Общая педагогика_Голованова Н.Ф_2005 -320с. Учебное пособие для вузов Издательство Речь Год издания 2005 г. Страниц 320 Серия книг Современный учебник
![]()
|
Глава 4 4.1. ПОНЯТИЕ ВОСПИТАНИЯ В педагогике трудно найти более многозначное понятие, чем воспитание. С одной стороны, его общий смысл ясен любому человеку. Еще К. Д. Ушинский замечал, что в этой области все считают себя специалистами, и если не воспитывали своих детей, то помнят, как воспитывали их самих в детстве. Такое житейское представление о воспитании содержит устойчивые стереотипы; воспитание — это воздействие, влияние взрослого на ребенка, воспитание — это подготовка ребенка к будущей самостоятельной жизни. Теоретический подход к определению воспитания находит место в научных статьях, монографиях, учебниках. Но там можно встретить десятки толкований воспитания, иногда противоречащих друг другу: «Воспитание — это передача опыта старших поколений подрастающим»; «Воспитание — это организация деятельности и общения детей»; «Воспитание — это приучение детей и молодежи к требованиям общественной жизни». «Воспитание — это управление развитием личности»; «Воспитание — это создание условий для саморазвития личности» и др. «Водовороты» вокруг понятия «воспитание» отражают неоднозначность процессов, происходящих в самой педагогической реальности начала XXI века, и противостояние теоретических концепций воспитания. В советской педагогике вплоть до конца 80-х годов прошедшего столетия господствовало понятие «формирование», которое было синонимом понятия «воспитание» и являлось даже более употребительным в педагогическом обиходе. «Формирование» объясняет механизм становления и совершенствования личности как прямое влияние господствующих социальных установок на пластическую детскую сущность. «Воспитание как формирование» полагается, в первую очередь, на яркие впечатляющие примеры, образцы поведения, воспитывающие мероприятия, на дисциплину с хорошо отлаженной системой контроля за поведением воспитанников, на обдуманную практику поощрений и наказаний. Под влиянием гуманистической философии образования (в процессе смены парадигмы педагогики) понимание воспитания как принудительно-нор- 73 мативного процесса начинает меняться. Но нередко там, где шумно клеймят «формирование», культивируется заигрывание с детьми, фанатичное следование их интересам, вкусам, желаниям, призывы к «глубинному общению» воспитателя и ребенка как «самоценных индивидуальностей». Некоторые теоретики культурологических основ педагогики пришли вообще к отказу от воспитания как специально организованного педагогического процесса. Воспитание, в их понимании, это «побочный эффект» взаимодействия, взаимоотношений, личностного общения взрослых и детей. Представляется, что ребенок просто адаптируется к действиям и поведению взрослых и сам, «опытным путем», «между делом» осваивает культурные нормы и ценности. Не стоит сбрасывать со счетов то обстоятельство, что стремление многих наших деятелей от педагогики дать дорогу «западным ветрам», их активная ориентация на англоязычную психолого-педагогическую литературу неизбежно приводят к обеднению понятийного аппарата отечественной педагогики. Не тем ли объясняется стыдливое стремление некоторых авторов поскорее отказаться от понятия «воспитание» и вытеснить его как целенаправленно организованный педагогический процесс, что в англоязычной литературе вообще нет специального термина «воспитание». Даже самые авторитетные западные теоретики современного гуманистического направления пользуются терминами «character education», «moral education», когда нужно обозначить область воспитательных взаимоотношений. Со страниц американских книг нам предлагается как педагогическая новация «ethics of care» (этика заботы), на которой должны строиться гуманистические взаимоотношения педагога и ребенка. Но если обратиться к своим, отечественным корням, к слову «воспитание» в родном русском языке, то окажется, что культура народа мощно зафиксировала в нем все основные педагогические смыслы. В «Толковом словаре живого великорусского языка» Владимира Даля читаем: «Воспитывать — заботиться о вещественных и нравственных потребностях малолетнего до возраста его»33. Наш родной язык обозначил заботу взрослого как живую воспитательную силу, как основной способ прикосновения к области потребностей ребенка. Кому придет в голову усомниться в гуманистическом смысле такого понимания воспитания? Выдающиеся философы часто обращали внимание на способность слова порождать особое состояние души и состояние мысли. Мир богатейшего педагогического смысла приоткроется в понятии «воспитание», если задуматься над значением самих педагогических действий в акте воспитания, закрепленных в русском языке глаголами с красноречивой приставкой «при-», всегда указывающей на близость, единство, взаимосвязь: □ приучить — объяснять значение поступка или события, обратиться к разуму ребенка, вызвать его собственные размышления о происходящем и переживаемом; □ приохотить — вызвать эмоционально положительное отношение к новой деятельности, к трудному, но важному усилию, обязанности; □ приобщить — включить во взаимодействие с другими людьми, в общее дело, в общие заботы, в культуру социума. ------------- 33 Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. В 4 т. Т. I. M., 1981. С 249. 74 Нетрудно заметить, что эти глаголы-синонимы выполняют роль своеобразного «педагогического кода» и указывают, что: □ воспитание обращено на выработку у детей определенных ценностных отношений, и следует обеспечивать в единстве когнитивный («приучить»), эмоционально-оценочный («приохотить») и поведенческий («приобщить») компоненты ценностного отношения; □ воспитание — это не возвышение «над» ребенком и не «подстраивание» под его природу, а действие «притяжения» его к Истине, Доброй Воле, Красоте Духа; □ воспитание как «приобщение» организует потребности и способности детей жить в мире людей, обеспечивает коммуникативные навыки; □ воспитание всегда строится на механизме следования «примеру» уважаемого, авторитетного и близкого человека, значимого взрослого. Даже этот небольшой лингвистический анализ убеждает, что воспитание следует понимать как процесс организованной социализации, как педагогическое обеспечение детского образа жизни. Это значит, что воспитание предполагает включение ребенка в специально организованные обстоятельства и отношения, где бы он мог осваивать свой индивидуальный способ преобразования социальных обстоятельств и отношений. Таким образом, воспитание одновременно является и педагогически организованным процессом индивидуализации («выращивания индивидуальности»). Воспитание как педагогический процесс (от лат. processus — движение) предполагает определенным образом педагогически организованное взаимодействие воспитателя и воспитанника, их совместное движение в системе социальной жизни, событий, явлений, переживаний и опыта. Итак, следует различать воспитание как область теоретического знания в педагогике и воспитание как педагогический процесс, которые можно понять соответственно только как предмет теории и явление педагогической практики. 4.2. СТРУКТУРА ПРОЦЕССА ВОСПИТАНИЯ Сущность целого в научном познании можно выявить, только рассмотрев его структуру, выяснив сущность его отдельных компонентов и природу их взаимосвязей, иногда упростив сложный процесс до логической схемы или модели. Предпримем логический анализ воспитания как педагогического процесса и рассмотрим его концептуальную модель (рис. 3). Главными «персонажами» воспитания как педагогического процесса являются Воспитатель и Ребенок34. Но начнем характеристику этого процесса с компонента «Общество». -------------- 34 Конвенция о правах ребенка», принятая ООН в 1989 голу, декларирует в Статье I: «Ребенком является человеческое существо до достижения 18-летнего возраста». Поскольку воспитание сосредоточено главным образом в этом периоде жизни человека, то в нашем изложении понятия «воспитанник» и «ребенок» будут употребляться как синонимы. 75 Рис. 3. Концептуальная модель воспитания Воспитание — социально обусловленный процесс, оно всегда определяется конкретными потребностями общества. Общество «задает» воспитанию идеал личности — своеобразный социальный заказ государственным образовательным системам и родителям как гражданам. В отечественной педагогике советского периода достаточно долго утверждалось, что роль общества в процессе воспитания связана, в первую очередь, с выработкой идеологии, политической доктрины. До сих пор в педагогическом сообществе немало сетований по поводу потери идеологических ориентиров современного воспитания. На самом деле общество в воспитании проявляется в такой своей характеристике, как образ жизни общества: культура труда, быта, досуга, отношения граждан и государства (гражданская и правовая культура). Ребенок не может участвовать в социальной жизни общества прямо, непосредственно (как производственник, гражданин, избиратель, правомерный участник товарно-денежных отношений). Во взаимосвязь с обществом ребенок вступает через свое ближайшее социальное окружение, то есть через людей, с которыми у него устанавливаются наиболее глубокие личностные отношения. В зоне ближайшего социального окружения ребенка действует ряд тенденций, которые объективно определяют природу процесса воспитания: □ ближайшее социальное окружение составляет достаточно ограниченное количество людей (оптимально — 5-7 человек); чем младше ребенок, тем с меньшим числом людей он способен поддерживать постоянные и глубокие отношения; □ отношения в ближайшем социальном окружении строятся только на основе личных привязанностей и общих интересов в деятельности и общении, их нельзя выстроить по приказу, под давлением власти взрослого и даже на «заигрывании» с ребенком, «задаривании» его материальными благами; □ ближайшее социальное окружение должно обеспечивать разновозрастное общение ребенка; при всей значимости взаимодействия с родителями для ребенка очень важен контакт с ровесниками и с теми, кто старше на 3—5 лет (родственниками, приятелями). 76 Воспитатель в процессе воспитания выступает как носитель определенной педагогической цели, он уполномочен обществом осуществлять воспитательный процесс. Даже если воспитатель не профессионал, а отец, мать, бабушка, он тем не менее ориентируется на свое стремление воспитать ребенка «хорошим человеком», «счастливым», «здоровым», «успешным», «кормильцем в старости» и др. Целью всякой деятельности воспитателя является создание условий для саморазвития, самоутверждения, самоопределения ребенка. Эта цель определяет и содержание, и формы, и способы педагогического взаимодействия воспитателя и воспитанников. Педагогическое взаимодействие воспитателя с ребенком осуществляется как отношение с ним в совместной деятельности и общении. Предпосылкой возникновения отношений в процессе воспитания выступают представления воспитателя о ребенке. Они в определенной мере являются продуктом профессионального педагогического образования воспитателя, его знаний психологии ребенка, а кроме того, покоятся на впечатлениях от книг, фильмов, наблюдений за людьми и собственном жизненном опыте. Грамотный воспитатель хорошо представляет типичные проявления личности ребенка в разные возрастные периоды его развития, способен уловить проявления новообразований личности, понять природу возрастных кризисов. Но представления воспитателя не всегда свободны от житейских штампов и стереотипов. Ранее выработанные представления нередко мешают ему в новой конкретной ситуации увидеть действительные качества своего воспитанника. Так, у некоторых педагогов часто возникает предубеждение против определенных детей (например, из малообеспеченных семей, выходцев с Кавказа), или они выстраивают отношение к ребенку, исходя из его учебных успехов, и тогда слабоуспевающие школьники принимаются только как «трудновоспитуемые». Целенаправленно взаимодействовать с ребенком воспитатель может лишь в той мере, в какой он точно и глубоко понимает ребенка. Поэтому для установления воспитательных отношений педагогу очень важно проявлять такие профессиональные психологические качества, как: □ эмпатия — «вчувствование» в ребенка, эмоциональный отклик на его состояние; □ идентификация — понимание состояния ребенка, способность мысленно поставить себя на его место (хороший воспитатель всегда помнит себя в детстве); □ конгруэнтность — открытость, подлинность своих чувств и переживаний в общении с детьми, способность предъявлять себя детям таким, каков ты на самом деле; □ суггестивность — способность к внушающему влиянию, способность «заразить» детей значимыми идеями, внушить веру в свои силы, воодушевить, «зажечь» их мотивы и стремления; □ креативность — способность творчески, ярко и оригинально выстраивать ситуации деятельности и общение детей, способность фантазировать и поддерживать эти проявления у детей, способность самовыражать 77 себя как воспитателя в разнообразной художественной деятельности (писать стихи, сочинять песни, танцевать, рисовать и т. д.); □ рефлексивность — способность осмыслять свои педагогические действия, свои отношения с ребенком и корректировать их. Важную роль в процессе воспитания играют ожидания воспитателя — неосознанные проекции целей, своеобразные педагогические установки. Как правило, воспитатели, плохо знающие детей, не склонные к эмпатии, идентификации, конгруэнтности, рефлексии, действуют в «поле негативных ожиданий». Дети им представляются непредсказуемыми, постоянно нарушающими порядок и дисциплину, они стремятся как можно раньше выявить «трудных» детей и строят отношения с ними резко отличные от отношений с «хорошими». Воспитатели, организующие свое педагогическое взаимодействие с воспитанниками в «поле позитивных ожиданий», напротив, склонны больше доверять детям. Они объективно относятся к разным проявлениям детского поведения, без предвзятых негативных оценок и излишнего выделения лучших. Природа воспитания такова, что ожидания воспитателя очень часто прямо проецируют поступки воспитанников. Воспитанник (Ребенок). Процесс воспитания специально организует деятельность и общение ребенка, разнообразные формы его личностной активности (интеллектуальной, практической, нравственной, эстетической, социальной). С древнейших времен в культуре всех народов и в воспитании господствовал основной принцип жизни — иерархия. Ребенок изначально должен был знать «свое место» во взаимодействии со взрослыми, и в этом нет унижения достоинства ребенка или игнорирования его уникальности. Дети всегда (в том числе современные дети) интуитивно принимают взрослых как более опытных, знающих, сильных людей. Роль подчиненного взрослому, «идущего следом» естественна для ребенка. Демократизация современного воспитания нередко понимается как равенство взрослых и детей в педагогическом процессе. Эта позиция лицемерна и педагогически деструктивна. Между воспитателем и ребенком всегда сохраняется определенная дистанция, так как именно взрослые несут высшую меру ответственности за детей (в первую очередь, за их жизнь, за физическое и нравственное здоровье), а не наоборот. Воспитывать ребенка — значит, в том числе, предоставлять ему некоторую меру самостоятельности и ответственности в конкретной деятельности, расширять границы его инициативы и самодеятельности. Ребенок в позиции участника воспитательного процесса (воспитанника) является носителем определенного личностного поведения. Неслучайно в практике нашей школы наряду с учебными оценками долго существовала отдельная оценка «за поведение», которая символизировала меру воспитанности ученика. Поведение ребенка складывается из системы его поступков, то есть сознательных действий, в которых он выражает свое отношение к другому человеку, к событию, к миру в целом и к самому себе. Поступок ребенка — это всегда акт его ценностного самоопределения, он несет в себе три смысла, делающих его своеобразным «индикатором» воспитания. 78 1. «Поступок как свершение». Он возникает как действие ребенка в результате определенных побудительных мотивов. Мотивы эти не всегда им осознаются, точно так же, как не осознаются последствия поступка. Вот почему одна из задач воспитания в том и состоит, чтобы помогать ребенку осмыслять свои поведенческие мотивы, побуждать задумываться о последствиях своих действий, учить прогнозировать их. 2. «Поступок как выбор». Любой поступок ребенка является результатом выбора между тем, что хочется и что должно, что нравится, привычно и что страшит своей новизной. В момент выбора ребенок свободен, он сам решает, какому образцу следовать, какую линию действия предпочесть. Тревожное и одновременно радостное переживание этой власти над нормами и поведенческими границами запоминается рано и глубоко. Но свободный выбор всегда одновременно предполагает ответственность. Совершая поступок, ребенок уже закладывает «кирпичик» будущего смыслового и эмоционального действия по преодолению последствий своего неверного поступка или по продолжению достойного. 3. «Поступок как событие». Он всегда является микрочастицей бытия, реального проживания жизни. Ребенок, совершающий поступок, сопричастен объективным явлениям социальной среды, событиям и отношениям, происходящим в жизни. Поэтому поступок ребенка несет в себе и тот смысл, который обосновал М. М. Бахтин как «со - бытие» с другими людьми, соотнесение своих действий с их отношениями. Вот почему «поступок по секрету» (термин А. С. Макаренко) — тот, что совершается вне контроля взрослых, по собственному порыву или решению, — является своеобразным показателем воспитанности, В таком поступке уже готовность ребенка соизмерять свои действия и их последствия с окружающими людьми, обстоятельствами, уже достаточная мера самоопределения. Поступок ребенка и в целом его личностное поведение определяются системой «регуляторов», как «внешних» (социальных), так и «внутренних» (психологических). «Внешние» регуляторы поведения — нравственные нормы, принятые в обществе (нравы, обычаи, традиции) или установленные определенной организацией в конкретной ситуации деятельности и общения (например, правила поведения в школе, «кодекс чести» членов секции каратэ), границы ролевого поведения в игре и коллективном самоуправлении. «Внутренние» регуляторы поведения — потребности, мотивы ребенка, его интересы и склонности, уже определившиеся качества личности (например, аккуратность или небрежность, честность или лживость, доверчивость или скрытность, альтруизм или жадность и др.), в которых выражается достаточно устойчивое отношение к действительности; ценности и идеалы. «Внешние» и «внутренние» регуляторы поведения, при всей своей кажущейся дихотомичности, функционируют только во взаимодействии: «внешние причины действуют через внутренние условия, которые сами формируются в результате внешних воздействий»35. Нередко в практике воспитания можно заметить, что воспитатель усиленно и открыто обращается к системе «внешних» регуляторов, чтобы преобразовать ------------ 35 Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. М., 1957. С. 226. 79 поведение ребенка: ужесточает режим, ограничивает свободу, пропагандирует нормы положительного поведения (пресловутые беседы о правилах поведения в общественных местах), стыдит за провинности, приводит в пример отличившихся и т. п. Но от такого массированного воздействия на «внешние» регуляторы заметных изменений в поведении детей не наступает, или они ситуативно проявляют послушание под контролем воспитателя. Причина в том, что необходимо педагогическое взаимодействие с ребенком, а оно должно вызывать не само изменение его поведения, а потребность в этом изменении. Одной из важнейших характеристик воспитания как педагогического процесса является решение проблемы субъекта и объекта воспитания. Субъект — это участник воспитательного процесса, который наделен полномочиями, является носителем определенной педагогической цели и ее исполнителем, то есть тот, кто воспитывает. Объект — существо, на которое направлена педагогическая активность субъекта, то есть тот, кого воспитывают. Взаимодействие субъекта и объекта составляет сущность воспитательного процесса. Но следует иметь в виду, что функция субъекта не принадлежит однозначно воспитателю, а функция объекта — ребенку. В реальном воспитательном процессе субъект и объект функционируют всегда взаимосвязанно и весьма противоречиво. Воспитатель (профессиональный педагог, родитель), без сомнения, функционирует как субъект воспитания, и в этом случае его педагогическое обращение к ребенку (объекту) строится как педагогическое воздействие. Эта воспитательная диспозиция воспитателя и ребенка имеет глубокие корни в истории культуры. Именно такое понимание механизма воспитания как воздействия обосновывается в авторитарных педагогических концепциях (от лат. auctoritas — власть, влияние). Главные признаки воспитательного воздействия: авторитет педагога и подчинение ребенка его воле и власти. Подчинения в акте педагогического воздействия авторитарный воспитатель добивается с помощью силы своего интеллекта, воли, власти и даже с помощью прямого давления, наказаний, физической силы. Еще в XVIII веке Ж.-Ж. Руссо, выступивший с теорией «свободного воспитания», попытался развенчать значимость неограниченной субъектной позиции воспитателя, которая реализуется только в авторитарном воздействии. Он противопоставил ей позицию ребенка как субъекта воспитания: «У детства свои, ему свойственные способы видеть, думать и чувствовать; нет ничего нелепее желания заменить их нашими»36. Определив ребенку позицию субъекта воспитания, Ж.-Ж. Руссо и его последователи неизбежно провозглашали педоцентризм, то есть абсолютизировали собственные действия ребенка, его личный опыт в процессе воспитания. В такой системе воспитательный процесс выстраивался исходя из конкретных особенностей ребенка и не мог быть организован в общественных формах (в школе, в детском сообществе). Современная гуманистическая педагогика, бесспорно исключающая всякую авторитарность, признает воспитателя субъектом воспитания. Здесь нет противоречия. Воспитатель, действительно, в определенные моменты воспитательной практики должен целенаправленно и открыто проявлять свою ру- ----------- 36Руссо Ж. -Ж. Эмиль, или О воспитании // Педагогические сочинения. В 2 т. Т. 1. М., 1981. С. 91. 80 ководящую позицию. Чаще всего демонстрировать свою «субъектность» воспитателю необходимо, когда воспитанники оказываются в совершенно новых для себя условиях деятельности, когда еще не организованы их формальные отношения, нет поведенческого опыта. В таких случаях воспитанники естественно доверяют авторитету и жизненному опыту воспитателя, принимают проявления его власти. Воспитатель, функционирующий как субъект воспитания, всегда одновременно является и объектом влияния ребенка или детского сообщества. Воспитатель в реальном педагогическом процессе постоянно воспитывается: меняет свой образ жизни, некоторые привычки, даже внешность и пристрастия в одежде, самообразовывается в той или иной области (чтобы быть интересным и авторитетным профессионалом), преодолевает недостатки характера (к примеру, вспыльчивость, несобранность, излишнюю торопливость), которые мешают в общении с воспитанниками. Ребенок в процессе воспитания воспитывается, поэтому естественно занимает позицию объекта, на который направлено педагогическое воздействие. Но всегда одновременно ребенок является и субъектом воспитания — он избирательно воспринимает адресованное ему педагогическое воздействие. Если признавать ребенка субъектом процесса воспитания (с его индивидуальными природными свойствами, собственным социальным опытом, самобытными личностными качествами), то отношения с ним воспитатель должен строить как педагогическое взаимодействие. Ребенок как субъект педагогического взаимодействия проявляет себя таким образом: □ открыт педагогическому взаимодействию с воспитателем, принимает его как старшего друга, доброжелательного наставника; □ принимает цели воспитания, организованные воспитателем, как свои, значимые для себя; □ проявляет активность, самостоятельность, ответственность в совместной деятельности и общении; □ открыто выражает свое личностное достоинство, стремится отстаивать свои взгляды и убеждения. Степень проявления ребенком своей субъектности в условиях педагогического взаимодействия с воспитателем, бесспорно, зависит и от возраста воспитанников. Современная отечественная педагогика (Г. С. Батищев, А. С. Белкин, О. С. Газман, В. Ф. Матвеев, А. В. Мудрик, Н. Е. Щуркова) рассматривает пять основных форм педагогического взаимодействия воспитателя и ребенка в процессе воспитания. Опека. Воспитатель максимально сосредоточен на помощи ребенку. Чаще всего так организуется взаимодействие с дошкольниками и младшими школьниками, подростки уже сопротивляются опеке. Эта форма взаимодействия несет черты «материнской» педагогики и особенно свойственна женщинам-педагогам. Наставничество. Главным «нервом» такого взаимодействия является обращение к интересам детей. Руководство воспитателя в этой форме не воспри- 81 нимается воспитанниками как прямое вмешательство в их жизнь, потому что направлено на то, чтобы увлечь всех детей общим делом, удержать этот интерес, дать им пережить результаты общих усилий и творчества. Партнерство. Воспитатель принимается ребенком как авторитетный организатор деятельности и одновременно как интересный участник общения. В этой форме взаимодействия очень важно обеспечить (специальными педагогическими средствами) относительное равенство взрослого и воспитанников в совместной деятельности, особенно в игровой. Сотрудничество. Это форма открытого взаимодействия двух субъектов процесса воспитания. Воспитатель безоговорочно принимает ребенка как личность и индивидуальность, признает его права и свободы, понимает его проблемы и искренне, по-человечески вместе с детьми участвует в их преодолении. Педагоги и воспитанники в таком взаимодействии личностно свободны, но этого возможно достичь только в достаточно воспитанном коллективе, где дорожат общим делом, где царит дружеская поддержка и помощь. Сотворчество. Такое педагогическое взаимодействие принято считать высшей формой сотрудничества, где устанавливается определенное равновесие деловых и межличностных отношений воспитателя и воспитанников, а главное возникают отношения сопричастности к общим жизненным ценностям. Сотворчество является не результатом педагогического преобразования сферы совместной деятельности, а процессом «включения в отношения духовного родства и взаимоответственности, сопричастности всех каждому и каждого всем»37. В педагогическом взаимодействии воспитатель постоянно проявляет себя в разнообразных профессионально-личностных ролях. Если воспользоваться идеей психотерапевта В. Леви и построить ролевое «поле тяготения» воспитателя, то получится довольно обширный набор ролей и даже разная их направленность. Окажется, что воспитателю требуется почти одновременно выступать в разных ролях, при этом среди них обнаруживаются скрытые, малозаметные роли, которые неуловимо определяют в деятельности воспитателя подчас самое существенное (рис. 4). Рис.4 Роли воспитателя. --------------- 37 Батищев Г. С. Три типа педагогики // Учительская газета. 1988. 14 апр. 82 Нетрудно заметить такую тенденцию: нижняя область ролевых «цепочек» на рисунке указывает на то, как от роли к роли убывает, искажается воспитательная составляющая. Веселый «затейник», не способный установить должных границ своим действиям, превращается в «клоуна», ответственный «опекун» — в бестолковую и хлопотливую «няньку», строгий и уважаемый «наставник» — в жесткого «надсмотрщика». Верхняя область ролевых «цепочек», напротив, показывает, что скромное, традиционное педагогическое ролевое действие может вдохновенно вырасти до высоких ролевых проявлений: от простого «рассказчика» до «проповедника», властителя дум; от доброй «утешительницы» до «врача», спасающего жизнь, врачующего душу; от профессионала, дающего дельные советы, до «кумира», образца для подражания; от «организатора», исполняющего инструкции, до творческого «проектировщика» педагогического процесса. Социальные психологи заметили, что ребенку для полноценного развития весьма полезно взаимодействовать с воспитателем, играющим одновременно целый ряд ролей. «Проигрывание» воспитателем широкого ролевого репертуара, его активность, открытость к новому опыту, способность успешно осваивать новые социальные ситуации являются показателем его высокой педагогической культуры. А вот возможность движения воспитателя по вектору верхних границ «ролевого поля» или устойчивое пребывание в нижнем векторе «поля» зависит от его педагогической позиции: от сплава личностных и профессиональных убеждений. Своеобразной единицей («клеточкой») воспитания как педагогического процесса является воспитательная ситуация. (В современном человекознании «ситуация» определяется как совокупность условий и обстоятельств, детерминирующих ту или иную картину протекания процесса. Ситуации могут быть быстро меняющимися или повторяющимися и даже устойчивыми.) Именно на уровне «воспитательной ситуации» можно увидеть сам механизм процесса воспитания. Воспитательная ситуация фиксирует тот момент, когда у ребенка рождается потребность действия, поступка. Эта потребность организуется воспитателем, обостряется, стимулируется им. Воспитательная ситуация отражает организованное противоречие: □ между новыми, более сложными и социально значимыми целями, задачами, которые определяет воспитатель, и осознанием ребенком своего фонда умений, способов поведения (модель «надо — не умею, не могу»); □ между новыми, более сложными и социально значимыми целями, задачами, которые определяет воспитатель, и мотивами ребенка в данный момент (модель «надо — не хочу). Психологически противоречие между «надо — не могу» и «надо — не хочу» проявляется в виде очень острого переживания ребенком акта выбора. Механизм воспитания заключается в том, чтобы ребенок «захотел» принять воспитательную цель (педагогическое «надо»), чтобы «смог» побудить себя к действию, к поступку. Совершив действие, то есть реализовав уже свою цель 83 Рис. 5. Структура воспитательной ситуации (принятое «надо»), использовав свои средства и способы, воспитанник выражает в этом свое отношение. По мысли А. Н.Леонтьева, «действия человека объективно всегда реализуют некоторую совокупность отношений: к предметному миру, к окружающим людям, к обществу, к самому себе»38. Другой известный психолог В. Н. Мясищев отмечал, что в психологическом смысле отношения человека представляют собой осознанную активность: избирательную, целостную, основанную на индивидуальном, общественно обусловленном опыте. Он полагал, что в отдельных поступках человека и во всей его деятельности отражается именно система его отношений к действительности. Доводы выдающихся психологов убеждают, что воспитательная ситуация в полной мере характеризуется определенными отношениями воспитанников (специально организованными или возникшими стихийно и использованными воспитателем). Таким образом, воспитательная ситуация определяется: □ борьбой мотивов, □ актом выбора, □ побуждением к действию, □ отношением как сущностной характеристикой воспитания. Механизм воспитания указывает на то, что воспитываются не поступки и поведение воспитанников, а их отношение (к миру природы и социуму, к людям, к самим себе), которое реализуется в поступках и качествах личности. Отношения, возникающие в воспитательной ситуации, имеют триединую психологическую структуру. Когнитивный (познавательный) компонент отношения составляют понятия и представления ребенка о тех или иных сторонах жизни. Выразить свое отношение — значит, в первую очередь, проявить знание в этой области. Нельзя от ребенка ждать поступка, если он не знает, как это сделать, или не понимает, почему так следует поступать. Именно поэтому в воспитании так открыто выражен процесс просвещения (нравственного, политического, экологического, ----------- 38 Леонтьев А. И. Избранные психологические произведения. В 2 т. М., 1989. Т. 2. С. 212. 84 экономического и др.). Но преувеличение воспитателем значения когнитивной составляющей отношения может привести к тому, что он сосредоточится только на обучении ребенка тому, «как себя вести». Эмоционально-оценочный компонент отношения характеризуется переживаниями ребенка в воспитательной ситуации. Именно эмоциональные характеристики указывают направление отношения ребенка к тому или иному явлению или событию: «нравится — не нравится», «радует — пугает», «удивляет — возмущает». Поведенческий компонент отношения — это проявление практической готовности ребенка к определенным действиям, выражение его социального опыта и привычек поведения. У дошкольников и младших школьников нередко можно наблюдать достаточное понимание той или иной нравственной ценности (например, честности), горячий эмоциональный отклик на поступки героев книг, проявляющих должное или недолжное поведение, но при этом — очень скудный опыт собственных поступков. Воспитательное отношение, попадая в «фокус» педагогического процесса, должно организовываться в единстве всех трех компонентов. |