Успенский Б.А. Поэтика композиции. Б. А. Успенский поэтика композиции
![]()
|
ВНЕШНЯЯ И ВНУТРЕННЯЯ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ Проявление внешней и внутренней точек зрения на разных уровнях анализа Мы выделили несколько общих планов, где вообще может проявляться различие точек зрения; при этом каждый раз мы стремились прежде всего рассмотреть специфические (для соответствующего уровня анализа) возможности проявления точек зрения. Нетрудно видеть, между тем, что по крайней мере одно противопоставление точек зрения имеет общий, как бы «сквозной» характер, то есть выявляется в каждом из рассмотренных выше планов. Противопоставление это мы условно обозначили как противопоставление «внешней» и «внутренней» точек зрения. Иначе говоря, в одном случае автор при повествовании занимает позицию заведомо внешнюю по отношению к изображаемым событиям — описывая их как бы со стороны. В другом случае, напротив, он может помещать себя в некоторую внутреннюю по отношению к повествованию позицию: в частности, он может принимать точку зрения того или иного участника повествуемых событий или же он может занимать позицию человека, находящегося на поле действия, но не принимающего в нем участия. В свою очередь при общей внутренней позиции автора по отношению к действию, которое он описывает, может различаться опять-таки внутренняя или внешняя 172 позиция по отношению к тому или иному персонажу. Действительно, в том случае, когда писатель принимает (при описании точку зрения того или иного действующего лица, можно говорить о том, что данный персонаж описывается с некоторой внутренней по отношению к нему точки зрения. Между тем, если писатель ведет репортаж с поля действия, не ставя себя в позицию непосредственного участника событий, авторская точка зрения по необходимости является внешней по отношению к описываемым персонажам (автор использует при описании точку зрения стороннего наблюдателя), но внутренней по отношению к самому описываемому действию. Для иллюстрации описания последнего типа можно сослаться на одно место из «Мастера и Маргариты» М. Булгакова. Описывается разговор Ивана и Мастера в сумасшедшем доме; при этом разговор происходит в палате Ивана, где, кроме них двоих, никого нет. Автор сообщает: «...гость начал говорить Ивану на ухо так тихо, что то, что он рассказал, стало известно одному поэту только, за исключением первой фразы...» Далее приводится эта фраза, и описание приобретает подчеркнуто остраненный характер: описывается мимика героя, внешнее впечатление от его поведения, но слова его до нас не доносятся — автор (а вместе с ним и читатель) как бы не может их слышать. Затем нам сообщается: «...когда перестали доноситься всякие звуки извне, гость отодвинулся от Ивана и заговорил погромче»1 — и таким образом мы получаем возможность услышать конец рассказа Мастера. Совершенно очевидно, что автор использует в данном случае точку зрения незримого наблюдателя, присутствующего в описываемой сцене, но не принимающего в ней участия. В других случаях эта точка зрения не проявляется столь явным образом. Надо сказать, что значение внешней точки зрения как композиционного приема следует из того обстоятельства, что она лежит в основе известного явления, получившего в свое время название «остранения». Действительно, сущность явления остранения в значительной мере сводится к использованию принципиально новой — 1. М. Булгаков, Мастер и Маргарита. – «Москва», 1966, №11, стр. 92 173 чужой — точки зрения на знакомую вещь или знакомое явление, когда художник «не называет вещь ее именем, но описывает ее как в первый раз виденную, а случай — как в первый раз произошедший»2. Иначе говоря, в аспекте рассматриваемой нами проблематики прием остранения может быть понят как переход на точку зрения постороннего наблюдателя, то есть использование позиции принципиально внешней по отношению к описываемому явлению. Различия внешней и внутренней точек зрения при повествовании, как мы уже имели возможность видеть, в принципе могут проявляться в каждом из рассмотренных выше планов (причем могут реализоваться различные возможности сложного композиционного построения, сочетающего — на разных уровнях — внутреннее и внешнее описание одного и того же объекта). Так, в плане оценки тот, с чьей точки зрения оцениваются описываемые события, может выступать, например, в качестве непосредственного участника действия (главного героя или второстепенного персонажа3) или же даваться в качестве потенциального действующего лица, которое хотя и не принимает участия в повествуемых событиях, но, вообще говоря, вполне вписывается в круг действующих лиц. И в том и в другом случае мир дается при повествовании как бы представленным (в плане оценки) изнутри, а не извне. В других же случаях оценка в произведении производится с некоторых заведомо внешних по отношению к самому повествованию позиций — с позиций именно автора в собственном смысле этого слова (а не рассказчика), то есть лица, в принципе противопоставленного своим героям, находящегося над ними, а не среди них. 2 См.: В. Шкловский, Искусство как прием. — «Поэтика. Сборники по теории поэтического языка», Пг., 1919, стр. 106. Заметим, что в явлении остранения помимо использования чужой точки зрения есть и другая сторона (определенным образом связанная с вышеупомянутой): прием затруднения формы, специальное увеличение трудности восприятия — с тем чтобы возбудить активность воспринимающего, заставить его в процессе восприятия вещи пережить самую вещь. 3 См. выше, стр. 20 — 21. 174 Подобное идеологическое отчуждение характерно, в частности, для сатиры4. В плане фразеологии всевозможные случаи использования в авторской речи чужого слова (формы несобственно-прямой речи, внутреннего монолога и т. п.) могут свидетельствовать о внутренней точке зрения по отношению к описываемому персонажу. В то же время такое явление, как «сказ» (в его чистой форме), свидетельствует об использовании при повествовании точки зрения, внутренней по отношению к описываемому действию, но внешней по отношению к действующим лицам. С другой стороны, мы видели, что фразеологическое противопоставление внешней и внутренней точек зрения релевантно не только для авторской речи, но и при передаче прямой речи действующих лиц. Как мы старались показать в соответствующем разделе5, натуралистическое воспроизведение иностранной или неправильной речи в общем свидетельствует о некотором отчуждении автора, то есть об использовании им какой-то внешней позиции. При этом в одних случаях здесь выступает внешняя позиция описывающего по отношению к описываемому персонажу (примером может служить картавость Денисова), в других же случаях — внешняя позиция по отношению вообще к описываемому действию (соответственно может трактоваться французский язык в «Войне и мире»). То же противопоставление выступает со всей очевидностью и в плане пространственно-временной характеристики. В плане собственно 4 Ср. противопоставление средневекового карнавального юмора и сатиры нового времени в кн.: М. Бахтин, Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса, М., 1965, стр. 15. Бахтин характеризует народный юмор средневековья как смех, направленный на самого себя (когда смеющийся не исключает себя из того мира, над которым смеется), и видит в этом одно из принципиальных отличий народно-праздничного смеха от «чисто сатирического смеха нового времени», где смеющийся «ставит себя вне осмеиваемого явления, противопоставляет себя ему», зная только отрицающий смех. Вообще о характерности внутренней точки зрения для средневекового мировосприятия, а внешней позиции для нового времени — см. ниже. 5 См, стр. 70 — 72. 175 пространственной характеристики совпадение позиции описывающего с позицией того или иного персонажа указывает на использование внутренней (по отношению к данному персонажу) точки зрения, тогда как отсутствие такого совпадения (в частности, в рассмотренных выше случаях «последовательного обзора», «немой сцены», точки зрения «птичьего полета» и т. п.) говорит об использовании позиции внешней. Точно так же в плане временной характеристики использование внутренней точки зрения имеем, например, в том случае, когда временная позиция повествователя синхронна описываемому им времени (он ведет свое повествование как бы из «настоящего» участников действия), — тогда как внешняя точка зрения представлена при ретроспективной позиции автора (когда автор сообщает то, чего не могут еще знать персонажи, — как бы производя повествование не с точки зрения их «настоящего», а с точки Зрения их «будущего»). Что же касается плана психологии, то из рассмотрения в соответствующем разделе должно быть очевидно, что противопоставление внешней и внутренней позиций является основным в этой сфере (смотри сказанное выше об описании «извне» и описании «изнутри» в психологическом аспекте). Понятно при этом, что речь может идти здесь только о внешней или внутренней позиции автора по отношению к некоторому персонажу, а не по отношению к описываемому действию. Совмещение внешней и внутренней точек зрения (на определенном уровне анализа) Выше (в главе пятой) мы отмечали общую возможность совмещения различных точек зрения при повествовании, совмещения, которое может проявляться как на разных уровнях произведения, так и на одном и том же уровне. Точно так же мы можем отметить теперь возможность совмещения (на том или ином уровне) описания, использующего внешнюю точку зрения, и описания, использующего точку зрения внутреннюю. Мы проследим эту возможность по разным планам. 176 План оценки. Анализируя структуру произведений Достоевского (преимущественно в плане идеологической оценки), М. М. Бахтин пишет: «Сознание героя дано как другое, чужое сознание, но в то же время оно не опредмечивается, не закрывается, не становится простым объектом авторского сознания»6. Иначе говоря, можно считать, что здесь имеет место совмещение внутренней (по отношению к данному персонажу) и внешней точек зрения — причем данные точки зрения различаются исключительно в плане оценки. План психологии. Совершенно аналогичное совмещение внутренней и внешней точек зрения — но проявляющихся на этот раз в плане психологии — можно усмотреть в разбиравшемся выше случае с Митей Карамазовым (внутреннее состояние которого подробно описывается, но при этом умалчивается о том, что его больше всего заботит и к чему он должен соответственно постоянно, возвращаться в своих мыслях)7. В самом деле, мы можем считать, что при описании Мити совмещены две различные точки зрения, которые мы исследовали при рассмотрении плана психологии, — точка зрения изнутри (предполагающая описание внутреннего состояния персонажа) и точка зрения извне, то есть отчужденная точка зрения, использующая позицию стороннего наблюдателя (предполагающая, наоборот, отсутствие описания внутреннего состояния персонажа). Указанное совмещение имеет место вообще на протяжении всего повествования, когда речь идет о Мите, но с наглядностью оно проявляется лишь тогда, когда эти точки зрения вступают в известный конфликт, начиная противоречить одна другой8. План пространственно-временной перспективы. Совмещение точек зрения (персонажа и рассказчика), различающихся во времени, уже рассматривалось нами при разборе композиционных проблем, связанных со временем. Мы имеем в виду тот случай, когда совмещаются, во-первых, временная позиция некоторого описываемого персонажа (его «настоящее») 6 М. М. Бахтин, Проблемы поэтики Достоевского, стр. 7. 7 См. стр. 126 — 1127. 8 Что мы и старались продемонстрировать выше (стр. 127). 177 и, во-вторых, временная позиция рассказчика, знающего дальнейший ход событий (и соответственно смотрящего — по отношению к данному персонажу — из его» будущего) 9 — причем описание ведется с одновременным использованием обеих позиций. Этот случай правомерно рассматривать опять-таки как случай совмещения внешней (по отношению к описываемым событиям) и внутренней позиций повествователя, но проявляющихся на этот раз в плане пространственно-временной характеристики. План фразеологии. Совмещение внешней и внутренней позиций автора по отношению к некоторому персонажу рассматривалось выше на примере тех случаев, когда описание дается параллельно в двух планах — в плане авторской речи и в плане индивидуальной фразеологии какого-то действующего лица. Смотри приводившиеся выше10 примеры подобного совмещения из «Войны и мира» со ссылкой на восприятие Наполеона: «Увидев... расстилавшиеся степи (les Steppes)...» (т. XI, стр. 8) и т. п. В то же время совмещение внешней и внутренней позиций автора по отношению ко всему действию в целом (а не некоторому конкретному персонажу) представлено в случае описания охоты в Отрадном, которое, как уже говорилось, ведется сразу в двух планах — со специальной охотничьей фразеологией и с фразеологией нейтральной11. Внешняя и внутренняя точки зрения в изобразительном искусстве Мы отмечали различные возможности проявления внешней и внутренней точек зрения в словесном тексте. Необходимо указать, что подобное противопоставление имеет не меньшее значение при построении изображения в живописи. Если со времен Ренессанса в европейском изобразительном искусстве обычна внешняя позиция художника 9 См. стр. 91 — 92. 10 См. стр. 74. 11 См. примеры выше, стр. 75 — 76, 178 по отношению к изображению, то в старой живописи древний и средневековый художник помещает себя как бы внутри описываемой картины, изображая мир в о -круг себя, а не с какой-то отчужденной позиции — его позиция, таким образом, не внешняя, а внутренняя по отношению к изображению. В этой связи особенно характерны некоторые древнейшие изображения, со всей определенностью указывающие на внутреннее положение художника в изображаемом пространстве. Примером может служить пейзаж на одном из рельефов во дворце Синаххериба в Ниневии (Ассирия, VIII век до н. э.), где горы и деревья, изображенные по обеим сторонам реки, как бы распластаны на плоскости — по одному берегу реки верхушки гор и деревьев направлены вверх, тогда как по другую сторону они обращены вниз 12. Не менее характерно традиционное изображение крепости (встречающееся в разных культурных ареалах, и в частности в том же ассирийском искусстве), башни которой распластаны на плоскости и устремлены от центра к периферии изображения: вниз, вверх и в стороны (рис. 5). Очевидно, что подобные изображения могут возникнуть только при том условии, если художник мысленно помещает себя в центр изображаемого пространства. В более позднем — и, в частности, средневековом — искусстве показателен также внутренний источник света в картине, переходящий в затемнение на первом (периферийном) плане13. Это внутреннее освещение соответствует внутренней позиции наблюдателя (художника) в изображении. Но прежде всего использование внутренней или внешней точки зрения проявляется в той перспективной системе, которую применяет живописец. Действительно классическая прямая (линейная) перспектива представляет изображение таким, как оно воспринимается извне (со стороны), с какой-то фиксированной точки зрения — внешней по отношению к изображаемой действительности14. Соответственно картина ри- 12 См.: Н. Д. Флиттнер, Культура и искусство Двуречья и соседних стран, Л. — М., стр. 260. 13 См.: Л. Ф. Жегин, Язык живописного произведения, стр. 60. 14 Самый принцип линейной перспективы вообще предполагает какую-то воображаемую прозрачную сте- 179 суется здесь так, как может рисоваться, скажем, вид из окна — с непременным пространственным барьером между изображающим художником и изображаемым миром; по мысли теоретиков эпохи Возрождения, картина есть «окно в природу» (сравни «fenestra aperta» Альберти, «pariete di vetro» Леонардо да Винчи). (Можно сказать, что в системе прямой перспективы точка зрения художника соотносится с точкой зрения зрителя картины.) Между тем так называемая обратная перспектива, характерная как для древнего, так и для средневекового искусства, предполагает, напротив, не внешнюю, а внутреннюю позицию художника15. Как известно, типичным признаком обратной перспективы является сокращение размеров изображаемых предметов не по мере удаления от зрителя (как это имеет место при перспективе прямой), а по мере приближения к нему: фигуры в глубине картины изображаются большими, чем на ее переднем плане. Это явление может быть понято в том смысле, что сокращение размеров изображения в этой системе дается не с нашей точки зрения (точки зрения зрителя, занимающего постороннюю по отношению к картине позицию), но с точки зрения нашего визави — некоего абстрактного внутреннего наблюдателя, который мыслится помещенным в глубину картины 16. Весьма показательно, что в старой живописи иногда дается символическое изображение чьих-то глаз (рис. 6), как будто бы совершенно не связанное с Общим построением картины. Это явление встречается в египетском искусстве, в искусстве античном, а иногда и в средневековой живописи и может долго сохранять- ну, на которую проецируется зрительный луч (ср. в этой связи известные опыты Дюрера по устройству механизма для перспективного рисования). Эта мысленная стена и знаменует тот необходимый барьер, который существует между художником и изображаемой действительностью при перспективном изображении. 15 См. об этом: Л. Ф. Жегин, Язык живописного произведения; В. A. Uspenskij, Per l'analisi semiotica delle antiche icone russe (в печати). 16 См.: О. Wulff, Die umgekehrte Perspektive und die Niedersicht. — «Kunstwissenschaftliche Beitrage A. Schmarsow gewidmet», Leipzig, 1907. Ср. также: А. Сrabar, Plotin et les origines de l'esthetique medievale. — «Cahiers archeologiques», 1945, fasc. 1. 180 ея в иконописной традиции17. Представляется вероятным, что глаза эти символизируют точку зрения некоего абстрактного зрителя внутри картины (которого в определенных случаях возможно отождествить с божественным наблюдателем), с позиции которого и представлено соответствующее изображение18. В определенных случаях внутренняя и внешняя зрительные позиции могут вступать в известный конфликт друг с другом. В этом отношении показательна средневековая полемика о месте, которое должны занимать апостолы Петр и Павел по отношению к Христу в римских мозаиках 19: должен ли Петр изображаться справа от Христа (то есть в правой позиции относительно зрителя, смотрящего на картину) или же по правую руку Христа (то есть в правой позиции относительно самого Христа). Очевидно, что конфликт вызван здесь наличием двух противоположных художественных систем (внешней и внутренней по отношению к картине), в каждой из которых может быть интерпретировано данное изображение. |