человек и ноосфера. Никита Николаевич МоисеевЧеловек и ноосфера
![]()
|
Учение о ноосфере Несмотря на появление представлений о единстве Приро- ды и Человека и их взаимообусловленности, мир неживой материи и живого вещества и мир Человека и общества, им созданного, в XIX веке еще не были взаимосвязанными в сознании ученых. Научные дисциплины в этих трех сферах жили еще долгое время самостоятельной жизнью. А эмпи- рического материала было недостаточно, чтобы воспроизве- сти единую цельную картину мира. Таким связующим зве- ном оказалось учение о ноосфере, которое начало формиро- ваться В. И. Вернадским в начале нынешнего столетия. Но путь к нему был далеко не прост и потребовал объединения огромного эмпирического материала. В. И. Вернадский родился в 1863 году и после оконча- ния университета занялся минералогией и геохимией, нау- кой, которая делала тогда свои первые шаги. Занятия геохи- мией и изучение эволюции земной коры привели его к про- блемам изучения роли живого вещества в эволюции земной оболочки и биосферы. Он был, вероятно, первым (или од- ним из первых), кто понял, что весь лик Земли, ее ландшаф- ты, химизм океана, структура атмосферы – все это порожде- ние жизни. К 1900 году В. Вернадским был подытожен мно- голетний опыт исследований. В результате возникла новая научная дисциплина – биогеохимия. В книге с таким же на- званием он развернул широкую программу эволюции био- сферы с момента ее возникновения и до настоящего време- ни. В основе этой картины развития Земли как космическо- го тела необходима была некоторая изначальная гипотеза, фиксирующая факт становления жизни на нашей планете. В. Вернадский не занимался специально проблемой возник- новения жизни, ограничиваясь констатацией факта, который он называл эмпирическим обобщением: жизнь на Земле воз- никла – это эмпирический факт. Его он и взял за основу сво- ей реконструкции. Более того, В. Вернадский полагал, что жизнь на Земле имеет достаточно древнее происхождение. Сегодня это предположение имеет разнообразные под- тверждения. Но главное из них – это обнаружение следов жизни на Земле, которая существовала 3,5–3,8 миллиарда лет тому назад. Другими словами, возникновение Земли как космического тела, происшедшее около 4–4,5 миллиарда лет тому назад, и появление на ней жизни произошли по косми- ческим масштабам почти одновременно. Этот факт переоце- нить невозможно! В. Вернадский полагал жизнь космическим явлением. На этом основании его иногда считают сторонником гипотезы панспермии С. Аррениуса, тем более что он состоял с ним в переписке. Это утверждение ошибочно. Из всего учения Вернадского следует, что феномен жизни, возникновение живого вещества он считал естественным этапом развития материи. «Жизнь… – писал В. Вернадский, – является не случайным явлением в мировой эволюции, но тесно с ним связанным следствием» (см.: Вернадский В. И. Живое веще- ство. М., 1978, с. 46). Гипотеза о том, что жизнь явление космическое, имеет очевидное подтверждение: жизнь существует на космиче- ском теле – планете Земля. Как мне представляется, В. Вер- надский был первым из ученых-естественников, который по- нял космическое, может быть, даже космогоническое зна- чение факта возникновения жизни на Земле и начал систе- матическое исследование ее влияния на развитие планеты, представляя жизнь «буфером» между космосом и «косным», то есть неживым веществом Земли, буфером, способным ис- пользовать космическую энергию для преобразования пла- нетарного вещества. Таким образом жизнь становится ката- лизатором процесса развития! Он не ставил вопроса о том, каким образом на Земле возникла жизнь. Механизм пан- спермии мог быть лишь одной из возможных причин ее по- явления. Сегодня подобные воззрения о возникновении живого ве- щества как естественного этапа мирового космического эво- люционного процесса имеют многочисленные подтвержде- ния. В этой связи мне представляется чрезвычайно важны- ми, имеющими фундаментальное значение для нашего по- нимания общей картины развития новые данные об. эволю- ции биологических макромолекул. Особую роль в изучении этой эволюции сыграли работы М. Эйгена. Мне кажется, что из всего множества фактов предбиологической эволюции, которые были установлены за последние годы, важнейшим следует считать демонстрацию возможности возникновения уже на уровне биологических макромолекул явления реду- пликации, то есть размножения и метаболизма, и дать на- глядные интерпретации этих явлений. В последние годы все большее внимание в теории само- организации сложных систем привлекают проблемы само- воспроизведения без изменения организации системы. Та- кое явление получило название аутопоэза. И, по-видимо- му, только М. Эйгену удалось построить удовлетворитель- ную математическую модель аутопоэтической системы, от- ражающую реальный процесс биологических макромолекул (см.: Эй ген М. Эволюция макромолекул. М, 1974). Но вернемся снова к В. Вернадскому. Отправляясь от то- го факта, что жизнь так или иначе на Земле возникла, он, по существу, в своей «Биогеохимии» сумел изложить историю развития биосферы и всей внешней оболочки Земли, точнее, дать реконструкцию этого процесса. Пленка жизни, возник- шая на поверхности планеты, многократно ускоряла все про- цессы ее эволюции за счет способности поглощать и утили- зировать энергию космоса, и прежде всего Солнца, и транс- формировать с ее помощью земное вещество. Сравнение ро- весниц Земли и Луны наглядно демонстрирует эффектив- ность живого вещества как катализатора мирового процесса развития. Таким образом, по Вернадскому, наша планета и космос представляются ныне как единая система, в которой жизнь, живое вещество связывают в единое целое процессы, проте- кающие на Земле, с процессами космического происхожде- ния. На протяжении всей истории Земли количество живого вещества в биосфере согласно оценкам В. Вернадского было практически постоянным. За счет энергии Солнца возникли так называемые геохимические циклы, или круговорот ве- ществ в природе, в который вовлекались все новые и новые массы первичной материи. Начали возникать толщи осадоч- ных пород, которые преобразовывались затем геологически- ми и геохимическими процессами. Эта грандиозная картина общепланетарного развития включала в себя и появление человека – носителя Разума, который еще раз многократно ускорил все процессы, проте- кающие на планете. Породив Человека, Природа «избрала» еще один могучий катализатор мирового процесса развития. Создание биогеохимии естественно поставило новый во- прос – вопрос о месте Человека в этой картине общеплане- тарного развития. И В. Вернадский дал на него ответ. Уже в первые годы XX века он начал говорить о том, что воздей- ствие Человека на окружающую Природу растет столь быст- ро, что не за горами то время, когда он превратится в основ- ную геологообразующую силу. И, как следствие, он необхо- димо должен будет принять на себя ответственность за буду- щее развитие Природы. Развитие окружающей среды и об- щества сделаются неразрывными. Биосфера перейдет одна- жды в сферу разума – в ноосферу. Произойдет великое объ- единение, в результате которого развитие планеты сделается направленным – направляемым силой Разума! Заметим, что сам термин «ноосфера» В. Вернадскому не принадлежит. Он возник, по-видимому, в 1924 году на семинаре Бергсона в Париже во время обсуждения докла- да В. Вернадского, в котором он излагал свою концепцию развития биосферы. Его предложил французский исследо- ватель Э. Леруа. Впоследствии он широко использовался П. Тейяр-де-Шарденом. Сам В. Вернадский стал употреб- лять термин «ноосфера» только в последние годы своей жиз- ни. С термином «ноосфера» не все просто: однозначное тол- кование его отсутствует. Широко распространено наиболее простое его толкование – сфера Разума. Так принято назы- вать часть биосферы, которая оказывается под влиянием че- ловека и преобразуется им. Подобная трактовка позволяет говорить, например, о ноосфере времен древних греков, о ноосфере в эпоху средневековья, что и делают некоторые ав- торы, например Л. Н. Гумилев. И переход биосферы в но- осферу, по их мнению, означает всего лишь постепенное «освоение» человеком биосферы. Подобная трактовка этого термина, достаточно широко распространенная среди специалистов-естественников, мне представляется неправомерной, если говорить о ноосфере Вернадского, и противоречащей самому духу его учения. В. Вернадский не раз писал о том, что согласованное с При- родой развитие общества, ответственность и за Природу, и за ее будущее потребуют специальной организации обще- ства, создания специальных структур, которые будут способ- ны обеспечить это совместное согласованное развитие. Зна- чит, ноосфера – это такое состояние биосферы, когда ее раз- витие происходит целенаправленно, когда Разум имеет воз- можность направлять развитие биосферы в интересах Чело- века, его будущего. По этим причинам я считаю более уместным говорить не о ноосфере, а об эпохе ноосферы, когда человек уже смо- жет разумно распоряжаться своим могуществом и обеспе- чить такое взаимоотношение с окружающей средой, которое позволит развиваться и обществу, и Природе. Биосфера существовала до появления на Земле человека, может существовать и без него. Но человек вне биосферы су- ществовать не может – это аксиома. Во всяком случае, в обо- зримом будущем. Значит, выполнение принципа совместно- го развития, обеспечение коэволюции биосферы и общества потребуют от человечества известной регламентации в сво- их действиях, определенных ограничений. Способно ли будет наше общество поставить свое раз- витие в определенные рамки, подчинить его тем или иным условиям «экологического императива»? Ответ на этот во- прос сможет дать только история. Таким образом, переход биосферы в ее новое состояние, которое мы называем теперь ноосферой, то есть вступление человечества в новую эру своего развития, в эпоху ноосфе- ры, обеспечение коэволюции человека и биосферы не могут произойти автоматически. Это будет мучительный и небыст- рый процесс выработки новых принципов согласования сво- их действий и нового поведения людей. Другими словами, новой нравственности. Это означает, что переход в эпоху но- осферы потребует коренной перестройки всего нашего бы- тия, смену стандартов и идеалов. В последующих главах книги я вернусь к этой проблеме. По существу, она является центральной проблемой, стоящей сегодня перед человечеством: как должно быть организова- но общество, чтобы обеспечить коэволюцию биосферы и Че- ловека, обеспечить дальнейшее развитие цивилизации. Про- блема войны, проблема выживания – это ее составляющие. О единой картине мира Учение Вернадского о ноосфере оказалось тем заверша- ющим звеном, которое, объединив эволюцию живого веще- ства с миром неживой материи и перекинув мост к совре- менным проблемам развития общества, подвело нас и к но- вому видению процессов, в нем происходящих. Сейчас бла- годаря этому мы имеем возможность представить себе об- щую схему единого процесса развития материального мира. В. Вернадский начинал свою реконструкцию единого про- цесса развития земной оболочки с момента, который отсто- ит от сегодняшнего на 4,5 миллиарда лет. Говоря сегодня об этой реконструкции, мы можем опираться на открытия по- следних десятилетий в астрофизике, что позволит нам сдви- нуть начало отсчета еще на полтора-два десятка миллиардов лет. И тот процесс, который изучал В. Вернадский, сейчас мы имеем возможность рассматривать лишь как фрагмент единого процесса развития материального мира. Чтобы получить возможность дать единое синтетическое описание всего процесса самоорганизации материи, то есть эволюции нашей Вселенной, нельзя обойтись по меньшей мере без двух фундаментальных предложений. Во-первых, мы должны постулировать тот факт, что действительно име- ет место синергизм (то есть саморазвитие материи), подчи- ненный действию определенных законов. Ниже я постара- юсь разъяснить тот смысл, который вкладываю в эту гипоте- зу (аксиому, постулат). Во-вторых, необходимо, так же как и в реконструк- ции Вернадского, некоторое предположение о «начале». У В. Вернадского этим началом было эмпирическое обобще- ние: «жизнь на Земле возникла». В общем же случае это мо- жет быть или гипотеза большого взрыва, или нечто ей экви- валентное, утверждающее возникновение Вселенной, то есть момента начала единого процесса развития. Сейчас мы мо- жем отнести эту отметку назад на 1,5×10 10 –2×10 10 лет. Но хотя современные космологические гипотезы и соответству- ющие опытные факты (реликтовые изучения, например) от- крыли горизонты, которые были неведомы во времена Вер- надского, они только расширили то представление о един- стве процесса развития материального мира, которое было исходной отправной точкой его учения о ноосфере. За последние несколько десятилетий был сделан еще ряд эпохальных открытий, позволивших ныне связать многие факты, носившие раньше фрагментарный характер. В ре- зультате перед исследователем разворачивается грандиозная панорама возникновения из хаоса (то есть малоструктиро- ванного, с нашей точки зрения, вещества) все новых и новых образований, взаимосвязанных систем разной временной и пространственной протяженности. Я хочу подчеркнуть, что эти образования никогда не бывают стабильными, устойчи- выми. Они всегда далеки от равновесия, всегда квазиста- бильны и, разрушаясь, снова возвращаются в хаос, давая ма- териал для развития квазистабильиых образований. Употребляя слово «хаос», я оперирую понятием, весьма плохо определенным. В самом деле, что означает плохо- или малоструктуированев среда? По-видимому, только лишь од- но: с нашими средствами познания мы не имеем возможно- сти установить большое количество ее характеристик, кото- рые могли бы отнести к элементам ее организации. Только в этом смысле я и буду употреблять термин «хаос». Общий процесс самоорганизации напоминает чем-то раз- витие турбулентного течения в жидкости. Неустановившая- ся турбулентность представляет собой хаотическое движе- ние жидкости. Но в этом хаосе присутствует всегда свое- образный порядок: в нем непрерывно возникают более или менее долгоживущие образования – разнообразные вихри, например, вихревые дожди Кармана. Проследить за всеми деталями движения практически невозможно; даже с помо- щью компьютеров любой гипотетической мощности мы не сможем рассчитать всех деталей этого течения. И обуслов- лено это следующими обстоятельствами: а) принципиальной неустойчивостью (некорректностью) процессов турбулентного движения: два близких начальных состояния могут порождать совершенно различные траекто- рии развития; б) принципиальной стохастичностью – непредсказуемо- стью внешних воздействий. Именно эти два обстоятельства и характеризуют то состо- яние, которое естественно называть хаотичным. Я хотел бы заметить, что подобные обстоятельства свой- ственны не только турбулентным течениям. Они характерны для любых достаточно сложных систем, а тем более для об- щего мирового процесса развития. Указанные обстоятельства и их сочетание порождают, как мы увидим ниже, закон дивергенции, следуя которому про- цессы развития приводят к фантастическому разнообразию различных форм организации материи. Такова природа ве- щей! И еще одно общее свойство развития материального ми- ра, которое все более и более осознается. Эволюция, разви- тие носят направленный характер – происходит непрерыв- ное усложнение организационных форм. Последнее обстоя- тельство, казалось бы, противоречит второму закону термо- динамики, если считать нашу Вселенную замкнутой систе- мой. Сегодня мы еще не можем с достаточной отчетливостью объяснить этот феномен развития, так же как и отсутствие временной симметрии, которые, по-видимому, тесно связа- ны друг с другом. Но мы их можем принять как эмпириче- ский факт или, по терминологии В. Вернадского, считать их «эмпирическим обобщением». На определенной стадии мирового процесса «турбулент- кого» развития Вселенной в ней возникает жизнь. Это еще одно эмпирическое обобщение: жизнь существует, во вся- ком случае на Земле, где она однажды появилась. Этот факт отвечает представлению В. Вернадского о космическом ха- рактере жизни. Следует думать, что жизнь «земного типа» возникла именно на Земле, а не была на нее занесена извне. Для тако- го утверждения есть целый ряд аргументов. Попробуем пе- речислить некоторые из них. Первый и, может быть, важнейший аргумент в пользу гипотезы о земном происхождении жизни на нашей пла- нете дает нам изучение оптических свойств живого веще- ства. Оказывается, что в отличие от неживого вещества жи- вое, или продукты его жизнедеятельности, всегда оптически активно. Это означает, что его молекулы обладают общей асимметрией, определяющей способность живого вещества к поляризации света, который через него проходит. В нежи- вом же веществе молекулы обладают разными свойствами симметрии. В результате их смешения такое вещество рассе- ивает свет и уже не обладает способностью его поляризации. Аминокислоты же, из которых состоят живые организмы, а также вещества, прошедшие сквозь организм, обработанные им или образовавшиеся в результате его распада, всегда об- ладают такой уникальной способностью. Этот факт экспериментальный. Он был открыт еще в про- шлом веке Л. Пастером и П. Кюри и имеет огромное значе- ние для понимания особенностей мирового эволюционного процесса вообще и возникновения жизни в особенности, ее роли в трансформации материи и изменении ее свойств. Представим себе два ряда молекул – оптических изоме- ров – так называемые правые и левые молекулы. Они нераз- личимы по своим физико-химическим свойствам. Чтобы их отличить, необходим специальный инструмент, если угод- но, некоторый фильтр, распознающий особенности их сим- метрии. Таким фильтром служит живое вещество, которое всегда построено из однотипных (как правило, левых) опти- ческих изомеров. Почему же все живое характеризуется та- кой асимметрией – ответа на этот вопрос пока нет! (См. по- дробнее: Кизель В. А. Физические причины диссимметрии живых систем. М., 1986.) Но благодаря этому у нас теперь есть возможность отличать вещество биогенного происхож- дения от вещества неживого. Возникла парадоксальная си- туация: мы не способны ответить на вопрос о том, что же та- кое жизнь, и в то же время мы имеем способ отличить живое от неживого. В распоряжении ученых сейчас уже есть определенное ко- личество вещества космического происхождения. Это ме- теориты, выпавшие на Землю, и лунный грунт (доставлен- ные американскими экспедициями 1968 года и советски- ми автоматическими аппаратами). Его изучение показывает, что в космосе происходят процессы, в результате которых там могут возникать биологические макромолекулы. Это об- стоятельство трудно переоценить. Оно еще раз показывает, что усложнение организации материи и выход ее в предбио- логическую фазу характерны не только для нашей планеты. Такие процессы типичны, по-видимому, для Вселенной в це- лом, то есть для мирового эволюционного процесса. Вместе с тем у нас нет пока ни одного факта, указываю- щего на то, что в космосе, во всяком случае в ближнем кос- мосе, существует вещество биогенного происхождения, ве- щество, обладающее оптической активностью. Пока что весь «космический материал», оказавшийся на Земле, оптически нейтрален. Это и означает, что он не может иметь биогенно- го происхождения. Вот почему предположение о том, что земная жизнь имеет земное происхождение, является наиболее естественным. Но оптическая активность живого вещества и изуче- ние космической материи не исчерпывают доказательства в пользу земного происхождения жизни. Другой аргумент не меньшей значимости – это существование на Земле генети- ческого кода, единого для всего живого. Единый алфавит из четырех букв – четырех нуклеотидов и еще двадцати амино- кислот, – это, вероятно, следствие некоторого процесса есте- ственного отбора, сохранившего на Земле наиболее устой- чивую, наиболее приспособленную к нашим условиям фор- му передачи наследственной памяти – наследственной ин- формации, которая кодируется нуклеиновыми кислотами и обеспечивает «эффективную наследственность». Единство генетического кода очень трудно объяснить, отрицая пред- положение о том, что земная жизнь возникла на Земле и яв- ляется естественным этапом ее эволюции. Еще один аргумент в пользу земного происхождения жиз- ни дают оценки В. Вернадского количества живого вещества. Он считал, что оно на протяжении всей истории земной жиз- ни было практически постоянным. Это утверждение, может быть, и не совсем точно, но тот факт, что жизнь действитель- но, как костер из сухих веток, вспыхнула на Земле и запол- нила за ничтожный отрезок времени, по космическим мас- штабам, все возможные экологические ниши, по-видимому, не вызывает сомнений у палеонтологов. Наконец, современные представления о предбиологиче- ской эволюции никак не противоречат возможности возник- новения жизни на самой планете. Более того, отказ от этого предположения потребовал бы новых, еще труднее проверя- емых гипотез. Примечание. Утверждение того, что жизнь – явление космическое, естественный этап самоорганизации материи, вовсе не означает, что это неизбежная фаза развития ее. Это просто одна из возможностей процесса ее самоорганизации, одна из виртуальных форм развития. Но будет ли подобная форма реализовываться в тех или иных условиях – это уже совсем другой вопрос. На основании всего сказанного я буду в той гипотетиче- ской картине, которую я собираюсь представить читателю, считать возникновение жизни естественным этапом само- развития земной материи. Но надо заметить, что все перечисленные факты, включая замечательные исследования М. Эйгена, нас практически не приблизили к пониманию того, что принято называть фено- меном жизни, а тем более к тому пониманию, которое поз- волило бы нам дать его достаточно полное определение. Но, вероятно, благодаря этому мы начинаем постепенно догады- ваться, что между живым и неживым, вероятно, и не суще- ствует столь резкого рубежа, который предполагался до сих пор. Граница между живым и неживым, наверное, размыта, а многообразие форм самоорганизации материи, может быть, содержит устойчивые образования, которые трудно отнести только к живой или неживой природе. Лишь отойдя доста- точно далеко от этой границы, мы можем с уверенностью го- ворить о том, что заведомо является живым, и тогда фор- мулировать для него знаменитый принцип Пастера – Редди: живое только то, что происходит от живого. Примечание. Отсутствие известных нам форм вещества, которые не могут быть идентифицированы в качестве живого или неживого вещества, допускает объяснение с двух принципиально различных позиций. Если мы примем за гипотезу то, что живое вещество не может возникнуть из неживого, то есть абсолютную справедливость эмпирического принципа Пастера – Реддн для всех уровней организации вещества, то мы должны будем признать либо самостоятельное происхождение живого (так же, как и остальной Вселенной), либо вечность его существования. Если же мы примем схему развития материи, согласно ко- торой жизнь – это естественный этап развития ее организа- ционных форм, то нам остается принять лишь одну гипоте- зу – о неустойчивости переходных форм. Последняя гипотеза кажется мне предпочтительней – она естественна, во всяком случае, для специалистов, занимаю- щихся существенно нелинейными проблемами. В самом де- ле, в природе мы можем наблюдать лишь относительно дол- гоживущие образования (обладающие относительно боль- шой стабильностью), которые являются предметом наших исследований. И хотя не существует решающего опытного материала, который бы подтверждал формулируемую гипо- тезу, я буду принимать именно ее! В этом случае ответ на вопрос о том, что же в конце концов есть живое? – может быть и не столь уж важен. Мне кажется, что более важно по- нимание того, что переход от неживого к живому – это лишь один из этапов единого процесса самоорганизации бесконеч- ного процесса, бесконечного усложнения форм существова- ния материи. Итак, в процессе развития материального мира на одной из планет Солнечной системы – на планете Земля – вспых- нула жизнь. Из бесчисленного количества возможных форм существования материи, заготовленных Природой впрок, то есть форм виртуально допустимых ее законами, реализо- вывалась та, которую мы сегодня называем «живым веще- ством». Другими словами, на этой планете сложились усло- вия, благодаря которым биофизико-химические процессы могли привести эволюцию биологических молекул в такое русло, которое допускает их превращение в «живое веще- ство» – термин, который ввел Вернадский и который полнее раскрывает смысл того, что чаще называется живой матери- ей. Появление на поверхности Земли живого вещества каче- ственно изменило характер ее эволюции. Луна и Земля прак- тически ровесники. Но на поверхности Луны за протекшие три с половиной миллиарда лет не многое изменилось. Разве что кратеров стало больше и большее количество коренных пород превратилось в пыль. Совсем иной оказалась история земной оболочки. Под действием живого вещества, способного использовать энер- гию Солнца, начала изменяться, метаморфизировать внеш- няя оболочка коренных пород. В сочетании с вулканизмом и тектоническими (внутренними) процессами Земли стали образовываться совершенно новые формы горных пород, ко- торых нет на Луне и других близко к ней расположенных космических телах. Граниты, гнейсы, песчаники – это все следствия совместной «работы» земной биогеохимической лаборатории и естественного тектонизма. Вместе с развитием процессов изменения литосферы, ат- мосферы и океана стремительно развивалась сама жизнь, множились и усложнялись ее формы. История нам не сохра- нила остатков тех анаэробных существ, которые, овладев фо- тосинтезом и хемосинтезом, начали перестраивать земную атмосферу и менять химический состав океанов. Тем не ме- нее нынешний состав атмосферы, во всяком случае содер- жание в ней кислорода, установился, по-видимому, на очень ранних стадиях истории Земли. Развитие живого вещества шло все ускоряющимися тем- пами. Огромный шаг в эволюции живого вещества был сде- лан тогда, когда появились эукариоты с их кислородным ды- ханием. Можно назвать и еще целый ряд подобных скачко- образных изменений форм жизни, резко ускоривших как са- мо развитие вещества, так и поверхность планеты в целом. Когда-то на Земле было царство прокариотов. Именно им обязана наша планета своей кислородной атмосферой в первую очередь. И они, по-видимому, практически не знали естественной смерти. Прокариоты могли существовать в со- вершенно немыслимых условиях, которые были три милли- арда лет тому назад на нашей планете: активнейший вулка- низм, интенсивная ультрафиолетовая радиация, не удержи- ваемая озоновым слоем… Они были, по-видимому, самыми приспособленными живыми существами, которые когда-ли- бо жили на планете. Их потомки, например синезеленые во- доросли, и сейчас обладают потрясающей живучестью. Но не им, способным сохранять свой гомеостазис так, как это не могло делать ничто живое, принадлежало будущее. Царство прокариотов однажды было завоевано эукарио- тами. На этот процесс ушло, наверное, не меньше миллиар- да лет. Переход от прокариотов к эукариотам – это гранди- озная перестройка биосферы. С точки зрения биолога, отли- чие этих двух видов микроскопических «элементов жизни» было, наверное, куда большим, чем отличие современного человека от его далекого предка – австралопитека. Эукари- оты были уже смертны в самом обычном смысле слова. Эту цену они заплатили за обретение кислородного дыхания. Но вместе с ним они обрели и во много раз большую, чем у про- кариотов, эффективность использования энергии. Благода- ря этому они оказались способными к более быстрой эволю- ции и «самосовершенствованию». Последнее слово я не случайно взял в кавычки. Природа не знает, что лучше, а что хуже, – идет непрерывный процесс самоорганизации. В результате множатся формы и усложня- ется организационная структура. Но так или иначе царство прокариотов однажды окончилось, и на Земле начали цар- ствовать эукариоты, от которых произошло и все остальное. Итак, еще на заре жизни на Земле выжили не самые ста- бильные. Почему и как – на эти вопросы у нас нет хороших ответов. Но замечу только, что такая ситуация возникала в истории Земли не единожды. Динозавры и млекопитающие появились практически од- новременно. Но многие сотни миллионов лет млекопита- ющие были на нижних этажах жизненной иерархии: цар- ствовали динозавры. Они были прекрасно приспособлены к условиям обитания. Они хорошо переносили климатические и многие другие превратности земной истории. И вдруг за относительно короткий период они исчезли! Совсем и навсе- гда! Передав эстафету власти млекопитающим. Почему, как такое могло произойти? Ученые до сих пор не могут разгадать этой загадки. Выдвигаются различные теории. Их обсуждают, спорят, приводят аргументы и контр- аргументы. Но до сих пор проблема гибели динозавров оста- ется одной из волнующих тайн природы. Еще более яркий пример выдвижения на первый план тех, кто был в тени, дает история антропогенеза. Наши предки – австралопитеки были изгоями своего времени. Их сородичи, лучше приспособленные к жизни в тропическом лесу, вытес- нили австралопитеков. Когда климат сделался более засуш- ливым и площадь тропических лесов сократилась, нашим предкам пришлось встать на ноги, приспособиться к новым условиям жизни в саванне и… стать людьми. Возникновение разума – это столь же загадочная пере- стройка процесса развития материального мира, как и воз- никновение жизни. Это тоже естественный и столь же мас- штабный этап его развития. Мозг человека и мозг животно- го, особенно высших млекопитающих, состоит из одних и тех же нейронов. Но, несмотря на это, наш мозг рождает спо- собность познавать сам себя, видеть себя со стороны, позна- вать окружающий мир, задумываться о тайне своего проис- хождения. Благодаря появлению разума возникает общество. Не об- щественные формы бытия – они существуют и у животных, а общество, совокупность индивидуумов, совокупность лич- ностей, способных к совместному труду, к планомерной де- ятельности, к кооперации, к совместной духовной жизни. История возникновения общества уже давно изучается антропологами и обществоведами. Однако эти исследования обычно проводятся вне связи с общими процессами миро- вого развития. Нам же необходимо встать именно на эту об- щесистемную точку зрения, ибо одна из задач этой книги – постараться увидеть включенность истории человека в исто- рию биосферы. Развитие человеческого общества – это такой же есте- ственный процесс, как формирование галактик или развитие вируса. Нам сегодня важно увидеть то общее, что объединя- ет все компоненты этого единого процесса, и то, что вносит и может внести Разум в мировой эволюционный процесс. В этом я вижу настоятельную необходимость, ибо убежден, что мировой эволюционный процесс находится сегодня на рубе- же такой же коренной перестройки, какая произошла вместе с появлением на Земле жизни, а затем и Разума. Я сделал набросок мирового эволюционного процесса. Если пользоваться современной терминологией, то в этой главе представлен эскиз единого процесса самоорганизации (процесса синергизма), протекающего в нашей Вселенной и на Земле. В рамках этого единого процесса происходят и все современные явления, столь опасные для судеб нашего об- щества. Что является движущей силой этого единого тече- ния мировой эволюции? Оно происходит в берегах, которые называются закона- ми, позволяющими, в частности, понять, что такое равно- весие. Оно является следствием принципиальной неравно- весности, царящей в нашем мире, и факторов, непрерывно разрушающих возникающие равновесные состояния. Теперь нам важно расшифровать хотя бы некоторые особенности тех механизмов, благодаря которым происходит эта самоор- ганизация. Понять роль и возможности Разума, целенаправ- ленно использующего эти механизмы. К обсуждению этих вопросов мы сейчас и приступаем. |