Хроники Сэйфории. Затерянная Земля (5) 2. Она мечтала об одном Пронзить врага своим клинком
![]()
|
Глава XXXIX Чаши СудьбыИх сладкие речи никого не могут оставить равнодушным. Никого, кроме меня. Седьмой выставил передо мной два кубка. – Испей из левого и войди в нашу семью. Правый сулит смерть. У тебя есть время подумать, до того, как упадёт последняя песчинка. Мы покидаем тебя, воительница. Пей и помни, что твоя жизнь в Её руках. Снова помолившись, члены Совета Корракая покинули ложе, оставив меня наедине с двумя чашами, одна из которых дарует спасение, вторая – гибель. Когда песок пересыплется из одной чаши в другую, они придут за мной. Может вылить содержимое левого кубка и претвориться, что я осушила его? Нет, это слишком просто, а у этих сектантов не всё в порядке с головой. Они наверняка это предусмотрели. Я связана по рукам и ногам. Это просто отвратительно! Я отчаянно избегала смерти, а теперь мне предлагают добровольно оставить эту жизнь. Коварная судьба, куда ты закинула меня? Каким испытанием ещё подвергнешь мою уставшую душу? Я посмотрела на часы. Богиня наказывает меня за то, что я угрожала её служительнице. Но умереть от яда всяко лучше, чем быть задушенной безжалостным моллюском или убитой магией кровавого призрака. И всё-таки, трусливый уход не красит воителя с земли изгоев. Погибнуть в бою – одно, но выпить смертельный яд – совсем другое. Однако остаться в этом месте равносильно предательству не только тех, кого я так люблю, но и самой себя. Что же выбрать? Лёгкая гибель или новая жизнь в Пристанище, терзаемая воспоминаниями о прошлом и угрызениями совести. Эти люди спрятались от опасного мира, они закрыли глаза на всё плохое, на зло, царствующее в Сэйфории. Они считают, будто смогут создать невиданную ранее идеальную цивилизацию. На материке таких как они называют утопистами, а Утопия – место, которого нет. Жалкие, они вторят своим иллюзиям. Я никогда не приму такой образ жизни. Даже в плену обстоятельств мой долг велит бороться. Нет, я не стану строить ИХ будущее, в котором нет места для пылающих страстью сердец! Я взяла чашу с ядом. – О, Аргента! Наша огромная Вселенная, помоги мне! И не сочти мой поступок трусостью. Я совершу больший грех, если позволю себе радоваться, когда мой народ гибнет! Прими мою жертву и воссоедини меня с родными! Ибо смерть – освобождение! Я залпом выпила горьковатый яд. Всё поплыло. Моё бездыханное тело упало на мраморный пол. Глава XL Воскрешение– Запомни, братец, тебе не возвести стены между мной и Ветой! Не отнять последнее, что удерживает меня на этой паршивой земле! И чего он так завёлся? Похоже, великая воительница города Свободы окончательно покорила сердце этого импульсивного болвана. Но его любовь не должна мешать моим планам. И всё-таки, как странно видеть брата таким растерянным, встревоженным и чертовски взбешённым. – Не драматизируй, – попытался утихомирить его я. – Вообще то твоя девушка приставила нож к моему горлу. Как, по–твоему, я должен был отреагировать? Твоё счастье, что я вообще пощадил её. – Мой благородный, всегда праведный брат, ты всему найдёшь оправдание. Только знай, что я вижу тебя насквозь, – Ёраган продолжал осыпать меня оскорблениями, как стрелами, и уже начал мне надоедать. – Ты не отличаешься от нашего отца ничем. Хотя и любишь носить маски! – А ты ходишь по лезвию ножа, Ёраган. Не стоит принимать моё спокойствие за безразличие. Твои слова острее разбитого стекла и ядовитее укуса змеи. Советую заткнуться, пока я не вспомнил, что являюсь тебе не только братом, но и королём. – Дерзай, верховный правитель пяти Областей, выплесни на меня весь свой гнев! Покажи свою истинную сущность! – С удовольствием! Я выдернул меч из ножен. – Только распусти свою стражу. Не хочу, чтобы они стали свидетелями твоего позора. – Опозориться придётся тебе! Ёраган так же обнажил меч. – Довольно! Бариэль встала, между нами. Моя бедная сестра все время вынуждена разнимать нас. – Ведёте себя, как дети. Неудивительно, что Вета сбежала подальше от вас. – Бари, не вмешивайся в мужские дела, – Ёраган нахально смотрел на меня. – Значит решайте свои конфликты по–мужски! Что толку с того, что вы помашите этими штуками, пораните друг друга, но каждый так и останется при своём мнении?! – Мудрые слова, сестрёнка, только вот Ёрагану всё нужно вдалбливать кулаками. – Иди сюда! – брат принял боевую стойку. Принцесса преградила ему дорогу. – Снова напился? Сколько ещё можно позорить семью? – Оставь его, Бари. Твои слова для него ничего не значат. – Как и я ничего не значу для этой семьи! – Ёраган обвёл нас презрительным взглядом мутных глаз. – Желаю вам отличного дня, ребятки. Сказал и пошёл прочь. Попутного ветра! – Прости, ты не должна была становиться свидетельницей этого. – С ним нелегко, но ты должен быть выше. Ёраган может стать лучше. Дай ему время, и он поймёт, что ты поступил так ради него. – И ради тебя. Мне показалось ты привязалась к ней. – Но она вставила нож мне в спину. Покусившись на твою жизнь, Вета подорвала моё доверие, – Бариэль не умеет скрывать эмоции. – Её спровоцировала трагедия, случившаяся с сестрами Каллиф. Это не оправдание, но понять поступок Веты можно. – Возможно ты и прав. Может, окажись я на её месте, поступила бы аналогичным образом. – Убийства тебе не к лицу, – я погладил её по розовой щеке. – Мы Констары, Эдвин. Смерть – наш вечный спутник. – Мечом и огнём, да. Ты часто вспоминаешь его? Бари опустила взгляд. – Иногда. Порой вижу в кошмарах и, просыпаясь, благодарю Аргенту за то, что это был всего лишь сон. Я понимающе кивнул. – Не хочу беспокоить тебя по пустякам, но фрейлины бьют тревогу. До столицы доползли слухи о подводном звере, лакомящимся свежей кровью. Говорят, есть жертвы. Не собираюсь верить слухам, но паника в обществе – предвестница больших бед. – Я слышал об этом. Возможно, кто–то нарочно сеет смуту в умах подданых. И делает это крайне виртуозно. Я бы хотел в этом разобраться, только послать некого. Ренарды на специальной миссии, а Родрик ловит убийцу претендентов. – А ты занят сокрытием какой–то тайны от меня. Эдвин, расскажи для чего нужно было собирает троих хранителей в одном месте? О чём вы с Гэйном постоянно шушукаетесь? – Государственные дела, сестра. Я вынужден держать их в тайне. – Надеюсь ты знаешь, что делаешь. Слегка поклонившись, девушка направилась в сторону дворца. *** Покойница открыла глаза. Как я могла уйти, не досчитав до пяти? Похоже, что в Подземном Царстве мне не рады, а Богиня отказалась принимать меня в своём вечном доме. Значит приняла Гайша. По-другому не объяснить почему я лежу в деревянной коробке, а где–то сверху слышно, как на меня сбрасывают песок. Закричать? Вот только губы онемели. Я чувствую, что задыхаюсь, и темнота наводит жути. Соберись! Ты ещё дышишь, но надолго ли тебя хватит? Голоса сверху утихли, и работы прекратились. Меня похоронили заживо. Да ещё и без кинжала! Я обездвижена. Меня съедает паника вперемешку со страхом. Рука, нет, не рука, а кость, обглоданая и сухая, тянется к моему лицу. Потом во тьме загораются глаза чёрной птицы. Феникс будет клевать меня, царапать острыми когтями, вырывая душу из тела, а Эрилл сделает из моей головы череп – дополнение к своей коллекции. – Пр... про...проваливай! – чудом выдавила я, но птичьи глаза лишь игриво прищурились. Я принялась царапать стенки гроба, ища за что зацепиться, но ничего не находила. Спустя некоторое время я покорилась судьбе. Птица села мне на живот. От её отвратительных крыльев пахло пеплом. – Один, два, – считала я, – три, четыре. Крышка гроба со скрипом открылась. – Ты проснулась раньше, чем я ожидала. Агайя? – Сестра, поболтаете потом. Помоги мне вытащить её. Меня подняли из могилы и аккуратно опустили на горючую землю. – С возвращением, Вета из Немилина, – Ардан легонько приобнял меня. – Кажется это принадлежит тебе, – девушка протянула мне любимый клинок. – Спасибо. Агайя сжала мою ладонь. – Ничего не бойся. Теперь ты в безопасности. Они не станут тебя искать. – Но, как? – немного придя в себя, спросила я. Мне ответил Ардан. – Я знал, что выбраться из Пристанища может только мертвец. Мы сделали всё так, чтобы члены Совета поверили в то, что ты мертва. Нужно поблагодарить старину Уилла. Его смерть натолкнула меня на эту мысль, когда я помогал закапывать его бездыханное тело. – Ардан поделился со мной планом, а я приготовила особенный яд. Он не убивает, но заставляет человека погрузиться в глубокий сон, который не отличить от смерти. – Мы похоронили тебя и закопали. Как и положено поступать с почившими. – Наша маленькая шалость удалась, – Агайя улыбалась, а я не находила слов, чтобы выразить всю свою признательность. – Но зачем вы помогли мне? – Видно, что ты хороший человек, Вета, – Ардан смотрел на меня своими прекрасными серыми глазами. – И у тебя есть предназначение, которое исполнить можно лишь за пределами Пристанища. – Иди, спасай свой народ. Мы чувствуем, что это правильно, – поддержала брата Агайя. – Но помни, что, рассказав кому-нибудь про это место... – Ты подвергнешь нас большой угрозе. – И этого мы никогда не простим. – Я обещаю сохранить тайну Пристанища. И эту клятву я сдержу наверняка. – В таком случае, пришла пора прощаться, – Агайя прижала меня к себе. – Ты странная, Вета, но мне это нравится. Спасибо, что поделилась частичкой своего мира. Нам бы хотелось узнать о нём побольше, но, боюсь, шанса уже не представиться. – Береги себя и помни о своём обещании. – Ещё раз благодарю. И да прибудут с вами духи! – И да прибудет с тобой Гайша! Брат и сестра испарились в песке. Я посмотрела на небо и увидела звёзды. Вспомнила о Ёрагане. Какого ему сейчас? Не задерживаясь не секунды, я отправилась в путь. Агайя любезно оставила мне немного еды, воды и лекарств. Я вновь разыгрываю партию в игре со смертью. Победа непременно будет за мной! Звёзды укажут дорогу! *** Как же вкусно пахло океаном. Ориентируясь по звёздам, я сумела вырваться из песчаной ловушки и оказалась в знакомой Немилинской долине, где чайки громкими криками приветствовали меня. Я бросилась к воде и с жадностью вдыхала солёный воздух, радуясь возвращению домой. Я плакала, но это были слёзы счастья. Покинув землю изгоев, я и представить себе не могла, что буду так скучать. Волны обволакивали меня, как мягкое одеяло. Я наслаждалась единством со стихией и восхищалась её свободой. На душе так спокойно. Хотелось бы продлить этот миг, но я, итак, достаточно задержалась. Интуиция подсказывает, где искать немилинских головорезов. Их излюбленным местом из покон веков был Северный лес. Они группируются в шайки и организовывают нападения на тех, кому не посчастливилось оказаться в тех местах. Игривые волны лизали песок, когда я шла вдоль побережья, любуясь дикой красотой родной Области. Я была полна сил и энтузиазма, готова к новой битве. К сожалению, позаимствованное оружие осталось в пустыне, зато верный клинок был со мной. Но с помощью одного ножа мне не справиться с десятком вооруженных разбойников. Может помогут серебро и королевские украшения? Или это огромное яйцо, которое вместе со всем прочим всё это время было при мне? А впрочем, опыт ведения светских бесед показал, что дипломат из меня так себе. А разговаривать с отъявленными преступниками – бессмысленная трата времени. Северный лес – пугающий и манящий одновременно. Маленьким детям рассказывают сказки про место, где обитают кровожадные разбойники, охотящиеся не ради наживы, а ради убийств. Это их территория. Немилин пережил тяжёлые времена, когда далеко не каждый был согласен зарабатывать на кусок хлеба честным путём. Поскольку Северный лес, как и лес Эгельман, близок к границе с другими Областями, здесь часто снуют торговцы, надеющиеся скоротать путь через землю изгоев. Набитые всякой всячиной с головы до ног сэйфорийцы ступают на территорию варваров. И если с нами не хотят торговать, то всегда можно забрать редкостные штуковины силой. Такой образ жизни считается недостойным для честного воина, но никто не спешит связываться с местными шайками, чтобы наставить их на путь истинный. В конце концов, андарцы силой забирают наших людей, почему бы не ответить гостям аналогичным образом? Подо мной утопала сырая земля. Пахло смолой. Где-то неподалёку дятел долбил дерево. Здесь должно быть полным–полно ловушек. Я всё ещё не понимаю, как бастарду удалось выбраться отсюда почти без единой царапины? Я смотрела под ноги и ступала очень осторожно, словно лиса, кралась в поисках добычи. Какова вероятность, что кристалл Кардрагора всё ещё у них? Эти болваны даже не догадываются какой ценностью завладели. Этот кристалл сулит им не только крупную выручку, но и погибель. – Ты жива?! Я вздрогнула, услышав в голове знакомый голос Ёрагана. Чёрное кольцо, которое парень отдал мне, засветилось неестественным серебристым свечением. «Есть одна хитрость. Возьми это кольцо, оно досталось мне от матери. С ним между тобой и мной сохранится связь». Ёраган с бокалом вина в руках и с улыбкой до ушей предстал передо мной во всей своей красе. На нём был знакомый бардовый камзол, а тёмные глаза блуждали по моему телу. – Как такое возможно? – Я не иллюзия, не галлюцинация, но меня здесь нет. Я отправился к тебе по мысленной нитке, связывающей нас с помощью кольца. – я посмотрела на украшение. – Вета, я боялся, что потерял тебя. Прошло столько дней, а ты находилась вне зоны досягаемости, словно тебя не стало. Что произошло? Он подошёл ко мне. Руку даю на отсечение, я почувствовала его обжигающее дыхание на своих щеках, словно он и не бестелесная оболочка вовсе! По телу поползли мурашки, когда его аура коснулась меня. – Это долгая история. Главное, что я нахожусь в Северном лесу и жду встречи с нашими похитителями драгоценных камней, – я улыбнулась, едва сдерживая проступившие слёзы. Меня переполняли эмоции. Я действительно рада его видеть. – Я скучал. – И я тоже. Он сделал ещё один робкий шаг мне навстречу. – Обещаю, когда всё закончится я брошу пить. – Не верю. – Вот увидишь! А ещё оставлю дурацкую привычку отказываться от всего, что заставляет моё чёрствое сердце биться чаще. – Ты говоришь о каком–то сильнодействующем веществе? – Я говорю о тебе, дорогуша. Я намерен сделать так, чтобы впредь нам больше никогда не приходилось расставаться. Вета де Кельрун, ты станешь моей королевой, и мы построим собственное королевство, в котором не будет места призракам прошлого. Мои отец и брат навсегда будут вычеркнуты из истории обновлённой Сэйфории. – Что ещё, Ваше Величество? – Немилин получит независимость. Твой дом больше никогда не назовут землёй изгоев, а его обитателей варварами. – Не слишком ли многого ты хочешь, о, великий верховный правитель пяти Областей? – Моей безграничной фантазии нет предела. Судьба находится в наших руках! – Ты бессмертный, а я буду увядать прямо у тебя на глазах. Не самая лучшая перспектива, не находишь? – Взойдя на престол, ты тоже станешь правительницей, равной мне. Как предыдущие королевы Сильвия Догельмон, Даниэлла Фассор, Мимиранна Кайот, ты, моя дорогая, обретёшь вечную жизнь. – Только вот они все в конце концов погибли. – Быть может, смерть когда-нибудь доберётся и до нас, но прежде, чем это случиться, я сделаю всё, чтобы исправить ошибки, допущенные моими предками. Согласишься ли ты разделить эту ношу со мной? – Я дам ответ, когда принесу тебе голову действующего короля. – Ловлю на слове, прекраснейшая. Мне чертовски захотелось его поцеловать. Я жаждала почувствовать легкий электрический разряд и теплоту его губ. Хотела, чтобы парень обнял меня, прижал к себе крепко – крепко и никогда не отпускал. Два человека, две истории, две семьи, враждующие между собой и одно общее будущее. Но умом я понимаю, что нашей сказке не суждено сбыться. Во всяком случае мой финал предрешён. Я сделаю то, что должна, а после выйду из игры. Спасти Немилин, разыскать Корда, отомстить за Джона и исполнить данную Оливеру из дома Эркерест клятву. Богиня пока щадит меня, но я слишком много раз убегала от смерти. Когда–то везение должно закончиться. И пускай я впервые встретила человека, похожего на меня, нам не суждено быть вместе никогда, а, как я уже говорила никогда – слишком долгий срок. – Теперь уходи, – эти слова дались мне с трудом, – я свяжусь с тобой, когда всё закончится. – Я люблю тебя, Вета. Помни об этом и возвращайся ко мне. Ёраган исчез. Любит? Только что мрачный, повёрнутый на собственном эго, обольстительный бастард признался мне в любви? Ушам своим не верю! А, что же я? Прогнала его, не успев ответить, что тоже люблю его! Я люблю его! Три коротеньких слова, обладающих огромной силой. Джонатан Рачес, умирая, надеялся услышать их от меня, но я предала его любовь. – Стой, где стоишь, девчонка, иначе прострелю тебе мозги! Мускулистый разбойник держал в руках арбалет и целился мне прямо в голову. По его лбу сочился пот, непокорные иссиня–чëрный волосы мочалкой лежали на голове, бледно–голубые глаза сосредоточено изучали размер походной сумки. Щетинистое лицо немолодого мужчины наполовину обгорело, часть его превратилась в бесформенный кусок обвисшей кожи. Жуткое зрелище. Но интуиция подсказывает, что стрелять он умеет. – Достопочтенный господин, я не представляю для тебя никакого интереса. Прошу отпусти меня. – Подними руки! – приказал он. – Посмотрим, что за рыбка угодила в наши сети, а главное насколько дорога её чешуйка. Пришла к нам издалека? Ты не похожа на торговку, если только не телом торгуешь. Со всех сторон послышался смех. Из кустов повылезали друзья головореза. Их около тридцати и все до одного вооружены. – Так и будем в молчанку играть? – главарь разбойников хищно скалился, – Или скажешь, что милая сэйфорийка забыла на моих землях? – Вообще–то, это и мои земли тоже. Я метнула кинжал, специально целясь чуть выше его макушки. Разбойники одобрительно засвистели. – Меня зовут Вета, – прокричала я так, чтобы все услышали. – Немилин мой дом! – Ой ли? – разбойник подал знак, и его люди окружили меня, – А мы то, наивные, полагали, что ты нашла себе домик поуютнее, такой, как, скажем, Серебряный дворец. В мою сторону полетели ругательства. – Братцы, как невежественно так обращаться с благородной леди. Давайте окажем андарской сучке радушный приём! – Предупреждаю, – я приготовилась к бою, – драться я не разучилась. Смотрю, слава обо мне распространяется. Только те, кто на меня наговаривают – безмозглые глупцы! – Да ну? – мужчина опустил арбалет и встал в метре от меня. – А я почему–то верю каждому их слову. А вы? – он обратился к соплеменникам, и те поддержали его криками, – Видишь, и ребята со мной согласны. Мы честные разбойники, и из уважения к твоему наставнику и нашему господину Руккарду Каллифу дадим тебе сдохнуть с оружием в руках. Главарь кинул мне мой кинжал. – Продемонстрируй нам свои таланты, красавица. В одиночку их не победить даже мне. К тому же я давно не тренировалась. И если с ренардами ещё можно было справиться, то сейчас мне предстоит драться с настоящими воителями с земли изгоев. – Значит поиграем! *** Разбойники расступились, освобождая нам пространство. Пока мы болтали, я анализировала физические характеристики соперника. Мужчина был невысок ростом, но отлично сложен. Не знаю, как он управляется с оружием. Но, судя по красным расцарапанным костяшкам пальцев, частенько практикуется в кулачном бою. Одолеть его будет непросто. Когда главарь подходил ко мне, я обратила внимание та то, что он хромает. Значить, центр тяжести будет переносить на правую ногу. Когда я минула в него кинжал, разбойник и с места не сдвинулся. Возможно, он бесстрашный, а может просто-напросто не успел. Замедленная реакция. Я видела, как он держит арбалет – правша. С виду кажется, что это самый обыкновенный бандит с большой дороги, жутковатый тип, с богатым опытом убийств, но не просто так он стал их лидером. Что-то в нём есть. Я встала в боевую позу. Главарь улыбнулся и поманил меня к себе. Хочет, чтобы я напала первая, проверяет на прочность. Нож блеснул в моей руке. Сердце забилось чаще. Волна адреналина захлестнула с головой. Я приступила к грациозному танцу. Всего несколько шагов и я у цели. Предприняла попытку нанести удар в область сердца, но он вовремя подставил руки и защитился. Лезвие со свистом рассекло воздух. Я наступала, а он умело избегал встречи с остриём клинка, медленно пятясь назад и увлекая меня за собой. Вновь и вновь я угрожала ему. Мужчина не спешил показывать свои способности. Он прекрасно знает кто я такая и не надеется на лёгкую победу. Я зарядила ему кулаком прямо в нос. Зацепила! Разозлился. Я спровоцировала его, но он продолжал следовать своему плану и изматывал меня. Надеется, что я выдохнусь. Только вот я специально дерусь в полную силу, намеренно хвастаюсь своим профессионализмом. Ему хорошо известно, каких усилий мне это стоит. Пускай думает, что я глупа, ведь растрачиваю все ресурсы на выпендрёж. Только всё не так–то просто. Он измеряет силу моего удара, пытается отыскать слабые стороны. Я не использую левую руку, она всегда согнута в локте и предназначена для редких выпадов. Разбойник засёк, что правой рукой я владею лучше. Держу корпус в полуобороте, дабы ему было сложнее попасть. Мне надоело избивать его и не получать отдачи. «Ты специально выводишь меня из себя. Я вижу тебя насквозь». Три стремительных удара, быстрых, как вспышка молнии. Два из которых он виртуозно избежал, но я всё–таки его зацепила. По загорелой коже оппонента поползла кровяная змейка, которую он поспешил стереть. Неожиданный удар коленом в живот. Я скорчилась от боли. Но это только мне на руку. Главарь и не догадывается, что я вожу его за нос. Он чувствует своё превосходство, поскольку, увлеченная нападением, я напрочь забыла про защиту. Теперь жертвой стала я. Он бил меня кулаками по всем частям тела. Ноги также пошли в ход. Он избивал меня, как тренировочную куклу, и кровь хлестала во все стороны. Его маленькая задумка удалась, ибо мужчина покалечил мою правую руку. Я не могла удерживать нож. Перекинула его в левую и преступила к косым ударам. Даже левой рукой мне получилось несколько раз ранить его. Я была права – с реагированием у него не всё в порядке. Толстый кулак мужчины встретился с моим подбородком. Гадёныш чуть не свернул мне челюсть. Вкус собственной крови возбудил меня, и я накинулась на соперника, навалившись всем телом, параллельно пиная его, повалила главаря на землю, а сама перекатилась в левую сторону и встала на ноги. Когда он попытался подняться, я пнула его в зону паха, и несчастный с грохотом вернулся на прежнее место. Отдохнув малость, он вернулся в строй и предпринял череду произвольных выпадов, а я перехватила его мускулистую руку и приблизилась к лицу, заглянув в глаза, прошептала: – Даже не рассчитывай. Манёвр сработал безукоризненно. Пока он следил за моими руками, я ударила коленом по его правой ноге, да так сильно, что перелом кости гарантирован. Разбойник и мускулом не пошевелил. Вот это выдержка! Поскольку одна нога повреждена, а вторая сломана ему тяжелее передвигаться. Но с кулаками проблем не наблюдается. Ему удобнее бить в лицо, я вынуждена держать руки выше груди. Танец продолжался, я выплевывала слюну, перемешенную с кровью. Его это забавляло. Мы сражались уже дольше двадцати минут, а я всё ещё не вымотана. В его взгляде читался вопрос: «почему?». Я крепко держала кинжал в левой руке. Мужчина едва уворачивался. Я застонала, когда главарь проткнул меня не пойми откуда взявшимся охотничьим ножом. Но царапина под ребром не смутила меня. Я приступила к следующей части плана. Волшебным образом удары мои стали точнее. Левая рука обрела способность бить прямо в цель. Глупец, как просто оказалось его провести. Не обращая внимания на ранение, я перешла к четверному шагу алгоритма. Точечные удары по незащищённым частям тела. Превозмогая боль, нагнулась и схватила его за ноги, потащив на себя. Он перекатился, но обронил своё оружие, которое перешло ко мне. Правая рука по–прежнему горела, но годы тренировок научили меня терпению. Теперь я счастливая обладательница двух клинков, а ведь именно с ними я мастерски умею обращаться. Оттолкнувшись от земли, главарь вскочил. Глаза его искрились яростью. Он побежал мне навстречу, намереваясь задушить. Наши тела соприкоснулись. Руки его сомкнулись на моей шее и тут же разомкнулись поскольку из живота у него полилась алая кровь. Охотничьей нож глубоко вошёл в плоть. Он безумно улыбнулся и, не отводя от меня взгляда, вырвал клинок из себя и отбросил в сторону. В глазах потемнело. Мужчина со всего размаха влепил мне кулаком в голову. Я чуть не потеряла сознание. Он выхватил кинжал у меня из рук и, не сомневаясь ни секунды, всадил его на то место, где у меня уже имелась рана. Разбойник провернул клинок под кожей и нахмурился, когда заглянул в моё ясное, как летний день, лицо, не искажённое мукой. Медленно перевёл взгляд на нож, который завораживающе рассыпался пеплом на промерзшую немилинскую землю. – Удивительное зрелище, правда? Ничего не понимая, он вновь посмотрел на меня, в то же мгновение, в правой руке моей блеснуло острое лезвие родного кинжала, которое я деликатно приставила к горлу поверженного оппонента. – Финита ля комедия. Его люди среагировали быстро. Несколько десятков наконечников стрел смотрят на меня. Стоит ему только пальцем шевельнуть, и я буду убита на месте. – Может раньше ты и был отличным воином, но годы мелкого воровства превратили тебя в посредственного безмозглого мужлана, думающего кулаками, а не головой. – Может это и так, только и ты потеряла право называться истинной немилинкой, грязная перебежчица! – прохрипел главарь банды. – Ты понятия не имеешь через, что мне пришлось пройти, – цели убивать его у меня не было, напротив, я добивалась сотрудничества. – Поэтому засунь свой паршивый язык себе в зад и выслушай меня. – Не веду переговоры с предательницами. – Хочешь, чтобы я разрезала тебя на мелкие кусочки? – Мои братишки не позволят тебе. Он поднял правую руку. Разбойники одновременно натянули тетиву и прицелились. Нужно как–то выкручиваться. Ситуация напряжённая. Возможно пора начинать считать. – Киллиан, не трогай её. На мгновение я взлетела. Точнее моё состояние стало похоже на свободный полёт. Или на падение в бездонную пропасть, когда в метре от земли у тебя неожиданно вырастают большие белые крылья, ты взлетаешь. Почва уходит из–под ног. Сердце норовит выпрыгнуть из груди. Полёт продолжался. Снова и снова ты убеждаешь себя в нереальности происходящего, но всё говорит об обратном. Такого просто не мотет быть! Однако это происходит. Волшебство! Отрицание. Реальность! Взлёт! Голос, мерещащийся мне по ночам. Голос, согревающий душу. Голос, рассеивающий густой мрак. Голос, возрождающий из пепла. Я узнаю его из тысячи других голосов. ... Но Джона выдал не он, а до боли знакомый запах только что пробудившегося моря. Кинжал выпал из рук. Мне очень страшно. Я не хочу оборачиваться. Слёзы обжигают кожу сильнее пламени. «Ты видение». «Это не ты». «Джонатан Рачес погиб на площади Грёз!» – Всё верно. Ты правильно поняла, – шепчет голос за спиной. – Меня прежнего больше нет. И никогда не будет. Посмотри же мне в глаза, Вета. Скажи, кем теперь стала ты? Те же волнистые волосы, те же шоколадные глаза. – Джон, это правда ты? Поверить в это не могу! Я буквально приросла к земле и не могла пошевелиться. – Да, это правда я. Мы стояли в тишине и молча смотрели друг на друга. Как такое вообще возможно?! Я сделала шаг. Парень тоже. Сейчас для нас весь мир исчез. Нет никаких разбойников и их луков. Есть только он, я и память обо всём, что было между нами. Было, да прошло. Мы могли бы держать дистанцию целую вечность, изучая друг друга на расстоянии, но Джон первым пришёл в себя и обнял меня, как делал это раньше. В его крепких объятиях я потеряла сознание. |