Теория литературы 1 курс. Вопросы Теорлита. У о. отвеченный вопрос
![]()
|
11. Сознательное и бессознательное в литературном творчестве. Концепция «смерти автора» Р. Барта.К собственно осмыслению реальности художническая субъективность далеко не сводится. Камю: «автор неизбежно говорит больше, чем хотел». В произведениях искусства неизменно присутствует нечто запредельное взглядам и творческим намерениям их создателей. Лихачев считал, что в составе авторской субъективности различимы два ее важнейших компонента: слой «активного воздействия на читателя», то есть сфера сознательных и направленных мыслей, и слой «пассивный», который «приходит» в произведение от укорененных в обществе представлений непроизвольно, как бы минуя авторское сознание. Второй слой, то есть бессознательное в творчестве, Ортега-и-Гассет связывал с верованиями, Переверзев расценивал его как «психоидеологию» общественной группы, Фрейд называл его вытесненными из сознания художника болезненными комплексами. Юнг ассоциировал бессознательное с надэпохальным «коллективным бессознательным». Сознательное и бессознательное (преднамеренное и непреднамеренное) – в равной мере необходимые стороны художнической субъективности. Согласно концепции смерти Р. Барта, ныне исчезает миф о писателе как «священном носителе высших ценностей». Барт утверждает, что в тексте «нет записи об Отцовстве» автора, и личность писателя лишена власти над произведением, что с волей автора считаться не надо, ее следует забыть. Ныне, полагает ученый, на смену Автору пришел Скриптор (пишущий), который «несет в себе не страсти, настроения, чувства или впечатления, а только такой необъятный словарь, из которого он черпает свое письмо». Барт полагает, что автора нет ни до написания текста, ни после его завершения; полноту власти над написанным имеет лишь читатель, безгранично активный, независимый от создателя произведения. 12. Литературные репутации. Классика и беллетристика, подвижность их границ. Стратегии авторского успеха. Литературные премии.13. Поэтика. Категории содержания и формы (традиционное понимание). Единство содержания и формы.14. Содержание. Тема, идеи/проблемы, пафос литературного произведения.«Тема – Проблема – Идея» = это «Жизнь – Вопрос - Ответ» Тема – тематика (много тем) одного литературного произведения. Проблема – проблематика (много проблем) одного литературного произведения. Идея – идейное содержание (много идей) одного литературного произведения. Все это сочетается в художественном единстве литературного произведения. Все это является элементами СОДЕРЖАНИЯ, но предстает в литературном произведении в определенной художественной форме. Это содержание тем, проблем и идей не может быть бесформенным. Так же как форма не может быть бессодержательной. То, что бесформенно – то и бессодержательно, и наоборот. Сами по себе «тема – проблема – идея» в литературном произведении не существуют, все они входят в целостную образную ткань произведения. Множественность тем – проблем – идей - исходит от каждого образа литературного произведения, от всего его образного строя (см. разные типологии или классификации образов). При всей множественности тем - проблем – идей сохраняется единство литературного произведения. Пафос – это эмоционально-оценочное отношение к тому, о чем рассказывается в произведении, и выражается пафос с огромной силой чувств. Пафос бывает: - утверждающий - отрицающий - героический - драматический - трагический - сатирический - комический - сентиментальный - иронический - романтический 15. Содержание. Конфликт как категория содержания.Конфли́кт — столкновение противоположных взглядов действующих лиц в эпосе, драме, в произведениях лиро-эпического жанра, а также в лирике, если в ней присутствует сюжет. Конфликт реализуется в словесных и физических действиях действующих лиц. Конфликт разворачивается благодаря сюжету. Выделяют два вида сюжетного конфликта: Локальный преходящий сюжет. Устойчивое конфликтное положение (состояние). Локальный преходящий сюжет Локальный преходящий сюжет — это такой сюжет, в котором конфликт имеет своё начало и своё разрешение в рамках конкретного сюжета. Вид такого сюжетного конфликта хорошо описан в литературоведении. Локальный преходящий сюжет является так называемым традиционным, архетипическим сюжетом (поскольку он восходит к исторически ранней словесности). Начало исследованию локального преходящего сюжета положил В. Я. Пропп, в работе «Морфология (волшебной) сказки» (1928) рассмотревший структуру сюжета волшебной сказки. По мнению Проппа, волшебная сказка состоит из трёх частей: в первой части волшебной сказки происходит обнаружение «недостачи» (похищение царевны, желание героя найти то, без чего герою нет полнокровной жизни: купеческая дочка хочет аленький цветочек). во второй части волшебной сказки происходит противоборство героя с противником, победа героя над противником (Иван-царевич побеждает Кощея Бессмертного). в третьей части герой волшебной сказки получает искомое («ликвидация недостачи»). Он вступает в брак, при этом получая в наследство престол («воцарение»; см. также: Функция (литературоведение)). Структуралистами открытая Проппом структура волшебной сказки стала рассматриваться как наджанровая структура эпоса, драмы, лиро-эпического жанра, а также лирики. Устойчивое конфликтное положение (состояние) Устойчивое конфликтное положение (состояние) — это такой вид конфликта, который не имеет разрешения в рамках конкретного сюжета. Широкое распространение устойчивое конфликтное положение (состояние) получило в конце XIX века в «Новой драме». Основные типы конфликта следующие[1][2][3][4]: человек против человека, человек против природы ("Робинзон Крузо", "Старик и море", "Выжить любой ценой"). Айн Рэнд, однако, полагала, что человек не может выступать против природы, поскольку у последней нет воли и выбора[5]. человек против себя самого. Герой преодолевает внутренние противоречия, выбирая между хорошим и плохим, логическим и эмоциональным ("Бойцовский клуб"). человек против общества[6][7] ("Человек в высоком замке", "Рассказ служанки", "451 градус по Фаренгейту"), человек против механизма ("Терминатор", "О дивный новый мир"), человек против судьбы («Бойня номер пять, или Крестовый поход детей»), человек против сверхъестественного ("Сияние"), человек против Бога («Страсти по Лейбовицу»). |