монография ММ 2010. Книга Маршалл Маклюэн
![]()
|
Работы Маклюэна, посвященные Джойсу, переведены на многие иностранные языки: французский, итальянский, русский. Помимо Д. Теолла и Э. Маклюэна, к ним обращаются многие исследователи: итальянский литературовед Ф. Валенте (F. Valente) [289], ирландский критик К. Лиллингтон (К. Lillington) [286], ученик Маклюэна в Университете Торонто, а позднее его коллега Ф. Зингроне и др. Все они уверены, что Маклюэн глубоко понимал экспериментальный язык Джойса и видел связь между его творчеством и современными медиа. Маклюэновский подход к изучению различных явлений – от творчества Шекспира до электронных СМИ, – который соединяет текстуальный анализ в традиции «новой критики», метод аналогий и историко-сопоставительный подход представляют интерес для исследователей литературы модернизма. Идеи Маклюэна в Канаде продолжил также профессор политологии Университета Виктории (The University of Victoria) из Британской Колумбии, директор Тихоокеанского Центра Культуры и Технологии (The Pacific Centre for Technology and Culture) Артур Крокер (Arthur Kroker, 1945–), которого некоторые критики называли «Маклюэном 90-х», «самым интересным мыслителем в сфере культуры и технологии Канады после Маршалла Маклюэна» («McLuhan of the nineties… the most interesting thinker about culture and technology that this country has produced since Marshall McLuhan)2. Д.Х. Рой, корреспондент журнала Wired, полагает, что Крокер не столько «второй Маклюэн», сколько «Маркс XXI века» [395]. Это мнение журналиста обусловлено «левыми» политическими взглядами А. Крокера. Крокер – достаточно противоречивая личность. В молодости он хотел стать священником, но позднее увлекся «левыми» радикальными идеями, популярными у молодежи 60-х гг. Крокер, как и Маклюэн, не получил признания в академической среде, но его работы популярны за ее пределами. Стиль письма Крокера можно назвать маклюэнистским: как и в трудах Маклюэна, в работах Крокера отсутствие четкой структуры и доказательной базы сочетается с литературностью. Некоторые проекты Крокера, несомненно, являются образцами постмодернистской культуры. В 1981 г. А. Крокер и Мари-Луиза, супруга и соавтор многих его книг, переехали в Монреаль, где начали публикацию серии книг «Новые мировые перспективы» (New World Perspectives) в издательстве «Сант-Мартинс Пресс» (St. Martin's Press). В 1984 г. Крокер опубликовал серьезное сравнительное исследование теорий коммуникации Г. Инниса, М. Маклюэна и Д. Гранта «Технология и канадское мышление: Иннис. Маклюэн, Грант» (Technology and the Canadian Mind: Innis/McLuhan/Grant), которое он назвал своей интеллектуальной автобиографией [385]. В нем Крокер затронул проблему моральной ответственности за те перемены в обществе, которые происходят с внедрением новых медиа. Крокер уверен, что Иннис, Маклюэн и Грант были бы потрясены и одновременно разочарованы, увидев перемены в области IT-технологий, поскольку «силиконовый век», который никому из них не удалось увидеть, усиливает центральный парадокс современного мира, и технологии создают мир, воплощающий как мрачные предсказания Д. Оруэлла, так и утопические надежды. Из книги понятно, что Крокер считает Маклюэна технологическим гуманистом, который в своих трудах стремился определить роль технологий в жизни человека. Крокер полагает, что если Инниса и Гранта можно назвать канадскими националистами, то этого нельзя сказать о католике Маклюэне, который, будучи томистом, был не только канадцем, но и гражданином «глобальной деревни». Артур и Мари-Луиза Крокеры много писали о влиянии телевидения на современное общество, в частности на освещение и интерпретацию политических событий1. Многие мысли Крокеров близки Ж. Бодрийяру. Но авторы полагают, что телевидение – выходящее из обихода средство коммуникации, на смену которому приходит мир сетевой культуры, в котором и работа, и досуг переместятся в киберпространство. Вместе с супругой Мари-Луизой Крокер опубликовал несколько книг о проблемах культуры, технологии и медиа, в том числе «Хакерское проникновение в будущее: Истории для поглощающих плоть 90-х» (1996) (Hacking the Future: Stories for the Flesh-Eating 90s). В этой работе, которая выпущена вместе с компакт-диском, авторы соединяют несколько видов искусств. Они читают стихотворения, рассказы, журналистские эссе под синтезированную музыку композиторов Стива Гибсона (Steve Gibson) и Дэвида Кристиана (David Kristian). Следует отметить, что Крокеры с начала 90-х гг. постоянно представляют свои работы в формате перфоманса на художественных выставках в Северной Америке и Европе. Таким образом, они в какой-то степени продолжают маклюэновские «пробы». Р. Эверетт-Грин (R. Everett-Green) считает, что Крокеры, как и Маклюэн, одержимы электронными технологиями и в то же время ощущают опасность, которая от них исходит. Если Маклюэн писал, что новые технологии переделывают, перерабатывают нас («works us over»), то А. Крокер говорит, что они «доводят нас до судорог» («throws us into ‘spasm’»), и мы живем с противоречивыми чувствами, но это нам нравится [317, p. 9]. Маклюэнизм – неотъемлемая часть современной культуры, которая нашла свое продолжение в философии, литературной критике, исследовании медиа, в разнообразных арт-проектах. Несмотря на то что многие из них были бы чужды консерватору М. Маклюэну, именно его идеи вдохновляют многих ученых и художников. Маклюэн оказал влияние на представителей самых разных профессий: художников и дизайнеров, как, например, Д. Карсон, кинематографистов (Д. Кроненберг), философов и мыслителей (Р. Барт, Ж. Бодрийяр, А. Крокер). Идеи канадского теоретика медиа подхвачены его учениками Д. Теоллом, У. Онгом, Д. де Керкове. Огромная работа по изучению наследия Маклюэна и продолжению его теорий ведется в Центре Маклюэна Университета Торонто. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Герберт Маршалл Маклюэн – одна из самых ярких и противоречивых фигур в современной гуманитарной культуре. Его теория медиа стала серьезным вкладом в современную коммуникативистику. В своих основополагающих трудах «Галактика Гутенберга» и «Понимание средств коммуникации» Маклюэн представил концепцию развития медиа с древнейших времен до эпохи телевидения и предсказал возникновение нового электронного сообщества, которым в 90-е гг. стал Интернет. Развивая идеи своего старшего коллеги по Университету Торонто Гарольда Инниса, Маклюэн предложил теорию, согласно которой основные этапы развития человечества напрямую зависят от создания и внедрения новых средств коммуникации. Основополагающую роль в концепции Маклюэна играют технологии. Неслучайно ученого часто называют «технологическим детерминистом». Г.М. Маклюэн и Г. Иннис вошли в историю как основоположники Торонтской школы теории коммуникации. Однако именно профессор английской литературы Г.М. Маклюэн, обладающий искусством слова, талантом создания необычных, запоминающихся метафор, популяризовал идеи Торонтской школы, привлек внимание не только к своим трудам, но и работам Г. Инниса. Г.М. Маклюэн жил и работал в эпоху бурного развития науки и технологий. В это время в академических кругах были популярны концепции постиндустриального общества Д. Белла и Э. Тоффлера, фрейдизм и неомарксизм, кибернетика, постмодернизм. Утверждение Маклюэна, отражающее взгляды представителей Торонтской школы, что изменение технологий определяет смену общественных формаций, стало основой новой концепции развития общества, которая завоевала популярность в 60-х гг. ХХ в. Сравнивая идеи Маклюэна и Маркса, а также Маклюэна и неомарксистов Франкфуртской школы, можно смело сделать вывод, что видение мира через призму медиа имеет такое же право на существование, как учение о том, что классовая борьба является основой основ развития общества. Это мнение выражено в работах Г. Гроссвиллера «Метод – это сообщение: Маршалл Маклюэн и Карл Маркс» (1997), К. Марвина «Иннис, Маклюэн, Маркс» (1986). Несомненно, как марксизм или фрейдизм, маклюэнизм можно считать мировоззренческим учением и отправной точкой для исследования общества и медиа. Во многом благодаря Маклюэну интерес к исследованиям в области печатной культуры и электронных СМИ значительно возрос не только в Канаде и США, но и в других странах мира. Ученому удалось предсказать появление нового сетевого сообщества; им стал Интернет, объединивший весь мир в одну «глобальную деревню». Именно поэтому испанский философ М. Кастелльс называл электронную систему массовых коммуникаций «Галактикой Маклюэна» [308, p. 337]. Маклюэн предостерегал своих современников и будущие поколения от манипулятивной роли телевидения – «робкого гиганта», создающего псевдореальность и способного контролировать настроения целых наций. Он верил в то, что будущее – за новыми технологиями, и советовал «не входить в будущее спиной», а быть открытым для всего нового. Следует признать, что некоторые идеи Маклюэна о «горячих» и «прохладных» средствах коммуникации представляются достаточно спорными, хотя и стали популярными среди исследователей медиа. Эти идеи продемонстрировали как ученым, так и представителям искусства необычные качества медиа, новые неожиданные подходы к их изучению и использованию в качестве арт-объектов. Первые публикации о Маклюэне появились в 60-е гг., после выхода в свет основополагающих трудов ученого: «Галактика Гутенберга» и «Понимание средств коммуникации». В 70-80-е гг. фигура канадского теоретика и его труды стали предметом серьезных исследований. В книгах Д. Миллера «Маршалл Маклюэн» и Д. Фекете «Критический сумрак: Исследование идеологии англо-американской теории от Элиота до Маклюэна» теория Маклюэна рассмотрена как система взглядов в контексте основополагающих направлений в гуманитарной мысли ХХ в. До середины 80-х гг. теория медиа Маклюэна не получала признания в академической среде. «Отцы-основатели» американской коммуникативистики (П. Лазарсфельд, У. Лассуэлл, У. Шрамм и др.) долгое время игнорировали его труды. Только после того как идеи Маклюэна получили признание в Европе, во многом благодаря Ж. Бодрийяру, в журнале «Джорнел оф Коммуникейшнс» появились статьи о Маклюэне и ссылки на его работы. В книгах о проблемах теории коммуникации появились главы, посвященные Маклюэну (Д. Кэрри «Коммуникация как культура: Статьи о медиа и обществе», Д. Цитром «Медиа и американский разум: От Морзе до Маклюэна»). В них, как и ряде монографий (А. Крокер «Технология и канадский разум: Иннис, Маклюэн, Грант» (1984), Д. Альтшулл «От Милтона до Маклюэна: Идеи в основе американского журнализма» (1990), Г. Паттерсон «История и коммуникация: Гарольд Иннис, Маршалл Маклюэн и интерпретация истории» (1990), Д. Стэмс «Несерьезная современность: Иннис, Маклюэн и Франкфуртская школа» (1995)), идеи Маклюэна были признаны теорией медиа и, наряду с учениями Г. Инниса и Гранта, отнесены к Торонтской школе теории коммуникации, для которой, по мнению критиков, характерно признание главенствующей роли коммуникативных технологий в жизни общества и утверждение, что именно появление новых технологий является движущей силой прогресса. Если в 60-70-е гг. некоторые исследователи выражали мысль о том, что Маклюэн лишь пересказал идеи Г. Инниса, то в последующие десятилетия критики единодушно признали самостоятельность теории Маклюэна. Р. Кавелл и Д. Теолл считают Маклюэна «теоретиком пространства», в то время как Инниса – «теоретиком времени» (Д. Теолл «Виртуальный Маклюэн» (2000), Р. Кавелл «Маклюэн в пространстве: Культурная география» (2002)). Парадокс расширения зоны воздействия «новых» СМИ, прежде всего телевидения, а затем Интернета, и одновременно их сужения до одной «глобальной деревни», несомненно, является одной из важных отправных точек для изучения медиа, которая была обозначена Маклюэном. С середины 90-х гг., с развитием сети Интернет, стало очевидным, что прогнозы Маклюэна о новом электронном сообществе полностью оправдались. Действительность подтвердила его правоту. Технологический прогресс признается во всем мире как важнейший фактор, влияющий на средства массовой коммуникации и средства массовой информации, на экономику и уровень развития общества в целом. Идеи Маклюэна стали базой для исследования проблем новой цифровой культуры и компьютерных технологий (Д. Теолл «Виртуальный Маклюэн», П. Левинсон«Цифровой Маклюэн: Путеводитель по информационному тысячелетию» (2001), К. Хоррокс «Маршалл Маклюэн и виртуальность» (2000)). В последнее десятилетие теория медиа М. Маклюэна стала неотъемлемой частью коммуникативистики. Практически в любом учебнике по проблемам медиа, вышедшем после 2000 г., можно найти раздел, в котором анализируются труды канадского ученого. Д. Мейровиц, Н. Постмен, Д. Маккуэйл, – все ведущие теоретики медиа уделяют идеям Маклюэна значительное место в своих работах. Основным отличием теории Маклюэна от североамериканских и европейских школ коммуникативистики является не только выявление связи между появлением новых средств коммуникации и прогрессом в развитии цивилизации, но также утверждение о том, что средство коммуникации определяет суть сообщения. В творческом пути канадского ученого можно выделить три этапа. На первом этапе (30–50-е гг.) интересы Маклюэна в большей степени были сосредоточены на проблемах литературы и культуры. Интерес к творчеству памфлетиста елизаветинской эпохи Томаса Нэша привел Маклюэна не только к серьезному исследованию литературы того времени и самой эпохи, но и к анализу традиций так называемых риториков-грамматистов и диалектиков. В дальнейшем, рассматривая литературный процесс, эволюцию массмедиа и развитие общества в целом, Маклюэн, как правило, начинал исследования с древнейших времен, «античных» споров и конфликтов, в которых участвовали Цицерон, cв. Августин и Аристотель, Платон, Сократ, П. Рамус и Ф. Бэкон, Т. Нэш и Г. Харви. Принцип этот проявился в оценке литературы и критики американского Юга. Знакомство с творчеством писателей-«аграриев» и «новых критиков» южных штатов было важным событием в жизни Маклюэна. Оно во многом определило тематику его публицистики 1930–1950-х гг. В конфликте американского Юга и Севера ученый видел и «античный» спор между «риториками» и «диалектиками», и вечный конфликт аграрного и индустриального, и противоречие между патриархальными идеалами и наступающей «механизацией» общества. Проблемы «южных» интеллектуалов были близки канадскому ученому, он всегда разделял их ценности. Работы Маклюэна, посвященные проблемам американского Юга, представляют интерес как для маклюэнистов, так и для исследователей «южной литературы» и культуры. Канадский ученый смог понять характер «южан», их историю, литературу и культуру. Некоторая отстраненность от США помогла Маклюэну более объективно рассматривать конфликт Севера и Юга. Следует признать, что ученому удалось трансформировать объективистскую доктрину «новой критики» в философию отстраненности, свойственную поколению 60-х гг., чем и объяснялась его популярность у левой молодежи того времени. В 30–50-е гг. Маклюэн серьезно изучает литературу модернизма. В его публикациях, посвященных Э. Паунду, Т.С. Элиоту и Д. Джойсу, представлен необычный взгляд на творчество всемирно известных писателей-модернистов, чьи новации в поэзии и прозе, по мнению канадского профессора, предвосхитили новые коммуникативные технологии ХХ в. Маклюэн признавался, что работы Э. Паунда, Т.С. Элиота и Д. Джойса натолкнули его на мысль применять лингвистический и литературоведческий анализ в изучении массмедиа. Книга «Механическая невеста: Фольклор индустриального человека», в которой автор представил рекламу, комиксы и популярные детективы как фольклор американской нации, оказала большое влияние на американскую культуру 60-х, в том числе на мировоззрение представителей поп-арта. Эта книга знаменовала собой окончание первого этапа в исследовательской деятельности Маклюэна и переход ко второму этапу, центральной проблемой которого стало изучение средств коммуникации. В 60-е гг. Маклюэн пишет свои основополагающие труды – «Галактика Гутенберга: Сотворение человека печатной культуры» и «Понимание средств коммуникации: Продолжение человека». Впервые при исследовании медиа доказательной базой и основой теории массовой коммуникации становится литература. Для изучения процессов, происходящих в сфере медиа, Маклюэн обращался к творчеству писателей-модернистов – Э. Паунда, Т.С. Элиота и Д. Джойса, поскольку считал, что именно люди искусства способны ощущать и предвидеть перемены, а не смотреть, в отличие от остальных представителей человеческой расы, в будущее через «окно заднего вида». Маклюэн утверждал, что в литературе модернизма ощутимо предчувствие перехода верховенства от печатной культуры (именно она в понимании ученого является визуальной) к электронным СМИ (акустическим по своему характеру). Маклюэн использует метод аналогий и проводит параллели между характерными для литературы модернизма приемами и особенностями современных электронных медиатехнологий – и те, и другие прибегают к монтажу, мозаичности подачи материала, сопоставлению кадров, изображению одномоментного происхождения разных, порой значительно удаленных друг от друга, событий. По мнению ученого, литература, искусство и медиа развиваются синхронно. Эксперименты модернистов в области пространства, времени, а также мозаичная структура их произведений, как полагал Маклюэн, отражают процессы, которые происходят в тот же период времени в кинематографе и, более того, являются провозвестниками появления электронных СМИ. Отличительным признаком третьего этапа (1970-е гг.) исследовательской деятельности Маклюэна был синтетизм. Обращаясь к разным областям знания: теории коммуникации, биологии, культурологии, искусству, литературе, ученый предложил свои законы медиа, современные подходы к обучению в школах и университетах, раскрыл роль элитарной литературы и искусства для понимания средств коммуникации и массовой культуры. Несмотря на обвинения Маклюэна в излишнем увлечении технологиями и преувеличении им роли новых средств коммуникации в развитии общества, так называемом технологическом детерминизме, а также критику его манеры изложения материала, в том числе нарушение логики и мозаичная структура текстов, следует признать, что Маклюэну удалось создать стройную теорию коммуникации, согласно которой новые коммуникационные технологии играют главенствующую роль в формировании общественной формации и прогресса. «Законы» медиа Маклюэна, так называемая «теория тетрад», стала моделью для анализа медийных процессов, на которые опираются многие современные исследователи. Они многое объясняют в истории и характере медиа и применимы не только в сфере массовой коммуникации, но и других областях, а любой процесс, артефакт или технология могут быть рассмотрены в свете маклюэновских законов. Очевидна связь канадского коммуникативиста с учениями французских семиотиков Р. Барта и Ж. Бодрийяра. Можно утверждать, что многие идеи Ж. Бодрийяра являются логическим продолжением теории медиа М. Маклюэна. Маклюэн был профессором английской литературы, и литература всегда оставалась неотъемлемой частью его трудов. Настоящее исследование показало, что литература была той основой, на которой Маклюэн сформировался как мыслитель и теоретик медиа. Именно этим концепции Маклюэна отличаются от других теорий коммуникации. Работы ученого, несомненно, являются, с одной стороны, научными по своему характеру, в них автор выразил свое видение истории цивилизации через эволюцию средств коммуникации: от устного творчества до электронных СМИ. Вместе с тем в работах Маклюэна отсутствует четкая логика изложения материала, не прописаны цели и задачи его работ, не всегда обоснованы методы исследования, в конце книг отсутствует список источников, на которые автор опирался в своем исследовании. В работах, посвященных проблемам печатной и электронной культуры, автор опирается на труды антропологов, психологов, включает выдержки из художественных произведений разных эпох (драмы У. Шекспира, поэзию А. Поупа, А. Теннисона, У. Блейка, Ш. Бодлера, Д. Китса, Э. Паунда, Т.С. Элиота, рассказы и романы М. де Сервантеса, Э.А. По, Д. Джойса) как доказательную базу для своих утверждений, при этом редко упоминает работы теоретиков медиа, своих предшественников и современников, внесших значительный вклад в изучение проблем коммуникации. Исключением является Г. Иннис: его имя и его труды Маклюэн упоминает достаточно часто. Достаточно необычным для научного исследования в сфере коммуникативистики стало использование Маклюэном литературы как доказательной базы для построения своих медиаконцепций, постоянный диалог на эту тему с литераторами разных эпох. Вместе с тем мы приходим к выводу, что в трудах самого Маклюэна есть элементы «литературности», в них ощутимо влияние поэтики и эстетики литературы модернизма, что нашло свое выражение в мозаичном построении текстов его научных работ, запоминающихся метафорах, неповторимых маклюэновских «крылатых фразах» таких как, например, «Деньги – кредитная карта бедняка» («Money is the poor man’s credit card»), «Если это работает, значит, уже устарело» («If it works, it’s obsolete»), «Новости – это больше, чем искусство, это – артефакт» («News, far more than art, is artifact»), «Я, может быть, не прав, но я никогда не сомневаюсь» («I may be wrong, but I am never in doubt»). Все эти примеры свидетельствуют о несомненном литературном таланте ученого, его чувстве юмора. Свойственный Маклюэну ироничный стиль литературной критики сформировался под влиянием Г.К. Честертона, Л. Кэрролла и писателей-модернистов Д. Джойса, Э. Паунда, Т.С. Элиота. Паунда, Элиота, Джойса и Маклюэна объединяло многое: энциклопедизм, интерес к экспериментам, любовь к элитарному искусству. Маклюэн многое заимствовал из литературы модернизма: некоторые его фразы написаны и оформлены в паундовском идеограммном стиле, многие каламбуры созданы под влиянием Джойса. Мироощущение Т. Элиота, его взгляды на искусство, религию нашли отражение и в литературной критике и работах по теории коммуникации Г.М. Маклюэна. Парадокс заключается в том, что Маклюэн умел по достоинству оценить талант писателей-модернистов, но не смог написать ни одной крупной работы, посвященной их творчеству. Это объясняется его сосредоточенностью на проблемах медиа. Однако именно под влиянием Маклюэна Х. Кеннер, Д. Теолл, Э. Маклюэн создали серьезные исследования о Э. Паунде, Т. Элиоте и Д. Джойсе. Маклюэном написано несколько десятков литературоведческих статей. Лишь некоторые из них близки формату «новой критики», сторонником которой он был. Результаты проведенной работы подтвердили нашу гипотезу о том, что Маклюэн является мыслителем и художником, прошедшим путь от модернизма к постмодернизму и впитавшим в себя эстетику этих культур, что проявилось в его подходе к изучению литературы, культуры и медиа. «Галактика Гутенберга» и «Понимание средств коммуникации» написаны под сильным влиянием писателей-модернистов, а более поздняя работа ученого «Средство коммуникации – массаж: Опись имущества», соединившая высказывания Маклюэна с цитатами известных людей разных эпох, иллюстрированная фотографиями, рисунками, коллажами, а также фильм, сделанный на основе этой книги, являются образцами литературы и искусства постмодернизма. Большинство его литературоведческих работ весьма своеобразно. Анализ текста в них соприкасается с контекстом новейших достижений в области биологии, физики, информационных технологий. Характерная для Маклюэна междисциплинарная манера исследования медиа, литературы, культуры и технологий получила название «маклюэнизм». Маклюэнизмом, несомненно, можно назвать как научные исследования, так и труды Маклюэна в области искусства и кинематографии. Следует признать, что Маклюэн не был первооткрывателем в этом плане. Подобный подход к изучению литературы, СМИ, искусства и общества применяли и французский философ Жан Бодрийяр, и представитель Тартуского университета, литературовед и культуролог Ю.М. Лотман, и другие исследователи. Маклюэнизм ощутим в теориях специалистов в области медиа и культуры (Д. Теолла, У. Онга, А. Моля, М. Кастелльса, Н. Постмена, Д. де Керкове, А. Крокера и др.). Влияние Маклюэна прослеживается и в творчестве американского фотографа и графика Д. Карсона, канадского режиссера Д. Кроненберга, американских кинематографистов В. Алена, О. Стоуна и др. Связь с постмодернизмом чувствуется прежде всего в «пробах» Маклюэна, экспериментах, соединяющих разные сферы деятельности и виды искусства. Статьи и эссе Маклюэна, посвященные литературе американского Юга, творчеству Э. Паунда, Т.С. Элиота и Д. Джойса, представляют интерес и как литературоведческие исследования, и как работы по теории коммуникации. В них ученый комплексно рассматривает литературу, медиа, искусство и технологии. Как медиакритик Маклюэн пишет о проблемах взаимодействия литературы, искусства и массовых коммуникаций. В работах, посвященных проблемам коммуникаций, обращается к анализу художественных произведений – поэзии Э. Паунда и Т. Элиота, романам Д. Джойса «Улисс» и «Поминки по Финнегану». Он находит в их текстах много полезной информации об истории развития средств коммуникации. Так, роман «Поминки по Финнегану» Джойса, по мнению Маклюэна, иллюстрирует эволюцию СМК от устной культуры к письменной, затем печатной и электронной. В «Улиссе» Д. Джойса, «Бесплодной земле» Т. Элиота и поэме «Кантос» Э. Паунда Маклюэн находит примеры кинематографических и зарождающихся телевизионных технологий. Анализ Маклюэном литературы модернизма имеет и самостоятельную литературоведческую ценность. Из статей и эссе канадского исследователя можно многое узнать о специфике поэтического языка Э. Паунда и Т. Элиота, особенностях поэтики Д. Джойса, с характерным для него интересом к исследованию подсознания, расшифровке сновидений, скрытых для наблюдателя мыслей и чувств. Общество, культура, искусство, согласно Маклюэну, напрямую связаны с развитием средств коммуникации, которые продолжают и развивают человека. Литература играет огромную роль в творчестве канадского ученого, но литературоведческий анализ не является основной целью его исследований. Для Маклюэна литература, как и другие виды искусства, – это зеркало, в котором отражаются медиа. Маклюэн внес определенный вклад в развитие литературоведения. Он оказал влияние на формирование научных интересов известного канадского литературного критика Хью Кеннера. Его работы разных лет и антология поэзии «Голоса литературы» входят в список литературы, рекомендуемой студентам при изучении английской и американской литературы. Новым подходом к изучению культуры, литературы, искусства стала книга Маклюэна «Средство коммуникации – массаж», созданная при участии К. Фиоре. В ней авторы, соединяя текст Маклюэна с фотографиями и графикой К. Фиоре, предлагают неожиданный взгляд на историю медиа, массовую культуру, современное общество. В книге «Сквозь исчезающую точку: пространство в поэзии и живописи», написанной Маклюэном в соавторстве с Г. Паркером, авторы, используя метод монтажа, представляют читателю историю развития поэтического слова в параллели с историей живописи, скульптуры и графики. Читателю предлагают проанализировать отрывки из поэмы Чосера «Кентерберийские рассказы», драмы Шекспира «Король Лир», стихотворных произведений А. Теннисона, Д. Китса, У. Блейка, Т. Элиота и др. Иллюстрациями к этим литературным текстам служат репродукции художественных произведений разных периодов с комментариями авторов. Задача авторов сводится к тому, чтобы продемонстрировать то общее, что объединяет литературу и искусство определенного исторического периода. Маклюэн стал провозвестником нового направления в исследовании медиа, литературы, искусства, технологий, которое получило, как было отмечено выше, название «маклюэнизм». Маклюэнизм предполагает соединение разных, не связанных между собой миров и явлений, которые при взаимодействии (пересечении, смешении) друг с другом проясняют суть каждого из них. Так, соединяя медиа, литературу и науку, Маклюэн открыл новые грани электронных СМИ. Теория коммуникации Маклюэна изучена достаточно подробно. Основной корпус работ по маклюэнистике (под маклюэнистикой можно понимать и исследование наследия канадского ученого, и продолжение его идей) посвящен его трудам о массмедиа, теории их развития, законам медиа (теории тетрад), связи основополагающих идей ученого с философией киберпространства, футурологическими прогнозами, в то время как его литературная критика нуждается в серьезном изучении. Только комплексное изучение ранних и поздних работ канадского ученого может объяснить особенности его мышления, суть его теорий и противоречий. Следует помнить, что понимание Маклюэна возможно только при междисциплинарном подходе к его трудам. Анализ литературной составляющей в произведениях Маклюэна служит ключом к изучению его творческого наследия. Работы Маклюэна по вопросам литературы и искусства шире по своей жанровой принадлежности, чем литературно-критические статьи и обзоры. Лейтмотивом его литературоведческого исследования была литература модернизма, проблемы риторики, установление связи между этими явлениями и СМК. В процессе работы над литературным материалом Маклюэн параллельно проводил исследования в области коммуникативистики, открывая принципиально новые подходы к данным явлениям. Маклюэн – один из ученых мира, стоящих у истоков синкретичности научных исследований. Он доказал возможность объединения исследования массовых коммуникаций и других дисциплин: биологии, литературы, риторики, психологии, информационных технологий. Маклюэновский подход к научным исследованиям стал основой функционирования школы Торонтского Университета, объединенной вокруг Программы Маклюэна, и Тихоокеанского Центра Культуры и Технологии под руководством А. Крокера. Главная заслуга Г.М. Маклюэна заключается, с одной стороны, в формировании новой методологии изучения медиа, а с другой стороны, в обосновании необходимости системного подхода к изучению как литературы и искусства, так и средств массовой коммуникации. Время доказало правоту взглядов Г.М. Маклюэна как теоретика и практика, соединившего талант литературного критика и знатока новых технологий, средств массовой коммуникации и средств массовой информации. . |