А. Н. Чанышев ф ил ос о фи я древнего мирам рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов вузов
![]()
|
Письменность. Мы упоминали уже китайскую письменность. Это плод рассудка, хотя, конечно, для создания письменности была нужна и большая доля воображения, но воображения непросто состоящего в хаотической игре образов, а подчиненного реальной задаче. Китайская письменность выросла из абстрактного геометрического стиля росписи на неолитической керамике. Это позволило перейти от узелкового способа передачи информации сначала на рисуночное, а затем и иероглифическое письмо. Китайская запись производится сверху вниз, справа налево, от последней страницы книги к первой. Зарождение письменности привело к отделению умственного труда от физического. Образуется сословие чиновников-грамотеев, ученых. Появляются летописцы (ши). В Древнем Китае издавна были также врачеватели — (у). Математика. Зарождается такая кузница мышления, как математика. Первые арифметические и геометрические представления китайцев выражались опять-таки на керамике, в точках-вмятинах и зарубках, в тех же узелках. Затем вместе с иероглифами, обозначающими слова, были созданы иероглифы для первых девяти чисел. Нуль не имел обозначения (его ввели индийцы сих культом небытия. Китайская система счисления была десятеричной за десятком шел другой десяток как повторение первого на высшем уровне. Создание такой десятеричной системы китайцы приписывали министру легендарного императора по имени Хуан-ди (Желтый предок. Реально жена вышеупомянутых древнекитайских надписях мы имеем и цифровые иероглифы. Самое большое число там — Составлялись книги по математике. В летописях сказано, что первая математическая книга была создана по приказу вышеупомянутого Хуан-ди. Занятия математикой небыли формой приятного времяпрепровождения, как скажет позднее на Западе Аристотель. В Древнем Китае математика имела производственное и общественное значение. В самом раннем из сохранившихся древнекитайских математических трактатов, Математическом трактате о чжоу-би», говорится о социальном значении математики Фу-си и Нюй-ва управляли Поднебесной с помощью чисел. На некоторых рельефах империи Хань Нюй-ва и Фу-си держат в руках угольники циркуль. Третий идеальный правитель династии Ся вышеупомянутый Юй укрощал реки с помощью линейки и циркуля. Само китайское слово гуйцзюй — порядок — сложено из слов гуй — циркуль и цзюй — угольник. Другая летопись говорит об учебнике по математике эпохи Чжоу. Сохранилась Математика в девяти книгах («Цзю Чжан Суань- шу. Этот научный труд сложился не ранее II в. до н.э., но она, как и труд Евклида в те же времена на Западе, была итогом более ранних математических трактатов. При помощи математики китайцы вычисляли площади полей и храмов, объемы зернохранилищ и дворцов. Они могли учесть урожай, измерять время и расстояния, производить равноценный обмен продуктов. Они знали прямоугольный треугольник со сторонами в 3,4 и 5 единиц длины, что позволяло построить прямой угол. Говорят, что они даже знали то, что на Западе было известно как Теорема Пифагора». Можно ли, однако, назвать подобные математические знания наукой Э.И.Березкина в книге Математика древнего Китая (М, 1980) утверждает, что математика в Китае стала самостоятельной наукой уже в эпоху Кун Фу-цзы (В эпоху Конфуция математика оформляется в самостоятельную науку. Однако она объединяет всю китайскую математику св. до н.э. по XIV в. с индийской математикой св. до н.э. по XV в, арабской математикой и математикой Средневековой Европы в единое целое — и противопоставляет его математике Древней Греции как эмпирическую и индуктивную науку рациональной и дедуктивной. Того же мнения и А.П.Юшкевич в своей Истории математики в средние века». То, что древнекитайская математика не пользовалась доказательством итак и не достигла уровня дедуктивной науки, как это произошло в тоже время в Древней Греции, не могло не сказаться на уровне древнекитайской философии Астрономия. В Китае издавна велись наблюдения за небесными явлениями. Была установлена периодичность солнечных и лунньрс затмений. Они, особенно солнечные затмения, вызывали панику. Солнечное затмение считалось предвестником больших несчастий. Ван должен был знать о предстоящих затмениях и сообщать о них народу. Так он подтверждал свой титул Тянь-цзы — Сына неба. Такие сведения должны были сообщать ему придворные астрономы. В китайской летописи рассказывается о том, как, согласно нашему летосчислению, 22 октября 2137 г. до н.э. в Китае произошло полное солнечное затмение, за непредсказание которого забывшие о добродетели два придворных астронома Хи и Хо были казнены по приказу императора Московском планетарии в 1983 г. в списке памятных дат было сказано 4120 лет с того времени, как 22 октября 2137 г. до н.э. в Китае произошло полное солнечное затмение...) Данные астрономии и математики позволили китайским ученым создать календарь. Астрономическое время было разделено на годы по 365 дней. Год делился на месяцы по 30 дней. Лунный год связывали с солнечным годом через девятнадцатилетний цикл. Пятикнижие. Древнекитайская предфилософия связана с древними книгами, одну из которых мы уже упоминали. Это Книга песен («Ши цзин»). Вместе с Книгой истории (Шу цзин»), Книгой перемен И цзин»), Книгой обрядов (Ли цзи»), а также вышеупомянутой летописью Чунь цю» она составила древнекитайское Пятикнижие У цзин») — основу мировоззрения образованного китайца. К Пятикнижию примыкали «Сицы чжуань» — комментарий к И цзин», исторический памятник Древнего Китая «Цзо чжуань» и др. Многие из этих книг испытали влияние наиболее типичной для Китая школы — конфуцианства. «Ши цзин» и Шу цзин» были Конфуцием отредактированы, а Чунь цю» — им написана. Конфуцианскими были Ли цзи» («Юшга обрядов) и «Цзо чжуань». В этих книгах появляются сомнения в традиционном религиозно мифологическом мировоззрении. Особенно волнует древнего китайца то, с чем он часто сталкивался, — проблема зла. Откуда оно Кто его виновник Бог или человек И почему зло терпят по большей части невиновные Неизвестный автор одного из поэтических произведений, вошедших в состав «Ши цзин», спрашивает обожествленное Небо: Пусть те, кто злое совершил, за зло свое несут ответ. Но кто нив чем не виноват — за что они в пучине бед, Небо всемогуще, и человек от него полностью зависим Небо, рождая на свет человеческий род, Тело и правило жизни всем людям дает Нов таком случае источник зла — Небо. Однако бог не может быть причиной зла. Значит, зло исходит от человека и зависят распри только от людей (2, 8). Но если это так, тогда нельзя уповать лишь на волю творца. Идя поэтому пути, мятущееся древнекитайское мировоззрен- ческо-нравственное сознание доходит до тезиса, что вообще все зависит от людей (1, 111), который, однако, дается в контексте, восхваляющем значимость Неба. Но так или иначе, в древнекитайских книгах (а мы цитировали не только «Ши цзин», но и Шу цзин») зарождается примитивная теодицея (оправдание Бога, согласно которой источник зла — не Бог. Нов таком случае Бог не всемогущ — вечная проблема религиозного мировоззрения, проблема сочетания в Боге благости и могущества при невозможности отрицания наличия зла в мире. В книге Шу цзин» говорится о пяти началах мира. Первое начало — вода, второе — огонь, третье — дерево, четвертое — металл и пятое — земля. (Постоянная природа) воды — быть мокрой и течь вниз огня — гореть и подниматься вверх дерева — (поддаваться) сгибанию ивы прямлению металла — подчиняться (внешнему воздействию) и изменяться (природа) земли проявляется в том, что она принимает посев и дает урожай (1, 105). Вместе стем говорится о пяти явлениях природы. Это дождь, солнечное сияние, жара, холод и ветер. От их своевременности и умеренности зависит благосостояние народа. Делается попытка найти причины, вызывающие благоприятные и неблагоприятные явления природы. Однако даваемые ответы наивны. Зима и лето существуют благодаря движению Солнца и Луны, движение Луны среди звезд приводит к ветру и дождю (1,110), ведь есть звезды, которые любят ветер, и есть звезды, которые любят дождь (там же. Но особенно наивной кажется нам характерная для первобытного сознания связь природных, социальных и нравственных явлений. Своевременные дождь, солнечное сияние, жара, холод, ветер зависят соответственно от достойного поведения правителя, от порядка в стране, от прозорливости, осмотрительности и мудрости главы государства, тогда как распущенность (правителя) символизируют непрекращающиеся дожди ошибки (правителя) символизирует непрекращающееся солнечное сияние леность (правителя) символизируется непрекращающейся жарой его неосмотрительная торопливость символизируется непрекращающимся холодом глупость (правителя) символизируется непрекращающимся ветром (Продолжается развитие древнейших представлений о двух антагонистических ив тоже время сотрудничающих силах — Ян и Инь. Вначале это олицетворения света и тьмы, освещенной и теневой сторон горы, тепла и холода, упорства и податливости, мужского и женского начал. Теперь это состояния «ци» — своего рода первобытной материи. В книге «Цзо чжуань» названо шесть состояний «ци». Шесть состояний ци суть инь, ян, ветер, дождь, мрак, свет (2, 10). «Янци» и «иньци» — небесная, легкая и земная, тяжелая материя И цзнн». Книгу перемен (И цзин») связывают с именем нам уже известного мифического правителя древнейшего Китая Фу-си. Он не только научил китайцев ловить рыбу и охотиться, но и создал древнекитайскую письменность. Фу-си увидел на спине лошади-дра- кона, вышедшего из Хуанхэ, рисунок, который был воспроизведен затем мудрым китайцем как восемь триграмм. Они и положили начало И цзин». Фактически перед нами первая в истории человечества попытка представить природные и человеческие явления в двоичной системе — в системе ян и инь, изображаемых соответственно сплошной и прерывистой чертами. Две сплошные (расположенные друг над другом) черты — большой ян — символизировали Солнце и тепло, две прерывистые черты — большая инь — Луну и холод. Малый ян (прерывистая черта над сплошной) — дневной свет. Малая инь (сплошная черта над прерывистой) — ночь. Сочетания инь и ян потри образуют те самые восемь триграмм (ба-гуа), которые якобы увидел Фу-си на спине мифической лошади-дракона. При этом три яна символизируют небо, а три инь — землю. Промежуточные шесть триграмм обозначают все находящееся между небом и землей небесную воду, небесный огонь, гром, ветер, земную воду и горы. Далее же строятся комбинации из шести элементов, гексаграммы. Их 64. Если инь отождествить с нулем, а я нс единицей, то, например, исполнение изобразится шестью нулями, а творчество — шестью единицами. Вместе стем зарождение мировоззренческих естественнонаучных представлений не разорвало их мифологической пуповины. Например, говорилось, что небо создало пять первоначал» ( Постепенно зарождается важнейшее для древнекитайского мировоззрения представление о дао (путь) как безличном мировом законе, которому подчиняются и природа, и люди. Дао — и космический, и нравственный закон. Древнекитайская нравственность связана с такими представлениями, как ли почтительность, церемониал, ритуал, сяо — почитание родителей, ди — почитание старшего брата. Почитание родителей означало и культ предков, и почитание властей — для психологии китайцев характерно чувство покорности нижестоящих вышестоящим. Почитание старшего брата имело то веское основание, что именно старший брат был единственным наследником в семье, и это почитание предупреждало возможные конфликты в семьях, оно же означало почитание вообще старших младшими. Ф ИЛ ОС О Ф С К И Е ШКОЛЫ bОсобенности древнекитайской философии. Школы. Философия в Китае возникает в конце Лего и достигает своего наивысшего расцвета в следующий период Чжаньго. Этот период борющихся царств был также тем, что часто называют золотым веком китайской философии. Действительно, в те времена свободно и творчески существовало шесть основных философских школ 1) жу цзя (конфуцианство, 2) мо цзя (моизм), 3) фа цзя (школа закона, по-европейски — легизм),4) даодэ цзя (даосизм, 5) школа «иньян цзя» (натурфилософы, 6) мин цзя школа имен). При этом в большинстве школ преобладала практическая философия, связанная с проблемами житейской мудрости, нравственности, управления. Это почти целиком относится к конфуцианству, моизму, легизму, мировоззренческие основания политико-этических учений которых были или слабы, или заимствованы из других школ, например из даосизма — наиболее философичной из шести школ древнекитайской философии. Древнекитайская философия была малосистемна. Это объясняется тем, что она была слабо связана даже стой наукой, какая существовала в Китае, а также слабым развитием древнекитайской логики. В Китае не было своего Аристотеля, была слаба и рационализированность древнекитайской философии. Сам древнекитайский язык без суффиксов и флексий затруднял выработку абстрактного философского языка, а ведь философия — мировоззрение, пользующееся философским языком. Конфуцианство Древнекитайское конфуцианство представлено многими именами. Главные из них Кун Фу-цзы, Мэн-цзы и Сюнь-цзы. Кун Фу-цзы.-Родоначальник древнекитайской философии Кун Фу-цзы (по-русски — Конфуций) жил в 551— 479 гг. до н.э. Его родина — царство Jly, отец — правитель одного из уездов этого второстепенного царства. Род Конфуция был знатен, но беден, в детстве ему пришлось быть и пастухом, и сторожем,и только влет он обратил свои помыслы к учебе. Основал же свою школу Конфуций влет. У него было много учеников. Они записывали мысли как своего учителя, таки собственные. Так возникло главное конфуцианское сочинение Лунь юй» (Беседы и наставления) — произведение совершенно несистематическое и часто противоречивое, сборник в основном нравственных поучений, в котором очень трудно увидеть философское сочинение. Эту книгу всякий образованный китаец учил наизусть еще в детстве, екГбн руководствовался в течение всей своей жизни. Сам Конфуций преклонялся перед стариной и перед древними книгами. Особенно восхвалял он «Ши цзин», говоря своим ученикам, что эта книга сможет вдохновить, расширить кругозор, сблизить с другими людьми, научить, как сдерживать свое недовольство, она способна показать, как дома надо служить отцу, а вне дома — государю, а также сообщить названия животных, птиц, трави деревьев (1, Небо и духи. В представлениях о небе и духах Конфуций следовал традиции. Небо для него — высшая сила. Небо следит за справедливостью на земле, стоит на страже социального неравенства. Судьба учения самого Конфуция зависит от воли неба. Сам он познал волю неба влет, тогда-то они начал проповедовать. Однако небо у Конфуция отличается от неба «Ши цзин» сего шанди своей отвлеченностью и безликостью. Небо Конфуция — судьба, рок, дао. Разделяя культ предков, Конфуций вместе стем учил держаться от духов подальше и ставить живых раньше умерших, ибо, не научившись служить людям, можно ли служить духам (Общество. Конфуцианцы общественники. В центре внимания конфуцианства проблемы взаимоотношения между людьми, проблемы воспитания, проблемы управления. Кун Фу-цзы, как это и полагается социальному реформатору, был недоволен существующим. Однако идеалы его не в будущем, а в прошлом. Культ прошлого — характерная черта всего древнекитайского исторического мировоззрения. Сравнивая свое настоящее с прошлыми временами и идеализируя их, Кун Фу-цзы говорил, что в древности на мелочи не обращали внимания и вели себя достойно, отличались прямотой, учились, чтобы совершенствовать себя, избегали людей с грубыми выражениями и некрасивыми манерами, сторонились общества, где нет порядка. Теперь же людей, понимающих мораль, мало (1,166), принципам долга не следуют, недоброе не исправляют, учатся ради известности, а не ради самосовершенствования, занимаются обманом, срывают свой гневна других, устраивают ссоры, не умеют и не хотят исправить свои ошибки и т. д. Однако, идеализируя древность, Кун Фу-цзы рационализирует и учение о нравственности. Льстя себя надеждой, что он воскрешает старое, Кун Фу-цзы создает новое. Этика. Конфуцианство — прежде всего ученйе о нравственности. Конфуцианская этика опирается на такие понятия, как взаимность, золотая середина и человеколюбие, составляющие в целом правильный путь (дао, по которому должен следовать всякий, кто желает жить счастливо, те. в согласии с самим с собой, с другими людьми и с Небом. Золотая середина (чжун юн — середина в поведении людей между крайностями, например такими, Как осторожность и несдержанность. Умение находить середину всем не дано. В нашем примере большинство людей или слишком осторожны, или слишком несдержанны. Основа человеколюбия — жэнъ — почтительность к родителями уважительность к старшим братьям (1,111). Тот, кто искренне стремится к человеколюбию, не совершит зла (1, 148). Что касается взаимности, или заботы о людях (шу, то это основная нравственная заповедь конфуцианства. В ответ на пожелание одного из своих учеников одним словом выразить суть своего учения Кун Фу-цзы ответил Не делай другим того, чего не желаешь себе (1, 167), Цзюнь-цзы. Кун Фу-цзы дал развернутый образ человека, следующего конфуцианским моральным заповедям. Это цзюнь-цзы — благородный муж. Кун Фу-цзы противопоставляет этого благородного мужа простолюдину, или низкому человеку. Эго сяо-жэнь. Это противопоставление проходит через всю книгу Лунь юй». Первый следует долгу и закону, второй думает лишь о том, как бы получше устроиться и получить выгоду. Первый требователен к себе, второй — к людям. О первом не следует судить по мелочами ему можно доверить большие дела, второму же нельзя доверить большие дела, и о нем можно судить по мелочам. Первый живет в согласии с другими людьми, ноне следует за ними, второй же следует за другими, ноне живет сними в согласии. Первому легко услужить, но трудно доставить ему радость (ибо он радуется лишь должному, второму трудно услужить, но легко доставить дешевую радость. Первый готов идти насмерть ради человеколюбия и своего долга перед государством и народом, второй кончает свою жизнь самоубийством в канаве. Благородный муж боится трех вещей он боится веления Неба, великих людей и слов совершенномудрых. Низкий человек не знает веления Неба и не боится его, презирает высоких людей, занимающих высокое положение оставляет без внимания слова мудрого человека (1, Благородный муж в конфуцианстве — не только этическое, но и политическое понятие. Он член правящей элиты. Он управляет народом. Отсюда такие социальные качества цзюнь-цзы, как то, что благородный муж в доброте не расточителен, принуждая к труду, не вызывает гнева, в желаниях не алчен в величии не горд, вызывая почтение, не жесток (1, В отличие от трудящегося простолюдина, благородный муж не подобен вещи (1, 144): его жизнь не сводится к одной функции, он всесторонне развитая личность. |