Переводчик Ольга Перова (до 21й гл.), Елена Кылосова Редактор Анна Бродова, Сарик (2231 гл.)
![]()
|
ГЛАВА 23Понадобилось несколько дней, чтобы Монце сменила гнев на милость. Но в ее памяти были еще свежи события той ночи, когда она поведала Деклану Кармайклу всю правду, и с каким сарказмом и недоверием он воспринял ее, приняв за пьяную болтовню и бредни сумасшедшей. Только одна новость радовала Монце — переезд в дом Фионы был назначен на следующую неделю. Ей до смерти хотелось убраться из замка, подальше от этого ненавистного герцога. Ему и самому, казалось, претил один только ее дерзкий и неприветливый вид. — Ну что, Пэрис Хилтон, завтра отправляемся на Пертский рынок? — спросила подругу Монце, пока они на берегу небольшого озера стирали свою нехитрую одежонку. — Да, подруга. Алистер обещал мне. — Эх, я бы сейчас многое отдала за стакан колы со льдом, — пробормотала Хулия, натерев рубашку мылом и прополоскав ее в воде. — Ну, в данный момент я бы предпочла стиральную машину, — усмехнулась Монце. — Раньше никогда не задумывалась о том, что ручная стирка отнимает столько сил и времени. У меня кожа на руках потрескалась от ледяной воды. Посмотрите, не осталось ни одного целого ногтя! — Да, немного крема с алоэ нам бы не помешало, — кивнула Хулия, оглядывая свои ладони. — Я порчу такой стиркой свои единственные стринги. — Что ж, Синди, ты бы поберегла их. Одному богу известно, сколько нам еще доведется здесь проторчать и один черт знает, кому посчастливится их увидеть, — поддразнила ее уроженка Канар. — Что за бесстыдные речи! — шокировано воскликнула Хулия. Но тут их беседу прервали Эдель и Агнес, нагруженные огромными корзинами белья. — Доброе утро, красавицы! — приветствовала их Хуана со своим особым чувством юмора. Девушки, посмеиваясь, опустили свои корзины на землю. — Норма, миссис Фиона велела тебя разыскать. Она собралась наведаться к леди Камиле, чтобы посмотреть на ее цветы, и хочет, чтобы ты сопровождала ее, — обратилась Эдель к Хулии. — Ой, и в самом деле. Я совсем запамятовала. — Хулия наспех попрощалась с подругами и побежала вслед за служанками. Монце перевела взгляд на две большие корзины с грязным бельем, которые служанки оставили рядом с ними. — Эй, а это стирать кто будет? — Синди, это не наша забота. Мы работаем на кухне, вы делаете всю остальную работу, — обернувшись, ответила Агнес. — Твою ж мать! — прорычала Монце. — Хоть они из семнадцатого века, но далеко не дуры, — покачала головой Хуана. Подруги с сомнением переглянулись. Как им удастся перестирать всю эту гору белья? Повозмущавшись еще какое-то время, они со вздохом принялись за работу. Спустя пару часов их пальцы совсем задубели от холодной воды. — Ненавижу это занятие, — пожаловалась Монце, принявшись за стирку золотистой скатерти со стола в гостиной. Той, что по словам Фионы, досталась ей от бабушки. — У меня от ледяной воды скоро кровь застынет в жилах. — Знаешь, что мне приснилось прошлой ночью? — Ну… удиви меня. — Что я наслаждаюсь крепким кофе из Старбакса, пока мне делают расслабляющий массаж с шоколадом. — О, боже… я бы все отдала за хороший массаж, — пробормотала Монце, оттирая пятна с ткани грубым мылом. — От того, через что мне приходится здесь проходить, проблемы со спиной мне обеспечены. — Да, массаж было бы неплохо, — улыбнулась Хуана. — Но знаешь, что меня поразило больше всего? — Что? — Я не испытывала никакой радости от этого, потому что Алистера не было рядом со мной. — Да ладно тебе, подруга, не пытайся меня убедить, что этот рыжий запал тебе в душу. — Так и есть. — Серьезно? — Клянусь, — быстро закивала Хуана подруге в ответ. — Никто и никогда не относился ко мне с подобной обходительностью и почтением. Но почему-то… мне иногда хочется, чтобы он отбросил к черту свои манеры. — Ух ты! Вот это да… кто-то сгорает от страсти, как сухие дрова в печи? — усмехнулась Монце. — Да. Признаю и каюсь. Просто за мной никто еще не ухаживал так, как Алистер. У него на уме только прогулки. Удивленная подобным признанием, Монце расхохоталась, скатерть выскользнула из ее рук и, подхваченная течением, поплыла прочь. — Черт, она уплывает! — Надо бы ее чем-то подцепить. Или ты хочешь ее бросить? — рассмеялась Хуана. Ткань опускалась под воду, все больше и больше. — Но ведь вода ледяная! — жалобно воскликнула Монце. — Видишь ли, это непростая скатерть, а семейная реликвия Фионы. Недовольно ворча, Монце наконец полезла в воду, и спустя пару секунд, дрожа от холода, вернулась к подруге с пойманной скатертью. — Возвращайся в замок и переоденься. — Но у меня совсем нет сменной одежды! — пожаловалась Монце. — Попроси Эдель дать тебе что-нибудь. Уверена, она будет рада. Поспеши, я закончу сама. Если останешься хоть ненадолго, заработаешь пневмонию. Внимая словам подруги, Монце подхватила корзину с уже выстиранным бельем, и поспешила к замку. Едва она появилась на крыльце кухни, Агнес встревоженно бросилась к ней. — Что с тобой стряслось? — Я оступилась и упала в озеро, — ответила Монце, не желая вдаваться в подробности. — Мне нужно сменить платье. Не могла бы Эдель одолжить мне сухую одежду? — Я спрошу у нее, — быстро ответила Агнес. — Встань у огня, погрейся. Негоже в такую погоду ходить мокрой с головы до ног. Служанка выбежала из кухни, оставив озябшую Монце в одиночестве. Та, не раздумывая, первым делом решила избавится от юбки. Тяжелая от воды ткань упала к ее ногам, лишь только она развязала пояс. Монце стащила с крючка первый попавшийся ей на глаза кусок холстины и повязала его вокруг талии. «Какая миленькая мини-юбка, у меня получилась», — подумала она с улыбкой. Вернувшиеся спустя пару минут служанки застыли на пороге, ошеломленные ее видом. — Синди, бога ради, что за жалкое отрепье на тебе? — воскликнула Агнес. — Жалкое отрепье? Мы называем это мини-юбкой. — Мини что?! — изумились девицы. В это мгновение на пороге появилась Хуана, нагруженная корзиной белья и посмотрела на подругу с удивлением. — Какая идеальная мини-юбка! Где ты взяла ткань? Монце в ответ только чихнула. Эдель тут же пихнула ей в руки стопку сложенной одежды. — Иди переоденься, а то захвораешь. Монце поспешила к себе, но в дверях столкнулась с Декланом, который за какой-то надобностью шел на кухню. Заметив, как герцог окинул ее взглядом с ног до головы, Монце от стыда сгореть была готова. Не проронив ни слова, она поспешила скрыться в своей комнате. |