римское право. Литература по гуманитарным и социальным дисциплинам для высшей школы и средних специальных
![]()
|
Глава 14 Экономическая теория благосостояния Общие представления о предмете □ Современные подходы к определению общественного блага. Оптимум по Парето Вклад Пигу в развитие теории благосостояния: понятия национального дивиденда и несовершенства рынка; принципы вмешательства государства Q Фундаментальные теоремы благосостояния. Оптимальность и контроль: проблема рыночного социализма □ Попытки решения проблемы сопоставления оптимальных состояний □ Новый взгляд на проблему вмешательства 1. Общие представления о предмете Как написано в одном авторитетном справочном издании, «экономическая теория благосостояния (WE) — общий термин для обозначения нормативных аспектов экономической теории. Базисные предпо-• ылки, лежащие в основе WE, представляют собой суждения ценнос-iii, которые экономист свободен либо принять, либо отвергнуть. При ном в отличие от позитивной экономической теории, где в принципе тиможна эмпирическая проверка базисных предпосылок, здесь это i чслать невозможно. WE за ни мается политическими рекомендациями и изучает пути перехода от одного общественного состояния А кдруго-mv — В, более предпочтительному. Доминирующей школой является школа Парето, которую иногда называют Новой экономической теорией благосостояния. Наиболее существенное отличие этой школы от чругой, связанной с именем Пигу, состоит втом, что она отрицает принцип кардиналистской полезности и идею межперсональной соизмеримости полезностей. Поскольку исключается возможность сопоставления полезности или благосостояния различных индивидов, признает-i и, что различные пары общественных состояний не могут быть упоря-ночены. Для того чтобы более широко использовать принцип Парето, 1ч.|л выдвинут компенсационный принцип. А чтобы определить оптимум оптимумов, было предложено использовать функцию общественного благосостояния Бергсона, что, однако, предполагает кардиналист-i кую полезность и межперсональную сопоставимость»'. 1 ![]() 237 Это определение дает общее, хотя и не очень четкое, представление о теории благосостояния и ее предмете. Однако следует уточнить ряд моментов. Теория благосостояния является попыткой обсуждения нормативных проблем в рамках социально-философской позиции, на которой основывается современная западная экономическая теория, в соответствии с принятыми ею методологическими принципами и с помощью разработанного аналитического инструментария. Обращение к проблеме сравнения различных общественных состояний и к вопросу о конфликтности интересов в рамках экономи ческой теории, видящей свою задачу в анализе способов распределения ограниченных ресурсов, означает признание социального характера хозяйственной деятельности и в связи с этим проблем, которые не могут быть непосредственно сведены к проблеме эффективном аллокации ресурсов. Современная экономическая теория базируется на принципе приоритета человеческой личности. Отсюда следует, что если и можно говорить об общественном благе, то только как о производном от индивидуального блага. Вместе с тем в общественном сознании укоренилось представление об общественном благе как качествен но отличном от блага индивидуального. Вся история теории благосостояния — это, по существу, история попыток согласовать этический принцип последовательного индивидуализма с представлениями об общественном благе как несводимом прямо к индивидуальным благам. В самом общем смысле речь идет о поиске способов соотнесения блага индивидуального и блага общественного. Но даже при таком общем представлении о предмете возникает целый ряд вопросов, начиная с вопроса о сущности основных понятий. Опираясь на принцип индивидуализма, легко объявить, что индивидуальное благо — это все то, что индивид таковым считает вне зависимости от мотивов. Тогда общественное благо - это совокупность благ индивидуальных. Однако возникает проблема, как строится эта совокупность, т.е. каковы правила «сложения» индивидуальных благ. Существуют и другие препятствия на пути простого соотнесения двух типов благ. Так, определяя благо, мы оставляем вне поля зрения вопрос о способе его достижения, тем самым полагая, что оба явления независимы. Хотя подобное предположение на первый взгляд кажется вполне естественным, в действительности это не так. Разде| ление вопроса о сущности блага и о путях его достижения законе 238 мерно для утилитаризма , утверждавшего, как принято говорить у философов, первичность понятия блага по отношению к понятию правильности, т.е. того, что надо делать, чтобы добиться блага. Вместе с тем возможны другие философские системы, в которых понятие блага неотделимо от представления о том, как оно достигается\ И следует заметить, что социально-экономическая практика часто свидетельствует в пользу такого подхода. Поскольку экономическая теория вообще и теория благосостояния в частности находилась под сильным влиянием утилитаризма, данная проблема в ней практически не ставилась. Более того, именно утилитаризм подготовил почву для формулировки общественной функции благосостояния, предполагавшей в конечном счете подчинение индивидуальных целевых функций некоторой внешней цели. Если вести отсчет современной экономической теории благосостояния от работ Парето, то можно сказать, что за 100 лет эта теория получила в основном негативные результаты. Для большого числа конкретных задач было показано, что не существуют общие правила, позволяющие свести индивидуальные представления о благе к некоему общему благу. Вместе с тем не только потому, что отрицательный результат — тоже результат, но и потому, что «неудачи» на высоком уровне абстракции компенсировались плодотворным рассмотрением частных вопросов, из неудач в деле решения проблемы благосостояния возникли новые направления экономического анализа. Как и в ряде других случаев, истоки многих проблем теории бла-тсостояния можно обнаружить у А. Смита. В «Богатстве народов» Смит сформулировал три принципа, имеющие самое непосредственное отношение к данной проблеме: основной мотив человека в обла-i ги хозяйствования — корыстный интерес; «невидимая рука» рынка фансформирует частный интерес в общее благо, которое трактуется прежде всего как богатство народа; наилучшей политикой с точки (рения обеспечения роста богатства народа является та, которая меньше всего воздействует на свободную игру рыночных сил. Нетрудно заметить, что здесь содержится ответ на поставленный иыше вопрос об общем благе. Для Смита - это национальное богат-с i ко или доход; индивидуальное благо — это индивидуальный доход. V Смита между ними нети не может быть противоречия, и, что очень илжно, свободный рынок наилучшим образом обеспечивает согласо- 2 ![]() родный или общественный феномен рассматривается как средство для до- < шжения внешней цели — полезного эффекта. 3 Ролз Дж. Теория справедливости. Новосибирск: Изд-во Новосибирско- i» университета, 1995. С. 34-38. 239 вание интересов v> достижение как индивидуального, так. и общееi венного блага. Отсюда вытекает и третий тезис Смита - политический импера тив, непосредственно направленный против меркантилизма и стаи ший лозунгом защитников laissez-faire и остающийся таковым. СК новная идея состоит в том, что наилучшим образом обеспечение оь щества товарами достигается рыночным механизмом при мини мал]. ном участии государства. Поэтому, если к чему-то и надо стремиться так это к тому, чтобы приблизить реальность к свободному рынку. Для Смита экономическая свобода была не только условием про цветания, но, в силу специфики его мировоззрения, и необходимым атрибутом справедливого общественного порядка. Поэтому для Смим не существовало волнующей сегодня политиков и экономистов ди леммы: эффективность или справедливость. Смитианский принцип экономической свободы сегодня прояи ляется в предложениях по денационализации промышленности, со кращению налогов, уменьшению государственного бюджета и т.д. Но у Смита были противники, и их последователи говорят о том, что бе i вмешательства государства рынки монополизируются и тем самым «невидимая рука» сама себя подавляет, а даже если конкуренция и сохраняется, существование внешних эффектов и общественных бла], несовершенство информации и т.д. приводят к тому, что результ.п свободных рыночных сил не устраивает общество настолько, что оно начинает искать помощь у внешней по отношению к рынку силы. H.i это последовательные смитианцы отвечают, что «система свободно го предпринимательства имеет свои негативные стороны, но это плата за прогресс и общее благо». Иными словами, вмешательство государства с целью исправить отрицательные последствия рынка может привести к еще большим неприятностям и потерям. Более того, многие защитники рынка считают, что сама проблема подобного рода не является предметом экономической теори| Теория благосостояния в каком-то смысле призвана снять последн! возражение и показать, какие проблемы, связанные с оценками nl следствий рынка, и каким образом экономическая теория может ан| лизировать. Итак, теория благосостояния в основном сосредоточена вокр| следующего круга проблем: содержание понятия общественного (общего) блага, или поль (полезности), и механизм, позволяющий выявить это благо: рынс голосование или политический диктат; соотношение общего блага и результатов деятельности индии! дов, преследующих свои собственные цели и влияние на этот пр{ 240 вес институциональной структуры экономической системы. Ины-словами, обсуждается вопрос о том, какое устройство системы 5сспечивает лучшее соотнесение частных интересов и обществен-|ою блага: свободный рынок, рынок с элементами регулирования, Централизованный механизм принятия решений и управления. 2. Современные подходы к определению общественного блага. Оптимум по Парето В современной теории благосостояния можно выделить два принципиальных подхода к решению вопроса о сущности общественного Шага. Согласно первому, общественное благо характеризуется неким Показателем, или целевой функцией, которая подлежит оптимизации. Согласно второму, это — состояние, в некотором смысле наилучшее, ! точки зрения индивидов. Первый подход в наибольшей степени близок этике утилитариз-цп. представители которого — И. Бентам, Г. Сиджуик и др. — пытались сформулировать функцию общественного блага. Бентам, напри-Мер, основополагающим принципом этики провозгласил принцип рользы, причем последнюю он трактовал в свете стремления челове-i к увеличению наслаждения и уменьшению страдания. Отсюда общи польза понималась как «наибольшее счастье для наибольшего 1исла людей», т.е. как наиболее благоприятный баланс наслаждения (страдания для наибольшего числа людей4. Здесь важно подчеркнуть регатный характер критерия, предполагающего возможность сопо-ннления индивидуальных полезностей при переходе к обществен-)й полезности. Бентам, как известно, предлагал суммировать стра-1ние и счастье. Подобная арифметика счастья имела непосредствен-SC отношение к экономике, поскольку Бентам связывал удовольст-Це с потреблением товаров и услуг, и потому экономическая интерстация его социального оптимума означала максимум производ-|ш товаров. Именно этот подход открывает дорогу идее социально-экономиче->т управления, предполагающего знание общественной целевой фикции и способов ее оптимизации. Однако он ничего не говорит о JM, каким образом выявить эту общую целевую функцию. Одним из Чснидных способов является голосование и решение большинством «юсов, однако, как было установлено еще в XVIII в., этот самый де- 4См., например: Бентам И. Избр. соч. Т. 1.СП6., 1860. 241 мократический способ не гарантирует в общем случае выявления общественных предпочтений5. В русле данного подхода рассуждал А. Пигу. Второй подход связан с именем В. Парето и прежде всего с его работой «Курс политической экономии» (1896-1897). Рассуждал в русле теории общего равновесия, Парето пытался дать содержательную трактовку утверждению, что совершенная конкуренция обеспечива-ет достижение максимума благосостояния. При этом он подчеркивал этическую нейтральность своего подхода, ограничивался анализом проблемы эффективности; отказался от рассмотрения природы полезности и признал невозможность измерения полезности и межличностного сопоставления полезностей; единственно возможным способом выявления индивидуальных полезностей считал шкалу предпочтений; исходил из предпосылки, что никто, кроме самого человека, не способен судить, что для него благо; вопрос же о природе предпочтений людей выводил за рамки экономической теории6. Благодаря Парето в экономическую теорию прочно вошли такие инструменты анализа, как кривые безразличия, «карта безразличия», «коробка Эджуорта» и т.д. Следствием подобных представлений было утверждение о том, что чистая экономическая теория не может дать критерия выбора между социальным порядком, базирующимся на частной собственности, и социализмом. Решение этого вопроса предполагает обращение к обстоятельствам иного характера, которыми сам Парето активно интересовался, но уже не как экономист, а как социолог и философ. Основным вкладом Парето в экономическую теорию является предложенный им критерий благосостояния, согласно которому увеличение благосостояния означает такую ситуацию, когда некоторые люди выигрывают, но никто не проигрывает. Иными словами, состояние называется оптимальным по Парето, если выполняется следу-j ющее условие: ничье благосостояние не может быть улучшено 6eq ухудшения благосостояния кого-либо другого. Отметим несколько моментов. Во-первых, оптимальное по Паре-| то состояние — наилучшее сточки зрения использования ресурсовпри заданном исходном распределении богатства, или покупательной спо-1 собности экономических агентов. Во-вторых, при изменении на-] чального распределения благ можно прийти к другим оптимальныи состояниям, сравнение которых выходит за пределы «компетентное^ ти» данного критерия. Последнее очень существенно, так как в жизн» 5 ![]() Welfare Economics//The World of Economics". L.. Macmillan, 1987 P 721-722,| 6 Pareto V. Cours d'economie politique. 2 vols. Laitsanne, 1896-1897 |