Хрестоматия Хомской. Содержаниепредисловие ко второму изданию теоретические основы нейропсихологии
![]()
|
159 Представления о принципах организации церебральных функций подразумевают механизм соотнесения и взаимодействия вертикальных (подкорково корковых) и горизонтальных (межкорковых) путей проведения возбуждений. Сущность этого механизма сформулирована нами в гипотезе поэтапного, ноне полного замещения возбуждений определенной модальности, свойственной данному комплексу структур при переходе этих возбуждений на другие структуры мозга. Концепция о структурной организации церебральных функций основывается на большом фактическом материале, полученном автором и его сотрудниками в морфофизиологических исследованиях интегративной деятельности мозга. Эта концепция находит экспериментальное подтверждение в многочисленных исследованиях сотрудников Института мозга АМН СССР структуры, функции и химизма различных систем мозга. Наша концепция развивает на современном этапе исследований идеи С. А. Сар кисова и И. Н. Филимонова о динамической локализации функций в центральной нервной системе итак же, как и последние, направлена на борьбу с рецидивами узкого локализационизма либо эквипотенциальности. Формулирование этой концепции предполагает необходимость системного подхода к изучению мозга (П. К. Анохин), использование данных и идей о динамической локализации высших психических функций человека (АР. Лурия), а также результатов многочисленных исследований экспериментальной патологии мозга. Фундаментальные исследования принципов организации церебральных функций помимо большого теоретического интереса весьма существенны для понимания механизмов реорганизаций функций в патологии, лежащих в основе их восстановления или компенсации Дж. Х. Джексон НЕКОТОРЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ ПО ПОВОДУ РАСПАДА НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ 1 Здесь будет изложен мой подход к иерархическому строению нервных центров в соответствии с концепцией эволюции. Эта схема построена не по принципу морфологического деления на спинной мозг, продолговатый мозг, варолиев мост, полушария мозга и мозжечок. Она построена по принципу анатомического деления. Под анатомическим я понимаю признание центров различной степени сложности и представленности частей тела в различных центрах. Нервная система — это система проекций, даже в центрах разума представлены части тела. Концепция эволюции отвергает все схемы, в которых проводится разделение на идеаторные и т. п. центры, с одной стороны, и на моторные и сенсорные — с другой все центры являются сенсорными или моторными или теми и другими вместе. В рамках этой схемы не проводится также разделения моторных центров на центры представления движений и центры координации движений координация и представление, по сути, являются одними тем же. Вся нервная система в целом представляет собой своего рода сенсорный механизм, систему координации сверху донизу. С позиций эволюционизма можно осуществить материалистический подход к заболеванию любой части нервной системы. (...) Высшие центры являются всего лишь чрезвычайно сложными и специфическими сенсомоторными образованиями, представляющими и координирующими деятельность всего организма в целом. Концепция эволюции не имеет ничего общего с анализом характера отношений между психическими и физическими состояниями этих центров в ней утверждается только, что в этих центрах психические состояния сопутствуют физическим. Нет ни малейшего несоответствия в утверждении, что высшие центры являются центрами, координирующими впечатления и движения, а также в утверждении, что они являются анатомическим субстратом психических состояний. (Я привожу краткое описание схемы, касающейся только моторных центров, считая для простоты, что средние и высшие центры являются чисто моторными. Следует все время помнить об этом искусственном упрощении. Еще одно упрощение состоит в том, что мы в основном говорим только о церебральной системе, почти полностью игнорируя структуры мозжечковой системы. И еще одно упрощение связано стем, что мы говорим о центрах только одной половины нервной системы. (...) Мозговые центры располагаются в следующем порядке. Низшие центры Низший центр — это центр, в котором почти непосредственно представлены некоторые ограниченные участки тела здесь осуществляется про Jackson J. Н. On some implications of dissolution of the nervous system // Taylor J. (ed.). Selected Writings of John Hughlings Jackson. N.Y., 1958. V. 2. P. 29–44. Некоторые замечания по поводу распада нервной системы 161 стейшая и тем не менее достаточно сложная координация (в некоторых случаях это отчетливо видно на примере нервных сплетений к низшим центрам принадлежат не только задние рога спинного мозга, но и более высокие гомологичные ядра. Это ядра, непосредственно представляющие глазодвигательные мышцы ядра, представляющие мышцы, осуществляющие поворот головы и глаз поясничные ядра и др. Проекции мышц в этих ядрах являются первым максимально непосредственным представлением всего тела. Средние центры В средних центрах еще раз представлено в более сложных комбинациях то, что в сравнительно простых комбинациях было представлено вниз ших центрах таким образом, в них представлены менее ограниченные части тела. Средние центры осуществляют репредставления; части тела в них представлены не непосредственно они обеспечивают сложную координацию движений. По видимому, они образованы из отделов так называемой психомоторной области, атак же из базальных ганглиев. Совокупность этих проекций более широких участков тела является вторым уровнем представления всего организма в нервной системе. Высшие центры По видимому, высшие центры являются отделами (мы здесь говорим исключительно о моторных центрах, которые расположены над средними. В них еще раз представлены в более сложных комбинациях те части тела, которые были уже репредставлены в средних центрах, таким образом, высшие центры представляют весь организм в целом. Они осуществляют репредставления (Они являются центрами втройне сложной координации, а сумма их представлений оказывается третьим максимально обобщенным представлением всего тела в целом. (Формулируя в максимально общем виде главные положения вышеизложенной cxемы, можно сказать, что существует множество низших, средних и высших центров. В процессе эволюции, с учетом того, что каждый из них образует более высокий уровень, отмечается возрастание сложности представления частей тела, увеличение радиуса представленности и возрастание специфичности представленности. Таким образом, высшие центры, являющиеся кульминацией представления, связаны с движениями всех частей организма (объем каждая единица осуществляет представление всего организма отличным от других единиц способом (специализация. Если учесть и высшие сенсорные центры (мы не рассматривали иерархию сенсорных центров, то можно говорить, что высшие центры являются анатомическим субстратом сознания Дж. Х. Джексон О ПРИРОДЕ ДВОЙСТВЕННОСТИ МОЗГА 1 В большинстве случаев поражение зоны полосатого тела левого полушария мозга разрушает речь, а идентичное поражение правого полушария речь не затрагивает. Читатель может заметить, что мы не называем точно то место мозга, поражение которого вызывает потерю речи. Хотя я признаю, что задняя часть третьей фронтальной извилины является зоной, чаще всего пораженной при нарушении речи, я не локализую речь в такой маленькой мозговой зоне. Локализовать поражение, разрушающее речь, и локализовать саму речь — это разные вещи. (Хотя на первый взгляд это может показаться парадоксальным, я предполагаю, что потеря речи вследствие повреждения только одной половины мозга — левой убедительно доказывает, что при использовании слов мозг является функционально двойным. Оба полушария не являются простыми дубликатами друг друга вот ношении этой функции. Я надеюсь доказать, что, во первых, две половины мозга являются сходными, так как каждая содержит процессы, относящиеся к словами, во вторых, они не сходны в том смысле, что только левая половина принимает участие в использовании слов для речи, а правая половина — в других процессах, в которых используются слова. (Мы говорим, что правое полушарие является полушарием, от которого зависит автоматическое использование слова левое полушарие — это полушарие, где автоматическое использование слов сливается сих произвольным использованием. Другими словами, правое полушарие — это такая половина мозга, которая обеспечивает автоматическое использование слова левое полушарие — и автоматическое и произвольное использование. Уточним, что мы понимаем под речью. Говорить — это не значит просто произносить слова. Произнесение некоторого количества слов еще не образует речь. Говорить — значит формулировать предложения. Воспринимать предложение и формулировать его — это вещи совершенно разные. Когда мы воспринимаем предложение, процесс его понимания идет полностью автоматически, и если мы слушаем, не задумываясь слишком глубоко, мы не можем не воспринять это предложение. Человек, который говорит какое то предложение, дарит мне две вещи он восстанавливает слова в моем мозгу и восстанавливает их в определенном порядке — восстанавливает именно это предложение. Но если я говорю (...), я должен восстановить слова и поставить их в определенном специфическом для каждого данного предложения порядке. Тот, кто неспособен говорить, может понимать предложения, ноне может их формулировать Jackson J. H. Dc la nature de la dualite du cerveau // Hecaen. H. (ed.) La dominance terebiale. Paris, 1978. О природе двойственности мозга 163 Левая половина мозга позволяет нам говорить правая — воспринимать предложения. (Там, где большинство ученых скажет, что больной неспособен говорить или он потерял память на слова, я скажу, что он потерял анатомические субстраты слов. Анатомический субстрат слова — нервный процесс, относящийся к очень специфическому движению артикуляционной системы. (Когда говорится о движениях по отношению к словам, это не значит, что обязательно имеет место действительное сокращение артикуляторных мышц. Просто в левом полушарии при наличии внутренней речи возникает легкое возбуждение высших нервных артикуляторных процессов, которые сильно возбуждаются, когда слова действительно произносятся. Также автоматическая активация артику ляторных движений требуется для понимания слов в правой половине мозга (как, например, происходит в процессе восприятия слов, которые произносят другие люди, что предполагает существование легкого возбуждения. Здесь можно говорить о зарождающихся движениях, или идеальных движениях. (Тот факт, что больной не может говорить (в том смысле, что он уже не в состоянии активно произносить предложения, ноне потерял способности к автоматизированному использованию слов, согласовывается стем общим законом, который я пытался установить в отношении эффектов любого поражения больших полушарий. Согласно этому закону, по моему мнению, именно наиболее произвольные и специфические процессы поражаются в первую очередь и более значительно. Сказать, что в случае поражения больших полушарий больной оказывается ограничен рамками более автоматического поведения, — значит выразить лишь следствие из этого закона Н. П. Бехтерева О ГИБКИХ И ЖЕСТКИХ ЗВЕНЬЯХ МОЗГОВЫХ СИСТЕМ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПСИХИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 1 В процессе эволюции возник сложнейший орган — мозг человека, обладающий, с одной стороны, удивительной, сохранившейся на протяжении тысячелетий избыточностью и, с другой стороны, известной анатомической предуготованностью некоторых его зон, полифункциональностью очень многих своих нейронных популяций, огромным, астрономическим количеством связей и физиологической утратой множества из них в онтогенезе, а также характеризующийся незаменимостью отдельных его структурно функциональных единицу взрослого человека (а в отношении отдельных функций и у ребенка. По видимому, основным, значимым для физиологии здорового и больного мозга принципами следует считать анатомическую предуготованность структурно функциональной организации тех единиц, деятельность которых жизненно важна для сохранения условий существования вида и открывает индивиду возможность ориентации в среде соответственно свойствам вида. К первым относятся области регуляции жизненно важных функций сердечно сосудистой, дыхательной деятельности и других функций и программ развития такой же важности. Ко вторым безусловно относятся области проведения и базисного анализа простых сигналов внешнего и внутреннего мира и реализации ответов на них и условно у человека более сложных сигналов в форме коммуникационной деятельности. Зоны первого и второго порядка являются более или менее жесткими звеньями мозговых систем, причем одна и та же зона может участвовать во многих функциональных системах. Первоначально, в раннем онтогенезе, по видимому, подавляющее большинство мозговых систем обеспечения каких то определенных (двигательных, эмоциональных и т. п) функций занимает значительно большие территории, или, точнее, в связи сих пространственной разделенностью правильнее, вероятно, говорить о наличии первоначально большего количества звеньев мозговых систем. Затем по мере онтогенеза эта избыточность несколько уменьшается ив связи с исходной полифункциональностью зоны мозга начинают служить другим целям, включаются в обеспечение каких то других функций и — прежде всего у человека — процессов, имеющих отношение к индивидуальному обучению. Можно было бы условно эти утрачиваемые звенья назвать гибкими, если первым, обязательным, присвоить название жестких. Но можно ли обнаружить в какой либо системе эти гибкие звенья, утрата которых не наносит зримого простым глазом вреда функции, а наличие, по видимому, увеличивает ее возможности Оказывается, можно, так как в мозге есть системы (система, наличие гибких звеньев в которых есть их обязательный атрибут, хотя основная работа системы происходит за счет аппарата жестких звеньев. Обнаружено это явление было нами еще в 60 х гг. (...) 1 Бехтерева Н. П Здоровый и больной мозг человека. Л Наука, 1988. СО гибких и жестких звеньях мозговых систем обеспечения психической деятельности 165 Наличие в мозговых системах обеспечения психической деятельности жестких и гибких звеньев впервые было обнаружено при исследовании физиологической динамики походу реализации проб на краткосрочную (оперативную) память. (Точки мозга, где изменений физиологических показателей не наблюдалось, первоначально условно оценивались как несвязанные с мозговым обеспечением данной деятельности. Те точки мозга, которые реагировали лишь на первые задания или изменения в них, расценивались как реагирующие неспецифически — по типу ориентировочной реакции или по типу детекторов новизны. Причисление их к детекторам новизны было обусловлено не только появлением этого, тогда нового термина и своеобразной модой на него, но и наличием первых, не реагирующих на данные пробы зон. И наконец, те зоны, в которых каждый раз появлялась при выполнении теста сходная по рисунку воспроизводимая реакция, были отнесены к звеньям системы обеспечении интеллектуально мнестических функций, в более общем виде — к звеньям системы обеспечения психической деятельности, а в более частном, конкретном варианте — к звеньям системы, участвующей в обеспечении проб на краткосрочную словесную память. Такого рода вывод казался нам вполне правомерным. до того момента, пока мы не стали сравнивать данные, полученные у одного итого же больного в разные дни исследования. На схемах срезов мозга зоны, воспроизводимо отреагировавшие на пробу на словесную краткосрочную память вчера, не совпадали с теми, которые были получены позавчера. Они не совпадали и с теми, которые были получены сегодня. Точнее, не полностью совпадали. В части зон ото дня ко дню воспроизводимо менялась физиологическая динамика. А другие точки мозга то переставали реагировать, как бы становились нейтральными, то, наоборот, из нейтральных становились активными. Надо сказать, что данные, полученные у больного первоначально, были настолько убедительными, что лишь стремление получать точные клинические ориентиры заставило повторить пробу. А результаты оказались такими неожиданными и на первый взгляд даже разочаровывающими в самой логике исследования структурно функциональной организации мозга. После естественной фазы раздумья над этими фактами созрела идея выяснения, с чем же связана изменчивость поведения большого количества зон мозга в сходных условиях. Условия, которые ранее были стандартизированы лишь в отношении самих тестов, стали менять целенаправленно. Так, например, тесты предъявлялись в один и тот же день в обычной ситуации, или при максимальном ограничении внешних раздражений, или при включении дополнительного постоянного раздражителя (музыка, мелькающий светит. д. Исследования проводились ив таких условиях, когда рядом, в той же или соседней комнате, происходил разговор, безразличный или разный по значимости для больного. Уже самые первые исследования такого рода полностью подтвердили догадку о связи динамики структурно функциональной организации системы с условиями, при которых осуществляется данная, сравнительно простая психическая деятельность. Как и ранее, в каких то зонах глубоких структур мозга и менее исследованной тогда нами коры воспроизводимость физиологических реакций сохранялась независимо от условий исследования. В других зонах при изменении условий исследования воспроизводимость реакции появлялась, исчезала, становилась более или менее выраженной. Принципиально тоже повторялось при направленном из Мозги психика. Проблема локализации высших психических функций менении внутренней среды мозга — при проведении тестов на фоне применения фармакологических препаратов, активных в отношении адренергической, холинергической и серотонинергической медиации. Как это расценивать Зоны первого типа были обозначены нами как жесткие звенья, представляющие жесткий скелет системы, определяющий самое ее существование, обеспечивающие экономичность в работе мозга. Зоны второго типа обозначены как гибкие звенья, по видимому определяющие возможность протекания деятельности в различных условиях, богатство возможностей. Не исключено, что для выполнения применяемых стереотипных проб все это богатство и не нужно, и если бы психическая деятельность была принципиально столь же простой и стереотипной, оно постепенно утратилось бы. Но мыслительная деятельность в самой своей основе, где стереотипия играет всего лишь роль рабочих блоков для различных нестереотипных построений, нуждается в этом богатстве. Вот потому и оказалось возможным даже при простых психологических пробах увидеть, что основой организации обеспечения психической деятельности служит корково подкорковая структурно функциональная система со звеньями разной степени жесткости. Принцип и факты были подтверждены, показаны общность принципа и возможность использования для анализа других процессов в мозге, что позволило перейти уже в исследованиях психической деятельности к расшифровке нейрофизиологических механизмов. (...) Тех, кто знаком с соответствующей литературой, не должны удивлять наши данные о связи подкорковых структур с психическими функциями) Для обоснования принципов структурно функциональной организации мозга необходимо было и выявление механизмов, факторов надежности мозга и мозговых систем и построение хотя бы теоретических предположений, как, возникнув в процессе эволюции, мог сохраниться орган с таким количеством степеней свободы, с такой избыточностью Этим вопросом наша лаборатория целенаправленно занимается сначала х гг. (Н. П. Бехтерева, 1971). Что касается механизмов надежности мозговых систем, то, по видимому, первым обусловливающим их фактором является уже доказанный сейчас факт обеспечения различных функций мозга не одной структурой, а системой со многими звеньями различной степени необходимости. Наличие системы допускает принципиальную, хотя нередко и труднореализуемую возместимость потери ее отдельного звена. По видимому, хотя разрушение (лечебный лизис) даже нескольких гибких звеньев мозговых систем обеспечения психических функций может не вызвать заметного дефекта, наличие таких звеньев и прежде всего сточки зрения возможностей функционирования системы в разных условиях внешнего мира и внутренней среды мозга — также является одним из факторов надежности. Фактором, обеспечивающим увеличение возможностей мозга в целом и надежности мозговых систем, является их медиаторная поли биохимичность при преимущественном значении какого то определенного вида медиации для системы, обеспечивающей какой то, также определенный вид деятельности. Важнейшим фактором надежности мозга служит полифункциональ ность многих его структурных образований, или, точнее, их нейронных популяций, которая предопределяет не только возможность возникновения новых звеньев мозговых систем в процессе обучения, но и объединения мозговых структур в функциональные системы, позволяя формировать в мозге своего рода перекрестки или узловые станции ЕД. Хомская |