Главная страница
Навигация по странице:

  • Усадебные ландшафты

  • Русская усадьба в контексте истории

  • Русская усадьба в X V III веке

  • Русские усадебные ансамбли в XIX веке

  • XX век в истории русской усадьбы

  • Структура и элементы усадебных комплексов

  • Учебник редакция 2 (1). Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности Культурология


    Скачать 481.41 Kb.
    НазваниеУчебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности Культурология
    АнкорУчебник редакция 2 (1).docx
    Дата25.12.2017
    Размер481.41 Kb.
    Формат файлаdocx
    Имя файлаУчебник редакция 2 (1).docx
    ТипУчебное пособие
    #12966
    страница11 из 19
    1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   19

    ГЛАВА VI. РУССКАЯ УСАДЬБА КАК ВИД КУЛЬТУРНОГО ЛАНДШАФТА


    Усадебные ландшафты формировались под воздействием дворянской усадебной культуры. Основные морфоструктуры такого ландшафта – помещичий дом с хозяйственными постройками, парк и/или сады, пруды, аллеи, храм, функционально связанные сельские поселения, прилегающие сельскохозяйственные и лесные угодья.

    Дворянская усадьба – особая культурная среда России 18-19 веков. Явление сложное, многомерное. Целый мир. Усадьба являлась социально-административным, хозяйственно-экономическим, архитектурно-парковым и культурным центром, в ней синтезировались традиции семьи и рода, культура дворянская и крестьянская, город и провинция, культура России и Запада.

    Не менее ценен вклад усадьбы в разнообразие и структуру русского ландшафта. Старинная усадьба – это и культурный, и природный феномен. Даже сегодня, когда многие усадьбы уничтожены полностью или находятся на грани уничтожения, фрагменты усадебных комплексов составляют неотъемлемую часть пейзажа, создают исторический фон современного ландшафта. При строительстве усадьбы не только менялся ландшафтный образ, но и появлялся культурный центр территории. Усадебные комплексы расположены в наиболее живописных местах, а закладка парков предопределяла увеличение биологического разнообразия и за счет привнесенных видов, формировала пейзажное разнообразие прилежащих территорий. Усадебный парк – не только часть природного комплекса, он несет огромную семантическую нагрузку. Планировка, формы прудов, подбор растений, рисунок аллей, архитектурные и скульптурные элементы – все это является отражением философии создания парка.

    § 1. История развития усадебных комплексов, проблемы их сохранения и использования


    Одна из важнейших составляющих отечественной культуры – загородные усадьбы с их искусством, архитектурой, бытом, укладом жизни. Едва ли не больше всего их было в Подмосковье, где до сих пор сохранился ряд интереснейших памятников усадебной архитектуры. Некоторые усадьбы, находившиеся близко от Москвы, со временем оказались в городской черте в бедных достопримечательностями новых районах. Мы попытаемся представить многообразие и богатство мира усадьбы в целом, выявить слагаемые усадебной культуры, которая дала блестящие образцы архитектурных и парковых ансамблей, искусства интерьера, плоды творческого вдохновения в поэзии, музыке, живописи, формы истинно культурного досуга и семейного общения, верность народным традициям и восприимчивость к лучшим чертам западной культуры.

    Перестройка всего жизненного уклада и экономические реформы последнего времени сказались трагически на судьбах усадеб, которые продолжали существование в виде санаториев, детских домов, школ и иных учреждений подобного типа. Сейчас многие из усадебных комплексов оказались покинуты. Время и люди безжалостны к старинным постройкам, которые, как писал еще в 1930-е гг. А.Н. Греч «не только портики, колонны, фронтоны, но также кирпич, белый камень, гвозди и дерево, и слишком часто… строительная плоть нужнее архитектурной души». Каждый случай утраты индивидуален. Где-то это халатность и просчеты реставраторов, где-то отсутствие средств на восстановительные работы, где-то противозаконные действия арендаторов и пользователей, где-то пожар. В целом же причина одна – остающееся безразличие общества к наследию своего прошлого. «Русские люди делали все возможное, чтобы исковеркать, уничтожить и затереть следы старой культуры. С преступной небрежностью, с нарочитой ленью и усердным вандализмом несколько поколений свело на нет все, что создали их прадеды». Это было написано бароном Н.Н. Врангелем в 1910 г., еще до Октябрьской революции, но звучит оценкой последующим десятилетиям. Русская усадьба продолжает свой давно начавшийся исход. Мы не можем противостоять этому, но мы можем и должны фиксировать свершившиеся потери.
    Русская усадьба в контексте истории

    Загородные дворы XV-XVII веков

    Появление первых усадеб относится к далекому прошлому. Зарождение русской дворянской усадьбы восходит к средневековью. Но владельческая усадьба XV-XVII веков еще мало отличалась от обычного крестьянского двора, как по планировке, так и по материалам, использованным при ее строительстве. У мелкопоместных землевладельцев усадьба располагалась, как правило, в окружении крестьянских дворов, являясь центром населенного пункта, и отличалась от окружающей застройки лишь количеством и величиной строений. При доме иногда разбивали плодовый садик. Даже Москва на ранней стадии своего существования была всего лишь усадьбой. После того как она стала княжеской резиденцией, рядом с княжеским дворцом появились усадьбы придворных, которые первоначально не выходили за пределы кремлевских стен. Однако вскоре знать, которой стало там тесно, начала строить хоромы за пределами Москвы, захватывая новые территории в ее окрестностях. Так появились загородные дворы. Можно сказать, что это усадьбы в их чистом виде, где сельскохозяйственное производство, сведенное к минимуму, играло более декоративную роль, нежели действительно было направлено на удовлетворение насущных потребностей владельца. Именно загородным дворам город обязан своей исторической «усадебной» планировкой, остатки которой сохранились до нашего времени. Параллельно с загородными дворами существовали усадьбы, устроенные в вотчинах и поместьях, откуда в город доставляли сельскохозяйственную продукцию (со временем некоторые из них также оказались в черте столицы, перестав быть подмосковными в прежнем значении этого слова). Посещения владельцами своих загородных владений обычно были вызваны лишь проверкой хозяйственной деятельности приказчика или управляющего, а иногда и желанием развлечься псовой или соколиной охотой. Поскольку жить вдали от городских укреплений было небезопасно, загородные усадьбы имели лишь лица, принадлежавшие к высшей знати, располагавшие средствами для того, чтобы содержать большое число вооруженных слуг, хотя и это спасало далеко не всегда, поскольку обычным делом были татарские набеги и буйства московских властителей. Так, в 1568 г. Иван Грозный со своими опричниками уничтожил немало подмосковных усадеб, принадлежавших его приближенным, имевшим несчастье подвергнуться опале. Большинство усадеб в Подмосковье, в том числе Алтуфьево, Воронцово и Ясенево, были стерты с лица земли в начале XVII в. во время событий Смутного времени. Поэтому ни одна древняя подмосковная усадьба полностью не сохранилась, лишь от некоторых из них уцелели каменные церкви.

    Для усадеб, созданных или обустроенных после Смутного времени, таких как Виноградово, Черемушки, Знаменское-Садки, Узкое и др., характерна большая свобода планировки. Продумывая ее, владельцы обычно исходили из собственных чисто утилитарных потребностей, ориентируясь на удобство пользования угодьями. Тогдашние господские дома представляли собой двух-трехэтажные деревянные постройки с затейливыми верхами, наподобие хором Лопухиных в Ясеневе. В приусадебных садах выращивали овощи и фрукты, иногда цветы, лечебные растения, привозные заморские деревья. Пруды обыкновенно имели только утилитарное значение. Их использовали для хозяйственных целей и разведения рыбы. Иногда для рыбы сооружали специальные садки, что нашло отражение в топонимике одной из рассмотренных нами усадеб — Знаменское-Садки.
    Русская усадьба в XVIII веке

    Начатые Петром Первым культурные преобразования, ориентировавшие придворное искусство и этикет на западные образцы, сами по себе еще не создавали резкого изменения культурной ситуации, но привели к значительному ускорению давно наметившихся тенденций, касающихся, главным образом, обмирщения искусства и быта, введения в них новых элементов и форм европейской светской культуры. При этом расширение тем художественных заимствований не ограничивалось историко-этнографическими мотивами, столь модными в это время, но открывало возможности новым методам освоения художественного материала - театру, светским музыке и танцу, различным игровым формам, приобщавшим русское общество к культурной истории Европы, - синтезированным в старинной форме культурной жизни, в празднике.

    Новое, светское содержание жизни немедленно отразилось на структуре усадеб, усиливших репрезентативные и праздничные территории, которые, однако, не вытесняли “фаворитов” прежних времен, а сосуществовали с ними. Распространившиеся еще с конца XVII в. загородные резиденции знати, дачи и небольшие охотничьи усадьбы стали некоторым отступлением от официальной регламентации жизни. Старинная форма отдыха от дел и ратных подвигов — охота — была не только излюбленным «увеселением», но и одной из светских обязанностей государей и знатных особ, которые обустраивали свои охотничьи угодья по-прежнему наподобие жилых усадеб с небольшим набором хозяйственных служб, не отличавшихся каким-либо особенным художественным оформлением. Дополненные всевозможными затеями, отражавшими новые интересы и запросы общества, они совершенно преобразились, став в типологическом отношении предшественниками знаменитых «увеселительных» усадеб XVIII века, которые развились в зрелые архитектурные и ритуальные формы праздничной культуры. В силу того, что в иерархии представительности загородные усадьбы были второстепенны, в них допускалось больше вольности и свободы применения новшеств. Именно они стали той культурной лабораторией, в которой совершенствовались новые формы жизни.

    Культурное пространство специализированных увеселительных усадеб, великое множество которых в свое время было рассеяно в пригородах обеих столиц, характерное богатством и разнообразием художественных элементов и форм и полным, казалось бы, отсутствием или маскировкой хозяйственных служб, ставит их в исключительное положение территории парадно-праздничного содержания. Здесь было создано некое условное, выделенное из жилой функциональной зоны пространство чистого «эстетического» свойства, в котором роль «прекрасного» с блеском выполнялась в соответствии с правилами театрализованного распорядка. В общем русле магистрального развития ис кусства и достижений передовой архитектурной мысли, строящей свою линию эстетической просветительской программы, усадебное строительство отразило реальное течение времени в развитии общества, постепенно обучающегося взглядам и приемам нового искусства.

    Европейская эстетика стиля барокко сказалась на усадебной культуре начиная с петровского времени. Тогда по образцам западноевропейских регулярных (т.е. французских) садов владельцы стали создавать усадебные парки правильного геометрического характера. К середине XVIII века планировка усадеб приобрела более строгое осевое построение и симметрию отдельных частей. Ее образцом в определенной степени является Ясенево, где при Лопухиных был сооружен господский дом с парными флигелями. Усложняется и регулярная планировка парков, которые украшаются различными павильонами и беседками, мостами, памятниками, скульптурой и т.п., как это было сделано графами Шереметевыми в Кускове. Вид парковых павильонов приобретают даже храмы, например церкви в Знаменском-Садках (не сохранилась) и Черемушках.

    Вторая половина XVIII в. — самый значимый период обустройства подмосковных усадеб. После указа Императрицы Екатерины II о вольности дворянства, усадьба нового типа широко входит в быт. Европейская эстетика, проникнув в Россию, существенно трансформировалась, вобрав в себя русские национальные черты. В 1762 г. император Петр III освободил дворянское сословие от обязательного несения службы. После этого в ближайших окрестностях Москвы появилось значительное число крупных усадебных комплексов. Большинство из них, в том числе Братцево, Васильевское (Мамонова дача), Знаменское-Садки, Кунцево, Люблино, Нескучное, Останкино, Очаково, Покровское-Стрешнево, Троекурово, Узкое, Черемушки, были сооружены в соответствии с вошедшим в моду стилем классицизма. Лишь в архитектуре относительно небольшой части усадеб — Михалкова, ансамбля парадного въезда в Воронцове, хозяйственного комплекса (экономии) в Черемушках и т.п. — использованы формы псевдоготики, образцами которой были известные императорские резиденции: Петровский дворец и Царицыно. Старые регулярные парки постепенно уступили место пейзажным, мода на которые пришла из Англии. Иногда, как в Кузьминках, пейзажный и регулярный парки существовали параллельно.
    Русские усадебные ансамбли в XIX веке

    После Отечественной войны 1812 г. новые усадьбы в пострадавшей от военных действий Московской губернии стали возводить существенно реже, в основном ограничиваясь приведением в порядок уже существующих. Одной из немногих усадеб, в которых размах строительных работ остался прежним, были Кузьминки. Большинство зданий там выполнено в традициях ампира — последнего, яркого периода классицизма. К середине XIX века, по мере развития в России капиталистических отношений, объемы строительства, ведущегося в усадьбах, еще более сократились. По сути, все работы сводились к замене или сооружению отдельных построек, дополнявших прежние усадебные комплексы, наподобие господского дома в Алтуфьеве, конного и скотного дворов в Знаменском-Садках, отдельных построек в Узком и т.п. Нужно отметить, что уже к тому времени многие подмосковные усадьбы сменили своих владельцев. Тяжкие потери понесла усадьба после реформы 1861 года. Реформа, освободившая крестьян от зависимости, подорвала экономическую основу дворянского усадебного хозяйства, направив развитие сельского хозяйства по капиталистическим рельсам. Долгие десятилетия страна шла к этому моменту, неотвратимость такой реформы понимали многие. В результате крестьянской реформы сельское хозяйство превратилось в коммерческое и техническое предприятие, потребовавшее оборотного капитала, серьезного труда и специальных знаний. При таких условиях часть дворянства нашла выгодным заниматься более прибыльными предприятиями, ликвидировав свои имения с усадьбами из-за невозможности справиться с новыми условиями экономического быта. Это обусловило гибель, частичные утраты или реконструкцию многих усадебных комплексов, таких как Алтуфьево, Воронцово, Михалково и многих другие. Процесс смены владельцев приобрел повсеместный характер по сравнению с дореформенным временем. В отличие от него новыми хозяевами усадеб оказались не только дворяне и купцы, а выходцы из самых разнообразных общественных слоев: крестьяне, духовенство, почетные граждане, заводчики и фабриканты, различного рода предприниматели, крупные капиталисты. Именно последним принадлежали наиболее значительные усадебные ансамбли, возникшие или капитально реконструированные в пореформенную эпоху, такие как Виноградово и Черемушки.
    XX век в истории русской усадьбы

    Вступление России в Первую мировую войну в 1914 г. ознаменовалось в том числе очередным и последним для него кризисом усадебного хозяйства. Многие служащие в усадьбах и имениях, как и соседние крестьяне, были мобилизованы, что привело к постоянной и невосполнимой нехватке рабочих рук, хотя правительство с 1915 г. пыталось заменить мобилизованных работников военнопленными. То же самое можно сказать и о привлечении к сельскохозяйственным работам учащихся московских средних учебных заведений. Отрицательно сказалось на состоянии усадеб их превращение в госпитали и лазареты (Кузьминки, Черемушки и др.). Неудачи первого периода войны и патриотическая истерия привели к появившемуся в 1915 г. указу Николая II о ликвидации немецкого землевладения в России и национализации земель и усадеб у лиц, формально сохранявших немецкое подданство. Таким образом, невольно была создана модель более поздних событий. Во время Гражданской войны ценности, хранящиеся в усадьбах, были вывезены в Москву, многие усадьбы уничтожены, а в тех, что уцелели, обосновались различные учреждения: дома отдыха, санатории, больницы, школы, колхозы и совхозы и т.п.; ближайшие к городу усадьбы оказались в ведении разного рода научно-исследовательских институтов. Деятельность подавляющего большинства новых владельцев привела к систематическим искажениям облика и утратам многих фрагментов усадебных ансамблей, разрушению и полной гибели части из них. То, что сохранилось и дошло до наших дней, — лишь малая часть некогда огромного усадебного наследия.

    Революция 1917 г. уничтожила не только институт частной собственности, но и феномен частной жизни, заменив ее на жизнь общественную. Усадьбы в лучшем случае превратились в дома отдыха, санатории, дома культуры и пансионаты, школы, больницы и иные медицинские и социальные учреждения, но значительная их часть была просто безвозвратно утрачена. После 1991 года большинство таких усадеб в прямом смысле оказалась беспризорной - медицинские и социальные учреждения ликвидировались, государство перестало выделять средства на их реставрацию и ремонт.

    § 2. Усадьба как целостный культурный организм


    Структура и элементы усадебных комплексов

    Особенность русской усадьбы состояла в ее многопрофильности: она представляла собой социально-административный, хозяйственно-экономический, архитектурно-парковый и культурный центр.

    Русская дворянская усадьба представляла собой особый мир, обустроенный в соответствии со вкусами и возможностями владельцев. Сотни разбросанных по стране дворянских усадеб были в некотором смысле островками европейской культуры в российской глубинке. В провинциальных усадьбах можно было увидеть постройки известных зодчих, сады с экзотическими растениями, предметы мебели, изобразительного и прикладного искусства, работы знаменитых столичных и зарубежных мастеров. А рядом с ними существовали творения местных архитекторов, столяров, живописцев, уступающие в чистоте стиля, но нередко исполненные своеобразной выразительности.

    Дворянские усадьбы были не только «гнездами», где вызревали отечественные таланты, они были «опорой», «корневой системой» российской культуры вообще. Столичное университетское образование, постоянное общение с лучшими умами Европы не дали бы того поразительного эффекта, если бы не атмосфера особой духовности, в которой нерасторжимо слилась музыка, живопись и поэзия с народным искусством, самобытная архитектура поместий — с их старинными библиотеками и домашними театрами. Усадьба конца XVIII — начала XIX века — это украшение блестящего периода отечественной культуры, получившего название «Русское Просвещение».

    Исследование усадьбы как культурного и художественного целого необходимо для понимания системы связей между отдельными видами и жанрами искусства этого времени, которые развивались в рамках усадебной культуры и принципиально отличались в своих проявлениях от по добных произведений других типов культур — городской, церковной или традиционной крестьянской. Каждая из этих культур явилась порождением определенного уклада жизни, системы ценностей и мировоззрения, со своими специфическими законами и формами построения художественного пространства. Универсальная форма усадьбы впитала в себя представление поколений о мироздании, их опыт построения культурной “вселенной”, основанный на простейшем методе собирания элементов развивающегося мира в единое структурное образование, составившее современную ей модель культурного пространства. Многофункциональный мир усадьбы складывался постепенно, совершенствовался, трансформировался, но сохранял свою целостность, основанную на взаимозависимости его элементов. Будучи самодостаточным хозяйственным и культурным организмом, обособленный мир усадьбы представлял собой как бы начальную структурную единицу, ячейку культурного мира русского средневековья. За видимым разнообразием художественных форм и прихотливостью композиционных решений прочитывались определенный иерархический порядок, структурированность замкнутого на себя усадебного пространства. Исторически сложившиеся структурные элементы усадьбы, обеспечивающие единство всего комплекса, содержали в себе все существующие элементы структуры современного ей культурного мира: весь цикл жизни, проходящей внутри усадьбы, поддерживался ее внутренним пространством бытия, в котором предусматривались места проведения хозяйственных работ и праздников, культовых богослужений и по вседневного обихода, парадных пространств и парковых перспектив. Типичный интерьер эпохи — барский дом, в котором «мужской кабинет», «гостиная», «женский кабинет», «театр», «портретная», «столовая», «спальня». Обязательный атрибут - домовая церковь. Усадьба немыслима без вековых парков, каскадных прудов с карасями, без хозяйственных флигелей, конюшен и псарен.

    Расширение усадебных территорий за счет введения в них все новых культурных форм не разрушало общей структуры усадьбы, состоящей из обязательных для своего времени элементов. Формирование нового художественного образа не отменяло строгой разграниченности пространств разного назначения, при которой каждая структурная единица приобретала соответствующие ее функциям типологическое и смысловое наполнение. Это сохраняло в усадебной структуре принципы и связи старой средневековой системы. Преимущественное выделение какого-то одного из элементов усадебной структуры и соответствующей ей территории становилось основным типологическим признаком функцио нального различия усадеб и свидетельством культурных перемен.

    Воссоздание казалось бы безвозвратно утраченной системы логических связей отдельных элементов в общей структуре усадебного организма, передающих сложившийся порядок миропонимания, в котором нет места случайностям, все еще остается важнейшей задачей. Разлагая «поэтический» образ усадьбы на структуры и элементы, мы стремимся к пониманию типологического деления усадеб по функциональному признаку, что позволило бы нам приблизиться к логике и потребностям того или иного времени, выявить присущие ему механизмы культурного развития.

    Все эти структуры и механизмы — лишь способ понять, как культура строит свою ткань, ибо привычный анализ, пытающийся уместить художественную форму в «прокрустово ложе» стилистической атрибуции, оказывается бессилен там, где мотивом развития выступают подражание и игра. Усадебные игры XVIII в. — карусельные турниры, эрмитажные куртуазные постановки, бальные танцы с их особой символикой, придворная охота, театр, путешествия, литература, зани мательные и познавательные зрелища, воспитывавшие в игре и вкус и манеры, — определили время, когда складывалась светская культура. Именно праздники создали культуру светскую, десакрализованную. Многочисленные культурные заимствования изменили характер самих игр, их тематику, формы и в конечном итоге изменили само общество, обучив его через игру тем разработанным приемам и формам культуры, которые сама Европа осваивала веками. Каждая усадьба включала в себя все необходимые для полноценной жизни структурные элементы — репрезентативные и сакральные, бытовые и хозяйственные, рекреационные и игровые, отражавшие потребности Нового времени.

    В жилых хозяйственных усадьбах XVIII века, где преобладали интересы домашней экономии, все же непременно существовала «парадная половина», под которую в доме отводились лучшие помещения, а скудные представления о Версале в конце концов укладывались в пределы цветочного палисадника и садовой беседки на возвышенном месте. Зато старинные формы усадебного хозяйства были пред ставлены очень широко — фруктовые и ягодные сады, пруды, богатые рыбой, мельницы, охотничьи «зверинцы», конюшенные дворы и псарни, к которым чуть позднее стали примерять различные архитектурные наряды в экзотическом вкусе.

    Храм, занимавший центральное положение в средневековой композиции типа «государева двора», с XVIII века отступает на второе место после главного дома, подчиняясь ему в композиционном и художественном отношении, и ради удобства даже включается в сложную структуру здания. В усадебных комплексах XVIII века многое говорило об отступлении культовой культуры перед явным предпочтением, которое стали оказывать светской направленности и постепенно все подчинять ее диктату. Это сказалось не только в подчиненном, второстепенном композиционном положении храмов по отношению к главному дому усадьбы, но и в усложнении пространственной и цветовой структуры храмовой декорации, обилии позолоты, богатого резного убора в украшении интерьеров и частом внешнем сходстве их с нарядными парковыми павильонами, которые в свою очередь получили роль значащих элементов в усадьбах XVIII века.

    Парадные представительства императорских загородных резиденций XVIII века свидетельствовали о значительных усилиях, прилагаемых к формированию нового художественного пространства, выстроенного по западноевропейскому образцу. Пышное великолепие живописных барочных дворцов, строгая геометрия регулярных партеров и малые садовые павильоны в театральных «кулисах» стриженых зеленых боскетов оживлялись прихотливой игрой потешных огней и фонтанов, пестрыми красками костюмированных маскарадов и звуками старинной роговой музыки. Посильные подражания им, затеваемые придворным кругом на дачах, расположенных вдоль Петергофской дороги, или в родовых поместьях, поддерживали все новые художественные увлечения и увеселения императорского двора, разнося новую моду по своим «углам». Все художественные затеи культурные новшества XVIII века, внедряемые в жизнь русского общества, заполнили усадебные пространства, изменив их до неузнаваемости. Усадебный дом по желанию дельца мог принять любой вид - фантастического замка или целого городка, роскошной итальянской виллы или образцового английского поместья, оставаясь по сути удобной русской усадьбой с необходимым набором хозяйственных служб и покойным жильем, окруженным привольными садами. Любое начинание выражалось прямо в форме усадьбы - будь это модный городской дом Меньшикова на Васильевском острове или выстроенная с размахом парадная загородная резиденция Петра Великого в Петергофе, елизаветинский увеселительный сад в Царском Селе или театрализованная феерия подмосковного Кускова, утопический град в Царицыне или Александрова дача — «грандиозная, вынесенная на волю иллюстрация к сказке о царевиче Хлоре, сочиненной Екатериной II для внука, создание нарядное и бутафорское, с главным домом, храмами, беседками, садами», — все это сохраняло структуру и облик жилой усадьбы, менялись только масштаб и художественные пристрастия. Оживающие только по праздникам усадебные территории парадно-праздничного назначения обычно бездействовали, время останавливалось в них как в зачарованном мире. Во время же календарных, государственных и прочих праздничных торжеств здесь царил ритуал — условное, расписанное по канону и иерархии жанров действие. Оно строилось по той же схеме, что и представления средневекового религиозного действа, и включало в свою программу своеобразные интермедии с элементами народного праздника, где смеховая культура регулировала равновесие, удовлетворяя разнообразные вкусы общества. Трансформация пространственной зоны торжественных светских церемоний в зону праздника была закреплена введением Петром Первым в регулярную, классическую планировку садов Петербурга и Петергофа потешных затей, свидетельствовавших об архаизмах культурного мышления и о формировании новой потребности в праздничном пространстве не сезонного, а постоянного характера.

    Парковые павильоны органично входили в художественную систему усадьбы, становясь как бы естественным тематическим продолжением интерьеров дома, служили дополнительными художественными образами в общем контексте усадебного пространства. Их кажущаяся монументальность сводилась на нет, «игрушечными» размерами, снимая серьезность и обнаруживая условный, игровой характер этих декоративных построек. Они были порождением игры и жили по ее законам. Напротив, парадный фасад главного дома усадьбы определял общественную, социальную значимость художественного пространства, открытого к въезду в усадьбу или обращенного к городской улице, если усадьба входила в городскую черту. Садовый фасад, как правило, имел более мягкие формы художественного образа, сливающегося с парковым окружением.

    Художественный образ интерьеров усадебного дома соответствовал общему функциональному делению территории на собственно парадную часть, несущую сакральную нагрузку, и праздничную. Причем интерьер, понимаемый нами как внутреннее архитектурное пространство, не замыкался на самом себе, являясь непосредственным смысловым и художественным продолжением окружающих его территорий. Служебное и хозяйственное, равно как и будничное пространства не входили в эстетическую программу художественного решения усадьбы. Связь же основных пространственных функциональных зон обеспечивалась светским ритуалом, соединяющим отдельные помещения и парковые пространства тождеством образного соответствия и семантическим единством.

    Типология усадебного пространства строилась с учетом основной предназначенности архитектурно-парковых ансамблей, выделения для достижения своей задачи наиболее значимых пространств художественными средствами. Структура и художественный образ хранят в себе отголоски культурных напластований, которые частично трансформировались, приспосабливаясь к требованиям нового века, но не ушли из художественной практики. Их использование, не всегда осознаваемое, было данью традиции. Изучение усадьбы в ее структурных подразделениях, развивающих основные идеи и понятия своего времени, позволяет взглянуть на отдельные формы и общее назначение ансамблей с точки зрения той системы, в которую они были вписаны, того семантического пространства, частью которого они являлись.

    Будни и праздники составляли повседневность обитателей усадеб. Для одних приемы гостей, например, были обязательным торжественным и формальным ритуалом, для других - формой дружеского и творческого общения. Рождение стихов Ф.И. Тютчева или музыки М.И. Глинки, прием императрицы в усадьбе князей Козловских, сельский праздник в усадьбе Самариных или пение в церковном хоре А.В. Суворова представляются одинаково важными для характеристики усадебного образа жизни.

    Одним словом, в усадьбе как бы спроецирована вся жизнь. Прав был поэт И.В. Долгоруков, заметив на примере подмосковной усадьбы Лопухиных Савинское, что в усадьбе хозяева умели «на десятине снять экстракт вселенной всей». Всегда преломлявшаяся в личных вкусах, усадебная культура несла, таким образом, в себе общие и особенные черты. Своим полифонизмом она обогащала на протяжении веков русскую культуру.

    Мир усадьбы – это целый мир, это судьбы людей, семей, иногда нескольких поколений. Понять характер усадьбы - значит узнать, каков ее хозяин. Возникнув как жилой и хозяйственный комплекс вотчинника, она постепенно превращалась в культурный центр, в котором синтезировались традиции семьи и рода, культура дворянская и крестьянская, культура города и провинции, культура России и Запада.

    «Есть милая страна» - эта строка поэта Е.А. Баратынского обращена к его подмосковной усадьбе Мураново, которой он не просто владел, но которую обустроил по своим планам и вкусу, где он творил, где растил и воспитывал детей. Система домашнего образования в дворянских семьях закладывала основы традиций семьи и рода, уважения и гордости памятью предков, фамильными реликвиями.

    Усадьба оставалась на всю жизнь любимым местом досуга и творческого труда, «приютом спокойствия, трудов и вдохновенья», по признанию А.С. Пушкина. Почти в каждой усадьбе девять прекрасных муз находили своих поклонников. Это были поэты, писатели, музыканты, архитекторы, художники, ученые. Среди них и профессионалы и любители. Усадьба открывала огромные возможности для проявления личных вкусов владельцев, которые выражались в обустройстве усадебного дома, в разбивке садов и парков, в создании художественных, научных и иных коллекций, в собирании фамильных архивов и библиотек.

    Дворянская усадьба была неразрывно связана с окружающим ее крестьянским миром. Показателен широкий спектр взаимоотношений владельцев усадьбы с крестьянами, и разные формы хозяйствования в усадьбах.

    Что же представляет собой русская усадьба сегодня? Пусть призрачную, но реальность, или уже — миф, иллюстрированную сказку о прошлом. В газетной, журнальной и телевизионной публицистике, гуманитарных науках — искусствоведении, литературоведении, музееведении усадьба как феномен русской культуры XVIII — начала XX веков в последние годы занимает все большее место. По-видимому, это важный знак современной культурной жизни, очень медленно, но неуклонно возвращающейся к осмыслению происшедших за столетие потерь. Родовое имение с портретной библиотекой, семейными альбомами, парком и садом, храмом и фамильным некрополем — это, собственно, и жилище усадебных муз — музыки, поэзии, живописи, графики, прикладного искусства (вышивания, бисерного шитья, флористики и т.д.), и колыбель великой русской литературы и философской мысли, и источник художественного вдохновения, и пространство для проявления личностного начала и творческой свободы владельцев или их гостей.

    Трудно подобрать какой-то другой организующий элемент русской жизни и культуры более точно соответствовавший национальным традициям и веками складывавшемуся жизненному укладу, более слитный с миропониманием наших соотечественников. Эти качества сделали усадьбу своеобразной константой русского быта. Вглубь средневековья уходят ее корни как простейшей ячейки любого городского или сельского поселения. Усадебный бум второй половины XVIII — начала XIX века, соединивший многовековой опыт развития с западноевропейскими художественными новациями и, по сути, сделавший усадьбу многосоставным произведением искусства, проявил ее облик, соответствовавший устойчивым ценностям национальной психологии.

    § 3. Перспективы развития усадебных комплексов


    Несмотря на революционные перемены последних десятилетий, проблема сохранения усадебных памятников в нашей стране остается нерешенной. Это касается всех ее аспектов — будь то выявление, обследование, изучение памятников или даже публикация документов и издание литературы. Не может не внушать тревоги и состояние большинства усадеб — некоторые из них подверглись серьезным разрушениям в самое последнее время. Очень медленными темпами идут реставрационные работы господского дома в Люблине, о реставрации других усадеб пока остается только мечтать. Ряд объектов, среди которых огромный деревянный господский дом (дом Р.В. Германа) в Виноградове, конный двор в Знаменском-Садках, скотный двор в Кузьминках, кузницы в Кузьминках и Узком и др., по сути, брошены на произвол времени и судьбы и до сих пор находятся в аварийном состоянии; комплекс театральных зданий в Люблине искажен варварской реконструкцией. Крайне запущены все без исключения усадебные парки, за которыми нет правильного ухода. За время, прошедшее с 1917 г., они частично были вырублены, затем одичали и разрослись, превратившись в лесные массивы, сохранившие лишь отдельные элементы прежних парков: некоторые аллеи и дорожки, крупные старые деревья и т.п. Как правило, от прежних насаждений осталось немного — почти везде меньше десяти процентов.

    Вновь возросший в наши дни общественный и научный интерес к судьбам сохранившихся усадебных ансамблей, к выяснению места и роли усадебной культуры, в том числе дворянской, вызывает необходимость расширить диапазон и формы исследований по истории русской усадьбы. Институт российской истории Российской академии наук начал изучение процессов формирования и эволюции усадьбы начиная с XIV в.

    В настоящее время актуализировался интерес к усадьбе не только как к памятнику истории и культуры. Само явление «усадебной культуры» постепенно становится реальностью современной жизни. Возвращены из небытия Покровское-Глебово, Середниково, Михалково, Знаменское-Раек, усадьба купцов Плешановых в Ростове Великом, усадьба Белюстина в Калязине.

    Усадьбы имеют будущее не только как загородное жилье, но и как туристические достопримечательности. Тенденция развития рынка загородной недвижимости подтверждает изменения в психологии и восприятии элитой загородного дома: большее внимание стало уделяться размеру территорий и ее ландшафтному обустройству, выбору архитектурного стиля и гармоничному сочетанию построек с окружающей природой. В этом смысле сохранившиеся исторические архитектурно-парковые ансамбли — прекрасные образцы национальной традиции загородного строительства и ландшафтного обустройства.

    Роскошные дворцовые ансамбли, замки, загородные резиденции в Англии, Франции, Италии, Германии и других странах Европы также являются памятниками истории и культуры, но большинство из них, в отличие от русских усадеб, находится в частной собственности. Хозяин, который восстанавливает памятник на свои средства, должен следовать жесточайшим правилам: даже камень использовать именно тот, который был когда-то. Например, все владельцы английских замков входят в ассоциацию, которая вырабатывает общие подходы к реставрации и содержанию этих памятников, через управляющую компанию находит варианты их использования. Вот и у нас необходимо создать что-то подобное - тогда людей, желающих инвестировать в усадьбы, станет больше. Влияние государства на эти объекты наследия ограничивается надзором за сохранностью и обеспечением режима доступности. Причем и в том, и в другом заинтересован, прежде всего, сам владелец, как в источниках средств на содержание его же имущества. Зачастую именно он выступает инициатором включения принадлежащего ему замка или виллы в государственный кадастр памятников, а государственные службы, прежде чем дать ответ, рассчитывают, выгодно ли это государству.

    В европейских странах сегодня очень популярна практика ретроспективных реконструкций, позволяющих посетителям таких мест почувствовать себя в атмосфере прошлого. В настоящее время это одно из самых перспективных направлений в развитии туристического бизнеса, индустрии развлечений, образовательных программ. Статистические данные свидетельствуют о том, что проекты такого плана очень перспективны для малого и среднего бизнеса — в области торговли, общественного питания, туризма. И в этом смысле усадьбы имеют будущее не только как загородное жилье, но и как туристические достопримечательности.

    Российская деловая элита — достаточно молодой и формирующийся общественный слой, его представления о стиле жизни складываются попутно с созданием и укреплением материального положения. Все большую ценность приобретает для него понятие семьи, фамилии и «родового гнезда», формируется потребность иметь свою историю, свой дом, причем не только как место проживания, но и как некое знаковое понятие. Последнее особенно важно, так как до сих пор перед большинством наиболее состоятельных людей стоит вопрос о том, что избрать местом жизни своей семьи — Россию или зарубежье. В отношении усадеб это решение принципиально важно, так как уровень вложений в реставрацию сохранившихся загородных памятников истории и культуры и окружающих их ландшафтов превосходит затраты на строительство новой загородной недвижимости. Выбор в качестве места для жизни исторической усадьбы — это следующий этап понимания элитарности, высокого качества жизни. Стать наследником имения облеченного некой исторической аурой, традициями, легендами, ощутить себя правопреемником стабильного, традиционного уклада жизни - это не только особая эстетика, но и способ капитализации своих достижений в будущий жизненный успех своих детей.

    Русская усадьба — важнейший элемент культуры России прошлых столетий. Обладающая способностью расшифровывать предметную семиотику прошлого, русская усадьба может оказаться чрезвычайно важным элементом современной культуры. Усадьба-музей предоставляет русскому обществу возможность распознавать действительное прошлое, а не представлять нашу культуру в иллюзорном плане.
    1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   19


    написать администратору сайта