йййййй. Курс Психология девиантного поведения. Ема Психология отклоняющегося (девиантного) поведения как специальная социальнопсихологическая теория
![]()
|
синдромом зависимости подразумевается сочетание физиологических и психологических явлений, при которых употребление психоактивных веществ постепенно начинает занимать в жизни и системе ценностей конкретного человека главное, ведущее значение. Основная характеристика многочисленных симптомов – это потребность, часто очень сильная и неодолимая. Это импульсивное влечение так или иначе выходящее из под сознательного контроля. Мотивы в это время не осознаются, человек не сопротивляется влечению до тех пор, пока не получит удовлетворения при употреблении наркотических средств. Осознание приходит позже, при попытке прекращения приема психоактивного средства. Это чаще всего связано с угрозой потери престижной, значимой работы, разрыва семейных отношений и потери семьи, при угрозе развития или Желание прекратить прием наркотиков связано с появлением следующих важных признаков наркомании – синдромов зависимости и абстиненции. Тяжесть абстиненции в результате добровольного или насильственного лишения наркотического вещества зависит от степени проявления физических и психических отклонений. Это так называемая “ломка” – крайне выраженный болевой синдром с расстройством соматических функций (сердечно-сосудистые, желудочно-кишечные, дыхательные нарушения). Тяжесть абстиненции в психической сфере также различна – от легкого беспокойства и тревожности до глубоких расстройств психики с нарушениями сознания, судорожными припадками. Преобладающим состоянием психики становится депрессия. С появлением абстиненции достаточно быстро изменяется характер привычного злоупотребления, т. к. добавляется постоянное состояние страха перед возможной “ломкой”. Следующий этап – повышение устойчивости (толерантности) к определенному наркотику, который употребляет наркоман. Поэтому для достижения состояния наркотического опьянения требуются все большие дозы наркотика. Постепенно в наркотическом состоянии утрачивается чувство эйфории, желанной легкости, оно заменяется тяжелым сумрачным настроением и беспокойным сном с устрашающими видениями. ![]() Рис. 2. Этапы наркомании Продолжительность каждой стадии определяется многими факторами. Сюда относятся характер наркотического вещества, способы его введения в организм и возможность заболеваний вследствие этого (СПИД, гепатит и др.), возраст, пол, исходное состояние физического и психического здоровья, семейная обстановка, микросоциальное окружение. Особое значение в современных социальных условиях приобретает увлечение наркотиками детей и подростков. Нередко в “рядах” наркоманов оказываются дети в возрасте 12–13 лет. Удел молодого поколения – неалкогольные психотропные вещества. К ним относятся ненаркотические лекарственные препараты, бытовая химия. Они легко доступны и дешевы. Наиболее значимыми причинами для употребления психотропных веществ являются социальные трудности в семье, школе, в условиях неорганизованного свободного времени. Употребление любого психотропного вещества вначале нельзя назвать приятным – тошнота, рвота, головокружение, бледность, плохое общее самочувствие. Однако предлагающими “старшими товарищами” это расценивается как необходимый элемент приобщения к избранникам. После второго-третьего употребления влечения еще нет, но каждый раз организм реагирует раздражительностью, плохим сном и аппетитом, нарушениями обычных социальных правил. Школьник пропускает занятия, становится недисциплинированным, замкнутым и угрюмым. Навязчивость – следующая фаза развития, когда психоактивное вещество дает удовольствие – “кайф”. В его отсутствие подросток неразговорчив, угрюм, подавлен. В то же время даже разговор о наркотике для него приятен, вызывает оживление, желание сделать всё, чтобы раздобыть желанный препарат. На этих этапах влечение еще может быть подавлено волевыми усилиями самого человека и, тем более, при помощи и содействии. Следующий этап – абстиненция с “ломкой” вплоть до эпилептиформных припадков. Личностные качества уплощаются, поведение асоциально (воровство) с предпочтением проводить время в “своей компании”. Там процветает хулиганство, половая распущенность, групповой секс, склонность к уходу из дома и бродяжничество. Наркоман в течение нескольких недель – месяцев резко худеет, слабеет физически, кожа сухая и бледная, часты ознобы, парестезии, сон и аппетит расстроены. Продолжительность жизни при переходе на сильные наркотики невелика – от 2 до 5 лет после начала заболевания. Больные погибают от передозировки наркотических препаратов, несчастных случаев, суицидов. В среднем жизнь сокращается до 20–25 лет. По данным МВД России за 10 лет количество ежегодно регистрируемых наркопреступлений увеличилось в 15 раз, выявленных фактов наркоторговли – в 80 раз, пресеченных проявлений групповой наркопреступности – в 9 раз. Масштабы и темпы приобщения подростков и молодежи к наркомании сегодня таковы, что это серьезно угрожает национальной безопасности страны. Вандализм Вандализм – одна из форм разрушительного поведения человека. Большая советская энциклопедия (1971) определяет вандализм как «бессмысленное уничтожение культурных и материальных ценностей». Сходные толкования дают и другие современные отечественные справочники и словари (Советский энциклопедический словарь, 1989; Словарь современного русского литературного языка, 1991; Словарь иностранных слов, 1988). Обращаясь к социально-психологическим и социологическим исследованиям, мы обратили внимание на более широкое толкование этого феномена. Говоря о вандализме, исследователи подразумевают разнообразные виды разрушительного поведения: от замусоривания парка и вытаптывания газонов до разгрома магазинов во время массовых беспорядков. Трудность в выработке определения состоит также в том, что индивидуальные, групповые и социальные нормы в понимании того, какие именно разрушения имеют деструктивный для общества характер, не совпадают. Как констатируют многие исследователи, вандализм – преимущественно мужской феномен (А. Go1dstein, J. Howard, О. В. Francls и др.). Многочисленные исследования и статистические данные показывают, что большинство актов вандализма совершается молодыми людьми, не достигшими 25 лет. По данным выборочных обследований подростков, пик вандализма приходится на 11–13 лет (О. Elliott, М. 1е В1апс, М. Freshette, R. I. Mawby, O. L. Wiesenthal и др.). Вандализм занимает заметное место в структуре криминальной активности подростков 13–17 лет. В общественном сознании существует определенный стереотип подростка-вандала. Разрушитель предстает примитивным существом с отклонениями в умственном и психическом развитии. Эти данные ассоциируются с низким социальным статусом семьи. Однако данные исследований, в том числе и наших (по Твери, Ульяновске и Кемерово), не подтверждают этот образ. Исследования не выявили корреляции между склонностью к вандализму у подростков и их принадлежностью к определенному социальному слою. Подростки-вандалы обладают примерно таким же уровнем интеллекта, как их сверстники, однако успевают в школе гораздо хуже. В некоторых исследованиях, правда, отмечено, что большинство «злостных» вандалов находятся в кризисной ситуации. В общественном сознании вандализм часто предстает бесцельным, бессмысленным, немотивированным поведением. Выявление мотивов вандализма стало одной из главных задач социально-психологических исследований с момента первых публикаций по этой проблеме. Предлагаю вниманию читателей две мотивационные типологии вандализма. Часто упоминается в литературе типология С. Коэна. В зависимости от доминирующего мотива разрушения, С. Коэн выделяет шесть типов вандализма. 1. Вандализм как способ приобретения: основной мотив разрушения – материальная выгода. 2. Тактический вандализм: разрушение используется как средство для достижения других целей (например, чтобы не допустить снижения цен, уничтожаются целые партии товара). 3. Идеологический вандализм: об идеологическом вандализме говорят, когда разрушитель преследует социальные или политические цели. Объект разрушения имеет ярко выраженный символический смысл. Например за период с 1917 года разрушено 25–30 тысяч церквей и соборов, около 500 монастырей. 4. Вандализм как мщение: разрушение происходит в ответ на обиду или оскорбление. 5. Вандализм как игра: это распространенная разновидность детского разрушения рассматривается как возможность поднять статус в группе сверстников за счет проявления силы, ловкости, смелости. 6. Злобный вандализм: акты, вызванные чувствами враждебности, зависти, неприязни к другим людям и удовольствия от причинения им вреда. Другая классификация мотивов вандализма представлена Д. Кантером (см. ниже). К уже названным мотивам он добавляет: 1) гнев – разрушительные действия объясняются чувством досады, переживанием неспособности достигнуть чеголибо и могут быть попыткой справиться со стрессом; 2) скука – желание развлечься. Мотивом выступает поиск новых впечатлений, острых ощущений, связанных с запретностью и опасностью; 3) исследование – целью разрушения служит познание, любопытство, желание понять, как работает система (в детском возрасте); 4) эстетическое переживание – наблюдение физического процесса разрушения создает новые визуальные структуры, сопровождающиеся звуками, которые кажутся приятными; 5) экзистенциональное исследование. Расшифровывая этот мотив, Кантер поясняет, что вандализм может выступать как средство самоутверждения, исследование возможности своего влияния на общество, привлечения внимания к себе (яркий исторический пример – поступок Герострата, который сжег храм ради личной славы). Существует еще одна оригинальная форма проявления девиантного поведения среди подростков и молодежи – граффити. В нашей стране этот феномен почти не изучен, очень мало публикаций, и они носят, скорее, историко-этнографический характер. Социально-психологических исследований граффити у нас пока мало. Однако несколько фамилий следует назвать: А. И. Белкин (2003), Ю. А. Клейберг (2001, 2003, 2004), А. С. Скороходова (1998, 1999), В. Седнев (1993), В. Н. Руденко (1997), ю. Борисов (1995), т. Б. Щепанская (1993) – вот и все ученые, которые что-либо писали о граффити. Итак, термин «граффити» происходит от итальянского graffito, что означает «нацарапанный». Первоначально он относился лишь к древним надписям и употреблялся историками и археологами. Сейчас же им обозначают всякую неразрешенную надпись, знак, сделанные любым способом на объектах обшественной и частной собственности. Граффити составляют неотъемлемую часть пейзажа современных городов, а также интерьеров общественных зданий. Их можно обнаружить на стенах домов, заборах, скамейках и другой уличной фурнитуре, в транспорте, лифтах, на лестницах, в общественных туалетах, на столах и даже на памятниках культуры. Они выполнены всевозможными способами – мелом, ручками и карандашами, маркерами, краской, иногда выцарапаны или выбиты. Граффити содержат разнообразные сообщения, ругательства, изречения, рисунки и символы. В современном мире граффити является одной из распространенных форм вандализма и наносит значительный финансовый и социальный ущерб городской среде во многих странах. По данным американских исследователей, в 1970 году ущерб, причиненный граффити станциям и вагонам метро Нью-Йорка, оценивался в 250 тыс. долларов, в 1974 – в 2 млн долларов; в 1989 году округ Лос-Анжелес, города Нью-Йорк и Сан-Франциско потратили на борьбу с этим явлением соответственно 50, 55 и 2 млн долларов. Какие-либо данные об ущербе от граффити в России мне не известны, но можно догадаться, что он немалый. Многообразие разрушений, происходящих в обществе, можно классифицировать в зависимости от степени их институционализированности (S. Cohen, 1973). При такой классификации поведение стихийных рисовальщиков займет промежуточную позицию между допускаемыми обществом ритуальными разрушениями в определенное время и определенных ситуациях (карнавалы, праздники) и проявлениями девиантного поведения в виде вандализма (битье стекол, порча памятников). Граффити относят к тому типу разрушений, ущерб от которых рассматривается как неизбежный и институционализированный (то есть он ожидаем), а деятельность по устранению надписей – как рутинная обязанность. Действительно, по сравнению с другими разновидностями вандализма (поджоги, осквернение памятников и пр.) и насильственными преступлениями граффити представляет собой мелкие, незначительные, относительно безопасные проявления девиантногo поведения человека. Но мелкие формы агрессии, к числу которых относится и вандализм, получая положительное подкрепление, влекут за собой более крупные. Это означает, что граффити не только выражают деструктивные (разрушительные) импульсы человеческой природы, они порождают усвоение агрессивных образцов поведения. Городское пространство, насыщенное граффити, снижает психологическую и функциональную поддержку со стороны окружающей среды. Граффити, как и разбитые стекла, мусор и другие признаки неухоженности, воспринимаются как симптом деградации, вызванной ослаблением механизмов социального контроля, что порождает у людей беспокойство, чувство страха и уязвимости. Кроме того, ощущение беспорядка и упадка понижает порог сдерживания от деструктивных действий, а это, в свою очередь, увеличивает вероятность дальнейших разрушений. Некоторые виды граффити (например порча информационных стендов и знаков, особенно предупреждающих) препятствуют функциональному воздействию дизайна. В то же время граффити имеет и некоторые положительные социальные функции. Настенные рисунки и надписи являются разновидностью коммуникации, свободной от повседневных общественных ограничений в силу своей анонимности. Они являются способом выражения установок, конфликтов и проблем, большей частью подавленных и скрытых. Не случайно некоторые авторы отмечают психодинамическое значение граффити (E. L. АЬеl, В. Е. Buckley, 1977; J. Buchnell, 1990). Виды граффити. Настенные рисунки и надписи представляют собой весьма неоднородное явление – от детских каракулей до политических лозунгов, поэтому уместно привести некоторые классификации. Замечу, что эти классификации не являются очень строгими и абсолютными, но всё же они помогают увидеть различные формы рассматриваемого феномена. Эйбл и Бекли (1977) различают публичные и личные граффити. К первым относятся городские надписи и рисунки, сделанные, как правило, на внешних сторонах зданий, заборах, деревьях, в метро и представляющие собой чаще всего сообщение о групповой идентичности. Вторые размещаются внутри зданий – в туалетах, на стенах общественных мест, столах, партах и т. п. Эти надписи чаше являются выражением личностных установок, эмоциональных состояний или внутриличностных конфликтов. Кроме того, в личных граффити в большей степени обнаруживается воздействие обстановки. М. Кокорев (1992), рассматривая феномен городских надписей, выделяет три их вида. Первый – содержательные граффити, то есть надписи, содержащие эксплицитное сообщение разнообразной тематики. Второй – разрушающие граффити; они появляются преимущественно на рекламных плакатах и стендах. Это знаки, нарушающие целостность и изменяющие содержание официального сообщения или образа (подрисованные усы и клыки, раскрашенные глаза, стертые или приписанные буквы и т. п.). К третьему виду относятся специфические надписи в стиле «хип-хоп», при надлежащие к соответствующей подростково-молодежной субкультуре. Субкультура «хип-хоп» появилась в начале 70-х годов 20 столетия в Нью-Йорке, она включает в себя музыку рэп, брейкдансинг и настенную живопись. Впоследствии эта субкультура распространилась не только в США, но и в большинстве европейских стран. Граффити в стиле «хип-хоп» представляют собой надписи и рисунки, выполненные чаще всего пульверизатором с краской. Наиболее распространенный вид – динамичные росчерки – автографы, украшенные различными символами (кресты, короны, звезды, стрелы и т. п.). Этот вид граффити содержит разработанные стили написания текста: «WILD SТУLЕ» – данный стиль напоминает абстракционизм и характерен для опытных представителей субкультуры; «BUBLE LETTERS» – самый простой стиль, шрифт представлен в форме пузырьков; «З.FX SТYLE» (или daim style) – сложный в построении и в раскраске стиль. Буквы изображены в трехмерном пространстве, что приводит к затруднению восприятия и созданию иллюзии, что изображение имеет материальное происхождение. Однако встречаются и целые многоцветные картины большого размера, снабженные текстами. Рассматривая эти три типа надписей применительно к Франции, Кокорев отмечает последовательное их распространение, начиная с 60-х годов и преобладание в последние годы граффити третьего типа. В. Седнев (1993) собрал и классифицировал надписи и рисунки в общественном транспорте города Донецка. Его классификация тоже содержит три вида. К первому относятся идентифицирующие надписи – имена, клички, места жительства или учебы, дата или цель поездки, номера телефонов. Второй вид образуют асоциальные надписи – нецензурные слова и символы в адрес кого-либо или без адреса. Третий вид – символические граффити, относящиеся к популярным музыкальным группам и исполнителям, а также наименованиям фирм, производящих обувь, одежду, аппаратуру. Среди транспортных граффити могут быть выделены две группы: обычные граффити и корректирующие граффити. Степень обычных граффити невысока, их тематика практически совпадает с настенным творчеством в подъездах и на заборах (имена авторов, даты пребывания в данном месте, названия рок-групп, сниженная лексика и т. п.). Особым представляется только тот факт, что надписи на спинках сидений в транспорте делаются в основном на двойных, а не на одинарных сиденьях, то есть этот вид языкового творчества, по-видимому, требует коллективности авторства. Более интересным феноменом являются корректирующие граффити, заключающиеся в уничтожении части букв в официальных транспортных объявлениях и изменении их смысла. Политические граффити часто оформлены в виде острых памфлетов, лозунгов или стилизованных под газетные полосы сюжетов. Здесь писателями выступают члены политических партий и групп, радикальных студенческих движений или же просто неудовлетворенные жизнью граждане. Исследуя политическое граффити, В. Н. Руденко (1997) подразделяет их на две группы: надписи и символы. При этом указывает на особенность их использования в зависимости от ситуации риска: так, чем выше риск, тем меньше символ и надпись лаконичней. Особенность размера граффити также зависит и от степени удаленности от мест присутствия сотрудников правоохранительных органов. Так, политическое граффити В. Н. Руденко классифицирует следующим образом: анархисткие; коммунистические и социалистические; фашистские; националистические и национал-патриотические; сепаратистские; прочие (студенческие, антивоенные, религиозные, надписи бездомных и безработных и др.). Другая разновидность граффити – гангстерское граффити, которое встречается только в крупных городах. По форме и содержанию оно сильно отличается от прочих и заключается в зашифрованных кодах, инициалах, жестко стилизованных при помощи специальной каллиграфии. Члены банд используют граффити, чтобы обозначить границы своей группировки территориально и идеологически, а также чтобы предупредить врагов о последствиях проникновения последних в их владения. Существует несколько эмпирических классификаций, группирующих надписи, найденные в зданиях и общественных местах. с. А. Высоцкий и А. А. Медынцева выделяют следующие разновидности средневековых граффити, обнаруженных в культовых сооружениях Киева: 1) благожелательные (начинаются словами «Господи, помози...»; 2) поминальные; 3) в память об общественных событиях; 4) автобиографические; 5) относящиеся к фрескам и связанные тематикой храмовых росписей; 6) рисунки-кресты, магические знаки, изображения святых. Многочисленные исследования посвящены граффити в общественных туалетах школ, колледжей и университетов (I. N. Licca, А. Pacheco, А. А. Olowu, Е. Otta, L. A. Rudin, М. О. Нагless, Е. Wales, О. Brewer и др.). Они обычно сосредоточены на следующих темах: автографы, секс (сексуальные желания, предложения, комментарии), романтические отношения (выражения чувств к противоположному полу, не имеющие сексуального оттенка), оскорбления и грубые слова, наркотики, политика, религия, национальные отношения, философские изречения, юмор. Результаты исследований демонстрируют разное соотношение этих тем, но всё-таки основную массу туалетных граффити составляют надписи относительно противоположного пола. Здесь, правда, существуют еще и гендерные различия. Мотивы рисовальщиков. Каких-либо специальных исследований (ни за рубежом, ни в России), посвященных изучению мотивов данного вида девиантного поведения, не проводилось, но на основании изучения ценностей субкультур рисовальщиков и содержательных классификаций надписей и рисунков можно попытаться выстроить причины, побуждающие к созданию граффити. 1) |