римское право. Литература по гуманитарным и социальным дисциплинам для высшей школы и средних специальных
![]()
|
464 нпляется неравновесие рынка, а тенденция найти положение равно-иесия, если последнее нарушено»6. Здесь он как бы сделал шаг в сторону сравнительной статики, но сравнение равновесных состояний пока его не интересует. Содержательный анализ проблемы устойчи-|июти, по-видимому, был оставлен будущей, увы, не созданной теории экономической динамики. И все-таки некоторый переход к ди-^иамикеуже был намечен. Процесс поиска равновесия у Кондратьева отличается от предло-;нного в модели Вальраса по нескольким пунктам: во-первых, не едполагалось совершенное знание экономических субъектов, а сле-■вательно, допускалась возможность заключения сделок по нерав-(весньш ценам; во-вторых, равновесие - в виде равновесных зна-■шй цен и количеств — представлялось не результатом расчетов кого I то ни было (экономические агенты эти значения не знают, а аук-|ониста не существует), а средней {точнее, модой) значении', кото-|>ie характеризуют сделки, совершенные на рынке; в-третьих, тип ^определения вероятностей значений соответствующих переменных I точнее, то, что они распределены по нормальному закону) опреде-рн большим числом участников, их незначительной экономической лой и тем, что они действуют в собственных интересах. При таком цходе равновесие некоторой системы элементов при определенных Ьловиях — это «то состояние этой системы, которое наиболее веро-гно и, следовательно, изменения которого наименее вероятны»7. 1этом, собственно, и состоит суть статистико-вероятностного под-Кондратьева. Методологическое значение этого подхода определяется тем, что 1нем проявилось представление Кондратьева о закономерности как [результате действия закона больших чисел. В рамках этого подхо-специфика социально-экономических явлений по сравнению с гениями физического мира, а следовательно, и особенности со-<ального знания по сравнению со знанием естественным опреде-ВНы двумя обстоятельствами. Во-первых, хотя исследователь обще-Гвенных явлений имеет дело с большим числом событий, оно несо-ставимо меньше числа событий, с которыми имеет дело исследо-1тель природных процессов. Во-вторых, исследователь-общество-глубоко «погружен» в исследуемую среду, является участником Сследуемых процессов, в то время как ученый-естественник высту-1ет в роли внешнего наблюдателя. В силу этих обстоятельств, под- 11 Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и дина-(Игки.С. 383 7 Там же. С. 314. 465 черкивал Кондратьев, обществовед чаще всего воспринимает явл^ ния как единичные события, за которыми ему трудно увидеть закС номерности. Таким образом, можно сказать, что, с точки зрения Кондрата во-первых, суть научного знания составляет установление устой! вых закономерностей; во-вторых, эти закономерности неизбежна силу специфики познавательных способностей человека, имеют | роятностный характер; в-третьих, а силу характера обществен* процессов установленные закономерности менее надежны, чем] кон ом ерн ости, касающиеся природных явлений. Таким образом, уже само понимание целей науки и ее объе! Кондратьевым позволяет сделать вывод о том, что для него обла| научного знания — это область процессов и явлений, к которым ujT менимо понятие вероятности. Речь идет, следовательно, об облаЛ повторяемых явлений. Поэтому совершенно естественным для Ко дратьева является концентрация внимания на циклических проц| сах вообще и долговременных, в силу их меньшей изученности, и ' стности. 3. Теория длинных волн и дискуссия вокруг нее Впервые Кондратьев упомянул о существовании наряду с обь ными промышленными циклами продолжительностью 7—11 лег: 60-летних циклов в работе «Мировое хозяйство и его конъюнктур время и после войны» (Вологда, 1922). Подобное упоминание ни в Kмере не было неожиданным. Для ученого, который занимался ai лизом обычных деловых циклов — а именно о таких циклах, а кС| кретнее, о цикле, который завершился кризисом 1920-1921 гг., и i речь в данной книге, - подобное расширения горизонта рассмог ния изучаемого явления вполне закономерно. Более того, можно cj зать, что к этому времени идея больших циклов назрела в эконои ческой науке. В конце XIX — начале XX в. многие экономисты, занимавший исследованием промышленных циклов, упоминали о возможное существования циклов намного большей продолжительности, обычные торгово-промышленные циклы. Среди западных эконои стов следует упомянуть Р. Гильфердинга, К. Каутского, Г. Мура и^ Но наиболее отчетливо мысль о том, что капиталистической эко^ мике присущи циклические колебания большой продолжителыг<| 466 In, была высказана А.Гельфандом (1901)s и Я. ван Гельдереном (1913), \ Пьетри Тонелли (1921), С. де Вольфом (1924)9. Гораздо менее известны русские предшественники Кондратьева, I исключением, быть может, М.И. Туган-Барановского. Первым ере-русских экономистов о существовании длинных периодов (более I лет) однонаправленного движения цен упомянул А.И.Чупров10 и ?и этом указал на возможную связь этих процессов с научно-техни-еским прогрессом. Хронологически следующее (1894) указание на Одьщие циклы мы находим у М.И. Туган-Барановского: «Наряду с »кими мелкими колебаниями, повторяющимися с известной пра-[льностью каждое десятилетие, могут быть и более крупные коле-цния, охватывающие несколькодесятковлет: 30-летие 1820-1850 гг. »ию эпохой падения товарных цен вследствие неблагоприятных ус-эиий международной торговли, а 20-летие 1850—1870 гг. было вре-рпем поднятия товарных цен вследствие того, что международная йрговля оживилась»". В работе «Бумажные деньги и металл» он не 1Лько повторил тезис о существовании долговременных колебаний фарных цен, ко и высказал точку зрения, согласно которой приро-I этих колебаний та же, что и у краткосрочных42. Другие русские эко-амисты также писали о длинных циклах. В. Мукосеев указывал на }а периода роста цен - 1850-1870 и 1895-1912 гг.1 \ М. Бунятяндо-гшил эту периодизацию указанием на две полные волны в движе-1И цен: 1785—1850 и 1850—1896 гг., именно он впервые употребил Чснь популярное у всех исследователей больших циклов выражение, i обычные, малые циклы «нанизываются» на волны больших цик-)н14. Одолгосрочных колебаниях упоминали и некоторые современ- * Довольно известный представитель российской и германской социал-Кократии, писавший под псевдонимом Парвус. Parvus. Die Handelskrisis und die Gewerkschaften. Munchen,1901; Parvus. Kapitalistische Produktion und das Proletariat. Miinchen, 1908; Gelderen J. , Springvloed: Beschouwingen over industrieele ontwikkefing en prijsbeweging// Nieuwe Tijd.1913. Vol.18; Pietri-Tonelli A. de. Lezioni di scienza economics ' "lalleeespermentale. Rovigo, 1921; WolfFS.de. Prospertiits-und Depressions-Ien//Derlebendige Marxisms: Festgabezum 70. Geburtstagevon Karl Kaut-na,1924. 1 Чупров А.И. Характер и причины современного промышленного кри-п Европе. М., 1889. 11 Туган-Барановский М.И. Периодические промышленные кризисы. W 4-е. М., 1913. С. 84. '' Гуган-Барановский М.И. Бумажные деньги и металл. Изд. 2-е. М , 1919. , ЛК -39. Мукосеев В. Повышение товарных цен. М , 1914. 1 Бунятян М.А. Экономические кризисы. М., 1915. 467 ники Кондратьева, например, С. Фалькнер, в какой-то степени п[ знавал их существование и Л.Троцкий15, который, в отличие от \» гих других экономистов, не ограничивался рассмотрением динал ки цен, а считал долгосрочные колебания явлением, присущим питалистическому хозяйству в целом. Несмотря на эти и другие м\ гочисленные упоминания о долговременных колебаниях, име? Кондратьеву принадлежит заслуга создания основы теории больи циклов. В отличие от перечисленных экономистов, которые в оснонн? ограничились высказываниями о существовании больших циклон причем главным образом вдвижении цен, Кондратьев дал разверт тое эмпирическое обоснование гипотезы о существовании большие циклов хозяйственной конъюнктуры в целом. Он предложил кер]| дизапию больших циклов с конца XVIII в., выделил ряд характер? явлений", так называемых эмпирических правильностей, указыва щих на включенность больших циклов в процесс социально-эко1 мического развития, наконец, предложил объяснение механиэ большого цикла. Для эмпирического доказательства существования больии циклов Кондратьев исследовал движение индексов товарных цс* курсов некоторых ценных бумаг, депозитов, заработной платы [ ряде отраслей, внешнеторговых оборотов, добычи и потреблен! угля и производства чугуна и свинца. Он использовал данные Англии, Франции, Германии, США. Максимально длинный э* пирический ряд индексов товарных цен в Англии, выраженных золоте, охватывал период с 1780 по 1925 г. Для выявления дол срочных колебаний Кондратьев прибегал к анализу не первичн| а полученных в результате несложных преобразований эмпирии ких рядов. Процедура преобразования предусматривала отнесе| абсолютных данных к численности населения, очищение дан([ от тренда (использовались кривые первого или второго поряди выравнивание остатков по методу 9-летней скользящей сред! (с целью устранить влияние небольших циклов). Полученные а| зультате подобной процедуры ряды обнаруживали явно выра? ный циклический рисунок с периодичностью в 50-60 лет. В и^ Кондратьев выделил следующие циклы'в динамике мировой номики: Т ![]() акад. 1923. № 4. ^- 468
Сопоставление динамики названных показателей с большим мас-1сшюм исторических фактов позволило Кондратьеву сделать заключение о существовании следующих закономерностей: и течение двух десятилетий перед началом повышательной вол-ш наблюдается оживление в сфере технических изобретений, которые в массовом порядке внедряются в производство в начале повы-цагельной фазы; тогда же происходит расширение сферы мировых |цизей и изменения в добыче золота и денежном обращении; повышательные фазы больших циклов отмечены значительными социальными потрясениями в жизни общества (войны, революции и т.д.); понижательная фаза сопряжена с длительной депрессией в сель-ком хозяйстве; большие циклы оказывают влияние на средние циклы: в понижа-льной фазе последние характеризуются большей длительностью и лубинои падения, краткостью и слабостью подъема, напротив, в по-Ы шательной фазе большого цикла подъемы средних циклов более зна-Ительны и продолжительны, а спады — короткие и неглубокие. Все это привело Кондратьева к убеждению о большой вероятное-[ существования циклов конъюнктуры периодичностью 50—60 лет. Рднако для.тогб, чтобы можно было говорить о теории больших цик-1и, необходимо было предложить объяснение лежащего в их основе |ц;х,шизма. Кондратьев, по его собственным словам, сделал первую ропытку объяснения этих циклов, используя идею подвижного рав-||(М1Сч;ия и маршалловский подход равновесия различного типа в за-исимости от длительности рассматриваемого периода. Кондратьева Нчересовало, если использовать терминологию Маршалла, равно-|сие третьего порядка, устанавливающее равновесие в распределе-щ изменившегося запаса капитальных благ, срок службы которых ^числяется десятками лет. Изменение этого запаса, его отклонение як неравномерный процесс) от уровня равновесия (которое в свою ^ередь меняется) и проявляется как большой цикл конъюнктуры. Теоретическая модель большого цикла, предложенная Кондрать-biM, сводится к следующему. Повышательная волна связана с об- 469 новлением и расширением запаса капитальных благ. Предполагай ся, что к ее началу накопление капитала как в натуральной, так и и| денежной форме достигло внушительных размеров; что созданы предпосылки продолжения процесса накопления, опережающио процесс текущего инвестирования: капитал сконцентрирован и[ мощных финансовых и предпринимательских центрах, и он деин и Наличие этих условий создает возможности массового внедрении накопившихся изобретений. Начинается повышательная волна кбнъюнктуры, происходит расширение мирового рынка и усилений] конкурентной борьбы на нем, это ведет к обострению противоро-] чий между странами, внутри стран также происходит усиление со циальной напряженности. Что определяет изменение направления кривой конъюнктурь Кондратьев отвечает: превышение спроса на капитал над его предл( жением. Таким образом, он отчасти принимает идею исчерпания с? бодныхкапиталов, высказаннуюТуган-Барановским при объяснен причин возникновения кризиса в ходе обычного делового цю (см. гл. 24). Депрессивное состояние стимулирует поиски более дешевых пр изводственных процессов, толкает к техническим изобретения! В этот период спрос на капитал резко снижается и в то же время а| кумуляция капиталов в руках промышленно-финансовых структ продолжается благодаря сбережениям групп с фиксированными, ходами, а также за счет сельского хозяйства, которое не так peri как промышленность, реагирует на изменение конъюнктуры, п труднее приспосабливается к новой ситуации. Происходит уде и ление капитала, которое стимулируется увеличившимся прито: золота, произведенного в условиях более благоприятного для зг тодобывающей промышленности соотношения издержек и цены здаются условия для нового подъема. Кондратьев изложил свою концепцию больших циклов в стат» 1925 и 1926 гг.16, а также в докладе, представленном в феврале 192CJ Институте экономики. Доклад Кондратьева, контрдоклад Д.И.< рина и другие выступления в ходе дискуссии были опубликовав 1928 г. в книге «Большие циклы конъюнктуры: доклады и их обе дение в Институте экономики»17. К ![]() Кондратьев Н.Д. Большие циклы конъюнктуры: доклады и их o6l дение в Институте экономики// Совместно с Д.И. Опариным. М , [в: Проблемы экономической динамики. М.: Экономика, 1989]. 470 В ходе обсуждения как в Институте экономики, так и на страни-цпх ряда изданий были высказаны весьма разноречивые, но в основном критические мнения по поводу концепции Кондратьева. Однако характер критики был различным. Достаточно обстоятельные и шслуживающие внимания возражения содержались я контрдокладе ' Ларина, который подверг критике статистико-математическую про-нуру обработки эмпирических рядов, применявшуюся Кондратье-гм. Он указал на достаточно произвольный выбор вида трендовой ивой и на несоответствие между длиной циклов и имеющихся ста-стических рядоа, которые в принципе могут «вместить» самое боль--е —два с половиной больших цикла. Опарин согласился ссущест-ланием больших циклов лишь для показателей, относящихся ксфе-т,енежного обращения, объяснение которых, по его мнению, не ■бует специальной теории и вполне укладывается в теорию денег сселя. Опарин также не согласился с большинством эмпиричес-\ правильностей Кондратьева. Вместе с тем критика Опарина, а также ряда других участников юл не вписывалась в рамки научных дискуссий, однако уже и тогда | имя пилась тенденция к политизированной интерпретации содержа-|цин концепции. Некоторые экономисты стали рассматривать ее че-[рс 1 призму марксистского тезиса о неминуемой гибели капитализма |И, не найдя подтверждение этого тезиса у Кондратьева, увидели в его концепции отклонение от марксизма , другие отказывались признать (Какие-либо иные циклы, кроме тех, что исследовал Маркс1''. Весьма 'Сложнил ситуацию и тот факт, что марксистский подход к явлению Больших циклов уже был сформулирован Л. Троцким, который хотя признавал наличие долговременных колебаний, но отказывал им в Периодичности, а причину их видел во внешних факторах, в том чис-Rc «надстроечного» характера. В итоге, несмотря на большой интерес проблеме больших циклов в советской экономической науке вто-юй половины 20-х годов, достаточно быстро эта проблема исчезла страниц отечественных журналов. Исследования переместились Чй Запад, где, хотя и не сразу, проблема больших циклов определила Целое направление исследований. Впервые статья Кондратьева о больших циклах на немецком язы-Кс была опубликована в 1926 г., в 1935 г. - на английском. Книга Кон-[ратьева о больших циклах была переведена на английский язык в |9И4 г., в 1992 г. вышло обширное издание на французском языке, включающее не только книгу 1928 г., но и важнейшие статьи Кондратьева Такова была позиция Н. Осинского. " Например, В. Богданов, А Герценштейн, 471 по проблеме экономической динамики, наконец 131998 г. в Англии было опубликовано 4-х томное издание, в которое вошли основные работы Кондратьева, представляющие все грани его научного наследия. На Западе пик интереса к проблеме больших циклов пришелся на 70-80-е годы. Сдвиги в тенденциях развития мировой экономики, прежде всего замедление темпов экономического роста, привели к изменению акцентов в экономической науке и сделали привлекательной концепцию больших циклов, позволяющую рассматривать ситуацию 70-х годов в общем контексте экономического развития. Некоторые вопросы, впервые поставленные в ходе дискуссии 20-х годов, вновь оказались в центре внимания. Прежде всего это вопросы, связанные с влиянием научно-технического прогресса на процесс накопления капитала и структуру промышленного производства, динамику экономического роста. Немецкий экономист Г. Менш сосредоточился на анализе различного типа нововведений (базисных и улучшающих), процесса их распространения в производстве и связи ■ этих процессов с движением конъюнктуры соответствующих рынков, он ввел понятие «техногологического пата», или технологической тупика, когда экономические возможности сделанных ранее нои(| введений исчерпаны, а новые еще не появились20. Несколько в инс ключе рассматривал влияние научно-технического прогресса англия ский экономист К. Фримен. В центре его внимания и внимания е]| коллег — движение занятости в связи с изменениями, вызванныл техническим прогрессом, которое рассматривается как на уровне вс(| экономики, так и применительно к специфически заданной структ ре отраслей — «молодых» и «зрелых»21. 22 Наряду с исследованиями, в которых в центре внимания — про* водство и влияние на него технического прогресса, существуют иссл| дования, сосредоточившиеся на сфере обращения. Наибольшую изв стность среди них приобрели работы американского экономиста' Ростоу, который интересовался прежде всего динамикой относител| ных цен (прежде всего «базисных», сырьевых и продовольственных т варов) в контексте изменений в различных секторах промышленнс ти. В связи с этим он затрагивает некоторые демографические проце сы, а также процессы, происходящие в сельском хозяйстве M ![]() 21 Freeman C, Clark J., Soete L Unemployment and technical innovatic A study of long waves and economic development. L., 1982, 22RostowW.W. Kondraiieff, Schumpeterand Kuziiets: Trend Periods Revisite Journal of Economic History. N.Y., 1975. Vol. 35. № 4; Cycles in the fifth Kondrati| upswing// The Business Cycle and Public Policy 1929-1980. Wash., 19K0. 472, Многочисленные работы по теории больших циклов не привели ! к выработке единой концепции, единого механизма, который даБал бы целостную картину циклического процесса, затрагивающего не I только сферу экономики, но и политику и социальную сферу. Не был [до конца решен даже вопрос о периодизации больших циклов, и су-1 шествующие схемы часто дают расхождения в J 0 и более лет. По-преж-[иему идут дискуссии о математическом инструментарии и о надеж-[иости статистической базы. Хотя можно сказать, что здесь достигнуты заметные успехи. Например, для выделения тренда сегодня паря-|ду с техникой наименьших квадратов используются методы спектрального анализа24. Так или иначе, есть все основания утверждать, что концепция гКондратьева послужила толчком к длительной и плодотворной дис-^ куссии, имевшей большое теоретическое, а в ряде случаев и практическое значение, связанное прежде всего с новыми возможностями долгосрочного прогнозирования, которые открыла теория Кондра-ц.ева и которые были развиты в последующие десятилетия, 4. Проблемы регулирования, планирования и прогнозирования Теоретические задачи, которые Кондратьев ставил перед наукой, In именно установление устойчивых закономерностей между хозяй-с i пенными явлениями, тесно связаны с его представлениями о прак-[тнческих задачах экономической науки, важнейшую из которых Кон-'дратьев связывал с прогнозированием как основой регулирования. Чдесь Кондратьев, по его собственному утверждению, следовал формуле Конта: «Знать, чтобы предвидеть; предвидеть, чтобы управой 1Ъ»14. Не случайно вопросы философско-методологического харак-5ра, о которых говорилось выше, обсуждались им в связи с пробле-Цпми предвидения, а в ряде случаев и планирования2^. 1 Более подробно об исследованиях больших циклов на Западе см., на-ример: Долговременные тенденции в капиталистическом воспроизвод'ст-I. М.гИНИОН, 1985. 24 Кондратьев Н.Д. План и предвидение//Коидратьев Н.Д. Проблемы Кономической динамики. М., 1989. С. 102. " О планировании см. также следующие работы Н.Д, Кондратьева: Про-Пема предвидения (Вопросы конъюнктуры. 1926. Т. 2. Вып. 1), Проблемы рншития сельского хозяйства России (Первое предварительное приближение ). Тезисы //Экономическое наследие Н.Д. Кондратьева и современность 7116., 1994; Критические заметки о плане развития народного хозяйства// 11ценовое хозяйство. !927. № 4. 473 Закономерно, что в условиях становления новой системы упр| ления экономикой вопросы, касающиеся сущности планирован] возможностей целенаправленного воздействия на экономику и ханизмов этого воздействия, находились в центре внимания как; ных-эконо.мистов, так и практиков. Вопросы о масштабах и методах регулирования экономики, ctJ тегии экономической политики государства оставались в центре щ мания Кондратьева на протяжении всего периода его активной литико-экономической деятельности. Впервые Кондратьев обратился к этим проблемам в 1916— 19171 когда на основании анализа экономического положения России*! целом и в области продовольственного дела в частности он выступ! с идеей усиления регулирующей функции государства, имея в bv фактический отказ от рыночных методов регулирования хозяйства] введение прямого государственного контроля над производством 1 распределением предметов первой необходимости, прежде всего хла (введение жестких цен на хлеб, рационирования потребления хл« и т.д.); осуществление жесткой и социально направленной финан<| вой политики, включающей увеличение налогов н,а высокие дохе и прибыли, замораживание цен на промышленные товары, покуп мые крестьянами, и заработной платы рабочих; усиление регули^ вания в промышленности, вплоть до образования синдикатов, на дящихся под управлением государства, и введения трудовой повЯ ности. Он предлагал также расширение функций местных органов] равления, прежде всего продовольственных комитетов, осущест^ ющих контроль над частным капиталом и поддержку кооперации^ которую в решении продовольственного вопроса Кондратьев воз гал особые надежды16. После завершения периода «военного коммунизма» проблема] гулирования экономики приобрела специфическое содержание, сударственная собственность на основные средства произволе! концентрация политической власти в руках большевистской парт создавали основу для развития системы регулирования, принциг ально отличной по масштабам и характеру вмешательства от сие мы, существующей гнэи капитализме, прежде всего тем, что мете косвенного регулирования уступают место непосредственному ре| лированию. Последнее, однако, не исключает применения некс 2 ![]() 474 I'i ix методов косвенного регулирования хотя бы уже потому, что в пе-|ч од перехода к социализму рыночные отношения сохранялись. I: связи с этим объективно возникала проблема сочетания методов прямого и косвенного воздействия на экономику и связанная с этим проблема методологии планирования. В ходе обсуждения этих про-" к'м, в котором принимали участие многие ученые-экономисты и практики, выявились существенные разногласия, касавшиеся степени и характера сочетания позитивного и нормативного принципов, и lit генетического и телеологического подходов, субъективного и объ-* i 1ивного факторов при разработка планов, императивного и инди-IN ивного принципов регулирования. Представители телеологического подхода (Г. Кржижановский, ( Гтрумилин, В. Мотылев и др.) видели в хозяйственном плане преж-■и iscero целевые установки, определенные классовым подходом. Суть пита принципа с предельной ясностью выразил Струмилин, кото-|!i.nt писал, что в условиях СССР хозяйственный план является лишь ^.пендарным воплощением партийной программы27. С методологи-■нч-кой точки зрения это означает призыв идти от цели к средствам, in следствия к причине. Вместе с тем, по крайней мере на уровне ри-|<>рики, сторонники телеологического подхода не исключали науч-I ими анализ, в частности для выяснения степени надежности предпо-Ьмиемых причинно-следственных связей, например, того, являются ли предлагаемые меры достаточными для реализации принятых це-jii п. Говоря предельно кратко, здесь речь шла о плане-задании. Оче-мшчно, что подобному принципу планирования отвечали директивные методы управления, которые определяют сущность администра-l't ииной системы. Представители генетического подхода, прежде всего Н. Кондра-lii.cn, В. Базаров, В. Громан и др., отстаивали идею плана, целевые 1усишовки которого определяются исходя из вероятных и втожевре-|мя желательных тенденций развития той или иной отрасли, рынка, феры хозяйства или хозяйства в целом. Отправной точкой построены плана предполагался, таким образом, прогноз, предвидение, ана-1И 1 объективных тенденций развития. Подобная точка зрения определяла подход к планированию, це-Глыо которого Кондратьев считал разработку реалистичных и обоснованных планов, основанных на анализе объективных тенденций, т.е. планов, «на которые можно было бы опираться в руководстве народным хозяйством28» и которые являются выражением желательных 2 ![]() 475 результатов в рамках возможного. Достижение этой цели предполагает следующие принципы построения планов и их трактовки: соответствие горизонта планирования характеру и масштабу задач и определение круга показателей, которые в принципе могут подлежать вероятностной оценке при существующем уровне знания; определение границ количественного анализа, в особенности при перспективном планировании, и вероятностных характеристик оцениваемого показателя; отношение к плановым показателям скорее как указаниям желательного1 направления, чем жесткой директиве; разграничение на качественном уровне планов различного типа, особенно выявление специфики перспективного планирования и особое внимание к анализу тенденций развития народного хозяйства при построении подобных- планок, а также к качеству плановой работы в этой области. Эти положения, сформулированные в работе «План и предвидение», определяли- общий подход к планированию24. Вместе с тем они допускали различия систем планирования и регулирования для секторов экономики, находящихся под контролем государства, и тех, регулирующая функция рынка сохраняется. С особой остротой прос о специфике сельского хозяйства и методов его регулировй встал в связи с проблемой индустриализации, ее темпов и методе связанной с ней проблемой коллективизации. С точки зрения этих принципов Кондратьев подверг крити-кому рассмотрению проект первого пятилетнего плана, разрабоп ного под руководством Г. Струмилина и являвшегося, какизвес планом индустриализации. В работе «Критические заметки о п„ развития народного хозяйства»'" Кондратьев показал, чтопредлол ный план является нереалистичньш из-за заложенных н нем ст; турных несоответствий, касающихся ориентиров относительно нямики потребления, накопления, экспорта, роста продукции j мышленности и ее отраслей, а также несогласованности между дши микой промышленности и сельского хозяйства. Кондратьев исходил .из того, что осуществление индустриал* ции предполагает высокую норму накопления. Источником нако! ления в сложившихся условиях является сельское хозяйство, при1 в основе своей частнокапиталистическое. Все это предъявляет иссь-| э ![]() 30 Эта статья была опубликована в ходе дискуссии, развернутой в 1927 1 в журнале «Плановое хозяйство» и перепечатана в работе: Кондратьев H.J. Проблемы экономической динамики. 47G ма высокие требования к политике в отношении сельского хозяйства, которая должна быть политикой не директивного управления, а косвенного регулирования, учитывающего реальные возможности достижения плановых заданий. Он исходил из необходимости в интересах роста всего народного хозяйства обеспечить интенсивное накопление капитала в сельском хозяйстве, увеличение объемов товарной продукции, повышение интенсивности сельскохозяйственного производства, культуры земледелия и т.д. Реализация этих целей предполагала развитие легкой промышленности, без чего невозможно включение крестьянства в хозяйственный оборот, уменьшение ножниц цен на промышленную и сельскохозяйственную продукцию, расширение национального рынка сельскохозяйственной продукции и его связи с мировым рынком. Среди общеэкономических задач Кондратьев называл сбаланси рованность платежеспособного спроса и производства предметов потребления, как сельскохозяйственных, так и промышленных, и в связи с этим увязку роста заработной платы с повышением произво дительности труда. , В «Критических заметках», в выступлении в связи с разработкой законопроекта «Об основных началах землепользования и землеустройства», в докладной записке в ЦК «Задачи в области сельского хозяйства в связи с развитием народного хозяйства и его индустриализацией» Кондратьев пытался отстоять принцип сбалансированности в развитии промышленности и сельского хозяйства, не допустить чрезмерного перераспределения ресурсов в пользу промышленности и подрыва сельского хозяйства; он пытался противостоять утверждению директивного метода управления. Все это в конце концов вызвало крайне негативную реакцию со стороны партийного руководства. Ведущий свою собственную политическую игру, уже потесненный с важных пар-1ийных постов Г. Зиновьев, по существу, развернул кампанию разоблачения Кондратьева и его единомышденников, назвав представленный доклад «манифестом кулацкой партии». Зиновьев, очевидно, имел и виду стремление Кондратьева противостоять готовившемуся удару но деревне, который неминуемо приводил к нарушением макроэкономических пропорций, подрыву экспортных возможностей страны, снижению уровня благосостояния всех трудящихся. Столь же резкую отповедь вызвало требование ученого привести в соответствие рост .аработной платы в промышленности с ростом производительности руда; и другие очевидно верные сточки зрения экономической науки езисы о методах воздействия на экономику11. 1 ![]() 477 ^ То, что произошло дальше с Кондратьевым и его научным наследием, является проявлением в концентрированном виде тенденции к крайней идеологизации экономической науки, которая установилась у нас в стране с начала 30-х годов. Результатом этой идеологизации стала изоляция отечественной науки от мирового процесса роста экономического знания, что, как со всей очевидностью показала практика, не пошло ей на пользу. В течение нескольких десятилетий отечественная экономическая наука исходила из того, что существует истинная - марксистская политэкономия, и вся остальная - буржуазная, ошибочная. Однако подобная оценка нисколько не остановила развития последней, но пагубно сказалось на первой. И, как и предсказывал сто лет назад С. Франк, нам самим приходится стыдиться этой оценки. Последствия изоляции еще долго будут довлеть над отечественной наукой, хотя существование в ее истории таких фигур, как Кондратьев, дает основание для умеренного оптимизма относительно ее будущего. Рекомендуемая литература Кондратьев Н.Д. Проблемы экономической динамики. М.: Экономика, 1989. Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики. М.: Наука, 1991. Kondratiev N.D. Collected works. Vol. 1-4. L.: Pickering Chatto, 1998. К 100-летию со дня рождения Н.Д. Кондратьева// Вопросы экономики. 1992. № 10. Долговременные тенденции в капиталистическом воспроизводстве, i М.: ИНИОН, 1985. Раздел IV СОВРЕМЕННЫЙ ЭТАП: ОТ КЕЙНСА ДО НАШИХ ДНЕЙ Серьезные испытания ожидали экономическую теорию в 1930-е шли. Опыт Великой депрессии поставил под сомнение правомерность рассмотрения рыночной экономики как гармоничной саморе-гунирующейся системы, уравнивающей величины спроса и предложения на всех возможных рынках. Стало очевидным, что, если даже индивидуальные экономические агенты ведут себя рационально, со-Иокупный результат вовсе не обязательно получается оптимальным: у макросистемы свои законы, не описываемые теорией общего рав-чгопссия. Создателем новой макроэкономической теории, объяснившей реально существовавшие депрессию и безработицу и предпола-гшпией необходимость активного государственного вмешательства для борьбы с ними, по праву считается Джон Мейнард Кейнс. Труд Коинса «Общая теория занятости, процента и денег» фактически положил начало современной макроэкономике, оперирующей агрегатными показателями потребления, сбережения, инвестиций и т.д. (см. гл. 29). Распространение этого подхода на проблемы долгосрочной экономической динамики лежало в основе современной теории экономического роста, эволюция которой рассматривается в главе 31. \ соответствии с развитием рельной экономики внимание к долго-рочному росту чередовалось в макроэкономической теории с увле-виием циклами и депрессиями (анализ соответствующих теорий не |р1"<-л в эту книгу). Что касается теорий инфляции и влияния наэко-ку денежной политики, то здесь проявились оппозиционные лтнетву как теоретически, так и практически макроэкономи-ie взгляды монетаристской школы {гл. 33). области микроэкономики 30-годы стали, говоря словами -Цэкла, «годами высокой теории». Именно в этот период поступив математических моделей стало выдвигаться на первый план в Пиитии экономической науки. Так, благодаря Дж. Р. Хиксу теория 479 потребительского выбора очистилась от остатков психологизма, свя| занных с понятием предельной полезности, и стала оперировать пре| дельными нормами замещения. В развитие маршаллианской традич ции Э. Чемберлином и Дж. Робинсон были созданы формальные мо\ дели несовершенной конкуренции. По пути нарастающей формалин зации пошла вальрасианская теория общего равновесия. Господствующий в микроэкономике неоклассический подход 11 временем охватывал феномены, первоначально ему неподвластны* Так, фундаментальное значение имела неоклассическая трактоика^ неопределенности и риска в рамках теории ожидаемой полезное! Неймана-Моргенштерна (гл. 30). В дальнейшем неоклассический подход распространился и на такие макроэкономические явления| как экономический рост (теория Солоу, новая теория роста Ромера I Лукаса), цикл и инфляция (новая классическая макроэкономика см. гл. 34). Более того, с его помощью оказалось возможным анали^ зировать экономические институты (гл. 38), а также явления, тради^ ционно не относившиеся к числу экономических: проблемы брака I семьи, преступности, расовой дискриминации и т.д. Последнее тече^ ние, получившее название «экономического империализма», рассма<| тривается в главе 40. До середины 1970-х годов основным течением экономической те| ории был 'неоклассический синтез, соединявший неоклассическу микроэкономику с кейнсианской макротеорией. Системный кризи$| поразивший западную экономику в 70-е годы, затронул и экономии^ скую теорию. Из основного течения вьшало кейнсианство, место i торого заняла новая классическая экономика, активизировались ал! тернативные исследовательские подходы: неоавегрийская, эволюц* онная, поведенческая теория (гл. 35-37), оживилисьдискуссии по м^ тодологическим проблемам (гл. 41). Общая структура современной ж номической теории по темам и подходам рассмотрена в главе 42. |