Глава 1. Биография Карла Шмитта 6 Становление Карла Шмитта как правоведа и политолога 6
![]()
|
§ 2. Политический романтизм Карла ШмиттаК. Шмитт в своих ранних работах исследовал течение романтизма в немецкой духовной жизни. В своей основе он пытался не только найти для романтизма психологическое обоснование, но и выявить теоретический потенциал и практические последствия, которые могли вытекать из данного понятия. Одной из первых творений К. Шмитта стала книга «Политический романтизм». Автор заострял внимание на том, что понятие романтизма возникло из смешения романских и германских народов в Средние века. С тех времен немецкий народ отождествлял романтизм со своей нацией. По мнению мыслителя, романтизм соединил в себя новую жизнь и истинную поэзию, и чувствительность и варварскую неспособность к восприятию формы. Романтизм противопоставлялся классицизму. Согласно К. Шмитту романтизм был частью «молодежного» движения, которое выступало против всего устаревшего и закостенелого и в тоже время против рационализма Просвещения. Романтизм также внес свои плоды и в искусство. В эпоху романтизма искусство пыталось определить свое место между богемой и снобизмом. Итогом стало частное производство художников, которые ориентировались на интересы потребителей. Многие области жизни стали частными и потребительское отношение стало преобладающим. «Поскольку, если распадается иерархия духовных сфер, то все что угодно может стать центром духовной жизни. Но все духовное, также и само искусство, изменяется в своей сущности и становится даже фальшивым, если эстетическое начало абсолютизируется и становится центральным пунктом [человеческой жизни]»1. Именно в этом для К. Шмитта и была противоречивость романтизма. Во все времена романтики совершенно иначе смотрели на многие сферы жизни. Моральные, политические и научные вопросы облачались в «фантастические одежды» и раскрашивались в «странные краски». Все эти вопросы романтики рассматривали сквозь призму эстетического. По мнению К. Шмитта идеология романтизма абсолютно несовместима с порядком, подчиненностью и нормативными ограничениями. К. Шмитт провел параллель между окказионализмом и романтизмом. Тогда как в окказионализме Бог является последней и высшей инстанцией, а весь материальный мир является лишь поводом и проявлением всемогущества Бога, то в романтизме место божества занимает другой «равнозначный» фактор – государство, народ или даже отдельная личность. Соответственно К. Шмитт и говорит о романтизме как о «субъективирующем окказионализме» – это означает, что в романтизме «романтический субъект мира рассматривается как повод и способность его романтической продуктивности»1. Немецкий романтизм согласно К. Шмитту стал продолжением идей Реставрации. Во Франции же романтизм имел революционный принцип. С 1815 года романтизм стал популярен в Германии. Немецкие мыслители к романтизму относили толерантность, права человека и индивидуальные свободы. Для двух государств общим в романтизме была только трактовка индивидуальности. В это время в Германии романтики получили оценку в качестве интеллектуалов, которые преодолевают рационалистическое мировосприятие, создают новый исторический смысл и дают новую жизнь всем историческим дисциплинам в Германии. С другой стороны, такое типично романтическое явление как «вечный разговор» и романтическая «общинность» часто рассматривались как преодоление замкнутости индивидуализма2. По мнению К. Шмитта государство согласно романтизму является произведением искусства, творением романтической личности, которая творит духовные объекты. Государство становится поводов для создания поэзии или простого романтического настроения. «Политика для романтиков также чужда, как мораль или логика. Тем не менее, следует отличать случаи политического романтизма от другого типа – от романтических политиков. Человек, который сам не является романтиком, может быть мотивирован посредством романтических представлений и поставить свои силы, проистекающие из других источников, на службу романтизму»3. Для К. Шмитта политическим романтиком был Дон Кихот. Он был способен понять, где справедливость, а где несправедливость. Дон Кихот всегда выступал на стороне обделенных, однако данное качество отнюдь не является привычным для романтика. В XIX веке дворяне были скорее романтическими политиками, чем политическими романтиками. Для политического романтизма совершенно все-равно - монархические или демократические, консервативные или религиозные идеи романтизировать – главное в романтизме это отказ от активного изменения реального мира, пассивность, которая как следствие ведет к тому, что романтизм сам становится средством, которое «неромантическая активность» начинает использовать в своих целях. В политическом романтизме Шмитт усматривает способность к совмещению с самыми разными политическими состояниями – от «революционных до консервативных и даже реакционных»1. Однако по его мнению это не должно было принимать форму бунта или мятежа. Несмотря на распространенность идей романтизма, он остался всего лишь одной из тенденций своего времени. К. Шмитт качественно проанализировал последствия, которые могли быть в результате политических установок романтизма. Пассивность, склонность к аффектам и субъективирующим описаниям, устранение рационального элемента в мышлении – все это несет в себе опасность возникновения крупных тоталитарных режимов. Однако если рассматривать его идеи «друга-врага», теорию решений, можно сделать вывод, что и сам К. Шмитт был подвержен идеям «политического» романтизма. |