике, физиологии, естествознанию. В своем произведении «Хроногрофия» Пселл нарисовал образы воспитанных византийцев, значительно отличающиеся от аскетическо-релищозного идеала человека того времени. У Пселла человек телесно прекрасен, светски образован, умеет восхищаться красотой материального мира, обладает христианской твердостью ума и душевным благородством. По своим взглядам на цели воспитания Пселл являлся ярким представителем христианского гуманизма. Педагогическая мысль в Византии Византийские мыслители, как и их последователи на Западе, создали много литературных трудов того же направления. Так, в сочинении Феодора Метохита «Этакое, или О воспитании», например, было дано характерное для деятелей этого круга определение умственного труда как высшей формы наслаждения. Цели воспитания связывались с необходимостью формирования разносторонне образованного, просвещенного человека. Путь воспитания — постепенное и осмысленное преобразование «естественного» человека в человека культурного, «универсального». Для всех передовых мыслителей поздней Византии были характерны интерес к человеку и его воспитанию, внимание к окружающему миру, интерес к античности, стремление к энциклопедизму, признание ценности научных знаний, попытки выразить свой духовный мир в педагогической деятельности. Наиболее видной фигурой последнего периода византийской философской и педагогической мысли можно считать Георгия Гемиста Шифона (ок. 1355—1452), в некоторой степени отходившего от идеалов христианства. Он родился в Константинополе, но его деятельность проходила в западной части Византийской империи — Мистре, бывшей древней Спарте, которая в XV в. стала одним из центров византийской гуманистической культуры. Возникший вокруг Плифо-на кружок посещали и византийские, и малоазийские, и итальянские гуманисты. Цель воспитания, по Плифону, — достижение совершенства, отклоняясь от которого,человек впадает во зло. Образованность человека он тесно связывал с его воспитанием, считая, что путь победы зла в себе равен пути развития своих умственных способностей и душевных сил: достижение поставленной цели воспитания невозможно без усилий самого человека, без его стремления к самообразованию. Как и Максим Исповедник, Плифон полагал, что ошибки, допущенные педагогом и воспитанником в деле образования, ведут к потере цельности и гармонии не только в самом воспитуемом, но и во всей Вселенной, поскольку человек является звеном, соединяющим земной и небесный миры. Однако, в отличие от мистических взглядов на воспитание Максима Исповедника, Плифон считал, что цель воспитания и обучения — подготовка человека прежде всего к земной жизни. Эта светская позиция отразилась в его взглядах на содержание, формы и методы воспитания и образования. Современники считали, что в Европе именно Плифон открыл путь к познанию для тех немногих аристократов духа, которые способны к самообразованию и самосовершенствованию. ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() 105 |