Учебник допущен Учебнометодическим объединением
![]()
|
§ 2. Задачи судебного почерковедения и судебно-почерковедческой экспертизы Задачи судебного почерковедения как отрасли криминалистики вытекают из его предмета. Основные из них сводятся к следующему: 1) изучение закономерностей формирования и функционирования почерка (образования письменно-двигательного функционально-динамического комплекса навыков, его механизм), определяющих основные свойства (качества) почерка: индивидуальность, динамическую устойчивость, вариационность, избирательную изменчивость — свойства и признаки, необходимые для решения задач экспертизы; 2) изучение закономерностей процесса экспертного познания почерка при практическом его исследовании на основе анализа и обобщения экспертной практики; 3) разработка на основе изученных закономерностей методических основ, методических схем, методик и методов экспертного исследования почерка, направленных на совершенствование экспертной практики, расширение возможностей экспертизы (решение ранее недоступных задач), повышение надежности и обоснованности экспертных выводов, возрастание эффективности и улучшения организации работы эксперта; 4) разработка методических рекомендаций по назначению судебно-почерко-ведческой экспертизы и подготовке материалов следственными и судебными работниками для ее проведения, по оценке и использованию заключений эксперта-почерковеда в процессе расследования преступлений и судебного разбирательства уголовных и гражданских дел; 5) разработка методических основ и методов осуществления профилактической деятельности эксперта-почерковеда. От уровня разработанности методов и методик исследования почерковых объектов зависят возможности судебно-почерковедческой экспертизы и круг решаемых ею задач. Задача судебно-почерковедческой экспертизы — установление фактов (фактических данных) в соответствии с потребностями следственной и судебной практики (вопросами следователя, суда) экспертом-почерковедом в пределах своей компетенции на основе применения методики судебно-почерковедческой экспертизы. В структуре задачи экспертизы можно выделить два основных элемента: цели и условия. Вопрос и исходные данные, содержащиеся в материалах экспертизы, выступают как отправные цель и условия. К такого рода исходным данным относятся: документ, содержащий исследуемую рукопись, сравнительные материалы-образцы почерка предполагаемых исполнителей, сведения о предполагаемых исполнителях и обстоятельствах выполнения исследуемого документа, имеющие отношение к предмету экспертизы. В начале исследования у эксперта на основе вопроса и исходных данных складывается самое общее представление о задаче, подлежащей решению. В процессе дальнейшего исследования оно уточняется, конкретизируется, благодаря чему эксперт имеет возможность правильно построить исследование и выбрать соответствующие методы и методику решения задачи. От задачи экспертизы, определяемой ее конечной целью, следует отличать подзадачи или задачи промежуточных этапов исследования. Например, при установлении исполнителя рукописи (задача экспертизы или конечная задача) возникает необходимость выяснить, не выполнена ли эта рукопись в необычных условиях (подзадача экспертизы или промежуточная задача). Систематизация задач экспертизы строится на дифференциации основных ее целей, в зависимости от объекта исследования и обстоятельств его выполнения. Задачи, решаемые судебно-почерковедческой экспертизой образуют следующие три основных класса: 1. Идентификационные, направленные на установление конкретного исполнителя исследуемой рукописи или факта выполнения двух и более рукописей либо разных их фрагментов одним лицом. 2. Диагностические, направленные на установление свойств, качеств, состояний исполнителя рукописи и отнесения его к определенной группе лиц. 3. Ситуационные, направленные на установление условий, обстановки, обстоятельств выполнения исследуемой рукописи. Наиболее распространенными в судебно-почерковедческой экспертизе являются идентификационные задачи, предполагающие установление конкретного исполнителя исследуемой рукописи (текста, подписи). В связи с этим судебное почерковедение складывалось и долгое время развивалось как теория судебно-почерковедческой идентификации. Позднее стали формироваться диагностические и ситуационные направления. В современный период активно развиваются судебно-почерковедческая диагностика и ситуационные исследования, созданы научные основы решения диагностических и ситуационных задач судебно-почерковедческой экспертизы. Однако в качестве самостоятельных они ставятся относительно редко — их решение чаще сопутствует установлению исполнителя рукописного объекта. Тем не менее, с появлением возможностей их решения вопросы об условиях выполнения исследуемой рукописи в практике экспертизы стали занимать все большее место. Дальнейшая дифференциация задач в пределах классов проводится по степени общности и имеет свои особенности в отношении каждого класса. Идентификационные задачи дифференцируются далее с учетом: систематизации объектов исследования, условий их выполнения, сходства (или отсутствия сходства) почерка исполнителя исследуемой рукописи и почерков подозреваемых лиц). При этом учитываются все ступени систематизации объектов: 1) по виду рукописи (текст, краткая запись, подпись); 2) по ее составу (буквенная, цифровая, смешанная — в отношении текстов и кратких записей; буквенная, штриховая и смешанная в отношении подписей); 3) по объему информативности исследуемой рукописи (тексты большого, среднего, малого объема; подписи высокоинформативные, малоинформативные (краткие, простые), неинформативные (непригодные). В качестве наиболее конкретного основания деления объектов выступают такие общесистемные (интегративные) признаки почерка, как степень выработанности и строение, которые существенно определяют проявление других общих, а также частных признаков. Учет условий выполнения исследуемого объекта предполагает дифференциацию задач по всем ступеням систематизации этих условий: 1) обычные (привычные для пишущего лица), либо необычные (непривычные, сбивающие); 2) при наличии необычных — не связанные с намеренным изменением почерка, либо связанные с намеренным изменением почерка; 3) конкретные внешние (необычная поза, необычные материал письма или пишущий прибор, письмо в движущимся транспорте, затемненном помещении и т. п.) и внутренние (болезнь, стресс, состояние алкогольного или наркотического опьянения и т. п.) сбивающие факторы; способы намеренного изменения почерка (скорописный, подражание буквам печатной формы, письмо непривычной левой рукой и др.). На базе учета перечисленных оснований возможно идентификационную задачу представить в качестве видовой (цель — вид рукописи) и конкретной (цель — все характеристики с промежуточными ступенями их описания от общего к частному). Например, видовой будет идентификационная задача, поставленная в отношении текстового почеркового объекта; подвидовой — текста буквенного состава; групповой — текста большого объема, выполненного в обычных условиях; конкретной — текста, выполненного высоковыработанным почерком при отсутствии сходства с почерком предполагаемого исполнителя. Все основания систематизации идентификационных задач по степени общности существенны в методическом плане. В процессе исследования эксперт, проходя все стадии систематизации задачи, выбирает и использует наиболее соответствующие ее условиям методы и методики исследования почерка. Так, определив, что объектом идентификационного исследования является буквенный текст большого объема, выполненный высоковыработанным почерком простого строения, не содержащий признаков необычного выполнения, эксперт учтет возможность применения количественного метода оценки совпадений признаков в высоковыработанных почерках с учетом их групповой принадлежности по строению. Возможности решения идентификационных задач существенно зависят от их компонентного состава. Они велики в отношении текстовых объектов большого и среднего объема и более ограничены в отношении малообъемных почерковых объектов — кратких записей, подписей. В последнее время в связи с активной экспериментальной разработкой методических основ и методик изучения этого вида объектов возможности их идентификационного исследования значительно расширены. Разработаны методы или методические рекомендации исследования различной структурно-геометрической и динамической (нажимной) информации с помощью инструментальных методов и ЭВМ в кратких и простых подписях, благодаря чему расширены возможности установления их подлинности (или неподлинности) и повышена обоснованность выводов эксперта-почерковеда. Диагностические и ситуационные задачи по степени общности дифференцируются в пределах целевой установки и образуют следующую иерархическую систему задач, связанных с установлением факта наличия или отсутствия необычности письма и при наличии необычности: — рода (природы) необычности: естественная (не связанная с намеренным изменением почерка) или искусственная (связанная с намеренным изменением почерка); — вида (характера) естественной необычности (постоянная, временная); — группы естественной необычности (внутренние, внешние сбивающие факторы); — конкретные причины естественной необычности и способы намеренного изменения почерка. Каждая из обозначенных задач может быть самостоятельной, т. е. содержащейся в вопросе (задании) эксперту, и промежуточной. Чаще всего при постановке соответствующих вопросов следствие и суд интересуют установление фактов: — намеренного изменения почерка; — выполнения рукописи в необычном состоянии (болезненном, стрессовом, опьянении); — выполнения рукописи в необычной позе, в темноте, в движущемся транспорте. Естественно, для исчерпывающего ответа на поставленный вопрос эксперту необходимо пройти всю многоступенчатую систему решения диагностических и ситуационных задач, продвигаясь от наиболее общих к конкретным. Даже если следствием и судом задание поставлено в общей форме, эксперт должен стремиться по своей инициативе довести его до решения конкретной задачи. Необходимо отметить, что на современном уровне разработанности научных и методических основ диагностической и ситуационной экспертизы решение задач на уровне установления конкретной причины возникновения особенностей в данном объекте возможно далеко не всегда. Так, в настоящее время судебное почерковедение располагает достаточно надежными методиками установления факта намеренного изменения почерка скорописным способом, непривычного письма левой рукой, выполнения подписей в состоянии алкогольного опьянения. В то же время такие сбивающие факторы, как стрессовое состояние и необычная поза не всегда диагностируются и дифференцируются. В особенности сложным является решение диагностических задач в отношении малообъемных почерковых объектов (кратких записей, подписей). Для дальнейшей дифференциации диагностических и ситуационных задач из числа их условий особенно существенны систематизации объекта и наличие (либо отсутствие) сравнительного материала. Систематизация объектов в дальнейшей дифференциации диагностических задач учитывается аналогично тому, как это делалось в отношении идентификационных задач. Наличие либо отсутствие сравнительного материала определяет выбор схемы решения диагностической или ситуационной задачи. Спецификой последней является возможность решения задачи в разных условиях: при наличии только исследуемого объекта (т. е. без образцов почерка предполагаемого исполнителя) либо при наличии и исследуемой рукописи, и сравнительного материала. В зависимости от этого строится диагностический и ситуационный процессы и выбираются средства исследования. При наличии образцов возможности решения диагностических и ситуационных задач, естественно, выше. Они расширяются и при наличии сведений о предполагаемом исполнителе и обстановке выполнения документа, относящихся к предмету экспертизы (возраст, состояние здоровья и т. п.). К диагностическим задачам судебного почерковедения относится и установление пола и возраста исполнителя. Этот класс задач не является традиционным. Методики, разработанные для их решения, носят количественный (модельный) характер. Они ориентированы на строго определенные почерковые объекты. Поэтому для их систематизации по степени общности учитывается деление объектов, существенное для решения вопроса о применении соответствующей методики. В данном случае имеет значение наличие текстового объекта буквенного состава, большого объема, выполненного в обычных условиях. Методики установления пола, а также пола и возраста ориентированы на различную степень выработанности почерка, обязательно подлежащую учету. Все задачи экспертизы, независимо от их класса, можно дифференцировать еще по степени сложности и типичности (частоте встречаемости). Сложность задачи зависит от степени ее проблемности, определенности. При решении относительно несложной задачи у эксперта, как правило, возникает немного версий (альтернатив) с явным перевесом определенных из них; информации для принятия решения оказывается достаточно. В процессе решения сложной задачи версий чаще много, причем субъективные вероятности версий и контрверсий близки, имеются противоречащие данные (например, совпадения и различия), информации для принятия решения недостаточно. Одним из объективных критериев разграничения задач по степени сложности является наличие или отсутствие алгоритмизированной методики их решения. В первом случае они менее сложны, чем во втором. Экспертный опыт свидетельствует, что решать как идентификационные, так и диагностические и ситуационные задачи легче в отношении рукописей большого объема; идентифицировать исполнителя проще по рукописи, выполненной в обычных условиях; решать диагностические задачи легче при отчетливой выраженности признаков необычного выполнения. Большую сложность решения задач экспертизы обусловливают: малый объем рукописи, ее краткость, выполнение в необычных условиях, сходство почерка. Чем меньше рукопись, непривычнее для исполнителя условия ее выполнения или сильнее сходство почерков, тем сложнее решение идентификационной задачи; чем меньше рукопись, меньше выражены диагностические и ситуационные признаки, тем сложнее решение этих задач. Различение задач по степени сложности является динамичным, непостоянным, так как зависит от уровня развития методических основ и разработки методик, ориентированных на решение сложных задач. С разработкой соответствующих методик задачи, ранее считавшиеся сложными становятся менее проблемными. В зависимости от частоты встречаемости в практике задачи экспертизы могут быть разделены на типичные и специфические. Например, среди идентификационных задач, решаемых по подписям, типичны задачи, связанные с установлением их подлинности (либо неподлинности) в отношении лиц пожилого и старческого возраста. В то же время специфической задачей является задача распознавания автоподложной подписи. Деление задач экспертизы по этому основанию также является подвижным, так как определяется структурой правонарушений и гражданско-правовых отношений, в связи с которыми назначается судебно-почерковедческая экспертиза. Оно относительно стабильно на какие-то определенные периоды времени. Например, исследование подписей от имени лиц пожилого и старческого возраста получило распространение лишь в последнее 20-летие в связи с развитием гражданско-правовых отношений наследования. § 3. Понятие почерка. Письменно-двигательный функционально-динамический комплекс навыков и основы его формирования. Почерк — явление, тесно связанное с письмом как средством коммуникации в человеческом обществе. Письмо — это средство запечатления мысли человека с помощью языка и специально созданной системы условных обозначений (письменности). Письменность имеет свою историю. Она развивалась, начиная от пиктографического (рисуночного) письма, прошла этапы идеографического (или слогового) письма, прежде чем стала буквенной системой, в которой каждой фонеме (звуку) соответствует определенное буквенное обозначение. Буквенное письмо на протяжении времени его существования также трансформировалось в направлении приспособления буквенных обозначений к удобному и быстрому написанию. Современной русской скорописи предшествовали различные формы буквенного письма — устав, полуустав, древняя скоропись. Для современной русской скорописи, лежащей в основе письменных систем подавляющего большинства народов России, характерны быстрое, связное, ритмичное выполнение письменных документов. Письмо как процесс выполнения рукописной продукции основано на множественной системе навыков, подчиненных определенным целям — фиксации мысли, передачи ее на расстояние и сохранения во времени. Такая система навыков образует письменный функционально-динамический комплекс (ФДК) и имеет сложную структуру. В ней можно выделить тесно связанные между собой и вместе с тем относительно самостоятельные подсистемы — письменно речевая и письменно-двигатель-ная, образующие ФДК меньшей степени общности. Письменно-двигательный ФДК называют еще графической техникой письма, в отличие от смысловой, собственно речевой стороны письма. Представление о письменно-двигательном ФДК лежит в основе понятия почерка. Основное содержание письменно-двигательного ФДК составляют следующие компоненты: а) зрительно-двигательный образ (модель) выполняемых рукописей (психофизиологический регуляторный компонент); б) развернутая система движений, специально приспособленная для реализации этого образа (биомеханический исполнительский компонент). Для представления о почерке характерен итоговый характер этих компонентов, получающих свое непосредственное отображение в рукописях. Письменно-двигательный ФДК формируется в ходе специального обучения и практики письма. Он складывается в результате субъективного приспособления каждого пишущего к внешним и внутренним условиям овладения навыками. Поэтому итоговая программа выполнения рукописей каждого пишущего приобретает своеобразные черты, а почерк нередко трактуется как синоним всего своеобразного. Таким образом, почерк — это основанная на письменно-двигательном ФДК навыков и получающая отображение в рукописях субъективная итоговая, программа их выполнения, содержащая соответствующий зрительно-двигательный образ и приспособленную для его реализации систему движений. Процесс письма, состоящий в функционировании письменно-двигательных навыков, является сложной системной деятельностью, реализуемой с помощью соответствующего анатомического аппарата (пишущей руки и верхнего плечевого пояса), биомеханики, управления движениями со стороны центральной нервной системы. Основной проблемой в раскрытии закономерностей реализации ФДК навыков, лежащего в основе почерка, является нейрофизиологическая организация письменно-двигательного процесса. Анализ строится на базе основных положений отечественной физиологии о принципах управления произвольными действиями человека. Это учение об условных рефлексах и динамическом стереотипе И. П. Павлова, разработавшего принципы целостности в физиологии, утвердившаяся в качестве основного принципа управления движениями теория рефлекторного кольца П. К. Анохина и Н. А. Бернштейна, суть которой состоит в том, что рефлекторный ответ не является заключительным этапом условного рефлекса, а обязательна обратная афферентная информация о рефлекторном действии, позволяющая исправлять его с учетом конкретной обстановки (коррекция по ходу выполнения), а также прогнозировать последующие действия, требующиеся по намеченной программе («акцептор действия»). Наиболее полное представление о нейрофизиологии любого поведенческого акта, в том числе и письменно-двигательного процесса, дает теория П. К. Анохина о функциональной системе как избирательном центрально-периферическом интегративном образовании целостного организма, направленного на достижение определенного приспособительного эффекта, в нашем случае — на выполнение рукописи. Теория функциональной системы во многих позициях тесно соприкасается и согласуется с концепциями Н. А. Бернштейна о физиологии активности и построения движений, а также с учением А. Р. Лурия о функционально-системной организации мозга человека. В свете этих учений письменно-двигательный процесс выступает как сложная саморегулирующаяся функциональная динамическая система. Ее структура может быть рассмотрена в 2-х аспектах: а) в плане анализа ее основных узловых механизмов; б) в качестве иерархической организации (рис. 1). ![]() Рис. 1. Общая архитектура функциональной системы поведенческого акта по П. К. Анохину. РЕЦ.— рецепторы; ПР.А. — проводниковые аппараты; Ц.Н.С. — центральная нервная система; Р.О. — рабочие органы; П.С.(У.Р.) — пусковой стимул (условный раздражитель); О.С. — обстановочные стимулы; Ц. — цель действия; ЭФ.В. — эфферентные возбуждения; ОБ.А. — обратная афферентация любой поведенческий акт, в том числе письменно-двигательный, начинается с раздражения и афферентного синтеза. Афферентный синтез — это способность центральной нервной системы обобщать все сигналы внешнего мира, которые поступают в мозг через различные органы чувств и имеют различное функциональное значение. В процессе письма участвуют различные анализаторные системы: двигательная, зрительная, тактильная, слуховая. Афферентные воздействия, направляющиеся от периферийных и центральных компонентов различных анализаторов, синтезируются, и лишь после этого начинается акт письма. Афферентный синтез как определенный этап формирования поведенческого акта складывается из следующих стадий: мотивационное возбуждение, совокупность обстановочных афферентаций, пусковая афферентация, использование памяти. Для того, чтобы начать писать, нужен соответствующий мотив, побуждение, которое является потребностью приступающего к письму лица. Физиологической основой мотивации служит общее доминирующее состояние, что, по А. А. Ухтомскому, означает повышенную возбудимость, стойкость возбуждения, способность суммировать возбуждения в центральной нервной системе (ЦНС). Совокупность обстановочных афферентаций — это афферентные возбуждения, учитывающие условия, ситуацию поведенческого акта. Человеку приходится писать в разных, не всегда привычных условиях, и общность афферентных раздражений включает информацию о них. Интеграция возбуждений образует их предпусковую совокупность, которая реализуется как приспособительная деятельность при наличии пусковой афферентации, своего рода стимула, толчка. Афферентный синтез невозможен без прошлого опыта, памяти о нем. На основе механизмов памяти мобилизуются именно те фрагменты прошлого опыта, которые нужны для наиболее оптимального выполнения поведенческой деятельности. При желании и необходимости что-то написать подготовительные нервные процессы, протекающие в коре больших полушарий головного мозга, базируются на том, что аналогичные процессы уже были. Этому сопутствуют активные ориентировочно-исследовательские реакции, роль которых тем выше, чем необычнее условия письма для данного пишущего лица. Результатом афферентного синтеза является принятие решения — логический узел функциональной системы. Это решение писать, выполнить какой-то документ, конкретную рукопись определенным способом. Принятие решения может осуществляться сознательно (со значительно задержанным афферентным синтезом) или моментально, автоматизировано, что, как правило, имеет место при сформировавшемся ФДК навыков. После принятия решения вступает в действие письменно-двигательная программа, которая обеспечивает включение соответствующих периферических органов, анализаторов (в данном случае: пишущая рука и верхний плечевой пояс, зрение) и получение результата (рукописи). Этой программе точнейшим образом соответствуют потоки эфферентных возбуждений, идущих от нервных центров к периферическим органам. Рукопись как результат письма является источником обратной афферентной информации — важного узлового механизма функциональной системы. Как сложная информационная система рукопись условно может быть представлена в виде 3-х взаимосвязанных потоков информации: — структурно-геометрическая (воспринимается с помощью зрительного и двигательного анализаторов); — координационная и скоростная (воспринимаемая в основном с помощью двигательного анализатора — проприоцептивная информация); — нажимная, силовая (воспринимаемая с помощью тактильного и двигательного анализаторов) Из этой афферентной информации образуется модель выполняемого результата, лежащая в основе зрительно-двигательного образа, с которым далее соотносится получаемый результат. Сведения о конкретных параметрах результата поступают в мозг с помощью обратной афферентации. Она информирует о результатах совершенного действия, давая возможность оценить его успешность. При этом происходит текущий контроль и закрепление наиболее успешной интеграции афферентных возбуждений в процессе письма. Этот контроль и его предсказание осуществляются с помощью специального механизма — акцептора действия. Акцептор действия — афферентный механизм, способный предвосхитить параметры будущих результатов и сравнить их в конце действия с параметрами истинных, получившихся. Нейрофизиологической основой акцептора действия является опережающее возбуждение, которое распространяется по коре гораздо быстрее, чем реальные внешние раздражители. Возбуждение отражает реальный раздражитель, который еще только должен подействовать на ЦНС и занимает области коры, возбуждаемые им. Роль акцептора действия особенно велика при письме в необычных условиях. Более детально и специализированно процесс письма может быть рассмотрен в свете теории уровневого построения движений Н. А. Бернштейна. Сущность этой теории сводится к тому, что работа всей функциональной системы строится на основании уровневого принципа. Роль уровней принадлежит воспринимающим (сенсорным) системам и соответствующим центрально-нервным органам, обеспечивающим определенную двигательную функцию. Выделены 5 уровней построения движений, различающихся между собой анатомическими субстратами, ведущей афферентацией, основными функциями и главное — различной степенью осознаваемости, произвольности выполняемых действий. Они условно обозначены латинскими буквами: А, В, С, D, Е. Из них А, В — субкортикальные; С, D, Е — кортикальные. А. Рубро-спинальный уровень, палеокинетических регуляций. Анатомический субстрат — спинной мозг с его клеточными образованиями и частью проводящих путей; группа клеточных ядер в стволе головного мозга — группа красного ядра и др. Афферентации: проприоцепторика, исходящая из концевых аппаратов, воспринимающих величину, направление мышечных напряжений и усилий. Афферентный синтез несложен: сигнализирует о положении и направленности тела в пространстве, о величинах растяжения (по длине) и напряжения (по силе) скелетных мышц. Функция — обеспечение коррекции эффекторной активности каждой мышцы с ее наличной длиной (проприоцептивное рефлекторное кольцо). Виды функций: регулировка тонуса мышц, что особенно важно для обеспечения необходимого положения, позы тела и его частей; взаимного (реципрокного) согласования действий мышц-антагонистов. В сложных двигательных актах, к которым относятся письменные движения, этот уровень имеет фоновый характер и не может быть ведущим. В процессе письма на этом уровне обеспечивается тоническое напряжение при поддержании нужной позы: наклон корпуса, положение рук, захвате и удержании пишущего прибора, а также при нужной координации работы мышц-антагонистов. В. Уровень синергий и штампов или таламо-паллидарный уровень. Анатомический субстрат: система зрительных бугров, тесно связанная с проприоцепторикой и осязанием. Однако в ведущей афферентации, в отличие от предшествующего уровня, преобладает новая, а именно: суставно-угловая, геометрическая проприоцепторика скоростей и положений, к которой присоединяется еще обширный комплекс рецепций давления, глубинного осязания и т. п. Для уровня В характерна афферентация собственного типа, его обширного двигательного аппарата. Этот уровень располагает 3-мя важнейшими координационными качествами: — приспособленность к обширным мышечным синергиям, т. е. способность вести высокослаженные движения всего тела, вовлекать в согласованную работу многие десятки мышц; — способность стройно и налажено вести движение во времени, обеспечивать правильные чередования движений, объединять их в общем режиме. В силу строения конечностей эти движения имеют склонность к периодичности, а отсюда — к ритмическим, качательным, циклическим; — склонность к штампам, к повторяемости движений, независимо от того, являются ли они циклическими или однократными. Этот уровень также является фоновым в процессе письма. Он слабо связан с телерецепторикой, т. е. зрительной рецепцией. Однако он создает и вносит внутренний проприомоторный ритм в движения вышележащего уровня. Он обеспечивает координацию движений пишущего лица, необходимый темп и распределение скоростей в ходе письма, ритм, как скоростной, так и нажимный. С. Пирамидно-стриальный уровень пространственного поля. Анатомический субстрат: сенсорные поля мозговой коры больших полушарий (рительные поля, осязательно-проприоцептивные, в какой-то мере — слуховые и вестибулярные). Афферентный синтез или пространственное поле отражает чрезвычайно сложную работу самых разнообразных органов чувств и ощущений. Здесь важное место занимают зрительные, глазо-двигательные, осязательные, проприоцепторные и другие ощущения. Участие телерецепторов обеспечивает полную соотнесенность этого уровня к внешнему миру: к обстановке, условиям, ситуации. Этот уровень обладает большими компенсаторными возможностями. Уровень С состоит из двух подуровней: верхнего С-2 и нижнего C-1. С-2 обеспечивает соблюдение геометрической формы и геометрического подобия выполняемых двигательных структур в их конечных (итоговых) рабочих точках, a C-1 — обеспечивает метрическую и пространственную (ориентационную) точность движений по ходу их выполнения. Уровень С — центральный вреализации почеркового ФДК. Он обеспечивает всю развернутую картину движений, на нем строится афферентная модель и двигательная программа ее реализации, а также осуществляется эта программа. D. Теменно-премоторный уровень действий. Это уровень монопольно принадлежащий человеку. Анатомический субстрат — кора полушарий головного мозга. Ведущая афферентация — предметное действие, которое состоит из 2-х компонентов: смысловой структуры действия и его двигательного состава. Смысловая структура двигательного акта определяется содержанием возникшей задачи, в данном случае целевым назначением и содержанием подлежащей выполнению рукописи. Двигательный состав действия — это кинетические возможности, находящиеся в распоряжении организма для решения этой задачи. В процессе письма уровень Д является ведущим. На нем программируется и реализуется «образная» и смысловая схема письменных знаков и их сочетаний. Причем для сохранения смыслового значения схемы каждого письменного знака существенно проявление ее топологических характеристик (замкнутость, незамкнутость, соотношение пространственных размещений элементов схемы: над, под, слева, справа, вне, внутри, между) и крупнометрических (значительно больше, меньше). Почти безразличны для этого уровня геометрические характеристики и мелкая метрика. Е. Группа уровней, лежащих выше уровня действий. На этой группе уровней осуществляется перевод фонетического образа речевого звука на язык азбучного начертания и фонетического образа слова на язык грамматически верного буквенного подбора. Эти уровни относятся к высшей письменно-речевой деятельности. Итак, письменно-двигательный ФДК функционирует при ведущей роли уровней D и Е. Уровень D обеспечивает согласие находящихся в двигательном составе схем письменных знаков их смысловому содержанию. Всю развернутую геометрическую и метрическую картину письменных знаков, образ которых наличествует в двигательном составе, обеспечивает уровень С; координационное, скоростное, ритмическое, нажимное качество соответствующих изображений остается за уровнем В, функционирующим совместно с уровнем А, на «обязанности» которого остается частичная координация и чисто технические навыки. Письменный ФДК относится к наиболее сложным системам человеческих двигательных навыков. Письму необходимо учиться. Процесс обучения происходит в первые четыре года (1—4 классы) в средней школе. в последующие 3—5 лет идет закрепление полученных навыков и их совершенствование. К 15—17 годам формирование письменно-двигательных навыков заканчивается, почерк обретает отчетливо выраженную индивидуальность и становится относительно стабильным. Однако развитие ФДК продолжается в процессе последующей учебы и практической деятельности человека. Письменно-двигательный ФДК навыков и основанный на нем почерк окончательно складывается к 20—25 годам. Процесс обучения носит поэтапный характер. Методика обучения предполагает направление освоения навыков от простого к сложным. В психологии обучения письму выделяют 4 стадии формирования навыков письма: 1) ориентировочная; 2) аналитическая; 3) аналитико-синтетическая; 4) синтетическая (речевого письма). Ориентировочная носит подготовительный характер. Аналитическая состоит из 2-х этапов: а) элементное письмо; б) буквенное письмо. На первом этапе обучающийся приобретает технические навыки (умение правильно сидеть, располагать тетрадь на столе, держать ручку) и начинает осваивать графические (умение воспроизводить элементы букв). В этот период буквы выписывается медленно, плохо координированными отрывистыми движениями. Ко второму этапу обучающийся приходит, имея технические навыки и некоторый запас, элементарных движений. Поэтому в пределах букв движения становятся связными, начинается выработка автоматизмов, становится несколько лучше координация движений. На этой стадии преобладает зрительный контроль за выполнением букв и их элементов. Аналитико-синтетическая стадия формирования навыков характеризуется освоением более сложных двигательных структур. Обучающийся относительно свободно выполняет слоги и слова. На синтетической стадии происходит переход на быстрое и связное письмо. Развивается двигательный контроль и появляется автоматизация процесса движений. Внимание пишущего почти полностью переключается на содержание записываемых мыслей. Сформировавшийся навык письма остается сознательным, произвольным. Вместе с тем, его сложный системный характер обусловливает его построение на обширных автоматизмах. Автоматизация сложного навыка означает выполнение определенных (фоновых, технических) его компонентов без активного участия сознания. В начале обучения письму осознается все: содержание технических навыков (поза, положение рук, расположение тетради, способ удерживания ручки пальцами); элементы букв, буквы, их расположение на строке; движения, необходимые для их выполнения, ровность штрихов, затрачиваемое время и т. п. Однако, если все детали и компоненты навыков всегда оставались бы на уровне сознательной регуляции, письмо как средство коммуникации было бы невозможно. Оно не отвечало бы основным требованиям — скорости, удобству запечатления мысли и не давало бы возможности сосредоточиться на ее содержании, что является для пишущего самым главным. Функциональный смысл рассмотренной ранее уровневой структуры построения двигательных систем состоит именно в том, что она актуализирует заложенные в организме пишущего возможности нижележащих уровней обеспечивать самые многочисленные фоны, освобождая вышележащие для более ответственной работы, требующей при сформированном фоновом аппарате концентрации на ней активного сознания. По Н. А. Бернштейну автоматизация — это передача вспомогательных фоновых координаций, из поля сознания в нижележащие уровни. Освоение навыка письма всегда начинается с уровня D. Он остается ведущим при выработанном письменно-двигательном ФДК. Однако, в начале обучения на данном уровне происходит непривычная для него работа. Под его контролем и коррекциями строятся элементы ФДК, требующие двигательных контроля и коррекций. Именно поэтому первые движения обучающегося неуверенны, некоррдинированны, медленны, а изображаемые им элементы букв и буквы отличаются неровностью штрихов и отрывистым их выполнением. Однако в процессе занятий иупражнений вырабатываются адекватные коррекции на основе афферентаций от проприорецепторов и происходит активное подключение других нижележащих уровней. Контуры письменных знаков и их геометрическое подобие начинает обеспечивать подуровень С-2, выдерживание их метрических характеристик и ровность строки — подуровень С-1, плавную округлость движений, ритм, скорость, ровность штрихов — уровень В, общий тонический фон и иннервацию мышц руки — уровень А. Передача функций нижележащим уровням постепенно сопровождается активизацией включения непроизвольных проприоцепторных систем, а наряду с ними фоновые кортикальные системы также начинают приобретать неосознаваемый характер. Благодаря их слаженному функционированию процесс движений при письме становится автоматизированным при сохранении ведущей функции за уровнем D. В результате освоения фоновыми уровнями компонентов двигательного состава, переключенных в них в порядке автоматизации, их деятельность становится упорядоченной, системной. |