Лейст. О. Э. Лейст. Сущность права. Проблемы теории и философии права
![]()
|
171 Но уже Аристотель, развивая мысли Платона о двух видах равенства — справедливости1, разделил справедливость на "уравнивающую" и "распределяющую", видя суть первой в том, что она воздает равным — равное ("арифметическая справедливость"), а неравным — неравное ("геометрическая справедливость"), заметив при этом, что сверх того справедливость "распадается на несколько видов в соответствии с тем, будет ли человек властвовать или подчиняться, подобно тому как различаются воздержность и мужество мужчины и женщины..."2 Но если видов справедливости и равенства много, то что вообще остается от идеи равенства и от справедливости как нормативного принципа? Сомнения вызывает именно нормативность понятия "справедливость"3. Не сводится ли оно практически к полуинтуитивной, эмоциональной оценке конкретных жизненных ситуаций и отношений4 по бланкетному правилу римских юристов "каждому свое"? Во всяком случае все современные теоретические исследования и определения справедливости идеологичны и каждое из них противоречит всем остальным. Единственно общее в них — определение справедливости как отсутствия (исправления, избежания) несправедливости. Получается, что понятие социальной (и индивидуальной) справедливости менее определенно, чем понятие "несправедливость" не только по той причине, что к справедливости всегда взывают обиженные, но и по той, что зло вообще воспринимается яснее и конкретнее, чем благо ("хорошо жили, пока не начались эпидемии, голод, война, пожары, разбои и грабежи"). 1 Как писал Платон, есть два вида равенства, они хоть и одноимен- ны, но на деле во многом чуть ли не противоположны между собой. Од но — "равенство меры, веса, числа"; другое равенство выше: "Больше му оно уделяет больше, меньшему — меньше, каждому даря то, что со размерно его природе. Особенно большой почет воздает оно всегда лю дям наиболее добродетельным; противоположное же — тем, кто мень ше преуспел в добродетели и воспитанности. Каждому оно разумно да рит надлежащее". Справедливость, заключает Платон, заключается в "ра венстве, установленном в каждом отдельном случае для неравных соглас но природе"(Ллатпон. Сочинения в трех томах. Т. 3. Ч. 2. М., 1972. С. 231— 232). 2 Аристотель. Сочинения в четырех томах. Т. 4. М., 1984. С. 452; см. также: С. 150 и след., 324 и след., 368, 462 и след. 3 По сообщению Л. В. Головко, категория "справедливость" (equite) современной французской философией трактуется через призму внутрен них ощущений человека, проявляемых в оценке отдельного конкретного случая (см.: Государство и право. 2001. № 8. С. 90, прим. 10). 4 Даже авторы, стремящиеся разработать концепцию справедливос ти, вынуждены заметить: "Нормативное определение справедливости не возможно, она может выражаться через разные понятия и категории, порой несовместимые" (Булгаков В. В. Концепция справедливости в пра ве. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Белгород, 2002. С. 8). Понятие "социальная справедливость", о котором много говорят философы, юристы, политики, моралисты, публицисты, оказалось столь многоликим и неопределенным, что стало риторической формой выражения взаимоисключающих идей и антагонистических интересов противостоящих классов, партий, социальных групп, индивидов и их объединений. Это понятие может быть наполнено настолько противоположным содержанием, что в Федеральном законе "О политических партиях" специально оговорено: "Включение в уставы и программы политических партий положений о защите идей социальной справедливости, равно как и деятельность политических партий, направленная на защиту социальной справедливости, не может рассматриваться как разжигание социальной розни"1. Основными категориями собственно морали называют "добро" и "зло". Между тем сами по себе эти категории в силу абстрактности безграничны и применимы к явлениям природы и общественной жизни, не подлежащим моральной оценке: землетрясение, хороший урожай, потоп, болезнь, здоровье, прекрасная погода, политический переворот, демографический взрыв и т. п. Бытующее предположение, что к сфере морали относится все, заслуживающее одобрения или порицания, лишает мораль всякой определенности. Однако категории "добро" и "зло" сразу обретают реальность и определенность, будучи применены к человеку в его отношении к другим людям2. "Злой человек" и "добрый человек" — ясные и конкретные моральные оценки; разумеется, "доброта" — не обязательно щедрость, как и "злобность" — не только скупость. Рассуждения древнегреческих философов об относительности оценок быстрого бега (в спортивном состязании — хорошо, с поля боя — плохо) свидетельствуют не об их моральном релятивизме, как нередко утверждается, а о неприменимости моральных оценок к физическим явлениям и процессам без учета мотивов действий людей, участвующих в этих процессах. Афористическое суждение — "человек есть мера всех вещей" дает ключ к пониманию сущности морали, основанной на противопоставлении эгоизма и альтруизма, мизантропии и филантропии. Из этого противопоставле- 1 Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 29. Ст. 2950. 2 Достаточно известны результаты попыток построить нравственные системы на ином (не человеческом) основании: этика как служение цер ковной организации породила иезуитскую мораль; лозунг "нравственно то, что помогает строить коммунизм" привел к принципиальному отрицанию общечеловеческой морали, к подмене этики демагогией и примитивным политиканством. Кроме того, дегуманизация общественных отношений ста ла причиной распространения моральных оценок даже на технику, уста релость которой именовалась "моральным износом". 172 Сущность права. Проблемы теории и философии права Глава 6. Право, мораль, правосознание 173 ния вытекают все моральные нормы и оценки действий и поведения личности по отношению к другим людям: "честно", "нечестно", "похвально", "постыдно", "гуманно", "негуманно, жестоко, бесчеловечно", "искренне", "лицемерно" и т. д. На гуманистическом основании строил этику (учение о морали) Аристотель, рассматривавший нравственные качества личности в ее общественном бытии. Считавший основой политики "дружбу" (компромисс, согласие), Аристотель относил к нравственным качествам "срединные состояния чувств"1. Таковы, в частности, мужество (среднее между дерзкой самоуверенностью и трусостью), щедрость (среднее между расточительством и скупостью, скряжничеством, крохоборством), скромность (среднее между бесстыдством и стеснительностью), благородство (среднее между кичливостью и приниженностью), правдивость (среднее между притворством и хвастовством), чувство собственного достоинства (среднее между своенравием и подхалимством). Мораль настолько тесно связана с социальным бытием человека, что некоторые моральные нормы и оценки предопределяются природными качествами личностей. Одни из этих качеств личности полезны обществу и заслуживают поддержки; таковы трудолюбие, радушие, доброжелательность, бескорыстие, дружелюбие и др. Однако некоторые природные свойства, прирожденные задатки могут отрицательно влиять на социальное поведение личности. К ним относятся жадность и скупость. По оценкам современной социальной психологии, жадность является рефлексом, который легко и в большой степени гипертрофируется, трудно подавляется, оказывает большое отрицательное влияние на общество. Из-за скупости и жадности богатых людей, особенно обладающих властью или поощряемых государством, произошли многие смуты, мятежи, перевороты и войны. Упрямое нежелание недальновидных богачей своевременно провести реформы, смягчающие всегда острые противоречия богатства и бедности, — основная причина революций и гражданских войн. Почти так же социальной психологией характеризуется зависть; зависть легко и в большой степени гипертрофируется, трудно подавляется, оказывает среднее отрицательное влияние на общество. Зависть порождает агрессивную недоброжелательность; завистливый человек злораден и злопамятен, особенно если его невзгоды проистекают из осознанной им собственной ущербности. Стремление выместить свою несостоятельность на тех, кто преуспел в труде или каком-либо ремесле, — основной источник тайных доносов во времена беззаконий и репрессий. Как и жадность, зависть порождает социальную нестабильность; этим обус- См.: Аристотель. Указ. соч. С. 317 и след. ловлена отрицательная моральная оценка завистливых и жадных людей. Названные и другие отрицательные моральные качества умножаются и возрастают у лиц, облеченных государственной, церковной или партийной властью, особенно если они не соответствуют своим должностям. Для государственной деятельности такие лица вредны и опасны; не случайно коммунист времен английской революции 1640—1649 гг. Дж. Уинстенли в проекте конституции будущего государства ("Закон свободы") предлагал не избирать на государственные должности антиобщественных людей, в том числе сварливых, чудовищно невежественных или очень болтливых людей, природные качества которых тягостны для окружающих1. Положительные и отрицательные (с точки зрения морали) природные качества людей утверждаются, развиваются или подавляются в процессе воспитания личности в семье, общине, коллективе, школе, в обществе. Моральное воспитание и воздействие — это обуздание природного эгоизма, агрессивности и других отрицательных качеств, социализация личности, ее духовное включение в коллектив, общество, социальную группу. Общим ориентиром и правилом морального воспитания является так называемое Золотое правило, древнейшее нормативное предписание, известное еще в Античной Греции, в Древней Индии и Китае: "(Не) поступай по отношению к другим так, как ты (не) хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе". Мораль — одно из духовных средств сплочения и солидарности общества или его части. Поэтому "сочувствие" относится к основным принципам и нормам морали. Так называемая общечеловеческая мораль зовет людей к единству на основе признания ценности и достоинства личности ("человек есть мера всех вещей"). Сосуществующие с ней в сознании общества нормы групповой, классовой, сословной морали зовут к тому же: к единению социальной группы, нередко противостоящей другим группам и потому вносящей противоречия в систему морали данного общества. Однако при всех противоречиях общественной моральной системы они (противоречия), кроме кризисных и революционных периодов общества2, 1 См.: Уинстенли Дж. Избранные памфлеты. М.—Л., 1950. С. 251—252. 2 Как отмечено в гл. 2, "замиренная среда" может создаваться и под держиваться вооруженной силой, полицейским произволом, жестокими на казаниями и террором. Мораль обществ, задавленных гнетом и принуж дением, обычно зовет к смирению, уходу во внутренний мир, терпению и надеждам на будущую справедливость и воздаяние. Однако если в об ществе есть силы, предпочитающие вынужденному "замирению" борьбу против угнетения, нравственность угнетенных классов или сословий зо вет к сплочению этих сил в революционной борьбе за освобождение от гнета. Роль революционной морали была особенно велика и заметна в пе риод разрушения сословно-феодального строя. 174 Сущность права. Проблемы теории и философии права Глава 6. Право, мораль, правосознание 175 не ведут к разрушению, разрыву общества на воюющие между собой классы, сословия, социальные группы. Мораль, как и право, способствует созданию "замиренной среды". Во-первых, при всех классовых, сословных и других антагонизмах мораль строится на гуманистической основе в том смысле, что ряд ее норм адресован человеку вообще, выведен из природы человека. Самые лютые зверства во времена войн между государствами, религиозных войн, войн гражданских, межнациональных и других, совершенные в пылу страстей или по приказам преступных руководителей, рано или поздно получали отрицательную оценку если не современников, то потомков. Свойственный каждому человеку и человечеству в целом инстинкт самосохранения лежит в основе тех норм и принципов морали, которые именуются общечеловеческими, или элементарными. В этом отношении мораль, возможно, больше, чем право, нередко воплощающее волю и интересы меньшинства, а то и содержащее (при системе законов, как основных источников права) ошибки, служит духовному скреплению общества. Во-вторых, интересы сословий и классов, порождающие разные, порой противоположные нормы морали, отражают различное положение этих классов и сословий в единой системе общественного разделения труда. Здесь противоречия неизбежны — но они не разрывают общество, если не разрушается система производства, основанная на совместном ведении хозяйства, на организации и порядке. В этом отношении мораль тоже дополняет и в чем-то порой превосходит право, давая моральное утешение тем, кто угнетен и социально обездолен. Право и мораль служат одной цели — созданию и поддержанию "замиренной среды", обеспечению социального порядка. Но эта цель достигается ими по-разному. В отличие от права мораль оценивает не только действия, поведение людей, но и саму личность. Разумеется, личность проявляется в действиях, но существуют такие понятия, как "моральный облик", "репутация", обусловленные постоянной, устойчивой линией поведения человека, порождающей определенные индивидуальные и социальные ожидания. Различаются люди моральные и аморальные, честные и бесчестные, жадные и добрые, скупые и щедрые, милосердные и жестокие, лживые и правдивые, совестливые и бессовестные, корыстные и бескорыстные, приветливые и замкнутые, склочные и дружелюбные, ленивые и трудолюбивые, скромные и тщеславные, принципиальные и беспринципные, порядочные и непорядочные, искренние и лицемерные, сердечные и бессердечные, надежные и ненадежные и т. д. Можно предположить, что мораль складывалась одновременно с правом и в конкуренции с ним. В первобытной общине, где личность не обособилась от коллектива, не было надобности ни в праве, ни в морали. Категории "добро" и "зло" в первобытном обществе порой были не свободны от натурализма (тепло — холодно, съедобно — несъедобно, больно — приятно), а в социальном плане выражали отношение рода и племени к внешнему миру ("свои люди — чужие люди", "привычно — необычно", "опасно — безопасно"). Лишь с разделением людей своего племени и рода на вождей, жрецов, подвластных, бедных, богатых, равных и неравных, а еще и с появлением "чужих людей", "добро" и "зло" стали оцениваться в категориях "справедливость и несправедливость". Как понятие "кража" возникло ранее понятия "собственность", так и сетования о несправедливости стали порождением обид, зависти, обманутых социальных ожиданий, попрания вековых обычаев и традиций коллективного равенства. Еще и сейчас рассуждения о справедливости или несправедливости связаны либо с жалобами на нарушение равенства, ущемление существенных интересов, либо с попытками оправдать привилегии. Одновременно с моралью складывалось право, оценивающее те же отношения с позиций охраны и воспроизводства развивающегося неравенства и индивидуализма. Неизбежная конкуренция правовых и моральных оценок (справедливое перераспределение, уравнение имущества стало кражей) вела к социальным конфликтам, выходом из которых было изменение, уточнение правовых норм либо насильственное подавление недовольства. Истории известно и то, и другое (периодические уравнения земельных наделов, прощение всех долгов и недоимок, смягчение чрезмерно суровых законов, подавление протестов вооруженной силой, установление диктаторских режимов и т. п.). В конечном счете обязательность права стала строже обязательности морали по тем причинам, что право — одно, а разных представлений о справедливости много, причем право, в отличие от морали, признается официально и поддерживается государством. На каком-то этапе развития общества между правом и моралью произошло своеобразное разделение труда. Предметом правового регулирования остались преимущественно действия и отношения, доказуемые в случае спора, в случае необходимости пресекаемые или наказуемые с помощью мер государственного принуждения. Предметом моральных оценок стали качества личности, выраженные в ее поведении и поступках. Этим обусловлена несовместимость или несопоставимость правовых и моральных оценок личности как таковой: нравственной личностью является человек, считающийся с интересами других людей, готовый помочь им, способный обуздать собственные эгоистические чувства; в праве человек существует как субъект права, общий и индивидуальный 176 Сущность права. Проблемы теории и философии права статус которого определяется не присущими ему личными духовными качествами, а формально определенными правовыми предписаниями. Правовая связь людей называется правоотношением; моральные связи людей — сочувствием, доброжелательством, благодеяниями, взаимопомощью, дружбой и солидарностью. Право определяет юридические факты и состояния, при наличии которых возникает (изменяется, прекращается) правоотношение. Мораль не имеет формальной определенности, свойственной праву, поскольку ситуации, в которых могут (и должны) проявиться моральные качества личности, настолько непредсказуемы и разнообразны, что заранее все их установить невозможно. Именно поэтому никогда не удавалось составить исчерпывающий свод моральных правил (моральный кодекс). Моральные нормы содержатся в общественном мнении и находят письменное выражение в художественных, философских, публицистических произведениях, в религиозных книгах, в программах партий, в газетах, учебниках, журналах и других средствах массовой информации. Правовые нормы (в современном обществе) содержатся в письменных актах, которые подлежат систематизации, инкорпорации, кодификации. В текстах нормативных актов возможны неточности, ошибки, устаревшие нормы, противоречия, в связи с чем нередко порицается несовершенство правовых норм. Никто не порицает несовершенства норм морали, поскольку они создаются самим обществом и гибко приноровлены к оценке любых ситуаций. Право — нормы, которые реализуются или, по крайней мере, способны к реализации. Провозглашенное, но несоблюдаемое государством право порождает в обществе недоверие к праву вообще. Провозглашаемая, но не соблюдаемая мораль порождает недоверие не к морали, а к лицемерам, которые говорят одно, а делают другое. Право ориентировано на общественные отношения, которые можно формально определить для охраны и воспроизводства (или пресечения). Общей целью права и его реализации является правопорядок. Общая цель морали — воспитание добропорядочной и добродетельной (делающей добро) личности. Все моральные нормы, вплоть до правил приличия, вытекают из этого идеала. Правовые нормы выражают государственную волю, направленную в конечном счете на поддержание общественного порядка. Моральные нормы выражают сложившиеся в том же обществе представления о положительных качествах личности в ее отношениях с другими людьми. Деяния, противоречащие праву, называются правонарушениями; люди, нарушающие моральные нормы, именуются порочными людьми. Мотивом нравственного поведения является не исследование юридических фактов и их правовых последствий (как при намерении совершить поступок, имеющий юридическое значение), а ори- 177 |