Sensorische Integration im Dialog Улла Кислинг Сенсорная интеграция в диалоге Понять ребенка, распознать проблему, помочь обрести равновесие
![]()
|
1. Слово «стоп» означает, что каждый должен остановиться, чем бы он ни занимался в данный момент. *Rogge J.-U. Kinder brauchen Grenzen. Hamburg: Rowohlt-Verlag, 1995. Правила игры и границы обеспечивают безопасность, уверенность и помогают ориентироваться в пространстве
Многих родителей удивляет, что их маленькие проказники быстро привыкают к соблюдению правил на моих занятиях. Когда наши «проблемные» дети насыщают свои органы чувств, они, хотя бы на короткое время, восстанавливают равновесие и начинают луч иге себя чувствовать в истинном смысле слова. Временно установленные границы помогают им ориентироваться в пространстве и времени. Это вселяет в них уверенность и приносит удовлетворение. Если ребенка, приходящего ко мне на занятия, спрашивают, что он здесь делает, в ответ часто можно услышать: «То, что хочу!» У детей создается впечатление, что они делают то, что хотят. В этом и состоит моя цель. Но для того, чтобы делать что хочешь, нужно сначала выяснить, чего ты хочешь! А это не всегда просто. Кроме того, то, чего хотят эти дети, совпадает с тем, к чему я стремлюсь как терапевт. «Делая то, что им хочется» и соблюдая заранее известные правила, дети, с моей помощью, регулируют сами себя. На первых занятиях, установив правила игры, я снова и снова наблюдаю, как некоторые дети проверяют, остановлюсь ли я и в самом деле, если сказать «стоп». Они испытывают правила, прежде чем довериться им. Дети, уже имевшие негативный опыт общения с терапевтами, используют слово «стоп» как оружие против всесильного взрослого. Они внезапно прерывают самые увлекательные занятия и тут же кричат: «Дальше!» С каким поведением взрослых им приходилось сталкиваться до сих пор? Бывает, что дети с серьезными нарушениями не в состоянии соблюдать, казалось бы, самых простых правил. У них отсутствует доверие и к самим себе, и к другим. В таких случаях требуется большое терпение, мягкость и последовательность, чтобы сформировать основы доверия, улучшая ощущение тела. Путь этот долог и труден и требует непременного участия родителей и окружения. Некоторое время я работала со слепыми детьми. Было интересно наблюдать, как с помощью своего тела они осваивали границы и размеры, нового помещения для занятий. Бьянка, 12 лет, ощупывала стены руками, но, приближаясь к углу, срезала путь примерно на полтора метра. Когда я спросила ее, почему она пропускает угол, она ответила: «Потому что я его чувствую». Слепому человеку приходится компенсировать отсутствие зрения другими сенсорными системами. Чтобы поддерживать равновесие, ему нужны более тонко и дифференцированно развитые тактильное восприятие и слух. По-видимому, в случае необходимости наш мозг способен развить новые чувства на основе сочетания сложных, тонких ощущений, воспринимаемых как можно большим числом сенсорных систем. Бьянка, например, может, не видя, ощущать глубину незнакомого ей помещения. Случалось ли вам чувствовать, что за вами наблюдают? Обернувшись, вы успеваете заметить, что застигнутый врасплох человек отводит взгляд в сторону. Или стоит лишь подумать о знакомом, как он уже звонит вам. Бывает, что двое не могут дозвониться друг другу, потому что звонят одновременно. В таких случаях мы говорим: «я это почувствовал, шестым чувством угадал». Где бы ни коренилось это чувство и как бы мы его ни называли, в той или иной мере оно присуще каждому человеку. Для соблюдения правил игры и границ нужны определенные условия. Агрессивный ребенок, страдающий от недостатка кинестетической информации, находится во власти острой потребности ударять и ударяться о стены. Он в состоянии воспринимать материальные границы только в условиях очень сильного давления. (Иногда в детской достаточно поместить боксерскую грушу и перчатки, чтобы направить в нужное русло кажущуюся агрессию.) Правила игры и границы обеспечивают безопасность, уверенность и помогают ориентироваться в пространстве Таким образом можно объяснить и некоторые проявления аутоагрессии. Только насытив органы чувств достаточным количеством ощущений, человек обретает способность без напряжения и излишних усилий (интуитивно) воспринимать ограниченность и бесконечность пространства и времени. Пример Многие люди постоянно опаздывают. Интересно, что у них всегда находятся на то объяснения. Другие, заведомо более занятые люди, наоборот, всегда приходят вовремя. Есть и такие, кто неизменно появляется на несколько минут раньше назначенного времени. Здесь мы имеем дело с тремя разными видами ориентации в пространстве и времени. Присмотревшись внимательнее, вы всегда обнаружите определенные качественные соответствия в телесном самовосприятии этих трех групп людей. Семьи, терапевтические и педагогические учреждения часто устанавливают такие правила игры, которые дети на разных ступенях развития просто не способны соблюдать. Пример Вся семья собралась за столом, пьют чай, а Толик Непоседа, известный своей гиперактивностью, ходит кругами по гостиной. Его постоянно одергивают: «Осторожно, разобьешь дорогой сервиз». Наконец, как по мановению волшебной палочки, пророчество сбывается! Посуда бьется вдребезги, рушится семейный мир. «Тебе же говорили!» Воскресный вечер испорчен. Вот мой совет: отправьте Толика на занятия по развитию восприятия и уберите подальше дорогой фарфор, ведь вам нетрудно предвидеть, что с ним может произойти. Словами дефициты ребенка не возместишь. Для сравнения можно представить себе такую гротескную ситуацию: не умеющего плавать человека бросают в воду. Вместо того чтобы помочь, ему ласково советуют слаженно двигать руками и ногами. Но ведь так он утонет, скажете вы, безошибочно предвидя исход дела. 104 В некоторых случаях неоправданные, устанавливаемые в силу привычки границы мешают освоению мира. Пример Ребенок сидит в ванне и играет мочалкой. Он лижет и сосет ее, стимулируя таким образом движения и чувствительность рта и всего тела. Стремление родителей к максимальной гигиене мешает такому опыту, связанному с ощущениями. Ребенок видит большое полотенце и уже тянет его в ванну, чтобы превратить в «большую мочалку». Стоп! Не трогай! Полотенце нужно, чтобы вытираться! Правда? Только для этого? Когда-то я не успела отреагировать достаточно быстро и теперь сама предлагаю детям взять в ванну большое полотенце. Так, благодаря собственной медлительности, я обнаружила, как хорошо оно подходит для занятий тактильным и кинестетическим восприятием при купании. Дети укутываются тяжелым мокрым полотенцем и некоторое время лежат очень смирно. Теплые струйки воды бегут по полотенцу и по телу. Каждое действие с полотенцем стимулирует кинестетическое восприятие и кожу. Иногда дети играют в «бабушкину прачечную». Границы, которые мы устанавливаем для детей, не всегда прочувствованы. Мы часто зависим от привычных моделей воспитания, от собственного непереработанного опыта: пытаемся все сделать лучше, чем делали наши родители, или неосознанно повторяем их ошибки. Здесь придется к месту афоризм Бернарда Шоу, который в юности помог мне в споре с моими родителями: «Некоторые люди видят реально существующие вещи и спрашивают: "Почему это так?" А я мечтаю о вещах, которых нет в природе, и говорю: "А почему бы и не так?"» «Установление границ» часто противопоставляется баловству. Многим матерям приходится выслушивать упреки в том, что они слишком балуют своих детей, словно это наносит им вред. Правила игры и границы обеспечивают безопасность, уверенность и помогают ориентироваться в пространстве Пример В одном из своих докладов Инге Флемиг рассказывала, что ее муж, с которым она прожила уже более пятидесяти лет, по выходным всегда приносит ей завтрак в постель. Так он ее балует. Слушателям она задавала провокационный вопрос: усматривают ли они в этой ситуации что-то плохое? Не правда ли, многие хотели бы, чтобы за ними так ухаживали? Разве такое баловство наносит вред отношениям между людьми? Баловать всегда хорошо, это одно из выражений любви. В этом смысле совсем не вредно баловать ребенка, сколько бы ему ни было лет! Другая форма поведения, не имеющая ничего общего с баловством из любви, как я покажу в следующем примере, действительно может принести вред. Пример В воскресенье мальчик десяти лет подходит к своим родителям и просит их поиграть с ним в какую-то игру. Мать занята домашним хозяйством, отец хочет, чтобы его оставили в покое. Родители дают мальчику деньги на кино, картошку фри и кока-колу. Этим они его не балуют! Родители откупаются от «ребенка» - вот как это называется. Изобилие материальных даров в ущерб родительскому вниманию делает детей одинокими. Итак, можно привести ряд важных аргументов в пользу границ и правил игры и столько же важных аргументов, касающихся их последовательного соблюдения. И все же и здесь найдутся исключения. В определенных ситуациях мы наблюдаем, как ситуация ускользает из-под контроля. Это происходит само собой, ребенка начинает нести. Если положение позволяет, я просто закрываю на это глаза. Если слишком часто напоминать о правилах ребенку, который и так честно старается их соблюдать, это поставит его в тупик. Не надо постоянно твердить: «соберись, возьми себя в руки, постарайся!», ведь он и так уже старается изо всех сил. Ни к чему хорошему это не приведет, наоборот, ребенку расхочется стараться, раз его усилия не вызывают должного уважения. Часто в ситуации случайной неудачи спасает только юмор, но смеяться надо не над ребенком, а вместе с ребенком. Установление и соблюдение границ подразумевает и взаимное уважение. Смеяться над ребенком с нарушениями восприятия - значит не проявлять к нему должного уважения. Ида Эре как-то сказала*: «Не имеет смысла воспитывать детей, ведь они все повторяют за нами». Никто не освободит нас от обязанности подавать детям пример, достойный подражания. ![]() * Актриса, режиссер (1900-1989), в годы Второй мировой войны была арестована гестапо и как еврейка заключена в концентрационный лагерь, после войны открыла в Гамбурге Камерный театр, который под ее руководством стал одним из ведущих театров Германии. Ее именем названа площадь в Гамбурге. -Примеч. пер. ![]() Первое занятие В некоторых случаях знакомство с ребенком происходит только на первом занятии. Если есть направление на терапию, я не провожу предварительной диагностики. Я уже говорила, что мне не нужны никакие специальные диагностические тесты. Я не трачу на них время и сразу начинаю терапевтические занятия, ведь наблюдающая диагностика является их составляющей. Раньше я советовала родителям взять для ребенка на первое занятие его любимую игрушку (что-то родное, чтобы он чувствовал себя увереннее в незнакомой ситуации). Игрушка поначалу помогала мне установить диалог с ребенком. К тому же любимая игрушка является интересным источником информации. Пример Если ребенок приходит с пушистой мягкой игрушкой, значит, повышенная чувствительность кожи ему не свойственна. Прыгалки свидетельствуют о других потребностях для питания органов чувств. Важно, чтобы помещение для занятий было хорошо и удобно организовано, чтобы мелкие предметы не валялись где придется. Для внутреннего настроя терапевта при первом контакте важно следующее:
Только тот, кому действительно удается насытить свой голод, в состоянии от всего сердца делиться с другими, не ощущая при этом, что ему приходится постоянно отрывать что-то от себя; - сформировать основу для доверия. Доверие Чувство уверенности в себе возникает тогда, когда ребенок находится в уравновешенном состоянии. Доверие к другим строится на основе уверенности в самом себе. Если я смогу помочь ребенку лучше ощутить самого себя, он обретет в себе уверенность и сможет мне довериться. Уже на первом занятии и ребенок и мать сталкиваются с временными границами терапии. Обоим с самого начала приходится привыкать к четкой структуре занятий. Чем лучше ■ организован терапевт, тем легче тем, с кем он занимается, понять эту структуру и включить ее в свою жизнь. На первом занятии я иногда сразу могу решить, какие условия обучения - индивидуальные или в группе из двух или более участников - будут оптимальными для ребенка (и его матери). Это решение должно оправдать себя на практике. Основным критерием для выбора формы занятий - индивидуально или в группе - я считаю то, насколько хорошо ребенок осваивает механизмы саморегуляции в условиях терапии, насколько я могу отпустить «невидимые поводья». Чем сильнее они натянуты, тем больше аргументов в пользу индивидуальных занятий. На занятия с чересчур рассудочными детьми или детьми, поведение которых слишком сильно приспособлено к миру взрослых, я часто беру второго ребенка, чтобы живой пример помог перейти к естественной детской игре. Сама я, как бы хороши ни были мои актерские способности, всегда остаюсь только актером. Игра для меня всегда будет занятием искусственным, ведь она не соответствует моему возрасту. У меня очень хорошо получалось работать с разновозрастными группами. Занятия, в которых одновременно участвуют четырех-, шести- и семилетние дети, воспроизводят вполне естественную семейную ситуацию. Социальное поведение детей в таких условиях заметно улучшается. Поскольку на занятиях нет поводов для ревности и конкуренции, характерных для отношений между детьми, живущими в одной семье, нам удавалось создать абсолютно новые модели поведения. Например, дать почувствовать, как приятно помогать, если помогать никто не заставляет. При этом чаще случается, что старшие дети ориентируются на четырехлетних, а не наоборот. Инге Флемиг в таких случаях повторяет французскую поговорку: Reculer pour mieux sauter - «отступить, чтобы лучше прыгнуть». Нередко я приглашала старших детей (12-14 лет) помочь мне на занятиях с младшими. Наблюдать, как они копируют Первое занятие 111 мое поведение, опираясь на собственный опыт, было и интересно, и трогательно. Хотела бы я знать, что они будут вспоминать позднее, играя уже со своими собственными детьми. На занятиях в центре внимания стоит ребенок. Через несколько занятий я прошу мать прийти без ребенка, чтобы она в спокойной ситуации и без любопытных «ушек на макушке» могла рассказать мне о своем чаде. Во время таких бесед мы обсуждаем также содержание и цели терапии, опираясь на наш совместный опыт занятий. Другой возможностью для родителей укрепить свои позиции являются родительские собрания и проводимые мною семинары по повышению квалификации. Весь мой профессиональный опыт свидетельствует о том, что для терапевта важнее всего достичь ясности в своих собственных представлениях. Эта ясность не зависит от того, с кем мы работаем, а целиком и полностью формируется в процессе нашей работы с самими собой. Научить ей невозможно: к ней ведут различные пути, и идти к ней приходится всю жизнь. (см. главу «Роль терапевта»). Пример Мама Давида (3 года) так вспоминает о нашей первой встрече: «Мы были рады, что наконец смогли записаться на прием. В последние дни нам было особенно тяжело с нашим сыном. Улла Кислинг пригласила нас в кабинет, мы зашли и сели на маленький батут. Я спросила, надо ли мне рассказать что-то о Давиде, но она ответила: "нет" и занялась мальчиком. В кабинете стояли спортивные снаряды, лежали маты, стены были выкрашены в приятный теплый цвет. Я не совсем понимала, как будут проходить занятия. Давид делал что хотел. Было заметно, что ему нравится в этом кабинете. Он выглядел довольным и спокойным. Примерно через десять минут Улла Кислинг на удивление точно описала нам те проблемы, с которыми мы сталкивались в обще- 112 нии с нашим ребенком и с которыми приходилось сталкиваться ему самому. 45 минут пролетели незаметно. Было ясно, что Давиду нужна помощь. Ему были нужны терапевтические занятия. Наконец-то я нашла кого-то, с кем я могла поговорить о своих проблемах, кто понимал меня, а не повторял "другие дети тоже так делают, не только ваш сын". Мы с мужем почувствовали, что мы на правильном пути. Когда мы шли к машине, я попросила Давида дать мне руку. Обычно это всегда приводило к ссорам. Он терпеть не мог, когда его брали за руку. Но после первого занятия он дал мне руку, и мы спокойно перешли через дорогу. ![]() фото 35: В маминых объятиях ребенок всегда чувствует себя защищенным Сегодня я знаю, что решение начать сенсорную терапию в диалоге было верным. Давид перестал драться. Он стал ласковым сыном и братом и с каждым днем становится все более уравновешенным. Он больше не изводит ни одного члена семьи, да и мы все научились правильно себя вести. Мы часто смеемся вместе, мы счастливы». Значимость ошибки Автор фильма «Похвала ошибке: один тренер и 23 игрока»* Райн-хард Каль говорит: «По-настоящему удается только то, что может потерпеть неудачу. Если мы запретим себе маленькие ошибки, мы наделаем больших». В ошибках следует видеть союзников в обучении. Они отрезвляют нас, побуждают искать новые решения. Не бывает дня без ночи, конца без начала, осени без весны и т.д. Без ошибок не бывает заблуждений, а значит, нет и шанса оказаться на ином пути, который может привести к новым знаниям. Отчего мы так боимся ошибок? Ведь даже самая распространенная теория обучения утверждает, что цели можно достичь путем опытов и заблуждений! Ведь именно так мы учились ходить! Сколько раз нам приходилось падать, пока мы не смогли нужным образом повернуть суставы, чтобы справиться с земным притяжением и добиться равновесия на двух ногах? Представьте себе, как пойдет развитие младенца, который научился ползать и теперь пытается пойти, если вы станете осуждать его ошибки вместо того, чтобы подбадривать и хвалить его неутомимость и выдумку. В другой момент в фильме Каль говорит: «Окрыляет только резонанс, это самый мощный источник продуктивных результатов». Если раннее развитие ребенка в течение первых трех лет жизни проходит нормально, общество готово подождать, пока он повзрослеет, и я не устаю удивляться тем поразительным результатам, которые приносит это долготерпение. * LobdesFehlers: EinCoachund 23 Spieler - документальный фильм, выпущенный немецким телевизионным каналом в 1992 году. NDR. - Примеч. пер. |