Дифференциальная психология. Учебное пособие оглавление
![]()
|
Понятие психологического преодоления (coping strategies) и его вариации Жизненный стиль не только формируется в трудных ситуациях, он в них и проявляет себя. Существуют различные способы преодоления жизненных сложностей (в психологии их называют coping strategies от английского «соре» ‑ преодолевать). Психологическое преодоление ‑ это индивидуальный способ взаимодействия с ситуацией в соответствии с ее логикой, значимостью в жизни человека и его психологическими возможностями (13). В широком смысле слова «coping» включает все виды взаимодействия субъекта с задачами внешнего или внутреннего характера ‑ попытки овладеть или смягчить, привыкнуть или уклониться от требований проблемной ситуации. Частично это понятие пересекается с понятием психологических защит, однако оно шире, потому что включает не только ментальную, но и фактическую реальность. Но, насколько бы ни различались между собой индивидуальные формы психологического преодоления, они тяготеют к двум полюсам: 1) решение проблемы (объект-ориентированное преодоление), 2) изменение собственных установок в отношении ситуации (эмоционально-ориентированное преодоление). Классификации преодоления довольно ветвисты. К первому типу относят реальное решение проблемы, «выпрямление» ситуации, поиск дополнительной информации, обращение к социальной поддержке. Второй тип включает отвержение проблемы, намеренный отказ от поиска информации (подобно страусу, зарывающему голову в песок), понижение самооценки и на этом основании ‑ отказ от борьбы («это мне не по силам»), эмоциональную экспрессию (гнев, отчаяние, скорбь). Некоторые авторы выделяют особо три способа эмоционально-ориентированного психологического преодоления: 1) самообвинение (blamed self), выражающееся в критике, сожалениях, поучениях и назиданиях самому себе; 2) избегание (avoidance), при котором человек продолжает вести себя, как если бы ничего не произошло; 3) предпочитаемое истолкование (wishful thinking) ‑ призрачные надежды, когда человек надеется на чудо. Можно выделить также пять сфер жизнедеятельности человека, «подпитывающих» его действия в трудный период: 1) познание и представления, 2) чувства, 3) отношения с людьми, 4) духовность и 5) радости физического бытия. Критериями эффективности преодоления являются, во-первых, объективное разрешение проблемной ситуации и, во-вторых, восстановление психического благополучия человека: понижение тревожности, ослабление психосоматической симптоматики. Надежным показателем эффективности «coping» считается и ослабление чувства уязвимости к стрессам, исчезновение страха перед действительностью. В настоящее время получены некоторые данные о средней эффективности различных форм coping. Наиболее действенным все-таки является объективное разрешение проблемы, основанное на активной, инструментальной жизненной позиции человека. Наименее эффективными, по мнению ряда авторов, являются избегание и самообвинение во всех вариантах, занижение своих возможностей и пр. Достаточно действенным представляется реальное преобразование ситуации или, по крайней мере, ее перетолкование. Вообще выражение чувств принято считать хорошим способом преодоления стресса; исключение составляет лишь открытое проявление агрессивности в силу своей асоциальной направленности, но и сдерживание гнева, как показывают данные психосоматических исследований, представляет собой фактор риска для психологического благополучия человека (13). Психологическое преодоление, является переменной, зависящей, по крайней мере, от двух факторов ‑ личности субъекта (за рубежом принято говорить о личностных ресурсах coping) и реальной ситуации. Некоторые авторы выделяют в качестве третьего фактора ожидаемую социальную поддержку, и это понятно: в зависимости от прочности психологического «тыла» человек может поступать решительно или, наоборот, избегать столкновения с реальностью. Очевидно, что сопротивляемость субъекта обстоятельствам может существенно меняться в зависимости от того, насколько угрожающей и управляемой представляется ему ситуация и как он оценивает свои возможности, т.е. опять же от его Я-концепции. Существует зависимость психологического преодоления от пола, возраста и социальной среды человека. Женщины, испытывая подавленность, стремятся думать о возможных причинах своего состояния. Обращенность к причинам, стремление «тщательно обдумать», сопровождающееся из лишним фокусированием на проблеме, однако, увеличивает уязвимость женщин к депрессии. И в целом для женщин в трудных ситуациях более характерно пассивное приспособление и самоизменение, а также надежда и ожидание. Мужчинам, напротив, более присуще инструментальное отношение к миру, стремление его переделать, изменить по своему образу и подобию. Они склонны отгородиться от депрессивных состояний, концентрируясь на деятельности, вовлекаясь в физическую активность, чтобы вывести себя из негативных переживаний. Маскулинные и фемининные способы реагирования на стресс скорее всего являются результатом социализации, действия стереотипов, предписывающих мужчинам быть активными и успешными, а женщинам ‑ чувствительными и сопереживающими (13). Что же касается возрастных закономерностей, то они связаны с реальной возможностью контролировать ситуацию. Поэтому активное психологическое преодоление характерно для людей молодого и зрелого возраста, а пассивное ‑ для детей и стариков, зависимость которых от мира выше в силу того, что они либо еще не приобрели, либо уже утратили часть жизненных сил. Примечательно, что обнаружена положительная связь между социальной компетентностью у детей и их устойчивостью к стрессам: если ребенок умеет попросить взрослого о помощи, негативных переживаний у него меньше. В выборе способов психологического преодоления отмечается возрастная динамика следующего содержания: эмоционально-ориентированные формы с возрастом утрачивают популярность, сохраняя высокую частоту лишь у лиц с выраженной фемининностью, а проблемно-ориентированные, напротив, используются чаще, но их применение зависит от содержания проблем, с которыми сталкивается субъект. Так, если это сложности межличностного взаимодействия, то понятно, что эффективным признается по-прежнему эмоционально-ориентированный coping. Для хорошего самоощущения желательно, чтобы проблемы, встающие перед человеком, слегка превосходили его реальные возможности. И если для активного человека среднего возраста уход от проблем является неконструктивным (потому что реальность будет вновь напоминать о себе, а нерешенные проблемы имеют свойство повторяться), то для старика стремление «перевернуть мир», вообще говоря, кажется уже суетным желанием. Так, среди пожилых пациентов одной из клиник было обнаружено, что каждый пятый считает самым эффективным способом излечения обращение к религии. Однако, несмотря на это, влияние ощущения независимости, связанного с возможностью совершения свободного выбора, на содержание Я-концепции также проявляется наиболее остро именно в периоды ограниченных возможностей ‑ в детстве и старости. Отмечено, что пожилые люди чувствуют себя намного счастливее и обладают большей продолжительностью жизни, когда они имеют возможность осуществлять личный выбор в текущих жизненных событиях, например, самим определять режим дня (когда вставать и ложиться, чем питаться и как проводить свободное время). Впрочем, известный геронтопсихолог Г.Томэ отметил, что по мере старения у человека расширяется репертуар используемых им способов психологического преодоления, и, таким образом, адаптированность к жизни возрастает. Понятие когнитивного стиля в психологии индивидуальности Когнитивным стилем в широком смысле называют способ переработки информации ‑ ее получения, хранения и использования (7, 12, 14). Чаще всего выделяют стили восприятия и стили мышления. Понятие когнитивного стиля использовалось раньше других Г.Виткином, который, изучая восприятие, обратил внимание на то, что разные люди в большей или меньшей степени ориентируются на контекст. Умение сопротивляться воздействию фоновых признаков при выделении фигуры было им названо поленезависимостью, а полезависимостъ означала включенность в контекст. Полезависимость отражает уровень психического развития, связанный со степенью дифференцированности: если в начале жизни человек не выделяет себя из ситуации как субъекта, то затем он начинает осознавать границы между внешним и внутренним, различать части окружающего мира и самого себя. Позже Дж.Каганом была выделена такая стилевая характеристика, как импульсивность – рефлексивность (тенденция к более или менее развернутому анализу задачи перед принятием решения, количество понятий, которые человек использует для решения проблемы). Когнитивный стиль показывает, как разные люди приходят к одному результату, т.е. отражает преимущественно процессуальные, динамические характеристики деятельности, и во многом определяется темпераментальными особенностями. В настоящее время, помимо уже указанных, выделяют еще такие свойства, как аналитичность – синтетичность, экстернальность – интернальность, детализированность – цельность, когнитивная сложность – простота (7, 12). А в рамках Менингерского исследования Г.Клейн и Р.Гарднер, изучающие когнитивные стили (который они называли когнитивными контролями) с позиций психоанализа, выделили следующие пять характеристик. 1. Уравнивание – заострение характеризует меру чувствительности к различиям: так, можно игнорировать резкие различия между объектами, а можно замечать мельчайшие несовпадения. 2. Высокая – низкая толерантность к нереалистическому опыту указывает на готовность человека принимать факты, противоречащие его личному опыту. 3. Узкий – широкий диапазон эквивалентности показывает, насколько различные объекты попадают в один класс, признаются одинаковыми. 4. Фокусирование – сканирование характеризует особенности концентрации внимания на главных объектах. 5. Ригидность – гибкость показывают меру произвольности когнитивной деятельности (7). По-видимому, выделенные характеристики могут быть особенно ценными при изучении социального интеллекта, описывая особенности развития личности в целом. Когнитивные стили ‑ это психологические качества, которые, будучи относимыми в большинстве работ к формально-динамическим свойствам, тем не менее представляются наиболее перспективными в решении проблемы интеграции когнитивных и аффективных процессов, динамического и содержательного в структуре индивидуальности. Стиль жизни и самоактуализация Какого бы стиля жизни ни придерживался человек, чаще всего его жизнедеятельность в целом может оцениваться либо как приспособительная, адаптивная, либо как развивающаяся, преобразующая мир вокруг и внутри себя. Этим двум направлениям, чаще известным как манипулирование или самоактуализация, соответствуют разные этические и философские системы, разные взгляды на развитие личности, реализующие либо гомеостатическую, либо негомеостатическую модель. И если внешнюю успешность человеческой жизни можно оценить по его объективным достижениям, то внутренняя удовлетворенность может выражаться опосредствованно, через переживание человеком осмысленности своей жизни и самоактуализации в ней (9, 10, 15). Гуманистические теории подчеркивают, что помимо удовлетворения биологических потребностей, обеспечивающих гомеостазис человека как организма, существует острая необходимость реализации духовных потребностей (например, в смысле жизни, самореализации), фрустрация которых приводит к появлению неврозов особого рода, присущих только человеческой личности, ‑ так называемых ноогенных неврозов. Согласно А.Маслоу, только насыщая потребность в самореализации, человек может стать здоровым, независимым, творящим существом. Таким образом, по выраженности (и удовлетворенности) высших потребностей также существует значительная вариативность. Существуют диагностические, стандартизованные процедуры измерения некоторых из высших потребностей. Так, Дж.Крамбо и Л.Махолик предложили рассматривать способность иметь цель в жизни как особое психологическое качество, складывающееся из 5 составляющих. Это: 1) качество жизни, общая удовлетворенность субъекта собственной жизнью; 2) наличие уверенности в смысле жизни; 3) преграды бытия: отношение к смерти и личностному выбору; 4) ответы на вопросы бытия: возможность найти решение экзистенциальных проблем; 5) будущая жизнь и ответственность (9). По данным, полученным в ходе валидизации специально созданного теста (Purpose in Life Test), оказалось, что значимые различия по изучаемому качеству наблюдались только среди клинических групп; что же касается различий по полу, возрасту, уровню образования и интеллекта, то здесь средние показатели практически не различаются. Это вполне согласуется с идеей В.Франкла о том, что смысл жизни может открыть для себя каждый человек. Однако обнаружены межкультурные различия: так, у гонконгских студентов показатель осмысленности жизни в среднем ниже, чем у американских, а у людей, твердо следующих религиозным убеждениям, он выше, чем среди убежденных атеистов (10, 15). При валидизации русскоязычной версии теста были выделены факторы, составляющие переживания осмысленности собственной жизни, которые несколько отличаются от описанных ранее и могут быть рассмотрены как специфические для российского менталитета. Среди них выявлены: 1) наличие цели (призвания, смысла); 2) «верность ложному пути» ‑ способность выполнять обязательства даже при наличии внутреннего протеста; 3) интерес и эмоциональная насыщенность; 4) удовлетворенность самореализацией; 5) переживание чувства авторства («Я ‑ хозяин своей жизни»), 6) управляемость жизни ‑ уверенность в принципиальной возможности осуществления жизненного выбора. Эти составляющие ‑ надежные диагностические признаки для определения «экзистенциального вакуума», даже если они применяются вне опросника, в обычной клинической бесе де (10). Реализация высших потребностей ‑ это фактор душевного здоровья и благополучия человека, поэтому не удивительно, что показатели осмысленности бытия коррелируют с такими чертами и качествами личности, как невротизм, психотизм, интернальность и эмоциональная устойчивость. И, конечно же, затрагивая вопросы осмысленности человеческого бытия, необходимо упомянуть потребность в самоактуализации (5). Это тоже высшая потребность, которая обладает высокой вариативностью. Понятие самоактуализации разрабатывалось в русле экзистенциально-гуманистического подхода и означает стремление и способность человека стать тем, чем он должен стать, т.е. открыть свое призвание и реализовать таланты и способности. Если поиск смысла жизни предполагает обязательно наличие какого-либо объекта за пределами пространства личности (смысл ‑ в чем-то или ком-то), то самоактуализация ‑ это развертывание потенциала личности из самого себя, из внутренних противоречий и намерений. Поскольку первоначально модель самоактуализирующейся личности (которую впоследствии противопоставили человеку-манипулятору) была «списана» с личностей некоторых конкретных ярких психологов (среди которых были Курт Левин, Макс Вертгеймер и другие выдающиеся ученые), то и составляющие этого качества, или свойства, тоже являются эмпирическими. Самоактуализация ‑ это процесс, поэтому до конца реализовавшейся (и при этом продолжающей жить) личности не существует. Итак, чем человек самоактуализирующийся отличается от невротика, манипулятивной личности или просто человека, не нашедшего собственного пути? Можно выделить два основных признака (и 12 второстепенных), которые диагностируются с помощью русскоязычной версии Самоактуализационного теста (Personal Orientation Inventory ‑ POI) Э.Шострома, адаптированного Л.Я.Гозманом и М.В.Латинской (5) Прежде всего, это компетентность во времени (способность жить настоящим, но при этом переживать преемственность и взаимообусловленность прошлого, будущего и текущего момента). Для человека, далекого от самоактуализации, характерна привязанность к какому-либо дискретному отрезку своего бытия при равнодушии к другим. Отметим, что такая важная психологическая характеристика, как субъективное время, уже возникала и обсуждалась нами при изложении типологии О.Гросса, классификации характеров Г.Хейманса ‑ Р.ЛеСенна. Вторая базовая характеристика самоактуализирующейся личности ‑ это так называемая внутренняя поддержка (независимость поведения и ценностей субъекта от воздействия извне, «поленезависимость» в совершении поступков). Эти качества включают в себя отдельные признаки, которые могут быть сгруппированы в следующие 12 классов. 1. Ценностные ориентации, присущие самоактуализирующейся личности, отличны от бытовых и включают творчество, любовь, мораль. 2. Гибкость поведения как способность уходить от стереотипов, быстро и адекватно реагировать на изменение ситуации. З. Сензитивность к себе определяет, в какой степени человек осознает и определяет свои потребности и чувства. 4. Спонтанность как способность выражать свои чувства непосредственно. 5. Самоуважение как способность субъекта ценить свои достоинства, положительные стороны характера и ценить себя за них. 6. Самопринятие как способность принимать себя таким, как есть, без оценок и даже иногда ‑ вопреки ним. 7. Представления о природе человека у самоактуализирующейся личности оптимистичны, а внутренние противоречия преодолимы. 8. Синергия как способность воспринимать мир и людей целостно, без разделения на противоположности. 9. Принятие агрессии как способность принимать свое раздражение, гнев естественными проявлениями человеческой природы. 10. Контактность как способность к установлению эмоционально-насыщенных, тесных отношений с людьми. 11. Познавательные потребности не угасают с возрастом, определяют кругозор, любопытство и направляют творчество. 12. Креативность как творческая направленность личности, способность и желание развиваться. Переживание осмысленности бытия, самоактуализации, конечно же, может вызываться решением разных жизненных задач. Если еще раз обратиться к теории А.Адлера, то главными среди них могут быть названы работа, дружба и любовь. При этом субъективный вес этих задач оказывается различным: для женщин обычно важнее межличностные отношения, для мужчин ‑ достижения профессиональные. Вообще, каждый человек реализуется в своем психологическом пространстве, используя свой стиль, собственную стратегию и тактику. В конечном счете вся дифференциально-психологическая культура оказывается полезной постольку, поскольку она отвечает на вопрос о том, как реализоваться людям с разными начальными природными и социальными условиями. Именно эта задача объединяет предпринятый нами анализ индивидных, содержательных и духовно-мировоззренческих особенностей человека. ЛИТЕРАТУРА Адлер А. Наука жить. ‑ Киев: Port-Royal, 1997. ‑ 285 с. Акимову М.К. Динамические характеристики нервной системы и проблема природных задатков способностей // Вопросы психологии. ‑ 1980. ‑ № 3. ‑ С. 101-108. Анастази А. Дифференциальная психология. ‑ М.: Апрель- Пресс, 200J. ‑ 745 с. Берне Р. Развитие Я-концепции и воспитание. ‑ М., 1986. Гозман Л.Я, Кроз М.В., Латинская М.В. Самоактуализационный тест, ‑ М., 1995. Дорфман Л.Я. Стили активности ‑ методологические и теоретические предпосылки интегрального подхода // Стили человека: психологический анализ / Под ред. А.В.Либина. ‑ М.: Смысл. 1998. ‑ С. 34-51. Егорова М.С. Психология индивидуальных различий. ‑ М.: Планета детей, 1997. ‑ 325 с. Кондратенко В.Т. Девиантное поведение у подростков. ‑ Минск, 1988. Лазурский А.Ф. Классификация личностей // Психология индивидуальных различий. Тексты. ‑ М., 1982. ‑ С. 179-198. Леонтьев ДА. Тест смысложизненных ориентации (СЖО). ‑ М., 1992. Лучшие психологические тесты. ‑ Петроком, 1992. Либин А.В. Дифференциальная психология: на пересечении европейских, российских и американских традиций. ‑ М.: Смысл, 1999. ‑ 534 с. Hapтoвa-Бочавер С.К. «Copingbehavior» в системе понятий психологии личности // Психологический журнал. ‑ 1997. ‑ № 5. ‑ С. 20-31. Стили человека: психологический анализ / Под ред. А.В.Либина. ‑ М.: Смысл, 1998. Франкл В. Человек в поисках смысла. ‑ М., 1982. Хъелл Л., Зиглер Д. Теории личности. ‑ СПб.: Питер, 2001. ‑ 602 с. |